1137/2024-72840(1) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12 

адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-9945/2024

Дело № А40-112291/23

город Москва

22 марта 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2024 года  Полный текст постановления изготовлен 22 марта 2024 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Гузеевой О.С., судей: Валиева В.Р., Веклича Б.С., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  АО "СИЛОВЫЕ МАШИНЫ - ЗТЛ, ЛМЗ, ЭЛЕКТРОСИЛА, ЭНЕРГОМАШЭКСПОРТ"  

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 11.01.2024 по делу № А40-112291/23 по иску АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "СИЛОВЫЕ МАШИНЫ - ЗТЛ, ЛМЗ, ЭЛЕКТРОСИЛА, ЭНЕРГОМАШЭКСПОРТ" (ИНН: 

<

***>) 

к ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "ФЕДЕРАЛЬНАЯ  ГИДРОГЕНЕРИРУЮЩАЯ КОМПАНИЯ - РУСГИДРО" (ИНН: 

<

***>)  

о признании требований по претензии необоснованными и прекращении обязательства по  оплате неустойки  

при участии в судебном заседании: от истца: ФИО2 по доверенности от 04.08.2023; 

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 23.01.2024;  

УСТАНОВИЛ:

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "СИЛОВЫЕ МАШИНЫ - ЗТЛ, ЛМЗ,  ЭЛЕКТРОСИЛА, ЭНЕРГОМАШЭКСПОРТ" обратилось в Арбитражный суд города  Москвы с иском к ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "ФЕДЕРАЛЬНАЯ  ГИДРОГЕНЕРИРУЮЩАЯ КОМПАНИЯ - РУСГИДРО" о признании требования по  претензии № Исх.-72.ВГЭС/20-АБ/001 от 20.01.2023 необоснованным, применив  положения ст. 333 ГК РФ и прекратив обязательства по оплате неустойки в сумме 29 263  027 руб. 21 коп. за нарушение срока выполнения этапов №№ 7.1.2, 7.1.3 календарного  графика поставки оборудования и выполнения работ/услуг по договору от 30.12.2014г. №  05030856/140761-0898.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.01.2024 по делу № А40112291/23 в удовлетворении исковых требований отказано.  

Не согласившись с принятым по делу решением, истец обратился с апелляционной  жалобой, в которой просил решение отменить и принять по делу новый судебный акт,  

ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела;  недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал  установленными; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела;  нарушение судом норм материального и процессуального права.  

Заявитель жалобы полагает, что судом неправомерно не применена ст. 193 ГК РФ,  нормы которой являются императивными, а также не применены условия п. 13.1 Договора  и ст. 401 ГК РФ об обстоятельствах непреодолимой силы, Постановление Правительства  РФ от 04.07.2018 № 783.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с  соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети  Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Ответчиком в порядке, предусмотренном статьей 262 АПК РФ, представлен отзыв  на апелляционную жалобу.  

В заседании суда апелляционной инстанции представитель истца поддержал  доводы апелляционной жалобы.  

Представитель ответчика возражал против доводов апелляционной жалобы, просил  решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Девятый арбитражный апелляционный суд, изучив материалы дела, исследовав  имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив все доводы апелляционной  жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в порядке,  предусмотренном ст. ст. 266, 268 АПК РФ, не находит оснований для отмены или  изменения судебного акта по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, между АО «Силовые машины» (Подрядчик) и  ПАО «РусГидро» (Заказчик) заключен Договор от 30.12.2014 № 05030856/140761-0898 на  изготовление и поставку комплектов оборудования для гидроагрегатов ст. № 1-10 и  выполнение работ/услуг по комплексной замене гидроагрегатов ст. № 1-10 для нужд  Филиала ПАО «РусГидро» - «Боткинская ГЭС».  

К Договору подписаны дополнительные соглашения: № 1 от 04.06.2015, № 2 от  02.09.2016, № 3 от 11.11.2016, № 4 от 20.12.2017, № 5 от 17.05.2019, № 6 от 28.11.2019, № 7  от 26.03.2021, № 8 от 12.10.2021, № 9 от 15.12.2021, № 10 от 18.04.2022, № 11 от 15.12.2022.  

В соответствии с п. 2.1 Договора Подрядчик обязуется по заданию Заказчика для  нужд Филиала ОАО «РусГидро» - «Боткинская ГЭС» изготовить и поставить Комплекты  Оборудования для гидроагрегатов ст. №№ 1-10 в объеме, указанном в Технических  требованиях, и в соответствии с Технической документацией, Календарным графиком  поставки Оборудования и выполнения Работ/ Услуг, Сводным сметным расчетом с  приложениями а Заказчик обязуется принять и оплатить Оборудование, результаты  выполненных Работ/Услуг в порядке, размере и в сроки, предусмотренные Договором.  

Наименование этапов исполнения Договора, стоимость и сроки их выполнения  установлены в Календарном графике поставки Оборудования и выполнения Работ / Услуг  (в ред. Приложения № 2 к дополнительному соглашению № 11 от 15.12.2022)  (Календарный график).  

В соответствии с пунктом 12.2 Договора в случае нарушения Подрядчиком по  зависящим от него обстоятельствам сроков по календарному графику поставки  оборудования и выполнения работ/услуг или согласованных сторонами сроков устранения  недостатков, выявленных в ходе приемки оборудования, результатов работ/услуг,  Заказчик вправе потребовать от Подрядчика уплаты неустойки (пени) за каждый день  просрочки из расчета:  

- 12.2.1. 0,05 % от стоимости Узла поставки, этапа работ/услуг за просрочку  поставки соответствующего Узла поставки, выполнения соответствующего этапа  работ/услуг (в ред. Дополнительного соглашения № 1 от 04.06.2015);  

- 12.2.2. 0,05% от общей стоимости Комплекта Оборудования и Работ/Услуг,  выполняемых в его отношении, за просрочку ввода соответствующего Комплекса  Оборудования в Гарантийную эксплуатацию.  

Согласно п. 12.3 Договора (в ред. ДС № 1 от 04.06.2015) в случае нарушения  Подрядчиком своих обязательств по соответствующему Комплекту Оборудования  Заказчик вправе потребовать от Подрядчика уплаты только наибольшей по сумме из  неустоек по пунктам 12.2.1, 12.2.2 Договора (принимая во внимание, что по п. 12.2.1  будут суммироваться неустойки за все время просрочки поставки Узлов поставки,  выполнения этапов Работ/Услуг по соответствующему Комплекту Оборудования, кроме  просрочки ввода соответствующего Комплекта Оборудования в Гарантийную  эксплуатацию).  

Окончание срока выполнения этапов №№ 7.1.2, 7.1.3 Календарного графика  установлено 02.07.2022.  

Этап № 7.1.2 Календарного графика «изготовление и поставка оборудования - рабочее колесо» был выполнен 21.11.2022, что подтверждается актом № 93 от 21.11.2022,  товарной накладной от 02.11.2022 № 80510780.  

Этап № 7.1.3 Календарного графика был выполнен «изготовление и поставка  оборудования - вал» был выполнен 14.10.2022, что подтверждается актом № 91 от  14.10.2022, товарной накладной от 05.10.2022 № 80508501.  

В связи с нарушением сроков выполнения этапов №№ 7.1.2, 7.1.3 Календарного  графика Ответчик предъявил Истцу претензию № Исх-72.ВГЭС/80-АБ/001 от 20.01.2023  об оплате неустойки в сумме 29 263 027,21 руб.  

Истцом предоставлены Ответчику банковская гарантия № 07/0955 от 05.06.2019,  выданная ВЭБ.РФ на срок действия по 29.08.2023 включительно. Банковская гарантия  гарантирует выплату Бенефициару (Ответчику) по требованию денежной суммы, не  превышающей 187 729 575,11 руб., в случае нарушения Принципалом (Истцом) сроков  поставки оборудования, установленных Календарным графиком, более, чем на 60  календарных дней.  

В письме от 04.05.2023 № Исх-557.ВГЭС/80-АБ/001 Ответчик сообщил о намерении  удовлетворения требования о взыскании неустойки путем обращения взыскания на  обеспечение в форме указанной банковской гарантии.  

Истец со ссылкой на ст. 333 ГК РФ указывает, что законом допускается  возможность самостоятельного обращения должника в суд с требованием о снижении  размера неустойки в отдельных случаях, перечень которых в названном постановлении не  является исчерпывающим, так как закон не содержит прямого запрета на предъявление  должником кредитору такого требования.  

В обоснование данного положения истец указывает, что ответчиком не принято во  внимание положение ст. 193 ГК РФ, что привело к неверному начислению неустойки, а  также с санкциями недружественных стран из-за чего истцу понадобилось  дополнительное время для замены материала.  

Истцом в адрес ответчика направлено требование, которое оставлено без  удовлетворения, что и послужило основанием для обращения с иском в суд.  

Суд первой инстанции, придя к выводу, что основания для снижения размера  начисленной ответчиком неустойки отсутствуют, отказал в удовлетворении исковых  требований.  

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и  отклоняет доводы апелляционной жалобы ввиду следующего.  

Заключенный между сторонами контракт по своей правовой природе является  договором подряда, правоотношения по которому регулируются главой 37 Гражданского  кодекса Российской Федерации.  

Согласно части 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по  договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой  

стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик  обязуется принять результат работы и оплатить его. Согласно части 1 статьи 708  Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный  и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре  могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы  (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами  или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как  начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.  

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации  исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи  должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным  платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором. В  соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации  неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная  сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или  ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. В  силу части 2 указанной статьи кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если  должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение  обязательства. Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме  независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет  недействительность соглашения о неустойке (статья 331 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

В соответствии с частью 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации  если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения  обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом,  осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку  при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки,  определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим  предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет  доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может  привести к получению кредитором необоснованной выгоды (часть 2).  

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации,  изложенным в пункте 79 постановления от 24.03.2016 № 7 «О применении судами  некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности  за нарушение обязательств», в случае списания по требованию кредитора неустойки со  счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет  суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к  списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления  самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ). В то  же время, если подлежащая уплате неустойка перечислена самим должником, он не  вправе требовать снижения суммы такой неустойки на основании ст. 333 ГК РФ (подп. 4  ст. 1109 ГК РФ), за исключением случаев, если им будет доказано, что перечисление  неустойки являлось недобровольным, в том числе ввиду злоупотребления кредитором  своим доминирующим положением. Приведенные разъяснения Пленума Верховного Суда  Российской Федерации допускают самостоятельное обращение должника в суд с  требованием о снижении размера неустойки в отдельных случаях, перечень которых в  названном постановлении не является исчерпывающим (пункт 17 Обзора судебной  практики по делам, связанным с защитой прав потребителей финансовых услуг,  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.09.2017).  

С учетом изложенного, суд первой инстанции сделал верный вывод, что истцом  избран надлежащий способ защиты.  

Целью обращения Истца с иском в суд является установление правовой  определенности в отношениях между Истцом и Ответчиком в части определения размера  суммы подлежащей уплате неустойки (штрафа), которое не связано Верховным судом  Российской Федерации с возможностью или невозможностью предъявления кредитором в  последующем требования в банк о выплате по банковской гарантии или списании  первоначальной суммы требования. Заявленные Ответчиком Претензии предъявлены  непосредственно Истцу, иск о признании требований необоснованными также заявлен в  отношении претензионных требований, уплата, списание, выплата по Банковской  гарантии не произведены.  

Факт осложнения правоотношений последующим предъявлением Ответчиком  требования к ВЭБ.РФ (далее – Гарант) об уплате денежной суммы по банковской  гарантии № 07/0955 от 05.06.2019 не влияет на правоотношения Истца и Ответчика, т.к. на  обязательства Гаранта перед Бенефициаром и последующее обязательства Принципала  перед Гарантом по возмещению выплаченных сумм не влияют возражения, вытекающие  из основного обязательства.  

Гарант не наделяется правом на исследование и оценку обстоятельств исполнения  обязательств по обеспечиваемому Договору (п. 1 ст. 370 ГК РФ), не вправе учитывать  возражения Принципала и может отказать в выплате только в случае несоответствия  предъявленных документов формальным условиям гарантии.  

Обязательство Принципала по возмещению Гаранту выплаченных по гарантии сумм  также не связано с возможными возражениями, основанными на обеспечиваемом  обязательстве.  

Только арбитражный суд может оценить обстоятельства исполнения Договора и  признать наличествующими обстоятельства, свидетельствующие о несоответствии  порядка расчета неустойки Договору, наличии обязательств для уменьшения периода  расчета, применении ст. 333 ГК РФ, иных оснований для признания неустойки  необоснованной.  

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что  произведенный расчет неустойки выполнен ответчиком исходя из конкретных дат  исполнения подэтапов Договора от 30.12.2014 № 05030856/140761-0898, согласованных  сторонами в Календарном графике поставки оборудования и выполнения работ/услуг.  

Так, указанным документом Истцом и Ответчиком было согласовано, что окончание  этапов 7.1.2 и 7.1.3 происходит именно 02.07.2022 – в субботу.  

То есть при заключении Договора неопределенности относительно момента  исполнения обязательства не было, стороны четко понимали, что согласовывают  исполнение обязательства в субботу.  

При этом судом обоснованно было учтено, что и Истец, и Ответчик осуществляют  производственно-технологические процессы непрерывно.  

Данные обстоятельства применительно к Ответчику подтверждаются спецификой  его деятельности (эксплуатация постоянно действующего гидротехнического  сооружения), применительно к Истцу подтверждаются его приказом от 27.03.2020 № 233.  

В вопросе 5 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с  применением законодательства и мер по противодействию распространению на  территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1,  утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 (далее – Обзор № 1  от 21.04.2020), указано, что из правила статьи 193 ГК РФ возможны исключения, когда из  условий обязательства следует, что оно должно быть исполнено именно в выходной день  или в определенный день вне зависимости от того, является он рабочим или нерабочим.  

В настоящем случае, из условий спорного обязательства однозначно следовало, что  оно должно быть исполнено именно в выходной день.  

Тем более, согласно пункту 43 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих  

положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании  договора», условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить  какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или  недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).  

Истец, согласовывая в Договоре конкретную дату исполнения обязательства без  намерения его исполнять (нести ответственность за неисполнение), осуществляет  недобросовестное поведение, предполагающее отказ в защите его прав (статья 10 ГК РФ),  поскольку за счет согласования выходного дня Истец фактически увеличивает срок  исполнения обязательства и, таким образом, извлекает выгоду из своего  недобросовестного поведения.  

При таких обстоятельствах, ответчик правомерно произвел расчет неустойки в  соответствии с условиями Договора, а довод апелляционной жалобы истца в части  необоснованного неприменения судом ст. 193 ГК РФ подлежит отклонению как  необоснованный.  

Суд обосновано, руководствуясь пунктом 3 статьи 401 ГК РФ, не установил  объективную невозможность исполнения Истцом обязательств перед Ответчиком  (чрезвычайность, непредотвратимость, непреодолимость).  

Суд верно указал, что Договором не предрешался вопрос о том, какой  антифрикционный материал должен был использовать Истец, необходимость  использования материала DEVA в Договоре не согласовывалась.  

Следовательно, обстоятельства, связанные с упоминаемыми Истцом перебоями в  поставке материалов, в частности материалом DEVA, не могут влиять на сроки  исполнения обязательств по Договору.  

При этом суд обоснованно указал, что задержка поставки рабочего колеса (этап  7.1.2) и вала (этап 7.1.3) обусловлена, в том числе, ремонтом станка PAMA, что  подтверждалось письмом Истца от 14.09.2022 № И-СМ-ДГЭ-2022-0035671.  

Иных доказательств, опровергающих указанный вывод, Истцом в материалы дела  представлено не было.  

При таких обстоятельствах, суд правильно пришел к выводу о недоказанности  Истцом наличия обстоятельств непреодолимой силы, а также причинно-следственной  связи между заменой товара и ненадлежащим исполнением обязательства.  

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие невозможность  исполнения Истцом обязательств перед Ответчиком, в частности, нет доказательств того,  что производство на заводах как в г. Санкт-Петербург, так и в других регионах  присутствия Истца было существенно ограничено.  

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 21.06.2012 № 3352/12 по делу № А40-25926/2011-13-230, а также в Определении  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.03.2015 № 306- ЭС14-7853 по делу № А65-29455/2013 указано, что единственным основанием  освобождения общества от ответственности могут являться обстоятельства  непреодолимой силы, воздействие которых происходит извне и не зависит от  субъективных факторов.  

В соответствии со статьей 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо  исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины  (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором  предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при  той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру  обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения  обязательства. Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не  исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении  предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что  надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть  

чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким  обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны  контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие  у должника необходимых денежных средств.  

Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума от 24 марта  2016 г. № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса  Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" дано толкование  содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы. Так, в пункте 8  названного постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для  признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило  чрезвычайный непредотвратимый при данных условиях и внешней по отношению к  деятельности должника характер. Требование чрезвычайности подразумевает  исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является  обычным в конкретных условиях.  

В настоящем случае Истец ссылался на мероприятия, которые находились в сфере  его контроля и носили организационный характер (например, перевод работников на  дистанционный режим работы). При этом работники, занятые на работах непрерывного  цикла производства продолжали осуществлять трудовую деятельность (приказ Истца от  27.03.2020 № 233, Приложение 1 к пояснениям Ответчика от 06.12.2023).  

В свою очередь, ссылки Истца на введенные ограничительные меры без  соответствующего обоснования относительно того, какие именно из них и каким именно  образом повлияли на нарушение обязательств по Договору, не могут оправдывать  нарушение Истцом обязательств по Договору, приводить к освобождению его от  ответственности.  

Таким образом, Истец, ссылаясь на то, что он пострадал от коронавирусной  инфекции, и, указывая, что он должен быть освобожден от ответственности за нарушение  сроков исполнения обязательств, документов, подтверждающих причинно-следственную  связь между обстоятельством непреодолимой силы (коронавирусной инфекцией) и  невозможностью либо затруднениями в исполнении обязательств, не представил, в связи с  чем его довод в этой части правильно был отклонен судом.  

В письмах от 27.03.2020 и от 08.04.2020 Истец ссылался лишь на Указы Президента  о введении нерабочих дней.  

Вместе с тем, в пункте 5 Обзора по отдельным вопросам судебной практики,  связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению  на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1,  утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 (далее – Обзор № 1  от 21.04.2020), указано, что нерабочие дни, направленные на предотвращение  распространения новой коронавирусной инфекции, не являются нерабочими в том  смысле, в котором считаются для делового оборота, и также не признаются  обстоятельствами непреодолимой силы (форс-мажором) для всех категорий должников,  независимо от типа их деятельности. Иное толкование существенно отразилось бы на  гражданском обороте в целом.  

При таких обстоятельствах, само по себе, установление Указом Президента  Российской Федерации нерабочих дней не свидетельствует о наличии обстоятельств  непреодолимой силы.  

По этой причине, судом установлено отсутствие у Истца обстоятельств  непреодолимой силы и, как следствие, правильно применена норма пункта 3 статьи 401  ГК РФ.  

Вопреки утверждению Истца, правовые выводы судов по делам № А47-2370/2021,   № А40-253277/2021, № А40-171714/2022, как и правовая квалификация обстоятельств  дела, не имеют преюдициальное значение для настоящего дела.  

Согласно судебной практике Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации и Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации правовые выводы, квалификация обстоятельств дела, данная арбитражным  судом по ранее рассмотренному делу, не имеет преюдициального значения при  рассмотрении арбитражным судом другого дела.  

Соответственно, судом обоснованно не принят внимание довод Истца о  преюдициальности дел № А47-2370/2021, № А40-253277/2021, № А40-171714/2022,  поскольку в судебных актах по указанным делам содержится лишь правовая  квалификация тех или иных обстоятельств.  

При этом Ответчик в рамках дел № А47-2370/2021, № А40-253277/2021 не принимал  участие, что, в свою очередь, не образует в смысле статьи 69 АПК РФ преюдициальное  значение.  

Апелляционная коллегия принимает во внимание, что Истцом не доказана  несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства перед Ответчиком и,  как следствие, судом обосновано не применены правила о снижении неустойки.  

Согласно положениям пунктов 1, 2 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате  неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе  уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим  предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии  заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной  договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую  деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание  неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению  кредитором необоснованной выгоды.  

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа  обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их  неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено  суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения  обязательств.  

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства  является правом суда, принимающего решение.  

При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения  санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.  

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 77 постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 г. № 7 "О применении судами  некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности  за нарушение обязательств" снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате  коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно  некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ей  приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно  несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение  кредитором необоснованной выгоды (п. п. 1, 2 ст. 333 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды  кредитора возлагается на ответчика (п. 73 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 24.03.2016 № 7).  

Исходя из изложенного, основанием для применения статьи 333 ГК РФ может  служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.  Произвольное, немотивированное и необоснованное снижение размера неустойки не  должно приводить к освобождению должника от предусмотренной законом или  договором ответственности за просрочку исполнения обязательства.  

Истец таких доказательств в материалы дела не предоставил. 

В Определении от 21.12.2023 № 305-ЭС19-16942(69) по делу № А40-69663/2017  Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации  дополнительно указала, что чрезмерное вмешательство суда в регулирование  частноправовых отношений между равными субъектами, к чему по существу свелось  разрешение спора об определении размера неустойки, не соответствует основным началам  гражданского законодательства (пункты 1, 2 статьи 1, пункт 1 статьи 9 ГК РФ),  безосновательно ограничивает право юридических лиц по собственному усмотрению  определять условия договора (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).  

В настоящем случае размер неустойки по Договору определен исходя из  значительной стоимости оборудования в размере 421 794 703,20 руб., а также  значительным периодом просрочки (142 календарных дня).  

При таких обстоятельствах, Истец сам способствовал увеличению размера  неустойки, длительное время не исполняя условия Договора в отсутствие объективных  препятствий.  

При этом Ответчиком применена процентная ставка в размере 0,05%, которую  нельзя признать несоразмерной.  

Доводы Истца относительно отсутствия убытков у Ответчика подлежат  отклонению.  

Так, согласно пункту 74 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7,  возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан  доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).  

Истцом доказательства отсутствия у Ответчика убытков от нарушения Истцом  обязательств по Договору в материалы дела не представлены.  

При этом обстоятельства получения Ответчиком субсидий от государства, на  которые указывает Истец, связаны с осуществлением им экономически значимой  деятельности, связанной с модернизацией объектов гидроэнергетики, возведением  гидротехнических сооружений, что в целом направлено на обеспечение энергетической  безопасности Российской Федерации. Соответственно, указанные субсидии не призваны  компенсировать неблагоприятные для Ответчика последствия, связанные с  неисполнением обязательств контрагентами Ответчика.  

Довод Истца о выплате им неустойки за иные нарушения в рамках Договора не  может служить основанием для уменьшения неустойки.  

Доводы Истца об обязанности Ответчика списать неустойку не соответствуют  нормам материального права.  

Директивы, как следует из их преамбулы, предписывают представителям  Российской Федерации в советах директоров определенных акционерных обществ  голосовать за неприменение штрафных санкций в случае нарушений обязательств  поставщиком (исполнителем, подрядчиком) из-за последствий введения ограничительных  мер.  

Таким образом, директива голосовать за освобождение от ответственности не  безусловна, а поставлена в зависимость от установленной причинно-следственной связи  между неисполнением должником обязательства и введенными ограничительными  мерами. Данный подход нашел свое отражение в «рамочном» решении Совета директоров  Ответчика.  

При таких обстоятельствах, Истец ошибочно указывает на положения статьи 417 ГК  РФ. Директивы не являлись актом органа государственной власти, в результате которого  исполнение обязательства становится невозможным.  

Суд правильно указал, что правила списания сумм неустоек (штрафов, пеней),  начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанных заказчиком в  связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, предусмотренных  контрактом, утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 №  

783 (далее – Правила списания неустоек) не подлежат применению к Договору между  Истцом и Ответчиком.  

Истец указывает, что Постановлением Правительства Российской Федерации от  10.03.2022 № 340 из преамбулы Постановления от 04.07.2018 № 783 исключена ссылка на  Федеральный закон «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для  обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной  системе) и, по этой причине, по его мнению, Правила списания неустоек распространяется  на все контракты, которые были заключены с компаниями с государственным участием.  

Однако Истец не учитывает, что Правительство Российской Федерации вправе  принимать постановления, содержащие нормы гражданского права, на основании и во  исполнение настоящего Кодекса и иных законов, указов Президента Российской  Федерации (пункт 4 статьи 3 ГК РФ).  

Закон № 223-ФЗ не содержит положений, допускающих возможность списания  неустоек, тогда как такие положения (допускающие списание) предусмотрены только в  Законе № 44-ФЗ (часть 42.1 статьи 112).  

Согласно части 42.1 статьи 112 Закона о контрактной системе начисленные  поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанные заказчиком суммы неустоек  (штрафов, пеней) подлежат списанию в случаях и порядке, которые установлены  Правительством Российской Федерации.  

Соответственно, во исполнение Закона о контрактной системе Правительством  Российской Федерации утверждены Правилами списания неустоек.  

Вместе с тем, исключение из Правил списания неустоек указаний на их утверждение  в соответствии с частью 42.1 статьи 112 Закона о контрактной системе не означает их  применение к закупкам, проведенным в соответствии с Федеральным законом от  18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических  лиц».  

Так, в Законе № 223 не предусмотрена возможность списания неустоек, в том числе  в случаях и порядке, которые установлены Правительством Российской Федерации, то  Правила списания неустоек не могут быть применены к настоящим отношениям.  

Иное свидетельствует о нарушении требований пункта 4 статьи 3 ГК РФ, поскольку  Законом № 223 не предусмотрена компетенция Правительства Российской Федерации на  принятие Постановления, которым могут быть утверждены правила списания неустоек.  

Более того, каких-либо норм, распространяющих действие Постановления  Правительства РФ от 10.03.2022 № 340 на закупки, проводимые в соответствии с Законом   № 223, оно не содержит.  

В преамбуле постановления Правительства Российской Федерации от 10.03.2022 №  340 «О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от  04.07.2018 № 783» указано, что данное постановление принято в связи с принятием  Федерального закона от 08.03.2022 № 46-ФЗ «О внесении изменений в отдельные  законодательные акты Российской Федерации», которым внесены изменения в Закон о  контрактной системе.  

Соответственно, исключение из преамбулы постановления Правительства  Российской Федерации от 04.07.2018 № 783 ссылки на часть 42.1 статьи 112 Закона о  контрактной системе было обусловлено внесением изменений в статью 34 Закона о  контрактной системе путем ее дополнения частью 9.1, предусматривающей полномочия  Правительства Российской Федерации устанавливать случаи и порядок списания  начисленных, но не списанных сумм неустоек.  

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда  первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела,  при правильном применении норм действующего законодательства.  

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с выводами суда, иная оценка им  фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона не означают  

допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушений судом  норм права, в связи с чем не имеется оснований для отмены судебного акта.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены  судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной  инстанции не установлено.  

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы  распределяются в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Руководствуясь ст.ст. 176, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации,   

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 11.01.2024 по делу № А40-112291/23  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную  силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня  изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.  

Председательствующий судья О.С. Гузеева  

Судьи: В.Р. Валиев  

Б.С. Веклич