АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6396/17 

Екатеринбург

24 октября 2017 г.

Дело № А50-1959/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 18 октября 2017 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 октября 2017 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Кангина А.В., Оденцовой Ю.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Виктория» (далее – общество «Виктория») на определение Арбитражного суда Пермского края от 26.05.2017 по делу               № А50-1959/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2017 по тому же делу по заявлению публичного акционерного общества коммерческий банк «Уральский финансовый дом» (далее – банк) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 15 590 394 руб. 38 коп. как обеспеченной залогом имущества должника, третье лицо – Валеев Рафис Хатыбович, и заявлению общества «Виктория» о признании недействительными договора ипотеки и поручительства, рассмотренным в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Охотник» (далее – общество «Охотник», должник)  несостоятельным (банкротом).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представитель банка – Тарасов Д.С. (доверенность от 12.01.2017 № 04).

 Определением Арбитражного суда Пермского края от 10.02.2016 принято к производству заявление общества «Виктория» о признании общества «Охотник» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 04.04.2016 требования общества «Виктория» признаны обоснованными, в отношении общества «Охотник» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден Зайнак Олег Александрович.

Решением суда от 31.08.2016 общество «Охотник» признано несостоятельным (банкротом); открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден Зайнак О.А. Сообщение о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» 10.09.2016.

Банк 10.11.2016 обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника как поручителя по договору поручительства от 18.09.2014 задолженности в сумме 15 590 394 руб. 38 коп. по кредитному договору от 18.09.2014 № Ф-02836-К-37-Н, заключенному между банком и Валеевым Р.Х., обеспеченной залогом имущества должника по договору ипотеки от 18.09.2014.

Общество «Виктория» 17.01.2017 обратилось в суд с заявлением о признании на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительными договора ипотеки от 18.09.2014 и договора поручительства от 18.09.2014, заключенных между банком и обществом «Охотник».

Определением суда от 24.01.2017 рассмотрение заявлений банка и общества «Виктория» объединено в одно производство.

Валеев Р.Х. привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением суда от 26.05.2017 (судья Рудаков М.С.) в удовлетворении заявления общества «Виктория» о признании сделок недействительными отказано. Заявление банка удовлетворено: в третью очередь реестра требований кредиторов должника включена задолженность в общей сумме 14 340 394 руб. 38 коп., в том числе 14 113 065 руб. 32 коп. основного долга и 227 329 руб. 06 коп. пени, в качестве требований по обязательствам, обеспеченным залогом имущества  должника по договору ипотеки от 18.09.2014.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от  04.08.2017 (судьи Мартемьянов В.И., Мармазова С.И., Плахова Т.Ю.) определение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Виктория» просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, ссылаясь на необоснованность выводов судов об отсутствии оснований для признания сделок недействительными в порядке п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. По мнению заявителя, судами не учтено, что согласно данным бухгалтерских балансов по состоянию на 31.12.2013 и  на 30.06.2014 должник имел значительную кредиторскую задолженность, при этом из заключения о финансовом состоянии должника, подготовленного образовательным учреждением высшего образования «Санкт-Петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права», следует, что в период с 31.12.2013 по 30.09.2014 у должника отсутствовала возможность погасить образовавшуюся задолженность перед кредиторами, то есть должник являлся неплатежеспособным, данный вывод также следует из финансового анализа деятельности должника, выполненного временным управляющим, вместе с тем в период неплатежеспособности должник по договору поручительства                    от 18.09.2014 принял на себя обязательства в размере 16 100 000 руб., что составляет более 25% от балансовой стоимости активов должника, и передал в залог единственный ликвидный актив – квартиру стоимостью 2 469 000 руб., при этом и договор поручительства и договор залога являются безвозмездными сделками, что в совокупности свидетельствует и презюмируется по смыслу норм п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве о заключении  договоров поручительства и залога в целях причинения вреда кредиторам должника; банк обязан был при заключении договоров оценить финансовое состояние поручителя, исследовать его бухгалтерскую отчетность, поэтому должен был знать о его неплатежеспособности. Заявитель также считает, что суд первой инстанции незаконно включил требования банка в сумме                                                   14 340 394 руб. 38 коп. как полностью обеспеченное залогом, без учета того, что стоимость закладываемого имущества определена сторонами в сумме 2 469 000 руб.  

Поступившие в электронном виде 13.10.2017 отзыв Федеральной налоговой службы в лице Инспекции Федеральной налоговой службы по Мотовилихинскому району г. Перми и 16.10.2017 отзыв банка  к материалам дела не приобщаются ввиду отсутствия доказательств направления их заблаговременно лицам, участвующим в деле (ст. 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В связи с тем, что отзывы поданы в электронном виде через систему «Мой Арбитр», то фактическому возврату на бумажном носителе лицам, их представившим, не подлежат.

В силу ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материальногои процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. 

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положенийст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела, между банком и Валеевым Р.Х. (заемщик) заключен кредитный договор от 18.09.2014 № Ф-02836-К-37-Н, по условиям которого банк предоставляет заемщику кредит до 30.04.2018 в сумме 16 100 000 руб. с уплатой за пользование кредитом процентов по ставке 12% годовых. 

В п. 9.1 кредитного договора установлено, что в случае нарушения заемщиком графика погашения кредитной задолженности банк начисляет и взыскивает неустойку в виде пени в размере 0.1% от суммы просроченной задолженности за каждый день нарушения кредитных обязательств.

В соответствии с п. 1.2 кредитного договора кредит предназначен для использования на потребительские цели с обеспечением выданного кредита ипотекой (залогом недвижимости), указанной в п. 2.3 кредитного договора.

Согласно п. 2.3 кредитного договора обеспечением его исполнения являются:

- последующая ипотека (залог недвижимости) 3-комнатной квартиры площадью 69,4 кв. м, принадлежащей Валееву Р.Х., расположенной на 2 этаже здания по адресу: г. Пермь, ул. Уральская, д. 87, кв. 11; 

- последующая ипотека (залог недвижимости) 3-комнатной квартиры площадью 69,1 кв. м., принадлежащей обществу «Охотник», расположенной на 1 этаже здания по адресу:  г. Пермь, ул. Уральская, д. 87, кв. 2 (далее – квартира общей площадью 69,1 кв.м.),

- поручительство общества «Охотник»;

- последующий залог пассажирского теплохода «Урал», идентификационный номер № К-01-0034, принадлежащего Валееву Р.Х.

Между банком и обществом «Охотник» (поручитель) в лице директора Валеева Р.Х. заключен договор поручительства от 18.09.2014, по условиям которого поручитель обязуется перед банком полностью отвечать за исполнение Валеевым Р.Х. обязательств по кредитному договору; поручительство дано сроком на 6 лет (не менее срока кредитования                        плюс 2 года).

Между банком (залогодержатель) и обществом «Охотник» (залогодатель) в лице директора Валеева Р.Х. заключен договор ипотеки (залога недвижимости) от 18.09.2014 с дополнительными соглашениями от 20.04.2015 № 1, от 18.05.2015 № 2, по условиям которого залогодатель передает в последующую ипотеку (залог недвижимости) залогодержателю квартиру общей площадью 69,1 кв.м. в обеспечение исполнения обязательств Валеева Р.Х. по кредитному договору; залоговая стоимость квартиры 2 469 000 руб.  Договор ипотеки зарегистрирован 24.09.2014.

Определением Ленинского районного суда  г. Перми от 10.10.2016 по делу № 2-6148/16 по иску банка к Валееву Р.Х. о взыскании задолженности по кредитному договору от 18.09.2014 № Ф-02836-К-37-Н утверждено мировое соглашение, по условиям которого Валеев Р.Х.  в срок с 01.11.2016 по 30.11.2020 обязуется оплатить задолженность в сумме 15 590 394 руб. 38 коп. (14 840 643 руб. 80 коп.  – основной долг,  522 421 руб. 52 коп. – задолженность по процентам, 227 329 руб. 06 коп. – пени) равными платежами в размере 250 000 руб. в месяц, последний платеж в ноябре 2020 года - в сумме                     3 590 394 руб. 38 коп.   

Ввиду нарушения Валеевым Р.Х. графика платежей по мировому соглашению банк обратился в Ленинский районный суда  г. Перми с заявлением о выдаче исполнительного листа о взыскании с Валеева Р.Х. 14 340 394 руб. 38 коп., в том числе 14 113 065 руб. 32 коп. основного долга, 227 329 руб. 06 коп. пени и обращении взыскания на квартиру общей площадью 69,4 кв.м. и речное судно «Урал», переданных в залог Валеевым Р.Х.

Ленинским районным судом  г. Перми 05.05.2017 выдан исполнительный лист по делу № 2-6148/16, согласно которому на дату выдачи исполнительного листа размер неисполненных Валеевым Р.Х. обязательств составил                    14 340 394 руб. 38 коп., в том числе 14 113 065 руб. 32 коп. основного долга,                         227 329 руб. 06 коп. пени. Исполнительным листом обращено взыскание на квартиру с установлением начальной цены продажи 2 070 400 руб. и речное судно «Урал» с установлением начальной цены продажи 15 080 000 руб.

После признания общества «Охотник» несостоятельным (банкротом) банк обратился в арбитражный суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника как поручителя и залогодателя задолженности, рассчитанной по состоянию на 29.03.2016, в сумме                            15 590 394 руб. 38 коп., в том числе 14 840 643 руб. 80 коп. долга по возврату кредита,             522 421 руб. 52 коп. долга по уплате процентов за пользование суммой кредита и 227 329 руб. 06 коп. пени, ссылаясь на то, что заемщиком (Валеевым Р.Х.) задолженность по кредитному договору не погашена.

Общество «Виктория» обратилось с заявлением о признании договора поручительства и договора залога недействительными сделками как заключенными при злоупотреблении правом (ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) и в целях причинения вреда кредиторам должника  (п. 2 ст. 62 Закона о банкротстве), ссылаясь на то, что на момент их заключения общество «Охотник» имело неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, обладало признаками неплатежеспособности, что подтверждают финансовый анализ деятельности должника, выполненный временным управляющим, и заключение о финансовом состоянии должника, подготовленное специалистом образовательного учреждения высшего образования «Санкт-Петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права», банк, проведя анализ бухгалтерской отчетности общества, мог сделать такие же выводы.

Банк, возражая против данных требований, указал на то, что кредитный договор от 18.09.2014, договоры поручительства и залога от 18.09.2014 были заключены в целях перекредитования Валеева Р.Х. по ранее заключенному                с ним кредитному договору от 21.05.2013 № Ф-00795-К-37-Н/АН                                  с обеспечением обязательств договором ипотеки, сослался на то, что при заключении договоров от 18.09.2014 был представлен договор аренды судна без экипажа от 27.06.2013 № 14/13-АС, заключенный между Валеевым Р.Х. (арендодатель) и обществом «Охотник» (арендатор), по условиям которого обществу «Охотник» был передан в аренду пассажирский теплоход «Урал», представлена бухгалтерская отчетность общества «Охотник» за 2013 год, в которой активы превышали имеющиеся обязательства, общество «Охотник» вело активную хозяйственную деятельность, в связи с чем у банка не имелось оснований считать его неплатежеспособным.   

Согласно п. 1, 2 ст. 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

В силу п. 1 ст. 323 Гражданского кодекса Российской Федерации при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

В соответствии с п. 51 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» кредитор имеет право на установление его требований как в деле о банкротстве основного должника, так и поручителя. 

В соответствии с  п. 1 ст. 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

В  п. 5 ст. 138 Закона о банкротстве установлено, что требования залогодержателей по договорам залога, заключенным с должником в обеспечение исполнения обязательств иных лиц, также удовлетворяются в порядке, предусмотренном данной статьей. Указанные залогодержатели обладают правами конкурсных кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, во всех процедурах, применяемых в деле о банкротстве.

Установив, что наличие неисполненных денежных обязательств по кредитному договору от 18.09.2014 № Ф-02836-К-37-Н в сумме                        14 340 394 руб. 38 коп., в том числе 14 113 065 руб. 32 коп. основного долга, 227 329 руб. 06 коп. пени, подтверждено материалами дела, договоры поручительства и залога, представленные в материалы, подтверждают статус должника как поручителя и залогодателя по кредитным обязательствам        Валеева Р.Х. перед банком, суды, руководствуясь ст. 16, 134, 138, 142 Закона о банкротстве, признали требование банка в указанной сумме обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестр требований кредиторов должника, указав, что требования банка обеспечены залогом имущества должника по договору ипотеки (залога недвижимости) от 18.09.2014.

Рассмотрев заявление общества «Виктория» о признании  ничтожными договора поручительства от 18.09.2014, договора ипотеки (залога недвижимости) от 18.09.2014 как заключенных при злоупотреблении правом              (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), суды отказали в его удовлетворении, исходя из того, что согласно п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, при этом выдача кредита и заключение договоров поручительства и ипотеки в обеспечение исполнения заемных обязательств относятся к обычной хозяйственной деятельности кредитных организаций; доказательства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны должника и банка при совершении договора поручительства и договора ипотеки, не представлены. 

Учитывая, что на дату заключения кредитных договоров участниками общества «Охотник» являлись: Валеева Альмира Равиловна и                               Валеев Рафис Хатыбович (заемщик по основному обязательству), между Валеевым Р.Х. и обществом «Охотник» заключен договор аренды судна без экипажа от 27.06.2013 № 14/13-АС от 27.06.2013, суды признали, что данные обстоятельства подтверждает экономическую целесообразность заключения как договора поручительства, так и договора ипотеки и свидетельствуют о наличии общих экономических интересов в сфере туристической деятельности, которая осуществлялась указанными лицами как совместно, так и самостоятельно. 

Суды также отказали в признании недействительными договора поручительства и договора залога по специальным основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, исходя из того, что заявителем не доказан факт заключения должником оспариваемых договоров с целью причинения вреда имущественным правам иных кредиторов.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии следующих условий, в частности, если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

В п. 5, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63)  разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве.

Указанной нормой неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Недостаточность имущества понимается как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Пунктом 12.2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2 ст. 61.2 или п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

Факт отражения в бухгалтерском балансе должника кредиторской задолженности не является бесспорным свидетельством неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника.

Исследовав материалы дела, суды установили, что банк и общество «Охотник» не являются заинтересованными лицами, на момент заключения договоров поручительства и залога банку была представлена бухгалтерская отчетность общества «Охотник» за 2013 год, как указывает банк и видно из представленного им бухгалтерского баланса общества «Охотник» за 2013 год, у банка не имелось оснований считать общество «Охотник» неплатежеспособным, непосредственно после заключения кредитного договора и оспоренных сделок Валеев Р.Х. не прекратил исполнять его условия (согласно расчету банка платежи были внесены в июле, августе и сентябре 2015 года, то есть до обращения банка в суд с иском о взыскании задолженности),               а должник не прекратил осуществление своей хозяйственной деятельности.

Учитывая данные обстоятельства, принимая во внимание то, что дело о банкротстве должника было возбуждено лишь спустя полтора года после заключения оспоренных договоров и не по заявлению банка, суды признали, что анализ финансового состояния должника и заключение специалиста, подготовленные уже после возбуждения в отношении должника процедуры банкротства, не свидетельствуют о том, что при заключении кредитного договора и оспоренных сделок, которые были взаимосвязаны с заключенными еще в 2013 году сделками, банк должен был прийти к выводам о неплатежеспособности поручителя, и пришли к выводу о том, что  анализ совокупности установленных обстоятельств не позволяет сделать вывод о том, что заключение оспоренных договоров преследовало цель причинения вреда кредиторам должника, а также о том, что банку должно было быть известно о такой цели.

Выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права. Доводы, изложенные в кассационной жалобе, о том, что должник на момент заключения оспариваемых сделок обладал значительной кредиторской задолженностью, которую, согласно выводам временного управляющего и заключения специалиста, не имел возможности погасить, о том, что размер оспариваемых сделок превышал 20% стоимости активов должника, что, по мнению заявителя, является достаточным основанием для признания сделок недействительными в порядке п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и им дана надлежащая правовая оценка. Отклоняя данные доводы, суд апелляционной инстанции исходил из того, что представленные должником при заключении оспариваемого договора документы о его финансовом состоянии не позволяли определить наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, что говорит о неосведомленности банка на момент заключения сделок о наличии у должника признаков неплатежеспособности; наличие данного обстоятельства исключает возможность признания сделок недействительными в порядке п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Доказательства того, что в представленных банку документах бухгалтерской отчетности должника имелись конкретные сведения, заметно свидетельствующие о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, в материалах дела отсутствуют. Данные доводы по существу сводятся к несогласию заявителя с оценкой судами первой и апелляционной инстанций имеющихся в деле доказательств и сделанными на их основании выводами. Между тем иная оценка заявителем жалобы установленных судами обстоятельств, а также иное толкование закона не свидетельствует о нарушении судами норм права и не может служить основанием для отмены судебных актов. Довод заявителя кассационной жалобы о том, что требование банка необоснованно включено в реестр как обеспеченное залогом имущества должника с учетом того, что залоговая стоимость квартиры значительно меньше размера неисполненных кредитных обязательств, также получил надлежащую оценку судом апелляционной инстанции. Включая требование банка как обеспеченное залогом имущества должника, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 138 Закона о банкротстве, условиями договора ипотеки (залога недвижимости) от 18.09.2014.  Суд апелляционной инстанции признал правомерным включение требования банка в реестр как полностью обеспеченного залогом, а не в пределах стоимости закладываемого объекта, исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2016 № 310-ЭС16-10887, согласно которой оценочная стоимость заложенного имущества принимается во внимание на стадии рассмотрения вопроса об обоснованности требования залогового кредитора, носит, по своей сути, учетный характер и применяется в дальнейшем для целей отражения требования залогового кредитора в реестре, определения объема его прав при голосовании на собраниях кредиторов должника и при принятии решений в рамках процедур банкротства. Однако обязательство должника признается обеспеченным залогом в целом независимо от упомянутой учетной оценки заложенного объекта (за исключением случая, когда обязательство обеспечивалось залогом не в полном объеме, а только в части). Окончательная стоимость заложенного имущества для целей проведения расчетов формируется в момент его реализации. Поэтому в дальнейшем, в случае продажи заложенного имущества по цене, превышающей оценочную стоимость, объем реально погашаемых требований залогового кредитора зависит от фактически полученной выручки и не ограничен оценочной стоимостью.Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов (ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 26.05.2017 по делу                     № А50-1959/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2017 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Виктория» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий				О.Э. Шавейникова 

Судьи						А.В. Кангин 

                                             				Ю.А. Оденцова