Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-88714/2018

24 декабря 2018 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  14 декабря 2018 года.

Полный текст решения изготовлен  24 декабря 2018 года.

 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Коросташова А.А.

 

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: Открытое акционерное общество "СпецМаш"

ответчик: Федеральное государственное унитарное предприятие "Крыловский государственный научный центр" 

о взыскании, 

 

при участии: 

- от истца: ФИО2 (доверенность от 21.06.2018),

- от ответчика: ФИО3 (доверенность от 30.01.2018), 

 

установил:

Открытое акционерное общество "Спецмаш" (196128, 

<

...>, лит. Б, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации 25.12.2006) (далее – ОАО "Спецмаш", Общество, Истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Федеральному государственному унитарному предприятию "Крыловский государственный научный центр" (196158, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации 18.12.2002) (далее – Предприятие, Ответчик, ФГУП "Крыловский государственный научный центр") с учетом уточненных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации требований, принятых арбитражных судом к рассмотрению, о взыскании 123 193 933 руб. 75 коп. убытков, 5 895 875 руб. 80 коп. неустойки за период с 01.06.2015 по 28.07.2016, а также 200 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В обоснование иска Общество ссылалось на положения статей 15, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации и указало на нарушение Предприятием сроков внесения авансовых платежей по контракту от 07.04.2014 №727-14, что, как считает Общество, в условиях изменения курса евро повлекло возникновение у Истца убытков в виде курсовой разницы.

В отзыве на исковое заявление Ответчик против его удовлетворения возражал. По мнению Ответчика, начисление неустойки на сумму авансовых платежей условиями контракта не предусмотрено, в связи с чем указанное требование заявлено необоснованно. При этом расчет неустойки произведен Истцом без учета даты выставления исполнителем счета на оплату (пункт 2.3.6. контракта). Кроме того, Ответчик считает, что соглашение о неустойке сторонами не достигнуто (статья 331 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку из буквального содержания пункта 6.2 контракта следует, что расчет производится исходя из ставки рефинансирования, действующей на дату уплаты пеней, то есть на неопределенную дату. Также Ответчик считает, что Истцом не доказано требование о взыскании убытков ни по праву, ни по размеру. Само по себе изменение курса валюты, как полагает Ответчик, не свидетельствует безусловно о возможности взыскания в качестве убытков курсовой разницы.

В судебном заседании 14.12.2018 представитель Истца настаивал на удовлетворении заявленных требований.

Представитель Ответчика против удовлетворения иска возражал.

Исследовав материалы дела, доводы иска и отзыва на его, заслушав мнения сторон, суд установил следующее.

На основании протокола ПДЗК №17 от 28.03.2014 между Предприятием (заказчик) и Обществом (исполнитель) заключен контракт от 07.04.2014 №727-14 (далее - Контракт), по условиям которого исполнитель принял на себя обязательства по изготовлению Системы генерации волн в соответствии со спецификацией (приложение №1 к Контракту) для оффшорного и маневренно-мореходного бассейнов, входящих в комплекс Универсального оффшорного бассейна ФГУП «Крыловский государственный научный центр», разработке рабочей документации для выполнения работ по монтажу оборудования в оффшорный и маневренно-мореходный бассейны в соответствии с разделом 3.7 технического задания (приложение №2 к Контракту), выполнению шеф-монтажных и пуско-наладочных работ на объектах, а также оказанию услуг по обучению персонала заказчика правилам эксплуатации оборудования в соответствии с инструкцией по эксплуатации данного оборудования (пункты 1.1.1-1.1.5 Контракта).

По условиям пункта 2.1 Контракта его стоимость определена по итогам открытого конкурса в электронной форме и в соответствии с протоколом согласования контрактной цены (приложение №4 к Контракту) составляет 690 000 000 руб., из которых 621 000 000 руб. – стоимость оборудования.

Порядок расчетов определен сторонами в пункте 2.3. Контракта, согласно которому расчеты производится заказчиком в адрес исполнителя по этапам в соответствии с календарным планом-графиком (приложением № 3 к Контракту) в следующем порядке: по 1-му этапу (пункт 2.3.1) заказчик перечисляет исполнителю первый авансовый платеж в размере 50% от общей стоимости поставляемого оборудования в течение 10-ти банковских дней с момента подписания сторонами Контракта (пункт 2.3.1.1); заказчик перечисляет исполнителю второй авансовый платеж в размере 45 % от общей стоимости поставляемого оборудования в июле 2014 года в течение 10-ти банковских дней с момента выставления соответствующего счета (пункт 2.3.1.2); окончательный расчет за поставляемое оборудование производится заказчиком в адрес исполнителя в течение 10-ти банковских дней с момента получения извещения о готовности оборудования к отгрузке (пункт 2.3.1.3.).

Ответственность заказчика за нарушение сроков оплаты установлена пунктом 6.2 Контракта в виде неустойки в размере одной трёхсотой действующей на дату уплаты неустойки ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации от не перечисленной в срок суммы.

Как утверждает Истец, согласно проектной документации, разработанной открытым акционерным обществом «Ленгипромез», на основании которой составлено техническое задание к Контракту, оборудование должно было быть приобретено у фирмы-изготовителя - Анонимного общества закрытого типа «Компания «Бош Рехрот» (Bosch Rexroth B.V.), Нидерланды (далее – Компания «Бош Рехрот»). Так как указанное лицо не является резидентом Российской Федерации, расчеты за оборудование должны были осуществляться Истцом в иностранной валюте - евро.

В целях закупки необходимого оборудования ОАО «СпецМаш» с Компанией «Бош Рехрот» были заключены международные контракты на приобретение оборудования и программного обеспечения к нему от 14.10.2014 №№ 1828 R00, 1829 R00, 1831 R00, 1832 R00.

Как пояснил Истец, во исполнение условий названных контрактов им было затрачено на приобретение оборудования и программного обеспечения к нему 8 595 000 евро.

Ссылаясь на то, что обязательства по внесению авансовых платежей были исполнены заказчиком с нарушением установленных Контрактом сроков, что вызвало убытки исполнителя в виде курсовой разницы между стоимостью оборудования в рублях, которая была бы уплачена Обществом в случае своевременного исполнения обязательства, и стоимостью оборудования рублях, фактически оплаченной исполнителем в связи с увеличением курса евро, Общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании убытков и неустойки.

В силу пункта 2 статьи 1 и статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пункту 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Анализ условий заключенного сторонами Контракта позволяет сделать вывод о том, что он является смешанным, содержит элементы договоров подряда и поставки, в связи с чем регулируется в соответствующих частях параграфами 1, 3 главы 30 "Купля-продажа" и параграфом 1 главы 37 "Подряд" Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что поставщик обязуется передать покупателю в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В силу пункта 1 статьи 525 Гражданского кодекса Российской Федерации поставка товаров для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд (пункт 2 статьи 530 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 1). К отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки (статьи 506 - 522), если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса (пункт 2).

В рассматриваемом случае Контракт заключен в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон N 44-ФЗ) на основании протокола единой комиссии ПДЗК №17 от 28.03.2014.

В соответствии с пунктом 1 статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

На случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме - штраф или в виде периодически начисляемого платежа - пени (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как было указано выше, пунктом 6.2 Контракта установлена ответственность заказчика за нарушение сроков оплаты в виде неустойки в размере одной трёхсотой действующей на дату уплаты неустойки ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации от неоплаченной в срок суммы.

Из материалов дела следует, что Предприятием были нарушены предусмотренные пунктом 2.3.1 Контракта сроки перечисления платежей за поставку оборудования, в связи с чем Истцом на основании пункта 6.2 Контракта начислена неустойка.

Так, за просрочку оплаты 128 000 руб. аванса за период с 01.06.2015 по 17.08.2015 (78 дней), исходя из ставки 8,25%, начислено 2 745 600 руб. неустойки. За просрочку оплаты 17 957 151 руб. 25 коп. аванса за период с 01.06.2015 по 17.12.2015 (200 дней), исходя из ставки 8,25% начислено 987 643 руб. 32 коп. неустойки, за просрочку оплаты 31 050 000 руб. окончательного расчета за период с 19.01.2016 по 13.06.2016 (147 дней), исходя из ставки 11%, начислено 1 673 595 р. За просрочку оплаты 31 050 000 руб. окончательного расчета за период с 14.06.2016 по 28.07.2016 (45 дней), исходя из ставки 10,5%, начислено 489 037 руб. 50 коп.

Вместе с тем, из представленного Истцом расчета следует, что неустойка начислена как за просрочку оплаты авансовых платежей, так и за просрочку окончательного расчета за поставку.

В свою очередь, авансирование по договору, исходя из положений статей 1, 421 и 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, может устанавливаться законодательством или соглашением сторон.

Уплата сумм авансовых платежей при отсутствии встречного предоставления по сути является кредитованием исполнителя; начисление неустойки в подобных случаях просрочки внесения авансового платежа допускается, если это установлено законом или явно выражено в соглашении сторон.

Из буквального содержания пункта 6.2 Контракта следует, что сторонами не согласована неустойка за просрочку оплаты авансовых платежей. Действующее законодательство, в том числе положения статей 486, 487, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержат императивных норм об авансировании поставки, а равно не предусматривает ответственность в виде неустойки за просрочку внесения авансовых платежей.

Учитывая изложенное, правовых оснований для взыскания с Ответчика неустойки, начисленной на сумму подлежавших оплате авансовых платежей, не имеется. Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2018 N 310-ЭС17-11570 по делу N А62-434/2016.

Согласно расчету суда на сумму задолженности в размере 31 050 000 руб. за период с 19.01.2016 по 28.07.2016 (192 дня), исходя из ставки 7,5 % – действующей на дату принятия решения, подлежит начислению неустойка в размере 1 490 400 руб.

Действительно, в соответствии с пунктом 2.3.6 Контракта оплата производится в безналичной форме по выставленным исполнителем счетам в адрес заказчика. Между тем, положения данного пункта, по мнению суда, не определяют момент возникновения соответствующего обязательства заказчика, а регламентирует порядок документооборота, оплату платежными поручениями.

Из буквального содержания положений пункта 2.3.1.3 Контракта следует, что окончательный расчет за поставляемое оборудование производится в течение 10-ти банковских дней с момента получения извещения о готовности оборудования к отгрузке. В отличие от положений пункта 2.3.1.2 Контракта, прямо указывающих на оплату в течение 10-ти дней с момента выставления счета, пункт 2.3.1.3 Контракта соответствующего указания не имеет.

Согласно статье 191 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий день после календарной даты или наступления события, которыми определено его начало.

В данном случае отсутствие счета не лишало заказчика возможности определить ни момент возникновения обязательства по оплате, ни подлежащую уплате сумму.

Поскольку письмом от 25.12.2015 Ответчик был извещен о готовности оборудования к отгрузке, начисление неустойки с 19.01.2016 вопреки доводам Ответчика не противоречит условиям Контракта.

При этом суд также отклоняет доводы Ответчика о том, что пункт 6.2. Контракта является незаключенным, поскольку отсутствует указание на подлежащую применению ставку рефинансирования, в связи с тем, что невозможно определить дату, когда будет уплачена неустойка.

Действительно, в пункте 6.2. Контракта стороны указали на то, что расчет неустойки производится исходя из 1/300 ставки рефинансирования Центрального Банка Российской Федерации, действующей на дату уплаты пеней.

Согласно пункту 1 статьи 332 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законом (законной неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты соглашением сторон.

В силу положений пункта 5 статьи 34 Закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик (подрядчик, исполнитель) вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней). Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Такая пеня устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пеней ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от не уплаченной в срок суммы.

Таким образом, при добровольной уплате законной неустойки ее размер по общему правилу подлежит исчислению по ставке, действующей на дату фактического платежа.

Однако, ни Контракт, ни Закон № 44-ФЗ не содержат прямого указания на применимую ставку в случае взыскания неустойки в судебном порядке.

Применительно ко взысканию в судебном порядке законной неустойки, установленной за просрочку исполнения обязательств по оплате потребления энергетических ресурсов и также рассчитываемой исходя из ставки рефинансирования, действующей на дату уплаты пеней, в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016 (раздел "Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике", ответ на вопрос 3), содержится разъяснение, согласно которому в целях обеспечения правовой определенности на момент разрешения спора в суде подлежит применению ставка, действующая на день вынесения решения суда.

Исходя из положений пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения, а также положений статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации (применение гражданского законодательства по аналогии), суд не усматривает оснований считать условие у неустойке незаключенным, поскольку расчет неустойки возможно произвести исходя из ставки рефинансирования, действующей на дату принятия судебного решения.

Таким образом, с Ответчика в пользу Истца следует взыскать 1 490 400 руб. неустойки за нарушение сроков оплаты по Контракту, в удовлетворении остальной части требования о взыскании неустойки суд считает необходимым отказать.

Обществом также заявлены требования о взыскании с Предприятия 123 193 933 руб. 75 коп. убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками в силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует понимать расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В обоснование требования о взыскании с Ответчика убытков Истец ссылался на то, что на дату заключения Контракта (07.04.2014) стоимость оборудования составляла 621 000 000 руб. (пункт 2.1. Контракта). В свою очередь, стоимость оборудования у Компании «Бош Рехрот» составляла 8 595 000 евро, что соответствует сумме 418 090 882 руб. при установленном на 07.04.2014 курсе евро к рублю по данным Центрального Банка Российской Федерации. Следовательно, Истец рассчитывал получить прибыль в размере 202 909 118 руб.

Как полагает Истец, денежные средства, подлежащие перечислению заказчиком, должны были быть использованы для приобретения иностранной валюты - евро - для закупки оборудования, просрочка в выполнении должником денежного обязательства повлекла убытки для Истца в связи с наличием курсовой разницы при приобретении евро в период, когда денежные средства должны были быть получены согласно условиям Контракта и в период, когда они были фактически получены и могли быть использованы для приобретения иностранной валюты.

Так, второй платеж в размере 45% по Контракту должен был быть совершен не позднее 31.07.2014. На 31.07.2014 курс евро к рублю согласно опубликованным данным Центрального Банка Российской Федерации составлял 47,8658 руб. за евро. Следовательно, Истец имел право на получение суммы, эквивалентной сумме 5 838 197,63 евро. Сумма в размере 133 492 848 руб. 75 коп. соответствовала 2 788 898,31 евро, сумма в размере 128 000 000 руб. - 2 674 143,13 евро и сумма в размере 17 957 151 руб. 25 коп. - 375 156,19 евро.

На дату первой части фактического платежа, 13.03.2015, курс евро к рублю составил 64,6232 руб. за евро. Следовательно, для приобретения соответствующей части суммы в евро (2788898,31 евро) Истцу пришлось затратить не 133 492 848 руб. 75 коп., а 180 227 533 руб. 27 коп., убытки Истца составили 46 734 684 руб. 52 коп. При получении второй части платежа, 17.08.2015, курс евро к рублю составлял 72,3650 руб. за евро. Для приобретения соответствующей части евро (2674143,13 Евро) Истцу пришлось затратить 193 514 367,60 руб., а не 128 000 000 руб., убытки составили 65 514 367 руб. 60 коп. При получении третьей части платежа, 17.12.2015, курс евро к рублю составлял 77,0400 руб. за евро. Для приобретения соответствующей части евро (375156,19 евро) Истцу пришлось затратить 28 902 032 руб. 88 коп., а не 17 957 151 руб. 25 коп., убытки составили 10 944 881 руб. 63 коп.

Как считает Истец, с момента нарушения обязанности по перечислению денежных средств до момента фактической оплаты денежных средств на сторону, допустившую такое нарушение, возлагаются риски, связанные с увеличением стоимости оборудования, в том числе и в связи с изменением курса валюты долга и валюты платежа, в связи с чем убытки в общем размере 123 193 933 руб. 75 коп. подлежат взысканию с Ответчика.

Суд не может согласиться с доводами Истца в связи со следующим.

В соответствии со статьями 140, 317 Гражданского кодекса Российской Федерации денежные обязательства должны быть выражены в рублях. В денежном обязательстве может быть предусмотрено, что оно подлежит оплате в рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте или в условных денежных единицах (экю, "специальных правах заимствования" и др.). В этом случае подлежащая уплате в рублях сумма определяется по официальному курсу соответствующей валюты или условных денежных единиц на день платежа, если иной курс или иная дата его определения не установлены законом или соглашением сторон.

Как следует из положений пунктов 2.1.-2.6 Контракта, стоимость оборудования установлена в рублях. 

Следовательно, Контрактом не предусмотрена возможность пересчета стоимости оборудования в иностранной валюте.

Учитывая изложенное, следует признать, что из условий Контракта не усматривается права исполнителя на получение в счет оплаты суммы, эквивалентной сумме 5 838 197,63 евро.

Также из буквального содержания Контракта не следует, что для закупки оборудования у иностранного поставщика Общество должно было получить кредитование Предприятия. 

Самое по себе условие об авансировании, исходя из положений действующего гражданского законодательства, не свидетельствует о том, что закупка оборудования производится именно на суммы аванса.

Содержание п.п. 1.4 и 1.5 подписанного сторонами дополнительного соглашения № 1 от 03.06.2014 к контракту не изменяет условия контракта (и не может их изменять, учитывая специфику порядка заключения государственных контрактов) в части статуса авансовых платежей и не влияет на буквальное толкование условий контракта.  

В качестве возражений на доводы Общества, Предприятием представлен контррасчет, из которого следует отсутствие у Общества реального ущерба в результате исполнения контракта. 

 Так, с учетом курса валюты Центрального Банка Российской Федерации на день осуществления платежа сумма платежа в иностранной валюте (евро) составляет 310 500 000 руб. = 6 486 710 евро (на 05.08.2014 по курсу 1 евро = 47,8671 руб.); 133 492 848 руб. 75 коп. = 2 065 710,9 евро (на 13.03.2015 по курсу 1 евро = 64,6232 руб.); 128 000 000 руб. = 1 768 810,8 евро (на 17.08.2015 по курсу 1 евро = 72,3650); 17 957 151 руб. 25 коп. = 233 088,67 евро (на 17.12.2015 по курсу 1 евро = 77,04 руб.); 31 050 000 руб. = 429 176 евро (на 27.07.2016 по курсу 1 евро = 72,3478 руб.), всего 10 983 496,37 евро.

В соответствии с пунктом 2.2. Контракта стоимость Контракта включает в себя, в том числе стоимость работ, материалов, компенсацию всех издержек исполнителя, включая расходы на доставку, страхование, уплату таможенных сборов, а также все, уплачиваемые на территории Российской Федерации налоги и сборы, затраты, издержки и иные расходы исполнителя, связанные с исполнением настоящего Контракта.

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Истцом не представлено каких-либо документальных доказательств несения иных расходов в связи с поставкой оборудования, в том числе расходов на транспортировку, страхование, таможенное оформление.

Таким образом, остаток денежных средств в иностранной валюте у Истца после оплаты оборудования составил 2 388 496,37 евро, что свидетельствует об отсутствии у Общества в заявленных обстоятельствах расходов, превышающих стоимость товара, а также ущерба. 

При этом согласно разъяснениям, данным в абзаце третьем пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Между тем изменение курса евро является объективным обстоятельством, которое должны предполагать хозяйствующие субъекты, вступая в договорные отношения. Оно не находится в прямой причинно-следственной связи с нарушением Ответчиком срока оплаты аванса, в связи с чем само по себе не может применяться для определения размера убытков 

Противоположная позиция привела бы к тому, что изменение курса в сторону удорожания рубля повлекло бы неосновательное обогащение кредитора.

При этом изменение курса евро является одним из рисков осуществляемой сторонами предпринимательской деятельности: риск увеличения курса евро лежит на плательщике, а риск падения курса - на получателе платежа.

Как было указано выше, стоимость поставки оборудования установлена в рублях. Контракт не содержит валютной оговорки. Принимая на себя обязательства по поставке оборудования, подлежащего закупке у иностранного поставщика и оплате в евро, Общество должно было осознавать связанные с этим риски, в том числе возможность колебания курсов валют.

Таким образом, причинно-следственная связь между просрочкой исполнения обязательства заказчиком в части своевременного внесения авансовых платежей и возникновением заявленных убытков у поставщика в виде курсовой разницы отсутствует, поскольку изменение курса валюты не зависело от воли заказчика (данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в иске в части взыскания убытков).

Кроме того, суд учитывает, что в силу положений пункта 2 статьи 487 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения покупателем обязанности предварительно оплатить товар применяются правила, предусмотренные статьей 328 настоящего Кодекса. 

Согласно пункту 2 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков.

Общество правом на отказ от поставки оборудования не воспользовалось.

Поскольку в рассматриваемом случае отсутствует совокупность условий, необходимая для взыскания убытков применительно к положениям статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении соответствующих требований Общества следует отказать.

При таких обстоятельствах исковые требования подлежат частичному удовлетворению, с Ответчика в пользу Истца надлежит взыскать 1 490 400 руб. неустойки за нарушение сроков оплаты по Контракту, в удовлетворении остальной части иска следует отказать.

Расходы по делу распределяются в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально объему удовлетворенных исковых требований.

По результатам рассмотрения спора с Ответчика в пользу Истца следует взыскать 2 309 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  

 

решил:

Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия "Крыловский государственный научный центр" в пользу Открытого акционерного общества "СпецМаш" 1 490 400 руб. 00 коп. неустойки, 2 309 руб. 00 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины по иску.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья                                                                            Коросташов А.А.