Арбитражный суд

Ханты-Мансийского автономного округа – Югры 

ул. Мира 27, г. Ханты-Мансийск, 628012, тел. (3467) 95-88-71, сайт http://www.hmao.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А75-17364/2021

05 июля 2022 г.

г. Ханты-Мансийск

 

Резолютивная часть решения объявлена 28 июня 2022 г.

Полный текст решения изготовлен 05 июля 2022 г.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи Чешковой О.Г., при ведении протокола заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению муниципального казенного предприятия муниципального образования город Нягань «Няганская ресурсоснабжающая компания» (628183, ХМАО-Югра, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 27.12.2018, ИНН: 

<

***>, КПП: 861001001) к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре о признании недействительным предписания от 23.08.2021 № 62 в части пунктов 6, 8, 9,

при участии представителей сторон:

от заявителя – ФИО2 по доверенности от 26.06.2022 №04/22,

от заинтересованного лица – ФИО3 по доверенности от 10.01.2022 № 08, ФИО4 по доверенности от 10.01.2022 № 41,

установил:

муниципальное казенное предприятие муниципального образования город Нягань «Няганская ресурсоснабжающая компания» (далее – заявитель, предприятие, «Няганская ресурсоснабжающая компания») обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с заявлением к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре (далее - Управление, Роспотребнадзор), с учетом принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнения, о признании недействительным предписания от 23.08.2021 № 62 в части пунктов 6, 8, 9. 

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в заявлении. 

Заинтересованное лицо с заявленными требованиями не согласно по мотивам, изложенным в отзыве на заявление. 

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства. 

Как следует из материалов дела, Управлением на основании решения о проведении контрольного (надзорного) мероприятия от 08.08.2021 № 77 предприятия «Няганская ресурсоснабжающая компания» была проведена выездная проверка объектов предприятия, по результатам которого составлен акт от 23.08.2021 № 88.

Предприятию выдано предписание от 23.08.2021 № 62, согласно которому в срок до 23.05.2022 заявителю надлежит (в части оспариваемых пунктов), в том числе:

Пункт 6. В соответствии с требованиями санитарно-эпидемиологического законодательства осуществлять паразитологические исследования сточной воды и осадка сточной воды на КОС 27000 м3 и 7000 м3; осуществлять дезинвазию сточной воды и осадка сточной воды; осуществлять передачу информации в открытую сеть интернет об эффективности работы КОС 27000 м3 и 7000 м3; согласовать с органом, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический контроль (надзор), НДС сточной воды в водный объект.

Пункт 8. Осуществлять производственный контроль качества питьевой воды (горячей), в соответствии с требованиями санитарно-эпидемиологического законодательства.

Пункт 9. Использовать в помещениях предприятия оборудование по обеззараживанию воздуха, с целью противоэпидемических мероприятий против новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

Полагая, что пункты 6, 8, 9 предписания является незаконным, предприятие обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), частью 4 статьи 200 АПК РФ и пунктом 6 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» условиями принятия арбитражным судом решения о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов является наличие одновременно двух обязательных условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

Доводы заявителя относительно несогласия с пунктом 6 предписания об устранении выявленных нарушений обязательных требований от 23.08.2021 № 62, сводятся к тому, что СанПиН 3.2.3215-14 не ограничивает хозяйствующие субъекты в выборе методов и препаратов для дезинвазии с целью обеззараживания осадков сточных вод от возбудителей паразитарных болезней. Очистка сточных вод предприятием осуществляется в соответствии с требованиями СанПин, который в том числе не предусматривает использование «БИНГСТИ» в качестве единственно возможного препарата. Кроме того СанПиН 3.2.3215-14 не обязывает в качестве меры контроля качества эффективности обеззараживания использование gsm- и глонасс-устройств.

Суд находит данный довод не обоснованным и соглашается с позицией Роспотребнадзора, который указал со ссылкой на материалы проверки, что обеззараживание осадка сточных вод (ил) осуществляется обществом на иловых площадках, на открытых площадках компостирования путем вылеживания и вымерзания в течение 3-х лет. Не выполняется дезинвазия осадка сточной воды на КОС 27000 м3, КОС 7000 м3 (

<

...> не смотря на то, что проектом предусмотрен процесс дезинвазии/дегельминтизации препаратом овицидным «БИНГСТИ», что не соответствует требованиям п.16.2, 16.7.4 СанПиН 3.2.3215-14 «Профилактика паразитарных болезней на территории Российской Федерации». Соответственно, устранение указанного нарушения было включено в указанное выше предписание. Действительно в ходе проводимой проверки осуществлялся отбор осадка сточных вод и по результатам его исследования не выявлено ни яиц гельминтов, ни цист патогенных кишечных простейших. Также Предприятием отмечается также экологический сертификат соответствия на ил избыточный (осадок сточных вод), что свидетельствует о его безвредности.

Вместе с тем, в пункте 16.2 СанПиН 3.2.3215-14 «Профилактика паразитарных болезней на территории Российской Федерации» прямо указано на то, что профилактические, в том числе дезинвазионные мероприятия, проводятся на очистных сооружениях хозяйственно-бытовых, производственных, смешанных и животноводческих стоков непрерывно, вне зависимости от результатов санитарно-паразитологического контроля (планового, мониторингового, производственного).

В соответствии с пунктом 16.7.4 СанПиН 3.2.3215-14, с целью обеззараживания осадков сточных вод от возбудителей паразитарных болезней применяется: - термофильное (при температуре не менее 55 - 60 °C) сбраживание в метантенках. Учитывая значительную устойчивость возбудителей паразитозов к температурам, ниже рекомендованных (что не гарантирует обеззараживания), необходимо обеспечить инструментальный контроль технологических (температурных) параметров процесса; - пастеризация в специальных инженерных сооружениях при температуре 70 °C в течение 20 мин.; - обработка в биобарабанах; - сжигание в специальных инженерно-технических сооружениях (многопудовые или барабанные печи, реакторы со взвешенным слоем и другие); - метод аэробной стабилизации в течение 5 - 6 суток с предварительным прогревом смеси сырого осадка с активным илом при температуре 60 - 65 °C в течение 1,5 часов; - обработка тиазоном в дозе 2% к общей массе осадка при экспозиции 10 суток. Добавление тиазона 0,25 - 3% к массе осадка и тщательное перемешивание в центрифугах в течение 60 мин. с последующим выдерживанием в буртах под полиэтиленовой пленкой в течение 7 суток обеспечивает его безопасность в отношении возбудителей паразитарных болезней; - обработка овицидами биологическими ингибиторами-стимуляторами с минимальной дозировкой 1 литр на 60 м3 осадка влажностью более 85%, после чего не требуется дополнительной дезинвазии осадков сточных вод.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона РФ от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно- эпидемиологическом благополучии населения» юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны в том числе выполнять требования санитарного законодательства.

В соответствии с п. 1, 3 ст. 29 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» в целях предупреждения возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должны своевременно и в полном объеме проводиться предусмотренные санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия, в том числе мероприятия по осуществлению санитарной охраны территории Российской Федерации, введению ограничительных мероприятий (карантина), осуществлению производственного контроля, мер в отношении больных инфекционными заболеваниями, проведению медицинских осмотров, профилактических прививок, гигиенического воспитания и обучения граждан. Санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия проводятся в обязательном порядке гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами в соответствии с осуществляемой ими деятельностью, а также в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 50 настоящего Федерального закона.

В силу п. 1.3 СанПиН 3.2.3215-14 соблюдение санитарно-эпидемиологических правил является обязательным на всей территории Российской Федерации для государственных органов, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, должностных лиц государственных органов, должностных лиц органов государственной власти субъектов Российской Федерации, должностных лиц органов местного самоуправления, граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

Пунктом 16.5 СанПиН 3.2.3215-14 предусмотрено, что мероприятия по охране окружающей среды от загрязнения яйцами и личинками гельминтов, цистами (ооцистами) кишечных патогенных простейших включают, в том числе, использование индустриальных методов дезинвазии (обеззараживания) (физические, химические, биологические и иные методы, обеспечивающие стабильное качество обеззараживания компонентов внешней среды от возбудителей паразитозов при возможности управления и инструментальном контроле оптимальных параметров технологического процесса (температура, дозировка, время экспозиции); обеспечение дезинвазии осадков сточных вод, образующихся на водоочистных станциях и очистных сооружениях канализации, перед их утилизацией; недопущение сброса в поверхностные водоемы сточных вод и их осадков, животноводческих стоков, фановых сточных вод речного и морского транспорта без проведения непрерывной дезинвазии (отсутствие жизнеспособных яиц гельминтов и цист кишечных патогенных простейших) индустриальными методами.

Общество не осуществляло дезинвазию, что не опровергнуто обществом в ходе судебного разбирательства. Мероприятия, проводимые предприятием не свидетельствуют о выполнении предприятием мероприятий, которые предусмотрены п. 16.7.4 СанПиН 3.2.3215-14, а выполняемые им мероприятия, не подменяют собой предусмотренныеп. 16.7.4. СанПиН 3.2.3215-14 меры.

Вывод Управления подтверждается протоколом опроса от 11.08.2021 главного инженера ФИО5, в котором последний пояснил, что дезинвазия сточной воды и ила не осуществляется на КОС из - за дороговизны дезинвазионных препаратов. В протоколе опроса 10.08.2021 начальника цеха водоотведения ФИО6, последняя пояснила, что дезинвазия сточной воды и ила не проводится на КОС, проектом КОС предусмотрено дезинвазионное средство «Пуролот Бингсти», но его не применяют, дезинвазия не проводится в течение 1,5 лет.

В пункте 16.3 СанПин 3.2.3215-14 определено, что санитарно-паразитологические исследования на объектах, указанных в пункте 16.2, проводимые в рамках производственного мониторинга и планового (внепланового) контроля, осуществляются с целью контроля качества эффективности обеззараживания (дегельминтизации/дезинвазии), в том числе с использованием инструментального контроля технологических параметров индустриальных методов дегельминтизации/дезинвазии, предполагающего передачу информации от датчика в открытую сеть с использованием gsm- и глонасс-устройств (с обязательной привязкой к месту по электронным картам) (Приложение к настоящим санитарным правилам).

В период проведения проверки и выдачи оспариваемого предписания СанПиН 3.2.3215-14 являлся действующим, а последующая утрата с 01.09.2021 указанного СанПин в связи с принятием другого нормативного правового акта, а именно СанПиН 3.3686-21 «Санитарно-эпидемиологические требования по профилактике инфекционных болезней», утвержденного Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 28.01.2021 № 4, не свидетельствует о незаконности требования Роспотребнадзора, тем более, что требование об обязательной дезинвазии осадка сточных вод предусмотрено и новым СанПин.

Таким образом, в части требования, изложенного в пункте 6 предписание является законным и обоснованным, а требование заявителя не подлежит удовлетворению.

Доводы заявителя о несогласии с пунктом 8 предписания, согласно которому предписано осуществлять производственный контроль качества питьевой воды (горячей), в соответствии с требованиями санитарно-эпидемиологического законодательства, также несостоятелен.

В пункте 7 описательной части выявленных нарушений по указанному требованию Управлением указано, что у предприятия отсутствует согласованный в установленном порядке с Управлением Роспотребнадзора норматив допустимых сбросов (НДС) сточной воды, выпускаемой после очистки с канализационно-очистных сооружениях - КОС-27000 м3 и КОС 7000 м3 в реку Нягань-Юган, что является нарушением п. 97 СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», ст. 11, п. 4 ст. 18 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».

Так, пунктом 97 СанПиН 2.1.3684-21 установлено требование о том, что хозяйствующими субъектами, осуществляющими сброс сточных вод в водоемы (водоотведение), с целью охраны водных объектов, предотвращения их загрязнения и засорения обеспечивается согласование нормативов допустимых сбросов с территориальным органом федерального органа исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

В соответствии со статьёй 11 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны: выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц; разрабатывать и проводить санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия; осуществлять производственный контроль, в том числе посредством проведения лабораторных исследований и испытаний, за соблюдением санитарно-эпидемиологических требований и проведением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий при выполнении работ и оказании услуг, а также при производстве, транспортировке, хранении и реализации продукции.

Пунктом 4 статьи 18 указанного Федерального закона определено, что для охраны водных объектов, предотвращения их загрязнения и засорения устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации согласованные с органами, осуществляющими федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, нормативы предельно допустимых вредных воздействий на водные объекты, нормативы предельно допустимых сбросов химических, биологических веществ и микроорганизмов в водные объекты.

Обществом представлена Программа производственного контроля (приложение от 28.04.2022), между тем НДС с Управлением Роспотребнадзора не согласован, что не опровергается представленными обществом документами.

Общество не сообщило как указанное требование пункта 8 предписания нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской деятельности.

Предписание в части пункта 8 основано на нормах закона и обязательных требованиях СанПиН, доводы заявителя являются несостоятельными и подлежат отклонению полностью, а требования в этой части удовлетворению не подлежат.

Пунктом 9 предписания обществу предъявлено требование использовать в помещениях предприятия оборудование по обеззараживанию воздуха, с целью противоэпидемических мероприятий против новой коронавирусной инфекции (COVID-19), со ссылкой на нарушение пункта 4.4 СП 3.1.3597-20 «Профилактика новой коронавирусной инфекции (COVID-19)». 

В данной части суд находит обоснованными доводы заявителя, а предписание подлежащим признанию недействительным.

Так, в пункте 4.4 СП 3.1.3597-20 перечислены мероприятия, направленные на «разрыв» механизма передачи инфекции (COVID-19), включающие среди прочего обеспечение организациями использования оборудования по обеззараживанию воздуха в рабочих помещениях как один из возможных способов такого «разрыва». 

Между тем согласно официальным разъяснениям Роспортребнадзора, содержащимся в письме Главного санитарного врача Российской Федерации от 21.10.2020 № 02/21655-2020-32, наличие в помещении оборудования по обеззараживанию воздуха не является единственным способом, позволяющим снизить вероятность заражения новой коронавирусной инфекцией - выбор способа обеззараживания воздуха для «разрыва» механизма передачи инфекции осуществляется хозяйствующим субъектом самостоятельно. 

Таким образом, отсутствие в помещении оборудования по обеззараживанию воздуха само по себе не свидетельствует о нарушении юридическим лицом требований законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения. 

Также следует отметить, что пункт 4.4 СП 3.1.3597-20 относится к разделу IV названных санитарно-эпидемиологических правил «Противоэпидемические мероприятия в отношении COVID-19», устанавливающему требования для территориальных органов Роспотребнадзора в части организации противоэпидемических мероприятий в отношении COVID-19 - по смыслу данного раздела СП 3.1.3597-20 (пункт 4.1) организация указанных в нём противоэпидемических мероприятий, составляющих комплекс мер, направленных на предотвращение завоза и распространение инфекции, возложена на территориальные органы Роспотребнадзора при участии в этом уполномоченных органов государственной власти субъектов Российской Федерации, то есть требования данного пункта Правил адресованы не к юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям, а к названным органам публичной власти, что согласуется с правовой позицией, изложенной в решении Верховного Суда Российской Федерации от 01.04.2021 № АКПИ21-78, в апелляционном определении Апелляционной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2021 № АПЛ21-202. 

Вместе с тем до составления надзорным органом акта проверки в отношении предприятия, последним в адрес этого органа письменно сообщалось, что на предприятии систематически проводится комплекс иных мероприятий, перечисленных в пункте 4.4 СП 3.1.3597-20, направленных на «разрыв» механизма передачи инфекции (COVID-19). Однако проверка данных доводов надзорным органом не осуществлялась, в акте проверки не указаны.

При таких обстоятельствах у Управления не было оснований для вывода о нарушении предприятием требований, изложенных в пункте 4.4 СП 3.1.3597-20.

К аналогичному выводу пришел суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в решении от 25.11.2021, рассматривая жалобу предприятия на постановление судьи Няганского городского суда о привлечении предприятия к административной ответственности по части 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за нарушение требований пункта 4.4 СП 3.1.3597-20.

Решением суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 25.11.2021, поддержанным постановлением от 21.04.2022 Седьмого кассационного суда общей юрисдикции (дело № 16-1832/2022) постановление судьи Няганского городского суда было отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено за отсутствием события административного правонарушения.

При этих обстоятельствах установлен факт нарушения предприятием требований Федерального закона № 52-ФЗ, СанПиН 3.2.3215-14 (действующим в период проведения проверки и выдачи предписания), СанПиН 2.1.3684-21, следовательно, у надзорного органа имелись основания для выдачи оспариваемого предписания.

Исходя из изложенного, оспариваемое решение в части оспариваемых пунктов 6, 8 соответствует закону и не нарушают законные права и интересы заявителя. 

В части требования, изложенного в пункте 9, предписание подлежит признанию недействительным.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины относятся на заинтересованное лицо.

Руководствуясь статьями 167-170, 180, 181, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры,

РЕШИЛ:

заявленные требования удовлетворить частично.

Предписание территориального отдела в г. Нягани и Октябрьском районе Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре выданное муниципальному казенному предприятию муниципального образования город Нягань «Няганская ресурсоснабжающая компания» признать недействительным в части требований, изложенных в пункте 9.

В остальной части требований в удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре в пользу муниципального казенного предприятия муниципального образования город Нягань «Няганская ресурсоснабжающая компания» судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины в размере 3000 рублей.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Восьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству участвующих в деле лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья         О.Г. Чешкова