АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 февраля 2022 года

Дело №

А56-39654/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 03.02.2022.

Полный текст постановления изготовлен 17.02.2022.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Кравченко Т.В., судей Бычковой Е.Н. и Чернышевой А.А., 

при участии представителя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 25.03.2019), представителя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 22.04.2021), представителя ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 08.12.2021), представителя ФИО7 – ФИО6 (доверенность от 08.12.2021),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО3, ФИО7 и ФИО5 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.08.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 по делу № А56-39654/2016,

у с т а н о в и л:

ФИО5 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Определением от 14.06.2016 заявление кредитора принято, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением суда от 11.10.2016 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Решением от 17.03.2017 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника и не освобождении ФИО1 от исполнения обязательств перед кредиторами.

Конкурсные кредиторы ФИО3, ФИО5 и ФИО7 обратились в суд с заявлениями, в которых возражают против применения к должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств и просят выдать исполнительные листы на сумму неисполненных обязательств.

Определением от 05.08.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021, процедура реализации имущества должника завершена, ФИО1 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований, кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. В удовлетворении ходатайств ФИО3, ФИО5, ФИО7 о выдаче исполнительных листов отказано.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить определение от 05.08.2021 и постановление от 11.10.2021 в части освобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами, принять новый судебный акт о не освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов  на основании положений абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и удовлетворить ходатайства кредиторов о выдаче исполнительных листов.

ФИО3 ссылается на признание недействительными сделок должника в рамках других обособленных споров. Во исполнение судебных актов о признании недействительными сделок должника ФИО9 перечислила денежные средства в размере 6 034 713,35 руб., то есть только после вступления в законную силу судебных актов.

Податель жалобы ссылается на невозможность применения правила об освобождении от исполнения обязательств к должнику, которые совершал действия, направленные на ухудшение своего имущественного положения путем отчуждения принадлежащего ему на праве собственности имущества по безвозмездной сделке заинтересованному лицу, и при этом не принимал попыток реализовать имеющееся у него имущество по возмездной сделке для погашения своей задолженности перед конкурсными кредиторами.

По мнению ФИО3, поведение должника – недобросовестное.

В кассационной жалобе ФИО7 просит отменить определение от 05.08.2021 и постановление от 11.10.2021 в части освобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами, принять новый судебный акт о не освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов  на основании положений абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и удовлетворить ходатайства кредиторов о выдаче исполнительных листов.

ФИО7 приводит те же доводы, что и ФИО3, в обоснование своей жалобы. Податель считает поведение должника недобросовестным, поскольку ФИО1 даже не пытался исполнить свои обязательства, а все действия должника были направлены на вывод активов и максимальное затруднение взыскания с него хоть каких-то средств.

В кассационной жалобе ФИО5 также просит отменить определение от 05.08.2021 и постановление от 11.10.2021 в части освобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами, принять новый судебный акт о не освобождении ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов  на основании положений абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве и удовлетворить ходатайства кредиторов о выдаче исполнительных листов.

Доводы кассационной жалобы совпадают с доводами жалоб ФИО3 и ФИО5

В отзыве, поступившем в суд в электронном виде, ФИО1 возражает против удовлетворения жалоб конкурсных кредиторов.

В судебном заседании представители ФИО3, ФИО7 и ФИО5 поддержали доводы кассационных жалоб, а представитель должника возражала против их удовлетворения.

Остальные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб в их отсутствие.

Законность определения от 05.08.2021 и постановления от 11.10.2021 проверена в кассационном порядке в обжалуемой части – в части освобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами и отказа в удовлетворении ходатайства кредиторов о выдаче исполнительных листов.

Суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, освободил должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, указав на то, что сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение недостоверных сведений финансовому управляющему судом не выявлены, равно как и действия, указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве судом не установлены.

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационных жалоб, суд округа пришел к следующему.

Как следует из материалов дела, задолженность ФИО1 перед          ФИО3, ФИО5 и ФИО7 возникла из заемных обязательств.

ФИО5, ФИО7 и ФИО1 являлись созаемщиками по договорам займа от 22.02.2012 и 11.03.2013. Созаемщики были партнерами по бизнесу, брали совместные займы для развития бизнеса.

Между тем обязательства по возврату соответствующих сумм займов исполняли только ФИО5 и ФИО7, что послужило основанием для обращения ФИО5 и ФИО7 в суд общей юрисдикции с исками о взыскании с ФИО1 задолженности по заемным обязательствам. Решениями Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 17.09.2015 по делу № 2-1274/15 и от 06.10.2015 по делу № 2-3240/15 с ФИО1 в пользу ФИО5 и ФИО7 взысканы соответствующие суммы долга.

Указанные решения суда должником не исполнялись.

Обоснованность требований кредиторов ФИО5 и ФИО7 к ФИО1 установлена в рамках настоящего дела определениями от 18.10.2016 и 14.03.2017.

Как установлено заочным решением Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 25.10.2016 по делу № 2-1495/16, ФИО1 не исполнил обязательства по возврату займов перед ФИО3 по договорам займа от 11.03.2013 и 10.10.2013. Должник не исполнил вступивший в законную силу судебный акт. Определением от 24.07.2017 по настоящему делу требование ФИО3 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В рамках обособленного спора № А56-39654/2016/сд.1 установлено, что ФИО1 и ФИО9 05.03.2015 заключен брачный договор - в период рассмотрения Петроградским районным судом Санкт-Петербурга дела № 2-1274/2015 по иску кредиторов ФИО5 и ФИО7 к ФИО1 о взыскании сумм по договору займа.

На основании брачного договора было произведено отчуждение долей в общей долевой собственности на гараж.

Определением от 25.12.2017 по обособленному спору № А56-39654/2016/сд.1 брачный договор признан недействительным в части отчуждения в пользу   ФИО9 прав на 2/45 долей в праве общей долевой собственности на гараж, назначение: нежилое, этаж: подвал, общая площадь 2042,4 кв.м, расположенный по адресу: Санкт-Петербург, наб. реки Карповки, д. 10, лит.А, пом.1-Н, кадастровый номер: 78:07:0003082:2237. Применены последствия недействительности сделки, с ФИО9 в конкурсную массу ФИО1 взысканы денежные средства в сумме 1 811 460 руб. 

Кроме того, в рамках обособленного спора № А56-39654/2016/сд.2 оспорена сделка по разделу ФИО1 и ФИО9 12.11.2015 совместно нажитого недвижимого имущества - квартиры в жилом комплексе «Маржал Бич Резиденшл» муниципалитета Гуардамар–дель–Сегура, Испания. Данная квартира приобретена супругами в период брака на основании договора купли-продажи от 06.05.2011 по цене 252 000 евро. С ФИО9 в конкурсную массу взыскана стоимость отчужденной в ее пользу ½ доли в праве собственности на квартиру в размере          60 871,60 евро по курсу Центрального банка Российской Федерации на дату совершения сделки, что составляет 4 223 253,35 руб.

Во исполнение судебных актов о признании недействительными сделок должника ФИО9 на счет должника перечислены денежные средства в размере 6 034 713,35 руб.

Финансовым управляющим в адрес конкурсных кредиторов ФИО5 и ФИО7. было направлено требование о возврате денежных средств в размере 395 650 руб., полученных кредиторами в течение месяца до возбуждения настоящего дела о банкротстве в рамах исполнительного производства, возбужденного на основании исполнительных документов, выданных в целях обеспечения принудительного исполнения решения Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 06.10.2015 по делу № 2-3240/2015.

Денежные средства в сумме 395 650 руб. возвращены в конкурсную массу должника ФИО5 в размере 207 767,42 руб., ФИО7 -              187 882,58 руб.

Судом первой инстанции также установлено, что должником без согласия финансового управляющего в январе-марте 2017 года сняты денежные средства с расчетного счета в банке в размере 359 200 руб.

После обращения конкурсных кредиторов в суд с заявлениями, содержащими возражения против освобождения должника от исполнения обязательств и ходатайства о выдаче исполнительных листов, ФИО10 перечислил в конкурсную массу ФИО1 359 200 руб., указав в назначении платежа на компенсацию денежных средств, ранее снятых должником со счета в банке без согласия финансового управляющего.

 Как установлено судом первой инстанции на основании отчета финансового управляющего, совокупный размер погашения требований кредиторов составил 6 607 745,24 руб. – 12,354% от совокупного размера требований, включенных в реестр.

Завершение расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства гражданина влекут освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов («списание долгов») и, как следствие, от их последующих правопритязаний (п. 3 ст. 213.28, п. 1 ст. 223.6 Закона о банкротстве).

Однако институт банкротства - это экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве). Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.

Подобное поведение неприемлемо для получения привилегий посредством банкротства, поэтому непредставление гражданином необходимых сведений (представление заведомо недостоверных сведений) является обстоятельством, препятствующим освобождению гражданина от обязательств (абзац третий п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве). Исключения могут составлять случаи, если должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее предоставить, его добросовестного заблуждения в ее значимости или информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства.

Если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства также лишают должника права на освобождение от долгов, что указывается судом в судебном акте. По этому же основанию не допускается и освобождение гражданина от обязательств по завершении процедуры внесудебного банкротства гражданина (пункта 2 статьи 223.6 Закона о банкротстве).

Как указано в пункте 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», целью положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанная норма направлена на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В пунктах 43, 44 того же постановления разъяснено, что обстоятельства, связанные с сокрытием должником необходимых сведений, могут быть установлены судом на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части, а совершение должником иных противоправных действий может подтверждаться обстоятельствами, установленными как в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, так и в иных делах.

Вопреки указанным правовым нормам, освобождая ФИО1 от долгов, суды не приняли во внимание факты, ранее установленные и оцененные этими же судами при рассмотрении дела о его банкротстве.

Так, в частности, ранее судами было установлено, что после прекращения расчетов с кредиторами ФИО1 безвозмездно передал супруге долю в праве собственности на квартиру, расположенную в Испании, и долю в праве общей долевой собственности на гараж, расположенный в Санкт-Петербурге. В рамках настоящего дела о банкротстве эти сделки оспорены и признаны недействительными как совершенные в результате недобросовестного поведения должника и ФИО9, направленного на уменьшение конкурсной массы, поскольку должник лишился части имущества, за счет которого могли быть частично погашены требования кредиторов, что соответственно повлекло нарушение баланса интересов кредиторов.

Определением от 27.03.20217 удовлетворено ходатайство финансового управляющего об истребовании у должника документов и сведений, в том числе выписок о движении денежных средств по всем счетам должника в банках и иных кредитных организациях за период с 06.06.2013 по 13.03.2017; перечень имевшегося у ФИО1 имущества и имущественных прав за период с 06.06.2013 по 13.03.2017 (в том числе за пределами Российской Федерации); иных сведений и копий других документов. При этом суд установил, что должник уклоняется от исполнения обязанности, предусмотренной пунктом 9 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

При принятии обжалуемых судебных актов суды не учли данные факты при разрешении вопроса об освобождении должника от долгов. Более того, суды пришли к противоречивым выводам, поскольку сначала они усматривали в действиях должника недобросовестность, а затем отказались от этих выводов, по существу, ничем не мотивировав свою позицию.

Гражданин не может быть освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов по итогам завершения расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал незаконно или недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, выведению активов, воспрепятствованию деятельности финансового управляющего и т.п.).

То обстоятельство, что бывшая супруга должника исполнила вступившие в законную силу судебные акты и возвратила в конкурсную массу взысканные в порядке применения последствий недействительности сделок денежные средства, не свидетельствует о том, что ФИО1 сотрудничал с финансовым управляющим и оказывал содействие по погашению кредиторской задолженности. Добровольно соответствующие денежные средства и имущество не поступили в конкурсную массу.

 При изложенных обстоятельствах суд округа приходит к выводу о неверном применении судами норм материального права при рассмотрении вопроса об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств. Доводы кассационных жалоб являются обоснованными, соответствуют имеющимся в деле доказательствам.  

В связи с указанным обжалуемые судебные акты в части освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов подлежат отмене. Правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств не подлежит применению к ФИО1

Ходатайства конкурсных кредиторов о выдаче исполнительных листов подлежат направлению в суд первой инстанции на новое рассмотрение, поскольку суд не проверял и не устанавливал размер непогашенной задолженности перед ФИО3, ФИО7 и ФИО5

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.08.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2021 по делу № А56-39654/2016 в части освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения требований кредиторов отменить.

Не применять к ФИО1 правило об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

В части требования кредиторов о выдаче исполнительных листов дело направить в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

В остальной части определение от 05.08.2021 и постановление от 11.10.2021 оставить без изменения.

 

Председательствующий

Т.В. Кравченко

Судьи

Е.Н. Бычкова

А.А. Чернышева