АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-2825/2017

г. Краснодар

26 сентября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2024 года.

            Постановление в полном объеме изготовлено 26 сентября 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Конопатова В.В., судей  Илюшникова С.М. и  Мацко Ю.В., в отсутствие в судебном заседании участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационные жалобы конкурсного управляющего ФИО1 и ФИО2 на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 25.07.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2024 по делу № А25-2825/2017 по заявлению конкурсного управляющего о признании недействительными сделками по выплате заработной платы бывшим работникам в размере 44 768 010 рублей 44 копеек в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества «АрхЭнергоСбыт», установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ПАО «Архэнергосбыт» (далее – должник) конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки по выплате заработной платы в размере 44 768 010 рублей 44 копеек в пользу следующих работников: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО2, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, просил применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу денежных средств в общей сумме 44 768 010 рублей 44 копейки (уточненные требования).

Определением суда от 04.07.2022 в отдельное производство выделены требования конкурсного управляющего в части признания недействительными выплат в отношении бывшего работника ФИО2, которые являются предметом рассмотрения данного обособленного спора.

Определением суда от 25.07.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 20.05.2024, суд признал недействительным дополнительное соглашение от 02.07.2018 к трудовому договору от 02.04.2018 № 35л/с, заключенному ФИО2 и должником. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника 402 190 рублей 87 копеек.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий и ФИО2 обратились в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационными жалобами, в которых, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, просят определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ссылается на то, что судами при рассмотрении обособленного спора проигнорирован период заключения трудового договора должником и ответчиком. Кроме того, податель указывает на то, что ФИО2 был формально трудоустроен на должность юридического консультанта, поскольку не выяснен вопрос о том, какие именно обязанности им выполнялись.

В обоснование кассационной жалобы ФИО2 указывает на то, что конкурсный управляющий не представил доказательств отличия сделок в существенно худшую сторону для должника и неравноценном встречном исполнении. По мнению подателя жалобы в материалы дела представлены исчерпывающие доказательства, подтверждающие выполнение им трудовых обязанностей в объеме, соразмерном выплаченной ему заработной платы.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс, АПК РФ), кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением суда от 29.12.2017 принято заявление о признании должника банкротом. 

Определением суда от 09.04.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО46.

Решением суда от 20.12.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО47 Определением суда от 30.03.2022 ФИО47 освобождён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. Определением суда от 27.01.2023 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Должник и ФИО2 заключили трудовой договор от 02.04.2018 № 35 л/с, в соответствии с которым ФИО2 был принят на должность главного юрисконсульта. Местом работы было указано г. Москва. Работнику установлен ежемесячный должностной оклад в размере 100 000 рублей. 

Ответчику перечислена заработная плата 11.05.2018 в размере 87 000 рублей, 04.06.2018 в размере 87 000 рублей, 21.06.2018 в размере 87 000 рублей.

Должник и ФИО2 заключили дополнительное соглашение от 02.07.2018 к трудовому договору, согласно которому в пункт 5.1. трудового договора внесено изменение, работнику установлен ежемесячный должностной оклад в размере 160 000 рублей. 

За период 02.07.2018 по 05.02.2019 ФИО2 выплачено 1 185 190 рублей 87 копеек.

Полагая, что сделки по перечислению должником ответчику 1 185 190 рублей 87 копеек заработной платы с 02.07.2018 по 05.02.2019 являются недействительными на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку дополнительное соглашение от 02.07.2018 заключено при отсутствии разумного экономического обоснования. Кроме того, управляющий полагает, что увеличение размера заработной платы не связано с увеличением трудовых обязанностей.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в части взыскания с ФИО2 402 190 рублей 87 копеек, суды пришли к выводу о том, что ответчиком не представлено в материалы дела разумных доказательств, обосновывающих необходимость в период нахождения должника в процедуре банкротства заключения дополнительного соглашения об увеличении заработной платы. При этом, в остальной части суды приняли во внимание наличие реальности трудовых отношений между должником и ответчиком, фактическое исполнение ответчиком своих трудовых обязанностей, возложенных на него трудовым договором, совершение участниками действий, направленных на достижение соответствующего правового результата.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав присутствующих в судебном заседании представителя конкурсного управляющего и проверив в соответствии со статьей 286 Кодекса правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции в силу следующего.

Как видно из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято 29.12.2017, оспариваемые платежи совершены с 11.05.2018 по 05.02.2019 в период подозрительности, указанный в статье 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В частности, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63).

Если сделка не имеет иных дефектов, кроме предусмотренных специальными основаниями Закона о банкротстве, то она не может быть одновременно признана ничтожной.

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ПАО «Вологодская сбытовая компания» № А25-846/2018 судами установлено, что одновременно с работой у должника на основании трудового договора ФИО2 осуществлял трудовые функции в АО «Архангельская сбытовая компания», АО «Роскоммунэнерго», в ООО «М.Стайл». АО «ФинЭнергоИнвест», АО «Межрегионсоюзэнерго».

Суды пришли к выводу о наличии продолжительных и устойчивых трудовых отношений, существовавших между ФИО2 и компаний, входящими в единую экономическую группу холдинга МРСЭН. ФИО2 входил в состав высшего управленческого звена холдинга, фактически возглавляя правовой блок деятельности холдинга, подчинялся распоряжениям его руководства. Экономическая деятельность АО «Межрегионсоюзэнерго» прекращена в конце 2017 года начале 2018 года, однако менеджмент названной организации сохранил свое влияние на энергосбытовые компании, входившие в холдинг, и продолжал определять действия подконтрольных юридических лиц. 

В ходе осуществления своей деятельности в интересах холдинговой группы МРСЭН, ФИО2 представлял интересы не только должника, но и иных компаний группы при производстве по делу о банкротстве должника, и в результате возникший конфликт интересов разрешался ФИО2 не в интересах самого должника либо его кредиторов, а в интересах аффилированных с должником структур – вразрез правам самого должника и его кредиторов.

То есть руководство должника и созависимых компаний холдинга МРСЭН, действуя в согласовании своей воли с волей непосредственно ФИО2, стремилось установить ФИО2 такой размер дохода, который был бы максимально приближен к доходам, получаемым ответчиком до начала распада группы компаний (с поправкой на начавшийся кризис ликвидности всей группы и каждой из подконтрольных компаний в отдельности). Данные действия осуществлялись, за счет обременения причитающимися выплатами от холдинга МРСЭН фактически зависимой от воли высшего руководства холдинга компании – должника.

Суды указали, что высший менеджмент холдинга, а равно непосредственно должник, имели разумный экономический мотив на сохранение трудовых отношений с ФИО2, который также знаком со спецификой деятельности самого холдинга и входивших в его состав энергосбытовых компаний, что свидетельствует о его ценности, как специалиста. В ситуации, когда холдинговая группа находилась в состоянии фактического распада, переложение бремени затрат на оплату труда высококлассного специалиста за счет средств только должника, в условиях отсутствия встречного предоставления (каким могло быть только изменение условий труда в июле 2018 года и начиная с января 2019 года), само по себе не допустимо.

В рамках рассмотрения настоящего обособленного спора суды пришли к выводу о том, что подписывая дополнительное соглашение от 02.07.2018 к трудовому договору от 02.04.2018, стороны не желали и не подразумевали действительного изменения условий труда ответчика, но имели своей целью обеспечение ответчику такого уровня должностного оклада, который мог бы его заинтересовать в целях сохранения трудовых отношений с командой бывшего высшего менеджмента холдинга МРСЭН. В материалы дела не представлено каких-либо доказательств реального увеличения объема должностных функций ФИО2 с 02.07.2018.

Суды пришли к выводу о том, что в ситуации, когда сама холдинговая группа находилась в состоянии фактического распада, переложение бремени затрат на оплату труда высококлассного специалиста за счет средств только должника, в условиях отсутствия встречного предоставления, само по себе недопустимо.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Кодекса в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что оспариваемые сделки не направлены на создание трудовых отношений в повышенном объеме работы юриста, совершены в отсутствие встречного предоставления (увеличения объема работы), что свидетельствует о необоснованном выводе денежных средств должника (выплате вознаграждения в завышенном размере) с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, о чем ответчик не мог не знать (пункт 2 статья 61.2 Закона о банкротстве). Суд первой инстанции произвел расчет и пришел к выводу о том, что в качестве применения последствий недействительной сделки следует взыскать с ФИО2 денежные средства, размер которых определяется, как разница, между совокупным размером фактически полученных выплат над размером выплат, которые подлежали перечислению ФИО2, если бы условия трудового договора не были противоправно изменены, что составило 402 190 рублей 87 копеек.

Довод конкурсного управляющего о том, что заключение основного трудового договора с ответчиком было формальным, правомерно отклонен судами, поскольку ФИО2 представлены доказательства, подтверждающие реальное выполнение трудовых функций по договору, раскрыты содержание и специфика выполнявшихся функций по трудовому договору, представлены документы, подтверждающие наличие квалификации, достаточной для замещения должности на которую принят работник. Суды признали установленный по договору размер должностного оклада (100 000 рублей в месяц) в полной мере соответствующим квалификации и занимаемой должности ответчика, условиям, сложившимся на рынке труда и непосредственно на предприятии должника, о чем свидетельствует штатное расписание.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценили их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 Кодекса, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций, подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Кодекса.

Исходя из изложенного, принимая во внимание положение статей 286 и 287 Кодекса суд кассационной инстанции не находит основания для удовлетворения кассационных жалоб, а принятые по делу судебные акты считают законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ (в том числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемых судебных актов не усматривается.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 25.07.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2024 по делу № А25-2825/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                 В.В. Конопатов

Судьи                                                                                                                С.М. Илюшников

                                                                                                                           Ю.В. Мацко