АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА 

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-4813/15 

Екатеринбург 01 октября 2018 г. Дело № А60-30601/2014 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2018 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 01 октября 2018 г.  

 Арбитражный суд Уральского округа в составе: 

председательствующего Шавейниковой О. Э.,  судей Оденцовой Ю. А., Плетневой В. В.  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу открытого  акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая  компания Урала» (далее – общество «МРСК Урала») на определение  Арбитражного суда Свердловской области от 03.04.2018 по делу   № А60-30601/2014 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 05.07.2018 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично,  путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на  сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании приняли участие Губайдуллина Лариса Наильевна,  ее представитель – Вешкин А.К. (доверенность от 31.08.2017), представители:  

общества «МРСК Урала» - Быстрецких Ю.Д. (доверенность от 01.01.2018;  

открытого акционерного общества «ЭнергосбыТ Плюс»  (далее – общество «ЭнергосбыТ Плюс») – Лукас Е.П. (доверенность  от 28.12.2017);  

Блохина Николая Владимировича – Корабель С.В. (доверенность  от 22.02.2018), Файзрахманова Э.Р. (доверенность от 22.02.2018);  

Блохиной Виктории Азатовны - Корабель С.В. (доверенность  от 31.01.2018), Файзрахманова Э.Р. (доверенность от 31.01.2018).  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2014  принято к производству заявление общества «МРСК Урала» о признании  общества с ограниченной ответственностью «Красноуральский химический  завод» (далее – общество «Красноуральский химический завод», должник)  несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 17.10.2014 заявление общества «МРСК Урала»  признано обоснованным, в отношении должника введена процедура  наблюдения, временным управляющим утвержден Сивков Сергей Юрьевич,  

член Некоммерческого партнерства «Уральская саморегулируемая организация  арбитражных управляющих».  

Определением суда от 21.06.2015 в отношении общества  «Красноуральский химический завод» введена процедура внешнего управления  на восемнадцать месяцев, до 15.12.2016, внешним управляющим утвержден  Андреев Валерий Александрович, являющийся членом Некоммерческого  партнерства «Уральская саморегулируемая организация арбитражных  управляющих».  

Определением суда от 09.09.2015 утверждено мировое соглашение,  производство по делу о признании общества «Красноуральский химический  завод» несостоятельным (банкротом) прекращено.  

Определением суда от 29.04.2016 мировое соглашение по настоящему  делу расторгнуто, производство по настоящему делу № А60- 30601/2014 о  признании общества «Красноуральский химический завод» несостоятельным  (банкротом) возобновлено, в отношении должника введено внешнее  управление сроком на восемнадцать месяцев, до 21.10.2017, внешним  управляющим утвержден Андреев В.А.  

Решением суда от 06.07.2016 общество «Красноуральский химический  завод» признано несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто  конкурсное производство сроком на шесть месяцев, до 29.12.2016, конкурсным  управляющим утвержден Андреев В.А.  

Определениями суда срок конкурного производства в общей сложности  был продлен до 29.05.2017.  

Общество «МРСК Урала» 29.05.2017 обратилось в Арбитражный суд  Свердловской области с заявлением о привлечении Губайдуллиной Л.Н. к  субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника в арбитражный  суд на основании пункта 1 статьи 9, пунктов 2 статьи 10 Федерального закона  от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве), по обязательствам должника в размере 126 472 874 руб. 88 коп.,  возникшим после 30.04.2013 (с учетом уточнения, принятого судом первой  инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации).  

Общество «ЭнергосбыТ Плюс» 23.01.2018 обратилось в Арбитражный в  суд Свердловской области с заявлением о привлечении контролирующих  должника лиц – Губайдуллиной Л.Н., Блохиной В.А., Блохина Н.В. к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании  подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и взыскании с них  солидарно денежных средств в размере 173 144 614 руб. 25 коп., с учетом  уточнения, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Определением суда от 11.02.2018 в порядке статьи 130 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение заявления  общества «МРСК Урала» о привлечении Губайдуллиной Л.Н. к субсидиарной  ответственности по обязательствам общества «Красноуральский химический  завод» объединено для совместного рассмотрения с заявлением общества  

«ЭнергосбыТ Плюс» о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.04.2018  (судья Койнова Н.В.) в удовлетворении заявлений конкурсных кредиторов  общества «МРСК Урала» и общества «ЭнергосбыТ Плюс» отказано.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 05.07.2018 (судьи Нилогова Т.С., Васева Е.Е., Данилова И.П.) определение  суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционные жалобы – без  удовлетворения.  

В кассационной жалобе общество «МРСК Урала» просит определение  суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции  отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных  требований, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального  и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим  обстоятельствам дела. По мнению заявителя, судами не учтены выводы анализа  финансового состояния должника, проведенного временным управляющим  Сивковым С.Ю., согласно которым, начиная с 2012 года, предприятие имеет  неудовлетворительную структуру баланса и имеет все признаки  неплатежеспособности, при этом анализ финансового состояния должника  лицами, участвующими в деле, оспорен не был. Заявитель указывает, что  информационное заключение общества с ограниченной ответственностью  «Уральский центр аудита и оценки» (далее – общество «Уральский центр  аудита и оценки») противоречит выводам временного управляющего в отчете  по итогам наблюдения и выводам внешнего управляющего в отчете от  11.08.2015, заключение проводилось на ретроспективную дату, фактически же  на момент исследования имущество перестало существовать. Заявитель  поясняет, что по состоянию на 31.12.2012 у должника имелись признаки  банкротства, поскольку помимо обязательств перед обществом «МРСК Урала»,  у должника были неисполненные обязательства перед иными кредиторами;  суды не дали оценку разнице стоимости активов по состоянию на апрель 2013  года и на октябрь 2014 года, неправомерно приняв в качестве доказательства  стоимость активов, определенную в информационном заключении общества  «Уральский центр аудита и оценки». По мнению заявителя, поведение  руководителя должника объективно не свидетельствовало о реальных  действиях, направленных на погашение задолженности перед  ресурсоснабжающими кредиторами, руководителем не доказано совершение  каких-либо действий, направленных на выход из кризиса, напротив  руководителем были приняты меры по отчуждению имущества  аффилированным лицам по заниженной стоимости.  

Заявитель обращает внимание суда кассационной инстанции на то, что  общество «Красноуральский химический завод» и общество с ограниченной  ответственностью «Торговый дом «Красноуральский химический завод» (далее  – общество «ТД «Красноуральский химический завод»), где Губайдуллина Л.Н.  является единственным участником и руководителем, входят в одну группу  лиц, взаимодействуют по схеме давальческого сырья, заключенный договор от  

01.06.2011 № 1 представляет собой сделку, совершенную в целях причинения  вреда имущественным правам кредиторов и повлекло убытки для кредиторов.  Заявитель ссылается на то, что в 2012 году и в марте 2013 года были  отчуждены тепловозы и вагоны, составлявшие основные производственные  активы, участвующие в технологическом процессе производства взрывчатых  веществ, которые получены обратно на правах аренды, что также причинило  вред имущественным интересам кредиторов. По мнению заявителя,  недобросовестность Блохиной В.А. и Губайдуллиной Л.Н. проявляется в  создании задолженности должника из арендных отношений, при отсутствии  экономической целесообразности и реальности исполнения договоров.  Заявитель не согласен с выводами судов о недоказанности критериев отнесения  к контролирующим должника лицам Блохиной В.А., Блохина Н.В., отмечая, что  в качестве субъекта субсидиарной ответственности должен выступать не только  собственник и бывший руководитель должника Губайдуллина Л.Н., но и  Блохина В.А., Блохин Н.В. Заявитель полагает, что судами не приняты во  внимание доводы общества «МРСК Урала», указывающие на то, что Блохины,  являясь выгодоприобретателями имущества должника, а также  аффилированными по отношению к бывшему руководителю общества  «Красноуральский химический завод» лицами, совместно действующими с  Губайдуллиной Л.Н., являются контролирующими лицами должника, как лица,  извлекшие выгоду из незаконного поведения руководителя должника,  получившие активы должника.  

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий  должником Андреев В.А., Губайдуллина Л.Н., Блохин Н.В., Блохина В.А,  просят определение суда первой инстанции и постановление суда  апелляционной инстанции оставить без изменения, кассационную жалобу – без  удовлетворения.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом  кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах  доводов кассационной жалобы.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно приказу  о приеме на работу № 294/К Губайдуллина Л.Н. являлась руководителем  должника с 13.07.2011, в дальнейшем стала владельцем 100% доли в уставном  капитале должника.  

Согласно приказу от 01.06.2011 № 271/К Блохина В.А., являющаяся  дочерью Губайдуллиной Л.Н., осуществляла полномочия заместителя  директора по стратегическим направлениям должника, является учредителем и  директором общества с ограниченной ответственностью «ТНТ групп».  

Блохин Н.В. является супругом Блохиной В.А., учредителем и  генеральным директором общества «СК Энки».  

Общество «МРСК Урала», полагая, что Губайдуллиной Л.Н. не  соблюдена обязанность по обращению руководителя должника с заявлением о  признании должника банкротом, ссылаясь на то, что датой возникновения  указанной обязанности является дата 30.04.2013 – по итогам сдачи  

бухгалтерского баланса за 2012 год; согласно балансу должника на 31.12.2012  активы должника составляли 68 млн. руб., тогда как размер обязательств  должника составлял 115 млн. руб., размер субсидиарной ответственности,  согласно обязательствам должника возникшим после 30.04.2013, составляет  126 472 874 руб. 88 коп., обратилось в Арбитражный суд Свердловской области  с заявлением о привлечении Губайдуллиной Л.Н. к субсидиарной  ответственности на основании пункта 1 статьи 9, пунктов 2 статьи 10 Закона о  банкротстве  

Общество «ЭнергосбыТ Плюс», ссылаясь на заключение ряда сделок по  отчуждению имущества должника, совершенных в основном в период действия  мирового соглашения, что привело в причинению должнику убытков,  обратилось в Арбитражный в суд Свердловской области с заявлением о  привлечении Губайдуллиной Л.Н., Блохиной В.А., Блохина Н.В. к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании  подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Суды первой и апелляционной инстанций, рассмотрев заявленные  требования, руководствуясь статьей 4 Федерального закона от 29.07.2017   № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности  (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных  правонарушениях», пунктом 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской  Федерации, правовой позицией Конституционного Суда Российской  Федерации, изложенной в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016   № 3-П, пунктом 2 информационного письма ВАС РФ  от 27.04.2010 № 137, учитывая период времени, к которому относятся  обстоятельства, с которыми конкурсные кредиторы связывают ответственность  контролирующего должника лица, пришли к выводу о том, что настоящий  обособленный спор подлежит разрешению с применением статьи 10 Закона о  банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды пришли к  выводу о том, что на 30.04.2013 у Губайдуллиной Л.Н. не возникла безусловная  обязанность по обращению в суд с заявлением должника о собственном  банкротстве, а также не доказана совокупность условий, позволяющих  привлечь Губайдуллину Л.Н., Блохину В.А., Блохина Н.В. к ответственности за  причинение вреда обществу, при этом исходили из следующего.  

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции  Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) нарушение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые  установлены в статье 9 указанного закона, влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых данным законом возложена обязанность по  принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче  такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения  срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Согласно статье 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан  обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:  удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов  

приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или  обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в  полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на  имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной  хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам  неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.  

На основании пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление  должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях,  предусмотренных пунктом 1 этой же статьи, не позднее чем через месяц с даты  возникновения соответствующих обстоятельств.  

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц,  названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной  ответственности по указанным в названной норме основаниям возникает при  наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из  перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств;  неподача указанными в пункте 2 статьи 10 этого же Закона лицами заявления о  банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения  соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по  которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после  истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Для определения размера субсидиарной ответственности,  предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, имеет значение  наличие причинно-следственной связи между неподачей заявления и  наступлением неблагоприятных для должника последствий в виде  обязательств, возникших после истечения месячного срока, установленного  пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Из содержания приведенных выше норм Закона о банкротстве, принимая  во внимание положения статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, прямо следует, что установлению подлежат не только  точные даты возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о  банкротстве обстоятельств и возникновение у соответствующего лица  обязанности подать заявление о банкротстве должника, но также и точная дата  возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому  привлекается лицо из перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве  оснований.  

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует  учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве  возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках  стандартной управленческой практики должен был объективно определить  наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о  банкротстве. Указанная правовая позиция сформирована в Обзоре судебной  практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном  постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации  от 06.07.2016.  

При этом заявитель должен доказать не просто существование у  должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований,  обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании  должника банкротом, в частности, наличие у должника признаков  неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо наличие  других обстоятельств, предусмотренных названной нормой Закона о  банкротстве.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью  имущества понимается превышение размера денежных обязательств и  обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества  (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения  должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате  обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.  

По результатам исследования и оценки представленных в материалы дела  доказательств, суды установили, что по договору купли-продажи имущества  от 24.05.2011 № 1 должником в мае 2011 года приобретен имущественный  комплекс (150 единиц движимого и недвижимого имущества) по производству  взрывчатых веществ (гражданского назначения) по цене 35 000 000 руб. в ходе  торгов посредством публичного предложения по реализации имущества  Федерального государственного унитарного предприятия «Красноуральский  химический завод», проводимых в рамках дела о несостоятельности последнего  (дело № А60-1203/2008). С использованием данного имущества планировалось  развитие химического производства. Приобретенное движимое и недвижимое  имущество было учтено должником в бухгалтерском учете по цене его  приобретения.  

Рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, исследовав и  оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их  совокупности и взаимосвязи, установив, что переоценка основных средств  должником не производилась и к бухгалтерскому учету имущество принято по  цене его приобретения, принимая во внимание информационное заключение от  19.01.2018 № 315-12/2017 общества «Уральский центр аудита и оценки» о  рыночной стоимости недвижимого имущества должника (69 единиц), согласно  которому рыночная стоимость имущества общества «Красноуральский  химический завод» по состоянию на 30.04.2013 составляла 217 985 881 руб.,  при том, что доказательств об иной рыночной стоимости объектов  недвижимости должника по состоянию на 30.04.2013 не представлено,  учитывая анализ финансового состояния должника, выполненный  управляющим Сивковым С.Ю., суды заключили, что в рассматриваемом случае  то обстоятельство, что размер обязательств должника по итогам 2012 года  составлял 115 000 000 руб. не свидетельствует о наступлении у должника  признаков объективного банкротства.  

Отклоняя доводы заявителя о том, что информационное заключение  общества «Уральский центр аудита и оценки» от 19.01.2018 № 315-12/2017 о  рыночной стоимости недвижимого имущества должника не является  

допустимым доказательством, суды исходил из того, что в отсутствие иных  документов, свидетельствующих о стоимости имущества должника, в условиях  отсутствия ходатайства о проведении судебной оценочной экспертизы,  оснований для исключения заключения специалиста из числа доказательств по  делу не имеется.  

Кроме того, принимая во внимание, что первое дело о банкротстве  должника прекращено в связи с утверждением мирового соглашения, согласно  которому за должником числилась задолженность порядка 11 000 000 руб., и до  наступления срока первого платежа по графику платежей по мировому  соглашению было возбуждено второе дело о банкротстве в отношении  общества «Красноуральский химический завод на основании заявления  общества «МРСК Урала», учитывая, что в рамках настоящего дела о  несостоятельности в отношении должника определением суда от 21.06.2015  вводилось внешнее управление, а определением от 09.09.2015 утверждалось  мировое соглашение, суд апелляционной инстанции признал, что  руководителем должника предпринимались меры как к урегулированию  задолженности перед кредиторами, так и к сохранению возможности развития  предприятия.  

При таких обстоятельствах, суды первой и апелляционной инстанций  признали, что в период с 30.04.2013 по 09.09.2013 у руководителя должника  Губайдуллиной Л.Н., несмотря на временные финансовые трудности,  отсутствовали основания для вывода том, что у должника по итогам  деятельности 2012 года возникли признаки объективного банкротства, в связи с  чем, пришли к выводу о недоказанности возникновения 30.04.2013 у  руководителя должника объективной обязанности обратиться в арбитражный  суд с заявление о банкротстве предприятия.  

С учетом изложенного, суды пришли к выводу об отсутствии  доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что на указанные  конкурсными кредиторами даты должник обладал признаками  неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества по смыслу статьи 2  Закона о банкротстве, либо доказательств того, что должнику были  предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить ввиду  удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества, а  равно доказательств наличия иных обозначенных в пункте 1 статьи 9 Закона о  банкротстве обстоятельств, являющихся основанием для обращения  руководителей юридического лица в суд с заявлением о признании должника  банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность  должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны  объективно отображать наступление критического для должника финансового  состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других  лиц.  

В рассмотренном случае суды пришли к выводу, что совокупностью  представленных доказательств не подтверждается, что в спорный период  сложились условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве,  для возникновения у руководителей обязанности по обращению в суд с  

заявлением о банкротстве должника; руководитель должника обоснованно  рассчитывал на преодоление финансовых трудностей и принимал разумные  меры к этому.  

Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо  обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о  банкротстве, даже будучи доказанным, не свидетельствовало об объективном  банкротстве должника (критическом моменте, в который должник из-за  снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме  удовлетворить требования кредиторов).  

При таких условиях суды пришли к обоснованному выводу о  недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения  Губайдуллиной Л.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника за несвоевременную подачу заявления о признании должника  банкротом и отказали в удовлетворении данной части заявленного требования.  

Рассматривая требования о привлечении контролирующих должника лиц  – Губайдуллиной Л.Н., Блохиной В.А., Блохина Н.В. к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника в связи с заключением  должником ряда сделок с заинтересованными лицами, которые обладают  признаками подозрительности и по которым имущество реализовано по  заниженным ценам суды первой и апелляционной инстанции пришли к  следующим выводам.  

Судами установлено и следует из материалов дела, что в обоснование  заявленных требований общество «ЭнергосбыТ Плюс» ссылается на  заключение должником: договора купли-продажи грузовых вагонов от  29.03.2013 с обществом «ТД «Красноуральский химический завод»; договора  купли-продажи здания гаража площадью 208,4 кв.м. от 02.07.2014 с  Дербеневым С.А.; договора купли-продажи здания гаража площадью  

1 435,8 кв.м. от 22.07.2014 с Фурмановым И.В.; договора купли-продажи здания  гаража площадью 1 797,6 кв.м. от 17.10.2014 с Фурмановым И.В.; договора  купли-продажи здания столовой № 17 от 20.10.2015 с Михалевым Ю.О.;  договора купли-продажи здания пожарного депо площадью 900,0 кв.м. от  20.10.2015 с Михалевым Ю.О.; договора купли-продажи сооружения –  железнодорожного подъездного пути от 19.02.2016  с обществом «СК Энки»; договора купли-продажи здания склада, назначение  нежилое, площадь 354,5 кв.м. от 24.02.2016 с индивидуальным  предпринимателем Блохиной В.А.; договора купли-продажи здания склада,  назначение нежилое, площадь 859,3 кв.м. от 24.02.2016 с индивидуальным  предпринимателем Блохиной В.А.; договора купли-продажи здания пункта  подготовки вагонов от 25.02.2016 индивидуальным предпринимателем  Блохиной В.А.; договора купли-продажи здания депо техосмотра тепловозов  26.02.2016 с индивидуальным предпринимателем Блохиной В.А.  

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве редакции Федерального  закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ контролирующие должника лица солидарно  несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и  (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента  

приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда,  причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения  указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих  обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную  массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности  контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда,  причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего  должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих  удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции  Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, если должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц при наличии в том числе следующего  обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в  результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения  этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки,  указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного закона.  

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие  положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского  кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной  ответственности, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько  существенным было негативное воздействие контролирующего лица  (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на  деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия  изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели  экономические показатели, характеризующие должника, после этого  воздействия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими  контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной  банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности.  

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами,  указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред  исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному  банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их  вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель  поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд  применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное  требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной  

ответственности, но доказанности противоправного поведения  контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе  установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд  принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков  

Принимая во внимание период времени совершения сделок  (29.03.2013 – 26.02.2016), к которому относятся обстоятельства, с которыми  конкурсный кредитор связывает ответственность контролирующих должника  лиц, суды заключили, что положения подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11  Закона о банкротстве в рассматриваемом случае не применимы, и настоящий  спор должен быть разрешен с применением статьи 10 Закона о банкротстве в  редакциях Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ и Федерального закона  от 28.06.2013 № 134-ФЗ, соответственно. При этом признав, что  рассматриваемые сделки, исходя из периода их совершения и условий, не  могли повлечь за собой наступление объективного банкротства должника, суды  пришли к выводу, что заявленные обществом «ЭнергосбыТ Плюс» требования  фактически являются требованием о взыскании убытков.  

В силу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или  учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его  имени должно действовать в интересах представляемого им юридического лица  добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных  органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и  т.п.).  

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013   № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в  состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ  от 30.07.2013 № 62) лицо, входящее в состав органов юридического лица  (единоличный исполнительный орган – директор, генеральный директор и т.д.,  временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация  или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного  предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа  юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или  коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного  общества, члены правления кооператива и т.п.; далее – директор), обязано  действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно  (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае  нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и  (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на  предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки,  причиненные юридическому лицу таким нарушением.  

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо,  право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных  ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение  убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые  

лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для  восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества  (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило  бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было  нарушено (упущенная выгода).  

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской  Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также  вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в  полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред,  освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его  вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии  вины причинителя вреда.  

Удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с  обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда,  возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества,  исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки  (пункт 2 статьи 15, статьи 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой  ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения,  включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда,  причинно-следственную связь между противоправным поведением  причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда  

Оценив совершенную 29.03.2013 между должником и заинтересованным  лицом обществом «ТД «Красноуральский химический завод» сделку № 2/2013  по отчуждению 31 грузового вагона 1981 – 1990 годов постройки, общая  стоимость которых составила 14 074 000 руб., принимая во внимания  пояснения, согласно которым названные вагоны были отчуждены обществу  «ТД «Красноуральский химический завод» в счет погашения задолженности  перед ним для их технического обслуживания и ремонта, обратно в аренду  принимались только технически исправные вагоны, учитывая отсутствие  доказательств того, что указанные вагоны не требовали существенных  вложений в их техническое обслуживание, сделка по их отчуждению  совершена по заниженной цене, а договор аренды по завышенной цене, суды  констатировали, что материалами дела не подтверждается причинение вреда  интересам должника и его кредиторов фактом совершения указанной сделки.  

Проанализировав сделки от 02.07.2014 между должником и  Дербеневым С.А. по отчуждению здания гаража площадью 208,4 кв.м., сделки  от 22.07.2014, от 17.10.2014 между должником и Фурмановым И.В. по  отчуждению здания гаража площадью 1 435,8 кв.м., принимая во внимание  условия договора купли-продажи от 24.05.2011 № 1 по которым указанные  объекты были приобретены должником, учитывая информационное  заключение общества «Уральский центр аудита и оценки» от 25.09.2017   № 300-08/2017, в отсутствие доказательств, свидетельствующих об ином  (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации),  

суды признали, что названные объекты проданы должником по рыночным  ценам.  

Рассмотрев сделки по отчуждению должником объектов недвижимости в  пользу Михалева Ю.О., исследовав и оценив представленные доказательства в  их совокупности и взаимосвязи, принимая во внимание информационное  заключение общества «Уральский центр аудита и оценки» от 25.09.2017 № 300- 08/2017, содержащее подробный расчет наиболее вероятной цены объектов с  описанием и расчетом поправок в ценах объектов – аналогов, и  неопровергнутое в установленном порядке, учитывая, что экспертное  заключение Уральской торгово-промышленной палаты № 12-03/15/7, на  которое ссылается кредитор, в материалы обособленного спора не  представлено (представлено только в виде информационного письма),  ходатайств о проведении экспертизы в рамках настоящего обособленного спора  не заявлено, принимая во внимание, что состоявшиеся в ходе конкурсного  производства торги в отношении иных объектов недвижимости (88 единиц)  показали несоответствие реального покупательского спроса с произведенной в  ходе внешнего управления оценкой имущества, суды пришли к выводу об  отсутствии оснований для привлечения Губайдуллиной Л.Н. к ответственности  в связи с совершением указанных двух сделок.  

Оценив сделки, совершенные должником в феврале 2016 года с  обществом «СК Энки» (директор Блохин Н.В.) и индивидуальным  предпринимателем Блохиной В.А., рассмотрев доводы и возражения лиц,  участвующих в деле, исследовав представленные доказательства в порядке  статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  учитывая информационное заключение общества «Уральский центр аудита и  оценки» от 25.09.2017 № 300-08/2017, суды также пришли к выводам о том, что  объекты проданы по указанным сделками по рыночным ценам, иное в  нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации не доказано. При этом судами приняты во внимание обстоятельства,  установленные в рамках рассмотрения судом заявления общества «МРСК  Урала» о признании неправомерными действий (бездействия) конкурсного  управляющего Андреева В.А. и о признании сделки недействительной с  заинтересованным лицом обществом «СК Энки».  

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса представленные в материалы дела доказательства, в  том числе договоры купли-продажи, на которые ссылалось общество  «ЭнергосбыТ Плюс» в обоснование заявленных требований, установив, что  продажа имущества совершена аффилированным лицам по рыночной  стоимости, при этом указанное имущество не являлось единственным  имуществом должника, остальное имущество было продано с торгов, принимая  во внимание, что причиной банкротства стала остановка деятельности  должника в связи с невозможностью восстановления пультов, и в результате  необходимости проведения ликвидационных работ и предварительного  отключения объектов от теплоснабжения и электроэнергии физический износ  старых зданий ускорился, что подтверждается заключением о наличии  

обстоятельств непреодолимой силы, подготовленным Уральской Торгово- промышленной палаты от 16.10.2015 № 5806-1/1124, и последующей  ликвидацией участка изготовления взрывчатых материалов, на основании  анализа имеющихся в материалах дела документов и с учетом результатов  рассмотрения иных обособленных споров, суды пришли к выводу о  недоказанности причинно-следственной связи между совершенными сделками,  признанием должника несостоятельным (банкротом) и невозможностью  удовлетворить требования кредиторов должника.  

Обстоятельства того, что указанные здания (сооружения) были  отчуждены должником в пользу заинтересованных лиц, после инициирования  одним из кредиторов вопроса о расторжении мирового соглашения в рамках  настоящего дела о несостоятельности, в качестве расчетов по договорам между  сторонами произведены зачеты взаимных встречных требований, в  рассматриваемой ситуации признаны апелляционным судом не достаточными  основаниями для взыскания с Губайдуллиной Л.Н. убытков.  

При этом суд апелляционной инстанции исходил из того, что рыночная  стоимость реализованных объектов соответствовала рыночным; в аренду  должнику было предоставлено нежилое помещение, расположенное в  

г. Екатеринбурге, наличие арендных отношений не оспорено, факт пользования  должником предоставленным нежилым помещением подтвержден, доводов о  предоставлении нежилого помещения по завышенной цене не заявлено. Также  судом принято во внимание, что конкурсными кредиторами не оспаривается то  обстоятельство, что должником производились мероприятия ликвидации  опасных производственных объектов; в ходе ликвидационных мероприятий  выявлялись моральный износ объектов, в том числе связанный с дефектами  планировок и несоответствиями конструкций современным нормативным  требованиям; разрушения, вызванные природными (грунтовые воды),  сейсмологическими (подвижка грунта), атмосферными факторами или  явившиеся результатом воздействия на них химически агрессивной среды ранее  проводившихся технологических производственных процессов, получившими  неустранимые повреждения фундаментов, несущих конструкций, плит  покрытий и перекрытий, что в результате повлекло их необратимое физическое  прекращение существования в первоначальном виде, которое делало  невозможным удовлетворение исходных потребностей собственника.  

Учитывая изложенное, а также приняв во внимание обстоятельства,  установленные постановлением суда апелляционной инстанции от 19.04.2018  по настоящему делу, постановлением «Красноуральского городского суда  Свердловской области от 08.07.2016, определением Арбитражного суда  Свердловской области от 28.02.2018 по настоящему делу, постановлением  Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.08.2017 по делу № А60- 62487/2016, суды пришли к выводу о недоказанности наличия причинно- следственной связи между совершением должником сделок и признанием  общества банкротом, об отсутствии совокупности условий для удовлетворения  требований о взыскании с Губайдуллиной Л.Н., Блохиной В.А., Блохина Н.В.  убытков в заявленном размере.  

Таким образом, при вынесении обжалуемых судебных актов, суды  исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и  недоказанности материалами дела наличия всех необходимых оснований для  удовлетворения заявленных требований, а также из отсутствия доказательств,  свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации).  

Вопреки доводам кассационной жалобы судами исследованы и оценены  доводы и возражения лиц, участвующих в деле, и представленные в их  обоснование доказательства. Суд кассационной инстанции по результатам  рассмотрения кассационной жалобы считает, что выводы судов об отсутствии  оснований для привлечении к субсидиарной ответственности и взыскания  убытков с Губайдуллиной Л.Н., Блохиной В.А., Блохина Н.В. сделаны на  основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и  доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела и соответствуют  установленным фактическим обстоятельствам данного обособленного спора и  имеющимся в деле доказательствам, основаны на верном применении норм  права, регулирующих спорные отношения.  

Ссылки заявителя на то, что заявление о привлечении к субсидиарной  ответственности подано после 01.07.2017, в связи с чем подлежали применению  нормы главы III.2 Закона о банкротстве несостоятельны. Суды первой и  апелляционной инстанций, рассмотрев вопрос о подлежащих применению к  спорным отношениям нормах права, сделали верный вывод о том, что вопрос о  привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности  подлежит разрешению с учетом той редакции Закона о банкротстве, которая  действовала на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием  для привлечения к такой ответственности. Соответствующий вывод судов  основан на правильном применении норм о действии закона во времени (часть  4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также  разъяснений, изложенных в пункте 2 Информационного письма Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О  некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального  закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации». Данный подход соответствует  части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации и позиции  Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях  от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П. Поскольку субсидиарная  ответственность по своей правовой природе является разновидностью  гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально- правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику  действий, то есть состав правонарушения определяется по правилам статьи 10  Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.  Таким образом, вопреки позиции кассатора, у судов не имелось оснований для  применения статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.  

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, в том числе  наличии у должника признаков неплатежеспособности, о том, что  недобросовестность Блохиной В.А. и Губайдуллиной Л.Н. проявляется в  создании задолженности должника из арендных отношений, при отсутствии  экономической целесообразности и реальности исполнения договоров, а также,  что Блохины, являясь выгодоприобретателями имущества должника, а также  аффилированными по отношению к бывшему руководителю общества  «Красноуральский химический завод» лицами, совместно действующими с  Губайдуллиной Л.Н., судом кассационной инстанции изучены и отклонены,  поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права. Позиция,  приведенная в кассационной жалобе, сводится к несогласию заявителя с  оценкой доказательств. Необходимые обстоятельства, связанные с предметом  доказывания при применении статьи 10 Закона о банкротстве, статьи 53  Гражданского кодекса Российской Федерации установлены судами первой и  апелляционной инстанций, с учетом доводов и пояснений, заявленных в  обоснование предъявленных требований, и представленных в материалы  настоящего дела доказательств. Довод заявителя кассационной жалобы о  неправильной оценке судами обстоятельств дела не принимается во внимание,  как противоречащий материалам дела, направленный на иную оценку  исследованных судами первой и апелляционной инстанций доказательств и  сделанных на их основе выводов, что в силу статей 286 - 288Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации не входит в полномочия суда  кассационной инстанции.  

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно,  представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка,  изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют  фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены  судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  основанием для изменения или отмены судебных актов (статья 288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом  кассационной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без  изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 03.04.2018 по делу   № А60-30601/2014 и постановление Семнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 05.07.2018 по тому же делу оставить без изменения,  кассационную жалобу открытого акционерного общества «Межрегиональная  распределительная сетевая компания Урала» – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий О.Э. Шавейникова 

Судьи Ю.А. Оденцова 

 В.В. Плетнева