ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 № 18АП-8104/2025, 18АП-8157/2025

Дело № А76-31393/2018

14 ноября 2025 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 14 ноября 2025 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Кожевниковой А.Г., судей Волковой И.В., Поздняковой Е.А.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ромадановой  

М.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  

Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области,  

ФИО1 на определение Арбитражного суда  

Челябинской области от 16.06.2025 по делу № А76-31393/2018. В судебное заседание явились представители: 

Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области –  

ФИО2 (доверенность от 29.10.2025, паспорт), Генрих Т.В.  

(доверенность от 28.01.2025, паспорт); 

ФИО1 – ФИО3 (доверенность от  

17.10.2024, паспорт). 

Определением суда от 11.12.2018 по заявлению уполномоченного органа Российской Федерации возбуждено производство по делу о банкротстве гражданина ФИО1.  

Решением суда от 23.12.2019 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим ФИО1 утвержден арбитражный управляющий ФИО4.  

В соответствии со ст. 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в связи с окончанием срока процедуры реализации имущества к рассмотрению в судебном заседании назначался отчет финансового управляющего о результатах проведения процедуры.  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 16.06.2025 (резолютивная часть от 10.06.2025) завершена процедура реализации имущества гражданина, ФИО1, ФИО1 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований  

кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением требования уполномоченного органа Российской Федерации в размере 14 408 924 руб. 63 коп., в том числе 8 635 531 руб. недоимки, 3 588 477 руб. 23 коп. пени и 2 184 916 руб. 40 коп. штрафов.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, Управление Федеральной налоговой службы по Челябинской области, ФИО1 обратились с самостоятельными апелляционными жалобами.  

В обосновании доводов своей апелляционной жалобы уполномоченный орган выражает несогласие с выводами суда первой инстанции в части, считает, что необходимо не применять правило освобождения ФИО1 от исполнения обязательств в виде задолженности перед уполномоченным органом в полном объеме в размере 27 363 732,93 руб., поскольку сознательные действия должника были направлены на получение необоснованной налоговой выгоды путем завышения вычетов по НДС и расходов по НДФЛ с помощью создания фиктивного документооборота с «номинальными» и подконтрольными должнику организациями. Именно противоправные действия ФИО1 повлекли возникновение задолженности на сумму перед уполномоченным органом в размере 27 363 732,93 руб., включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на вычет по НДС расходы по НДФЛ, с целью незаконной минимизации налоговых обязанностей, должник понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде не поступления налогов в бюджет. поведение должника, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды в виде неуплаты обязательных платежей в общей сумме 27 363 732,93 руб., по существу является недобросовестным поведением должника, что, по мнению уполномоченного органа, исключает применение к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств перед налоговым органом в полном объеме. Кроме того, в процедуре банкротства выявлено, что должником совершены сделки, с целью вывода ликвидного имущества, за счет которого могла быть погашена задолженность перед бюджетом. С учетом изложенного к ФИО1 в силу абзаца 3, 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве не подлежат применению правила об освобождении от исполнения обязательств перед уполномоченным органом в размере 27 363 732,93 рублей.  

В обосновании доводов апелляционной жалобы должник указывает на то, что судебный акт в части не освобождения должника ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед уполномоченным органом в размере 14 408 924 руб. 63 коп,. является незаконным и необоснованным, поскольку судом первой инстанции не было установлено необходимой совокупности обстоятельств совершения должником ФИО1 недобросовестных действий как до процедуры банкротства, так и во время процедуры банкротства. В то же время из представленных в материалы дела  

доказательств и содержания оспариваемого судебного акта усматривается, что в действиях должника ФИО1 признаков преднамеренного либо фиктивного банкротства не выявлено; в ходе процедуры банкротства не было установлено действий, направленных на не предоставление необходимые сведений или предоставление заведомо недостоверных сведений финансовому управляющему или арбитражному суду. Должник был открыт для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывал им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов, то есть фактов недобросовестного поведения в ходе процедуры банкротства не было установлено. Должник ФИО1 считает, что судом первой инстанции была дана неверная оценка данным обстоятельствам и поэтому он не был освобожден от дальнейшего исполнения обязательств перед уполномоченным органом.  

Определениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2025, апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 11.09.2025.  

До начала судебного заседания от уполномоченного органа и должника поступили доказательства направления апелляционных жалоб в адрес лиц, участвующих в деле, судом в порядке статьи 260 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) приобщены к материалам дела.  

Иных заявлений и ходатайств к дате судебного заседания не поступило. 

В соответствии с пунктом 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе в связи с необходимостью совершения иных процессуальных действий.  

Протокольным определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.09.2025 судебное заседание отложено на 18.09.2025.  

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.09.2025 судебное заседание отложено на 30.10.2025.  

В соответствии с п.2 ч.3 ст.18 АПК РФ и п.37 Регламента арбитражных судов Российской Федерации в составе суда произведена замена судей Румянцева А.А., Аникина И.А. в связи с нахождением в отпуске, судьями Волковой И.В., Поздняковой Е.А. После замены судей рассмотрение дела начинается с самого начала.  

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.  

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.  

К материалам дела в порядке статьи 268 АПК РФ приобщены поступившие во исполнение определения суда пояснения должника и уполномоченного органа.  

Лица, участвующие в судебном заседании выступили с позициями по доводам апелляционных жалоб.  

Законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, финансовый управляющий 05.09.2024 направил кредиторам отчет о своей деятельности.  

ФИО1 находился в браке с ФИО5 в период с 27.12.1985 по 26.02.2019.  

Финансовым управляющим направлены запросы в органы государственной власти с целью выявления имущества, имущественных прав должника для включения их в конкурсную массу.  

В конкурсную массу должника включено следующее имущество: 

- здание (жилой дом) 180 кв.м, кадастровый номер 7419:1202008:1476, Челябинская область, ФИО6 муниципальный район, п. Западный, микр. Заречный, ул. Южная, д.8;  

- земельный участок, 1026 кв.м., кадастровый номер 74:19:1202008:344, Челябинская область, р-н ФИО6, снт «Заречный» уч-к 214;  

- здание (нежилое здание) 60 кв.м., кадастровый номер 74:19:1202008:1477, Челябинская область, р-н ФИО6, сад Заречный;  

- жилое помещение 90.2 кв.м 74:360:512005:3256, 

<

...> (залог в пользу ПАО «Челиндбанк);  

- помещение (нежилое), кадастровый номер 74:36:0307002:785, 

<

...>;  

- земельный участок (для строительства жилого дома по индивидуальному проекту с офисными помещениями на 1-3 этажах), 727 кв.м., кадастровый номер 74:36:0512005:89, г. Челябинск, р-н Центральный, ул. Курчатова, общая долевая собственность: доля в праве общей долевой собственности пропорционально размеру общей площади квартиры № 28,  

- земельный участок, 727 кв.м., кадастровый номер 74:36:0512005:89, г. Челябинск, р-н Центральный, ул. Курчатова, общая долевая собственность: доля в праве общей долевой собственности пропорционально размеру общей площадь квартиры, кадастровый номер 74:36:0512005:3256,  

- земельный участок 5233 кв.м 74:36:0307002:102, общая долевая собственность: 73/1000, г. Челябинск, р-н Ленинский, пер. Бугурусланский,1,  

- земельный участок 163 кв.м., кадастровый номер 74:36:0512005:134, общая долевая собственность: доля в праве общей долевой собственности пропорционально размеру общей площади квартиры, кадастровый номер 74:36:0512005:3256, г. Челябинск, р-н Центральный, ул. Курчатова, д.25;  

- здание (нежилое) 17,5 кв.м., кадастровый номер 74:360000000:47832, собственность, 

<

...>;  

- земельный участок 23 кв.м. (для эксплуатации гаражей), кадастровый номер 74:36:0516002:1126, собственность, г. Челябинск, Центральный район, ул. Коммуны,  

- транспортное средство MERCEDES-BENZ GL500 4 MATIC, VIN: 

<

***>;  

- дебиторская задолженность (право требования ФИО1 к ФИО5 в размере 8 803 003 руб.);  

- 100 % доли участия в обществе с ограниченной ответственностью «Агросоюз» (ИНН 

<

***>).  

Определением от 24.04.2023 из конкурсной массы ФИО1 исключено недвижимое имущество, расположенное по адресу: п. Западный, мкр. Заречный, ул. Южная, д. хх: жилой дом площадью 180 кв.м. с кадастровым № 74:19:1202008:1476; нежилое помещение (бани) площадью 60 кв.м. с кадастровым № 74:19:1202008:1477; земельный участок площадью 1026 кв.м. с кадастровым № 74:19:1202008:344.  

По результатам проведенных финансовым управляющим торгов с победителями заключены договоры купли-продажи имущества на общую сумму 4 431 778 руб. 99 коп. Денежные средства поступили в конкурсную массу.  

Из отчета финансового управляющего следует, что в реестр требований кредиторов включены требования кредиторов в общем размере 31 736 974,97 руб. В ходе процедуры реализации произведено погашение требований кредиторов на сумму 4 107 313,67 руб.  

Финансовым управляющим проанализированы сделки должника, поданы заявления в арбитражный суд об их оспаривании, в результате применения последствий недействительности сделок в конкурсную массу должника возвращено имущество, взысканы денежные средства. Как следует из отчета финансового управляющего, причиной банкротства являлось принятие на себя непосильного финансового бремени.  

Финансовый управляющий провел анализ финансового состояния должника, на основании которого сделаны выводы: должник неплатежеспособен, восстановление платежеспособности невозможно, денежных средств достаточно для погашения судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему; при текущих доходах гражданина предоставить план реструктуризации долгов гражданина не представляется возможным. В связи с отсутствием имущества процедуру реализации имущества необходимо завершить.  

Из отчета следует, что дальнейшей возможности для расчетов с кредиторами ввиду отсутствия конкурсной массы, не имеется. При этом должник не зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, размер дохода не позволяет рассчитаться по всем кредитным обязательствам.  

Доказательств, свидетельствующих о наличии или возможном выявлении иного имущества должника, пополнении конкурсной массы и дальнейшей реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами в деле не имеется.  

Ссылаясь на названные выше обстоятельства, финансовый управляющий просил завершить процедуру реализации имущества должника.  

Поскольку материалами дела и фактическими обстоятельствами по делу установлено отсутствие у должника имущества, а также отсутствие возможности пополнения конкурсной массы должника для последующей реализации данного имущества с целью проведения расчетов с кредиторами, суд посчитал возможным завершить процедуру реализации имущества в отношении должника. В части завершения реализации имущества должника определение Арбитражного суда Челябинской области от 16.06.2025 не обжалуется.  

Освобождая ФИО1 от дальнейшего исполнения требование кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением требований, указанных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве, за исключением требования уполномоченного органа в размере 14 408 924,63 руб., судом первой инстанции указано, что поскольку доказательства умышленного совершения налоговых правонарушений в части, относящейся к пункту 1 статьи 122 НК РФ, в материалы дела не представлены, такие правонарушения могли быть обусловлены неосторожным выбором контрагентов, что не свидетельствует о намеренном уклонении от уплаты налогов, в связи с чем, арбитражный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для неприменения правила об освобождении от обязательств в отношении той задолженности, которая возникла в результате совершение правонарушения по неосторожности.  

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов апелляционных жалоб, пояснений на нее, заслушав должника, представителя уполномоченного органа в судебном заседании, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд находит основания для удовлетворения апелляционной жалобы уполномоченного органа, в силу следующего.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, Определением от 10.09.2019 в реестр требований кредиторов ФИО1 включено требование уполномоченного органа Российской Федерации в размере 26 478 963 руб. 03 коп., в том числе:  

- задолженность в сумме 12 157 267 руб. во вторую очередь; 

- задолженность в сумме 14 321 696 руб. 03 коп., в том числе 3 991 178 руб. 15 коп. – недоимка, 6 642 308 руб. 48 коп. – пени, 3 688 209 руб. 40 коп. – штраф в третью очередь.  

Требование основано на результатах выездной налоговой проверки в отношении ФИО1, отраженных в решении инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Челябинска от 15.12.2017 № 30/16 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и Решении управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области от 26.03.2018 № 16-07/001591.  

В рамках мероприятий налогового контроля установлено, что ФИО1 с 08.12.1999 был зарегистрирован в качестве индивидуального  

предпринимателя, заявленные виды деятельности: оптовая торговля пищевыми маслами и жирами. Фактически в проверяемый период индивидуальный предприниматель ФИО1 осуществлял оптовую торговлю мясом, мясом птицы, пищевыми маслами и жирами, реализуя указанную продукцию преимущественно ООО «Компания «АгроСоюз» (ФИО1 в спорный период являлся учредителем) для дальнейшей реализации покупателям.  

В результате мероприятий налогового контроля было установлено получение индивидуальным предпринимателем ФИО1 необоснованной налоговой выгоды путем завышения вычетов по налогу на добавленную стоимость и расходов по налогу на доходы физических лиц при приобретении товара у «номинальной» организации ООО «Нова-Опт», путем включения в цепочку контрагентов между сельхозпроизводителями (не являющимися плательщиками НДС) подконтрольной организации ООО «УралТорг», а также предоставление счетов-фактур и иных документов, содержащих недостоверные сведения, неполного включения в книги покупок и продаж, книги учета доходов и расходов стоимости реализуемых товаров (работ, услуг).  

Должник оспаривал результаты выездной налоговой проверки. 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 19.11.2018 по делу № А76-11667/2018, оставленным без изменения постановлениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2019 и Арбитражного суда Уральского округа от 03.06.2019 в удовлетворении заявления отказано. Арбитражные суды пришли к выводу о фиктивности хозяйственных операций налогоплательщика, направленность действий на получение им необоснованной налоговой выгоды в виде возмещения НДС из бюджета и, как следствие, о неправомерном предъявлении заявителем к вычету НДС по документам с ООО «Нова-Опт» и «УралТорг» в заявленной сумме. В части остальных контрагентов НДС доначислен в связи с непредставлением первичных документов.  

Как видно из представленных налоговым органов документов в обоснование требования о включении в реестр задолженности, ФИО1 привлечен к ответственности как на основании пункта 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (неумышленная неуплата налогов), так и пункта 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (умышленная неуплата налогов).  

Суд вправе отказать в применении положений четвертого абзаца пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве в том случае, если будет установлено, что нарушение, выразившееся в неуплате физическим лицом налогов и (или) сборов, совершено вследствие добросовестного заблуждения.  

Бремя доказывания соответствующих обстоятельств лежит на должнике (статья 65 АПК РФ).  

Согласно отчету финансового управляющего ФИО4 о результатах процедуры реализации имущества гражданина В.Н. по состоянию на 05.09.2024 в реестр требований кредиторов должника включено 2 кредитора на общую  

сумму 31 736 974,97 руб., в том числе требования, обеспеченные залогом, 3 522 375,01 руб.:  

- ФНС России в размере 28 014 599,96 руб. (во вторую очередь -12 157 267 руб., в третью очередь - 15 857 332,96 руб., в том числе основной долг -4 069 663,63 руб., пени, штрафы - 11 787 669,33 руб.), частичного погашены в размере 650 867,03 руб. (5,35%);  

- ФИО7 (определением суда произведена замена кредитора ПАО «Челиндбанк» на его правопреемника - ФИО7) в размере 3 522 375,01 руб. (требования, обеспеченные залогом), частичного погашены в размере 3 456 466,61 руб. (98,13%).  

По состоянию на 05.09.2024 согласно отчету финансового управляющего все мероприятия в рамках процедуры банкротства гражданина ФИО1 выполнены, иные мероприятия по пополнению конкурсной массы должника, и как следствие, по удовлетворению требований кредиторов отсутствуют.  

Таким образом, требования уполномоченного органа в размере 27 363 732,93 руб. остались непогашенными.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, налоговым органом проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, по результатам которой составлен акт выездной налоговой проверки от 25.10.2017 № 28 и вынесено решение от 15.12.2017 № 30/16 о привлечении ИП ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения, в резолютивной части которого налогоплательщик привлечен к ответственности:  

- по пункту 3 статьи 122 НК РФ за неуплату НДС за 1 - 4 кварталы 2013 года, 1 - 4 кварталы 2014 года, 1- 4 кварталы 2015 года в результате занижения налоговой базы в виде штрафа в размере 2 569 231,12 руб.;  

- по пункту 3 статьи 122 НК РФ за неуплату НДФЛ за 2013-2015 гг. в результате занижения налоговой базы в виде штрафа в размере 9 448 138,40 руб.;  

- по пункту 1 статьи 126 НК РФ за непредставление документов по требованию в виде штрафа в размере 78 600 руб.  

Кроме того, предпринимателю также начислены: 

- НДС за 1 - 4 кварталы 2013 года, 1 - 4 кварталы 2014 года, 1- 4 кварталы 2015 года в общей сумме 26 245 493 руб., пени по НДС в сумме 10 784 007,08 руб.;  

- НДФЛ за 2013-2015 гг. в сумме 23 620 346 руб., пени по НДФЛ в сумме 6 417 135,04 руб.  

Решением УФНС России по Челябинской области от 26.03.2018 № 16-07/001591@, вынесенным по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика, решение инспекции изменено путем отмены в части начисления НДС в сумме 21 984 490 руб., пени по НДС в сумме 9 017 373,71 руб., штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ за неуплату НДС в размере 2 462 049,52 руб., начисления НДФЛ в сумме 11 527 998 руб., пени по НДФЛ в сумме 2 420 450,51 руб., штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ за неуплату НДФЛ в  

размере 5 937 210,60 руб., штрафа по пункту 1 статьи 126 НК РФ за непредставление документов по требованию в размере 8 600 руб., в остальной части решение инспекции утверждено.  

ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительным решения ИФНС России по Центральному району г. Челябинска от 15.12.2017 № 30/16 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 19.11.2018 (резолютивная часть от 12.11.2018) по делу № А76-11667/2018 (оставленным без изменения Постановлением Восемнадцатого Арбитражного суда от 19.02.2019 и Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 03.06.2019) в удовлетворении требований заявителя отказано.  

Определениями от 10.09.2019, 12.02.2020 требования уполномоченного органа включены в реестр требований кредиторов должника в размере 28 014 599,96 руб. (с учетом частичного погашения - 27 363 732,93 руб.), в том числе во вторую очередь -12 157 267 руб. (частично погашено в размере 650 867,03 руб.), в третью очередь -15 857 332,96 руб., в том числе основной долг - 4 069 663,63 руб., пени, штрафы -11 787 669,33 руб.  

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.  

Освобождение гражданина от обязательств не допускается, в частности, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество (абзац 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).  

В силу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве гражданин не подлежит освобождению от исполнения обязательства перед налоговым органом, если при возникновении или исполнении обязательства, на котором данный орган основывал свое требование, гражданин действовал незаконно, в том числе уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица.  

Из вышеуказанного следует, что не только уклонение от уплаты налога, но и иные незаконные действия гражданина при возникновении и исполнении им обязанностей налогоплательщика могут быть препятствием для применения правил об освобождении от требования налогового органа.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как  

добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.  

Таким образом, законодатель предусмотрел механизм освобождения гражданина, признанного банкротом, от обязательств, одним из элементов которого является добросовестность поведения гражданина, в целях недопущения злоупотребления в применении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств как результата банкротства.  

Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 ГК РФ, статья 45 Налогового кодекса Российской Федерации и т.д.).  

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.  

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.  

Термин уклонение от уплаты налога раскрыт в части 1 статьи 198 УК РФ и в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 48 «О практике применения судами законодательства об ответственности за налоговые преступления» через перечисление способов уклонения от уплаты налогов – это действия, состоящие в умышленном включении в налоговую декларацию (расчет) или иные документы, представление которых в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах является обязательным, заведомо ложных  

сведений, либо бездействие, выражающееся в умышленном непредставлении налоговой декларации (расчета) или иных указанных документов.  

Следовательно, привлечение гражданина к ответственности за совершение налогового правонарушения может быть препятствием для освобождения должника от исполнения требования налогового органа об уплате обязательных платежей, если это правонарушение совершено умышленно и связано с возникновением и исполнением данного требования. При этом основание привлечения к налоговой ответственности - по пункту 1 или 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации - не является определяющим для решения данного вопроса.  

Материалами дела о банкротстве гражданина ФИО1 подтверждено, что требования уполномоченного органа на сумму 27 363 732,93 руб. (основной долг - 15 576 063,60 руб. (в том числе вторая очередь реестра требований кредиторов -11506 399,97 руб.), пени, штрафы - 11787 669,33 руб.) включены в реестр требований кредиторов.  

Данные требования обусловлены привлечением должника к ответственности за совершение налогового правонарушения решением от 15.12.2017 № 30/16 вынесенным налоговым органом по результатам выездной налоговой проверки.  

Изучив и проанализировав материалы налоговой проверки, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что сознательные действия должника были направлены на получение необоснованной налоговой выгоды путем завышения вычетов по НДС и расходов по НДФЛ с помощью создания фиктивного документооборота с «номинальными» и подконтрольными должнику организациями .  

Именно противоправные действия ФИО1 повлекли возникновение задолженности перед уполномоченным органом, включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагентов, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на вычет по НДС расходы по НДФЛ, с целью незаконной минимизации налоговых обязанностей, должник понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде не поступления налогов в бюджет.  

Кроме того, должником в рамках проведения выездной налоговой проверки не в полном объеме представлены документы по требованию налогового органа, за что ИП ФИО1 был привлечен к ответственности по пункту 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа в размере 78 600 руб., а также неоднократно представлялись различные варианты первичной документации (в том числе книги покупок, счета-фактуры и т.д.)., что также подтверждает доводы уполномоченного органа о недобросовестном поведении должника.  

Кроме того, ИП ФИО1 в ходе судебного разбирательства по проверке обоснованности решения налогового органа представлялись счета- фактуры, которые не были представлены налоговому органу в ходе проверки,  

при сравнении счетов-фактур, представленных суду с реквизитами, отраженными в книгах покупок ИП ФИО1, судом установлены расхождения данных, в отношении которых должником не представлено суду соответствующих пояснений, а также дополнительных листов к указанным книгам покупок, корректирующих налоговые обязательства в соответствии с представленными в материалы настоящего дела счетами-фактурами.  

Указанные обстоятельства также являются доказательствами противоправных (незаконных) действий должника при возникновении и исполнении им обязанностей налогоплательщика, совершенных умышленно и которые, в том числе, могут быть препятствием для применения правил об освобождении от требования налогового органа.  

Должником не представлено каких-либо доказательств в опровержение доводов налогового органа о том, что сознательные действия должника были направлены на получение необоснованной налоговой выгоды и повлекли возникновение задолженности перед бюджетом.  

Довод должника о том, что при решении вопроса об освобождении должника от исполнения обязательств перед бюджетом, следует руководствоваться квалификацией, указанной в статьях 122 НК РФ, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку в силу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве гражданин не подлежит освобождению от исполнения обязательства перед налоговым органом, если при возникновении или исполнении обязательства, на котором данный орган основывал свое требование, гражданин действовал незаконно, в том числе уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица.  

Материалами дела, в том числе, решением налогового органа № 30/16 от 15.12.2017, подтверждается незаконность действий (бездействий) ФИО1 при возникновении обязательства, на основании которого уполномоченный орган предъявил требование в деле о банкротстве, а также их направленность на получение необоснованной налоговой выгоды.  

Как было указано выше, суд вправе отказать в применении положений абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве в том случае, если будет установлено, что нарушение выразившееся в неуплате физическим лицом налогов и (или) сборов, совершено вследствие добросовестного заблуждения.  

Бремя доказывания соответствующих обстоятельств лежит на должнике (статья 65 АПК РФ).  

Доказательства неисполнения должником обязанности по уплате налогов вследствие добросовестного заблуждения в материалы дела не представлены.  

Таким образом, поведение должника, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды в виде неуплаты обязательных платежей , по существу является недобросовестным поведением должника, что, исключает применение к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств перед налоговым органом в полном объеме.  

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлен перечень признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих  

возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.  

К числу таких признаков абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве относит непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве. В процедурах банкротства на гражданина-должника возлагаются обязательства по предоставлению информации о его финансовом положении, в том числе сведений об источниках доходов (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве).  

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.  

 Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.  

Суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве лишь в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на самом должнике (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Как следует из материалов дела, в рассматриваемом случае ФИО1 уклонялся от представления финансовому управляющему информации, а также имущества в полном объеме (в том числе информации и документов по отчуждению им и его супруги имущества, банковской информации и иной), что привело к затягиванию процедуры банкротства и создавало препятствия финансовому управляющему по проведению мероприятий по пополнению конкурсной массы должника (в том числе посредством оспаривания сделок).  

 В связи, с чем финансовому управляющему неоднократно приходилось обращаться в суд с ходатайствами об истребовании доказательств (определения суда от 16.03.2020, 30.07.2020, 07.08.2020, 21.08.2020, 05.10.2020, 29.06.2021, 09.07.2021, 12.08.2021, 14.09.2021).  

Кроме того, в рамках обособленных споров по рассмотрению заявлений финансового управляющего ФИО4 о признании недействительными сделками договоров купли – продажи транспортных средств должника было установлено следующее:  

1) в рамках обособленного спора по рассмотрению заявления финансового управляющего о признании недействительной сделкой договора купли-продажи автомобиля от 15.12.2018, заключенного между ФИО1 и ФИО8 (определение от 05.04.2021), было установлено, что:  

- ответчик (ФИО8) оспариваемый договор купли-продажи не подписывал, содержащаяся в договоре купли-продажи от 15.12.2017 подпись, якобы совершенная ответчиком, визуально существенно отличается от подписи последнего, содержащейся в представленных в суд процессуальных документах, оригинале договора купли-продажи от 06.02.2018, от 14.04.2019, расписке в получении денежных средств от 14.04.2019 (документы представленны в качестве свободных образцов подписи ФИО8 для производства экспертизы);  

- ФИО8 от ФИО1 автомобиль не получал, лично с должником не знаком;  

 - какие-либо достоверные доказательства отчуждения спорного автомобиля в пользу ФИО8, а также принятия ФИО8 спорного автомобиля от ФИО1, оплаты по договору купли-продажи в материалах дела отсутствуют;  

- согласно информации, размещенной на официальном сайте Госавтоинспекции, в отношении спорного автомобиля, данное транспортное средство снято с регистрационного учета 16.01.2018;  

- согласно акту приема-передачи автомобиля от 09.11.2020 ФИО1 передал финансовому управляющему ФИО4 спорный автомобиль MERCEDESBENZ GL 500 4 MATIC.  

При этом все это время спорный автомобиль находился в фактическом владении и собственности ФИО1 до момента его передачи финансовому управляющему ФИО4  

2) в рамках обособленного спора по рассмотрению заявления финансового управляющего о признании недействительной сделкой договора купли-продажи автомобиля от 11.04.2018, заключенного между ФИО1 и ФИО9 (определение от 05.05.2022), было установлено, что:  

- относительно цели причинения вреда - на момент отчуждения автомобиля у должника имелась непогашенная задолженность по обязательным платежам (решение налогового органа от 15.12.2017 № 30/16 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, определением от 10.09.2019 в реестр требований кредиторов включено требование уполномоченного органа в размере 26 478 963,03 руб.), о которой должнику было достоверно известно;  

 - арбитражным судом установлено, что длительное время после отчуждения автомобиля сам должник и его дети сохраняли возможность его использовать;  

- осведомленность покупателя о наличии у должника цели не допустить обращения взыскания на автомобиль, сохранив при этом возможность пользоваться автомобилем, следует из обстоятельств совершения сделки (предоставление права управления автомобилем должнику и его детям в течение не менее 2 лет после приобретения транспортного средств, заключение договора купли-продажи по очевидно заниженной цене).  

Кроме того, во исполнение определения от 05.05.2022 ФИО9 передала, а финансовый управляющий ФИО4 принял оспариваемое  

транспортное средство. При этом согласно акту приема-передачи транспортного средства от 01.08.2022 ФИО9 передала транспортное средство с существенными дефектами (в том числе отсутствует двигатель, аккумулятор), финансовым управляющим установлено, что спорный автомобиль разукомплектован, что значительно ухудшило его техническое состояние, следовательно, полное восстановление имущественных потерь должника за счет возврата в конкурсную массу лишь части автомобиля в натуре невозможно.  

В связи с чем, определением от 30.11.2022 удовлетворено ходатайство финансового управляющего, изменен способ исполнения определения от 05.05.2022 на взыскание с ФИО9 в пользу ФИО1 332 500 рублей.  

Таким образом, должник умышленно скрыл информацию от финансового управляющего о фактическом нахождении спорного транспортного средства, а также предпринял меры по совершению мнимой сделки по отчуждению принадлежащего ему транспортного средства с целью недопущения включения данного имущества в состав конкурсной массы. И тот факт, что спорное транспортное средство все-таки было передано должником финансовому управляющему, не может характеризовать поведение должника как добросовестное.  

 Кроме того, по результатам рассмотрения обособленных споров в рамках дела о банкротстве гражданина ФИО1 по заявлениям финансового управляющего о признании недействительными сделок по отчуждению совместно нажитого имущества с ФИО5 (бывшей супруги должника) определениями от 04.04.2022, 04.08.2022 взыскано в пользу ФИО1 9 818 000 руб. компенсации доли в имуществе супругов.  

При этом только 03.10.2022 решением Сосновского районного суда Челябинской области (дело № 2-1744/2022) произведен раздел совместно нажитого супругами Р-выми имущества, а также взыскано с ФИО1 в пользу ФИО5 911 500 руб. и 35 257,50 руб. Вместе с тем взыскать дебиторскую задолженность ФИО5 в рамках процедуры банкротства должника не представилось возможным. В связи, с чем указанная дебиторская задолженность была реализована посредством проведения торгов за 90 000 руб. при номинальной стоимости 8 871 242,50 руб.  

Сделки с совместно нажитым имуществом заключаются с согласия обоих супругов. Предполагается, что один из супругов, совершая сделку по распоряжению общим имуществом, действует с согласия другого супруга. Однако для некоторых сделок требуется нотариально удостоверенное согласие супруга. К таким сделкам относятся сделки по распоряжению совместно нажитым имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации. Например, сделки по отчуждению недвижимого имущества, как в случае с отчуждением имущества ФИО5  

Следовательно, для того, чтобы совершить сделку, то есть провести государственную регистрацию перехода права собственности, по реализации  

совместно нажитого имущества ФИО5 должна была получить согласие супруга ФИО1  

 Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что супругами Р-выми был осуществлен вывод совместно нажитого имущества, имущество выбыло, денежные средства не поступили (ни от реализации совместно нажитого имущества, ни от ФИО5), что, в свою очередь, привело к нарушению интересов конкурсных кредиторов ФИО1  

 С учетом изложенного к ФИО1, уклонившемуся от представления финансовому управляющему, кредиторам и суду необходимых сведений, а также препятствовавшему мероприятиям процедуры банкротства и наиболее полного удовлетворения требований кредиторов, также в силу абзаца третьего пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве не подлежат применению правила об освобождении от исполнения обязательств в размере 27 363 732,93 руб.  

Таким образом, с учетом изложенного к ФИО1 в силу абзаца 3, 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве не подлежат применению правила об освобождении от исполнения обязательств перед уполномоченным органом в размере 27 363 732,93 рублей.  

При изложенных обстоятельствах определение Арбитражного суда Челябинской области от 16.06.2025 по делу № А76-31393/2018 подлежит отмене на основании п. 1 ч. 1 ст. 270 АПК РФ с не применением в отношении должника правила об освобождения от исполнения обязательств перед уполномоченным органом.  

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 16.06.2025 по делу № А76-31393/2018 отменить, апелляционную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области – удовлетворить.  

Изложить пункт второй резолютивной части определения Арбитражного суда Челябинской области от 16.06.2025 в следующей редакции:  

«Освободить ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина, за исключением требований, указанных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», и за исключением требования Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области в размере 27 363 732,93 руб.».  

Апелляционную жалобу ФИО1 – оставить без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья А.Г. Кожевникова 

Судьи И.В. Волкова 

 Е.А. Позднякова