АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А75-23174/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 03 апреля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Шаровой Н.А.,

судей                                                         Бедериной М.Ю.,

ФИО1 -

при ведении судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 (далее – управляющий) на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 11.09.2022 (судья Кузнецова Е.А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2022 (судьи Горбунова Е.А., Зорина О.В., Котляров Н.Е.) по делу № А75-23174/2019 о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Инга» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – общество «Инга», должник), принятые по заявлению управляющего к ФИО3 о признании недействительными сделками положений трудового договора от 29.11.2016 № 47/16 (пункты 4.1, 4.8 в редакции дополнительного соглашения от 03.07.2017), положений трудового договора от 08.10.2020 № 523 (пункт 4.1), применении последствий недействительности сделок.

В заседании приняли участие: ФИО4 – представитель управляющего по доверенности от 17.01.2023; ФИО5 – представитель ФИО3 по доверенности от 25.11.2021.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника управляющий обратился с заявлением, утончённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), об оспаривании сделок (положений трудовых договоров) должника с ФИО3 (далее также – ответчик, работник), с ходатайством о проведении судебной экспертизы на предмет оценки соразмерности заработной платы, установленной оспариваемыми трудовыми договорами условиям рынка.

Определением суда от 11.09.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 18.11.2022, в удовлетворении заявления, ходатайства отказано.

В кассационной жалобе управляющий просит указанные определение и постановление отменить, принять новый судебный акт, признать недействительными положения заключённых между должником и ответчиком трудовых договоров:

от 29.11.2016 № 47/16 – пункт 4.1, устанавливающий заработную плату в размере 450 000 руб., в части суммы, превышающей 204 448 руб. в 2016 году, 274 259 руб. в 2017 году; пункт 4.8 в редакции дополнительного соглашения от 03.07.2017 № 3, устанавливающий премию в размере 506 520 руб., в части суммы, превышающей 308 706 руб.;

от 08.10.2020 № 523 - пункт 4.1, устанавливающий заработную плату в размере 762 375 руб., в части суммы, превышающей 379 079 руб.

В порядке применения последствий недействительности сделок взыскать с ФИО3 денежные средства в размере 6 206 507,67 руб.;

Взыскать с ФИО3 в пользу должника расходы на оплату государственной пошлины в размере 12 000 руб.

В обоснование кассационной жалобы управляющий сослался на следующее: заключением специалиста от 11.04.2022 № 02-03/22/0059-4 подтверждается завышение заработной платы работника; признаки неплатёжеспособности или недостаточности имущества на момент совершения спорных сделок подтверждаются не только наличием задолженности перед кредиторами, чьи требования в последствии были включены в реестр требований кредиторов должника, но и заключением специалиста от 14.03.2022 № 0198/ОЦ/22 (установлена недостаточность имущества и неплатёжеспособность должника на 31.12.2014), перепиской ФИО3 с контрагентами о неудовлетворительном финансовом состоянии должника, перепиской (13.12.2016) с публичным акционерным обществом Банком «Финансовая Корпорация Открытие» о недостижении должником согласованных в кредитных договорах показателей добычи нефти, при этом оплата суммы долга перед одним кредитором (например, 40 554 073,63 руб. перед Компанией «Халлибуртон Интернэшнл ГмбХ») неизбежно повлекла бы за собой невозможность исполнить обязательства перед иными контрагентами (в том числе, публичное акционерное общество Национального банка «Траст», далее – Банк «Траст»), что свидетельствует об осведомлённости ответчика о неплатёжеспособности должника на момент совершения спорных сделок.

В приобщённом к материалам дела в порядке статьи 279 АПК РФ отзыве ФИО3 просит в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Представитель управляющего в судебном заседании поддержал доводы, изложенные кассационной жалобе. Представитель ответчика возражал против её удовлетворения.

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в обособленном споре лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 АПК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество с ограниченной ответственностью «Руспетро» (далее – общество «Руспетро») является единственным акционером у общества «Инга»; также общество «Руспетро» являлось единственным акционером и управляющей организацией для акционерного общества «Транс-ойл». Указанные три компании составляли холдинг RUSPETRO во главе с обществом «Руспетро».

Обществу «Руспетро» на основании договора от 09.11.2017 переданы полномочия единоличного исполнительного органа общества «Инга». Общество «Руспетро» и общество «Инга» имели единую систему электронного документооборота и общую совместную лицензию 1С - бухгалтерия, общую серверную инфраструктуру хранения и обработки данных.

Определением суда от 18.03.2020 по делу № А40-45383/2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Руспетро».

Определением суда от 13.12.2019 возбуждено производство по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) общества «Инга».

Определением суда от 14.02.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения; решением суда от 14.10.2020 общество «Инга» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО2

Указывав на то, что заключение трудовых договоров и их исполнение в виде выплат ответчику направлены на вывод активов должника, размер заработной платы является завышенным, управляющий, ссылаясь на положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, полагая необходимым применить последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу излишне полученных ответчиком на основании оспариваемых условий трудовых договоров выплат.

Отказывая в удовлетворении требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из недоказанности причинения оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов должника посредством завышения размера заработной платы ответчика и прочих выплат, наличия у должника на даты совершения спорных сделок признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества и осведомлённости ответчика об этом.

Суд округа принял во внимание следующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Признаками подозрительной сделки являются её направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки, осведомлённость другой стороны сделки об указанной противоправной цели.

При разрешении подобных споров суду в том числе следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно.

В абзаце четвёртом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Отсутствие у должника формальных признаков неплатёжеспособности не исключает возможности признания оспариваемой сделки недействительной, как совершённой со злоупотреблением правом.

В отношении трудового договора от 29.11.2016 № 47/16 - оспариваемое соглашение (от 03.07.2017) и выплаты (с декабря 2016 года по декабрь 2017 года) заключено и осуществлены ранее одного года, но в пределах трёх лет до возбуждения дела и банкротстве должника, что требует доказывания осведомлённости ответчика о признаках неплатёжеспособности, недостаточности имущества должника, либо цели причинения вреда без использования указанных презумпций, либо ничтожности сделок по основаниям нарушения правил статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) или иным.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от неё по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Уровень оплаты труда (по совместительству в качестве коммерческого директора в обособленном подразделении город Москва) и разных выплат в пользу ответчика является неординарно высоким (за год трудовых отношений с должником ответчик получил от него сумму более 9 млн. руб.).

Судами дана оценка не всем представленным управляющим доказательствам наличия с 2014 года у должника признаков неплатёжеспособности, недостаточности имущества, в частности, указанным в кассационной жалобе, поэтому отклонение его соответствующих доводов не может быть признано мотивированным.

Основным местом работы ФИО3 на дату заключения трудового договора с должником являлось общество «Руспетро» в должности коммерческого директора в соответствии с трудовым договором от 16.01.2015 № 257, в этой связи не установлены функциональные обязанности и особенности труда ответчика в рамках оспариваемого трудового договора с учётом его занятости и характера выполняемых функций по основному месту работы.

При решении вопроса об осведомлённости ответчика о финансовом положении должника и постановке вывода об отсутствии у должника признаков неплатёжеспособности не оценена деловая переписка должника с кредитными организациями, отчётность группы компаний, в которую входит должник, публикации в СМИ, причины кредитования в Банке «Траст».

Более того, трудовым договором от 29.11.2016 № 47/16 в редакции дополнительного соглашения от 03.07.2017 № 3 работнику предусматривались выплаты по мотиву банкротства должника, смены собственников, невыполнения кредитных обязательств должника, в частности: премия за первое полугодие 2017 года в размере 506 520 руб.; дополнительное выходное пособие в размере 1 350 000 руб.

При этом судами не установлены основания и критерии конкретного уровня (12,5% от годовой заработной платы) поощрительных выплат по результатам хозяйственной деятельности должника за полугодие (пункт 4.3 трудового договора в редакции дополнительного соглашения от 15.05.2017 № 2) до подведения финансовых итогов хозяйственной деятельности организации за соответствующий период.

Равно не дана оценка установлению ещё до увольнения работника выходных пособий и их размера без определения оснований (экономические показатели, личные достижения ответчика как работника или конкретные положения локальных актов работодателя).

Установление таких условий (без их обоснования особыми качествами работника и условиями его труда) создаёт существенные сомнения в незаинтересованности и, соответственно, неосведомлённости работника о действительном положении работодателя, не разрешённые судами двух инстанций.

Из материалов дела не следует и ответчиком не раскрыты существо выполняемых им трудовых функций, обстоятельства повышения сложности выполняемой работы, квалификации, качественного или количественного увеличения функциональных обязанностей или иные причины принятия решений об уровне оплаты труда и поощрительных и компенсационных выплат, не учтено обстоятельство совместительства с основным местом работы в аффилированной с должником организации; соответствующие доказательства судами не истребованы, в предмет исследования не включены.

Не установлены условия занятости ответчика на основной работе как одного из критериев соразмерности оспариваемых выплат ему как совместителю.

Положения локальных актов должника как работодателя с индивидуальными условиями выплат, установленных оспариваемыми положениями, на предмет отсутствия дублировании выплат по одним и тем же фактическим основаниям, не сопоставлялись.

Указанные обстоятельства имеют существенное значение для правовой квалификации спорных сделок, повлёкших неординарно высокий уровень выплат ответчику, с целью проверки по правилам статей 10, 168 ГК РФ.

При этом в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплены презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной, в том числе относительно наличия у должника признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества.

Однако сама по себе недоказанность этих признаков (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и без использования презумпций, на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ). Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).

Управляющий сослался на совокупность доказательств, на первый взгляд (prima facie) свидетельствующих о причинении вреда.

Суд первой инстанции, принимая возражения ответчика, дважды отклонил ходатайство управляющего о назначении судебной экспертизы по вопросу о правомерном уровне оплаты труда.

В свою очередь, отказывая в признании относимым доказательством соответствующего заключения от 14.03.2022 № 0198/ОЦ/22, составленного специалистом по заказу управляющего, в качестве причины суд привёл только обобщённые возражения ответчика, не указав конкретные факты, положенные в основу заключения, но исключающие отношение выводов специалиста к должности, функциональным обязанностям, степени занятости ответчика.

Лица, устанавливающие условия оплаты труда, поощрительных и компенсационных выплат, не лишены возможности привести экономическое обоснование своих решений.

Вывод суда первой инстанции о недоказанности управляющим несоответствия ответчика занимаемой должности, и, напротив, о том, что его ценность как сотрудника и польза, приносимая компании, соответствовали уровню оплаты, сделан при неправильном распределении бремени доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора.

Именно лицо, претендующее на экстраординарно высокий размер оплаты труда поощрительных и компенсационных выплат, и имеющее возможность обосновать своё право на это, несёт соответствующее бремя.

В данном случае ответчик не относится к категории рядовых работников, и, исходя из его должности, предположительно имеет отношение к принятию значимых для должника решений.

В целом выводы судов о праве работника на оспариваемые условия оплаты трудане основаны на оценке доказательств уровня образования, опыта ответчика, его уникальности как специалиста на имевшемся рынке труда по соответствующей специальности, оценке фактических условий труда и его результатов для должника.

В связи с этим доводы управляющего о несоразмерности выплат, установленных оспариваемыми положениями трудового договора, и предоставленные им подтверждающие доказательства отклонены без истребования и оценки контрдоказательств ошибочно.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и другие).

Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы, что предполагает активную роль арбитражного суда как организатора процесса.

Освобождение ответчика от доказывания обстоятельств своей добросовестности и причин оспариваемого уровня оплаты труда, поощрительных и компенсационных выплат привели к неполноте установления и оценки обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора.

Учитывая, что в предмет доказывания по требованию управляющего об оспаривании положений трудового договора от 08.10.2020 № 523 входит только критерий неравноценности (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку ФИО3 принимался на работу на условиях внешнего совместительства в кризисный для должника период (за несколько дней до открытия конкурсного производства), вопрос о соразмерности выплаченной заработной платы за период около двух месяцев (с октября по ноябрь 2020 года) в общей сумме 3 322 238,38 руб. возложенным на работника обязанностям и условиям, также рассмотрен судами с нарушением правил о распределении бремени доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора, в частности на ответчика не возложена обязанность по раскрытию существа выполняемых им трудовых функций, обстоятельства повышения сложности выполняемой работы, квалификации, качественного или количественного увеличения функциональных обязанностей или иные причины принятия решений об уровне оплаты труда и поощрительных и компенсационных выплат, соответствующие доказательства судами не истребованы, в предмет исследования не включены.

Доводы ответчика об уровне оплаты труда работников, принятых управляющим после открытия конкурсного производства, отклоняются как являющиеся новыми, отношение их к существу спора не обосновано.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», дело может быть направлено на новое рассмотрение на основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ, если для разрешения спора и применения норм права требуется установление нижестоящими судами обстоятельств, которые ранее судами не устанавливались, и между сторонами существует спор, имели ли место данные обстоятельства.

Управляющий обязан обосновывать и изложить в процессуальном заявлении подробно расчёт требования, включающий указание на назначение и основания спорных выплат (положения оспариваемых соглашений или локальных актов работодателя), периоды, суммы выплат, указать подтверждающие доказательства.

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует предложить сторонам (с учётом отмеченного распределения бремени доказывания) представить в систематизированном виде дополнительные доказательства, отвечающие критериям относимости и допустимости, в том числе обосновывающие расчёт и контррасчёт справедливого размера оплаты труда и выплат, и, соответственно, реституционного обязательства (при доказанности оснований недействительности сделки); оценить представленные доводы и доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные отношения, распределить расходы на уплату государственной пошлины.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 11.09.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2022 по делу № А75-23174/2019 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   Н.А. Шарова

 

Судьи                                                                                                                 М.Ю. Бедерина

 

ФИО1