﻿Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А19-24764/2019

07 июля 2021 года

город Иркутск

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Скубаева А.И.,

судей: Белоножко Т.В., Железняк Е.Г.,

при участии в судебном заседании представителя государственного общеобразовательного казенного учреждения Иркутской области «Специальная (коррекционная) школа № 4 Анучина И.В. (директор, паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ответчика – государственного общеобразовательного казенного учреждения Иркутской области «Специальная (коррекционная) школа № 4 г. Иркутска» на решение Арбитражного суда Иркутской области от 02 декабря 2020 года по делу № А19-24764/2019 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 17 марта 2021 года по тому же делу,

установил:

государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Усть-Ордынском Бурятском округе Иркутской области (межрайонное) (ОГРН: 1038500601314, ИНН: 8506008175, далее – Пенсионный фонд, истец) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с иском к государственному общеобразовательному казенному учреждению Иркутской области «Специальная (коррекционная) школа № 4                  г. Иркутска» (ОГРН: 1023801431015, ИНН: 3810024686, далее – Учреждение, ответчик) о взыскании 131 641 рублей 15 копеек ущерба, образовавшегося в связи с предоставлением недостоверных сведений на работника – Верхозину Светлану Ивановну (далее – Верхозина С.И.).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 18 февраля 2020 года, оставленным без изменения постановлением Четвёртого арбитражного апелляционного суда  от 20 апреля 2020 года, иск удовлетворен.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа                                                 от 27 июля 2020 года указанные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

При новом рассмотрении дела определением Арбитражного суда Иркутской области от 13 марта 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечена Верхозина С.И.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 02 декабря 2020 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 17 марта 2021 года, иск удовлетворен.

Учреждение, не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение.

Заявитель кассационной жалобы со ссылкой на письмо Фонда социального страхования Российской Федерации № 02-13/07-7424 от 09.08.2007 и постановление Правительства Российской Федерации № 665 от 16.07.2014 указывает на то, что в трудовой стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию, в том числе периоды нахождения в отпуске по беременности и родам и по уходу за ребенком до 1,5 лет. В связи с этим, в трудовой стаж Верхозиной С.И. должен засчитываться период нахождения в отпуске по беременности и родам с 29.12.1992 и до достижения ребенком возраста 1,5 лет,

Пенсионный фонд и Верхозина С.И. отзывы на кассационную жалобу не представили, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается без их участия.

В судебном заседании представитель Учреждения подтвердил доводы кассационной жалобы.

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права и норм процессуального права, соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, а также с учетом доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

При рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций установлено, что Верхозина С.И. обратилась 18.05.2018 с заявлением о назначении досрочной пенсии по старости. В представленной Верхозиной С.И. справке о стаже № 55 от 27.02.2018, выданной Учреждением, не был указан период ухода за ребенком, в связи с чем образовалась переплата пенсии за период с 22.05.2018 по 31.05.2019.

В ходе проверки Пенсионного фонда, оформленной в акте № 12 от 31.05.2019 было установлено, что в период с 13.03.1993 по 30.06.1994 Верхозина С.И. находилась в отпуске по уходу за ребенком до 3-х летнего возраста (с 30.06.1994 уволена).

Период нахождения Верхозиной С.И. в отпуске по уходу за ребенком до 3-х летного возраста из-за некорректных сведений справки № 55 от 27.02.2018 был ошибочно засчитан Пенсионным фондом в качестве льготного стажа. В связи с этим, за период с 22.05.2018 по 31.05.2019 Верхозиной С.И. были излишне выплачены денежные средства в сумме 131 641 рублей 15 копеек, поскольку отпуск по уходу за ребенком не включается в льготный стаж.

Истец, полагая, что излишняя выплата денежных средств возникла по вине Учреждения, выдавшем справку с некорректной информацией, обратился с иском о взыскании убытков.

Порядок и условия возмещения причиненного ущерба установлены главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Лицо, требующее возмещение убытков, в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно доказать факт причинения убытков, их размер, наличие причинной связи между понесенными истцом убытками и действиями (бездействием) ответчика, наличие вины причинителя убытков.

Удовлетворение иска возможно при доказанности совокупности указанных элементов ответственности. Недоказанность хотя бы одного из них не дает права на возмещение убытков.

На момент обращения Верхозиной С.И. в Пенсионный фонд с заявлением о назначении пенсии (18.05.2018) действовал Федеральный закон от 28.12.2013 № 400-ФЗ

«О страховых пенсиях» (далее – Закон № 400).

Согласно части 3 статьи 36 Закона № 400 со дня вступления в силу настоящего Федерального закона Федеральный закон от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» (далее – Закон № 173) не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с настоящим Федеральным законом в части, не противоречащей настоящему Федеральному закону.

Частью 3 статьи 28 Закона № 400 установлено, что в случаях невыполнения или ненадлежащего выполнения обязанностей, по предоставлению достоверных сведений содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии, и выплаты в связи с этим излишних сумм страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии) работодатель и (или) пенсионер возмещают пенсионному органу, производящему выплату страховой пенсии, причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. Таким образом, если выплата излишних сумм была обусловлена представлением пенсионером или работодателем неверных сведений, то данные лица обязаны возместить Пенсионному фонду излишне уплаченные суммы.

Согласно пункту 19 части 1 статьи 30 Закона № 400 страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 Закона № 400, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Таким образом, 25-летний стаж, предусмотренный пунктом 19 части 1 статьи 30 Закона №400 является специальным (педагогическим) стажем.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 21.01.2011 № 41-В10-22 отмечал, что с принятием Закона Российской Федерации от 25.09.1992 № 3543-1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 11.12.2012 № 30 следует, что при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 06.10.1992, то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости. Необходимо учитывать, что если отпуск по уходу за ребенком начался до 06.10.1992, то период нахождения в данном отпуске подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, независимо от момента его окончания (до или после этой даты).

При рассмотрении настоящего дела судами первой и апелляционной инстанций установлено, что в выданной ответчиком справке № 55 от 27.02.2018 указано, что Верхозина С.И. с 26.08.1992 работала в ГОКУ «Специальная (коррекционная) школа № 4 г. Иркутска» на 1 ставку, больничный лист по беременности не имела, учебных отпусков с отрывом от производства, отпусков на курсы повышения квалификации, отпусков по уходу за ребенком, отпусков без сохранения заработной платы не имела.

Между тем, согласно акту № 12 Верхозиной С.И. был предоставлен декретный отпуск в период с 09.10.1992 по 25.02.1993, отпуска по уходу за ребенком до достижения им трехлетнего возраста с 13.03.1993 по 30.06.1994, а также о выплате ей пособия с 26.02.1992 по 29.06.1994.

Из свидетельства о рождении Верхозина Ю.А. – дочери Верхозиной С.И., следует, что Верхозина Ю.А. родилась 29 декабря 1992 года.

Установив, что отпуск по уходу за ребенком у Верхозиной С.И. начался позже 06.10.1992, в связи с чем период отпуска по уходу за ребенком не подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о том, что период нахождения в данном отпуске Верхозиной С.И. не подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

Перечень документов, необходимый для установления трудовой пенсии установлен Приказом Минтруда России от 28.11.2014 № 958н. Во исполнение данного приказа Верхозина С.И. представила выданнуюУчреждением справку № 55 от 27.02.2018, в которой не было указано о нахождении Верхозиной С.И. в отпуске по уходу за ребенком в период с 13.03.1993 по 30.06.1994.

Предоставление данной недостоверной информации, ответственность за которую несет Учреждение, привела к тому, что Пенсионный фонд ошибочно засчитал период отпуска по уходу за ребенком в период с 13.03.1993 по 30.06.1994 в качестве педагогического стажа выплату Верхозиной С.И., что повлекло необоснованную выплату суммы в размере 131 641 рублей 15 копеек.

При таких обстоятельствах, оценив имеющиеся в дел доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильно применив к правоотношениям сторон указанные выше нормы материального права, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о возникновении у Пенсионного фонда убытков по вине Учреждения, в связи с чем правомерно взыскали с ответчика сумму причиненного ущерба.

Каких-либо нарушений требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при оценке доказательств судами первой и апелляционной инстанций не допущено. Основания для иной оценки доказательств у суда кассационной инстанции в силу требований статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что в трудовой стаж                           Верхозиной С.И., дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, должен включаться период нахождения в отпуске по беременности и родам и по уходу за ребенком до 1,5 лет, отклоняется Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа как основанный на неправильном толковании вышеуказанных норм материального права. Ссылку на письмо Фонда социального страхования Российской Федерации                                            № 02-13/07-7424 от 09.08.2007 и постановление Правительства Российской Федерации                  № 665 от 16.07.2014 суд кассационной инстанции также признает несостоятельной, поскольку указанные в них разъяснения относятся к исчислению общего страхового стажа, а не специального стажа, установленного статьёй 30 Закона № 400.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд                          Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что решение Арбитражного суда Иркутской области от 02 декабря 2020 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 17 марта 2021 года основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения.

Расходы по уплате государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 02 декабря 2020 года по делу                           № А19-24764/2019 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда                                   от 17 марта 2021 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

 

Судьи

 

А.И. Скубаев

 

Т.В. Белоножко

 

Е.Г. Железняк