ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-46228/2015

город Ростов-на-Дону

20 февраля 2019 года

15АП-539/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 февраля 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 20 февраля 2019 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Николаева Д.В., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного разбирательства, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.12.2018 по делу № А32-46228/2015 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки по заявлению конкурсного управляющего акционерного общества "Мирана" ФИО3,

ответчик: ФИО2,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества "Мирана",

принятое в составе судьи Кицаева И.В.,

УСТАНОВИЛ:

конкурсный управляющий закрытого акционерного общества "Мирана" (далее – должник) ФИО3 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля от 28.06.2014, заключенного между должником и ФИО2 и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.12.2018 по делу № А32-46228/2015 заявленные требования удовлетворены, договор купли-продажи автомобиля от 28.06.2014 признан недействительным, суд применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу должника 390482 руб., восстановления права требования ФИО2 к должнику в размере 30 000 рублей.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что оспариваемая сделка не может быть признана недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как материалы дела не содержат доказательств осведомленности стороны оспариваемой сделки о ее совершении при наличии у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов. Податель апелляционной жалобы указывает, что он не является заинтересованным лицом по отношению к должнику, не состоит ни в родственных, ни в трудовых отношениях, с учетом чего не мог знать о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. ФИО2 также полагает, что оспариваемая сделка была совершена в обычной хозяйственной деятельности, так как материалы дела не содержат доказательств того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника.

Ответчик указывает, что выводы суда первой инстанции о неравноценности исполнения обязательств являются необоснованными. При этом податель жалобы ссылается на бухгалтерскую документацию должника, в соответствии с которой стоимость приобретения должником транспортного средства составила 30 000 руб. Согласно доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции также не установил достоверно рыночную стоимость транспортного средства, которое было отчуждено по оспариваемой сделке. Взыскивая с ФИО2 в пользу должника 390 482 руб., суд первой инстанции основывал свои выводы на отчете № 05/18/3, представленном конкурсным управляющим. Вместе с тем, как полагает податель жалобы, указанный отчет не может быть признан допустимым доказательством, так как составлен с существенными нарушениями.

Отзыва на апелляционную жалобу представлено не было.

В судебное заседание представители лиц, участвующих в деле, не явились, о времени и месте проведения судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства. 

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению, однако определение суда надлежит изменить в части применения последствий по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением арбитражного суда от 22.12.2015 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ЗАО "Мирана".

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.06.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.04.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

В ходе исполнения обязанностей конкурсного управляющего, ФИО3 было установлено, что между должником и ФИО2 заключен договор купли-продажи автомобиля от 28.06.2014, согласно которому должник продал, а ответчик приобрел автомобиль Ford Mondeo, VIN 

<

***>, 2006 г.в. по цене 30 000 руб., в т.ч. НДС 18% - 4 576,27 руб. Оплата предусмотрена в течение пяти календарных дней с момента подписания сторонами договора.

Полагая, что сделка была совершена на неравноценных условиях, конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании ее недействительной.

В обоснование своих возражений на заявление конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной, ФИО2 заявил о пропуске срока исковой давности, указав, что с даты утверждения временного управляющего прошло более года.

Пунктом 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

По смыслу изложенных выше разъяснений, для арбитражного управляющего, ранее исполнявшего обязанности временного управляющего должника, годичный срок исковой давности начинает течь со дня его утверждения в качестве внешнего или конкурсного управляющего.

Поскольку арбитражный управляющий ФИО3 исполнял обязанности временного управляющего должника, годичный срок исковой давности подлежит исчислению с даты его утверждения в качестве конкурсного управляющего – то есть, с 11.04.2017. Так как с рассматриваемым заявлением о признании сделки недействительной ФИО3 обратился 14.09.2017, годичный срок исковой давности не был пропущен.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пунктом 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации  от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Поскольку заявление о признании банкротом было принято арбитражным судом 03.06.2016, а оспариваемая сделка была совершена 28.04.2016, она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Пунктом 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Материалами дела подтверждается, что на момент совершения сделок у должника имелась задолженность перед иными кредиторами, в последующем включенная в реестр требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 03.06.2016 признаны обоснованными требования КБ "Кубань кредит" ООО и включены в реестр требований кредиторов должника в размере 140 346 189,00 руб. основного долга, как обязательства, обеспеченные залогом имущества должника; 10 767 587,10 руб. основного долга и отдельно в размере 358 108,22 руб. финансовых санкций. Из указанного определения следует, что включенная задолженность образовалась за 2013 год.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.09.2016 в реестр требований кредиторов включено требование ООО "ВАГ-АрматуренРус" в размере 43 943 369,67 руб. основного долга и отдельно 10 564 432,46 финансовых санкций, на основании вступившего в законную силу судебного акта от 21.03.2016 по делу № А55-391/2016.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.06.2016 в реестр требований кредиторов включено требование ООО "Профинжиниринг" в размере 3 105 085,39 руб. основного долга, на основании утвержденного 29.10.20155 в рамках дела № А32-24649/2015 мирового соглашения.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.08.2016 в реестр требований кредиторов включено требование ООО "Контракт-Менеджер" в размере 135 000 руб. основного долга и отдельно 120 150 финансовых санкций, на основании вступившего в законную силу судебного акта от 23.05.2016 по делу №А32-8820/2016.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.09.2016 в реестр требований кредиторов включено требование ООО "Галерея декора" в размере 2 761 320 руб. основного долга и отдельно 1 062 691,47 руб. Из указанного определения следует, что включенная задолженность образовалась за 2013 год.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.09.2016 в реестр требований кредиторов включено требование ОАО "Краснодартеплосеть" в размере 3 436 667 руб. основного долга и отдельно 90 283,22 руб. Из указанного определения следует, что включенная задолженность образовалась за 2014 год.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.08.2016 в реестр требований кредиторов включено требование Администрации муниципального образования г. Краснодара в размере 81 851,82 руб. основного долга и отдельно 4 937,09 руб. Из указанного определения следует, что включенная задолженность образовалась за период с 2009 по 2015 годы.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.08.2016 в реестр требований кредиторов включено требование ООО "Амилко" в размере 212716 руб. основного долга, на основании вступившего в законную силу судебного акта от 27.05.2016 по делу № А32-10396/2015.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.08.2016 в реестр требований кредиторов включено требование ООО "Производственная компания" в размере 5 429 861,55 руб. основного долга и отдельно 2 497 736,31 финансовых санкций на основании вступившего в законную силу судебного акта от 21.03.2016 по делу № А32-32230/2015.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.08.2017 признаны обоснованными требования Банка ВТБ (ПАО) и включены в реестр требований кредиторов должника в размере 8 192 041,84 руб. основного долга. Из указанного определения следует, что включенная задолженность образовалась за 2013 год.

В реестр требований кредиторов должника включены также требования иных кредиторов, неисполненные должником денежные обязательства перед которыми существовали на дату совершения спорной сделки.

Таким образом, оспариваемая сделка была совершена при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

В обоснование неравноценного встречного исполнения по оспариваемому договору купли-продажи автомобиля от 28.06.2014, конкурсный управляющий представил общедоступные сведения о стоимости аналогичных сделок, в отношении аналогичного автомобиля "Ford Mondeo", 2006 г.в., размещенных в сети "Интернет" на сайтах объявлений о продаже автомобилей. По представленным сведениям, стоимость предложения "Ford Mondeo", 2006 г.в. составляет от 320 000 руб. до 355 000 руб.

Также конкурсный управляющий представил отчет № 05/18/3 от 03.05.2018 об оценке рыночной стоимости транспортного средства "Ford Mondeo", 2006 г.в., принадлежащего ЗАО "Мирана" по состоянию на 28.06.2014. Согласно выводам, изложенным в указанном отчете, рыночная стоимость объекта оценки составила 330 917 руб. – без учета НДС, 390 482 руб. – с учетом НДС 18%.

Представленные доказательства подтверждают неравноценность встречного исполнения по договору купли-продажи автомобиля от 28.06.2014.

Доводы апелляционной жалобы, согласно которым установленная договором стоимость продажи автомобиля в размере 30 000 руб. соответствует его стоимости, указанной в акте о приеме-передаче объекта основных средств № 00БП-000004 от 28.06.2014 подлежат отклонению, поскольку указанная стоимость применяется для целей налогообложения и не всегда соответствует рыночной стоимости.

В соответствии с пунктом 1 статьи 374 Налогового кодекса Российской Федерации объектами налогообложения для российских организаций признается недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено статьями 378, 378.1 и 378.2 названного Кодекса.

Порядок учета на балансе организаций (за исключением кредитных и бюджетных) объектов основных средств регулируется Приказами Минфина России от 31.10.2000 года № 94н "Об утверждении Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкции по его применению", от 30.03.2001 № 26н "Об утверждений Положения по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01" и от 13.10.2003 № 91н "Об утверждении Методических указаний по бухгалтерскому учету основных средств".

Согласно Приказу Минфина России от 30.03.2001 № 26н "Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01" оценка основных средств производится по первоначальной стоимости.

Первоначальной стоимостью основных средств, приобретенных за плату, признается сумма фактических затрат организации на приобретение, сооружение и изготовление, за исключением налога на добавленную стоимость и иных возмещаемых налогов (кроме случаев, предусмотренных законодательством Российской Федерации). 

Оценка стоимости основных средств осуществляется налогоплательщиком самостоятельно, с учетом чего не может применяться для определения рыночной стоимости объекта основных средств, которым в данном случае является "Ford Mondeo", VIN 

<

***>, 2006 г.в.

Доводы апелляционной жалобы, согласно которым договор купли-продажи от 28.06.2014 был заключен в обычной хозяйственной деятельности, подлежат отклонению.

Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 названного Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

По смыслу указанных выше норм права, то обстоятельство, что сделка не превышает один процент стоимости активов должника, само по себе не является доказательством того, что спорная сделка совершена в обычной хозяйственной деятельности. Однако, предоставляет суду право рассмотреть вопрос о наличии оснований для признания сделки совершенной в ходе обычной хозяйственной деятельности.

Пунктом 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 или статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период. Бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

Суд апелляционной инстанции соглашается с доводами ФИО2 о том, что материалы дела не содержат доказательств того, что цена имущества, переданного по договору купли-продажи автомобиля от 28.06.2014 превышает один процент стоимости активов должника, однако данное обстоятельство само по себе не является доказательством того, что спорная сделка совершена в обычной хозяйственной деятельности, а лишь предоставляет суду возможность рассмотреть вопрос о наличии оснований для признания сделки совершенной в ходе обычной хозяйственной деятельности.

В данном случае, при отсутствии доказательств того, что цена оспариваемой сделки не превысила один процент стоимости активов ЗАО "Мирана", бремя дальнейшего доказывания того, что договор купли-продажи автомобиля от 28.06.2014 действительно был осуществлен в ходе обычной хозяйственной деятельности, возлагается на ФИО2

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита (абзац третий пункта 14 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Как установлено судом апелляционной инстанции, договор купли-продажи автомобиля от 28.06.2014 не был направлен на погашение платежа по длящимся обязательствам. Из материалов дела также не следует, что ранее между должником и ФИО2 денежные обязательства исполнялись именно на основании зачетов встречных требований. Более того, такая сделка как договор купли-продажи транспортного средства может быть отнесена к обычной хозяйственной деятельности лишь узкого специализированного круга участников гражданского оборота, которые, как правило, профессионально занимаются деятельностью по торговле транспортными средствами, что соответствует виду деятельности по коду ОКВЭД 45: "Торговля автотранспортными средствами" и его подкатегорриям. В свою очередь, основным видом деятельности ЗАО "Мирана" является ОКВЭД 46.69.9 "Торговля оптовая прочими машинами, приборами, аппаратурой и оборудованием общепромышленного и специального назначения", что является подкатегорией кода ОКВЭД 46 "Торговля оптовая, кроме оптовой торговли автотранспортными средствами и мотоциклами".

С учетом изложенного, договор купли-продажи автомобиля от 28.06.2014 не может быть признан сделкой, совершаемой в обычной хозяйственной деятельности ЗАО "Мирана".

Более того, в соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Однако, в настоящем случае, договор купли-продажи автомобиля от 28.06.2014 может быть оспорен только по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так как заключен не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом.  

Поскольку оспариваемая сделка была заключена ЗАО "Мирана" при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, а цена отчуждаемого имущества по договору купли-продажи автомобиля от 28.06.2014 является существенно ниже его рыночной стоимости, судом апелляционной инстанции установлено наличие у ЗАО "Мирана" цела на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Судом апелляционной инстанции при этом принимаются во внимание доводы жалобы, согласно которым материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО2 знал о наличии у ЗАО "Мирана" цели на причинение вреда имущественным правам кредиторов, в силу отсутствия аффилированности. 

Вместе с тем, наличие аффилированности между сторонами оспариваемой сделки не является единственным критерием при решении вопроса о том, должна ли была друга сторона сделки знать о наличии такой цели.

Пунктом 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

В рассматриваемом случае транспортного средства по цене, заниженной многократно (более чем в 10 раз) очевидно, свидетельствовало о том, что руководитель должника не руководствовался интересами возглавляемой им организации и преследовал цель вывода ликвидного имущества. Это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому ответчик, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник по явно заниженной цене продает транспортное средство. Он не мог не осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации недвижимости. При совершении оспариваемой сделки ответчик как участник гражданского оборота должен был действовать с должной степенью осмотрительности и разумности, удостовериться в благонадежности второй стороны сделки.

Данный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.16 № 308-эС16-11018 по делу № А22-1776/2013.

Такое обстоятельство как существенно заниженная цена не могли не породить у добросовестного контрагента сомнений относительно добросовестности действий продавца, поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств заключения сделки и возможности ущемления сделкой прав третьих лиц - кредиторов должника.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что спорное имущество реализовано по заниженной цене, в целях уменьшения имущественной массы должника и причинения вреда кредиторам, что свидетельствует о наличии оснований для признания договора купли-продажи автомобиля от 28.06.2014 недействительной сделкой по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно признал договор купли-продажи автомобиля от 09.03.2016 № 1 недействительным по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2, пункта 2 статьи 61.3 названного Закона и Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку ответчик произвел исполнение по недействительной сделке на основании квитанции к приходному кассовому ордеру № 1 от 28.06.2014 на сумму 30 000 руб., в случае возврата имущества в конкурсную массу, ФИО2 приобретает право требования на указанную сумму.

Принимая во внимание, что транспортное средство Ford Mondeo, VIN 

<

***>, 2006 г.в., на момент рассмотрения судом настоящего заявления неоднократно было отчуждено в пользу третьих лиц, в качестве последствия признания сделки недействительной, с ФИО2 надлежит взыскать действительную стоимость отчужденного имущества.

Суд первой инстанции, применяя последствия недействительности сделки, исходил из выводов, сделанных в отчете № 05/18/3 от 03.05.2018, согласно которым действительная стоимость транспортного средства на дату оспариваемой сделки составила 330 917 руб. – без учета НДС, 390 482 руб. – с учетом НДС 18%.

Доводы апелляционной жалобы, согласно которым отчет № 05/18/3 от 03.05.2018 не является допустимым доказательством подлежат отклонению, так как заявленные в жалобе недостатки отчета носят формальный характера, сводятся к недостаткам при оформлении отчета № 05/18/3 от 03.05.2018. В свою очередь, ФИО2 не приведено доводов относительно неверного определения рыночной стоимости.

Отсутствие достоверно определенного технического состояния спорного транспортного средства, не может являться недостатком при составлении отчета №05/18/3 от 03.05.2018, так как обстоятельства того, что транспортное средство в силу своего технического состояния не может быть сопоставимо с рыночными аналогами, возлагается на ответчика по делу. Вместе с тем, ФИО2 не представлено соответствующих доказательств.

Отсутствие аналогов, территориально расположенных по месту совершения сделки, не может свидетельствовать о недостоверности выводов отчета № 05/18/3 от 03.05.2018, так как рецензентом не обосновано существенное различие в спросе на оцениваемый товар относительно его территориального расположения.

Признавая представленный отчет допустимым доказательством, судебная коллегия учитывает, что представленный в материалы дела отчет об оценке рыночной стоимости является полным, ясным и понятным, в заключении приведен перечень исследуемых документов, изложены примененные методики расчета всех используемых показателей, экспертом дан ответ на поставленный судом вопрос. Экспертом при проведении оценки были выбраны надлежащие объекты-аналоги и учтен при расчете стоимости год выпуска спорного транспортного средства. Противоречия в выводах оценщика отсутствуют, с учетом изложенного суд пришел к выводу о том, что основания для признания отчета об оценке рыночной стоимости транспортного средства недостоверным отсутствуют.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно определил рыночную стоимость на основании отчета № 05/18/3 от 03.05.2018.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

При применении последствий признания сделки недействительной, в качестве рыночной стоимости, суд принял определенную в отчете № 05/18/3 от 03.05.2018 стоимость транспортного средства 390 482 руб. – с учетом НДС 18%. Однако, подлежала применению стоимость транспортного средства 330 917 руб., указанная в отчете как – без учета НДС.

Указанная стоимость была определена в отчете сравнительным методом на основании стоимости объектов-аналогов, в которой уже включен НДС 18%, так как стоимость объектов-аналогов представляет собой конечную рыночную стоимость, которую покупатель готов заплатить при приобретении транспортного средства.

Более того, в силу оплаты НДС именно продавцом, оплата за реализуемый товар определяется с учетом всех налогов и сборов, что предусмотрено налоговым законодательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 154 Налогового кодекса Российской Федерации, при получении налогоплательщиком оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг) налоговая база определяется исходя из суммы полученной оплаты с учетом налога.

Тем самым, определенная в отчете стоимость транспортного средства на основании стоимости объектов-аналогов – 330 917 руб., по сути уже содержит НДС 18%. А определение цены с учетом дополнительно начисленной суммы НДС уже превышает средне рыночную стоимость.

Таким образом, в качестве применения последствий признания сделки недействительной, с ФИО2 надлежит взыскать 330 917 руб.

Поскольку суд первой инстанции не дал надлежащую оценку № 05/18/3 от 03.05.2018, неверно применил последствия признания сделки недействительной, определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.12.2018 по делу № А32-46228/2015 подлежит изменению по основаниям пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку при принятии апелляционной жалобы к производству подателю апелляционной жалобы было предложено представить доказательства уплаты государственной пошлины, однако данное требование исполнено не было, а судебный акт полностью принят в пользу заявителя, сделка признана недействительной, а последствия суд применил самостоятельно, то в доход федерального бюджета с ФИО2 надлежит взыскать 3000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.12.2018 по делу № А32-46228/2015 изменить, изложив абзацы IV и V его резолютивной части в следующей редакции:

"Взыскать с ФИО2 в пользу закрытого акционерного общества "Мирана" 330 917 рублей.

В случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке – 330 917 рублей, ФИО2 приобретает право требования к закрытому акционерному обществу "Мирана" в размере 30 000 рублей, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".".

В остальной части определение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Краснодарского края.

Председательствующий                                                                                Г.А. Сурмалян

 

Судьи                                                                                                                 Д.В. Николаев

 

                     Н.В. Шимбарева