Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-63073/23-85-507

г. Москва

12 июля 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 13 июня 2024 года

Полный текст решения изготовлен 12 июля 2024 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе: 

Председательствующего судьи Федоровой Д.Н. (единолично),

при ведении протокола секретарём судебного заседания Рупчевым К.Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

МЕЖРЕГИОНАЛЬНОГО ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ В ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ, ХАНТЫ-МАНСИЙСКОМ АВТОНОМНОМ ОКРУГЕ-ЮГРЕ, ЯМАЛО-НЕНЕЦКОМ АВТОНОМНОМ ОКРУГЕ (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "НЕФТЯНАЯ КОМПАНИЯ "ЯНГПУР" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

третьи лица: 1. УПРАВЛЕНИЕ РОСРЕЕСТРА ПО ЯМАЛО-НЕНЕЦКОМУ АВТОНОМНОМУ ОКРУГУ (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), 2. ПАО "ГАЗПРОМ" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), 3. ООО "ГАЗПРОМ ДОБЫЧА НОЯБРЬСК" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)

о взыскании 18 004 825 руб. 47 коп.

при участии:

от истца – ФИО1 по дов. от 10.01.2024 №72-01/109

от ответчика – ФИО2 по дов. от 15.12.2023 №121

УСТАНОВИЛ:

МЕЖРЕГИОНАЛЬНОЕ ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ В ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ, ХАНТЫ-МАНСИЙСКОМ АВТОНОМНОМ ОКРУГЕ-ЮГРЕ, ЯМАЛО-НЕНЕЦКОМ АВТОНОМНОМ ОКРУГЕ обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "НЕФТЯНАЯ КОМПАНИЯ "ЯНГПУР" о взыскании основного долга в размере 3 788 853 руб. 22 коп., пени в размере 14 215 972 руб. 25 коп.  по договору аренды недвижимого имущества недвижимого имущества, составляющего государственную казну Российской Федерации от 04.10.2018 № 5-89/2018.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на ненадлежащее исполнение ответчиком своих обязательств по оплате арендой платы по договору от 04.10.2018 № 5-89/2018 в заявленном размере. 

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований по доводам иска.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения требований по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, заявил о пропуске срока исковой давности по частит требований.

Третьи лица, извещенные о дате, времени и месте проведения судебного заседания в соответствии со ст. ст. 121, 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации надлежащим образом, в суд не явились, своих представителей в суд не направили. 

Дело рассмотрено без участия третьих лиц, в порядке ст. ст. 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Изучив все материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства, арбитражный суд пришел к выводу, что заявленный иск подлежит частичному удовлетворению. 

При этом суд исходит из того, что в соответствии со ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. 

Согласно ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений. 

Вместе с тем, согласно ч. 2 ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Как следует из материалов дела, что между истцом - МЕЖРЕГИОНАЛЬНОЕ ТЕРРИТОРИАЛЬНОЕ УПРАВЛЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ В ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ, ХАНТЫ-МАНСИЙСКОМ АВТОНОМНОМ ОКРУГЕ-ЮГРЕ, ЯМАЛО-НЕНЕЦКОМ АВТОНОМНОМ ОКРУГЕ (Арендодатель) и ответчиком – АО "НЕФТЯНАЯ КОМПАНИЯ "ЯНГПУР" (Арендатор) заключен договор аренды недвижимого имущества недвижимого имущества, составляющего государственную казну Российской Федерации от 04.10.2018 № 5-89/2018.

В соответствии с п.1.1. договора Арендодатель передает, а Арендатор принимает в аренду федеральное недвижимое имущество - Скважина №411, разведочная, глубина 2701 м. Местонахождение имущества: ЯНАО, Пуровский район, Комсомольская площадь, Известинский лицензионный участок (РНФИ В12720005957) (далее - Объект). Объект передается в аренду для использования в соответствии с лицензией на право пользования недрами Известинского участка СЛХ 15579 HP. Состав Объекта, передаваемого в аренду, описан в Приложении № 1 к Договору.

Согласно Приложению № 1 к договору стороны определи перечень имущества, предаваемого в аренду: 

Наименование, краткая техническая характеристика имущества

Рыночная стоимость (руб.) по состоянию на 06.08.2018 г. (руб.) с учетом НДС

Скважина №411, разведочная, глубина 2701 м., адрес: ЯНАО, Пуровский район, Комсомольская площадь, Известинский лицензионный участок (РНФИ В12720005957)

13 679 152,36 руб. 

Факт передачи ответчику указанного объекта в аренду подтверждается Актом приема-передачи в аренду имущества (Предложение №2 к договору).

Согласно п.2.1. договора Договор заключается сроком на 5 (пять) лет.

Из материалов дела следует, что за период с октября 2018 по октябрь 2022 года задолженность по договору № 5-89/2018 составила 3 788 853 руб. 22 коп. 

Согласно п.п. 5.1, 5.2. договора размер арендной платы без учета НДС (18%) составляет 77 476 руб. 55 коп. в месяц и определен на основании результатов открытого аукциона, в соответствии с Отчетом об оценке № 1242-03-18 от 08.08.2018г., выполненного ООО Бизнес Центр «Акцент».

Арендная плата по настоящему Договору в полном объеме подлежит перечислению Арендатором в федеральный бюджет.

Сумма НДС уплачивается Арендатором самостоятельно в доход федерального бюджета на основании п.3 ст. 161 Налогового кодекса Российской Федерации.

Пересмотр арендной платы производится по соглашению сторон, не чаще одного раза в год на основании отчета независимого оценщика о рыночной стоимости ИМУЩЕСТВА, а также в связи с изменением порядка расчёта арендной платы. В случае необоснованного отказа АРЕНДАТОРА от пересмотра арендной платы настоящий договор аренды подлежит расторжению. Арендная плата не может быть пересмотрена в сторону понижения.

Арендная плата за объект недвижимости перечисляется АРЕНДАТОРОМ ежемесячно до 10-го числа месяца по реквизитам арендодателя. 

Исходя из условий договора, а также представленных документов арбитражный суд приходит к выводу, что срок оплаты долга за спорный период по договору, наступил.

Истец указывает, что в нарушение принятых на себя обязательств ответчиком не внесена арендная плата, в результате чего за ним образовалась задолженность в размере 3 788 853 руб. 22 коп.

Направленная истцом в адрес ответчика претензия с требованием о погашении задолженности в месячный срок с момента их получения исх. от 09.11.2022 № 72-07/14221, оставлена ответчиком  без ответа и удовлетворения, в результате чего истец обратился в суд с настоящим иском. 

В соответствии со ст. ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов; односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается. 

Согласно ст. 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование.

В силу ст. 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 4 ст. 22 Земельного кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату); порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

В соответствии с п. 3.1 ст. 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. 

В соответствии с ч. 1 ст. 131 Арбитражного процессуального кодекса РФ ответчик обязан направить или представить в арбитражный суд и лицам, участвующим в деле, отзыв на исковое заявление с указанием возражений относительно предъявленных к нему требований по каждому доводу, содержащемуся в исковом заявлении. Отзыв на исковое заявление направляется в арбитражный суд и лицам, участвующим в деле, заказным письмом с уведомлением о вручении в срок, обеспечивающий возможность ознакомления с отзывом до начала судебного заседания (ч. 3 ст. 131 АПК РФ).

Ответчик, в порядке ст. 131 Арбитражного процессуального кодекса РФ, представил отзыв на исковое заявление, в котором возражал против удовлетворения исковых требований, поскольку МТУ Росимущества распорядилось имуществом, не находящимся в федеральной собственности, что затрагивает нрава и законные интересы действительного собственника, подлежащего привлечению к участию в деле в качестве третьего лица, - ПАО «Газпром». Так, государственная регистрация права собственности Российской Федерации на скважины, которые должны были быть переданы по спорным договорам аренды, а также их кадастровый учет не осуществлены. Однако несмотря на указание на передачу в аренду федерального имущества часть якобы переданного имущества - скважина № 411 - принадлежит на праве собственности ПАО «Газпром» и передано в эксплуатацию ООО «Газпром добыча Ноябрьск», что следует из письма ООО «Газпром добыча Ноябрьск» от 27.02.2020 № 56-01-05/21-01. Таким образом, МТУ Росимущества распорядилось не принадлежащим Российской Федерации имуществом и не могло в связи с этим передать по договору от 04.10.2018 № 5-89/2018 скважину №411.

Доводы ответчика о том, что отсутствие кадастрового учета скважиныи регистрации договора явились препятствием к ее использованию, судом не принимаются, поскольку не соответствует фактическим обстоятельствам дела. В обоснование данного довода АО «НК «Янгпур» ссылается на письмо Ростехнадзора от 13.01.2021. Однако из указанного письма не следует, что заявление о переоформлении лицензии было отклонено в связис отсутствием кадастрового учета скважин и регистрации договоров аренды.

Вместе с тем, на основании пункта 5 части 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав осуществляются по заявлению, в том числе, собственника объекта недвижимости и (или) лица, в пользу которого устанавливаются ограничения прав и обременения объекта недвижимости - при государственном кадастровом учете и (или) государственной регистрации ограничений прав и обременении объекта недвижимости, в том числе в связи с образованием или прекращением существования части объекта недвижимости, на которую распространяются соответствующие ограничения прав и обременения.

Таким образом, ответчик не лишен был права обратиться с соответствующим заявлением самостоятельно, причины такого бездействия при заинтересованности использования арендованным имуществом не раскрыты, а доказательства возврата объекта аренды арендодателю, намерения отказаться от исполнения договора ввиду невозможности использования арендованного имущества ответчиком не представлены.

Отсутствие государственной регистрации права федеральной собственностина скважины их кадастрового учета и государственной регистрации договоров аренды не может свидетельствовать о незаключенности договоров.

Как следует из фактических обстоятельств, именно на указанные объекты 12.09.2018 ОАО «НК «Янгпур» подана заявка на участие в аукционе, из чего следует, что ответчик был заинтересован в заключении договоров аренды именно спорных объектов, сложности с идентификацией у него отсутствовали.

В действиях ответчика прослеживается волеизъявление на вступление в договорные отношения, поскольку именно от АО «НК «Янгпур» исходила инициатива в заключении договора.

12.09.2018 в адрес МТУ Росимущества ответчиком направлена заявка на участие в аукционе на право заключения договоров аренды. В соответствии с протоколом рассмотрения заявок, заявка общества на участие признана единственной, аукцион признан несостоявшимся, а в адрес общества направлены проекты спорных договоров.

Довод ответчика о непредоставлении Межрегиональным территориальным управлением документов, позволяющих произвести государственный кадастровый учет, государственную регистрацию права собственности РФ о обременения, неправомерен.

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 5 пункта 9 Постановления № 73, отсутствие кадастрового паспорта части земельного участка не может являться безусловным основанием для признания договора его аренды (субаренды) незаключенным в случае, если имеется подписанный сторонами документ, содержащий графическое и/или текстуальное описание той части земельного участка, пользование которой будет осуществляться арендатором (в том числе с учетом данных, содержащихся в кадастровом паспорте соответствующей недвижимой вещи) и из этого описания следует, что предмет договора аренды согласован сторонами. Равным образом то описание, которое согласовано стонами в договорах аренды, позволило арендатору определить местоположение спорных скважин, провести их обследование и приступить к использованию, в том числе посредством подачи заявления в Ростехнадзор на соискание лицензии на эксплуатацию данных скважин.

Довод о том, что со стороны истца в адрес ответчика не направлялись никакие претензии, в связи с чем ему не было известно о наличии каких-либо требований о якобы переданном ответчику имуществе, не соответствует фактическим обстоятельствам.

Претензии Межрегионального территориального управления ответчиком получены, поскольку в МТУ Росимущества поступил ответ на указанные претензии (вх. МТУ от 26.12.2022 № 72-25235, исх. № 01-07/15039), в котором, указав на не проведение кадастровых работ по государственной регистрации права собственности на скважины, АО «НК «Янгпур» просило считать договоры незаключенными, тем самым предприняв попытку к уклонению от оплаты аренды скважин.

Относительно иных доводов о недобросовестности, о преюдиции и недостаточной степени индивидуализации объекта аренды, так спорные договоры заключены 04.10.2018 сроком действия на 5 лет, то есть до октября 2023 года.

АО «НК «Янгпур» ссылается на то, что обратился в уполномоченные органы с целью начать пользоваться объектами аренды в период с 2019 по 2020 год, однако, получил отказы в 2019 и 2021 годах по причине отсутствия надлежащего оформления объектов аренды.

Вместе с тем, ответчик обратился с иском о признании договоров аренды незаключенными 07.02.2023 («Картотека арбитражных дел»), явно продемонстрировав позицию по уклонению от исполнения невыгодных для него договоров.

Кроме того, судом в рамках дела №А81-1117/2023 был отклонен довод АО «НК «Янгпур» о том, что представитель МТУ Росимущества в итоговом судебном заседании суда первой инстанции указал на проведение кадастрового учета в 2024 году, поскольку таковое призванием долга по требованию о признании договоров незаключенными не является. Более того, доводы АО «НК «Янгпур» о том, что в случае проведения кадастрового учета в 2024 году, срок исковой давности начнет течь с 2024 года, а значит, нефтяная компания может владеть государственным имуществом, не возвращать его и не вносить арендную плату, ссылаясь на незаключенность договора, свидетельствует о недобросовестности АО «НК «Янгпур» (статья 10 ГК РФ).

В части преюдиции, судебные акты по делу № А81-1117/2023 имеют принципиальное значение для разрешения спора по настоящему делу, доводы, которые приводит АО «НК «Янгпур» в отзывах и возражениях на иск в рамках настоящего дела идентичны доводам, приводимым АО «НК «Янгпур» в рамках дела №А81-1117/2023.

Фактическая передача объектов аренды в пользование арендатора сторонами не оспаривалась, при этом акты приема-передачи в материалах дела отсутствуют, поскольку истцом к исковому заявлению приложены копии договоров без приложений.

Так, МТУ Росимущества к исковому заявлению по делу №А40-63073/2023 приложен акт приема-передачи в аренду скважины № 411, подписанный сторонами и скрепленный печатью сторон. Из указанного акта усматривает, что сооружение по своему техническому состоянию пригодно для эксплуатации. Обследование проводилось визуально, расконсервация скважины для обследования не производилась. Взаимных претензий у сторон не имеется.

Таким образом, акт приема передачи подписан сторонами после визуального осмотра, исходя из чего АО «НК «Янгпур» достоверно располагало сведениями относительно местонахождения объектов.

При этом именно на указанные объекты 12.09.2018 ОАО «НК «Янгпур» подана заявка на участие в аукционе, из чего следует, что ответчик был заинтересован в заключении договоров аренды именно указанных объектов, сложности с идентификацией у него отсутствовали.

Обязанность арендодателя, в первую очередь, состоит в передаче в пользование объектов аренды.

При этом в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил ГК РФ о договоре аренды» (далее - Постановление № 73) указано, что, если арендуемая вещь в договоре аренды не индивидуализирована должным образом, однако договор фактически исполнялся сторонами (например, вещь была передана арендатору и при этом спор о ненадлежащем исполнении обязанности арендодателя по передаче объекта аренды между сторонами отсутствовал), стороны не вправе оспаривать этот договор по основанию, связанному с ненадлежащим описанием объекта аренды, в том числе ссылаться на его незаключенность или недействительность.

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 5 пункта 9 Постановления № 73, отсутствие кадастрового паспорта части земельного участка не может являться безусловным основанием для признания договора его аренды (субаренды) незаключенным в случае, если имеется подписанный сторонами документ, содержащий графическое и/или текстуальное описание той части земельного участка, пользование которой будет осуществляться арендатором (в том числе с учетом данных, содержащихся в кадастровом паспорте соответствующей недвижимой вещи) и из этого описания следует, что предмет договора аренды согласован сторонами.

Равным образом то описание, которое согласовано стонами в договорах аренды, позволило арендатору определить местоположение спорных скважин, провести их обследование и приступить к использованию, в том числе посредством подачи заявления в Ростехнадзор на соискание лицензии на эксплуатацию данных скважин.

Как указывает ответчик, а также третьи лица в своих отзывах, в материалах дела содержатся доказательства тождества переданной арендатору скважины № 411 и № 411-р, принадлежащей публичному акционерному обществу «Газпром», ввиду чего скважина № 411 не могла быть предметом договора аренды в силу отсутствия у арендодателя прав собственности.

Между тем, из ответа ФБУ «ТФГИ по УФО» от 07.07.2023 усматривается, что скважина № 411 расположена в границах Известинского участка недр, недропользователь - ОАО НК «Янгпур», год бурения 1983, скважина находится в состоянии консервации с 30.06.1983, иные сведения отсутствуют. Из представленных архивных документов следует, что скважина носила номер 411 как минимум с 1983 года.

Суд в рамках дела № А81-1117/2023 пришел к выводу о том, что достаточных оснований полагать, что скважины № 411 и № 411-р являются тождественными, не имеется.

В ином случае, представители АО «НК «Янгпур» не были бы допущены к приемке скважины и обследованию скважины № 411, а потому скважины № 411 и № 411-р различны.

Кроме того, приведенные ПАО «Газпром» и ООО «Газпром добыча Ноябрьск» доводы о том, что скважина № 411 является собственностью ПАО «Газпром» не соответствует нормам действующего законодательства.

Постановлением Верховного Совета РФ от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность» предприятия и объекты геологической, картографо-геодезической, гидрометеорологической службы, контроля за состоянием и охраны окружающей природной среды и природных ресурсов относятся исключительно к федеральной собственности (пункт 1 постановления и пункт 4 раздела II приложения № 1).Спорная скважина пробурена за счет средств государственного бюджета, право собственности на нее возникло у Российской Федерации на основании постановления № 3020-1 и в установленном законом порядке не прекращалось.

Данное обстоятельство подтверждено Материалами на консервацию скважины № 411, в которых указано, что скважина начата бурением 25.04.1983, законсервирована 30.06.1985, то есть до момента принятия постановления № 3020-1.

Из Технического паспорта на скважину № 411-р также следует, что скважина построена в 1990 году, пущена в эксплуатацию 01.07.1990, до момента принятия постановления № 3020-1.

Вместе с тем Указом Президента Российской Федерации от 24.12.1993 № 2284 утверждена Государственная программа приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации, в соответствии с пунктом 2.1.43 которой среди объектов и предприятий, находящихся в федеральной собственности, приватизация которых запрещена, названы предприятия, объекты и организации геологической службы, выполняющие региональные геологические исследования, связанные с оборонными нуждами государства, работы на континентальном шельфе и в пределах морской экономической зоны и Мирового океана, включая предусмотренные для этого морские суда, а также выполняющие фундаментальные научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, направленные на решение федеральных программ развития минерально-сырьевой базы страны, в соответствии со специальным перечнем, утверждаемым Указом Президента Российской Федерации, скважины глубокого бурения, находящиеся в пределах горных отводов или площадей, по которым выданы лицензии добывающим или иным предприятиям, и государственная сеть наблюдательных скважин и пунктов наблюдения нефтяных и газовых фонтанов.

Согласно Положению о порядке реализации и использования скважин глубокого бурения на нефть и газ, пробуренных за счет средств государственного бюджета и числящихся на балансе государственных геологических предприятий, зарегистрированного в Минюсте России 25.09.1995 № 953 (далее - Положение), скважины глубокого бурения на нефть и газ, пробуренные и законченные строительством за счет средств федерального бюджета и числящиеся на балансе государственных геологических предприятий, реализуются горнодобывающим или иным организациям исходя из положений данного нормативного правового акта.

Так, в силу пункта 1 указанного Положения при преобразовании в акционерные общества и приватизации государственных геологических предприятий в соответствии с законодательством Российской Федерации скважины глубокого бурения на нефть и газ, числящиеся на их балансе и находящиеся в пределах горных отводов или площадей, по которым выданы лицензии на право пользования недрами добывающим или иным организациям, исключаются из перечня приватизируемого имущества.

Скважины, расположенные за пределами площадей, по которым выданы лицензии на право пользования недрами иным организациям, а также в пределах участков, на которые получены лицензии самим геологическим предприятием, включаются в перечень приватизируемого имущества при определении уставного капитала преобразуемых в акционерные общества и приватизируемых государственных геологических предприятий (пункт 2 Положения).

Следовательно, скважины, находящиеся в федеральной собственности и отвечающие признакам, указанным в названных положениях, не подлежат приватизации.

На основании изложенного, доводы ответчика об отсутствии регистрации договора, о его незаключенности в связи с неопределенностью объекта аренды отклонены, в силу ст. 433, п.2 ст. 609, п.2 ст. 651 ГК РФ и п. 14 постановления Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды». 

Установив, что ответчик пользовался имуществом, соответственно ответчик обязан оплатить арендную плату по договору от 04.10.2018 № 5-89/2018.

Возражая против требований истца ответчиком было заявлено о пропуске срока исковой давности. 

В силу ст. 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 03.11.2006 N 445-О, действующее гражданское законодательство под исковой давностью понимает срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации). Институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению хозяйственных договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

В силу п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (в ред. Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является согласно п. 2 ч. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, Пленума ВАС РФ от 28.02.1995 N 2/1 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", заявление стороны в споре о применении срока исковой давности является основанием к отказу в иске при условии, что оно сделано на любой стадии процесса до вынесения решения судом первой инстанции и пропуск указанного срока подтвержден материалами дела.

Согласно материалам дела истец направил иск в суд 24.03.2024 (Загружено Мой Арбитр 24.03.2024, 15:21 МСК).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 N 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абз.2 п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав. Подведомственный правительству Москвы орган исполнительной власти, на который возложены обязанности по контролю за соответствием строительства требованиям, установленным в разрешении, и который для надлежащего осуществления этих обязанностей наделен различными контрольными полномочиями.

В пункте 16 постановления Пленума ВС РФ N 43 разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 202 ГК РФ течение срока исковой давности приостанавливается, если стороны прибегли к несудебной процедуре разрешения спора, обращение к которой предусмотрено законом, в том числе к обязательному претензионному порядку. В этих случаях течение исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения этой процедуры.

Частью 5 ст. 4 АПК РФ установлен обязательный досудебный порядок урегулирования спора по денежным требованиям, возникающим из договоров, неосновательного обогащения в течение тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования).

Согласно п. 2 ст. 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В соответствии с п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Поскольку настоящий иск был подан в арбитражный суд 24.03.2024, с учетом разъяснений пункта 3 статьи 202 ГК РФ, пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 о приостановлении течения срока исковой давности на период соблюдения истцом обязательного претензионного порядка (30 календарных дней), суд приходит к выводу о том, что исковые требования истца о взыскании задолженности по оплате арендной платы за период с 01.10.2018 по 24.02.2020 предъявлены за пределами срока исковой давности, что в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска в данной части.

Таким образом, с учетом трехлетнего срока исковой давности, установленного АПК РФ срока на соблюдение претензионного порядка и предусмотренного п. 5.2 Договора срока оплаты (не позднее 10 числа месяца) с ответчика в пользу истца подлежат взысканию задолженность по арендной плате за период с 25.02.2020 по 31.10.2022 в размере 2 489 579 руб. 81 коп., в остальной части требование удовлетворению не подлежит. 

Разрешая настоящий спор в части заявленного истцом требования о взыскании начисленных истцом пени за период с 11.10.2018 по 11.10.2022 (22 дня просрочки по 31.10.2022) в размере 14 215 972 руб. 25 коп. (согласно представленному истцом расчету т.1 л.д. 44-46), суд исходит из положений п. 6.2.1 договора аренды, согласно которому (за неисполнение обязательств по своевременному и полному внесению арендной платы, арендатор обязан уплатить пени в размере 0.5% от неоплаченной суммы арендной платы, установленной договором или уведомлением арендодателя за каждый день неоплаты после срока, предусмотренного пунктом 5.2 договора) арбитражный суд приходит к выводу, что данное требование подлежит частичному удовлетворению, исходя из следующего.

В отзыве ответчик полагает, что к арендатору  применимы положения о   моратории   в   2020   году, установленные Постановлением от 03.04.2020 № 428. 

Указанный довод ответчика не принимается судом по следующим основаниям.

На основании ст. 9.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.2002 "О несостоятельности (банкротстве)" для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство РФ вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством РФ (введена Федеральным законом от 01.04.2020 года N 98-ФЗ).

В силу пункта 10 "Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории РФ новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 2" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.04.2020) одним из последствий введения моратория является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней), процентов по статье 395 Гражданского кодекса РФ на период действия моратория.

Как указано в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса РФ, неустойка (статья 330 Гражданского кодекса РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса РФ), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие. Если обязательства по оплате возникли в период действия моратория, то правила о введении моратория в данном случае применены быть не могут (Определение Верховного суда РФ N 305-ЭС22-3023)).

Мораторий на возбуждение дел о банкротстве распространяется на организации, чей основной вид деятельности по состоянию на 1 марта 2020 года входит в перечень пострадавших отраслей. Данный вывод находит подтверждение в пункте 3 Постановления Правительства РФ от 01.10.2020 N 1587 "О продлении срока действия моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников": осуществление организациями деятельности по соответствующему виду экономической деятельности определяется по коду основного вида деятельности, сведения о котором содержатся в Едином государственном реестре юридических лиц по состоянию на 1 марта 2020 г.

Однако действие моратория на ответчика не распространяется, поскольку его основная деятельность по состоянию на 01 марта 2020 года не входила в перечень наиболее пострадавших отраслей.

В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», подпунктом 2 пункта 3 статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», с 01 апреля 2022 года введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве в отношении юридических лиц, одним из последствий которого является установление запрета на начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств, суды пришли к выводу об отказе в удовлетворении требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18 января 2022 года по день фактической уплаты долга, начисленные на сумму долга, исходя из ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующие периоды. 

Согласно пункту 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации. В соответствии с подпунктом 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве. В качестве последствия введения моратория абзац 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве предусматривает невозможность начисления неустойки (штрафа, пени) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей. 

На основании статьи 2 Закона о банкротстве денежное обязательство - обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2020 года № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). 

В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. 

Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве. Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее – Постановление № 497) мораторий введен с 01 апреля 2022 года по 01 октября 2022 года. 

Из анализа вышеприведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ следует, что в период действия моратория (с 01 апреля 2022 года до 01 октября 2022 года) начисление штрафных санкций на установленную судебным актом задолженность не производится. 

Между тем вышеуказанные ограничения не применяются к текущей задолженности, то есть к задолженности, возникшей после 01.04.2022.

С учетом исключения периода моратория установленного постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года № 497, пропуска срока исковой давности по части требований, судом самостоятельно произведен перерасчет суммы пени за период с 25.02.2020 по 31.10.2022, которая составила 4 377 967 руб. 45 коп., в остальной части требование удовлетворению не подлежит.

Ответчик заявил ходатайство о снижении размера неустойки на основании ст. 333 ГК РФ.

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 7) если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 71 Постановления).

Из пункта 77 Постановления Пленума ВС РФ № 7 следует, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума ВС РФ № 7, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Также в Определении Верховного Суда РФ от 24.02.2015 № 5-КГ14-131, Определении Конституционного Суда РФ от 15.01.2015 № 6-О, Определении Конституционного Суда РФ от 24.03.2015 № 560-О, Определении Конституционного Суда РФ от 23.04.2015 № 977-О разъяснено, что истец-кредитор, требующий уплаты неустойки, не обязан доказывать причинение ему убытков - бремя доказывания несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства лежит на ответчике, заявившем о ее уменьшении (пункт 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17; пункт 11 Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.05.2013).

Положение ч. 1 ст. 333 Гражданского кодекса РФ в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому сложившейся правоприменительной практикой, не допускает возможности решения судом вопроса о снижении размера неустойки по мотиву явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства - без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность.

Между тем, истцом не представлено каких-либо доводов или доказательств наступления отрицательных последствий, вызванных неисполнением обязательства ответчиком.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение.

При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Суд, рассмотрев доводы сторон, приходит к выводу о том, что имеются основания для применения положений ст. 333 Гражданского кодекса РФ и уменьшения размера неустойки.

Таким образом, принимая во внимание компенсационную природу неустойки, принимая во внимание, что размер неустойки (4 377 967 руб. 45 коп.) превышает размер основного долга (2 489 579 руб. 81 коп.), характер и объем нарушения, отсутствие доказательств причинения вреда истцу, исходя из недопустимости использования неустойки в качестве средства обогащения, высокий процент пени 0,5% (что составляет 182,5% годовых, более чем в 18 раз превышает установленный Банком России размер учетной ставки за период допущенной просрочки также более чем в 10 раз средний размер ставок по краткосрочным кредитам пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности), суд считает, что имеются предусмотренные ст. 333 ГК РФ основания для уменьшения заявленной к взысканию неустойки до суммы в размере 873 583 руб. 49 коп. из ставки 0,1% (является обычно принятым в деловом обороте), которая является справедливой и достаточной компенсацией возможных потерь кредитора и не противоречит вышеприведенным разъяснениям Конституционного Суда РФ.

В соответствии со ст. ст. 102, 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ государственная пошлина по иску относится на ответчика пропорционально удовлетворённым исковым требованиям и подлежит взысканию в Федеральный бюджет Российской Федерации в связи с освобождением истца от уплаты государственной пошлины. 

При этом, если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам ст. 333 Гражданского кодекса РФ на основании заявления ответчика, сумма по государственной пошлине подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения (Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.12.2011г. № 81 «О некоторых вопросах применения ст. 333 Гражданского кодекса РФ»).

С учетом изложенного, на основании ст. ст. 11, 12, 307, 309, 310, 330, 333, 606, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации и руководствуясь ст. ст. 4, 9, 27,  64, 65, 71, 110, 112, 121, 122, 123, 131, 167-170, 171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "НЕФТЯНАЯ КОМПАНИЯ "ЯНГПУР" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в пользу МЕЖРЕГИОНАЛЬНОГО ТЕРРИТОРИАЛЬНОГО УПРАВЛЕНИЯ ФЕДЕРАЛЬНОГО АГЕНТСТВА ПО УПРАВЛЕНИЮ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИМУЩЕСТВОМ В ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ, ХАНТЫ-МАНСИЙСКОМ АВТОНОМНОМ ОКРУГЕ-ЮГРЕ, ЯМАЛО-НЕНЕЦКОМ АВТОНОМНОМ ОКРУГЕ (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) задолженность в размере 2 489 579 руб. 81 коп., пени в размере 873 583 руб. 49 коп. 

В остальной части исковых требований отказать. 

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "НЕФТЯНАЯ КОМПАНИЯ "ЯНГПУР" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в доход Федерального бюджета Российской Федерации неоплаченную по иску государственную пошлину в размере 43 110 руб. 53 коп. 

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства, в Девятом арбитражном апелляционном суде, в течение месяца после его принятия судом.

        Судья:

Д.Н. Федорова