АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5820/18 

Екатеринбург

13 января 2023 г.

 

Дело № А71-8153/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 января 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Новиковой О.Н., Плетневой В.В. 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю., рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции  кассационные жалобы арбитражного управляющего ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Первая Аукционная Управляющая Компания» (далее – общество «ПАУК»), ФИО2 на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.06.2022 по делу № А71-8153/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа. 

В судебном заседании в режиме веб-конференции принял участие представитель общества «ПАУК» – ФИО3 (доверенность от 02.04.2021).

Арбитражный управляющий ФИО1, заявивший ходатайство об участии в судебном заседании путем использования сервиса веб-конференции, не подключился к онлайн-заседанию по причинам, не зависящим от суда; представитель общества «ПАУК» пояснил суду округа, что ФИО1, возможно, не будет участвовать в заседании по причине болезни. Также представитель общества «ПАУК» ФИО3 (выступавший представителем арбитражного управляющего ФИО1 в суде апелляционной инстанции) на вопрос суда округа пояснил, что в данном судебном заседании он не уполномочен представлять интересы последнего.

Установив в судебном заседании, что средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал надлежащим образом, технические неполадки отсутствуют, лицам, участвующим в деле обеспечена возможность дистанционного участия в процессе, которая не в полной мере реализована по причинам, находящимся вне сферы контроля суда, суд округа посчитал возможным продолжить рассмотрение дела в отсутствие арбитражного управляющего ФИО1 в силу положений части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Поступивший от конкурсного кредитора ФИО4 отзыв на кассационную жалобу, судом округа не принимается и к материалам кассационного производства не приобщается, поскольку в нарушение статьи 279 АПК РФ отсутствуют доказательства направления его лицам, участвующим в деле. Поскольку отзыв подан в электронном виде через систему подачи документов «Мой арбитр», то таковой возвращению на бумажном носителе не подлежит.

 

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 26.05.2017 общество с ограниченной ответственностью «Стройинвест» (далее – общество «Стройинвест», должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 

Впоследствии определением от 29.12.2018 (резолютивная часть от 11.01.2018) ФИО1 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. 

Определением суда от 07.06.2022 после последовательной смены нескольких арбитражных управляющих конкурсным управляющим утвержден ФИО5. 

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 16.07.2018 поступило заявление арбитражного управляющего ФИО1 о взыскании вознаграждения и возмещения расходов, понесенных по делу о банкротстве должника, в общем размере 968 678 руб. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке статьи 49 АПК РФ). 

Кроме того, 14.01.2019 конкурсный управляющий общества «Стройинвест» ФИО6, утвержденный определением от 21.09.2018, обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с жалобой на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО1, с заявлением о взыскании с ФИО1 убытков, причиненных должнику при исполнении обязанностей конкурсного управляющего, в сумме 1 984 355 руб. 68 коп. 

Определением суда от 21.01.2019 в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены некоммерческое партнерство «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа», общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Помощь». 

Определением суда от 05.08.2021 объединены в одно производство обособленные споры о взыскании с должника вознаграждения ФИО1 и понесенных им расходов по делу о банкротстве и о взыскании убытков с ФИО1 

Определением суда от 09.09.2021 производство по заявлению арбитражного управляющего ФИО1 о взыскании вознаграждения арбитражного управляющего и возмещении расходов, по заявлению о взыскании убытков с арбитражного управляющего ФИО1 было приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по результатам рассмотрения заявления о признании недействительным решения собрания кредиторов от 15.06.2021. 

Определением суда от 17.09.2021 в удовлетворении заявлений Федеральной налоговой службы России (далее – уполномоченный орган) и ФИО4 о признании недействительным решения собрания кредиторов общества «Стройинвест» от 15.06.2021 отказано, в связи с чем определением суда от 29.03.2022 производство по обособленному спору было возобновлено.

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 31.05.2022 поступило ходатайство арбитражного управляющего ФИО1 об утверждении мирового соглашения по обособленному спору по жалобе должника на незаконные действия ФИО1 и по заявлению о взыскании с управляющего убытков в общей сумме 1 984 355 руб. 68 коп., а также по заявлению управляющего к должнику о взыскании суммы 968 678 руб., в том числе 148 948 руб. фиксированного вознаграждения конкурсного управляющего и 819 750 руб. расходов, понесенных по делу о банкротстве должника.

Мировое соглашение заключено на условиях отказа должника от требований к арбитражному управляющему ФИО1 о признании действий незаконными и взыскании убытков, а также на условиях уменьшения размера требований арбитражного управляющего ФИО1 к должнику, в том числе в части невыплаченного фиксированного вознаграждения за период с 19.05.2017 по 10.01.2018 – до суммы 75 000 руб. и в части расходов по делу о банкротстве должника – до суммы 359 750 руб.; иные расходы, фактически понесенные управляющим за счет собственных средств в ходе процедуры конкурсного производства должника и остающиеся невозмещенными, относятся на счет управляющего. 

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.06.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2022, в утверждении мирового соглашения отказано. 

Не согласившись с принятыми судебными актами, арбитражный управляющий ФИО1, кредиторы общество «ПАУК» и ФИО2 обратились в суд округа с самостоятельными кассационными жалобами.

В своей кассационной жалобе арбитражный управляющий ФИО1 просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению заявителя жалобы, суды не учли правовую позицию, изложенную в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе» (далее – постановление № 50), и, установив волю сторон на урегулирование возникшего спора путем заключения мирового соглашения, в том числе подтвержденного волей решения соответствующего гражданско-правового сообщества, оформленного протоколом собрания кредиторов должника от 15.06.2021, признанного законным определением суда от 27.09.2021, не предприняли соответствующих мер, направленных на его заключение.

Кассатор указывает, что из оснований, послуживших причиной для отказа в утверждении мирового соглашения, усматривается несогласие судов с согласованными сторонами взаимными уступками по мотиву их неравноценности; в то же время согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 постановления № 50, если взаимные уступки являются неравноценными, данное обстоятельство не является основанием для отказа в его утверждении; в нарушение разъяснений, изложенных в пункте 14 постановления № 50, суды вышли за пределы проверки условий мирового соглашения на соответствие действующему законодательству; в этой связи позиция кредитора ФИО4 и управляющего ФИО6 об уменьшении фиксированного вознаграждения до 30 000 руб., при обязательной для них воле решения собрания кредиторов от 15.06.2021 об установлении в этой части размера уступки в иной сумме, не могли быть приняты во внимание судами первой и апелляционной инстанций.

Кроме того, заявитель жалобы отмечает, что в материалах обособленного спора отсутствует процессуально оформленное заявление ФИО4 о взыскании убытков в виде изменения рыночной стоимости транспортного средства и убытков в виде его эксплуатации по заниженной стоимости аренды, в то время как аналогичные требования, но основанные на других доказательствах и сформулированные конкурсными управляющими ФИО6 и ФИО7, были урегулированы условиями мирового соглашения; у судов не имелось предусмотренных законом оснований для отказа в утверждении мирового соглашения.

В своей кассационной жалобе кредитор общество «ПАУК» просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт об утверждении мирового соглашения и прекращении производства по обособленному спору.

По мнению заявителя данной кассационной жалобы, судами обеих инстанций не было учтено, что размер уступок со стороны ФИО1 как в части фиксированного вознаграждения, так и в части расходов по делу о банкротстве является существенным, при наличии в материалах обособленного спора первичных документов, подтверждающих несение ФИО1 расходов в больше размере; настаивает, что поскольку данное мировое соглашение было утверждено решением собрания кредиторов, признанным законным определением суда от 27.09.2021, то соответствующего его условия не могут нарушать прав и законным интересов ФИО4 и ФИО6, которые являются членами гражданско-правового сообщества и должны подчиняться воле решения собрания кредиторов.

Кассатор также отмечает, что позиция судов противоречит разъяснениям, изложенным в пункте 3 постановления № 50, поскольку из материалов спора усматривается явное намерение сторон на урегулирование спора, в то время как суд первой инстанции, рассматривающий спор на протяжении четырех лет, не предпринял попыток к прекращению соответствующих споров; несогласие судов с размером взаимных уступок не является основанием для отказа в утверждении мирового соглашения.  

Аналогичные по содержанию доводы (о том, что несогласие судов с размером взаимных уступок не является основанием для отказа в утверждении мирового соглашения, об обязательности для кредитора ФИО4 и управляющего ФИО6 решений гражданско-правового сообщества кредиторов, о непринятии судами мер по урегулированию спора) приведены в кассационной жалобе кредитора ФИО2

Выслушав объяснения представителя кредитора общества «ПАУК», изучив доводы кассационных жалоб и возражений относительно них, исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 284, 286 и 287 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, в производстве арбитражного суда находится заявление о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 убытков в общей сумме 1 984 355 руб. 68 коп. и заявление арбитражного управляющего ФИО1 о взыскании с должника фиксированного вознаграждения в сумме 148 948 руб. и расходов по делу о банкротстве в сумме 968 678 руб.

При этом арбитражным управляющим ФИО1 изначально заявлялась ко взысканию с должника задолженность по выплате фиксированного вознаграждения в размере 148 928 руб. 34 коп., исходя из размера рассчитанного за период с 19.05.2017 по 27.02.2017 вознаграждения в сумме 281 508 руб. 99 коп. и за вычетом погашенного за счет конкурсной массы вознаграждения в сумме 132 581 руб.

В рамках данного обособленного спора управляющим ФИО6 и кредитором ФИО4 были заявлены возражения в отношении размера фиксированного возражения со ссылкой на допущенные ФИО1 нарушения законодательства о банкротстве, не рассмотренные судом жалобы на действия управляющего ФИО1 и на положения пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротства и разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве»; указанные лица просили снизить размер вознаграждения до суммы 30 000 руб.; заявленные возражения в части вознаграждения судом не рассмотрены.

В свою очередь, по условиям мирового соглашения арбитражный управляющий ФИО1 уменьшил требования в части фиксированного вознаграждения до 75 000 руб., что с учетом уже фактически полученной выплаты в размере 132 581 руб. свидетельствует о том, что управляющий настаивает на выплате ему вознаграждения за проведение процедуры конкурсного производства в сумме 207 581 руб. 

Помимо этого, арбитражный управляющий ФИО1 просил возместить расходы в сумме 819 750 руб., израсходованные им на процедуру банкротства, в состав которых были включены расходы на оплату услуг привлеченных лиц, почтовые расходы, расходы на публикации, транспортные расходы, а также расходы на оплату услуг охраны и требования по коммунальным платежам, эксплуатационным расходам. 

Со стороны конкурсного управляющего должника и конкурсного кредитора ФИО4 были заявлены требования о взыскании убытков, в том числе обусловленных необоснованным списанием ФИО1 средств со счета должника со ссылкой на оплаты судебных расходов, а также возражения в части обоснованности отдельных расходов, предъявленных ФИО1 к возмещению.

Отказывая в утверждении мирового соглашения, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что условия представленного мирового соглашения нарушают права лиц, участвующих в деле о банкротстве. При этом суды руководствовались следующим.

В силу части 2 статьи 138 АПК РФ стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение, если это не противоречит федеральному закону.

На основании пункта 1 статьи 139 АПК РФ стороны могут заключить мировое соглашение на любой стадии арбитражного процесса и при исполнении судебного акта.

Согласно статье 150 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) на любой стадии рассмотрения арбитражным судом дела о банкротстве должник, его конкурсные кредиторы и уполномоченные органы вправе заключить мировое соглашение. Мировое соглашение утверждается арбитражным судом. При утверждении мирового соглашения арбитражный суд выносит определение об утверждении мирового соглашения, в котором указывается на прекращение производства по делу о банкротстве.

В силу части 1, 6 статьи 141 АПК РФ мировое соглашение утверждается арбитражным судом, в производстве которого находится дело. При этом арбитражный суд не утверждает мировое соглашение, если оно противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

В соответствии с пунктом 2 статьи 160 Закона о банкротстве основаниями для отказа арбитражным судом в утверждении мирового соглашения являются: нарушение установленного названным Законом порядка заключения мирового соглашения; несоблюдение формы мирового соглашения; нарушение прав третьих лиц; противоречие условий мирового соглашения указанному закону, другим федеральным законам и иным нормативным правовым актам; наличие иных предусмотренных гражданским законодательством оснований ничтожности сделок.

В пункте 9 постановления № 50 указано, что мировое соглашение представляет собой соглашение сторон, то есть сделку, вследствие чего к этому соглашению, являющемуся одним из средств защиты субъективных прав, помимо норм процессуального права, подлежат применению нормы гражданского права о договорах, в том числе правила о свободе договора (статья 421 ГК РФ). Таким соглашением, если оно утверждено арбитражным судом, стороны прекращают спор (полностью или в части) на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок. При решении вопроса об утверждении мирового соглашения суду необходимо выяснить действительную волю сторон.

При рассмотрении вопроса об утверждении мирового соглашения арбитражный суд исследует фактические обстоятельства спора и представленные лицами, участвующими в деле, доводы и доказательства, дает им оценку лишь в той степени и поскольку это необходимо для установления соответствия мирового соглашения требованиям закона и отсутствия нарушений прав и законных интересов других лиц, в частности, проверяет полномочия лиц, подписавших проект мирового соглашения, наличие волеизъявления юридического лица на заключение мирового соглашения, возможно ли распоряжение имуществом, являющимся предметом мирового соглашения, имеются ли у такого имущества обременения, соответствует ли проект мирового соглашения императивным нормам действующего законодательства, в том числе о сделках (за исключением случаев, когда такая проверка осуществляется судом только по заявлению соответствующего лица), а также изучает проект мирового соглашения для целей выявления условий, затрагивающих права и законные интересы лиц, не участвующих в деле (пункт 14 постановления № 50).

Процессуальное регулирование рассмотрения дел о банкротстве имеет характерные особенности, обусловленные целями процедуры, множественностью вовлеченных в процесс лиц, наличием у них как общих, так и разнонаправленных интересов, баланс которых подлежит установлению судом.

Исследовав обстоятельства настоящего спора, отметив, что вопрос об утверждении судом мирового соглашения обусловлен наличием взаимных требований друг к другу должника и управляющего ФИО1, с учетом того, что имеются возражения в части размера фиксированного вознаграждения, которые не рассмотрены судом, принимая во внимание, что фактическое погашение управляющим вознаграждения составляет сумму 132 581 руб., суды первой и апелляционной инстанций обоснованно указали, что в данном случае условия мирового соглашения об остатке задолженности по вознаграждению в размере 75 000 руб. нарушает права лиц, участвующих в деле о банкротстве, поскольку в целом ФИО1 настаивает на выплате ему вознаграждения в сумме 207 581 руб., в то время как процессуальные оппоненты убеждены в наличии достаточных оснований для уменьшения размера вознаграждения, с учетом допущенных ФИО1 нарушений, в том числе установленных вступившим в законную силу судебным актом по вопросу его отстранения.

При таких установленных фактических обстоятельствах, с учетом подобной несовпадающей позиции участников данного обособленного спора, при нерассмотренных возражениях конкурсного управляющего должника и поддерживающего его позицию конкурсного кредитора, суды посчитали невозможным утвердить мировое соглашение на предложенных условиях.

Кроме того, суды отметили, что изначально арбитражным управляющим ФИО1 было заявлено требование о взыскании с должника суммы 819 751 руб. 52 коп. в возмещение понесенных им расходов по делу о банкротстве; по условиям мирового соглашения размер заявляемых расходов уменьшен до 359 750 руб.

При этом судами учтено, что в рамках обособленного спора к арбитражному управляющего заявлено требование о взыскании убытков, обусловленных необоснованным списанием со счета должника денежных средств в сумме 605 784 руб. 49 коп.; согласно сведениям из отчета конкурсного управляющего, указанная сумма списывалась с назначением платежа «возмещение судебных расходов на конкурсное производство», «возмещение судебных расходов на конкурсное производство за сентябрь 2017 года».

При этом вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, на протяжении всего периода рассмотрения обособленного спора со стороны арбитражного управляющего ФИО1 не было представлено конкретного расчета с указанием состава таких судебных расходов и оснований списания денежных средств на спорную сумму, а кроме того, указанная сумма не соотносится с представленным ФИО1 расчетом понесенных за счет собственных средств расходов, согласно которому общий размер таких расходов составил 1 265 832 руб., погашено за счет конкурсной массы 297 154 руб., непогашенный остаток составил 968 678 руб., в том числе вознаграждение 148 928 руб. и расходы, понесенные по делу о банкротстве должника, в сумме 819 750 руб.

В состав расходов в сумме 819 750 руб., понесенных ФИО1 на процедуру банкротства и заявленных изначально к возмещению за счет конкурсной массы, были включены расходы на оплату услуг привлеченных лиц, почтовые расходы, расходы на публикации, транспортные расходы, а также расходы на оплату услуг охраны и требования по коммунальным платежам, эксплуатационным расходам. 

Судами первой и апелляционной инстанций принято во внимание, что определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 06.10.2020 признаны незаконными действия конкурсного управляющего ФИО1 по установлению размера оплаты услуг привлеченного лица (юриста) по договору от 01.06.2017 № 1 в сумме 45 000 руб. в месяц, по установлению размера оплаты услуг привлеченного лица (специалиста-бухгалтера) по договору от 01.08.2017 № 2 в сумме 30 000 руб. в месяц, по установлению размера оплаты услуг привлеченного лица (специалиста для оказания услуг по ремонту и обслуживанию производственной техники и оборудования) по договору возмездного оказания услуг от 30.08.2017 в размере 10 000 руб. в месяц в период с 30.08.2017 до завершения конкурсного производства; размер оплаты услуг юриста установлен в сумме 10 000 руб. в месяц, размер оплаты услуг бухгалтера – в сумме 5 000 руб. руб. в месяц, размер оплаты услуг специалиста по ремонту и обслуживанию производственной техники и оборудования – 10 000 руб. единовременно; общий размер расходов на оплату услуг привлеченных ФИО1 специалистов (с учетом периода действия договоров) признан обоснованным в размере 120 000 руб. (80 000 руб. – расходы на оплату услуги юриста, 30 000 руб. – расходы на оплату услуг бухгалтера, 10 000 руб. – расходы на оплату услуг механика).

В то же время фактически оплата услуг привлеченных специалистов произведена следующим образом: юрист Носов Д.Ю. получил от ФИО1 денежные средства в общей сумме 552 910 руб. 41 коп.; бухгалтер ФИО8 получила от ФИО1 денежные средства в общей сумме 210 000 руб.; механик ФИО9 получил денежные средства в сумме 10 000 руб.

Исходя из установленных обстоятельств, суды заключили, что общая сумма израсходованных ФИО1 на оплату услуг привлеченных специалистов составила 772 910 руб. 41 коп., при том условии, что судом был признан в качестве обоснованного размер оплаты услуг специалистов в сумме 120 000 руб. Необоснованными являются расходы на сумму 659 910 руб. 41 коп.

Судами также верно отмечено, что имеются разногласия в обоснованности несения почтовых расходов, расходов на публикации, транспортных расходов, оплат услуг охраны и требований по коммунальным платежам, эксплуатационным расходам.

Кроме того, конкурсным кредитором ФИО4 в письменных дополнениях заявлено о наличии подтвержденных убытков в сумме 2 962 408 руб. 68 коп., причиненных ФИО1 (2 066 400 руб. – разница между рыночной стоимостью аренды автомобиля Mitsubishi Pajero 2011 года выпуска и фактически полученными денежными средствами за аренду, 478 571 руб. 19 коп. – убытки от снижения рыночной стоимости автомобиля в результате эксплуатации в течение 19 месяцев, 14 800 руб. – штрафы ГИБДД в период аренды автомобиля, 402 637 руб. 49 коп. – необоснованно полученные суммы вознаграждения и расходов).

Условиями представленного в материалы дела мирового соглашения предусмотрено, что должник отказывается от заявленных к ФИО1 требований о взыскании убытков (1 375 571 руб. 19 коп. – связанные с автомобилем Mitsubishi Pajero, 605 784 руб. 49 коп. – необоснованно произведенное списание), в свою очередь, ФИО1 заявлено к возмещению 359 750 руб. (при этом подробный расчет данных сумм к возмещению и состав данных расходов в материалах дела отсутствует).

Соответственно, как верно отмечено судами первой и апелляционной инстанций, при утверждении судом мирового соглашения на заявленных условиях убытки (при наличии таковых) в конкурсную массу не взыскиваются, в свою очередь, ФИО1 причитается 965 534 руб. 49 коп. (605 784 руб. 49 коп. – фактически полученные средства и 359 750 руб. – заявленные по условиям мирового соглашения), в то время как конкурсным управляющим должника и поддерживающим его позицию конкурсным кредитором заявлены мотивированные сомнения в обоснованности получения ФИО1 указанной выше суммы (с учетом состоявшегося судебного акта в отношении размера оплаты услуг привлеченных лиц), а также отмечено отсутствие какого-либо обоснованного расчета как фактически полученных сумм, так и предъявленных ко взысканию.

Исходя из изложенного, суд округа соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций о том, что заключение мирового соглашения в представленной редакции между сторонами нарушает права и законные интересы других лиц – кредиторов должника, поскольку объективно влияет на состояние конкурсной массы должника в ущерб интересам его кредиторов, ввиду того, что взыскание убытков (при их подтвержденности) с управляющего ФИО1 представляют собой один из источников пополнения конкурсной массы должника в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов; в свою очередь, отказ должника от требований по взысканию убытков с управляющего ФИО1 в полном объеме при наличии возражений как в части размера фиксированного вознаграждения арбитражного управляющего, так и в части правомерности осуществленных расходов противоречит целям конкурсного производства по наиболее полному и соразмерному требованию кредиторов.

Вопреки доводам кассационных жалоб условия мирового соглашения должны быть направлены на справедливое и соразмерное удовлетворение требований всех кредиторов путем предоставления им равных правовых возможностей для достижения законных частных экономических интересов при сохранении деятельности должника путем восстановления его платежеспособности (статьи 150 и 156 Закона о банкротстве).

Несмотря на то, что отношения, возникающие при заключении мирового соглашения, основываются на предусмотренном законом принуждении меньшинства кредиторов большинством ввиду невозможности выработки единого мнения иным образом, правила Закона о банкротстве, регулирующие принятие решения о заключении мирового соглашения, не означают, что такое решение может приниматься произвольно. Процедура утверждения мирового соглашения в любом случае должна обеспечивать защиту меньшинства кредиторов от действий большинства в ситуации, когда уже на стадии его утверждения очевидно, что предполагаемый результат не может быть достигнут.

Наличие у каждого из конкурсных кредиторов требований к несостоятельному должнику определяет их правовой статус и правомерный интерес, которым является получение в результате мирового соглашения большего по сравнению с тем, на что можно было бы рассчитывать в результате незамедлительного распределения конкурсной массы.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 18 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с заключением, утверждением и расторжением мировых соглашений в делах о несостоятельности (банкротстве), утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2005 № 97, основанием для отказа в утверждении мирового соглашения могут служить обстоятельства, предусмотренные статьей 160 Закона о банкротстве.

Суды при принятии оспариваемых судебных актов исходили из того, что условия настоящего мирового соглашения носят резко невыгодный характер для кредиторов.

В данном конкретном случае, управляющим ФИО1, как и поддерживающими его мажоритарными кредиторами, не опровергнуты доводы иных участников дела настоящего дела о банкротстве том, что в результате мирового соглашения они получат существенно меньше того, что они получили бы в результате распределения конкурсной массы, пополнившейся на сумму убытков.

Суд округа полагает необходимым отметить, что как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П), публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы.

Разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы, в особенности касающиеся наполнения конкурсной массы, влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации закрепил обязанность суда проверять распорядительные действия сторон на соответствие установленным законом критериям, определив тем самым, пределы судебного контроля.

Такой подход призван обеспечивать разумный баланс между диспозитивностью и императивностью в арбитражном процессе, соблюдение законности, защиту прав и законных интересов других лиц (как участвующих в деле, так и не участвующих в нем).

Применительно к обстоятельствам настоящего спора, исходя из того, что целью конкурсного производства является формирование конкурсной массы для наиболее полного и соразмерного удовлетворения требований кредиторов, действуя разумно и добросовестно, конкурсный управляющий, должен защищать права и законные интересы должника и конкурсных кредиторов, при этом представленная на утверждение суда редакция мирового соглашения представляет собой полный отказ конкурсного управляющего от заявленного требования о взыскании с ФИО1 убытков, при наличии на стороне последнего выявленных нарушений, подтвержденных судебными актами, которые впоследствии стали основанием для отстранения ФИО1 от исполнения обязанностей конкурного управляющего общества «Стройинвест», а также значительных нерассмотренных встречных требований, суды и заключили, что утверждение и дальнейшее исполнение условий такого мирового соглашения может привести к нарушению прав и законных интересов кредиторов должника.

Отказывая в утверждении данного мирового соглашения, суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из того, что заключение между должником и ФИО1  мирового соглашения влечет за собой умышленное создание ФИО1, а также участвующими на его стороне конкурными кредиторами в настоящем деле ситуации, препятствующей взысканию убытков и неосновательного обогащения с ФИО1, с учетом того, что в состав сумм взаимных уступок по условиям мирового соглашения в пользу ФИО1 подлежит полная выплата заявленной фиксированной части вознаграждения (при наличии обоснованных разногласий в указанной части), а также расходы, понесенные ФИО1 в процедуре конкурного производства, хоть и меньше изначально заявленных, но в любом случае большем размере, чем признанных судами обоснованными, тогда как должник, а значит и кредиторы, находящиеся в меньшинстве, по условиям мирового соглашения полностью теряют возможность в дальнейшем поддерживать какие-либо требования к ФИО1 в части указанной суммы убытков, следовательно, нельзя признать, что условия представленного суду мирового соглашения не нарушают права и законные интересы других лиц.

Суд округа считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, исследованы, им дана надлежащая правовая оценка. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов на основании части 4 статьи 288 АПК РФ, судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 15.06.2022 по делу № А71-8153/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы арбитражного управляющего ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Первая Аукционная Управляющая Компания», ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Новикова 

 

                                                                                              В.В. Плетнева