ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А22-1904/2020

г. Ессентуки

18 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 октября 2021 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Жукова Е.В., Макаровой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ООО «Канурка» – ФИО2 (доверенность от 15.05.2021), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО «РосАгроЛизинг» на определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 09.08.2021 по делу № А22-1904/2020, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) СПК «Чилгир-1» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), принятое по требованию ООО «Канурка» о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 9 142 509,36 руб.,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Калмыкия от 24.03.2021 в отношении СПК «Чилгир-1» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден участник Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация независимых арбитражных управляющих «Дело» (почтовый адрес ФИО3: 603122, г. Нижний Новгород, а/я 39) ФИО3. 

ООО «Канурка» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника – СПК «Чилгир-1» задолженности в размере 9 142 509,36 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Калмыкия от 09.08.2021 заявленные требования удовлетворены. Признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника – СПК «Чилгир-1» задолженность перед ООО «Канурка» в размере 9142509,36 руб. Судебный акт мотивирован наличием доказательств, подтверждающих размер заявленных требований.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, АО «РосАгроЛизинг» обратилось в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Апеллянт ссылается на то, что судом первой инстанции не принят во внимание факт аффилированности сторон, что свидетельствует о необходимости применения положений субординации.

В судебном заседании представитель ООО «Канурка» поддержала доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просила определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 09.09.2021 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав представителя лица, участвующего в настоящем обособленном споре, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 09.08.2021 по делу № А22-1904/2020 подлежит отмене, исходя из следующего.

Из материалов дела следует и судом первой инстанции установлено, между Должником и ООО «Канурка» заключен договор от 10.05.2016 о партнерстве и дополнительное соглашение к нему от 01.10.2019.

По условиям договора партнеры (Кредитор и Должник) обязуются сотрудничать в производственной сфере агропромышленного производства с целью извлечения прибыли. 

Из п. 2.2. следует, что денежные средства, направленные в адрес партнера, или третьих лиц на возмездной основе возвращаются по первому требованию партнера. 

Во исполнение условий вышеуказанного договора ООО «Канурка» производило оплаты по письменным обращениям должника за товары и услуги третьим лицам, а взамен получало сельскохозяйственную продукцию, либо возврат денежных средств. 

Кроме того, ООО «Канурка» за счет собственных средств произвело реконструкцию мелиоративных систем на лиманах. 

Согласно акту сверки взаимных расчетов по состоянию на 01.09.2020 задолженность СПК «Чилгир-1» в пользу кредитора (ООО «Канурка») составляет 9 142 509,36 руб.

Указанное послужило основанием для обращения заявителя в суд с настоящими требованиями.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции не учел следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с абзацем 8 статьи 2 Закона о банкротстве, конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

Под денежным обязательством понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию (абзац четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Требование кредитора должно отвечать положениям статьи 71 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 5 указанной статьи, требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам такого рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Кроме того, при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд не позднее чем через пятнадцать дней со дня истечения срока для предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим, кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия (часть 2 статьи 71 Закона о банкротстве).

Вместе с тем, установление судом, рассматривающим дело о банкротстве, фактов злоупотребления правом, недобросовестного поведения сторон при совершении сделки, положенной в основу требования о включении в реестр требований кредиторов должника, является основанием для отказа во включении такого требования в реестр. Указанные обстоятельства входят в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующего необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060).

В соответствии со статьей 40 Закона о банкротстве кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению заявления о включении требования в реестр является представление заявителем доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения лиц, заявивших возражение против требования (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16-20992 (3)).

По смыслу статей 16, 71, 100 Закона о банкротстве с учетом разъяснений пункта 26 постановления N 35 и сформировавшейся судебной практики кредитор, заявляющий о включении своего требования в реестр, должен ясно и убедительно подтвердить реальность долга, то есть его наличие и размер. При этом он должен обосновать существование именно той задолженности, включить в реестр которую он просит суд (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2019 N 305-ЭС18-19688 (2)).

Как установлено судом, заявитель просил включить в реестр требований кредиторов задолженность возникшую, на основании заключенного с должником партнерского договора.

Так в материалах дела имеются первичные документы, подтверждающие встречное предоставление по договору. Стоимость и размеры встречных поставок взаимовыгодны, а в процедуре наблюдения платежи в пользу должника не подпадают под мораторий, а являются текущими и согласно Закону о банкротстве подлежат внеочередному погашению. Кроме того, деятельность обоих предприятий осуществляется практически на смежных земельных участках, определяющих совместные интересы.

Также ООО «Канурка» первоначально за счет собственных средств произвело реконструкцию мелиоративных систем на лиманах, что подтверждается представленным в материалы дела договором подряда, актами о приемки выполненных работ, справками о стоимости выполненных работ и затрат, проектно-сметной документацией.

Однако данное обстоятельство было продиктовано также необходимостью работать с целым массивом мелиоративных сооружений - сети каналов и участков соединенных между собой эксплуатируемых кредитором и должником.

Кредитор исходил из собственных финансовых возможностей, проектного решения и перспектив ожидаемой прибыли от развития кормовой базы. Продукция кормовой базы кредитора планировалась для реализации должнику и извлечения прибыли.

В соответствии с пунктом 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может быть возложено на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом. 

По смыслу указанной нормы права должник вправе исполнить обязательство самостоятельно, или, не запрашивая согласия кредитора, передать исполнение третьему лицу. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять соответствующее исполнение. При этом закон не наделяет добросовестного кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся между третьим лицом и должником отношений, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочия по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо.

Заявителем в качестве доказательств, подтверждающих размер заявленных требований, представлены в материалы дела письма должника с просьбой об оплате задолженности перед третьими лицами, платежные поручения, подтверждающие оплату третьим лицам за должника.

Между тем, оплата за должника третьим лицам не противоречит нормам действующего законодательства.

Таким образом, заявителем документально подтверждена задолженность должника в размере 9 142 509,36 рублей. Наличие задолженности подтверждается и управляющим в отзыве на заявление.

Возражая в отношении заявленных требований, управляющий и АО «РосАгроЛизинг» ссылались на наличие между сторонами признаков фактической аффилированности. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 по делу № 308-ЭС17-1556(2), от 12.02.2018 по делу № 305-ЭС15-5734 (4,5), от 15.02.2018 по делу № 305-ЭС17-17208, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Закон при этом не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее - Обзор судебной практики), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6) по делу N А12-45751/2015.

Так требования заявителя основаны на заключенном между сторонами договоре от 10.05.2016г., в соответствии с которым партнеры обязуются сотрудничать в производственной сфере агропромышленного производства с целью извлечения прибыли. 

Во исполнение условий вышеуказанного договора ООО «Канурка» производило оплаты по письменным обращениям должника за товары и услуги третьим лицам, а взамен получало сельскохозяйственную продукцию, либо возврат денежных средств. 

Кроме того, ООО «Канурка» за счет собственных средств произвело реконструкцию мелиоративных систем на лиманах. 

По общему правилу деятельность любой коммерческой организации имеет своей основной целью извлечение прибыли. 

Исходя из вышеуказанного принципа, экономическая целесообразность заключения такого договора для ООО «Канурка» не ясна, поскольку кредитор только вкладывал денежные средства, фактически не получая ничего взамен, что подтверждается наличием задолженности в размере 9 142 509,36 руб. 

Напротив, в случае фактической аффилированности ООО «Канурка» и СПК «Чилгир-1» становится ясна цель заключения договора от 10.05.2016г., а именно финансирование аффилированного юридического лица, находящегося в состоянии имущественного кризиса, другим юридическим лицом. 

В момент совершения платежей за СПК «Чилгир1» ООО «Канурка», как аффилированному лицу, было известно о наличии у должника признаков неплатежеспособности, и именно по причине отсутствия у должника собственных денежных средств ООО «Канурка» производило оплату за аффилированное юридическое лицо. 

Кредитор осознавал, что деньги, которые он перечислял в пользу третьих лиц за СПК «Чилгир-1», к кредитору не вернутся, но продолжал осуществлять платежи за СПК «Чилгир-1», чтобы вывести должника из имущественного кризиса.

Кроме того, партнерский договор заключен 10.05.2016, в то время как письма с просьбой об оплате задолженности перед третьими лицами датированы 2019 – 2020 годами, платежи также произведены в указанный период, т.е. в преддверии  банкротства должника. Доказательств наличия между сторонами каких-либо обязательств в период с мая 2016 по 2018 года включительно не представлено. 

Указанное свидетельствует о компенсационном финансировании должника, находящегося в состоянии имущественного кризиса в преддверии банкротства, со стороны заявителя.

Доказательств обратного заявитель не представил, не раскрыл разумные экономические мотивы заключения договора о партнерстве и внесении за должника третьим лицам денежных средств, без получения встречного предоставления.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии между сторонами признаков фактической аффилированности. Доказательств обратного, с учетом произведенных заявителем оплат, в материалы дела не представлено. 

Как неоднократно указывал Верховный Суд РФ, сам по себе факт аффилированности кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника хотя и не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако, при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647 (1); от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647 (7); от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6)).

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор судебной практики, Обзор от 29.01.2020), обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования и для отказа в удовлетворении требований аффилированного с должником лица.

Как следует из сложившейся судебной практики, по смыслу правовых позиций, изложенных в Обзоре от 29.01.2020, судом может быть отказано в удовлетворении требования кредитора только в случае установления обстоятельств мнимости, нереальности требований, например в связи с транзитным характером перечисления денежных средств, в том числе внутри группы компаний, безосновательным ростом долговых обязательств перед аффилированным лицом без получения встречного предоставления (пункты 1, 5 Обзора). В иных случаях, например, осуществление финансирования в условиях имущественного кризиса, очередность удовлетворения требования такого кредитора понижается.

Верховный Суд Российской Федерации в своем Обзоре от 29.01.2020 сформировал ряд правовых позиций, согласно которым не любое из требований аффилированных лиц носит корпоративный характер. Так, требование аффилированного лица, основанное на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса должника, следует расценивать как требование о возврате компенсационного финансирования, подлежащее удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов (пункты 3 и 4 названного Обзора).

В пункте 3.3 Обзора от 29.01.2020 указано, что разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации является предоставление аффилированным лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации) и т.п.). 

Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

При таких обстоятельствах, оплата задолженности должника перед третьими лицами без предоставлении соответствующего встречного предоставления на сумму произведенных оплат свидетельствует о предоставлении компенсационного финансирования. 

Как указано в Обзоре от 29.01.2020, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Очередность удовлетворения требования контролирующего лица понижается вследствие того, что оно, отклоняясь от стандарта поведения, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, принимает решение о предоставлении компенсационного финансирования на свой риск, относя на себя в том числе риск утраты данного финансирования на случай объективного банкротства. По общему правилу, в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации этот риск не может перекладываться на других кредиторов.

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии признаков злоупотребления правом со стороны участников обществ, заинтересованных по отношению к должнику, направленных на недопущение получения независимыми кредиторами соразмерного удовлетворения требований, а аффилированное по отношению к должнику ООО «Канурка» получит денежные средства за счет иного пополнения конкурсной массы должника, поскольку является кредитором третей очереди должника, что нарушает права и законные интересы иных кредиторов должника. Следовательно, требования ООО «Канурка» не могут конкурировать с требованиями других кредиторов, в связи с чем, имеются основания для понижения очередности удовлетворения требований заявителя.

Таким образом, с учетом приведенных разъяснений Обзора судебной практики, принимая во внимание тот факт, что сделки, на основании которых у кредитора возникло право требования к должнику, совершены между аффилированными лицами, на недоступных для иных участников рынка условиях, требование ООО «Канурка» в размере 9 142 509,36 руб. является обоснованным, но подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 09.08.2021 по делу № А22-1904/2020 в соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с неправильным применением норм материального права подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта.

При указанных обстоятельствах у апелляционного суда отсутствуют предусмотренные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена. 

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного  процессуального  кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Калмыкия от 09.08.2021 по делу № А22- 1904/2020 отменить.

Принять по делу новый судебный акт.

Признать обоснованными требования ООО «Канурка» к СПК «Чилгир-1» в сумме 9142509,36 руб. и удовлетворить данное требование после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

З.А. Бейтуганов

Судьи

Е.В. Жуков

Н.В. Макарова