ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-24500/2016к47

г. Красноярск

25 февраля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена «18» февраля 2025 года

Полный текст постановления изготовлен  «25» февраля 2025 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего: Хабибулиной Ю.В.,

судей: Белан Н.Н., Радзиховской В.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания  Таракановой О.М.,

при участии:

от уполномоченного органа: ФИО1, представителя по доверенности, паспорт;

от должника - непубличного акционерного общества «Крутоярское»: ФИО2, представителя по доверенности, паспорт;

от арбитражного управляющего ФИО3: ФИО2, представителя по доверенности, паспорт;

от конкурсного кредитора – ЗАО «Назаровское»: ФИО4, представителя по доверенности, паспорт,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы Федеральной налоговой службы, конкурсного управляющего непубличного акционерного общества «Крутоярское» ФИО3

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «22» ноября 2024 года по делу № А33-24500/2016к47,

установил:

в рамках дела о банкротстве непубличного акционерного общества «Крутоярское» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – должник), 06.10.2022 в Арбитражный суд Красноярского края поступила жалоба уполномоченного органа на действия (бездействие) арбитражного управляющего, в соответствии с которым заявитель просил признать незаконным действия конкурсного управляющего ФИО3, с учетом уточнений от 09.02.2024 вернуть в конкурсную массу сумму необоснованно, документально не подтвержденных расходов в размере 408 626,27 руб.

14.11.2024 в суд первой инстанции поступили уточнения, в соответствии с которыми уполномоченный орган просил признать действия (бездействие) арбитражного управляющего ненадлежащим исполнением конкурсным управляющим НАО «Крутоярское» ФИО3 своих обязанностей, нарушающим права и законные интересы уполномоченного органа и конкурсных кредиторов, выразившиеся в:

- ненадлежащем проведении анализа сделок должника;

- предоставлении недостоверных сведений отчетности, необоснованном возмещении документально не подтвержденных расходов за счет имущества должника в сумме                                      69 000,24 руб. и необоснованном включении расходов в состав расходов, подлежащих возмещению за счет имущества должника: в размере 101 832,44 руб., связанных с проездом к месту нахождения должника; в размере 32 480,96 руб., связанных с арендой офиса по адресу: 

<

...>; в размере 10 337 руб., связанных с приобретением канцелярских товаров, в том числе бумаги А4 (7 253 руб.), конвертов (1 088,20 руб.), файлов (580,50 руб.), скоросшивателей (1 257,30 руб.), ручек шариковых (158 руб.), в размере 174 975,63 руб., связанных с оплатой публикации за иные процедур банкротства; в сумме 20 000 руб., связанных с приобретением автошины в общей сумме 408 626,27 руб.;

- непредставлении налоговой отчетности и, как следствие, неначислении текущих платежей должника по транспортному налогу, налогу на имущество и земельному налогу;

- неисполнении обязанности по своевременной оплате текущих обязательств должника при наличии денежных средств в конкурсной массе;

- нарушении положений статьи 133 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», резервировании денежных средств, подлежащих включению в конкурсную массу должника, на специальном счете и в осуществлении денежных операций, минуя основной счет;

- затягивании процедуры конкурсного производства и, соответственно, увеличении расходов на проведение конкурсного производства, что противоречит требованиям статьи 20.3 Закона о банкротстве; - нарушении пункта 2 статьи 143 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пунктом 4, 10, 12 Правил и отражении недостоверных данных в отчетах конкурсного управляющего от 09.02.2022, 19.05.2022, 16.08.2022;

- незаключении договора дополнительного страхования ответственности по возмещению убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего в деле о банкротстве.

Указанные уточнения были приняты судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 22.11.2024 по делу                    № А33-24500/2016к47 требования удовлетворены частично. Признана обоснованной жалоба Федеральной налоговой службы на действия конкурсного управляющего ФИО3, выразившиеся в:

- ненадлежащем проведении анализа сделок должника;

- непредставлении налоговых деклараций в отношении должника;

- резервировании денежных средств, подлежащих включению в конкурсную массу должника, на специальном счете, и в осуществлении денежных операций, минуя основной счет.

В удовлетворении оставшейся части заявленных требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, Федеральная налоговая служба, конкурсный управляющий непубличного акционерного общества «Крутоярское» ФИО3 обратились с апелляционными жалобами.

Федеральная налоговая служба в своей апелляционной жалобе просит отменить определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении жалобы уполномоченного органа, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении жалобы в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы Федеральная налоговая служба указывает, что  устранение управляющим нарушений, имевших место на момент принятия жалобы к производству, до вынесения итогового судебного акта не является основанием для отказа в удовлетворении жалобы, поскольку недостоверное отражении информации, в частности, о расходах, в отчетах конкурсного управляющего нарушает права конкурсного кредитора - уполномоченного органа на получение достоверной информации. Кроме того, апеллянт усматривает в действиях управляющего необоснованное затягивание процедуры конкурсного производства, повлекшее увеличении расходов на проведение процедуры в нарушение требований статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Как указывает уполномоченный орган, конкурсный управляющий ФИО3 был обязан заключить договор обязательного страхования гражданской ответственности в течение десяти дней с даты его утверждения арбитражным судом, а сведения о заключении указанного договора отразить в отчете управляющего.

ФИО3 в своей апелляционной жалобе просит изменить определение суда первой инстанции и отказать в удовлетворении жалобы уполномоченного органа в полном объёме.

В своей апелляционной жалобе ФИО3 указывает на необоснованность выводов о ненадлежащем проведении управляющим анализа сделок должника (договор купли-продажи земельного участка от 15.02.2017 и договор купли-продажи зерноуборочных комбайнов от 11.07.2017) на предмет наличия оснований для их оспаривания. Кроме того, возражая относительно выводов суда первой инстанции об обоснованности жалобы уполномоченного органа в части непредставления налоговых деклараций в отношении должника, апеллянт указывает, что в рассматриваемом случае непредставление налоговой отчетности не привело к неуплате текущих имущественных налогов НАО «Крутоярское» и, соответственно, к нарушению прав и законных интересов ФНС и кредиторов должника. Также апеллянт отмечает, что резервирование денежных средств на специальном счете должника производилось в связи с тем, что к основному счету были предъявлены инкассовые поручения. При этом, не были завершены все мероприятия по реализации имущества и необходимо было учитывать предстоящие расходы на процедуру банкротства, а со специального счета денежные средства были израсходованы исключительно в рамках закона на цели конкурсного производства.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 28.12.2024 апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 18.02.2025.

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в материалы дела поступили:

- 07.02.2025 от Ассоциации «МСОАУ «Содействие» отзыв на апелляционную жалобу с доказательствами направления лицам, участвующим в деле;

- 14.02.2025 от НАО «Крутоярское» отзыв на апелляционную жалобу.

Указанные отзывы были приобщены судом к материалам дела.

В судебном заседании представитель арбитражного управляющего изложил доводы своей апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции в части удовлетворения заявленных требований и принять по делу в обжалуемой части новый судебный акт.

Представитель уполномоченного органа в судебном заседании изложил доводы своей апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении заявленных требований и принять по делу в обжалуемой части новый судебный акт, изложил возражения относительно доводов апелляционной жалобы арбитражного управляющего.

Представитель арбитражного управляющего в судебном заседании изложил возражения относительно доводов апелляционной жалобы уполномоченного органа.

Представитель ЗАО «Назаровское» в судебном заседании изложил возражения на апелляционную жалобу арбитражного управляющего, поддержал доводы апелляционной жалобы уполномоченного органа, дал пояснения по вопросам суда.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При повторном рассмотрении настоящего дела арбитражным апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.

25.10.2016 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление ООО «Технологии Роста» о признании НАО «Крутоярское» банкротом.

Определением от 01.11.2016 заявление было принято к производству арбитражного суда.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 21.04.2017 (резолютивная часть от 14.04.2017) в отношении должника введена процедура наблюдения. Временным управляющим должником утверждён ФИО5.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 21.06.2018 (резолютивная часть определения объявлена в судебном заседании от 14.06.2018) в отношении должника введено внешнее управление сроком на 3 месяца до 14.09.2018, внешним управляющим должником утвержден ФИО3

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 27.09.2018 (резолютивная часть решения от 20.09.2018) НАО «Крутоярское» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком до 20.03.2019. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3

06.10.2022 в Арбитражный суд Красноярского края поступила жалоба уполномоченного органа на действия (бездействие) арбитражного управляющего.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные сторонами доказательства, пришёл к выводу об обоснованности жалобы Федеральной налоговой службы на действия конкурсного управляющего ФИО3 в части ненадлежащего проведения анализа сделок должника, непредставления налоговых деклараций в отношении должника, резервирования денежных средств, подлежащих включению в конкурсную массу должника, на специальном счете, и в осуществлении денежных операций, минуя основной счет.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены данного судебного акта, исходя из следующего.

На основании пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно пункту 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В предмет доказывания по рассматриваемой жалобе входит одновременное наличие двух условий: неисполнения или ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей; нарушения данным неисполнением или ненадлежащим исполнением обязанностей прав или законных интересов заявителя жалобы.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

В рамках настоящего обособленного спора рассматривается обоснованность жалобы уполномоченного органа на действия (бездействия) конкурсного управляющего ФИО3.

Арбитражный управляющий выражает несогласие с выводами суда первой инстанции относительно обоснованности жалобы уполномоченного органа на ненадлежащее проведение мероприятий по выявлению имущества должника, выразившееся в недостаточном анализе сделок должника.

Как установлено судом, по данным бухгалтерского баланса на 31.12.2016 (дата возбуждения дела о банкротстве) балансовая стоимость имущества НАО «Крутоярское» на дату возбуждения дела о банкротстве составила 634 278 000 руб.

Конкурсным управляющим была проведена инвентаризация фактически выявленного имущества должника, по промежуточным итогам которой было опубликовано информационное сообщение на портале ЕФРСБ (дата публикации – 14.12.2017 и 09.01.2018). Согласно инвентаризационным описям имущества должника № 1-4 было выявлено имущество, балансовая стоимость которого составляет 208 652 472,04 руб.

В разделе «Сведения о сформированной конкурсной массе» отчета конкурсного управляющего по состоянию на 19.05.2022, указано, что балансовая стоимость имущества составляет 221 833 751,63 руб., в том числе: основные средства – 160 756 209,63 руб., дебиторская задолженность – 61 077 542,00 руб.

Учитывая, что разница балансовой стоимости активов должника между бухгалтерской отчетностью на дату возбуждения дела о банкротстве и включенной в конкурсную массу арбитражным управляющим ФИО3 составила 412 444 248,37 руб., уполномоченный орган указал, что арбитражным управляющим не был проведен достаточный анализ сделок, на основании которых возникла разница между данными бухгалтерского учета по состоянию на 31.12.2016 и фактически выявленным в процедуре банкротства имуществом должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц и принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

В силу пункта 1 статьи 66, пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве временный управляющий (конкурсный управляющий) наделен правами: предъявлять в арбитражный суд от своего имени требования о признании недействительными сделок и решений, а также требования о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником с нарушением требований, установленных статьями 63 и 64 названного Закона; обращаться в арбитражный суд с ходатайством о принятии дополнительных мер по обеспечению сохранности имущества должника, в том числе о запрете совершать без согласия временного управляющего сделки, не предусмотренные пунктом 2 статьи 64 данного Закона; обращаться в арбитражный суд с ходатайством об отстранении руководителя должника от должности; получать любую информацию и документы, касающиеся деятельности должника.

20.12.2019 конкурсным управляющим ФИО3 подготовлено заключение о наличии/отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, в соответствии с которым проанализированы на предмет оспоримости:

1) договор от 04.03.2014 о продаже ФИО6 транспортного средства – прицеп (самосвальный) СЗАП 83551.

2) договор от 10.07.2017 о продаже ФИО7 нежилого объекта невидимости, общей площадью 761,2 кв. м.;

3) договор от 11.07.2017 о продаже ООО «Птицефабрика Преображенская» комбайнов зерноуборочных самоходных КЗС в количестве 5 единиц;

4) договор от 11.07.2017 о продаже ООО «Птицефабрика Преображенская» комбайнов кормоуборочных РСМ-100 в количестве 4 единицы;

5) договор от 17.07.2017 о продаже ООО «Птицефабрика Преображенская» комбайнов зерноуборочных РСМ-10Б «ДОН-1500Б» в количестве 12 единиц;

6) договор от 21.08.2017 о продаже ЗАО «Назаровское» тракторов Т-4А в количестве 12 единиц;

7) договоры об отчуждении работникам жилых помещений в порядке приватизации и погашения заработной платы;

8) договоры поручительства №104901/0020-8, №104901/0021-8, №114901/0029-8, №114901/0030-8. №114901/0046-8, №124901/0046-8, №124901/0009-8, №124901/0076-8, №124901/0091-8, №134901/0049-8, №134901/0028-8, №124901/0077-8. №134901/0037-8, №134901/0010-8, №134901/0017-8, №134901/0044-8, №134901/0001-8 от 31 марта 2015 года заключенные между ОАО «Россельхозбанк» (кредитор) и ЗАО «Крутоярское» (поручитель).

Обстоятельства утраты должником части имущества исследовались судом в рамках рассмотрения обособленного спора № А33-24500-31/2016 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Так, кредитором ИП ФИО8 указывалось на отчуждение сельскохозяйственной техники должника ООО «Птицефабрика Преображенская» в 2017 году, а далее – ЗАО «Назаровское».

Факт выбытия из владения должника значительного числа оборотных активов был подтвержден сведениями, представленными службой Гостехнадзора края еще 13.11.2019, свидетельствующих об отчуждении значительного объёма имущества должника в 2017 году, т.е. после подачи заявления о признании должника банкротом.

Между тем, анализ сделок должника был составлен конкурсным управляющим 20.12.2019, исходя из чего, суд первой инстанции справедливо отметил, что данные сведения должны были быть приняты управляющим во внимание.

13.11.2019 службой Гостехнадзора была представлена справка, согласно которой должником были заключены договоры купли-продажи от 24.07.2017, 29.08.2017 в отношении двух тракторов К-700А, трактора К-701Р (контрагенты – ЗАО «Назаровское» и ООО «Птицефабрика Преображенская»).

При этом указанные сделки не были отражены управляющим в анализе сделок должника от 20.12.2019, несмотря на то, что требование налогового органа от 30.08.2018 о наличии оснований для их оспаривания получено конкурсным управляющим 31.08.2018.

Указывая на необоснованность доводов уполномоченного органа о непринятии конкурсным управляющим мер по истребованию документации о сделках у руководителей должника, суд первой инстанции принял во внимание, что в определении от 28.08.2023 по обособленному спору № А33-24500-31/2016 было установлено, что оценка влияния таких сделок на платежеспособность должника невозможна в отсутствие переданных первичных документов, по данному основанию судом признано обоснованным заявление о привлечении бывшего директора НАО «Крутоярское» к субсидиарной ответственности – по заявлению конкурсного управляющего.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание отсутствие в материалах дела доказательств самостоятельного принятия конкурсным управляющим мер по истребованию в органах Гостехнадзора копий первичных документов по договорам купли-продажи от 24.07.2017, 29.08.2017 и осуществления им всех возможных действий по получению необходимых сведений.

В своей апелляционной жалобе управляющий ссылается на обстоятельства, установленные судом в рамках дела № А33-24500-34/2016 относительно выводов конкурсного управляющего о нецелесообразности оспаривания сделок должника, в частности, договора от 11.07.2017 купли-продажи зерноуборочных самоходных комбайнов КЗС.

Между тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что в указанном судебном акте не содержится каких-либо выводов относительно непринятия конкурсным управляющим мер по оспариванию договоров купли-продажи тракторов К-700А, трактора К-701Р от 24.07.2017 и 29.08.2017.

Коллегия судей полагает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что с учетом направления налоговым органом сведений по отчуждению должником имущества 30.08.2018, получения требования конкурсным управляющим 31.08.2018 и составления анализа сделок 20.12.2019 (спустя более чем год после получения сведений о необходимости проведения проверки по конкретным сделкам), поведение конкурсного управляющего не является разумным и добросовестным.

Кроме того, судом первой инстанции было установлено значительное расхождение рыночной стоимости техники, отражённой в представленном конкурсному управляющему отчете от 13.03.2018 № 1399-18 и фактической цены реализации.

Согласно письму от 29.12.2017 № 131 НАО «Крутоярское» в октябре 2015 приобрело 3 комбайна 2013 г.в. по цене 17,5 млн. руб., что на 14,5 млн. руб. (в 6 раз) выше ценыпродажи комбайнов спустя 1,5 года. Каких-либо доказательств того, что техника реализовывалась в состоянии фактической утраты возможности ее использования, не представлено, в связи с чем доводы о рыночной стоимости цены сделки, по крайней мере, в отношении одного из тракторов, явно не соответствуют представленным самим арбитражным управляющим сведениям.

Из сведений, содержащихся в выписке из ЕГРН от 26.09.2017 за период с 01.09.2014 по 25.09.2017, судом были получены  сведения о принадлежности обществу земельного участка с кадастровым номером 24:27:0000000:2190 площадью 28 750 000 кв.м., расположенного по адресу: Назаровский район, пос. Красная Сопка, пос. Березняки, пос. Березовая Роща, с. Большая Сосновка, д. Глядень, д. Каргала, д. Новая Сокса, дата государственной регистрации прекращения права – 14.08.2017.

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции уполномоченный орган указывал, что на кадастровая стоимость объекта по состоянию на 01.01.2014 составила 111 550 000 руб.

Вместе с тем, согласно сведениям, представленным Управлением Росреестра по Красноярскому краю в материалы настоящего дела, данный участок отчужден НАО «Крутоярское» по договору купли-продажи от 15.02.2017 ООО «УРС-Снаб» по цене 4 070 000 руб.

Впоследствии 20.12.2017 ООО «УРС-Снаб» земельный участок с кадастровым номером 24:27:0000000:2190 был продан ЗАО «Назаровское» по цене 16,7 млн. руб.

Указанное расхождение цены реализации земельного участка, отсутствие целесообразности приобретения земельного участка для ООО «УРС-Снаб» (с учётом характера деятельности общества), а также факт последующей реализации данного земельного участка лицу, у которого впоследствии оказалась и существенная часть техники должника, свидетельствуют об очевидном наличии оснований для анализа сделки на предмет соответствия положениям статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Неосуществление конкурсным управляющим анализа сделок при изложенных обстоятельствах свидетельствует о ненадлежащем исполнении им обязанностей, предусмотренных положениями Закона о банкротстве.

Учитывая, что непринятие управляющим достаточных мер для проведения анализа сделок должника повлекло утрату возможности получения сведений о сделках должника, неопределенности в вопросе принятия решения о необходимости оспаривания сделок и утрате возможности оспаривания определенных сделок должника, суд апелляционной инстанции полагает обоснованной жалобу Федеральной налоговой службы на действия конкурсного управляющего, выразившиеся в ненадлежащем проведении анализа сделок должника.

Вместе с тем, коллегия судей соглашается с выводом о необоснованности жалобы уполномоченного органа в части отражения ФИО3 недостоверных сведений в отчетах конкурсного управляющего в части расходов на процедуру.

Согласно сведениям, отраженным в разделе «Сведения о внеочередных расходах на проведение конкурсного производства» отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения процедуры конкурсного производства по состоянию на 09.02.2022, общая сумма расходов составляет 253 324,66 руб.

Из выписки по расчетному счету НАО «Крутоярское» же следует, что арбитражному управляющему ФИО3 со счета должника в период с 08.05.2019 по 31.01.2022 (включительно) с назначением платежа «возмещение затрат управляющего», «возмещение судебных расходов» было перечислено 1 687 072 руб.

В соответствии со сведениями, отраженными в разделе «Сведения о внеочередных расходах на проведение конкурсного производства» Отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения процедуры конкурсного производства по состоянию на 19.05.2022, общая сумма расходов составляет 393 289,37 руб.

Из выписки по расчетному счету НАО «Крутоярское» следует, что арбитражному управляющему ФИО3 со счета должника в период с 08.05.2019 по 28.04.2022 (включительно) с назначением платежа «возмещение затрат управляющего», «возмещение судебных расходов» перечислено 1 732 917 руб.

В соответствии со сведениями, отраженными в разделе «Сведения о внеочередных расходах на проведение конкурсного производства» Отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения процедуры конкурсного производства по состоянию на 16.08.2022, общая сумма расходов составляет 517 626,46 руб.

Из выписки по расчетному счету НАО «Крутоярское» следует, что арбитражному управляющему ФИО3 со счета должника в период с 08.05.2019 по 28.07.2022 (включительно) с назначением платежа «возмещение затрат управляющего», «возмещение судебных расходов», «вознаграждение управляющего» перечислено 2 019 334,00 руб.

Исходя из указанных обстоятельств, уполномоченный орган указывает на недостоверность сведений, приведенных в отчетах конкурсного управляющего.

Как установлено судом первой инстанции, из представленной уполномоченным органом выписки по счету следует осуществление ФИО3 первого расхода еще 08.05.2019, при этом данные сведения в отчет не включены, тем самым не обеспечено ведение отчета нарастающим итогом.

При этом сведения о предыдущих периодах могли быть получены уполномоченным органом из предыдущих отчетов конкурсного управляющего, в настоящее время (например, отчет по состоянию на 31.08.2024) сведения включены в отчет, при этом из анализа выписки по счету очевидно, что в платежных поручениях до 30.11.2021 года управляющий, перечисляя вознаграждение, в назначении платежа указывал «возмещение судебных расходов», чем и объясняется выявленная разница в сведениях, отраженных в отчете, и сумме движения по счету.

Впоследствии конкурсный управляющий устранил нарушение, осуществляя ведение отчета с указанием как прошлых, так и актуальных периодов.

Относительно иных ошибок конкурсного управляющего при составлении отчетов, отмеченных уполномоченным органом, судом первой инстанции не установлено доставочных оснований для признания ненадлежащим исполнения конкурсным управляющим ФИО3 обязанностей в указанной части.

Коллегия судей, вопреки доводам апелляционной жалобы уполномоченного органа, соглашается с указанным выводом в силу следующего.

Так, по состоянию на 16.08.2022 конкурсным управляющим скорректированы ошибки, выразившиеся в неверных подсчетах требований, включенных в реестр, неуказания на заключение с ФИО9 договоров о проведении оценки залогового и не залогового имущества, а также размера вознаграждения, указании реализованного на торгах имущества в качестве исключенного из конкурсной массы.

Доводы уполномоченного органа относительно расхождения в значениях текущих расходов на процедуру и размера всех текущих платежей должника были обоснованно отклонены судом первой инстанции с учётом того, что текущие расходы на процедуру являются составной частью общего размера текущих обязательств должника.

Прочие указанные уполномоченным органом ошибки не оказали существенного  негативного влияния на процедуру с учетом их последующего исправления и наличия у уполномоченного органа достоверных сведений. Доводы апелляционной жалобы уполномоченного органа об обратном отклоняются судом апелляционной инстанции как необоснованные.

Обращаясь с жалобой в суд первой инстанции, уполномоченный орган указывал, что арбитражным управляющим ФИО3 необоснованно включены в состав расходов, подлежащих возмещению за счет имущества должника, расходы на общую сумму 408 626,27 руб.:

1) в размере 101 832,44 руб., связанных с проездом к месту нахождения должника;

2) в размере 32 480,96 руб., связанных с арендой офиса по адресу 

<

...>;

3) в размере 10 337,00 руб. связанных с приобретением канцелярских товаров, в том числе бумаги А4 (23 пачки на сумму 7 253 руб.), конвертов (327 штук на сумму 1 088,20 руб.), файлов (200 штук на сумму 580,50 руб.), скоросшивателей (127 штук на сумму 1 257,30 руб.), ручек шариковых (5 штук на сумму 158 руб.);

4) в размере 174 975,63 руб., связанных с оплатой публикаций за иные процедуры банкротства;

5) в сумме 20 000 руб., связанных с приобретением автошины.

Между тем, на момент рассмотрения жалобы судом первой инстанции, денежные средства в размере 900 руб. расходов на связь, 12 134 руб. почтовых расходов по результатам выявленной ошибки, в размере 20 000 руб., связанных с приобретением автошины, были возвращены в конкурсную массу должника.

В подтверждение возвращения средств в материалы дела были представлены платежные поручения.

Таким образом, сам факт несения впоследствии возмещённых расходов в указанной части не нарушает права и законные интересы уполномоченного органа.

В соответствии с положениями пункта 1, пункта 2 статьи 20.7 Закона о банкротстве расходы на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, осуществляются за счет средств должника, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

За счет средств должника в размере фактических затрат осуществляется оплата расходов, предусмотренных настоящим Федеральным законом, в том числе почтовых расходов, расходов, связанных с государственной регистрацией прав должника на недвижимое имущество и сделок с ним, расходов в связи с выполнением работ (услуг) для должника, необходимых для государственной регистрации таких прав, расходов на оплату услуг оценщика, реестродержателя, аудитора, оператора электронной площадки, если привлечение оценщика, реестродержателя, аудитора, оператора электронной площадки в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным, расходов на включение сведений, предусмотренных настоящим Федеральным законом, в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и опубликование таких сведений, а также оплата судебных расходов, в том числе государственной пошлины.

Согласно пункту 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» транспортные расходы возмещаются другой стороной спора в разумных пределах исходя из цен, которые обычно устанавливаются за транспортные услуги (часть 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.04.2014 ВАС-4249/14, статья 59 Закона о банкротстве и пункт 1 статьи 20.6 Закона о банкротстве в совокупности со статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации гарантируют возмещение арбитражному управляющему не только вознаграждения, но иных судебных расходов, связанных с проведением процедур банкротства в отношении должника, включая транспортные расходы и расходы на проживание в гостинице, в случае если они связаны с осуществлением им полномочий арбитражного управляющего должника.

Исходя из указанных положений, суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что командировочные расходы (транспортные расходы и расходы на проживание), как и иные указанные уполномоченным органом расходы являются обычным видом судебных издержек, обоснованность возмещения которых устанавливается через их целесообразность, реальность несения и связь с рассматриваемым делом.

При этом судом принимается во внимание, что к авансовым отчетам конкурсного управляющего прилагались доказательства расходов на почтовые отправления в виде чеков об оплате отправлений (например, авансовый отчет от 13.05.2022), чеков на заправку либо квитанций о командировании с указанием на точку назначения, приближенной к недвижимому имуществу должника (например, отчеты от 08.04.2019, от 29.06.2020, от 31.01.2021, от 07.06.2022), чеки на приобретение бумаги (например, ответ от 28.04.2022).

В части необоснованных расходов на осуществление публикаций за иных лиц – ФИО10, ФИО11 (авансовые отчеты 23.04.2019, 19.07.2019, 27.07.2019, 19.09.2019), судом установлено следующее. В авансовые отчеты включены расходы на публикации в газете «Коммерсантъ» и на ресурсе «ЕФРСБ» за указанных лиц. Как указано конкурсным управляющим, с вышеназванными лицами заключены договоры займа в целях оплаты информационных сообщений в отношении НАО «Крутоярское», копии договоров займа представлены в материалы дела, по условиям которых займы предоставлены посредством направления данными лицами денежных средств по реквизитам АО «Коммерсантъ» и АО «Интерфакс». При сопоставлении указанных в квитанциях номеров сообщений со сведениями, указанными в приложенных к авансовым отчетам чеках, установлено, что публикации осуществлены по процедуре должника, соответственно, данные суммы фактически являются текущими расходами арбитражного управляющего на процедуру, реальность их несения и связь с процедурой банкротства НАО «Крутоярское» подтверждены.

С учётом значительной продолжительности процедуры и объективной необходимости несения соответствующих расходов, а также разумного среднемесячного размера понесённых управляющим затрат, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом о необоснованности жалобы уполномоченного органа в части  расходов на сумму 408 626,27 руб. Кроме того, судом первой инстанции было обоснованно указано на пропуск уполномоченным органом срока исковой давности применительно к платежам, отраженным в авансовых отчетах с 22.07.2019 и ранее.

Также уполномоченным органом было указано на необоснованное возмещение документально не подтвержденных расходов за счет имущества должника. Как следует из заявления, согласно выписке по расчетному счету НАО «Крутоярское» арбитражному управляющему ФИО3 с расчетного счета должника в период с 08.05.2019 по 28.07.2022 с назначением «платежа: «возмещение затрат управляющего», «возмещение судебных расходов», «вознаграждение конкурсного управляющего» перечислено 2 019 334 руб. Согласно представленным конкурсным управляющим авансовым отчетам расходы в процедуре банкротства НАО «Крутоярское» составили 481 643,32 руб., сумма же вознаграждения арбитражного управляющего ФИО3 в процедуре банкротства НАО «Крутоярское» за период с 12.09.2017 по 31.07.2022, составила 1 372 000 руб.

Исходя из указанного, уполномоченный орган, обращаясь с жалобой в суд первой инстанции, указывал, что необоснованное, документально не подтвержденное расходование денежных средств из конкурсной массы НАО «Крутоярское», перечисленное арбитражному управляющему ФИО3, составило 165 690,68 руб. (2 019 334 - 481 643,32 - 1 372 000). Впоследствии в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции уполномочным органом было представлено уточнение, согласно которому документально не подтвержденные расходы составили 69 000,24 руб.

Согласно пункту 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве размер фиксированной суммы вознаграждения конкурсного управляющего составляет тридцать тысяч рублей в месяц.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве», установленный пунктом 3 статьи 20.6 Закона о банкротстве размер фиксированной суммы вознаграждения выплачивается за каждый месяц, в котором лицо осуществляло полномочия арбитражного управляющего. В связи с этим следует иметь в виду, что в силу абзацев двадцать третьего - двадцать шестого статьи 2, пунктов 2 и 6 статьи 83, статьи 123, пункта 2 статьи 127, пункта 1 статьи 129 и пункта 4 статьи 159 Закона о банкротстве такие полномочия возникают с даты принятия судебного акта об утверждении лица арбитражным управляющим и прекращаются с даты:

1) принятия судебного акта об освобождении или отстранении арбитражного управляющего от исполнения его обязанностей;

2) принятия судебного акта о прекращении производства по делу о банкротстве;

3) принятия судебного акта об утверждении мирового соглашения;

4) принятия судебного акта о введении следующей процедуры банкротства (за исключением случаев, когда одновременно то же лицо утверждается арбитражным управляющим в этой следующей процедуре либо на него возлагается исполнение таких обязанностей);

5) завершения конкурсного производства;

6) смерти арбитражного управляющего. В случае объявления отдельно резолютивной части какого-либо из перечисленных судебных актов (часть 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) датой возникновения или прекращения полномочий арбитражного управляющего является дата объявления этой части.

Отмена судебного акта об утверждении арбитражного управляющего или введении процедуры банкротства сама по себе не лишает управляющего права на получение вознаграждения за период до даты такой отмены (доводы уполномоченного органа об обратном отклонены, как несоответствующие представленным арбитражным управляющим доказательствам осуществления мероприятий в процедуры). Если полномочия арбитражного управляющего возникли или прекратились не в первый или последний день месяца соответственно, то за неполные месяцы наличия у него полномочий фиксированная сумма вознаграждения выплачивается пропорционально количеству календарных дней в каждом таком месяце.

В рамках настоящего дела о банкротстве деятельность ФИО3 в статусе управляющего делится на несколько периодов:

- с 12.09.2017 по 13.06.2018 – конкурсное производство;

- с 14.06.2018 по 19.09.2018 – внешнее управление;

- с 20.09.2018 по 18.09.2020 – конкурсное производство до отстранения арбитражного управляющего, с 23.09.2021 – после утверждения ФИО3 конкурсным управляющим при новом рассмотрении вопроса после отмены судом апелляционной инстанции.

Исходя из указанного, суд апелляционной инстанции оглашается с расчётом, согласно которому за период с 12.09.2017 по 28.07.2022 сумма фиксированного вознаграждения ФИО3 составила 1 441 000 руб., а сумма превышения над расходами, отраженными в авансовом отчете, составила 96 690,44 руб.

Исходя из того, что впоследствии платежным поручением от 21.07.2023 № 800 сумма в размере 96 690,44 руб. излишне оплаченного вознаграждения была возвращена конкурсным управляющим в конкурсную массу должника, коллегия судей соглашается с выводом об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в соответствующей части.

Вопреки доводам ФИО3, суд апелляционной инстанции полагает ненадлежащим исполнением обязанностей конкурсного управляющего непредставление налоговых деклараций в отношении должника.

Согласно пункту 1 статьи 289 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны по истечении каждого отчетного и налогового периода представлять в налоговые органы по месту своего нахождения и месту нахождения каждого обособленного подразделения соответствующие налоговые декларации независимо от наличия у них обязанности по уплате налога и (или) авансовых платежей по налогу, особенностей исчисления и уплаты налога.

В соответствии с пунктом 1 статьи 374 Налогового кодекса Российской Федерации объектами налогообложения признаются:

- недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе организации в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета, в случае, если налоговая база в отношении такого имущества определяется в соответствии с пунктом 1 статьи 375 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено статьями 378 и 378.1 настоящего Кодекса;

- недвижимое имущество, находящееся на территории Российской Федерации и принадлежащее организациям на праве собственности или праве хозяйственного ведения, а также полученное по концессионному соглашению, в случае, если налоговая база в отношении такого имущества определяется в соответствии с пунктом 2 статьи 375 настоящего Кодекса, если иное не предусмотрено статьями 378 и 378.1 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 358 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения признаются автомобили, мотоциклы, мотороллеры, автобусы и другие самоходные машины и механизмы на пневматическом и гусеничном ходу, самолеты, вертолеты, теплоходы, яхты, парусные суда, катера, снегоходы, мотосани, моторные лодки, гидроциклы, несамоходные (буксируемые суда) и другие водные и воздушные транспортные средства (далее в настоящей главе - транспортные средства), зарегистрированные в установленном порядке в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Исходя из инвентаризационной описи по состоянию на 14.12.2017, за должником были зарегистрированы транспортные средства, здания и земельные участки.

При этом судом первой инстанции было учтено, что сведений о реализации всех объектов имущества по состоянию на дату рассмотрения жалобы не имелось.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, к отчету по состоянию на 03.10.2024 конкурсным управляющим были представлены сведения об учете в пятой очереди реестра требований кредиторов по текущим обязательствам должника требований уполномоченного органа в размере 3 123 710,70 руб.

При этом из писем, направляемых налоговым органом в период с 24.09.2018 по 28.04.2023, следует, что непредставление налоговых деклараций за 2017, 2018, 2019 гг. привело к отсутствию возможности начислить налог на имущество организаций.

В этой связи коллегия судей соглашается с тем, что даже очевидное отсутствие у должника финансовой возможности для расчётов с кредиторами пятой очереди текущих платежей, уполномоченный орган не должен быть лишён права на верное отражение в реестре требований кредиторов своих требований, с учётом того, что начисление и отражение налога является особой фискальной функцией налогового органа, осуществление которой в части имущества должника было заблокировано фактом непредставления конкурсным управляющим налоговых деклараций.

Таким образом, фактическое наличие у должника объектов налогообложения при отсутствии доказательств, подтверждающих подачу в налоговый орган деклараций по транспортному и земельному налогам, налогу на имущество за весь период конкурсного производства, явно свидетельствует о ненадлежащем исполнении обязанностей конкурсного управляющего.

Указывая на неисполнение ФИО3 обязанности по своевременной оплате текущих обязательств должника при наличии денежных средств в конкурсной массе, нарушение очередности погашения требований, уполномоченный орган ссылался на то, что задолженность по текущим платежам 2 очереди перед уполномоченным органом по состоянию на 20.12.2019 составляла 5 709 083 руб., срок уплаты задолженности с 03.10.2016 по 31.03.2017.

На расчетный счет НАО «Крутоярское» 20.12.2019 от покупателя не залогового имущества (ЗАО «Назаровское») поступили денежные средства в сумме 1 148 300,00 руб.

После распределения денежных средств конкурсным управляющим, остаток денежных средств на счете должника по состоянию на 21.12.2019 составил 345 077 руб. Кроме того, в результате оспаривания сделки, в конкурсную массу поступили денежные средства от ФИО12 в сумме 475 000 руб., в том числе:

- 24.01.2022 на расчетный счет НАО «Крутоярское» поступило 249 000 руб.;

- 30.03.2022 на расчетный счет НАО «Крутоярское» поступило 129 000 руб.;

- 07.04.2022 на расчетный счет НАО «Крутоярское» поступило 97 000 руб.

В этой связи уполномоченным органом было указано:

25.12.2019 в сумме 345 077.00 руб.;

25.01.2022 в сумме 594 077.00руб. (345 077 + 249 000);

31.03.2022 в сумме 723 077.00руб. (594 077 + 129 000);

08.04.2022 в сумме 820 077.00руб. (723 077 + 97 000).

При этом налоговый орган указывал, что конкурсным управляющим производится погашение текущих расходов на процедуру, обязательства же перед налоговым органом не исполняются.

Согласно пункту 1 статьи 134 Закона о банкротстве вне очереди за счет конкурсной массы погашаются требования кредиторов по текущим платежам преимущественно перед кредиторами, требования которых возникли до принятия заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи требования кредиторов по текущим платежам удовлетворяются в следующей очередности:

- в первую очередь удовлетворяются требования по текущим платежам, связанным с судебными расходами по делу о банкротстве, выплатой вознаграждения арбитражному управляющему, взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, исполнявшим обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве, требования по текущим платежам, связанным с оплатой деятельности лиц, привлечение которых арбитражным управляющим для исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным, в том числе с взысканием задолженности по оплате деятельности указанных лиц;

- во вторую очередь удовлетворяются требования об оплате труда лиц, работающих или работавших (после даты принятия заявления о признании должника банкротом) по трудовому договору, требования о выплате выходных пособий;

- в третью очередь удовлетворяются требования об оплате деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе о взыскании задолженности по оплате деятельности этих лиц, за исключением лиц, указанных в абзаце втором настоящего пункта;

- в четвертую очередь удовлетворяются требования по эксплуатационным платежам (коммунальным платежам, платежам по договорам энергоснабжения и иным аналогичным платежам);

- в пятую очередь удовлетворяются требования по иным текущим платежам.

Как разъяснено в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, в случае недостаточности имеющихся у должника денежных средств для погашения всей текущей задолженности, относящейся ко второй очереди удовлетворения, расчеты с кредиторами согласно абзаца седьмого пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве производятся в порядке календарной очередности. Вопрос об изменении календарной очередности погашения текущих требований кредиторов второй очереди удовлетворения (о приоритетном погашении требований по заработной плате) может быть разрешен судом, рассматривающим дело о банкротстве, с учетом сохраняющих свою силу разъяснений, содержащихся в абзаце третьем пункта 40.1 Постановления № 60.

При рассмотрении вопроса о погашении конкурсным управляющим текущих платежей, судом первой инстанции было учтено, что спорные погашения были осуществлены за счет реализации залогового имущества.

Согласно пункту 2 статьи 138 Закона о банкротстве в случае, если залогом имущества должника обеспечиваются требования конкурсного кредитора по кредитному договору, из средств, вырученных от реализации предмета залога, восемьдесят процентов направляется на погашение требований конкурсного кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов. Оставшиеся средства от суммы, вырученной от реализации предмета залога, вносятся на специальный банковский счет должника в следующем порядке:

пятнадцать процентов от суммы, вырученной от реализации предмета залога, - для погашения требований кредиторов первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества должника в целях погашения указанных требований;

оставшиеся денежные средства - для погашения судебных расходов, расходов по выплате вознаграждения арбитражным управляющим и оплаты услуг лиц, привлеченных арбитражным управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей.

На основании представленного конкурсным управляющим отчета о движении денежных средств судом было установлено, что первая выплата по второй очереди реестра отражена 09.03.2021 после реализации залогового имущества, при этом выплаты произведены как физическим лицам, так и в МИФНС России № 12 по Красноярскому краю на сумму 1 918 004 руб. Конкурсным управляющим неоднократно указывалось, что текущие налоги уполномоченному органу не оплачивались. При этом иных перечислений в пределах спорного периода судом установлено не было.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13.06.2024 № 304-ЭС16-19840(4) по делу № А03-1592/2014, сложившаяся судебная практика исходит из того, что налоги, начисление которых связано с продолжением эксплуатации залогового имущества должника-банкрота в период нахождения этого имущества в банкротных процедурах, подлежат уплате в режиме погашения расходов на обеспечение сохранности предмета залога и реализации его на торгах, то есть в первоочередном порядке за счет средств, поступивших от реализации предмета залога (пункт 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021). Указанная позиция касается налога на имущество, земельного и транспортного налогов, а также начисленных на них пеней.

Указанная позиция согласуется с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 09.04.2024 № 16-П. Кроме того, аналогичная позиция была ранее высказана определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2021 № 305-ЭС20-20287 по делу № А40-48943/2015 и включена в пункт 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

В определении от 13.06.2024 № 304-ЭС16- 19840(4) по делу № А03-1592/2014 Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации указывает, что в зависимости от того, когда фактически становится возможным обращение взыскания на предмет залога, то есть в зависимости от момента, когда залоговый кредитор начинает пользоваться преимуществами своего положения, возможны три основных варианта исчисления периода, за который бремя по уплате имущественных налогов относится на залогового кредитора:

1) со дня объявления резолютивной части об открытии конкурсного производства, если требования залогового кредитора были установлены в реестре до этого дня;

2) со дня включения требований залогового кредитора в реестр, если такое установление приходится на период конкурсного производства;

3) за весь период с возбуждения дела о банкротстве, если выручка от аренды (иной эксплуатации) имущества передавалась исключительно залоговому кредитору, а не распределялась между всеми кредиторами.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, налоговому органу за счет реализации предмета залога была выплачена сумма в размере 1 918 004 руб. по реестровым обязательствам второй очереди.

Установив, что конкурсным управляющим не определен и не оплачен в первоочередном перед всеми иными расчетами порядке текущий налог на объекты залога, суд первой инстанции учёл, что за счет реализации предмета залога налоговому органу в спорный период уже была выплачена сумма в размере 1 918 004 руб. по реестровым обязательствам второй очереди, а на момент рассмотрения настоящего обособленного спора конкурсным управляющим были представлены сведения о том, что общая сумма перечислений налоговому органу по требованиям второй очереди составила 2 395 779,06 руб. (платежные поручения от 09.03.2021 № 55 и от 04.05.2023 № 268).

При этом на основании пояснений, представленных уполномоченным органом 14.11.2024, судом первой инстанции было установлено, что налоговым органом самостоятельно скорректировано назначение платежа в размере 1 918 004 руб. как текущего.

Исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с тем, что, поскольку налог на залоговое имущества ввиду непредставления конкурсным управляющим налоговых деклараций не начислен, констатировать нарушение очередности погашения требований в данном случае оснований не имеется.

В случае представления налоговых деклараций выплаченная налоговому органу сумма может быть скорректирована для учета в погашении требований по текущему налогу на залоговое имущество из уже оплаченной суммы, как это и должно было быть при правомерном погашении сначала текущего налога на залоговое имущество, а затем уже направлении денежных средств на погашение требований залогового кредитора, а также кредиторов второй очереди реестра. Таким образом, к подобному порядку расчётов в рассматриваемом случае привело непредставление конкурсным управляющим в установленный срок налоговых деклараций, которые позволили бы определить, какая именно сумма должна быть направлена в счет погашения налога на предмет залога.

Принимая во внимание фактически совершённые в спорный период перечисления, дальнейшее продолжение процедуры и возможности конкурсного управляющего и налогового органа в рамках сверок провести корректировки оплаченных налогов, учитывая, что правовая определенность в вопросе исчисления налогов в процедуре банкротства складывалась вплоть до лета 2024 года, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы на действия арбитражного управляющего в данной части.

С учётом вышеуказанного и принимая во внимание, что иных нарушений очередности в производимых конкурсным управляющим расчетах с кредиторами арбитражным судом не установлено, суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО3, коллегия судей полагает обоснованным вывод о нарушении управляющим положений статьи 133 Закона о банкротстве, выразившееся в резервировании денежных средств, подлежащих включению в конкурсную массу должника, на специальном счете, и в осуществлении денежных операций, минуя основной счет.

После открытия процедуры конкурсного производства основным расчетным счетом должника являлся счет № 40702810549010000034, открытый 28.01.2004 в АО «Россельхозбанк». На данном расчетном счете образовалась картотека по предъявленным к нему требованиям, в том числе, инкассовым поручениям уполномоченного органа.

Для осуществления расчетов с кредиторами, требования которых обеспечены залогом имущества должника, конкурсным управляющим ФИО3 в АО «Российский Сельскохозяйственный банк» 22.03.2019 был открыт специальный счет должника № 40702810549000002152.

В период с 23.05.2019 по 20.12.2019 на специальный счет должника поступили денежные средства в сумме 1 644 500 руб. в счет оплаты по договорам купли-продажи не залогового имущества должника от ЗАО «Назаровское» и ФИО13 (даты поступления платежей - 24.10.2019, 18.11.2019, 20.11.2019, 20.12.2019).

Как следует из выписки по специальному счету должника за период с 22.03.2019 (дата открытия счета) по 01.10.2022 конкурсный управляющий не перечислял на основной счет должника денежные средства, продолжил использовать специальный счет для осуществления расчетов с кредиторами второй очереди и погашения расходов в процедуре.

В соответствии с пунктом 1 статьи 133 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан использовать только один счет должника в банке или иной кредитной организации (основной счет должника), а при его отсутствии или невозможности осуществления операций по имеющимся счетам обязан открыть в ходе конкурсного производства такой счет. На основной счет должника зачисляются денежные средства должника, поступающие в ходе конкурсного производства. С основного счета должника осуществляются выплаты кредиторам в порядке, предусмотренном статьей 134 настоящего Закона (пункт 2 названной статьи).

Согласно пункту 3 статьи 158 Закона о банкротстве для удовлетворения требований кредиторов за счет денежных средств, вырученных от реализации предмета залога, конкурсный управляющий открывает в кредитной организации отдельный счет должника (специальный банковский счет). Правовой режим специального банковского счета предполагает его особую защищенность, в частности, невозможность списания с него денежных средств на основании распоряжений иных, помимо конкурсного управляющего лиц, в том числе в безакцептном (бесспорном) порядке.

Следовательно, в период конкурсного производства все денежные операции должны осуществляться только с использованием основного расчетного счета должника в целях осуществления контроля за действиями конкурсного управляющего по расходованию денежных средств в ходе конкурсного производства.

Как справедливо отмечено судом первой инстанции, в ситуации, когда конкурсным управляющим используется при расчетах не какой-либо неустановленный счет третьего лица либо же свой личный счет, а иной, специальный счет должника, при этом сведения о движении по данному счету представляются на обозрение кредиторов и уполномоченного органа, само по себе использование специального счета должника к нарушению прав участвующих в деле о банкротстве лиц не приводит. Судом установлено, что в рассматриваемом случае соответствующие сведения предоставляются в отчете о движении денежных средств должника, уполномоченный орган с выпиской по счету  знаком, а выписка представлена в материалы дела.

Уполномоченный орган в обоснование нарушения своих прав действиями конкурсного управляющего по расчетам через специальный счет, указывал, что в случае перевода вышеуказанной суммы денежных средств на основной расчетный счет должника, требования налогового органа, выставленные в инкассовом порядке и датированные ранее осуществляемых конкурсным управляющим выплат, уже были бы погашены.

Между тем, данное нарушение может быть констатировано только при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

- наличия у должника денежных средств, полученных от реализации незаложенного имущества;

- наличия в таких инкассовых поручениях требований налогового органа, обязательных к выплате ранее тех, что гасились конкурсным управляющим в установленном им порядке.

При отсутствии доказательств обязательности инкассовых поручений по существу привела бы к списанию со счета должника денежных средств с нарушением очередности погашения включенных в реестр текущих требований.

Из сведений о состоянии расчетов по текущим обязательствам должника на 28.10.2024 судом было установлено, что 01.02.2018 в реестр внесена запись об учете требований ФНС: по второй очереди – 6 534 927,37 руб.; по пятой очереди – 3 123 710,70 руб.

Судом первой инстанции учтено, что из отчета конкурсного управляющего о движении денежных средств по счету от 19.05.2022 следовало, что остаток на специальном счете 40702810549000002152 по состоянию на 29.06.2020 составил 296 575,23 руб., по состоянию на 13.05.2022 – 1 504 955,30 руб.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 36 «О некоторых вопросах, связанных с ведением кредитными организациями банковских счетов лиц, находящихся в процедурах банкротства» при рассмотрении жалоб кредиторов по текущим платежам на нарушение их прав (пункт 2 статьи 35 Закона о банкротстве), выражающееся в непогашении платежей должником, надлежит учитывать, что руководитель должника (в процедурах наблюдения или финансового оздоровления) либо арбитражный управляющий (в процедурах внешнего управления или конкурсного производства) обязан при наступлении срока исполнения соответствующего обязательства направлять распоряжение для его исполнения в кредитную организацию, не дожидаясь напоминания от соответствующего кредитора или предъявления им требования в суд.

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 36 «О некоторых вопросах, связанных с ведением кредитными организациями банковских счетов лиц, находящихся в процедурах банкротства» разъяснено, что ответственность за соблюдение очередности удовлетворения требований кредиторов должника несет арбитражный управляющий, с которого при их нарушении могут быть взысканы соответствующие убытки (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), в том числе по требованию кредитора по текущим платежам.

В силу статьи 134 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обязан погашать требования в порядке очередности. Очередность погашения текущих требований определяется арбитражным управляющим, исходя из даты возникновения соответствующих обязательств, на основании имеющихся в его распоряжении судебных актов и первичных документов (договоров, актов, счетов и т.д.). Очередность удовлетворения текущих требований, относящихся к одной очереди, исходя из даты их предъявления кредитором, определяется в случае, если арбитражный управляющий в силу объективных причин не располагал сведениями о наличии, размере и сроках исполнения данных обязательств должника, в силу чего не мог принять мер по их погашению до предъявления требования соответствующим кредитором.

Как было справедливо отмечено судом первой инстанции, самостоятельное определение арбитражным управляющим, когда именно им будут оплачены требования, срок исполнения которых наступил путем направления денежных средств на специальный счет должника, прямо нарушает права налогового органа как текущего кредитора на своевременное получение оплаты по налогам и сборам, а нарушение в виде проводки всех денежных средств через специальный счет должника в обход основного повлекло за собой неоплату своевременно текущих требований уполномоченного органа.

Утверждая, что действия конкурсного управляющего повлекли затягивание процедуры конкурсного производства и, соответственно, увеличение расходов на проведение конкурсного производства, уполномоченный орган указывал на длительное проведение оценки имущества должника и длительное неполучение денежных средств по договорам купли-продажи по результатам торгов в ходе процедуры конкурсного производства НАО «Крутоярское».

В обоснование доводов о чрезмерной длительности проведения оценки имущества должника уполномоченным органом указано, что информационное сообщение по промежуточным итогам инвентаризации фактически выявленного имущества должника на портале ЕФРСБ, опубликовано 14.12.2017 и 09.01.2018.

Вместе с тем, договор на оценку залогового имущества был заключен только 19.11.2018.

19.12.2017 письмом №2.18-11/33359 уполномоченный орган обратился к конкурсному управляющему ФИО3 с требованием о проведении оценки имущества должника, в отношении которого проведена инвентаризация. Договор на оценку не залогового имущества между конкурсным управляющим ФИО3 и ФИО9 заключен 01.03.2018 № 683/18. Согласно публикациям сообщений на ЕФРСБ №3491330 и №3551106 от 27.02.2019 и от 13.03.2019 отчеты об оценке, составлены 14.02.2019 и 06.03.2019 соответственно.

Согласно пункту 4 статьи 138 Закона о банкротстве продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8 - 19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 настоящего Федерального закона, и с учетом положений настоящей статьи.

Начальная продажная цена предмета залога, порядок и условия проведения торгов, порядок и условия обеспечения сохранности предмета залога определяются конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества. Указанные сведения подлежат включению арбитражным управляющим за счет средств должника в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве не позднее чем за пятнадцать дней до даты начала продажи предмета залога на торгах.

Как установлено судом, определением Арбитражного суда Красноярского края от 28.09.2017 требование АО «Россельхозбанк» включены в третью очередь реестра требований кредиторов НАО «Крутоярское» в размере 330 370 124,97 руб., в том числе: 308 933 630,40 руб. – основной долг, 21 436 494,57 руб. – пени, подлежащие отдельному учету в реестре; из них 224 888 531,37 руб. основного долга, как требование обеспеченное залогом имущества должника по договору №074900/0083-4/3 о залоге транспортных средств от 20.05.2015, по договору №074900/0278-4 о залоге транспортных средств от 06.06.2007 (за исключением автосамосвала 55102, рег.знак М209КС, 2000 г.в., ПТС 02ЕТ467770), по договору №074900/0278-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 09.06.2012, по договору №094901/0041-4 о залоге транспортных средств от 10.12.2009, по договору №104901/0047- 7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 27.12.2010, по договору №114901/0014-4 о залоге транспортных средств от 30.03.2011, по договору №114901/0014-7.1 о залоге недвижимости от 25.12.2013, по договору №114901/0078-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 18.02.2013, по договору №124901/0020-4 о залоге транспортных средств от 30.03.2012, по договору №124901/0020-7.1 об ипотеке (залоге недвижимости) от 25.12.2013, по договору №124901/0021-7.1 об ипотеке (залоге недвижимости) от 25.12.2013, по договору №124901/0059-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 22.08.2012, по договору №124901/0060-7.1 об ипотеке (залоге недвижимости) от 25.12.2013, по договору №124901/0060-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 22.08.2012, по договору №124901/0093-7.1 об ипотеке (залоге недвижимости) от 25.12.2013, по договору №124901/0093-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 05.12.2012, по договору №124901/0093-7.2/1 об ипотеке (залоге недвижимости) от 25.09.2013, по договору №124901/0098-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 24.12.2012, по договору №134901/0005-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 25.01.2013, по договору №134901/0041-7.1 об ипотеке (залоге недвижимости) от 30.04.2013, по договору №134901/0041-7.1/1 об ипотеке (залоге недвижимости) от 25.12.2013, по договору №134901/0041-7.2 об ипотеке (залоге недвижимости) от 30.04.2013. В остальной части заявленных требований отказано.

В рамках обособленного спора № А33-24500-9/2016 определением от 16.10.2024 установлен статус залогового кредитора по требованию АО «Российский Сельскохозяйственный банк» на основании кредитного договора №074900/0083 от 19.03.2007, включенному в третью очередь реестра требований кредиторов НАО «Крутоярское» определением Арбитражного суда Красноярского края от 28.09.2017 по настоящему делу, как обеспеченному залогом права денежного требования должника к ФИО14 в размере 1 300 000 руб.

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание факт повторного введения конкурсного производства, а также отстранение арбитражного управляющего ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, соглашается с выводом суда первой инстанции о разумности срока подготовки отчета оценки залогового имущества.

Относительно длительного неполучения управляющим денежных средств по договорам купли-продажи по результатам торгов в ходе процедуры конкурсного производства НАО «Крутоярское» уполномоченный орган отметил, что согласно банковской выписке, покупатели лотов № 2, 3, 4, 5, 6, 8, 11, 12 (договоры купли-продажи от 27.03.2020, 03.04.2020, 08.06.2020, 16.04.2020, 20.04.2020, 25.08.2020, 01.09.2020) не исполнили условия договора и не произвели оплату за приобретаемое имущество в сумме 582 242 руб.

Между тем, исследовав представленные в материалы дела документы, в частности, данные о движении средств по счету должника, суд первой инстанции установил, что за период рассмотрения жалобы оплаты были произведены покупателями в полном объеме.

С учётом того, что 16.10.2024 был установлен статус залогового кредитора АО «Россельхозбанк» в отношении дебиторской задолженности должника, в рамках настоящего дела рассматривалась жалоба на действия управляющего, суд апелляционной инстанции констатирует, что само по себе непроведение своевременной работы по взысканию задолженности по оплате договоров по лотам 2, 3, 4 не повлекло затягивание процедуры.

Таким образом, фактическими обстоятельствами дела не подтверждается факт совершения конкурсным управляющим действий, повлекших затягивание сроков процедуры банкротства должника. Доводы апелляционной жалобы уполномоченного органа об обратном отклоняются коллегией судей как необоснованные.

Уполномоченным органом при обращении с жалобой на действия конкурсного управляющего также отмечено, что, поскольку балансовая стоимость активов НАО «Крутоярское» на конец 2016 года составляла 634 278 тыс. руб., учитывая превышение бухгалтерского баланса должника ста миллионов рублей, арбитражному управляющему надлежало дополнительно заключить договор обязательного страхования своей ответственности по возмещению убытков, причиненных лицам, участвующим в деле банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве в срок до 26.09.2017, 04.09.2018, 07.10.2021 включительно.

При этом конкурсный управляющий, пояснив суду первой инстанции, что договор дополнительного страхования им не заключался, указал, что оснований для его заключения не имеется, поскольку в действительности активы должника реализованы на сумму, не превышающую 100 млн. руб.

Согласно пункту 1 статьи 24.1 Закона о банкротстве договор обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве должен быть заключен со страховой организацией, аккредитованной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, на срок не менее чем год с условием его возобновления на тот же срок.

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи в течение десяти дней с даты утверждения арбитражным судом в процедурах, применяемых в деле о банкротстве (за исключением дела о банкротстве отсутствующего должника, а также должника, балансовая стоимость активов которого не превышает сто миллионов рублей), внешнего управляющего и конкурсного управляющего они дополнительно должны заключить договор обязательного страхования своей ответственности по возмещению убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве, со страховой организацией, аккредитованной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих. Размер страховой суммы по указанному договору определяется в зависимости от балансовой стоимости активов должника по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую дате введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, и не может быть менее чем: три процента размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над ста миллионами рублей при балансовой стоимости активов должника от ста миллионов рублей до трехсот миллионов рублей; шесть миллионов рублей и два процента размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над тремястами миллионами рублей при балансовой стоимости активов должника от трехсот миллионов рублей до одного миллиарда рублей; двадцать миллионов рублей и один процент размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над одним миллиардом рублей при балансовой стоимости активов должника свыше одного миллиарда рублей.

Вместе с тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 306-ЭС21-10251, договор дополнительного страхования ответственности направлен на предоставление кредиторам дополнительных гарантий удовлетворения их требований на случай, если конкурсной массе будут причинены убытки вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим обязанностей, возложенных на него в деле о банкротстве. При этом арбитражный управляющий не лишен возможности заявить возражения об отсутствии необходимости заключения договора дополнительного страхования ответственности ввиду явного несоответствия балансовой стоимости активов должника реальному положению дел (об отсутствии у управляющего соответствующей обязанности исходя из реальной стоимости активов, которая значительно ниже балансовой).

Подобный подход согласуется со смыслом разъяснений, приведенных в пункте 12.6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве» и касающихся порядка исчисления размера вознаграждения управляющего в случаях, когда этот размер в силу закона зависит от балансовой стоимости активов.

Принимая во внимание, что согласно отчету конкурсного управляющего по состоянию на 03.10.2024, на балансе должника обнаружено имущество стоимостью 223 133 751,63 руб., при этом реализовано данное имущество на сумму 85 499 721,43 руб., а сведений о том, что в случае оставшегося нереализованным имущества данная сумма превысит 100 млн. руб. не имеется, суд апелляционной инстанции констатирует, что факт незаключения договора дополнительного страхования ответственности, с учетом реального имущественного положения должника, прав кредиторов и уполномоченного органа в рассматриваемом случае не нарушает.

В апелляционных жалобах заявителями не приведено доводов и доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства и выводы суда первой инстанции.

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «22» ноября 2024 года по делу № А33-24500/2016к47 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий

Ю.В. Хабибулина

Судьи:

Н.Н. Белан

В.В. Радзиховская