ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А40-153076/20-96-1014

г. Москва

28 октября 2020 г.

Решение принято путем подписания резолютивной части решения 20 октября 2020 г.

Мотивированное решение по заявлению составлено 28 октября 2020 года 

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Гутник П.С., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску ООО "ТРАСТ" к АО "УРАЛСИБ ЖИЗНЬ" о взыскании 66 682,87 руб., госпошлины. без вызова сторон.

У С Т А Н О В И Л:

ООО «ТРАСТ» обратилось с иском к АО "УРАЛСИБ ЖИЗНЬ" о взыскании страхового возмещения в размере 66 682,87 рублей.

Определением от 28.08.2020 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

По всем имеющимся и указанным адресам арбитражным судом было направлено определение о принятии искового заявления к производству и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства по делу. Указанное определение сторонами получено. 

Через канцелярию суда от ответчика поступили возражения о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства, о рассмотрении дела по общим правилам судопроизводства.

Рассмотрев доводы ходатайства ответчика, изучив материалы дела, суд не находит оснований удовлетворения ходатайства ответчика, так как отсутствуют основания, предусмотренные ст. 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, рассматриваемом в порядке упрощенного производства, считаются извещенными надлежащим образом, если ко дню принятия решения арбитражный суд располагает сведениями о получении стороной копии определения о принятии искового заявления к производству и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства.

20.10.2020 года Арбитражным судом г. Москвы вынесена резолютивная часть по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства (в порядке ст. 229 АПК РФ).

От ответчика поступила апелляционная жалоба и заявление о составлении мотивированного решения по делу.

В соответствии с ч. 2 ст. 229 АПК РФ   суд составляет мотивированное решение.

Исследовав письменные доказательства,  суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 29.01.2018 между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ» был/заключен договор об уступке прав (требований) № УСБ00/ПАУТ2018-8 (далее - договор цессии), на основании которого ПАО «БАНК УРАЛСИБ» передало ООО «ТРАСТ» права к Клиентам вытекающие из условий Кредитных договоров / Договоров банковского счета, согласно; Акту уступки прав (требований) (Приложение №1 к настоящему договору), в том числе по кредитному договору № 

<

***> от 08.08.2011г. заключенному между ФИО1 и ПАО «БАНК УРАЛСИБ» (далее по тексту - Банк).

По условиям указанного кредитного договора Банк предоставил заемщику кредит в размере 90 000 руб. 00 коп., под 26,50 % годовых, на срок до 08.08.2016г.

В соответствии с п.2.1., 2.2 договора цессии Банк передал ООО «ТРАСТ» все права (требования) вытекающие из условий Кредитных договоров.

Таким образом, в договоре уступки прав (требований), заключенном между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ», указано, что его предметом является передача всех прав (требований) по договорам, обеспечивающим исполнение обязательств по кредитным договорам, заключенным между цедентом и должниками (заемщики, поручители). 

Согласно Приложения №1 к договору цессии к ООО «ТРАСТ» перешло право требования исполнения ФИО1 обязательств по кредитному договору в размере 121 289 руб. 52 коп.

На основании Договора цессии, ч.3 ст.385, ст.ст.388, 390 ГК РФ Банк передал ООО «ТРАСТ» документы, подтверждающие существование права требования, в том числе кредитный договор № ФИО1 заключенный с ФИО1 и заявление на страхование от 08;08.2011. подписанное ФИО1

В день подписания кредитного договора 

<

***>. ФИО1 подписал Полис добровольного страхования в котором выразила свое согласие быть застрахованным лицом по Договору страхования жизни и здоровья (далее - Договор страхования) заемщика потребительского кредита ОАО «БАНК УРАЛСИБ», оплатив страховую премию в размере 9 652 руб. 50 коп. 08.08.2011г. Страховщик - АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ».

В соответствии с Заявлением на страхование одним из страховых случаев является - смерть застрахованного лица от любых причин.

Согласно Полиса страхования Застрахованный ФИО1 согласился с назначением Банка выгодоприобретателем. Страховая сумма определяется в соответствии с Таблицей изменения страховых сумм. Срок страхования - равен сроку кредитного договора.

Таким образом, заемщик ФИО1 в данном случае заключил договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения своих обязательств в качестве заемщика ПАО «БАНК УРАЛСИБ».

В соответствии со ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора, в котором могут предусмотреть способ обеспечения исполнения обязательств (ст.319 ГК РФ).

Перечень приведенных в ст.329 ГК РФ способов исполнения обязательств не является исчерпывающим, исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо перечисленных в названной норме способов и другими способами предусмотренными законом или договором.

Как указал Верховный суд РФ в п.4 Обзора судебной практики по гражданским делам связанным разрешением споров об исполнении кредитных обязательств (утв. Президиумом Верховного суда РФ от 22.05.2013 «в кредитных договорах может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье в качестве способов обеспечения исполнения обязательств и в этом случае в качестве выгодоприобретателя может быть указан Банк».

То обстоятельство, что Банк является выгодоприобретателем и исходя из договора установил за собой право на получение страховой выплаты равной размеру задолженности заемщика в случае его смерти или наступления инвалидности, свидетельствует о его воле на исполнение кредитного договора, путем получения от страховщика страховой выплаты, которая обеспечивает требование по кредитному договору.

Страховке суммы по этому договору определены пределами суммы выданного кредита и изменяются в течение срока действия этого договора и не могут превышать задолженности застрахованного по кредитному договору.

Таким Образом, заемщик ФИО1 в данном случае заключил договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения своих обязательств в качестве заемщика кредитного договора № 

<

***> от 08.08.2011г. ПАО «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ».

В ч.1 384 ГК РФ указано, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Следовательно, в момент перехода права требования по Кредитному договору, заключенному с ФИО1 к ООО «ТРАСТ» перешло право обращения в Страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая по факту смерти по любой причине ФИО1 и право (требование) получения страховой выплаты, как способ обеспечения исполнения основного кредитного обязательства (ст.329,384 ГК РФ).

В период действия Договора страхования — 18.01.2014г. наступила смерть ФИО1, данный факт подтверждает справка о смерти № А-02998 выданная отделом по Ангарскому району и г. Ангарску службы ЗАГС Иркутской области.

Таким образом, факт наступления страхового случая (смерть по любой причине) в дополнительном доказывании не нуждается.

Согласно ст.934 ГК РФ по договору личного страхования страховщик при наступлении страхового случая обязан выплатить обусловленную договором сумму (страховую сумму). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Из содержания заявления на страхование следует, что Страховщик при наступлении страхового случая (смерти застрахованного лица) выплачивает выгодоприобретателю страховую выплату в размере задолженности по кредитному договору (сумма основного долга и проценты по кредиту), но не более страховой суммы.

Страховая сумма составляет -99 000 руб. 00 коп.

Сумма задолженности ФИО1 по кредитному договору составила - 121 289 руб. 52 коп.

Согласно таблицы изменения страховых сумм, сумма страховой выплаты на дату смерти составляет - 66 682 руб. 87 коп.

В соответствии с ч.2 ст.9 Закона Российской Федерации от: 27.11.1992г. «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Следовательно, к ООО «ТРАСТ» в силу закона и договор цессии, договора страхования перешло право обратиться к Страховщику с заявлениями (уведомлениями) о наступлении страхового случая (смерти заемщика) и выплате страхового возмещения. Данные обстоятельства свидетельствуют, о том, что на момент уступки прав (требований) Банк, в соответствии с Договором страхования имел право обратиться к Страховщику с заявлениями (уведомлениями) о наступлении страхового случая (смерти заемщика) и выплате страхового возмещения, и данное право в силу закона и договора цессии и договора страхования перешло к ООО «ТРАСТ».

Кроме того, силу норм главы 24 Гражданского кодекса РФ об уступке требования выгодоприобретатель вправе заменить себя на другое лицо на любой стадии исполнения страховщиком своих обязательств, вытекающих из договора страхования.

Данные обстоятельства свидетельствуют, о том, что на момент уступки прав (требований) Банк, как выгодоприобретатель по договорам страхования, имел право обратиться к Страховщику с заявлением о наступлении страхового случая (смерти заемщика) и выплате страхового возмещения, и данное право в силу закона и договоров цессии перешло к ООО «ТРАСТ».

26.05.2020 ООО «ТРАСТ» в адрес Страховщика направило уведомление о наступлении страхового случая исх. № 126 133. К уведомлению прилагались следующие документы: копия кредитного договора № 

<

***> от 

<

***>.; копия банковского ордера № 43599998 от 

<

***>; копия Полиса страхования от 

<

***>.; копия квитанции от 08.08.2011г.; копия договора об уступке прав (требований) № УСБ00/ПАУТ2018-8 от 29.012018г.; копии приложения № 1 к договору уступки прав требований № УСБ00/ПАУТ20184;8 от 29.012018г (первая страница, страница с должником, последняя страница); копия платежного поручения № 2249 от 29.01.2018; оригинал справки о смерти № А-02998 выданная: отделом по Ангарскому району и г.Ангарску службы ЗАГС Иркутской области. 

Факт отправки уведомления подтверждает список № 84 внутренних почтовых отправлений от 26.05.2020г.

Таким образом, ООО «ТРАСТ», как выгодоприобретатель по договору страхования, представило документы, подтверждающие факт наступления страхового случая (смерть по любой причине) Застрахованного лица и выполнило все обязанности, возложенные на него ст.939 ГК РФ.

Иные необходимые документы, Ответчик (Страховщик) как профессиональный участник страховых правоотношений, имел право запросить самостоятельно в силу ч.8 ст. 10 Закон РФ от 27.11.1992г. № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и заявления на страхование.

18.06.2020 ООО «ТРАСТ» в адрес АО СК «УРАЛСИБ ЗШЗНЬ» направило претензию (исх.№ 150 461). Факт отправки претензии подтверждает список № 128 внутренних почтовых отправлений от 18.06.2020г.

14.08.2020  в адрес ООО «ТРАСТ» поступило информационное письмо (исх. №6/4 от 23.07.2020), где АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ» фактически отказало в выплате страхового возмещения.

До настоящего времени страховая выплата не произведена.

Страховщик не имея законных оснований для отказа в страховой выплате, вел себя недобросовестно, чем нарушил права и законные интересы ООО "Траст", что привело к необходимости обращения в суд за их защитой.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, либо страховщиком его гражданской ответственности, поскольку такое страхование обязательно на основании ст. 13 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Пунктом 4 ст. 931 Кодекса предусмотрено, что в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других предусмотренных законом или договором страхования случаях такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно к страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Доводы отзыва ответчика признаны судом необоснованными и не состоятельными и отклонены ввиду противоречия фактическим обстоятельствам дела, представленным в дело доказательствам и неправильным применением норм материального права, так как в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлены доказательства в обоснование доводов отзыва.

29.01.2018между ПАО «БАНК УРАЛСИБ» и ООО «ТРАСТ» был заключен договор об уступке прав (требований) № УСБ00/ПАУТ2018-8 (далее - договор цессии), на основании которого ПАО «БАНК УРАЛСИБ» передало ООО «ТРАСТ» права к Клиентам вытекающие из условий Кредитных договоров / Договоров банковского счета, согласно Акту уступки прав (требований) (Приложение №1 к настоящему договору), в том числе по кредитному договору № 

<

***> от 08.08.2011г. заключенному между ФИО1 и ПАО «БАНК УРАЛСИБ».

Согласно ст. 382 ГК РФ Право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В частности к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства. Согласия страховщика на это не требуется в силу норм п.1 ст. 382 ГК РФ, а так же в силу того что назначение выгодоприобретателя по договору страхования не является существенным условием.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором был предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанном запрете.

В соответствии с ч.3 ст.388 ГК РФ соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование.

Пунктом 1 ст.384 ГК РФ установлено, что к новому кредитору переходят права обеспечивающие исполнение обязательств, а также другие связанные с требованием права.

В заявлении на страхование ФИО1 выразил свое согласие с тем, что выгодоприобретателем по договору страхования при наступлении страхового случая будет являться Банк, Банк при этом является страхователем и выгодоприобретателем. Между тем, уступая права требования по кредитным договорам Банк, как Выгодоприобретатель, уступил свои права по договорам страхования, так как страхование жизни заемщика обеспечивает исполнение обязательств по кредитам.

Страхователь же никакие права не уступал. Обязанности по оплате страховой премии у ООО «ТРАСТ» не возникло.

Совершая уступку права требования Банк (страхователь) действовал как выгодоприобретатель, следовательно, Банк являясь и страхователем и выгодоприобретателем в одном лице, по договору страхования, не лишен права заменить себя другим лицом, заключив договор цессии.

В заявлении на страхование ФИО1 выразил свое согласие с тем, что выгодоприобретателем по договору страхования при наступлении страхового случая будет являться Банк. Банк при этом является страхователем и выгодоприобретателем.

Таким образом, в результате смерти ФИО1 после 18.01.2014 выгодоприобретателем по договору страхования стал Банк, и поскольку страховой случай наступил, то у банка возникло право обратиться с требованием о выплате страхового возмещения к страховщику - ответчику, однако, вместо этого банк, свое право требования страховой выплаты по наступившему страховому случаю уступил истцу.

Таким образом, никаких иных согласий от ФИО1 не требовалось и замены иного выгодоприобретателя в данном случае также не было, поскольку на момент подписания договора уступки права требования страховое событие уже наступило и выгодоприобретатель свои права приобрел (получить страховое возмещение, фактически обеспечивавшее исполнение обязательства по возврату полученного кредита после смерти заемщика).

Законодательство не содержит запрета на возможность выгодоприобретателя заменить себя на другое лицо.

Согласно абзаца 2 статьи 956 Гражданского кодекса РФ Страхователь (Банк) вправе заменить выгодоприобретателя (Банк), названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика.

Данное положение регламентирует лишь отношения, связанные с заменой выгодоприобретателя другим лицом по воле страхователя, и как таковое направлено на защиту выгодоприобретателя (Определение КС РФ от 17.11.2011 №1600-0-0). Таким образом запрет установленный ст.956 ГК РФ не может распространяться на случаи когда замена выгодоприобретателя происходит по его собственной воле в силу норм гл. 24 ГК РФ.

Замена выгодоприобретателя произведена по инициативе самого выгодоприобретателя, что не противоречит ст. 956 ГК РФ. В действующем законодательстве не содержится запрета на передачу (выгодоприобретателем) принадлежащего ему право требования другим лицам.

В силу норм главы 24 Гражданского кодекса РФ об уступке требования выгодоприобретатель вправе заменить себя на другое лицо на любой стадии исполнения страховщиком своих обязательств, вытекающих из договора страхования.

Аналогичная правовая позиция, согласно которой выгодоприобретатель вправе совершить уступку своего права требования третьему лицу, сформулирована в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.07.2015 №307-ЭС15-8059, пункте 7 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.06.2016 и в пункте 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, Определении Верховного суда РФ от 10.07.2015 №307-ЭС15-8059. А так же подтверждается судебной практикой по спорам предметом которых является личное страхование, в различных регионах Российской Федерации: Постановление Арбитражного суда Московского округа Ф05-534/2020 от 20.02.2020(дело № А40-152096/2019) (ответчик - АО «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ») «замена выгодоприобретателя по договору личного страхования допускается только с согласия застрахованного лица и по его письменному уведомлению страховщика страхователем, суды исходили из того, что замена выгодоприобретателя произведена по его собственной инициативе, что не противоречит действующему законодательству, в том числе статьей 956 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрен запрет на передачу выгодоприобретателем принадлежащего ему требования другим лицам»; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.07.2018 (дело № А40-183262/2017); Постановление Арбитражного суда Московского округа от 12.03.2019 (дело № А40- 122786/2018) (САО «ВСК»); Постановление № 09АП-1557/2020 Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020 на решение Арбитражного суда г.Москвы от 20.12.2019 дело №А40-281393/2019 (ответчик - АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ»); Постановление № 09АП-5540/2020-ГК Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020 на решение Арбитражного суда г.Москвы от 27.12.2019 дело №А40-303521/19 (ответчик - АО СК «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ»); Постановлением №09АП-81101/2019 от 21.02.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда решение Арбитражного суда г.Москвы от 02.12.2019 по делу №А40-236363/19 (ответчик - АО «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ»); Постановление №09АП- 81436/2019 от 17.02.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда по делу №А40- 193962/19 (ответчик - ООО «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ»); Постановление №09АП-69630/20019 от 10.12.2019 Девятого арбитражного апелляционного суда по делу №А40-166850/2019 (ответчик - ООО «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ»).

Замена выгодоприобретателя произведена по инициативе самого выгодоприобретателя  ПАО «БАНК УРАЛСИБ». О замене выгодоприобретателя по договору страхования, заключении договора цессии ответчик проинформирован истцом в уведомлении о наступлении страхового случая.

Соответственно, спорный договор цессии в данном случае не нарушает установленный статьей 956 ГК РФ запрет на замену выгодоприобретателя.

В соответствии с договором цессии Банк передал ООО «ТРАСТ»_права к Клиентам вытекающие из условий Кредитных договоров / Договоров банковского счета, согласно Акту уступки прав (требований) (Приложение №1 к настоящему договору), в том числе по кредитному договору № 

<

***> от 08.08.2011г. заключенному между ФИО1 и ПАО «БАНК УРАЛСИБ» (далее по тексту - Банк).

В соответствии со ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором. Согласно положениям ст. 329 ГК РФ Договор страхования является обеспечительной мерой по отношению к Кредитному договору.

Как указал Президиум ВС РФ, перечень приведенных в ст.329 ГК РФ способов исполнения обязательств не является исчерпывающим, исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо перечисленных в названной норме способов и другими способами предусмотренными законом или договором, {п.4 Обзора судебной практики по гражданским делам Верховного суда РФ связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств утв. Президиумом Верховного суда РФ от 22.05.2013г.). «в кредитных договорах может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье в качестве способов обеспечения исполнения обязательств и в этом случае в качестве выгодоприобретателя может быть указан Банк.».

Постановление Арбитражного суда Московского округа Ф05-534/2020 от 20.02.2020 (дело № А40-152096/2019) (ответчик - АО «УРАЛСИБ ЖИЗНЬ») «При этом суды исходили из того, что заемщик Шариков Ф.Ф. заключил договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения своих кредитных обязательств в качестве заемщика ПАО «БАНК «УРАЛСИБ».

Заявление на страхование подписанное ФИО1 обладает всеми обеспечительными признаками: договор страхования и кредитный договор заключены в один день; срок страхования равен сроку кредитного обязательства; сумма кредита и страховая сумма одинаковы; Банк является выгодоприобретателем при наступлении страхового случая.

Таким образом, при выдаче потребительского кредита Банк применял разработанные им правила выдачи кредитов физическим лицам, согласно которым страхование жизни и здоровья заемщиков относится к мерам по снижению риска не возврата кредита.

Договор страхования был заключен заемщиком ФИО1 именно в связи с заключением кредитного договора, то есть был сопутствующим при заключении кредитного договора, что свидетельствует о взаимосвязи указанных договоров.

Со своей стороны Страховщик заключая договор страхования подтвердил, что страхование производилось по Договору страхования от несчастных случаев и болезней   заемщика ПАО «БАНК УРАЛСИБ», а так же указанием в качестве выгодоприобретателя по данному договору при наступлении страхового случая Банк.

Таким образом, заемщик ФИО1 в данном случае заключил договор страхования жизни и здоровья как способ обеспечения исполнения своих обязательств в качестве заемщика кредитного договора ПАО «БАНК УРАЛСИБ».

Доказательства существования иных обязательств ФИО1 в качестве заемщика данного банка в материалы дела не представлены, следовательно, договор страхования является обеспечительной мерой спорного кредитного договора, и право требования выплаты страховой суммы перешло к истцу.

Принимая во внимание, что в рассматриваемом случае страхование производилось на случай смерти застрахованного лица и страховщик обязался возместить выгодоприобретателю убытки в пределах страховой суммы при наступлении определенного случая - смерти застрахованного. Учитывая, что предметом страхования в данном случае явился риск возникновения ущерба у кредитора вследствие именно этого события, смерти Застрахованного лица, наступление которого подтверждено Истцом, следовательно, у страховщика возникает обязанность по выплате страхового возмещения.

Кроме того, рассматривая все возражения Ответчика относительно договора цессии, Ответчик не учел тот факт, что договор цессии в установленном порядке не был.

Довод Ответчика о том, что  Истцом не доказан факт наступления страхового случая, поскольку Истцом не представлены документы подтверждающие, причину смерти Застрахованного лица судом отклоняется.

Однако сам факт смерти Истцом доказан это подтверждает подтверждает справка о смерти № А-02998 выданная отделом по Ангарскому району и г. Ангарску службы ЗАГС Иркутской области. Таким образом, факт наступления страхового случая (смерть по любой причине) в дополнительном доказывании не нуждается

ООО "ТРАСТ" как выгодоприобретатель по договору страхования, представило документы Страховщику подтверждающие факт наступления смерти должника и выполнило все обязанности, возложенные на него ст. 939 ГК РФ. Иные документы Истец не мог предоставить в силу положений Федерального закона от 21.11.2011г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации и Федерального закона от 27.07.2006г. № 152-ФЗ «О персональных данных».

Все необходимые документы Ответчик (Страховщик) как профессиональный участник страховых правоотношений мог запросить самостоятельно в силу ч.8 ст. 10 Закона РФ от 27.11.1992 №4015-1 «Об организации страхового дела в РФ», и заявления на страхование.

Согласно п.8 ст. 10 Закона об организации страхового дела в Российской Федерации организации и индивидуальные предприниматели обязаны предоставлять страховщикам по их запросам документы и заключения, связанные с наступлением страхового случая и необходимые для решения вопроса о страховой выплате.

В уведомлении о наступлении страхового случая Истец просил в случае необходимости направить соответствующие запросы в лечебные, медицинские и иные учреждения для получения документов, которые ООО «ТРАСТ» не смогло предоставить с силу объективных причин. Однако данная просьба осталась без удовлетворения.

Согласно ст. 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми.

При наступлении страхового случая Истец выполнил все необходимые условия, уведомив страховщика о наступлении страхового случая и предоставив документы свидетельствующие об этом.

Ответчик же не опроверг факт наступления страхового случая, так как им не были представлены доказательства того, что он обращался к наследникам Застрахованного лица, в медицинские учреждения, для получения необходимой информации. К суду с ходатайствами об оказании помощи в сборе доказательств Ответчик также не обращался.

Согласно ст. 310 ГК РФ, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. 

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Бремя доказывания обстоятельств исключения из страхового покрытия лежит на страховой компании. Поэтому абсурдно возлагать на Выгодоприобретателя бремя доказывания обстоятельства освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, при том, что Истец обратился в суд с иском о взыскании страховой выплаты.

Если Страховщиком не доказано наличие обстоятельств исключения из страхового покрытия, то и освобождать ответчика нет оснований.

Аналогичная правовая позиция подтверждается судебной практикой: Постановление Арбитражного суда Московского округа Ф05-534/2020 от 20.02.2020 (дело № А40- 152096/2019) «Отклоняя ссылку ответчика на недоказанность факта наступления страхового случая ввиду непредставления документов, подтверждающих причину смерти застрахованного лица, суды исходили из того, что факт смерти подтвержден свидетельством о смерти и записью акта о смерти, а невозможность предоставления истцом иных документов обусловлена положениями Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», при этом ответчик, являющийся профессиональным участником страховых правоотношений, в силу пункта 8 статьи 10 Закона № 4015-1имел право и возможность самостоятельно запросить все непредставленные истцом документ», Постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.07.2018 (дело № А40-183262/2017) «Судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что не предоставление истцом указанных на официальном сайте ответчика документов не является основание для отказа в выплате страхового возмещения ст.934,393,961 ГК РФ, ч.З ст. 10 Закон РФ от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»; Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-35251/2018ГК по делу №А40-30841/18-143-219.

Кроме того, согласно ст.964 ГК РФ предусмотрен исчерпывающий перечень оснований освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения. Указанные основания Ответчиком не представлены, в материалах дела не содержатся.

Довод Ответчика о том, что цена иска больше страховой суммы судом отклоняется.

Согласно ст.934 ГК РФ по договору личного страхования страховщик при наступлении страхового случая обязан выплатить обусловленную договором сумму (страховую сумму). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Из содержания заявления на страхование следует, что Страховщик при наступлении страхового случая (смерти застрахованного лица) выплачивает выгодоприобретателю страховую выплату в размере задолженности по кредитному договору (сумма основного долга и проценты по кредиту), но не более страховой суммы. Страховая сумма составляет -99 000 руб. 00 коп. Сумма задолженности ФИО1 по кредитному договору составила - 121 289 руб. 52 коп. Следовательно, сумма страховой выплаты на дату смерти составляет - 66 682 руб. 87 коп. Данный расчет в отсутствие контр.расчета Страховщика является верным.

Таким образом, данные доводы Ответчика сделаны без учета приведенных норм права и правовой позиции Президиума Верховного Суда Российской Федерации и сложившейся судебной практики. Следовательно, подлежит отклонению (Определение Верховного суда РФ от 14.08.2018 №№ 305-ЭС18-5712, А40-179525/2017).

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Суд не принимает довод ответчика о том, что при подаче искового заявления истцом был пропущен срок исковой давности в связи со следующим.

Срок исковой давности по требованиям, основанным на договорах личного страхования и договорах страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, равен общему сроку и составляет три года (п.2, ст. 966 ГК РФ).

В обязательственных правоотношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с  этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда об этом стало известно или должно было стать известно кредитору).

Наступление страхового случая означает лишь возникновение права страхователя обратиться с требованием к страховщику о страховой выплате, сама же реализация права на страховую выплату осуществляется в порядке, предусмотренном договором страхования или законом.

Поэтому, если в договоре страхования или в законе установлен срок для страховой выплаты, то течение срока исковой давности начинается с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать об отказе в выплате страхового возмещения или о выплате его не в полном объеме в этот срок, а при несовершении таких действий - с момента окончания срока, установленного для страховой выплаты.

Если же в договоре страхования или в законе не установлен срок для страховой выплаты, то подлежат применению правила п. 2 ст. 200 ГК РФ, согласно которому по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства.

В соответствии в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» исковая давность по спорам, вытекающим из договоров обязательного страхования риска гражданской ответственности, в соответствии с п. 2 ст. 966 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда потерпевший (выгодоприобретатель) узнал или должен был узнать об отказе страховщика в осуществлении страхового возмещения либо об осуществлении страхового возмещения или прямого возмещения убытков не в полном объеме.

Вышеуказанная позиция суда соответствует выводам Арбитражного суда Московского округа, изложенным в Постановлении от 06.09.2018г. по делу №А40-162168/17.; Постановление № 09АП-81101/2019 по делу № А40-236363/19.

Течение данного срока начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Поскольку срок исполнения обязательств по договорам страхования определен моментом востребования выгодоприобретателем страховой выплаты, срок исковой давности в этом случае в соответствии с пунктом 2 ст. 200 ГК РФ начинает течь по окончании срока, установленного для осуществления страховой выплаты. В случае если в договоре или законе не установлен срок для страховой выплаты, срок исковой давности начинает течь со дня, когда выгодоприобретатель предъявил требования об исполнении обязательства.

Применительно к договорам страхования Верховный Суд Российской Федерации уточнил, что, если в законе или договоре страхования определен срок для страховой выплаты, течение срока исковой давности начинается с момента, когда страхователь узнал или должен был узнать о том, что страховая компания отказала в выплате страхового возмещения или не полностью выплатила его в установленный срок; в случае, когда страховая компания не совершала таких действий, исковая давность исчисляется с момента окончания срока, предусмотренного для выплаты страхового возмещения (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 N2; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 5 декабря 2014 г. № 305-ЭС14-3; Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 5 декабря 2014 г. № 305-ЭС14-3291), Постановление №09АП-245557/18 от 18.04.2019 Девятого арбитражного апелляционного суда по делу №А40-245557/18, Постановление № 09АП-81101/2019 от 21.02.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-236363/19.

Верховный Суд Российской Федерации обратил особое внимание на тот факт, что ошибочно исчислять срок исковой давности с момента наступления страхового случая, поскольку течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права.

Следовательно, именно отказ страховщика в страховой выплате является нарушением прав и законных интересов выгодоприобретателя, т.к. до этого момента выгодоприобретатель рассчитывал на получение страховой выплаты и именно с этого момента у выгодоприобретателя появились основания не согласиться с решением страховщика (отказом в выплате) и обратиться в суд за защитой своих нарушенных прав. Течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права. Аналогичная позиции изложена в Определении Верховного суда Российской Федерации от 05.12.2014г. №305-ЭС14-3291.

Таким образом, вывод суда несостоятелен, поскольку о нарушении своих прав истцу применительно к положениям статьи 200 ГК РФ фактически стало известно только после того, как страховщик уклонился от выплаты возмещения (п. 15 приложение к исковому заявлению (письмо исх №6/4 от 23.07.2020), в связи с чем на момент обращения в суд с иском срок исковой давности пропущен не был.

Кроме того Ответчик не учел, что о наступлении страхового случая Истец узнал 19.05.2020, после того как им была получена справка о смерти. Ранее о смерти Застрахованного ни Банк ни Истец не знали.

Таким образом, срок исковой давности на момент подачи искового заявления истцом пропущен не был.

Принимая во внимание, что ответчиком не представлены доказательства возмещения суммы ущерба, суд признает требование истца о взыскании страхового возмещения в размере 66 682, 87 руб. правомерным и подлежащим удовлетворению в полном объеме.

Расходы по госпошлине относятся на ответчика на основании ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307, 309, 310, 931, 965, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 65, 71, 110, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181, 226-229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства АО "УРАЛСИБ ЖИЗНЬ" о рассмотрении дела по общим правилам искового производства отказать.

Взыскать с АО "УРАЛСИБ ЖИЗНЬ" в пользу ООО "ТРАСТ" страховое возмещение в размере 66 682, 87 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 2 667 руб.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

Судья            П.С. Гутник