АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

29 июля 2021 года

Дело №

А44-1127/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Боровой А.А., судей Бычковой Е.Н., Яковлева А.Э., 

рассмотрев 28.07.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Нева-Лизинг» на определение Арбитражного суда Новгородской области от 28.12.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2021 по делу № А44-1127/2019,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Новгородской области от 23.05.2019 в отношении акционерного общества «Дека», адрес: 173024, Великий Новгород, пр. Александра Корсунова, д. 34Б, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1. 

Определением от 24.04.2020 временным управляющим должника утвержден ФИО2. 

Решением от 22.05.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО2 

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 решение от 22.05.2020 отменено.

Общество с ограниченной ответственностью «Нева-Лизинг», адрес: Санкт-Петербург, ул. Восстания, д. 4, лит. А, ОГРН 

<

***> (далее – Компания), 26.10.2020 обратилось в суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором просило признать его  требование в размере 325 807 630 руб. обеспеченным залогом имущественных прав должника - исключительных прав на товарные знаки общей залоговой стоимостью 1 700 000 руб. 

Определением от 28.12.2020, оставленным без изменения постановлением от 17.03.2021, в удовлетворении заявления Компании  отказано.

В кассационной жалобе Компания просит отменить определение от 28.12.2020 и постановление от 17.03.2021 и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Податель жалобы не согласен с выводом судов о том, что отказ во включении его денежного требования в размере 325 807 630 руб. в реестр требований кредиторов исключает возможность установления требования в таком же размере как залогового.

Компания указывает, что договор залога исключительных прав на товарные знаки от 24.04.2018 № 3/2018 (далее - договор залога), заключенный Обществом и Компанией в порядке обеспечения исполнения обязательств общества с ограниченной ответственностью «Секьюрити Мейджор» (далее - ООО «Секьюрити Мейджор») по договору займа от 19.12.2013 между обществом с ограниченной ответственностью «Геликон» (займодавцем; далее - ООО «Геликон») и ООО «Секьюрити Мейджор» (заемщиком), недействительным не признан и в этой связи не имеется оснований для вывода о прекращении права залога. 

Как настаивает податель жалобы, предоставление обеспечения в виде залога являлось экономически обоснованным не только для займодавца и заемщика, но и для Общества как залогодателя, входившего в одну группу с заемщиком, так как в результате совершения обеспечительной сделки отношения сторон по договору займа были пролонгированы и компании, входившие в группу, в том числе должник, имели возможность использовать заемные денежные средства в хозяйственном обороте. 

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили.

Законность судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, по кредитному договору от 26.11.2012 № 177/12 (далее - кредитный договор) открытое акционерное общество «Гранд Инвест Банк» (далее - Банк) предоставило ООО «Секьюрити Мейджор» кредит в сумме 5 447 941,89 долларов США. В кредитном договоре обозначен целевой характер предоставления кредитных средств: «приобретение обыкновенных именных бездокументарных акций Общества в количестве 150 штук». 

В этот же день ООО «Секьюрити Мейджор» (акционер Общества) приобрело 150 акций Общества у ООО «Ладога Кэпитал». 

ООО «Секьюрити Мейджор» (заемщик) и ООО «Геликон» (заимодавец) 19.12.2013 заключили договор займа (далее - договор займа), по условиям которого заимодавец предоставил заемщику заем в размере 5 180 000 долларов США со сроком возврата по 16.12.2014. 

В пункте 2.3 договора указано, что заем предоставляется для погашения кредита, предоставленного Банком и обязательств из кредитного договора. 

На основании договора уступки требования (цессии) от 10.10.2016 ООО «Геликон» (цедент) уступило обществу с ограниченной ответственностью «Сити Инвест Консалт» (цессионарию; далее - ООО «СИК») права (требования) по договору займа. 

Дополнительным соглашением от 16.12.2016 № 1 стороны договора займа продлили срок пользования денежными средствами до 11.12.2017.

В целях обеспечения исполнения заемщиком обязательств по договору займа займодавец и Общество (поручитель) 19.12.2016 заключили договор поручительства сроком до 11.12.2022. 

В дальнейшем, по договору уступки требования (цессии) от 30.12.2016   ООО «СИК» (цедент) уступило Компании (цессионарию) права (требования) к ООО «Секьюрити Мейджор», возникшие на основании договора займа, в сумме 4 820 000 долларов США.

В порядке обеспечения исполнения заемщиком обязательств по договору займа Компания и Общество заключили договора залога, по условиям которого Общество передало Компании в залог принадлежащие залогодателю исключительные права на товарные знаки.

Ссылаясь на то, что ООО «Секьюрити Мейджор» не исполнило обязательство по возврату суммы займа, Компания обратилась в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов Общества ее требования в размере 337 835 832 руб. 26 коп. 

Определением  от 26.02.2020 Компании отказано во включении ее требования в реестр требований кредиторов должника. 

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2020 определение от 26.02.2020 отменено, требование Компании в размере 325 807 630 руб. включено в реестр требований кредиторов должника. 

Постановлением суда округа от 21.12.2020 постановление от 22.09.2020 отменено, определение от 26.02.2020 оставлено в силе.

Компания обратилась в суд с настоящим заявлением о включении ее в реестр требований кредиторов как кредитора, требование которого на указанную сумму обеспечено залогом имущественных прав должника. 

Суд первой инстанции установил, что договор залога заключен неплатежеспособным должником в предбанкротном состоянии (за 10 месяцев до возбуждения данного дела о банкротстве) с заинтересованным лицом.

На этом основании суд пришел к выводу о том, что залоговое требование Компании имеет корпоративный характер и при его заключении стороны преследовали цель причинения вреда независимым кредиторам должника.

В этой связи суд отказал в удовлетворении заявления Компании.

Апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции.

По мнению суда кассационной инстанции, отказывая в удовлетворении заявления Компании, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

Суды установили, что предоставление кредита обществу «Секьюрити Мейджор» связано с выкупом этим обществом акций должника у ООО «Ладога Кэпитал», которое ранее приобрело эти акции у компании «Юнитрейд Эдванс ЛТД». Вместе с тем, компания «Юнитрейд Эдванс ЛТД», ООО «Геликон» и Компания входят в одну группу лиц. 

С учетом изложенного, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что договор займа фактически является сделкой, вытекающей из корпоративных отношений между прежним акционером Общества - компанией «Юнитрейд Эдванс ЛТД» -, продавшим акции должника, и новым акционером Общества - ООО «Секьюрити Мейджор». 

Предоставляя заемное финансирование после вхождения в одну группу с компанией «Юнитрейд Эдванс ЛТД», ООО «Геликон» должно было осознавать, что денежные средства будут использованы для завершения расчетных операций в рамках сложноструктурированных отношений по передаче обществу «Секьюрити Мейджор» акций Общества, так как заем носил целевой характер и подлежал направлению Банку на погашение кредитора, выданного в целях оплаты этих акций их предыдущему собственнику.

Указанный заем, предоставленный лицом, приобретшим корпоративную связь с продавцом, при рассмотрении иных обособленных споров в рамках данного дела о банкротстве, квалифицирован как входящий в структуру отношений по приобретению акций обществом «Секьюрити Мейджор». При этом дальнейшая перемена кредитора в обязательств не изменила правовую природу перешедшего к нему требования.

Спорный залог был предоставлен Обществом в 2018 году в целях обеспечения исполнения обязательств по сделке, непосредственно связанной с оплатой его акций. С экономической точки зрения предоставления залога осуществлялось в рамках реструктуризации просроченной задолженности: вошедшее в одну с продавцом группу лицо предоставляло дополнительную отсрочку исполнения обязательства по займа, в том время как покупатель (заемщик) и подконтрольный ему эмитент, выдавая дополнительное обеспечение, повышали для кредитора гарантии возврата долга.

В рамках спорного обеспечительного обязательства Общество фактически выдало залог в целях исполнения сделки, связанной с покупкой его собственных акций.

В данном случае выгода от кредитования лицом, аффилированным с продавцом акций, отсутствовала. Так, заключив спорную обеспечительную сделку, Общество передало в залог имущественных права в целях обеспечения исполнения своим акционером обязательства, связанного с приобретением собственных акций залогодателя. такое основное обязательство опосредует изменение состава акционеров в обществе, то есть заключено в целях перераспределения прав участия в капитале Общества. Поэтому исполнение этого обязательства не сопровождало получение Обществом как залогодателем какой-либо выгоды, а, напротив, будучи непосредственно связанным с закреплением прав участия, было направлено исключительно на реализацию интересов нового акционера и не несло для Общества как таковых благоприятных экономических последствий.     

По смыслу положений абзаца восьмого статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» такие требования, которые напрямую связаны с правами участия в должнике, не могут конкурировать с требованиями перед иными кредиторами и не подлежат включению в реестр требований кредиторов (аналогичная позиция приведения в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.11.2020 № 307-ЭС20-2151(4-8) по данному делу о банкротстве Общества).  

При таком положении суды обоснованно заключили, что акцессорное обязательство (залог имущественных прав должника) непосредственно направлено на исполнение указанной корпоративной сделки, и также носит корпоративный характер.

Суды правомерно квалифицировали действия Компании как недобросовестные, направленные фактически на лишение независимых кредиторов возможности получения удовлетворения своих требований при распределении денежных средств, которые могут быть выручены от реализации имущественных прав должника. 

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Суды правильно применили нормы материального права. Нарушения судами норм процессуального права суд кассационной инстанции не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Новгородской области от 28.12.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2021 по делу № А44-1127/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Нева-Лизинг» - без удовлетворения. 

Председательствующий

А.А. Боровая

Судьи

Е.Н. Бычкова

 А.Э. Яковлев