АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3204/2023

22 августа 2023 года

г. Хабаровск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 августа 2023 года.

 

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Головниной Е.Н.

судей Кучеренко С.О., Чумакова Е.С.

в заседании участвовали:

от ООО «Азимут»: ФИО1 – представитель по доверенности от 04.10.2022,

от ФИО2: ФИО3 – представитель по доверенности от 16.09.2021,

от ФИО4 – ФИО5 – представитель по доверенности от 05.12.2022,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Азимут» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

на постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2023

по делу № А73-17819/2019

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО6 (ИНН 

<

***>) – ФИО7

к обществу с ограниченной ответственностью «Азимут» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

заинтересованные лица: общество с ограниченной ответственностью «АСК «Стройтехсервис ДВ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), общество с ограниченной ответственностью «Транс-Лидер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о признании недействительными сделок - договоров поручительства от 01.12.2017 № 1/12/2017, от 03.08.2018 № 3/08/2018

в рамках дела о признании ФИО6 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) 

   

УСТАНОВИЛ:

Арбитражный суд Хабаровского края определением от 20.09.2019 по заявлению общества ограниченной ответственностью «Азимут» (далее – ООО «Азимут») возбудил производство по делу о признании гражданина ФИО6 (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 03.12.2019 требования заявителя признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7.

Решением арбитражного суда от 28.02.2020 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7

В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий 28.02.2022 обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделок должника, в котором просил (с учётом уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ):

-признать недействительным договор поручительства от 01.12.2017 №1/12/2017, заключенный между ФИО6 и ООО «Азимут» по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «АСК «Стройтехсервис ДВ» (далее – ООО «АСК «СТС ДВ»),

- признать недействительным договор поручительства от 03.08.2018 №3/08/2018, заключенный между ФИО6 и ООО «Азимут» по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Транс-Лидер» (далее – ООО «Транс-Лидер»).

В качестве нормативного обоснования заявленного требования управляющий сослался на статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением от 18.10.2022 к участию в обособленном споре в качестве заинтересованных лиц привлечены ООО «АСК «СТС ДВ» (конкурсное производство, конкурсный управляющий ФИО8), ООО «Транс-Лидер» (конкурсное производство, конкурсный управляющий    ФИО9).

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 13.03.2023 финансовому управляющему в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда определение от 13.03.2023 отменено, заявленные финансовым управляющим требования удовлетворены - договор поручительства от 01.12.2017                № 1/12/2017, заключенный между ФИО6 и ООО «Азимут» по обязательствам ООО «АСК «СТС ДВ», договор поручительства от 03.08.2018 № 3/08/2018, заключенный между ФИО6 и ООО «Азимут» по обязательствам ООО «Транс-Лидер», признаны недействительными.

В кассационной жалобе ООО «Азимут» просит постановление апелляционного суда от 22.05.2023 отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции от 13.03.2023. Не соглашаясь с выводами апелляционного суда о том, что нормы статей 632 и 634 ГК РФ императивны, а потому договоры поручительства недействительны, поскольку ими обеспечивалось исполнение недействительных условий договоров аренды транспортных средств с экипажем (возложение на арендатора ответственности за ущерб, причиненный транспортным средствам в процессе их эксплуатации), приводит контраргументацию со ссылкой на статьи 421, 422 ГК РФ и разъяснения постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014      № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее – постановление Пленума № 16). Отмечает, что вопросы ответственности за повреждение транспортных средств регламентируются статьей 639 ГК РФ, указанная норма, наряду со статьей 622 ГК РФ, возлагает на арендатора ответственность за вред,  причиненный арендованной технике, указанное не учтено апелляционным судом. Также не учтено, что по ранее рассмотренным искам ООО «Азимут» к ФИО6 и ООО «АСК «СТС ДВ», ООО «Транс-Лидер» о взыскании убытков, где участвовали кредиторы ФИО10 и ФИО11, судами апелляционной и кассационной инстанций дана оценка условиям договора аренды спецтехники с экипажем в части распределения расходов по содержанию транспортных средств и ответственности за их повреждение, и эти условия признаны соответствующими положениям гражданского законодательства (апелляционные постановления Хабаровского краевого суда  от 18.05.2021 по делу №33-3343/2021, от 26.10.2021 по делу №33-6784/2021). Считает, что вопреки требованиям постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» (далее – постановление Пленума № 57) в обжалуемом постановлении не приведено мотивов, по которым суд не согласился с выводами суда общей юрисдикции относительно квалификации спорных условий договоров аренды. Считает ошибочным суждение суда о недействительности договоров поручительства в связи с недействительностью отдельных условий договора аренды, исполнение по которым обеспечивалось; акцессорный характер договора поручительства не отменяет того, что поручительством обеспечены иные, помимо спорного, обязательства из аренды, в том числе по оплате арендной платы. Ошибочными находит и выводы суда апелляционной инстанции о заключении договоров поручительства со злоупотреблением правом, поскольку из материалов дела не следует, что при заключении этих договоров ООО «Азимут», ФИО6 и подконтрольные ему лица (должники по основным обязательствам) преследовали цель причинения вреда кредиторам. При этом информирует о том, что ООО «Азимут» приобретало технику на условиях лизинга и исполнение обязательств по этим договорам обеспечивалось личным поручительством ФИО12 (руководитель ООО «Азимут»), в том числе и в части ущерба, связанного с повреждением техники. Таким образом, ООО «Азимут», инвестируя в предпринимательскую деятельность ФИО6 через подконтрольные ему общества, приобретая для этого дорогостоящую технику и неся ответственность за ее сохранность перед лизингодателем, имело законный, экономически разумный интерес в обеспечении исполнения обязательств арендаторами при том, что последние не обладали существенными активам. Настаивает на том, что именно данным интересом,  обусловлено заключение оспариваемых договоров с должником как с «собственником бизнеса», осуществляющим полный контроль деятельности подконтрольных обществ. По мнению кассатора, выводы апелляционного суда основаны на неверном применении норм материального права, противоречат обстоятельствам спора и позволяют ФИО6 как лицу, единолично контролировавшему ООО «АСК «СТС ДВ» и ООО «Транс-Лидер» и получавшему прибыль от их деятельности, освободиться от ответственности за вред, причиненный ООО «Азимут» названными общества в процессе эксплуатации техники. Наряду с этим считает, что судом первой инстанции дана надлежащая оценка всем обстоятельствам спора и правильно применены нормы права к спорным правоотношениям.

Финансовый  управляющий имуществом должника ФИО7 в отзыве на кассационную жалобу просит отказать в ее удовлетворении. Выражает несогласие с приведенными в жалобе доводами. Выводы апелляционного суда считает соответствующими фактическим обстоятельствам дела, нормы права считает примененными в апелляционной инстанции верно.

ФИО4 (конкурсный кредитор должника) в отзыве также просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы. Считает, что признание договоров поручительства является единственно законным решением, так как ООО «Азимут»  нарушило требования статей 1, 10 ГК РФ. Информирует о том, что должник на момент заключения оспариваемых договоров имел неисполненные денежные обязательства перед кредиторами, чьи требования учтены в реестре (ФИО10, ФИО11, преемником которых является ФИО13), то есть договоры нарушают права третьих лиц. Считает, что императивность статьи 634 ГК РФ подтверждается указанием Верховного Суда РФ в определениях от 06.12.2022 № 11-КГ22-20-К6 и от 30.08.2022 № 18-КГ22-68-К4 относительно зеркальных норм об аренде транспортных средств без экипажа. Статья 639 ГК РФ возлагает на арендатора обязанность возместить убытки,  если они возникли по обстоятельствам, за которые арендатор отвечает в соответствии с законом или договором аренды.  Именно эти положения договора аренды кредитор считает ничтожными, а императивная норма говорит об обратном – на арендатора такая ответственность возложена быть не может. Считает, что поручительством обеспечены недействительные (ничтожные) условия договоров. Довод о том, что ФИО6 поручился за невыплату арендной платы, считает формальным, поскольку претензий по этому поводу нет. Относительно ранее принятых судом общей юрисдикции решений отмечает, что действительность или недействительность договора – это вопрос права, а не факта; правовая квалификация сделки, данная по ранее рассмотренному делу, не образует преюдиции по смыслу статьи 69 АПК РФ, но учитывается судом, который рассматривает второе дело; суд может прийти к иным выводам, указав  соответствующие мотивы. По мнению кредитора, апелляционная коллегия такие мотивы указала. Возражая на доводы касательно вопроса о злоупотреблении правом, указывает, что сохранность дорогостоящей техники обеспечивается не поручительством физического лица, а страхованием КАСКО. Сообщает, что в деле о банкротстве ООО «АСК «СТС ДВ» генеральный директор ООО «Азимут» сделал заявление о наличии таких договоров. С учетом содержания этих договоров можно сделать вывод о неправомерности предъявления убытков должнику; наличие страховки КАСКО позволяло ООО «Азимут» отнести все расходы на ремонт и замену запчастей на страховую компанию при добросовестном поведении застрахованного.

В заседании суда округа представитель ООО «Азимут» настаивал на удовлетворении кассационной жалобы по приведенным в ней доводам. Представитель ФИО6 высказался в поддержку принятого апелляционным судом постановления, которое просил оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения. Представителем кредитора ФИО4 приведены согласно отзыву возражения на кассационную жалобу и доводы в пользу сохранения обжалуемого постановления.

Проверив законность постановления апелляционного суда от 22.05.2923, с учетом доводов кассационной жалобы, отзывов на нее и выступлений участников процесса, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующему.

 

Как установлено судами по материалам дела, ООО «Азимут» предоставило в аренду спецтехнику двум обществам - ООО «АСК «СТС ДВ» и ООО «Транс-Лидер», за исполнение указанными обществами обязательств поручился их руководитель ФИО6

 

1.

30.11.2017 между ООО «Азимут» (арендодатель) в лице          ФИО12 и ООО «АСК «СТС ДВ» (арендатор) в лице ФИО6 заключен договор аренды спецтехники с экипажем № 11/2017, со сроком действия – 3 года с даты подписания. По условиям договора транспортные средства (спецтехника) предоставляются во временное владение и пользование для осуществления работ по вывозке лесопродукции на объектах, находящихся в п. Березовый Хабаровского края. Арендатор обязан, в том числе: в течение всего срока аренды поддерживать надлежащее состояние арендованной спецтехники, включая осуществление текущего и капитального ремонта, производство шиномонтажа транспортных средств (пункт 2.2.3), своевременно вносить арендную плату и возвратить спецтехнику арендодателю по приемо-сдаточному акту в состоянии, соответствующем состоянию спецтехники на момент подписания акта приема-передачи (пункт 2.9).

13.05.2019 указанный договор расторгнут по соглашению сторон.

Транспортные средства, предоставленные по данному договору, арендатор возвратил арендодателю по актам приема-передачи имущества от 13.05.2019, 14.05.2019. Акты подписаны в двустороннем порядке, содержат информацию о техническом состоянии техники, перечне и объеме повреждений и размере убытков, признаваемом арендатором.

Исполнение обязательств ООО «АСК «СТС ДВ» по договору аренды спецтехники с экипажем от 30.11.2017 № 11/2017 (основной  договор) обеспечено поручительством. По договору поручительства от 01.12.2017      № 1/12/2017 ФИО6 (поручитель) обязался безусловно и безотзывно, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения арендатором обязательств по основному договору, исполнить обязательства арендатора перед арендодателем.

Решением Центрального районного суда г. Хабаровска от 12.07.2019 по делу № 2-6117/2019 удовлетворен заявленный на основании перечисленных договоров и признанный ответчиками иск ООО «Азимут» - в его пользу с ФИО6 и ООО «АСК «СДС ДВ» солидарно взысканы убытки в размере 11 938 802,64 руб. Решение суда вступило в законную силу 13.08.2019, по делу выдан исполнительный лист.

Данное решение впоследствии отменено по апелляционным жалобам ФИО10 и ФИО11 апелляционным определением судебной коллегией по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 18.05.2021 по делу № 33-3343/2021, этим же определением с ФИО6 и ООО «АСК «СТС ДВ» солидарно в пользу ООО «Азимут» взыскано в возмещение ущерба      11 938 802,64 руб. Определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 14.09.2021 определение от 18.05.2021 оставлено без изменения.

 

2.

01.08.2018 между ООО «Азимут» (арендодатель) в лице         ФИО12 и ООО «Транс-Лидер (арендатор) в лице ФИО6 заключен договор аренды спецтехники с экипажем № 08/2018, со сроком действия – 3 года с даты подписания. По условиям договора транспортные средства (спецтехника) предоставляются во временное владение и пользование для осуществления работ по вывозке лесопродукции на объектах, находящихся в п. Березовый Хабаровского края.

13.05.2019 указанный договор расторгнут по соглашению сторон.

Транспортные средства, предоставленные по данному договору, арендатор возвратил арендодателю по актам приема-передачи имущества от 13.05.2019, 14.05.2019. Акты подписаны в двустороннем порядке, содержат информацию о техническом состоянии техники, перечне повреждений и размере убытков, признаваемом арендатором.

Исполнение обязательств ООО «АСК «СТС ДВ» по договору аренды спецтехники с экипажем от 01.08.2018 № 08/2018 (основной  договор) обеспечено поручительством. По договору поручительства от 03.08.2018      № 03/08/2018 ФИО6 (поручитель) обязался безусловно и безотзывно, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения арендатором обязательств по основному договору, исполнить обязательства арендатора перед арендодателем.

Решением Центрального районного суда г. Хабаровска от 07.08.2019 по делу № 2-6394/2019 удовлетворен заявленный на основании перечисленных договоров иск ООО «Азимут» - в его пользу с ФИО6 и ООО «Транс-Лидер» солидарно взыскан  материальный ущерб в размере 8 774 611 руб., Решение суда вступило в законную силу 13.09.2019, по делу выдан исполнительный лист.

Впоследствии решение от 07.08.2019, пересмотренное по апелляционной жалобе ООО «Транс-Лидер», отменено с направлением дела на новое рассмотрение (апелляционное определением судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 03.06.2020 по делу № 33-3435/2020). Затем апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 26.10.2021 по делу № 33-6784/2021 с ООО «Транс-Лидер» в пользу ООО «Азимут» взыскан ущерб  в размере 8 354 261,64 руб.

Дело о банкротстве гражданина ФИО6 возбуждено, как указывалось, по заявлению ООО «Азимут», чьи требования к должнику как к поручителю, подтвержденные перечисленными выше решениями суда общей юрисдикции, включены в реестр требований кредиторов должника.

Финансовый управляющий, считая договоры поручительства от 01.12.2017 № 1/12/2017 и от 03.08.2018 № 03/08/2018 недействительными, поскольку они, имея акцессорный характер, обеспечивают недействительное – противоречащее положениям статьи 634 ГК РФ - условие договора аренды транспортного средства с экипажем об отнесении на арендатора обязанности по содержанию имущества; при этом заключены аффилированными лицами, со злоупотреблением ими правом и в условиях неординарных обстоятельств, с целью причинения вреда кредиторам должника, обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований, исходил из того, что поручительство за подконтрольное общество является обычной общепринятой практикой; в спорный период и поручитель ФИО6, и подконтрольные ему общества - арендаторы техники пребывали в благополучном финансовом состоянии; отсутствие у поручителя ФИО6 в достаточном количестве имущества для покрытия обязательств арендаторов само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом. В части доводов относительно ничтожности поручительств как акцессорных обязательств в связи с ничтожностью договоров аренды техники с экипажем, суд пришел к выводу, что заключенные основные договоры носят смешанный характер, поскольку имеют элементы договора оказания услуг по подбору персонала (экипажа) арендатором для арендодателя, что опосредует правомерное возложение на последнего убытков, возникающих при эксплуатации техники.

Апелляционный суд, отменяя судебный акт первой инстанции и удовлетворяя заявление финансового управляющего, признал договоры недействительными ввиду несоответствия требованиям закона обеспечиваемых ими сделок и по причине злоупотребления сторонами договорных отношений своими правами, в обоснование чего привел следующую аргументацию:

- договоры поручительства как акцессорные обязательства оценены на предмет их недействительности во взаимосвязи с основными обязательствами по договорам аренды; договоры аренды, заключенные ООО «Азимут» с ООО «Транс-Лидер» и с ООО «АСК «СТС ДВ», во исполнение которых ФИО6 предоставлено оспариваемое поручительство, квалифицированы как договоры аренды техники с экипажем; то, что договоры аренды содержат элемент договора оказания услуг, данную квалификацию не изменяет, поскольку в договорах нет условий о встречном исполнении относительно услуг со стороны ООО «Азимут»; положения статьи 634 ГК РФ, согласно которым обязанности по текущему и капитальному ремонту техники законодателем являются зоной ответственности арендодателя, носят императивный характер; включенное пунктом 2.2.3 в договоры аренды условие о возложении такой обязанности на арендатора противоречит положениям статьи 634 ГК РФ и лишено экономического смысла, вследствие чего сделка является недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 168 ГК РФ как нарушающая требования Закона;

- ФИО6 на даты предоставления поручительства за подконтрольных лиц имел неисполненные обязательства перед физическими лицами по договорам займа (перед ФИО10 и ФИО11);

- судебные акты, на основании которых ООО «Азимут» инициировало настоящее дело о банкротстве, приняты в условиях признания             ФИО6 предъявленных требований;

- оспариваемые обеспечительные сделки заключены между ООО «Азимут» и ФИО6 позже заключения основных договоров аренды, что не свойственно обычным условиям гражданского оборота, где обеспечительная сделка является предварительным условием к заключению с контрагентом основной сделки;

- ООО «Азимут» с одной стороны и ООО «АСК «СТС ДВ», ООО «Транс-Лидер» с другой фактически аффилированы посредством общности необычных экономических взаимоотношений между руководителями подконтрольных обществ;

- в действиях ООО «Азимут», ООО «АСК «СТС ДВ, ООО «Транс-Лидер», ФИО6 усматриваются признаки злоупотребления в виде сговора, направленного на причинение вреда кредиторам ФИО2 путем искусственного создания значительного размера требования дружественного ФИО6 кредитора в целях влияния на ход процедуры банкротства и «размытия» реестра требований независимых кредиторов должника.

 

Суд округа не может поддержать позицию апелляционной инстанции по нижеприведенным основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

 

Выше указывалось, что договоры поручительства, как акцессорные обязательства, признаны судом второй инстанции недействительными со ссылкой на несоответствие закону условий договоров аренды, в обеспечение обязательств из которых предоставлено поручительство.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. При этом в силу разъяснений пункта 75 данного постановления применительно к статьям 166, 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной, как посягающая на публичные интересы.

Договоры, в обеспечение исполнения обязательств по которым предоставлено оспариваемое поручительство, верно квалифицированы в качестве договоров аренды транспортного средства (спецтехники) с экипажем – определенный в разделе 1 предмет договоров от 30.11.2017 и от 01.08.2018 соответствует содержанию статьи 632 ГК РФ.

Обязанность по содержанию транспортного средства, переданного по договору аренды с экипажем, возложена на арендодателя в силу статьи 634 ГК РФ.

При этом, как правильно установили суды, согласно пункту 2.2.3 договоров аренды обязанность поддерживать надлежащее состояние арендованной спецтехники, включая осуществление текущего и капитального ремонта, производство шиномонтажа транспортных средств, возложена на арендатора.

По заключению апелляционного суда, норма статьи 634 ГК РФ императивна, а противоречащее этой норме условие договора аренды – недействительно в силу статьи 168 ГК РФ.

Не соглашаясь с данным выводом, суд округа исходит из следующего.

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

В пункте 2 постановления Пленума № 16 разъяснено - норма, определяющая права и обязанности сторон договора, является императивной, если она содержит явно выраженный запрет на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного этой нормой правила.

Иные критерии императивности приведены в пункте 3 постановления Пленума № 16. Так, при отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора. При возникновении спора об императивном или диспозитивном характере нормы, регулирующей права и обязанности по договору, суд должен указать, каким образом существо законодательного регулирования данного вида договора, необходимость защиты соответствующих особо значимых охраняемых законом интересов или недопущение грубого нарушения баланса интересов сторон предопределяют императивность этой нормы либо пределы ее диспозитивности.

Если норма не содержит явно выраженного запрета на установление соглашением сторон условия договора, отличного от предусмотренного в ней, и отсутствуют критерии императивности, указанные в пункте 3 настоящего постановления, она должна рассматриваться как диспозитивная. В таком случае отличие условий договора от содержания данной нормы само по себе не может служить основанием для признания этого договора или отдельных его условий недействительными по статье 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума № 16).

В данном случае обсуждаемая норма – статья 634 ГК РФ – не содержит явного запрета на установление отличного от ее содержания условия  (в ней не указано на то, что иное соглашение ничтожно, запрещено, недопустимо).

Мотивированных выводов относительно того, для защиты какого особо значимого охраняемого законом интереса или недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон необходимо распределение обязательств сторон договора в точном соответствии с содержанием статьи 634 ГК РФ, в апелляционном постановлении не приведено при том, что участники арендных отношений являются равными (хозяйственные общества), ни один из них не находится в положении слабой либо вынужденно присоединившейся к условиям договора стороной, так же ни один из них не обеспечивает публичные интересы.

Отсутствие в норме прямого указания на ее диспозитивность не может рассматриваться в качестве условия, при котором норма права рассматривается в качестве императивной; в этой связи обратный подход апелляционного суда со ссылкой на данное обстоятельство (отсутствие в норме оговорок о возможности по иному урегулировать обязанность) в качестве обосновывающего вывод об императивности статьи 634 ГК РФ ошибочен и противоречит пункту 4 постановления Пленума № 16.

Кроме того, само по себе условие пункта 2.2.3 договоров аренды не обусловило денежное обязательство на стороне арендаторов и, как следствие, поручившегося за них лица (ФИО6).

Суды общей юрисдикции, присуждая к взысканию  с основных должников (ООО «АСК «СТС ДВ», ООО «Транс-Лидер») и с ФИО6 как поручителя денежные средства в пользу ООО «Азимут», приняли во внимание условия договоров аренды, включая спорный, указали на неисполнение арендаторами обязанности, предусмотренной пунктом 2.2.9 договоров аренды и пунктом 4 соглашений о расторжении договоров аренды (возвратить технику арендодателю в состоянии, соответствующем состоянию, в котором он ее получил). При взыскании денежных средств в качестве возмещения ущерба суды руководствовались, в частности, статьей 639 ГК РФ, предусматривающей обязанность арендатора возместить арендодателю причиненные убытки, если последний докажет, что повреждение транспортного средства произошло по обстоятельствам, за которые арендатор отвечает в соответствии с законом или договором аренды. Условия о возмещении арендатором ущерба, причиненного повреждением техники, судами при разрешении данных споров признано не противоречащим положениям статей 421, 422 ГК РФ. Указанное отражено в апелляционных определениях судебной коллегией по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 18.05.2021 по делу № 33-3343/2021, от 26.10.2021 по делу № 33-6784/2021).

Приведенная в данных судебных актах оценка обстоятельств подлежала учету арбитражным судом при рассмотрении настоящего обособленного спора (пункт 2 постановления Пленума № 57). Мотивов, по которым суд не согласился с выводом о соответствии условий договора требованиям статей 421, 422 ГК РФ, в апелляционном постановлении не приведено.

Следует отметить, что вышеперечисленные апелляционные определения приняты после отмены судебных актов первой инстанции, иски рассмотрены при наличии возражения относительно предъявленных требований, итоговый результат не связан с признанием иска ФИО6 Кроме того, в деле с участием ООО «АСК «СТС ДВ» участвовали в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО10 и ФИО11 (кредиторы в деле о банкротстве ФИО6).

При таких обстоятельствах вывод апелляционного суда о недействительности договоров поручительства, ввиду обеспечения ими недействительного условия договоров аренды, является неправомерным – противоречит требованиям статьи 168 ГК РФ.

 

Кроме того, договоры поручительства признаны апелляционным судом недействительными как совершенные со злоупотреблением правом.

Сделки, совершенные с нарушением положений статьи 10 ГК РФ, могут быть признаны недействительными по общим основаниям статьи 168 ГК РФ. При этом сделка, совершенная при наличии признаков злоупотребления правом и посягающая на права и законные интересы третьих лиц, ничтожна.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (статья 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Для констатации судом недействительности ничтожной сделки по статье 10 и 168 ГК РФ необходимо установить у оспариваемой сделки пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок. Такая констатация возможна в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомой противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц (применительно к делу о банкротстве прав иных кредиторов должника). Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

При рассмотрении в рамках дела о несостоятельности вопроса о недействительности сделок должника следует учитывать соотношение общих и специальных оснований для оспаривания сделок должника.

Совершение подозрительной сделки по сути является также злоупотреблением права, но со специальным юридическим составом признаков, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 № 305-ЭС19-18803(10) по делу № А40-168513/2018).

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения (определение Верховного Суда РФ от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9) по делу № А56-18086/2016).

Разрешая настоящий спор, суд апелляционной инстанции, как уже указывалось, исходил из отсутствия экономического смысла для должника в заключения договоров поручительства, при осведомленности и тесном сотрудничестве должника с руководителем ООО «Азимут» ФИО12, и усмотрел в действиях участников договоров аренды и поручительства признаки злоупотребления в виде сговора, направленного на причинение вреда кредиторам ФИО2, путем искусственного создания значительного размера требования дружественного ФИО6 кредитора в целях влияния на ход процедуры банкротства.

Вместе с тем в апелляционном постановлении не приведено обстоятельств, подтверждающих отклонение поведения сторон от разумного и добросовестного осуществления своих прав при заключении спорных договоров, о направленности воли при их заключении на причинение вреда иным кредиторам должника.

При этом не опровергнуты выводы суда первой инстанции о том, что ФИО6 являлся контролирующим лицом по отношению арендаторам – ООО «АСК «СТС ДВ» и ООО «Транс-Лидер», и обеспечение исполнения указанными обществами обязательств посредством поручительства их руководителя в таком случае является обычной практикой.

Наряду с этим судом первой инстанции, со ссылкой на данные бухгалтерского баланса и с учетом непротиворечащих этим данным пояснений ФИО6 об успешной хозяйственной деятельности обществ до начала 2019 года, указано на стабильное финансовое состояние арендаторов (ООО «АСК «СТС ДВ» и ООО «Транс-Лидер») на момент их вступления в арендные отношения и предоставления должником поручительства.

Также суд первой инстанции установил,  что ФИО6 обладал активами (недвижимое и движимое имущество, права требования по договорам долевого участия в строительстве). На даты предоставления спорного поручительства (01.12.2017 и 03.08.2018) у него имелись денежные обязательства перед двумя кредиторами: перед ФИО11 на сумму основного долга 1 000 000 руб. (заем по расписке от 04.05.2017 со сроком возврата 14.05.2017, требование заявлено в деле о банкротстве,  признано обоснованным и включено в третью очередь реестра определением от 17.02.2020): перед ФИО10 на сумму основного долга 10 500 000 руб. (обеспеченные залогом имущества должника процентные договоры займа от 19.06.2017 со сроком возврата, с учетом продления, до 01.04.2019; беспроцентный заем от 14.12.2017 со сроком, с учетом его продления, до момента истребования; требование заявлено в деле о банкротстве, признано обоснованным и включено в третью очередь реестра определением от 10.11.2020). Обязательства перед иными кредиторами возникли позднее заключения спорных договоров.

Таким образом, на дату предоставления поручительства ФИО6, будучи обязанным перед двумя кредиторами, допустил просрочку исполнения заемного обязательства на сумму 1 000 000 руб., остальные обязательства исполнялись им, в том числе выплачивались проценты за пользование займом до 19.12.2018 (данное установлено при рассмотрении требования ФИО10).

Иное апелляционным судом не устанавливалось и из материалов дела не следует.

То, что ФИО6 поручился за подконтрольные ему общества в период после возникновения у него обязательств из заемных правоотношений, не свидетельствует само по себе о противоправном поведении должника и намерении его причинить вред своим кредиторам. Иной подход означал бы и противоправность действий должника по заимствованию у ФИО10, с которым договоры займа заключены после получения заемных средств от ФИО11

При этом, как установил суд первой инстанции, ООО «Азимут» с одной стороны и ООО «АСК «СТС ДВ» с ООО «Транс-Лтидер» - с другой не находились в состоянии юридической либо фактической подконтрольности по отношению друг к другу.

Кроме того, в деле о банкротстве ООО «Транс-Лидер», производство по которому возбуждено по заявлению ООО «Азимут», при проверке обоснованности требований последнего рассматривался вопрос о фактической аффилированности между должником и заявителей, исходя из доводов о взаимодействии (переводов денежных средств) контролирующих указанные общества лиц – ФИО6 и ФИО12  В рамках этого спора суды признали не доказанными обстоятельства фактической аффилированности должника с кредитором и исключили квалификацию должника с заявителем как взаимосвязанных лиц (определение Арбитражного суда Хабаровского края от 05.03.2022, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2022 по делу №А73-20811/2019).

Указанные обстоятельства не учтены апелляционным судом. Вместе с тем вывод о взаимосвязанности должника с ООО «Азимут» через директора последнего ФИО12 в настоящем споре сделан при тех же обстоятельствах, которые проверялись в рамках ранее разрешенного спора - исходя из фактов взаимодействия названных лиц путем перечисления денежных средств на счета друг друга и подконтрольных им лиц.

Следует также отметить, что денежные перечисления, с учетом пояснений участников спора о наличии взаимодействия при ведении обществами хозяйственной деятельности с одной сфере (заготовка и транспортировка леса), принимая во внимание также выводы в ранее рассмотренном споре, недостаточны для установления фактической аффилированности ФИО6 и ООО «Азимут». В данном случае доводов и доказательств тому, что названные лица, оформляя поручительство в обеспечение арендных обязательств, действовали с целью достижения единой цели, не приведено и не представлено. Напротив, интересы ООО «Азимут» и ФИО6 были различны, каждый действовал для достижения своей выгоды/ выгоды контролируемого лица.

Экономический смысл для сторон оспариваемых сделок, вопреки выводу апелляционного суда, согласуется с направленностью этого института обеспечения исполнения обязательств (§ 5 главы 23 ГК РФ) и не противоречит ему.

Ссылка в апелляционном постановлении на то, что стороны стремились к искусственному созданию значительного размера требования дружественного ФИО6 кредитора, не обоснована. Так, ранее указано на неподтвержденность утверждения о взаимосвязанности и действиях в одном интересе должника и ООО «Азимут». Довод об искусственном создании задолженности противоречит установленным судами обстоятельствам и существу правоотношений сторон; правоотношения участников арендных отношений являлись реальными, арендуемая техника использовалась с целью извлечения арендатором прибыли (иное не утверждается), также реальным, и при этом обычным в хозяйственном обороте, являлось волеизъявление на обеспечение обязательств из аренды в форме поручительства. Кроме того, как поясняет заявитель и следует из иных обособленных споров, арендуемая по обеспеченным спорным поручительствам договорам техника приобретена арендодателем в лизинг; обязательства ООО «Азимут» перед лизингодателем также, как и в спорном случае, обеспечены поручительством руководителя. То есть ожидаемый арендодателем объем обеспечения исполнения обязательств перед ним не является чрезмерным - равен тому, что он сам предоставил по своим обязательствам перед контрагентом по договору лизинга.

То, что ФИО6 признавал задолженность перед ООО Азимут», не является достаточным для вывода о том, что должник вступил в сговор с ООО «Азимут» с целью ущемления прав иных кредиторов. В этой связи следует отметить, что задолженность перед ООО «Азимут» установлена судебными актами, принятыми по результатам рассмотрения исков и заявленных на них возражений (первоначально принятые решения отменены). Кроме того, ФИО6 подтверждал и не оспаривал требования, предъявленные к нему другими кредиторами - ФИО11 и ФИО10, что следует из содержания вынесенных по результатам рассмотрения этих требований определений от 10.02.2020 и от 10.11.2020.

То, что договоры поручительства заключены после подписания договоров аренды (поручительство по договору аренды от 30.11.2017 предоставлено договором от 01.12.2017, а по договору аренды от 01.08.2018 - 03.08.2018), не означает направленности воли сторон на причинение вреда третьим лицам. Такая последовательность подписания основного и обеспечивающего договоров не противоречит законодательным правилам, а расхождение в один-два дня - не существенно, предоставление поручительства по уже заключенному договору отвечает принципам ведения добросовестной хозяйственной деятельности, когда при длящихся правоотношениях обязанная сторона, имея возможность исполнять договор и не намереваясь уклоняться от исполнения принятых на себя обязательств, предоставляет дополнительные гарантии для кредитора с целью дальнейшего взаимодействия (в том  числе по планируемым в будущем сделкам).

При таких обстоятельствах условий для признания договоров поручительства сделками, совершенными с целью причинения вреда (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), также как сделками, совершенными со злоупотреблением правом (статья 10 ГК РФ) не имелось.

Выводы суда апелляционной инстанции об обратном противоречат нормам материального права, учитывая установленные по спору обстоятельства.

При этом принятое судом первой инстанции решение в форме определения об отказе в признании оспариваемых сделок недействительными законно и обоснованно.

Учитывая изложенное, кассационную жалобу следует удовлетворить. Постановление апелляционного суда подлежит отмене с оставлением в силе определения суда первой инстанции.

Расходы ООО «Азимут», связанные с уплатой государственной пошлины по кассационной  жалобе, с учетом результата разрешения обособленного спора и исходя из правил статьи 110 АПК РФ, подлежат возмещению кассатору за счет должника как стороны спора.

Руководствуясь статьями 110, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2023 по делу № А73-17819/2019 отменить.

Определение Арбитражного суда Хабаровского края от 13.03.2023, вынесенное по этому делу, оставить в силе.

Взыскать с ФИО6 (ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Азимут» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) расходы, связанные с уплатой государственной пошлины по кассационной жалобе, в размере 3 000 руб. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.Н. Головнина

 

Судьи                                                                                    С.О. Кучеренко

Е.С. Чумаков