АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-2743/2024

Дело № А57-454/2023

г. Казань

03 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 июля 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Хисамова А.Х.,

судей Махмутовой Г.Н., Кормакова Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы видеоконференц-связи секретарем судебного заседания Гариповой Л.А.

при участии до перерыва присутствующих в Двенадцатом арбитражном апелляционном суде, после перерыва – в Арбитражном суде Саратовской области представителей:

истца – ФИО1, доверенность от 22.02.2022 № Д/22-68,

ответчика – ФИО2, доверенность от 27.06.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 

на решение Арбитражного суда Саратовской области от 04.10.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по делу № А57-454/2023

по исковому заявлению публичного акционерного общества «Россети Волга» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании фактически понесенных расходов, возникших в связи с расторжением договора об осуществлении технологического присоединения, и по встречному исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП 

<

***>, ИНН 

<

***>) к публичному акционерному обществу «Россети Волга» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ:

публичное акционерное общество «Россети Волга» (далее – ПАО «Россети Волга», истец) обратилось в Арбитражный суд Саратовской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ИП ФИО3, ответчик) о взыскании 702 772 руб. стоимости фактически понесенных расходов, возникших в связи с односторонним отказом заказчика (ответчик) от договора на технологическое присоединение, 17 055 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

ИП ФИО3 обратился в Арбитражный суд Саратовской области со встречным исковым заявлением к ПАО «Россети Волга» о взыскании 2 240 000 руб. неосновательного обогащения, 34 200 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 04.10.2023, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023, первоначальные исковые требования удовлетворены. В удовлетворении встречных исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ИП ФИО3 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, в удовлетворении первоначальных требований отказать, встречные исковые требования удовлетворить, ссылаясь на отсутствие оснований для удовлетворения первоначальных требований, поскольку размер требований истца о взыскании фактически понесенных затрат на выдачу технических условий определен расчетным путем в результате умножения ставки тарифа за единицу максимальной мощности на запрашиваемый по договору объем мощности без представления доказательств фактически понесенных затрат. При этом запрашиваемая мощность ему не предоставлена, услуги не оказаны, в связи с чем встречные требования о возврате предоплаты подлежат удовлетворению.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 22.03.2024 судебное разбирательство назначено на 10 часов 40 минут 02.05.2024.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 02.05.2024 рассмотрение жалобы отложено на 11 часов 00 минут 05.06.2024.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 05.06.2024 в судебном заседании объявлен перерыв до 10 часов 30 минут 19.06.2024.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 14.06.2024 в связи с нахождением судьи Федоровой Т.Н. на дату рассмотрения жалобы в отпуске, произведена ее замена на судью Кормакова Г.А. Сформирован следующий состав суда: председательствующий судья Хисамов А.Х., судьи Махмутова Г.Н., Кормаков Г.А.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав явившихся представителей в судебном заседании, судебная коллегия считает принятые судебные акты подлежащими отмене, дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и подтверждается материалами дела, 21.03.2018 между ПАО «МРСК Волги» (сетевая организация) и ИП ФИО3 был заключен договор об осуществлении технологического присоединения № 1891-000275 (далее – договор), в соответствии с условиями которого сетевая организация принимает на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения объекта заявителя РП-3 10 кВ, расположенного по адресу: 

<

...>.

Указанный договор заключен с целью увеличения ранее присоединенной максимальной мощности ранее присоединенных энергопринимающих устройств с 900 кВт до 7900 кВт.

29.06.2020 сетевая организация переименована в ПАО «Россети Волга».

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению согласно пункту 1.3 договора составляет четыре года с даты заключения договора, то есть не позднее 20.03.2022.

25.05.2022 в сетевую организацию от заявителя поступило письмо от 24.05.2022 № 3 о расторжении договора.

Истец, признав факт расторжения договора по инициативе ответчика, 27.07.2022 в адрес заявителя направил Соглашение об оплате фактически понесенных расходов, возникших в связи с расторжением договора (далее – Соглашение), которым ответчику вменялась обязанность компенсировать сетевой организации фактически понесенные расходы, связанные с подготовкой и выдачей технических условий.

Ответчик Соглашение не подписал, оплату не произвел.

Согласно доводам истца ПАО «Россети Волга» во исполнение обязательств по осуществлению мероприятий по технологическому присоединению понесло затраты на подготовку и выдачу сетевой организацией технических условий в размере 2 942 772 руб.

Данная сумма рассчитана в соответствии с постановлением Комитета государственного регулирования тарифов Саратовской области от 27.12.2017 № 71/7 «Об установлении стандартизированных тарифных ставок, ставок за единицу максимальной мощности и формул для расчета платы за технологическое присоединение энергопринимающих устройств (энергетических установок) к электрическим сетям территориальных сетевых организаций Саратовской области на 2018 год» (далее – Постановление Комитета ГРТ Саратовской области от 27.12.2017 № 71/7), исходя из стоимости мероприятия «Подготовка и выдача сетевой организацией технических условий Заявителю» и максимальной мощности присоединяемых энергопринимающих устройств Заявителя, следующим образом: 350,33 кВт/руб. (тарифная ставка) х 7000 кВт (мощность) + НДС 20% = 2 942 772 руб.

Заявитель произвел авансовые платежи по договору на общую сумму 2 240 000 руб. платежными поручениями от 04.04.2018 № 4, от 10.05.2018 № 8, от 13.06.2018 № 11, от 28.08.2018 № 15, от 26.04.2019 № 16.

Учитывая данные платежи в качестве оплаты фактически понесенных истцом расходов, ответчик, по мнению истца, обязан оплатить ему оставшиеся денежные средства в сумме 702 772 руб.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения ПАО «Россети Волга» в арбитражный суд с иском о взыскании с ИП ФИО3 в пользу ПАО «Россети Волга» стоимости фактически понесенных расходов, возникших в связи с односторонним отказом заказчика от договора, в размере 702 772 руб.

ИП ФИО3 заявил встречные требования к ПАО «Россети Волга», в обоснование которых указал о перечислении последнему предварительной оплаты по договору в размере 2 240 000 руб.  

При этом, поскольку технологическое присоединение фактически не осуществлено, дополнительная заявленная мощность ему не предоставлена, какие-либо расходы в связи с исполнением договора об осуществлении технологического присоединения от 21.03.2018 сетевой организацией фактически не были понесены, следовательно, по мнению, ИП ФИО3, денежные средства в размере 2 240 000 руб. составляют неосновательное обогащение ПАО «Россети Волга».       Удовлетворяя первоначальные исковые требования и отказывая во встречных, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 401, 450, 453, 779, 782, 393, 15, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), Федеральным законом от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон № 35-ФЗ), Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов энергосетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденными постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), приказом Федеральной антимонопольной службы от 29.08.2017 № 1135/17 «Об утверждении методических указаний по определению размера платы за технологическое присоединение к электрическим сетям» (далее –  Методические указания), пунктами 4, 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», установленными по делу обстоятельствами и  пришел к выводу об обоснованности первоначальных требований и недоказанности факта неосновательного обогащения на стороне истца по встречному иску.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, при этом исходил из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 26 Закона № 35-ФЗ технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Согласно пункту 6 Правил № 861 технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные настоящими Правилами.

В соответствии с пунктом 2 Правил № 861 действие настоящих Правил распространяется в том числе на случаи увеличения максимальной мощности ранее присоединенных энергопринимающих устройств.

В силу пункта 18 Правил 861 технологическое присоединение энергопринимающих устройств к электрическим сетям представляет собой комплекс мероприятий, включающих в себя: а) подготовку, выдачу сетевой организацией технических условий и их согласование с системным оператором (субъектом оперативно-диспетчерского управления в технологически изолированных территориальных электроэнергетических системах); б) разработку сетевой организацией проектной документации согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями; в) разработку заявителем проектной документации в границах своего земельного участка согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями; г) выполнение технических условий заявителем и сетевой организацией, включая осуществление сетевой организацией мероприятий по подключению энергопринимающих устройств под действие аппаратуры противоаварийной и режимной автоматики в соответствии с техническими условиями; д) проверку выполнения заявителем и сетевой организацией технических условий.

По мнению судов, сетевая компания, подготовив и выдав обществу технические условия, исполнила часть своих обязательств в рамках договора, понеся определенные производственные издержки. Издержки, не компенсированные сетевой компании, уменьшают ее имущественную базу и могут быть расценены в качестве убытков последней, принимая во внимание, в том числе, положения пункта 5 статьи 453 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, расчет расходов по подготовке и выдаче технических условий произведен в соответствии с Постановлением Комитета ГРТ Саратовской области от 27.12.2017 № 71/7, исходя из стоимости мероприятия «Подготовка и выдача сетевой организацией технических условий Заявителю» и максимальной мощности присоединяемых энергопринимающих устройств заявителя, следующим образом: 350,33 кВт/руб. (тарифная ставка) х 7000 кВт (мощность по договору) + НДС 20% = 2 942 772 руб.

Проверив расчет заявленных расходов, суды признали его правомерным, сделанным с учетом условий договора и Методических указаний.

Довод ответчика о необходимости расчета стоимости технических условий по договору по стандартизированной ставке, в сумме 7835,91 руб.,  судами отклонены.

При этом, как отмечено судами, расчет платы по договору выполнен ПАО «Россети Волга» в соответствии с Постановлением Комитета ГРТ Саратовской области от 27.12.2017 № 71/7 на основании  Методических указаний по ставке за единицу максимальной мощности.

Учитывая, что максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств ИП ФИО3 по договору составляет 7000 кВт (превышает 670 кВт), то, с учетом норм законодательства, действующих в момент заключения договора, ответчик не обладал правом выбора способа определения цены договора.

Ссылка ответчика на абзац 13 пункта 7 Методических указаний, позволяющий в этом случае расчет размера платы за технологическое присоединение осуществлять с применением стандартизированных тарифных ставок, признана судами необоснованной, поскольку указанный абзац был введен приказом ФАС России № 348/20 только 01.04.2020, в то время как расчет платы осуществляется сетевой организацией до заключения договора.

Как отмечено судами, ИП ФИО3 акцептовал оферту указанного договора, согласившись с его условиями, в том числе, и ценой, а, следовательно, и с расчетом платы за выдачу технических условий по ставкам за единицу максимальной мощности.

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований ИП ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения в размере 2 240 000 руб., суды  исходили из следующего.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 указанного Кодекса

Исходя из приведенной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Судами сделан вывод о том, что таких доказательств в материалы дела не представлено, в связи с чем оснований для удовлетворения встречных требований не имеется.

Ответчик произвел авансовые платежи по договору на общую сумму 2 240 000 руб. Расчет затрат ПАО «Россети Волга» осуществлен исходя из стоимости мероприятия «Подготовка и выдача сетевой организацией технических условий Заявителю» и максимальной мощности присоединяемых энергопринимающих устройств заявителя, в сумме 2 942 772 руб., что превышает осуществленную ответчиком предоплату на сумму 702 772 руб.

Как отмечено судами, взыскание стоимости фактических затрат с ответчика исключает возможность удовлетворения встречных исковых требований ИП ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения.

Однако судами не учтено следующее.

При рассмотрении спора суды обеих инстанций руководствовались, в том числе, положениями статей 393, 15 ГК РФ, предусматривающих взыскание не только реального ущерба, но и неполученных доходов, возникших по вине должника, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода), а также пунктом 5 статьи 453 ГК РФ, согласно которому если основанием для изменения или расторжения договора послужило существенное нарушение договора одной из сторон, другая сторона вправе требовать возмещения убытков, причиненных изменением или расторжением договора.

Между тем при существенном нарушении договора одной из сторон договор расторгается по требованию другой стороны в судебном порядке по решению суда (подпункт 1 пункта 2 статьи 450 ГК РФ).

В рассматриваемом случае расторжение договора сетевой организацией в судебном порядке в связи с существенным нарушением его условий со стороны заказчика не производилось, а ответчиком реализовано право на отказ от  договора, предусмотренное пунктом 1 статьи 782 ГК РФ.

Суд округа отмечает, что реализация предусмотренного законом права заказчика на односторонний отказ от договора не может быть квалифицирована как его виновное действие.

Объем обязательств потребителя услуг императивно регламентирован пунктом 1 статьи 782 ГК РФ, который не предусматривает применение к фактическим расходам исполнителя по договору возмездного оказания услуг правил об определении размера убытков, установленных в пункте 5 статьи 393 ГК РФ.

Как следует из искового заявления, исковые требования также основаны на положениях статей  309, 310, 779, 781, 782 ГК РФ и состоят из стоимости фактически понесенных расходов, возникших в связи с односторонним отказом заказчика от договора, в данном случае по подготовке и выдаче истцом технических условий.   

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.12.2017 № 306-ЭС17-11195, пункту 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда| Российской Федерации 28.03.2018, договор о технологическом присоединении по всем своим существенным условиям соответствует договору о возмездном оказании услуг, к правоотношениям сторон по договору технологического присоединения применяются помимо специальных норм положения главы 39 ГК РФ, а также общие положения об обязательствах и о договоре (раздел III ГК РФ). 

Отсутствие в специальных нормативных актах указания на возможность немотивированного одностороннего отказа от исполнения договора не означает, что такого права у заказчика не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

В силу пункта 2 этой же статьи Кодекса исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков.

Из приведенных положений статьи 782 ГК РФ следует, что только для исполнителя установлено условие полного возмещения заказчику убытков в случае отказа от исполнения договора, в то время, как для заказчика в целях реализации права на отказ от договора установлено условие об оплате исполнителю фактически понесенных им расходов.

При этом полное возмещение убытков и фактически понесенные расходы не являются равнозначными понятиями.

Тем не менее с учетом требований пункта 1 статьи 782 ГК РФ заказчик при одностороннем расторжении договора обязан возместить исполнителю фактически понесенные им расходы, исходя из общеправового принципа возмездного характера оказываемых услуг.

Суды согласились с доводами истца о том, что поскольку иного способа расчета платы за технологическое присоединение, а также определения фактически понесенных расходов по отдельному виду мероприятий, действующим законодательством дли сетевых организаций в регулируемой деятельности не предусмотрено, единственно верным способом определения суммы затрат на выдачу технических условий является применение соответствующей тарифной ставки умноженной на заявленную мощность.

То есть чем больше заявлена мощность, тем выше затраты на выдачу технических условий.

Однако такой расчет может быть признан верным лишь для случаев фактического осуществления технологического присоединения с обеспечением заявленной мощности по исчисленной в установленном нормативном порядке стоимости технологического присоединения, при этом истец, осуществляющий регулируемый вид деятельности, при исчислении стоимости технологического присоединения для конкретного заказчика не вправе отклоняться от предусмотренных нормативов и установленных правил.

Однако в данном случае технологическое присоединение не осуществлено: дополнительной мощности ответчику не предоставлено, размер предъявленных ко взысканию расходов определен расчетным способом путем перемножения ставки тарифа на заявленную мощность плюс НДС и приравнен к расчетной стоимости технологического присоединения в части выдачи технических условий на момент заключения договора, что не соответствует признаку фактически понесенных расходов на их изготовление, которые в рассматриваемом случае не квалифицируются как убытки, а являются платой за часть оказанных услуг.  

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 24.03.2017  № 304-ЭС16-16246 (в указанном деле рассмотрен спор о взыскании убытков в виде стоимости выданных технических условий при расторжении договора по инициативе сетевой организации в связи с существенным нарушением заказчиком его условий), доказательства, обосновывающие размер фактических расходов, обязана представить в суд сетевая компания (статья 65 АПК), ставка тарифа не может корректно отражать издержки сетевой компании по оказанию услуг конкретному лицу, так как она рассчитана из плановых величии расходов на технологическое присоединение на период регулирования, что не равнозначно фактическим экономически обоснованным затратам. 

При этом отклоняя доводы ответчика  о том, что при расчете фактически понесенных затрат в связи с подготовкой и выдачей технических условий, необходимо руководствоваться Приложением № 1 Постановления Комитета ГРТ Саратовской области от 27.12.2017 № 71/7, и использовать в расчетах стандартизированную ставку на покрытие расходов на технологическое присоединение сетевых организаций – подготовку и выдачу сетевой организацией технических условий заявителю, составляющую фиксированную сумму 7835,91 руб., суды исходили из того, что поскольку максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств ИП ФИО3 по договору составляет 7000 кВт (превышает 670 кВт), то, с учетом норм законодательства, действующих в момент заключения договора, ответчик не обладал правом выбора способа определения цены договора.

Ссылка ответчика на абзац 13 пункта 7 Методических указаний, согласно которому «в случае если в соответствии с абзацем одиннадцатым настоящего пункта заявителем не может быть выбран вид ставки платы за технологическое присоединение, расчет размера платы за технологическое присоединение осуществляется с применением стандартизированных тарифных ставок», также отклонена, поскольку указанный абзац был введен приказом ФАС России № 348/20 только 01.04.2020 после заключения договора.

Между тем судами не учтено, что указанная норма принята в период действия договора, действовала на момент его расторжения, вопрос о ее применении поставлен не в целях перерасчета платы за технологическое присоединение, которая рассчитывается на момент заключения договора и которое фактически не осуществлено, а в целях определения экономически обоснованных затрат по выдаче технических условий и возможной сопоставимости их с фактически понесенными расходами истца на изготовление и выдачу технических условий.

Однако данный вопрос судами не исследован.

Суд округа соглашается с доводами ответчика о том, что каких-либо документальных подтверждений в обоснование фактически понесенных затрат на изготовление и выдачу технических условий в нарушение требований статьи 65 АПК РФ истцом не представлено.

Согласно доводам ответчика в приложении № 3 к Методическим указаниям  «Расчет фактических расходов на выполнение мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренных подпунктами "а" и "в" пункта 16 Методических указаний» приведен перечень расходов на выполнение мероприятий по технологическому присоединению. Из указанной в приложении таблицы следует, что в эти расходы включаются: вспомогательные материалы; энергия на хозяйственные нужды; оплата труда; отчисления на страховые взносы; работы и услуги производственного характера; налоги и сборы, уменьшающие налогооблагаемую базу на прибыль организаций; услуги связи; расходы на охрану и пожарную безопасность; расходы на информационное обслуживание, иные услуги, связанные с деятельностью по технологическому присоединению; плата за аренду имущества; другие прочие расходы, связанные с производством и реализацией; расходы на услуги банков; проценты за пользование кредитом; прочие обоснованные расходы; денежные выплаты социального характера (по коллективному договору).

Как полагает ответчик, приведенный перечень расходов может приниматься как примерный состав расходов, относимых к выполнению услуг по выдаче технических условий для целей определения размера фактических расходов.

Данные доводы суд округа считает заслуживающими внимания и подлежащими дополнительному исследованию при новом рассмотрении дела.

В части встречных требований суд округа дополнительно считает необходимым указать следующее.

Согласно абзацу 1 пункт 4 статьи 453 ГК РФ стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношению сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства (абзац 2).

В пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» разъяснено, что положения пункта 4 статьи 453 ГК РФ не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала.

В рассматриваемом случае предоплата осуществлена ответчиком в счет исполнения обязательств по договору, в последующем договор расторгнут по его инициативе, обязанность по предоставлению встречного исполнения со стороны сетевой организации отпала.

Следовательно, сумма предоплаты за вычетом фактически исполненного (в данном случае это затраты на изготовление технических условий, размер которых подлежит установлению при новом рассмотрении дела) будет являться неосновательным обогащением сетевой организации.

Таким образом, суд округа приходит к выводу, что обжалуемые судебные акты приняты при неполном исследовании обстоятельств, имеющих значение для дела, в связи с чем они подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду надлежит учесть вышеизложенное, предложить сторонам представить дополнительные доказательства в обоснование своих требований и возражений и с учетом установленного разрешить спор в полном соответствии с нормами материального и процессуального права.

По результатам разрешения спора распределить судебные расходы по правилам статьи 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 04.10.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по делу № А57-454/2023 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Саратовской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1, 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            А.Х. Хисамов

 

Судьи                                                                                    Г.Н. Махмутова

 

                                                                                              Г.А. Кормаков