АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Воровского ул., дом 2, Челябинск, 454091, www.chel.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А76-26323/2023

г. Челябинск

17 сентября 2024 года

Резолютивная часть решения вынесена 03 сентября 2024 года

Полный текст  решения изготовлен 17 сентября 2024 года

Судья арбитражного суда Челябинской области Н.А. Кунышева, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Е.Н. Прокопенко, рассматривает в судебном заседании в помещении Арбитражного суда Челябинской области по адресу: 

<

...>, каб. 607, дело по заявлению ООО «КОЕЛГАМРАМОР», ОГРН 

<

***>, с. Коелга Челябинская область, к Межрайонной ИФНС №30 по Челябинской области, г. Копейск Челябинская область, о признании незаконным решения, при участии третьих лиц - ООО «Коелгамрамор» (ОГРН 

<

***>), ООО «Коелга - Микромрамор», ООО «Коелга-Западная», ООО «Коелга - Южная»,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1 – представителя по доверенности №42/23 от 27.11.2023 года, личность удостоверена удостоверением адвоката, О.В. Карелиной – представителя по доверенности №43/23 от 27.11.2023 года, личность удостоверена паспортом;

от ответчика: ФИО2 - представителя по доверенности №03-01/93 от 30.10.2023 года, личность удостоверена служебным удостоверением, А.Ю. Крупенко – представителя по доверенности №03-01/79/3 от 30.10.2023 года, личность удостоверена служебным удостоверением; ФИО3 – представителя по доверенности №03-01/83/3 от 30.10.2023 года, личность удостоверена служебным удостоверением;

от третьих лиц: не явились, извещены.

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «КОЕЛГАМРАМОР», ОГРН 

<

***>, с. Коелга Челябинская область 21.08.2023 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Межрайонной ИФНС №10 по Челябинской области, г. Копейск Челябинская область, о признании решения №2 от 28.02.2023 года недействительным.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 23.08.2024 заявление принято к производству.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 30.11.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ООО «Коелгамрамор» (ОГРН 

<

***>), ООО «Коелга - Микромрамор», ООО «Коелга-Западная», ООО «Коелга - Южная».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 07.12.2023 произведена делу А76-26323/2023  замена Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы №10 по Челябинской области на ее правопреемника Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 30  по Челябинской области.

Определением суда произведена замена АО «Коелгамрамор» на его правопреемника ООО «Коелгамрамор» ( ИНН 

<

***>).

Третьи лица, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не обеспечили явку.

Из материалов дела следует, что по результатам выездной налоговой проверки Инспекцией составлены акт проверки от 05.09.2022 №10539, дополнение от 13.01.2023 №10539/1 к акту проверки и вынесено решение от 28.02.2023 №2 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в резолютивной части которого налогоплательщику начислены:

-  НДС за 2, 4 кварталы 2018 года, 1, 2 кварталы 2019 года, 4 квартал 2020 года вобщей сумме 4 349 746 руб., штраф по пункту 3 статьи 122 НК РФ (с учетомстатей 112, 113, 114 НК РФ) в размере 12 660,75 руб. за неполную уплату НДС врезультате занижения налоговой базы и иного неправильного исчисления налога,совершенного умышленно;

-    налог на прибыль организаций за 2018-2020 годы в общей сумме78 539 953 руб., штрафы по пунктам 1, 3 статьи 122 НК РФ (с учетом статей 112, 113,114 НК РФ) в размере 1 233 906,81 руб. за неуплату налога на прибыль организаций врезультате занижения налоговой базы, в т.ч. совершенного умышленно;

-   НДПИ за 2018-2020 годы в общей сумме 83 888 603 руб., штрафы по пунктам 1, 3 статьи 122 НК РФ (с учетом статей 112, 113, 114 НК РФ) в размере 567 110,19 руб. за неполную уплату НДПИ в результате занижения налоговой базы, в т.ч. совершенного умышленно;

-   НДФЛ (недобор) за 2018-2020 годы в общей сумме 6 552 руб., штраф по статье 123 НКРФ (с учетом статей 112, 113, 114 НК РФ) в размере 38,68 руб. за неправомерное неудержание в установленный НК РФ срок.

Кроме того, налоговым органом установлено исчисление в завышенном размере НДС за 1, 3 кварталы 2018 года, 3, 4 кварталы 2019 года, 1-3 кварталы 2020 года в общей сумме 8 041 253 руб.

Решением УФНС РФ по Челябинской области от 01.06.2023 № 16-07/002064 оспариваемое решение изменено.

В ходе выездной налоговой проверки Инспекцией сделан вывод о нарушении ПАО «Коелгамрамор» пункта 1 статьи 54.1 НК РФ, а именно, создание Обществом искусственной ситуации, направленной на минимизацию налоговых обязательств, получение необоснованной налоговой экономии в виде разницы налоговых обязательств при применении проверяемым налогоплательщиком общего режима налогообложения и применении подконтрольной ему группой лиц специальных режимов налогообложения в виде упрощенной системы налогообложения (далее -УСНО), при которых не уплачиваются налог на прибыль организаций, НДПИ, НДС.

Налоговым органом также установлены обстоятельства, свидетельствующие о нарушении подконтрольным ПАО «Коелгамрамор» лицом ООО «Коелгамрамор» ст. 54.1 НК РФ, о создании формального документооборота, о недостоверности сведений, содержащихся в документах, представленных ООО «Коелгамрамор» в обоснование расходов по налогу на прибыль организаций и вычетов по НДС, о согласованности действий проверяемого налогоплательщика по взаимоотношениям со следующими организациями: ООО «Промтранссервис» и ООО «Мегаполимер».

В ходе выездной налоговой проверки установлено нарушение налогоплательщиком пункта 1 статьи 54.1, пунктов 1, 2, 5, 6 статьи 169, пунктов 1, 2 статьи 171, пункта 1 статьи 172, статей 252, 247, 318 НК РФ, что повлекло неполную уплату налога на прибыль организаций за 2018-2020 годы в размере 78 539 953 руб., НДПИ за 2018 - 2020 годы в сумме 83 888 603 руб., НДС за 2, 4 кварталы 2018 года, 1, 2 кварталы 2019 года, 4 квартал 2020 года в общей сумме 4 349 746 руб.

Так, в ходе проверки инспекцией установлено, что ПАО «Коелгамрамор» не уплачены налог на прибыль организаций, НДПИ, НДС в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни ПАО «Коелгамрамор» и группы подконтрольных организаций: ООО «Коелгамрамор», ООО «Коелга-Южная», ООО «КоелгаМикроМрамор», ООО «Коелга-Западная», путем «дробления» бизнеса с целью занижения доходов и распределения их на подконтрольных лиц.

-Основанием для указанного вывода инспекция указала на следующее.

          -ПАО   «Коелгамрамор»   и   группа компаний:  ООО        «Коелгамрамор» ИНН 

<

***>, ООО «Коелга-Южная» ИНН 

<

***>, ООО «КоелгаМикроМрамор» ИНН 

<

***>, ООО «Коелга-Западная» ИНН 

<

***> являются взаимозависимыми организациями на основании пп.2, 3, 10, 11 п.2 ст. 105.1 НК РФ и полностью контролируются семьей Ч-вых.

- ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ», ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР» и ООО «КОЕЛГА-ЗАПАДНАЯ» создано с целью получения налоговой выгоды по налогу на прибыль в части увеличения расходов АО «Коелгамрамор» на приобретение горной массы у взаимозависимых организации применяющей спецрежим УСН, а также с целью получения налоговой выгоды по налогу на добычу полезных ископаемых в части занижения стоимости единицы добытого полезного ископаемого, которая рассчитывалась ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ», ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР» и ООО «КОЕЛГА-ЗАПАДНАЯ» с реализации горной массы вместо щебня и песка, которые реализовывались конечному потребителю через АО «КОЕЛГАМРАМОР».

ООО «Коелгамрамор» создано с целью получения налоговой выгоды по налогу на добычу полезных ископаемых в части занижения стоимости единицы добытого полезного ископаемого, который рассчитывался ООО «КОЕЛГА-ЗАПАДНАЯ», ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ», ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР» с реализации горной массы вместо щебня и песка, которые реализованы конечному потребителю через ООО «Коелгамрамор».

•                    При анализе размере доходов подконтрольных организаций находящихся на УСН установлено, что при объединении бизнеса доходы организаций, осуществляющих добычу полезных ископаемых в Южно-Коелгинском месторождении, в 2018-2020 превышают установленное ограничение.

•                    При анализе расчетов АО «КОЕЛГАМРАМОР» и ООО «КОЕЛГАМРАМОР» с ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ», ООО «КОЕЛГА-ЗАПАДНАЯ», ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР» находящимися на УСН, установлено, что расчеты с взаимозависимыми организациями производятся таким образом, чтобы не был превышен предельный размер доходов для целей применения упрощенной системы налогообложения. При своевременных расчетах АО «КОЕЛГАМРАМОР» и ООО «КОЕЛГАМРАМОР» с ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ», ООО «КОЕЛГА-ЗАПАДНАЯ», ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР», каждая из них утратила бы право на применение УСН в течении 2018-2020г.

•                    ООО «Коелга-Южная», ООО «Коелга-Микромрамор», ООО «Коелга-Западная» не имеют необходимой численности сотрудников, техники и оборудования для выполнения основного вида деятельности «Добыча декоративного и строительного камня» и созданы с целью дробления единого производственного процесса по добыче и дальнейшей переработке мрамора.

•                    Численность ООО «КОЕЛГА-ЗАПАДНАЯ», ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ», ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР» соответствует ограничению по численности работников в целях применения УСНО по причине, что фактические работы по буровым работам, экскавации и транспортировке горной массы фактически выполняли сотрудники АО «КОЕЛГАМРАМОР» и ООО «КОЕЛГАМРАМОР».

•                    Анализ договоров, заключенных АО «Коелгамрамор» и ООО «Коелгамрамор» с покупателями услуг ООО «Коелга-Южная», ООО «Коелга-Микромрамор», ООО «Коелга-Западная, свидетельствует, что основные производственные процессы по бурению, экскавации и транспортировки горной массы из Южно-Коелгинского месторождения выполняются совместно силами и средствами АО «Коелгамрамор» и ООО «Коелгамрамор».

•                    •          Сведениями и материалами, приведенными из протоколов заседаниякомиссий по рассмотрению и утверждению запасов полезных ископаемых (Протокол ТКЗ №105 от 23.01.2002, Протокол № 236 ТКЗ от 12.01.2005 , Протокол ЭКЗ № 5 от 15.06.2010,Протокол ЭКЗ № 17 от 02.11.2010 ) подтверждается наличие тесных экономических итехнологических связей, возникающих в процессе добычи мрамора между ООО «Коелга-Южная», ООО «Коелга-Западная», ООО «Коелга-микромрамор», АО «Коелгамрамор»,кроме этого, в протоколах ТКЗ и ЭКЗ отмечено , что мраморы Коелгинского и Южно-Коелгинского месторождений пригодны для выпуска продукции, соответствующей одним итем же государственным стандартам и техническим условиям, что является доказательствомидентичности физико - механических свойств мрамора месторождений, пригодного дляпроизводства блоков и щебня. В протоколе ТКЗ при комитете природных ресурсов поЧелябинской области № 105 от 23.01.2002 приведено экспертное заключениеФИО4 ( эксперта ТКЗ и члена комиссии - ведущего геолога отряда экспертизыподсчета запасов Уральской геологической экспедиции), в котором отмечено, что впредставленных на комиссию экономических расчетах не предусматриваются капитальныевложения на освоение Южно-Коелгинского месторождения, а переработка отходов инекондиционных по блочности мраморов Южно-Коелгинского месторождения надекоративный и строительный щебень осуществляется ЗАО «Коелгамрамор» и «весьполученный щебень из окола и некондиционных блоков с обоих карьеров работает наэкономику собственно Коелгинского месторождения», разрабатываемого ЗАО«Коелгамрамор» .

•                     В ходе проведенных контрольных мероприятий, налоговым органом установлено наличие одной геолого-маркшейдерской службы на АО «Коелгамрамор», которая занималась контролем горнотехнического производства Коелгинского и Южно-Коелгинского месторождений .

•                     Более 70% денежных средств, полученных от взаимозависимых АО «КОЕЛГАМРАМОР» и ООО «КОЕЛГАМРАМОР» подконтрольными организациями ООО «КОЕЛГА-ЗАПАДНАЯ», ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ», ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР», направлены на выплату дивидендов.                        Следовательно, ООО «КОЕЛГА-ЗАПАДНАЯ», ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ», ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР» созданы не для ведения заявленной хозяйственной деятельности, а исключетельно с целью уменьшению размера налоговых обязательств проверяемого налогоплательщика для получения необоснованного обогащения.

•                     Согласно протокола допроса замдиректора по развитию минерально-сырьевой базы АО «Коелгамрамор» ФИО5 № 644 от 20.06.2022г. характеристика мрамора на Южно-Коелгинском месторождении примерно одна. Распоряжение по выделению из ООО «Коелга-Южная» организаций ООО «Коелга-Западная» и ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР» давал ФИО6. Было месторождение Южное, ФИО6 дал распоряжение разделить месторождение на 3 части. Согласно протокола допроса начальника геолого-маркшейдерского отдела АО «Коелгамрамор» ФИО7 небольшие различия в качестве мрамора из Южно-Коелгинского месторождения присутствуют, но они не критичные. Необходимости в разделении месторождения по характеристикам мрамора не было, что не является основанием для дробления месторождения   мрамора.   Технология   отработки      Южно-Коелгинского   месторождения сводится   к  тому,   что   после   полной   отработки   всех   запасов   останется   один   карьер, окончательная доработка месторождения закончится одним карьером.

•                     Согласно протокола допроса машиниста ФИО8 полезное ископаемое не определяли с какого участка, оно все шло на дробилку.

•                     Главный бухгалтер АО «КОЕЛГАМРАМОР» ФИО9 сообщение, что решение , на основании которого АО «КОЕЛГАМРАМОР» ИНН 

<

***> с 2014 г. прекратило переработку сырья в щебень, микромрамор и микропорошки и передала в аренду ООО «КОЕЛГАМРАМОР» оборудование для производства этих видов продукции видимо принималось генеральным директором.

•                     В протоколе допроса начальника геолого-маркшейдерского отдела АО «Коелгамрамор» ФИО7 сообщил, что с образованием ООО «Коелгамрамор» сотрудники АО «Коелгамрамор» перешли работать в 000«Коелгамрамор». Работу ООО «Коелгамрамор» фактически контролировали Ч-вы.

•                     В протоколе допроса начальника геолого-маркшейдерского отдела АО «Коелгамрамор» ФИО7 сообщил, что деятельность ООО «Коелгамрамор», АО «Коелгамрамор», ООО «Коелга-Южная», ООО «Коелга-Западная», ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР» является единым процессом, единым циклом, начинающимся добычей полезного ископаемого и заканчивающимся процессом его переработки.

•                     Согласно протокола допроса главного маршейдера ФИО10 разграничение территории карьера между 000«Коелга-Южная», ООО «Коелга-Западная», ООО «Коелга-Микромрамор» существует на основании горноотводных актов и лицензий, визуального разграничения нет.

Таким образом, по мнению инспекции, АО «Коелгамрамор», в целях занижения налоговой базы по НДПИ и налогу на прибыль создана схема "дробления бизнеса", выразившаяся в формальном разделении между взаимозависимыми лицами ООО «Коелга-Южная», ООО «Коелга-Западная», ООО «Коелга-микромрамор», АО «Коелгамрамор», ООО «Коелгамрамор» единого неделимого технологического процесса производства готовой продукции.

            Между тем, суд считает, что  материалы проверки однозначно не свидетельствуют о том, что общество умышленно и в спорный период создало схему ухода от налогообложения, вменяемую инспекцией,  исказило сведения о фактах хозяйственной жизни, отмечая следующее..

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В силу пункта 7 статьи 3 НК РФ судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 N 3-П разъяснено, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 4 постановления от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53) разъяснил, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

В пункте 9 Постановления N 53 разъяснено, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать то, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Судебная практика исходит из того, что дробление бизнеса возможно рассматривать как способ получения необоснованной налоговой выгоды, если дробление производится исключительно для уменьшения налоговой нагрузки, а не в целях ведения предпринимательской деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.07.2017 N 1440-О отмечал, что налоговое законодательство не исключает в налоговых правоотношениях действия принципа диспозитивности и допускает возможность выбора налогоплательщиком того или иного метода учетной политики (применения налоговых льгот или отказа от них, применения специальных налоговых режимов и т.п.), которая, однако, не должна использоваться для неправомерного сокращения налоговых поступлений в бюджет в результате злоупотребления налогоплательщиками своими правомочиями. Данная правовая позиция неоднократно подтверждалась Конституционным Судом Российской Федерации применительно к уплате различных налогов и сборов (Постановление от 3 июня 2014 года N 17-П, Определение от 7 июня 2011 года N 805-О-О и др.).

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2021 N 305-ЭС21-18005 следует, что подходы к оценке обоснованности налоговой выгоды в налоговых отношениях, указанные в пунктах 2 - 4 Постановления N 53, сохраняют свою актуальность после принятия Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ, которым часть первая НК РФ дополнена статьей 54.1, конкретизировавшей обстоятельства и условия, принимаемые во внимание при оценке допустимости поведения налогоплательщика.

Положения статьи 54.1 НК РФ направлены на противодействие налоговым злоупотреблениям и получению необоснованной налоговой выгоды за счет причинения ущерба бюджетам публично-правовых образований в результате неуплаты сумм обязательных платежей, которые должны были быть уплачены, если бы злоупотреблений не было.

Таким образом, основанием для признания налоговой выгоды необоснованной является выявление по результатам налогового контроля налоговой экономии, полученной в результате злоупотреблений со стороны налогоплательщика.

В пункте 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018 (далее - Обзор), разъяснено, что сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения данными лицами, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность.

Вместе с тем, налоговый орган не лишен права приводить доказательства, указывающие на направленность действий налогоплательщика и взаимозависимых с ним лиц в обход установленных главой 26.2 НК РФ ограничений в применении УСН как специального налогового режима, предназначенного для субъектов малого и среднего предпринимательства.

На налоговом органе в этом случае лежит бремя доказывания того, что имело место деление по существу единого хозяйствующего субъекта, чья деятельность в силу значительности своего объема фактически не отвечает (перестала отвечать) ограничениям, установленным пунктом 3 статьи 346.12, пунктом 4 статьи 346.13 НК РФ, связанным, в частности, с размером полученного дохода, численностью работников, стоимостью основных средств.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.04.2013 N 15570/12 сформулирован ряд критериев, по которым должно осуществляться отграничение законной оптимизации структуры бизнеса от дробления бизнеса в целях получения необоснованной налоговой выгоды: самостоятельность выполняемых организациями видов деятельности, включение их деятельности в единый производственный процесс, направленность на достижение общего экономического результата, действительная хозяйственная, экономическая самостоятельность организаций.

Под дроблением бизнеса следует понимать факт снижения налогоплательщиками своих налоговых обязательств путем создания искусственной ситуации, при которой видимость действий нескольких лиц прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика. При этом получение необоснованной налоговой выгоды достигается в результате применения инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, формально соответствующих действующему законодательству.

При оценке обоснованности налоговой выгоды судом могут учитываться такие обстоятельства, как: особенности корпоративной структуры (история создания взаимозависимых лиц, причины их реорганизации и др.), практика принятия управленческих решений внутри группы взаимозависимых лиц, использование общих трудовых и производственных ресурсов, особенности гражданско-правовых отношений внутри группы (пункт 6 Постановления N 53, пункт 4 Обзора, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.04.2013 N 15570/12).

Взаимозависимость участников сделок сама по себе не может приравниваться к недобросовестности лиц при недоказанности противоправности их поведения (в том числе в целях налогообложения), не является отклонением от обычных условий хозяйствования, не противоречит нормам гражданского законодательства о свободе экономической деятельности. Взаимозависимость как обстоятельство, свидетельствующее о получении необоснованной налоговой выгоды, может иметь правовое значение только тогда, когда такая взаимозависимость используется участниками сделки в целях осуществления согласованных действий, направленных на незаконное занижение налоговой базы. Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 3.3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 N 441-О и постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.03.2008 N 13797/07, вменяя последствия взаимозависимости налоговый орган должен доказать, что такая заинтересованность повлияла на условия или экономические результаты сделок и деятельности участников

Более того, взаимозависимость прямо предусмотрена статьей 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации, но не в качестве состава налогового правонарушения, а в качестве квалифицирующих признаков правоотношений сторон, в которых возможно взаимное влияние на содержание сделок, и в результате, на их налоговые последствия

Из приведенных разъяснений следует, что существенными обстоятельствами при рассмотрении спора о применении схемы "дробления" бизнеса помимо отношений взаимозависимости, является выявление факта искусственного разделения единого производственного (иного хозяйственного, управленческого) процесса, фактически осуществляемого налогоплательщиком, на отдельные части с их формальным отнесением на взаимозависимых лиц, которые лишены экономической самостоятельности и собственной деятельности фактически не осуществляют, реквизиты которых используются в целях выведения части выручки и получения налоговой выгоды при налогообложении группы лиц в целом.

В качестве доказательств, свидетельствующих о применении схемы дробления бизнеса, могут выступать следующие установленные в ходе налоговой проверки обстоятельства: налогоплательщик, его участники, должностные лица или лица, осуществляющие фактическое управление деятельностью схемы, являются выгодоприобретателями от использования схемы дробления бизнеса; участники схемы осуществляют аналогичный вид экономической деятельности; создание участников схемы в течение небольшого промежутка времени непосредственно перед расширением производственных мощностей и/или увеличением численности персонала; несение расходов участниками схемы друг за друга; прямая или косвенная взаимозависимость участников схемы дробления бизнеса (родственные отношения, участие в органах управления, служебная подконтрольность и т.п.); формальное перераспределение между участниками схемы персонала без изменения их должностных обязанностей; отсутствие у подконтрольных лиц, принадлежащих им основных и оборотных средств, кадровых ресурсов; единственным поставщиком или покупателем для одного участника схемы дробления бизнеса может являться другой ее участник, либо поставщики и покупатели у всех участников схемы являются общими; фактическое управление деятельностью участников схемы одними лицами; единые для участников схемы службы, осуществляющие: ведение бухгалтерского учета, кадрового делопроизводства, подбор персонала, поиск и работу с поставщиками и покупателями, юридическое сопровождение, логистику и т.д.; представление интересов по взаимоотношениям с государственными органами и иными контрагентами (не входящими в схему дробления бизнеса) осуществляется одними и теми же лицами; данные бухгалтерского учета налогоплательщика с учетом вновь созданных организаций могут указывать на снижение рентабельности производства и прибыли.

При этом в ходе судебного разбирательства судом установлено следующее.

АО «Коелгамрамор» зарегистрировано 24.10.1996 г., является правопреемником ЗАО «Коелгамрамор».

ЗАО «Коелгамрамор» выдана 09.03.2000 года лицензия на право пользования недрами ЧЕЛ 00674 ТЭ «добыча облицовочного камня (мрамор) на Коелгинском месторождении (карьер «Центральный»)Южно-Коелгинское месторождение

Арендное предприятие «Коелгамрамор» получило проект горного отвода для разработки Южно-Коелгинского месторождения 24.06.1991 г.

ООО «Коелга-Южное» зарегистрировано 26.11.1998, является правопреемником АОЗТ Совместное российско-американское предприятие «Коелга-Южное», зарегистрированного 17.02.1992.

Основной вид деятельности - добыча горной массы из Южно-Коелгинского месторождения.

Режим налогообложения до 2010 года - ОСН, с 2010 – УСН         

АОЗТ «Коелга-Южное» 24.08.1992 получена лицензия № ЧЕЛ00001ТЭ на право пользования недрами для производства работ на Южно-Коелгинском месторождении (карьер Южный)

Совместному российско-американскому предприятию «Коелга-Южная» АОЗТ 29.11.1994 выдана лицензия на право пользования недрами ЧЕЛ 00286 ТЭ на Южно-Коелгинском месторождении.

16.11.2005 ООО «Коелга-Южная» выдана лицензия на право пользования недрами ЧЕЛ 07041 ТЭ - добыча облицовочного камня (мрамор) в западной части Южно-Коелгинского месторождения мрамора.

ООО «Коелга-микромрамор» зарегистрировано 12.08.2004 в результате реорганизации ООО «Коелга-Южная» путем выделения. С момента образования применяет УСН.

Основной вид деятельности - добыча горной массы (мрамора) из Южно-Коелгинского  месторождения.

Согласно протоколу общего собрания участников СП «Коелга-Южное» от 09.08.2004 г. решение о создании организации принималось не только ЗАО «Коелгамрамор», а и иными организациями - ЗАО «Сельскохозяйственное племенное предприятие «Коелгинское», Корпорация «Александр Инвестмет Компани Лимитед», физическими лицами - ФИО11, ФИО12., ФИО13, ФИО14 Директором был назначен ФИО15

26.10.2004 выдана лицензия на право пользования недрами ЧЕЛ 01489 ТЭ - добыча облицовочного камня (мрамор) в восточной части Южно-Коелгинского месторождения мрамора.

При этом, как указывает налоговый орган, уставный капитал ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР» сформирован за счет уменьшения уставного капитала  ООО «Коелга-Южная». Между организациями составлен разделительный баланс. 

После регистрации ООО «КОЕЛГА-МИКРОМРАМОР», ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ»  подано заявление в Министерство промышленности и природных ресурсов Челябинской области о внесении изменений в ранее выданную лицензию на право пользования недрами. «Вследствие уменьшения производственных мощностей,  ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ» снижает объемы добычи и будет продолжать эксплуатацию только на западной части Южно-Коелгинского месторождения. От участка недр, расположенного в восточной части месторождения ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ» отказывается».

ООО «Коелга-Западная» зарегистрировано 18.05.2007 г. путем выделения из ООО «Коелга-Южная».

С 2010 применяет УСН Основной вид деятельности - добыча декоративного и строительного камня, известняка, гипса, мела и сланцев из Южно-Коелгинского месторождения.

После  регистрации ООО «КОЕЛГА-ЗАПАДНАЯ», ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ» подано заявление о внесении изменений в лицензию на право пользования недрами ЧЕЛ 07041 ТЭ 2005г. «Вследствие уменьшения производственных мощностей,  ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ» снижает объемы добычи и будет продолжать эксплуатацию только северо-западной части Южно-Коелгинского месторождения. От участка недр, расположенного в юго-западной части месторождения, площадью 10,2га ООО «КОЕЛГА-ЮЖНАЯ» отказывается». Впоследствии,  07.11.2008 выдана лицензия на право пользования недрами ЧЕЛ 80141 ТЭ - добыча облицовочного камня (мрамора) на южном участке западной части Южно-Коелгинского месторождения мрамора.

           ООО «Коелгамрамор», ИНН 

<

***>, зарегистрировано 18.09.2014 года

 Основной вид деятельности - производство гранул и порошков природного камня. Система налогообложения - общая.

           При этом суд отмечает, что, из оспариваемого решения следует, что периодом проведения проверки является 2018-2020 годы и выводы налогового органа о получении необоснованной налоговой выгоды заявителем сделаны в отношении именно спорного периода.

          Кроме того, в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлено доказательств, подтверждающих наличие умысла налогоплательщика по созданию схемы и уходу от налогообложения как в спорный проверенный период, так и в период регистрации третьих лиц.

Из материалов дела следует, что третьи лица:

- зарегистрированы задолго до проверенного инспекцией периода,

 - имеют свой штат работников (в среднем, в проверяемый период, АО «Коелгамрамор» -200 человек; ООО «КОЕЛГАМРАМОР» - 450 человек, ООО «Коелга-Южная» - 20 человек; ООО «Коелга-микромрамор» - 40 человек, ООО «Коелга-Западная» - 10 человек),

- зарегистрированы по разным адресам

- руководители и главные бухгалтеры разные;

-             не доказано ведения общего ведения бухгалтерского учета, совпадения  IP-адреса

- каждая организация имеет  свои расчетные счета и ими распоряжается самостоятельно

-нет общих средств связи и идентификации

На основании изложенного, суд считает, что в отсутствии доказательств того, что регистрация третьих лиц осуществлена в целях исключительно для уменьшения налоговой нагрузки, а не в целях ведения предпринимательской деятельности, в отсутствии доказательств совершения заявителем умышленных действий по дроблению бизнеса в проверенный период, выводы налогового органа о допущении заявителем занижения налоговой базы является необоснованным.

              По мнению суда, налоговый орган не доказал, что путем создания взаимозависимых организаций налогоплательщик произвел формальное разделение бизнеса, единственной или преимущественной целью которого являлось получение необоснованной налоговой выгоды.

Кроме того, из материалов дела следует, что налоговым органом в период регистрации третьих лиц проведены выездные проверки в отношении заявителя  за период с 2012 по 2016. Обстоятельства, последовавшие регистрации третьих лиц на момент проведения указанных выездных проверок не могли быть неизвестны налоговому органу. Вместе с тем, вменение заявителю "«дробления бизнеса» по результатам проверки его деятельности за период 2012-2016 налоговым органом не осуществлено.

Так,  из материалов дела следует, что налоговым органом проведены предыдущие выездные налоговые проверки налогоплательщика за период с 2007 -2016, по результатам которых не установлены обстоятельства дробления бизнеса.

Налоговый орган указывает, что предыдущая налоговая проверка АО «Коелгамрамор» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов проведена Межрайонной ИФНС России №10 по Челябинской области за период 2012-2014гг. По результатам проверки составлен акт № 16 от 29.08.2016, вынесено решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 17 от 30.09.2016г. 

Предыдущая налоговая проверка ООО «Коелгамрамор» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов проведена Межрайонной ИФНС России №10 по Челябинской области за период 2014-2016гг. По результатам проверки составлен акт № 15 от 24.10.2018, вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 17 от 14.12.2018.Решение вступило в силу 25.01.2019г. По установленным в ходе проверки нарушениям ООО "Коелгамрамор" сданы уточненные декларации по налогу на прибыль, налогу на добавленную стоимость. 

При этом Конституционный Суд РФ в Определениях от 12.07.2006 N 267-О, от 03.03.2015 N 417-О, от 02.04.2015 N 583-О указал, что, применение ранее установленных условий реализации прав и свобод должно осуществляться на основе принципа поддержания доверия граждан к закону и действиям государства и налогоплательщик вправе предполагать, что если налоговый орган не обращается к нему за объяснениями или документами, подтверждающими декларируемые налоги, то у налогового органа нет сомнений в правильности уплаты налогов. Иное означало бы нарушение принципа правовой определенности и вело бы к произволу налоговых органов).

Как указано в определении Верховного Суда от 12.10.2021 N 305-ЭС21-11708, вышеуказанный принцип может применяться, если ожидания того или иного лица основаны на явном, безусловном и последовательном подтверждении правомерности его поведения со стороны государства. При этом на принцип защиты правомерных ожиданий не может полагаться предусмотрительный и разумный участник экономической деятельности, который должен был ожидать применения соответствующих мер со стороны государства; вышеозначенные принципы применяются с учетом существа ошибки, допущенной государством и не могут не принимать во внимание оценку разумности поведения самого участника экономического оборота, чтобы в конечном счете обеспечить должный баланс частных и публичных интересов.

На основании изложенного, суд считает, что вменение налогоплательщику получение необоснованной налоговой выгоды в результате дробления бизнеса по результатам проверки только за 2018-2020 годы нарушает правовую определенность налогоплательщика при декларировании спорных налогов, что также в совокупности свидетельствует о нарушении прав заявителя.

             Кроме того, суд отмечает, что в ходе судебного разбирательства установлено, что налоговым органом при вынесении оспариваемого решения при исчислении налога на добычу полезного ископаемого не учтены расходы на погрузку оборудования, подачу/уборку вагонов, управленческие затраты, не учтен объем потерь при получении щебня и песка, что налоговым органом не оспорено. 

При этом в  Постановлении Президиума ВАС РФ от 18.05.2011 N 1109/11 по делу N А46-23193/2009 отражено, что согласно абзацу четвертому пункта 3 статьи 340 Кодекса в целях главы 26 Кодекса к расходам по доставке (перевозке) добытого полезного ископаемого до получателя относятся, в частности, расходы по доставке (транспортировке) магистральными трубопроводами, железнодорожным, водным и другим транспортом, расходы на слив, налив, погрузку, разгрузку и перегрузку, на оплату услуг в портах и транспортно-экспедиционных услуг.

Из указанных положений Кодекса следует, что критерием отнесения затрат к расходам, уменьшающим налоговую базу по налогу на добычу полезных ископаемых, является цель их осуществления - обеспечение доставки полезного ископаемого до потребителя.

Следовательно, поскольку доставка полезного ископаемого связана с необходимостью учета и управления такими операциями, поддержания в надлежащем состоянии территории, на которой осуществляется погрузка и разгрузка, учет общехозяйственных расходов в составе расходов по доставке полезного ископаемого не противоречит пункту 3 статьи 340 Кодекса.

Ограничительное толкование положения пункта 3 статьи 340 Кодекса привело бы - в нарушение принципа равного положения всех налогоплательщиков перед налоговым законом - к неравному подходу по отношению к налогоплательщикам, осуществляющим доставку полезного ископаемого до потребителя самостоятельно, по сравнению с налогоплательщиками, привлекающими перевозчиков, стоимость услуг которых складывается из всех расходов, включая и общехозяйственные.

             В материалы дела  налогоплательщиком представлены доказательства, подтверждающие несение им указанных расходов и их расчет, который, по мнению суда, является обоснованным, но не учтенным при вынесении оспариваемого решения.

            На основании изложенного, суд считает, что решение налогового вынесено в нарушение положений норм Налогового Кодекса, в связи с чем подлежит признанию недействительным.

           Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (часть 1 статьи 110 АПК РФ). 

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (статья 101 АПК РФ).

При обращении в суд с исковым заявлением истцом уплачена госпошлина в сумме 3000 рублей по платежному поручению № 1528 от 02.08.2023. 

Таким образом, с учетом удовлетворения исковых требований расходы по уплате госпошлины в сумме 3000 руб. на основании ч. 1 ст. 110 АПК РФ относятся на ответчика и подлежат взысканию с последнего в пользу заявителя.

 

Руководствуясь ст. ст. 167-168, 201, 110 АПК РФ, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

Заявленные требования удовлетворить. 

 Признать недействительным решение Межрайонной ИФНС №10 по Челябинской области № 2 от 28.02.2023 с учетом решения УФНС РФ по Челябинской области от 01.06.2023 № 16-07/002064, , как не соответствующее нормам Налогового Кодекса РФ.

Взыскать с Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы № 30 по Челябинской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «КОЕЛГАМРАМОР» расходы по уплате госпошлины в сумме 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый Арбитражный  апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме), а также в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его вступления в законную силу путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда htth://18aas.arbitr.ru или Арбитражный суд Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.

 

Судья                                                                   Н.А. Кунышева