ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

600017, г. Владимир, ул. Березина, д. 4

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А11-230/2020

16 апреля  2021 года

г. Владимир

Резолютивная часть постановления объявлена  12.04.2021. 

Полный текст постановления изготовлен 16.04.2021. 

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Насоновой Н.А.,

судей                                            Назаровой Н.А.,  Родиной Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от истца (заявителя) - ФИО2  - представитель не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом; 

от ответчиков:

ФИО3 -  ФИО3;

ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 14.11.2020  сроком действия 1 год (диплом КВ 93395);

от третьих  лиц, не заявляющих самостоятельных требований

относительно предмета спора:  инспекции Федеральной налоговой службы по Октябрьскому району г. Владимира; общества с ограниченной ответственностью «КО «АКВА» -  представители не явились, о времени и месте слушания дела извещены  надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании  апелляционную жалобу   ФИО2  на решение Арбитражного суда  Владимирской области  от  16.12.2020   по делу № А11-230/2020 по иску ФИО2  к ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной  и применении последствий  ее недействительности 

                                               У С Т А Н О В И Л :

    ФИО2 (далее – ФИО2) обратился в Арбитражный суд Владимирской области с иском к  ФИО3, ФИО4 (далее – ФИО3, ФИО4):

- о признании недействительным  договора купли-продажи доли в уставном капитале  общества с ограниченной ответственностью «КО «АКВА»  (далее ООО «КО «АКВА») от 31.08.2012, заключенному между ФИО3  и ФИО4;

- о возвращении доли в размере 50 % в уставном капитале  общества  -

ФИО3;

- об установлении принадлежности доли в размере 50 % в уставном капитале  ООО «КО «АКВА» - ФИО3 

    В  обоснование исковых  требований истец указал, что договор купли-продажи доли уставного капитала является мнимым, поскольку  заключен для вида, без его исполнения сторонами.  В связи с этим сослался на то, что

сведения о новом участнике общества ФИО4 внесены в  ЕГРЮЛ лишь в 2019 году, при том, что оспариваемая сделка заключена в 2012 году. В этот период   ФИО3 осуществлял активное участие в хозяйственной деятельности общества и продолжает это делать в настоящее время, действуя по доверенности от  имени ФИО4; ФИО4 не может являться участником общества в силу возраста, отсутствия знаний и навыков предпринимательской деятельности. Данные обстоятельства  явились  основанием для  обращения истца  в арбитражный суд с настоящим иском.

    В качестве правового основания для признания сделки недействительной  истец сослался на статьи 10, 170 (пункт 1), 168  Гражданского кодекса Российской Федерации.

    Ответчики  иск не признали. Заявили о применении к требованиям ФИО2 срока исковой давности.

    Решением Арбитражного суда  Владимирской области  от  16.12.2020 по делу № А11-230/2020  в удовлетворении иска  ФИО2 отказано.

    ФИО2, не согласившись с принятым решением, просит его отменить  на основании статьи 270  пункта  3 части 1, 2  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

    Нарушение норм материального права заявитель  усматривает  в не обоснованном применении судом срока исковой давности.  Утверждает, что не будучи стороной сделки и не присутствуя при ее нотариальном удостоверении, он (ФИО6)  узнал о заключении и исполнении  договора купли-продажи доли уставного капитала лишь в декабре  2019 года, когда были внесены соответствующие изменения в ЕГРЮЛ о новом составе участников. С указанного момента срок исковой давности на дату подачи иска (январь 2020 года) не пропущен.  

   В остальной части доводы жалобы сводятся к  изложению оснований для признания сделки недействительной, положенных в основу иска и не принятых судом. В связи с  этим заявитель указывает на необоснованное неприменение судом статей 10, 170 (пункта 1) Гражданского кодекса Российской Федерации.

    В судебном заседании и в отзыве  ответчик  ФИО3 против доводов жалобы возражал.

    Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени месте слушания дела извещены надлежащим образом.  Заявитель представил  ходатайство об отложении  судебного заседания по причине временной нетрудоспособности, в подтверждение чего представил электронный листок нетрудоспособности.

   Ходатайство об отложении судебного заседания рассмотрено судом в соответствии со статьей 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В силу части 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными. При этом суд должен лишь убедиться, что в деле имеются данные о вручении лицу, участвующему в деле, извещения о времени и месте разбирательства дела. В остальном вопрос о необходимости отложения дела решается по усмотрению суда, исходя из конкретных обстоятельств дела. Обстоятельство, на которое ссылается истец, по мнению суда апелляционной инстанции, не исключает возможности  участвовать в судебном заседании представителя заявителя  - ФИО7, действующей по доверенности от  20.01.2021 сроком действия 3 года. При этом доказательств  отзыва указанной доверенности у представителя, либо наличия уважительных причин неявки последнего в заседание суда не представлено.  В связи с   чем  ходатайство заявителя  об отложении судебного заседания отклонено.

   Ранее в судебном заседании от  15.03.2021 заявитель доводы жалобы  поддерживал. 

   Ответчик  ФИО4 в отзыве от 23.02.2021  указала, что с жалобой не согласна. 

   В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие истца, ответчика (ФИО4) и третьих лиц по имеющимся доказательствам.

   Законность и обоснованность принятого по делу решения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

   Повторно рассмотрев дело, Первый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены судебного акта суда первой инстанции. 

   Установлено, что  15.12.1998  в качестве юридического лица  зарегистрировано ООО «КО «АКВА». Участниками  общества являлись ФИО3 и ФИО2,  владеющие  50% доли уставного капитала общества, каждый.

   15.07.2012 ФИО3 направил  в общество  и  участнику ФИО2  оферту о продаже, принадлежащей ему  доли.

   16.07.2012 ФИО2 отказался от покупки доли. Нотариусом Киржачского нотариального округа Владимирской области ФИО8 31.08.2012 засвидетельствована подлинность подписи на заявлении ФИО2 об отказе от преимущественного права покупки 50 % доли в уставном капитале ООО «КО «АКВА» стоимостью 8 000 руб. (реестровый номер 5-4367). Кроме того, решением общего собрания участников  общества, оформленного протоколом от 15.08.2012, ФИО3 дано согласие на продажу его доли в уставном капитале общества ФИО4

   В связи с этим 31.08.2012 между ФИО3 и ФИО4 был  заключен договор купли-продажи 50% доли в уставном капитале  ООО  «КО «АКВА»,  который  удостоверен нотариусом Киржачского нотариального округа Владимирской области ФИО8  31.08.2012 и внесен в реестр за №5-4369.

   29.11.2019  инспекцией Федеральной налоговой службы по Октябрьскому району г. Владимира   в ЕГРЮЛ внесены сведения о новом участнике  ООО «КО «АКВА» ФИО4 (ГРН 2193328333878 от 29.11.2019).

   По мнению истца, оспариваемая сделка совершены с нарушением требований статьи 10 и части  1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

   Отказывая в удовлетворении требований истца  со ссылкой на статьи  10, 168, 170 часть 1  Гражданского кодекса Российской Федерации о признании недействительным  договора купли-продажи доли в уставном капитале, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, предусмотренного частью 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиками, а также об отсутствии правовых оснований для  признания сделки недействительной по существу.

    С выводами суда апелляционная инстанция согласна.

    В части 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

    Таким образом, указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенным (неправомерным) и признаются злоупотреблением правом. При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

    Одновременно в части 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской                                         Федерации законодатель закрепил презумпцию добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений, это означает, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

    При этом доказывать недобросовестность или неразумность действий должен тот, кто с таким поведением связывает правовые последствия.

    Действия по заключению сделки могут быть признаны злоупотреблением правом, если будет установлено, что такая сделка направлена исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц. При этом исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной, исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

    Таким образом,  заявитель, требующий признать сделку ничтожной, как не соответствующую статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен доказать наличие у сторон сделки намерения причинить вред другому лицу. Между тем материалами дела не подтверждается наличие у ответчиков умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).      

    Ссылаясь на мнимость договора купли-продажи доли уставного капитала от  31.08.2012, истец утверждает, что данная сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, о чем свидетельствует внесение изменений в ЕГРЮЛ о составе участников лишь в 2019 году, а также то, что  в  этот период   ФИО3 осуществлял активное участие в хозяйственной деятельности общества и продолжает это делать в настоящее время, действуя по доверенности от  имени ФИО4,  которая не может являться участником общества в силу возраста, отсутствия знаний и навыков предпринимательской деятельности. 

   Согласно части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. При этом из правового смысла части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что существенной чертой мнимой сделки является то, что она совершается лишь для вида, стороны заранее знают, что она не будет исполнена.

   В соответствии с положениями главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации "Купля-продажа" основной обязанностью продавца по договору купли-продажи является передача товара. Принятие товара - одна из обязанностей покупателя. Применительно к обороту долей уставного капитала они передаются покупателю путем совершения продавцом действий, предусмотренных Федеральным законом "Об обществах с ограниченной ответственностью".

   Как следует из представленной копии договора купли-продажи доли от 31.08.2012, ФИО3 продал ФИО4 принадлежащие ему 50 % доли в уставном капитале ООО «КО «АКВА» по цене  8 000 руб.

   При этом  расчет между сторонами произведен полностью, что подтверждается  копией расписки от 31.08.2012 об исполнении ФИО4  обязательства  по оплате.

   В соответствии с пунктом 12 статьи 21 Федерального закона об обществах с ограниченной ответственностью (в редакции, действующей на дату заключения договора 2012 года) доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, либо в случаях, не требующих нотариального удостоверения, с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц соответствующих изменений на основании правоустанавливающих документов.

   Таким образом, бесспорно подтверждено, что вне зависимости  от внесения изменений о составе участников в ЕГРЮЛ, сделка по продаже доли уставного капитала общества не только совершена сторонами, но и исполнена в 2012 году. 

   Изложенное свидетельствует о том, что воля сторон при заключении оспариваемого договора была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из сделки купли-продажи, что исключает возможность квалифицировать названный договор купли-продажи, как мнимый и признать его недействительным на основании части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. При таких обстоятельствах ссылку заявителя на необходимость применения при разрешении спора положений статьи 170 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции считает ошибочной, поскольку она основана на неправильном толковании указанных положений Закона во взаимосвязи с фактическими обстоятельствами дела.

   Указание  заявителя на то, что   внесение изменений в ЕГРЮЛ о составе участников произведено  лишь в 2019 году, а также, что  в  этот период   ФИО3 осуществлял активное участие в хозяйственной деятельности общества и продолжает это делать в настоящее время, действуя по доверенности от  имени ФИО4 обоснованно не принято судом во внимание в силу следующего.

   Согласно части 14 статьи 21  корпоративного Закона,  после нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, нотариус, совершивший ее нотариальное удостоверение, в срок не позднее чем в течение трех дней со дня такого удостоверения совершает нотариальное действие по передаче в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявления о внесении соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц, подписанного участником

общества, отчуждающим долю или часть доли.

   Таким образом,  законодательством именно на нотариуса  возложена обязанность по уведомлению налогового органа  о переходе доли или части доли в уставном капитале  общества на основании  сделки,  удостоверенной в нотариальном порядке.  При этом в  пункте  14 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью рассмотрены  способы такого уведомления, а именно определено, что  заявление может быть направлено:

по почте с уведомлением о вручении; в соответствии с Федеральным законом «О государственной регистрации юридических  лиц и индивидуальных предпринимателей», непосредственно представлено в орган, осуществляющий государственную регистрацию; с использованием  факсимильной связи и иных технических средств, если такой порядок  передачи  определен уполномоченным  Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

   Однако изменения в ЕГРЮЛ в отношении состава участников общества и о переходе доли в уставном капитале общества не были внесены именно нотариусом.   В свою очередь, несоблюдение нотариусом обязанности по своевременному совершению нотариального действия по передаче в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, заявления о внесении соответствующих изменений в ЕГРЮЛ, подписанного участником общества, отчуждающим долю или часть доли, предусмотренной положениями пункта 14 статьи 21 Федерального закона N 14-ФЗ, а также нормами законодательства о нотариате, не является основанием для признания сделки недействительной, обстоятельства совершения или не совершения нотариусом указанных действий в предмет рассмотрения настоящего дела не входят.

   Доводы  апелляционной жалобы не опровергают  указанные выводы суда, а выражают лишь несогласие с ними, что не является основанием для отмены судебного акта.  Ссылка заявителя на  нарушение норм материального права  в виду  необоснованного применения судом срока исковой давности, также не принимается, исходя  из того, что  по существу оснований для удовлетворения иска  ФИО9 не имеется. 

   На основании изложенного Первый арбитражный апелляционный суд полагает, что основания для отмены решения Арбитражного суда  Владимирской области отсутствуют.  Судом правильно применены нормы материального права. Нарушений норм процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 частью 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основанием для безусловной отмены судебного акта, не допущено. 

   В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по жалобе относятся на заявителя.

   Руководствуясь статьями 110, 167, 176, 266, 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный  апелляционный суд                

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Владимирской  области от 16.12.2020 по делу № А11-230/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

    Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

    Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок.

Председательствующий                                                           Н.А. Насонова

Судьи                                                                                            Н.А. Назарова

                                                                                                       Т.С. Родина