Дело № А43-6209/2019

город Владимир

25 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 ноября 2020 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Протасова Ю.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 02.10.2020 по делу № А43-6209/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего публичного акционерного общества Нижегородского коммерческого банка «Радиотехбанк» (ОГРН 

<

***>,                          ИНН 

<

***>) Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о признании сделок должника недействительными и применении последствий недействительности сделок,

при участии:

от конкурсного управляющего публичного акционерного общества Нижегородского коммерческого банка «Радиотехбанк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО3                           на основании доверенности от 07.05.2019 сроком действия по 31.12.2020,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества Нижегородского коммерческого банка «Радиотехбанк» (далее – Банк) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» (далее – конкурсный управляющий) с заявлением о признании недействительной сделкой заключенного между Банком и ФИО2 соглашения от 27.09.2018 № 848-П1/1 о расторжении договора поручительства от 26.06.2018 № 848-П1 и применении последствий недействительности сделки в виде восстановления обязательств ФИО2 перед Банком по договору поручительства от 26.06.2018 № 848-П1.

Арбитражный суд Нижегородской области  определением                                 от 02.10.2020:

- признал недействительной сделкой заключенное между Банком и ФИО2 соглашение от 27.09.2018 № 848-П1/1 о расторжении договора поручительства от 26.06.2018 № 848-П1.

- применил последствия недействительности сделки в виде восстановления обязательств ФИО2 перед Банком по договору поручительства от 26.06.2018 № 848-П1;

- взыскал с ФИО2 в пользу Банка судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 6000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2  обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что судом первой инстанции необоснованно оставлено без внимания заявление о фальсификации доказательства, поданное заинтересованным лицом, а также не выяснено кем подписан договор поручительства от 26.06.2018 № 848-П1. Свою позицию заявитель мотивирует тем, что ФИО2 не подписывал договор поручительства от 26.06.2018 № 848-П1, а также заявление на получение кредита от 21.06.2018, указанные документы являются сфальсифицированными. В суде первой инстанции ФИО2 не отказывался от заявления о фальсификации, настаивал на его принятии и назначении судебной экспертизы с целью установления принадлежности подписи в спорном договоре поручительства. Заявитель просит об исключении данного договора поручительства из числа доказательств.

Более подробно доводы содержаться в апелляционной жалобе.

В апелляционной жалобе ФИО2 также заявил ходатайство о назначении судебной почерковедческой  экспертизы, поставив перед экспертом вопрос о принадлежности подписи в договоре поручительства                 от 26.06.2018 № 848-П1 ФИО2

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев ходатайство о назначении экспертизы, отказывает в его удовлетворении по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами. Следовательно, заявление лицом, участвующим в деле, ходатайства о назначении экспертизы не создает обязанности суда ее назначить. Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

В абзаце 2 пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23  «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что ходатайство о проведении экспертизы в суде апелляционной инстанции рассматривается судом с учетом положений частей 2 и 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.

Согласно второму абзацу пункта 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» в случае неисполнения указанными лицами обязанности по внесению на депозитный счет суда денежных сумм в установленном размере суд выносит определение об отклонении ходатайства о назначении экспертизы и, руководствуясь положениями части 2 статьи 108 и части 1 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассматривает дело по имеющимся в нем доказательствам. 

Доказательств внесения на депозитный счет суда апелляционной инстанции денежных средств на проведение экспертизы ответчиком не представлено, равно как и не представлено доказательств невозможности рассмотрения апелляционной жалобы по имеющимся в деле доказательствам.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции отклоняет ходатайство о назначении экспертизы на основании статей 82, 159, 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и упомянутых разъяснений.

Конкурсный управляющий в отзыве письменно и его представитель в судебном заседании устно указали на необоснованность доводов апелляционной жалобы; настаивали на ее удовлетворении.

ФИО2 в ходатайстве от 05.11.2020 просил рассмотреть апелляционную жалобу в свое отсутствие.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  представителей ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «Альянс» (далее – ООО «Альянс»), иных лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке части 6 статьи 121, статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между Банком и ООО «Альянс» заключен договор об открытии кредитной линии от 26.06.2018 № 848, в соответствии с которым Банк предоставил заемщику кредитную линию в размере 50 000 000 руб., с установлением срока пользования кредитом 26.06.2018 – 25.06.2019,  процентной ставки за пользование кредитом – 14 процентов годовых.

Банк обязательства по перечислению заемщику денежных средств исполнил, что подтверждено выпиской с расчетного счета ООО «Альянс». 

Размер задолженности по договору об открытии кредитной линии                от 26.06.2018 № 848 по состоянию на 04.06.2019 составляет 52 839 775 руб. 36 коп., в том числе: 50 000 000 руб. просроченного основного долга, 2 301 369 руб. 88 коп. – просроченных процентов, 287 671 руб. 23 коп. – накопленных процентов за период с 21.05.2019 по 05.06.2019, 250 734 руб.   25 коп. – штрафа по просроченным процентам,  что подтверждается расчетом заявителя.

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по договору об открытии кредитной линии от 26.06.2018 № 848 между Банком и              ФИО2 заключен договор поручительства от 26.06.2018 № 848-П1, согласно которому поручитель обязался солидарно отвечать за исполнение заемщиком обязательств по договору об открытии кредитной линии.

Срок действия поручительства установлен по соглашению сторон с момента подписания договора и до истечения года с момента наступления срока возврата заемщиком кредита по кредитному договору (пункт 4.1 договора).

Впоследствии между Банком и ФИО2 подписано соглашение от 27.09.2018 № 848-П1/1 о досрочном расторжении договора поручительства от 26.06.2018 № 848-П1.

Приказом Центрального Банка Российской Федерации от 31.01.2019             № ОД-209 у Банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций. 

Приказом Банка России от 31.01.2019 № ОД-210 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией Банком, на период деятельности которой приостановлены полномочия исполнительных органов кредитной организации Банка.  

В результате обследования текущего состояния кредитной организации временной администрацией установлены признаки несостоятельности (банкротства), о чем в Центральный Банк Российской Федерации направлено соответствующее заключение.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области                           от 25.02.2019 принято к производству заявление Центрального Банка Российской Федерации о признании Банка несостоятельным (банкротом).

 Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 19.03.2019 по данному делу Банк признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов», о чем в газете «Коммерсантъ» от 30.03.2019 № 56 опубликовано сведение.

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании недействительным соглашения от 27.09.2018 № 848-П1/1 о расторжении договора поручительства от 26.06.2018 № 848-П1 на основании положений пункта 2 статьи 61.2 Федерального Закона от 26.10.2002                     №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 61.1  Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Правила главы III.1 Закона о банкротстве об оспаривании сделок должника могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации (пункт 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 Постановления № 63, по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи (разъяснения, приведенные в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

Постановление

 № 63).

В рассмотренном случае соглашение о расторжении договора поручительства от 26.06.2018 № 848-П1 заключено 27.09.2018, то есть в течение года до возбуждения производства по делу о признании должника банкротом (25.02.2019), соответственно, спорная сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный в пункте 1  статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления                      № 63). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 Постановления № 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества – это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Судом установлено и не противоречит материалам дела, что банк на момент заключения оспариваемого соглашения от 27.09.2018 № 848-П1/1 о расторжении договора поручительства  от 26.06.2018 № 848-П1 обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества. 

Так, недостаточность имущества должника по состоянию на 31.01.2019 на сумму 1 032 973 000 руб. установлена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области от 25.03.2019 по настоящему делу. 

Согласно, утвержденному 18.09.2019 заключению о наличии признаков преднамеренного банкротства Банка, на начало исследуемого периода (01.01.2017) в Банке имелся предусмотренный пунктом 1 статьи 189.8 Закона о банкротстве признак банкротства в виде недостаточности стоимости имущества Банка для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме, размер недостаточности составил 142 169 000 руб. В период с 01.06.2017 происходит ухудшение финансового положения Банка, в связи с чем на 01.02.2018 в Банке вновь появился указанный признак банкротства, размер недостаточности составил 21 409 000 руб. В дальнейшем финансовое положение продолжало ухудшаться.

Таким образом, материалами дела подтверждено наличие у должника недостаточности имущества по состоянию на 01.02.2018 и на 31.01.2019. 

В результате расторжения договора поручительства произошло уменьшения стоимости имущества должника путем исключения возможности истребовать дебиторскую задолженность по кредитным договору с поручителя, что соответствует понятию вреда, указанному в абзаце тридцать втором статьи 2 Закона о банкротстве.

ФИО2, являясь единоличным исполнительным органом                       ООО «Альянс», расторгая обеспечительные сделки, не мог не знать о возможном причинении вреда имущественным правам кредиторов, при отсутствии замены данной обеспечительной сделки каким-либо иным обеспечением или иного встречного предоставления.

Кроме того, соглашение не могло быть совершено в процессе обычной хозяйственной деятельности, поскольку само по себе аннулирование поручительств, обеспечивающих кредитные обязательства заемщика, может привести к утрате возможности получения надлежащего исполнения по нему.

В случае, если бы оспариваемые сделки не были совершены, должник мог получить исполнение обязательств третьего лица по кредитным договорам за счет имущества ФИО2, в результате чего кредиторы должника могли бы получить удовлетворение своих требований. Данные обстоятельства свидетельствуют об явном причинении ущерба как должнику, так и интересам его кредиторов.

Судом первой инстанции также верно отмечено, что поведение кредитора, отказывающегося от обеспечения по обязательству (что влечет существенное снижение гарантий возврата долга), должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности подобных действий. Такой участник оборота должен осознавать, что сделка по расторжению соглашения об обеспечении с высокой степенью вероятности может нарушать права и законные интересы кредиторов его контрагента, справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований за счет пополнения конкурсной массы посредством возврата кредитных средств. Учитывая, что в результате подобной сделки лицо, освобожденное от обеспечительного бремени, получает существенную нетипичную выгоду (которую бы оно никогда не получило при нормальном развитии отношений), на него подлежит возложению риск последующего скорого банкротства контрагента, заключающийся в оспаривании соответствующей сделки.

Отклонение поведения Банка от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав указывает на сомнительность отмены обеспечительного обязательства, что должен был понимать поручитель в отсутствие погашения обеспеченного поручительством обязательства перед Банком.

В данном случае, приведенные сомнения в добросовестности ответчика должны истолковываться в пользу заявителя требования, и перелагать бремя процессуальной активности на другую сторону, которая становится обязанной раскрыть добросовестный характер мотивов своего поведения и наличие у сделки по отмене обеспечительного обязательства разумных экономических оснований (аналогичная позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 301-ЭС17-7613 (3)).

Между тем, таких мотивов и оснований в рамках настоящего обособленного спора ФИО2 не раскрыто, поэтому его следует признать осведомленным о наличии цели причинения вреда в результате совершенных сделок.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств.

Оценив представленные в дело доказательства с учетом названных норм процессуального и материального права, суд первой инстанции обоснованно установил,  что на момент совершения оспоренной сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, в результате расторжения договора поручительства произошло уменьшение стоимости имущества должника путем исключения возможности истребовать дебиторскую задолженность по кредитному договору с поручителя, ФИО2 осведомлен о совершении оспариваемой сделки в ущерб правам должника и его кредиторов.

Указанные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательствами и признаются судом апелляционной инстанции правомерными. 

Следовательно, указанное соглашение от 27.09.2018 № 848-П1/1 о расторжении договора поручительства  от 26.06.2018 № 848-П1 совершено в отсутствии какого-либо иного равноценного обеспечения исполнения основным должником обязательств с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, оспоренной сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов и ФИО2 был осведомлен о результате совершения оспоренной сделки, нарушая права иных кредиторов. 

При таких обстоятельствах, соглашение от 27.09.2018 № 848-П1/1 о расторжении договора поручительства  от 26.06.2018 № 848-П1 правомерно признано судом первой инстанции недействительной сделкой на основании пунктов 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и применены последствия недействительности сделки в виде восстановления обязательств ФИО2 перед Банком по договору поручительства от 26.06.2018 № 848-П1.

Учитывая наличие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также отсутствие доказательств, свидетельствующих о наличии в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, отсутствуют основания для применения в настоящем случае положений 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Довод апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции необоснованно оставлено без внимания заявление о фальсификации доказательства, поданное заинтересованным лицом, а также не выяснено кем подписан договор поручительства от 26.06.2018 № 848-П1, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку указанное обстоятельство опровергается имеющимся в деле протоколом судебного заседания                         от 01.09.2020, а также текстом обжалуемого определения. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции относительно отказа в удовлетворении ходатайства о фальсификации доказательства, суд верно, обоснованно и надлежащим образом исследовал все доказательства, представленные в дело при рассмотрении заявленного ходатайства.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции также отмечает, что доводы заявителя жалобы связаны с договором поручительства (фальсификация его подписи). Между тем, в рассматриваемом случае предметом судебного разбирательства является соглашение о расторжении договора поручительства. При этом заявитель не оспаривает подписание этого соглашения. Между тем, необходимо учитывать, что сторона, подтверждающая каким-либо образом действия договора (в рассматриваемом случае путем его расторжения), не вправе ссылаться на незаключенность  этого договора (подписание договора поручительства иным лицом).

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела. 

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 02.10.2020 по делу № А43-6209/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

Судьи

Е.Н. Беляков 

Ю.В. Протасов