ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-50888/2024

24 октября 2025 года

г. Санкт-Петербург

 Резолютивная часть постановления объявлена 13 октября 2025 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 24 октября 2025 года  

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Сухаревской Т.С., судей Бугорской Н.А., Полубехиной Н.С.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии: от истца: не явился, извещен; от ответчика: представитель ФИО2 по доверенности от 01.01.2025; 

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела судом первой инстанции, исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Альфамобиль»  

о взыскании, 

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО3 (истец, ИП ФИО3 Предприниматель) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственность «Альфамобиль» (ответчик, ООО «Альфамобиль», Общество) о взыскании неосновательного обогащения.  

В последующем истцом заявлено ходатайство об уточнении исковых требований, согласно которому Предприниматель просил:  

- исключить из расчета сальдо встречных обязательств штраф за нарушение срока передачи копии СТС с 25.11.2022 по 27.12.2023,  

- исключить из расчета сальдо встречных обязательств штраф за уступку прав по договору лизинга без согласия лизингодателя 10%  

- в соответствии с пунктом 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принять суд уточненный размер исковых требований и взыскать с ответчика в пользу истца неосновательное обогащение в размере 2 724 808,25 руб.  

- взыскать с ответчика в пользу истца сумму процентов в порядке статьи 395 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения за период с 27.12.2023 по день принятия судом решения по настоящему делу в размере 407 769,72 руб.  

- взыскать с ответчика в пользу истца проценты в порядке статьи 395 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения руб. со дня принятия судом решения по настоящему делу по день фактического исполнения обязательства.  

Суд первой инстанции, заявленное истцом ходатайство отклонил, вынес по делу судебный акт об отказе в удовлетворении первоначальных требований.  

Решением суда от 09.01.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.  

Суд апелляционной инстанции по результатам проверки обоснованности апелляционной жалобы истца счел необходимым перейти к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дел в арбитражном суде первой инстанции, принял к рассмотрению ходатайство истца об уточнении исковых требований в части увеличения суммы неосновательного обогащения до  

2 724 808,25 руб. Судебное заседание отложено в виду необходимости извещения сторон. 

В судебном заседании 23.06.2025 присутствовали представители Предпринимателя и Общества.  

Представитель Общества в судебном заседании просил суд приостановить производство по делу № А56-50888/2024 до вступления в законную силу судебного акта по делу № А56-125732/2024.  

Суд, рассмотрев указанное ходатайство, счел его подлежащим отклонению, о чем вынесено отдельное определение.  

Для совершения отдельного процессуального действия в судебном заседании 29.07.2025 в соответствии с частью 5 статьи 18 АПК РФ произведена замена в составе суда, судья Полубехина Н.С. заменена на судью Целищеву Н.Е.  

В судебном заседании 29.07.2025 присутствовали представители истца и ответчика.  

Истец уточнил исковые требования, просил суд взыскать 1 689 545,65 руб. 

По ходатайству ответчика к материалам дела суд приобщил дополнение к отзыву. Судебное заседание отложено судом для сохранения состава суда (Бугорская Н.А, Полубехина Н.С.). Вопрос о принятии уточненного иска оставлен к разрешению в следующем заседании.  

В судебном заседании 22.09.2025 присутствовали представители Предпринимателя и Общества.  

Апелляционным судом в судебном заседании приняты уточненные исковые требования.  

Для оценки доводов сторон судебное заседание отложено судом апелляционной инстанции до 13.10.2025.  

В настоящем судебном заседании представитель ответчика настаивал на позиции, изложенной в отзыве и дополнениях к нему.  

Истец, извещенный надлежащим образом, явку не обеспечил. Оснований для отложения судебного разбирательства суд не установил.  

Исследовав представленные в дело доказательства в совокупности и взаимосвязи, изучив позиции сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.  

Из материалов дела усматривается, что 10.10.2022 между ООО «Альфамобиль» (Лизингодатель) и ООО «СибСпецСтрой» заключен договор лизинга № 25965-СПБ-22-АМ-Л, в соответствии с пунктом 2 которого лизингодатель обязался приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца (п.2.3), указанное лизингополучателем имущество (п.2.2) согласно спецификации, указанной в Приложении 1 к Договору - Специальный автокран КС-55713-5В на шасси КАМАЗ 43118 46, год выпуска 2016, VIN 

<

***>, а лизингополучатель принял на себя обязательства принять его во владение и пользование на условиях договора лизинга.  

Имущество приобретено у продавца за 7 000 000 руб. и передано Лизингополучателю (пункт 2.5 Договора Лизинга).  

Согласно пункту 6.1 Договора Лизингополучатель обязуется уплачивать Лизингодателю лизинговые платежи. Размеры и сроки оплаты лизинговых платежей определяются в Графике лизинговых платежей согласно Приложению № 2 к Договору лизинга.  

В соответствии с пунктом 1 Приложения № 2 к Договору лизинга авансовый платеж составляет 1 750 000,00 руб.  

Согласно пункту 2 Приложения № 2 к Договору лизинга Сумма по Договору Лизинга составляет 10 243 271,19 руб., в том числе НДС.  

В соответствии с пунктом 3.1. Договора срок устанавливается: с даты подписания Договора до 30.09.2027.  

Договор лизинга между Лизингодателем и Лизингополучателем досрочно расторгнут 10.10.2023 (Уведомление ИСХ-8727-AM от 10.10.2023), предмет Лизинга изъят Лизингодателем у Лизингополучателя.  

12.03.2024 между ООО «СибСпецСтрой» (Цедент) и ИП ФИО4 (Цессионарий) заключен договор № ВЛ-23 уступки прав требования (цессии) к ООО «Альфамобиль» в полном объеме по Договору лизинга № 25965-СПБ-22-АМ-Л от 10.10.2022, который, в свою очередь, на основании пункта 12.3 договора, передал свое право требования ИП «ФИО3 в рамках договора от 14.03.2024 за № 2024/03/14-2.  

Так цедентом уступлено, а Цессионарием принято в полном объеме право на неуплаченные проценты, пени, неустойку, неосновательное обогащение.  

За право, уступаемое по договору 2024/03/14-2 от 14.03.2024, Цессионарий по договору от 14.03.2024 выплачивает Цеденту денежную сумму, равную 75% (Шестьдесят пять процентов) от общей суммы сальдо взаимных обязательств, полученного цессионарием в рамках судебного разбирательства арбитражного суда (либо в досудебном порядке) по договору лизинга.  

В соответствии со статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.  

Согласно статье 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.  

В силу пункта 5 статьи 15 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон N 164-ФЗ) к числу обязанностей лизингополучателя относится выплата лизингодателю лизинговых платежей в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга.  

Пунктом 2 статьи 13 Закона N 164-ФЗ определено, что лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, указанным Федеральным законом и договором лизинга.  

Исходя из пункта 1 статьи 450.1 ГК РФ, предоставленное названным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310 ГК РФ) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора  

(исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено указанным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.  

В пунктах 3.1 - 3.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление Пленума N 17) разъяснено, что расторжение договора выкупного лизинга, в том числе, по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).  

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.  

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.  

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.  

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.  

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством. В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга (пункт 3.6 Постановления Пленума ВС РФ № 17).  

Согласно пункту 12.9 (4) Общих условий убытками Лизингодателя являются в том числе, но не исключительно затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, страхование, восстановление документации и государственных регистрационных знаков, ремонт и реализацию Предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, затраты понесенные в целях защиты нарушенного права, в том числе расходы оплату услуг консультантов (экспертов, оценщиков, юристов), так и иные убытки. Кроме реального ущерба учитывается также упущенная выгода Лизингодателя.  

Как следует из расчетов истца и ответчика, представленных в материалы дела, размер финансирования (стоимость имущества за исключением авансового платежа), размер платы за финансирование по основному долгу, плата за страхование, стоимость хранения изъятого имущества, иные подтвержденные лизингодателем расходы, а также сумма полученных платежей, за исключением авансового, аналогичны, признаны друг другом.  

При определении сальдо взаимных обязательств ИП ФИО3 и ООО «Альфамобиль» в споре находятся сумма пени, штрафа за нарушение срока передачи копии СТС с 25.09.2021 по дату расторжения договора лизинга, штраф за уступку прав по договору в отсутствие согласия лизингодателя, а также стоимость возвращенного предмета лизинга.  

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.  

Как следует из пункта 7.1 Договора лизинга в случае просрочки оплаты лизинговых платежей, предусмотренных в графике лизинговых платежей, и иных платежей Лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя пени в размере 0,2% (ноль целых две десятых процента) от суммы задолженности за каждый календарный день просрочки.  

В соответствии с разъяснениями в пункте 65 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств», сторона вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства.  

Поскольку само по себе расторжение Договора лизинга и изъятие Предмета лизинга не приводит к возврату финансирования, а допущенная лизингополучателем просрочка в уплате лизинговых платежей и страховой премии сохраняется, неустойка подлежит начислению сообразно плате за финансирование, т.е. до фактического исполнения/до даты реализации Предмета лизинга после изъятия.  

В связи с ненадлежащим исполнением Лизингополучателем своих обязательств по уплате лизинговых платежей по Договору лизинга начислены пени в сумме 106 798,59 руб.  

По сумме в расчете истца заложена ошибочная сумма – 99 889,79 руб. Указанное обстоятельство суд апелляционной инстанции установил на основании правового анализа представленных расчетов и документации.  

В порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ИП ФИО3 просил снизить размер ответственности.  

Статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено право суда уменьшить неустойку в случае, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.  

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.  

В соответствии с пунктами 71, 73, 75 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление N 7), если должником является коммерческая  

организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).  

С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Таким образом, при решении вопроса о возможности применения положений статьи 333 ГК РФ суду необходимо установить баланс интересов сторон исходя из компенсационной природы неустойки и недопустимости обогащения стороны за счет взыскания с другой стороны штрафных санкций, которые должны именно компенсировать негативные последствия неисполнения другой стороной своих обязательств и способствовать исполнению таких обязательств.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 N 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое.  

В данном случае судом установлено наличие оснований для снижения размера неустойки за просрочку оплаты лизинговых платежей, предусмотренных в графике лизинговых платежей до 0,1% от суммы задолженности за каждый календарный день просрочки. Сумма пени определена судом в сумме 53 399,30 руб.  

Положениями Договоров лизинга предусмотрено право Лизингодателя начислить штраф за нарушение Лизингополучателем срока передачи копии СТС.  

Так, в силу пункта 3.6. Общих условий в случаях, предусмотренных п.3.4.1. Общих условий, Лизингополучатель обязуется в течение 5 (Пяти) рабочих дней с даты государственной регистрации Предмета лизинга передать по Акту приема-передачи Лизингодателю оригинал Паспорта Транспортного Средства (самоходной машины) с отметками регистрирующих органов о проведенной регистрации; удостоверенную Лизингополучателем копию Свидетельства о регистрации транспортного средства (самоходной машины).  

Согласно пункту 11.7. Общих условий в случае нарушения Лизингополучателем сроков регистрации предмета лизинга, предусмотренного пунктом 3.4.1. Общих условий, а также сроков передачи ключей и документов, предусмотренных пунктом 3.6. настоящих Общих условий, Лизингодатель имеет право требовать от Лизингополучателя штраф в размере 1500,00 рублей за каждый день просрочки.  

Лизингодателем по Договору лизинга № 25965-СПБ-22-АМ-Л от 10.10.2022 начислен штраф за нарушение срока передачи копии СТС в сумме 577 500,00 рублей.  

Отказывая в присуждении Обществу данной суммы, суд апелляционной инстанции принимает во внимание следующее.  

При реализации права на получение неустойки, как и при осуществлении любого иного гражданского права, в силу положений пункта 3 статьи 1, пункта 1 статьи 10 и пункта 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона обязательства должна действовать добросовестно - учитывать права и законные интересы другой стороны, воздерживаться от намеренного причинения вреда.  

Заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав в силу пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет отказ в их судебной защите.  

Исходя из правовой позиции, отраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2014 № 305-ЭС14-3435 суд вправе отказать в присуждении неустойки в пользу лица, действия которого носят заведомо недобросовестный характер, в частности, если лицо утратило интерес к обязательству, в отношении которого установлена неустойка, но продолжает требовать ее уплаты.  

В судебном заседании представитель ООО «Альфамобиль» подтвердил, что требований о передаче СТС до расторжения договора и предъявления ИП ФИО3 иска в суд, Общество не предъявляло.  

Суд апелляционной инстанции в указанной связи констатирует, что, не заявляя в течение более двух лет о наличии у лизингополучателя обязанности по передаче копий названных документов, лизингодатель способствовал увеличению (накоплению) суммы неустойки.  

С учетом того, что данная неустойка установлена лизингодателем за неисполнение дополнительной (вспомогательной) обязанности и не имеет прямого отношения к пользованию денежными средствами при исполнении договоров лизинга, не направлена на компенсацию имущественных потерь лизингодателя (иного в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказано), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недобросовестном поведении стороны по заявлению спорного штрафа. Действия по предъявлению штрафа направлены в настоящем случае на причинение имущественного вреда лизингополучателю, заявлены во избежание выплаты причитающихся ему денежных средств.  

Вывод суда апелляционной инстанции согласован с позицией в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2023 № 307-ЭС23-5453 по делу № А56-115724/2021.  

Суд апелляционной инстанции приходит к аналогичному выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания в пользу общества штрафа, начисленного по пункту 11.3 Договора лизинга № 25965-СПБ-22-АМ-Л от 10.10.2022.  

Согласно пункту 11.13. Общих условий, Лизингополучатель не имеет права уступить свои права по Договору лизинга третьим лицам без предварительного письменного согласования Лизингодателя. Нарушение данного обязательства дает Лизингодателю право взыскать с Лизингополучателя штраф в размере 10 % (десять процентов) от стоимости Предмета лизинга по условиям Договора поставки  

Ввиду заключения между ООО «СибСпецСтрой» (Цедент) и ИП ФИО4, а также в последующем ИП ФИО4 и ИП ФИО3 (Цессионарий) договоров уступки прав (цессии), начислен штраф в сумме 700 000 руб.  

Согласно пункту 3 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.  

По смыслу данной правовой нормы уступка прав (требований) допускается во всяком случае, если денежное обязательство сторон, права из которого уступаются, связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности. В настоящем случае уступаемое право требования по денежным обязательствам лизинговой компании связано с осуществлением сторонами по договору лизинга предпринимательской деятельности, что в силу закона свидетельствует о возможности переуступки прав по договору лизинга, из которого возникло обязательство, без каких-либо исключений.  

Лишь в случае, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10, 168 ГК РФ).  

Однако доказательств наличия такого рода обстоятельств ответчиком, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не предоставлено.  

Как указано в пункте 3.1 постановления Пленума N 17, расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).  

В данном случае прослеживается, что лизингодатель воспользовался нормой о запрете уступки и начислении штрафных санкций за это нарушение не в рамках внесудебных взаимных расчетов сторон при прекращении договора лизинга, когда личность кредитора могла иметь существенное значение для него как должника, а для нивелирования выплаты, которая подлежит присуждению лизингополучателю с лизингодателя по вступившему в законную силу решению суда.  

Предметом уступки выступало ординарное требование по денежному обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью.  

Использование в рамках настоящего спора условия договора, предусматривающего изначально включение штрафных санкций за передачу лизингополучателем права требования к лизингодателю третьим лицам при определении сальдо встречных предоставлений, позволит лизингодателю не только реализовать полностью свой имущественный интерес в заключении договора, но и получить то, что ему не причиталось бы при его надлежащем исполнении, что, как указано в вышеназванных нормах права, не допустимо.  

Таким образом, уплата штрафа в размере уступленного права требования приведет к необоснованному увеличению дохода лизингодателя по договорам лизинга, влечет ущемление интересов лизингополучателя и нарушает баланс интересов сторон, в том числе на реальное получение причитающегося сальдо по решению суда, если таковое будет принято в пользу лизингополучателя по результатам рассмотрения спора в отношении сальдо встречных предоставлений.  

Предусмотренный статьей 386 Гражданского кодекса Российской Федерации механизм защиты должника против требований нового кредитора не предусматривает уклонение от исполнения присужденного по судебному акту путем встречного привлечения к гражданско-правовой ответственности первоначального кредитора за состоявшуюся без согласия должника по данному судебному акту цессию.  

Ответчик не смог пояснить суду, почему личность кредитора при произведенной уступке прав требования имеет для него существенное значение, соответственно, оснований для уменьшения сальдо в пользу истца на сумму штрафа за нарушение условий договоров лизинга о необходимости согласования уступки прав требования из договора лизинга в пользу третьих лиц в сумме 700 000,00 руб. не имеется.  

Правовая позиция согласуется с позицией Верховного Суда, в частности, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.05.2024  

 № 307-ЭС23-27538 по делу N А56-108687/2022. 

Также в споре между сторонами находится стоимость возвращенного предмета лизинга, которую при расчете сальдо истец требует определять с учетом суммы НДС, Общество, напротив, НДС из стоимости реализованного имущества исключает.  

Суд апелляционной инстанции, исследовав позиции сторон в совокупности с нормами действующего законодательства, в части определения сальдо взаимных  

требований с учетом, либо без учета НДС в стоимости реализованного имущества, приходит к следующему.  

В пункте 2 Постановления Пленума N 17 указано, что судам необходимо учитывать, что по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», при рассмотрении споров, возникающих из договоров, включая те, исполнение которых связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, судам следует принимать во внимание следующее.  

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.  

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.  

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума № 16, при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.  

Вместе с тем, при оценке того, являются ли условия договора явно обременительными и нарушают ли существенным образом баланс интересов сторон, судам следует иметь ввиду, что сторона вправе в обоснование своих возражений, в частности, представлять доказательства того, что данный договор, содержащий условия, создающие для нее существенные преимущества, был заключен на этих условиях в связи с наличием другого договора (договоров), где содержатся условия, создающие, наоборот, существенные преимущества для другой стороны (хотя бы это и не было прямо упомянуто ни в одном из этих договоров), поэтому нарушение баланса интересов сторон на самом деле отсутствует.  

В пункте 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее - Обзор от 27.10.2021), отмечено, что условия договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные  

лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть признаны ничтожными на основании статей 10 и 168 ГК РФ.  

Согласно пункту 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2,3(2024), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2024, при наличии возражений лизингополучателя относительно применения явно обременительных для него условий, установленных в стандартной форме договора лизинга, в том числе финансово непрозрачных условий, суд должен оценить допустимость применения соответствующих договорных условий и не вправе отклонить эти возражения только по той причине, что они не были высказаны при заключении договора.  

В части 1 статьи 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.  

В силу пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге в общую сумму платежей по договору лизинга за весь срок действия договора входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.  

Имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств (финансирования), а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.  

Посредством внесения лизинговых платежей лизингополучатель осуществляет возврат предоставленного ему финансирования (возмещает закупочную цену предмета лизинга в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.) и вносит плату за пользование финансированием, определяемую как правило в процентах годовых на размер финансирования, либо расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга и размером финансирования (пункты 2, 3.4 - 3.5 постановления Пленума  

 № 17). 

Анализ вышеназванных положений Закона о лизинге и разъяснений Пленума позволяет прийти к выводу, что издержки лизингодателя, связанные с исполнением договора, не упомянутые в статье 28 Закона о лизинге, покрываются за счет вознаграждения лизингодателя (платы за финансирование), если иное не следует из условий договора, определяющих структуру лизинговых платежей.  

Вопреки позиции ответчика, поддержанной судом первой инстанции при принятии решения, в случае надлежащего исполнения договора лизинга лизинговая компания должна была уплатить налоги с выручки, полученной в виде лизинговых платежей, общий размер которых согласно пункту 1 статьи 28 Закона о лизинге покрывает как стоимость предмета лизинга, так и вознаграждение лизинговой компании, при этом подлежащие получению лизинговые платежи по мере их начисления согласно пункту 2 статьи 153 и пункту 1 статьи 167 Налогового кодекса облагались бы НДС у лизингодателя.  

Таким образом, по общему правилу издержки лизингодателя, возникающие в связи с необходимостью уплаты налога при получении положительного финансового результата (прибыли) от исполнения договора лизинга, учитываются в финансовых параметрах договора лизинга при его заключении и не требуют дополнительной компенсации со стороны лизингополучателя в случае расторжения договора.  

Согласно пункту 22 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), позицией Верховного Суда в определении Судебной  

коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.02.2022 N 305-ЭС21-20354 гражданское законодательство не исключает возможность признания убытками тех затрат кредитора, которые обусловлены исполнением публичных обязанностей, в том числе, возникли вследствие налогообложения. Экономически обоснованной к включению в расчет сальдо суммы налоговых издержек от реализации предмета лизинга, по смыслу п. 22 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), ст. 15 и 393 ГК РФ, следует признать разницу между суммой, которую лизингодатель должен был уплатить от финансового результата сделки лизинга (при ее надлежащем исполнении), и суммой налоговых издержек при реализации предмета лизинга. Этот же принцип относится к ситуации, когда лизингодатель, напротив, пытается исключить размер НДС из суммы реализации, уменьшая тем самым размер предоставления на стороне лизингополучателя. Правовые основания исключать из сальдо встречных предоставлений всю сумму НДС от реализации предмета лизинга - отсутствуют, поскольку нарушают принцип равенства сторон договора.  

Применение механизма определения сальдо встречных предоставлений по договору в отношении исключения НДС только из стоимости возвращенного предмета лизинга без учета всей совокупности общих денежных предоставлений в сделке в целом приводит к дисбалансу взаимных прав и обязанностей сторон.  

При этом из договора не следует, что состав (структура) лизинговых платежей, включая плату за финансирование, не учитывает издержки лизингодателя, возникающие в связи с необходимостью уплаты налогов при получении положительного финансового результата (прибыли) от исполнения договора.  

Как указано в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2014 № 33 «О некоторых вопросах, возникающих у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием налога на добавленную стоимость», сумма налога, предъявляемая покупателю при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав, должна быть учтена при определении окончательного размера указанной в договоре цены и выделена в расчетных и первичных учетных документах, счетах-фактурах отдельной строкой.  

Предъявляемая к оплате сумма НДС является частью цены, подлежащей уплате одной стороной договора в пользу другой. Публично-правовые отношения по уплате НДС в бюджет складываются между налогоплательщиком, то есть лицом, реализующим товары (работы, услуги), и государством, а покупатель товаров (работ, услуг) в данных отношениях не участвует (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.09.2009 N 5451/09).  

Следовательно, в рассматриваемом случае операции в рамках исполнения, завершения договора, определяющие условия налогообложения одной из сторон сделки и публично-правовые последствия для нее, не влекут за собой пересмотр общей цены договора в гражданско-правовом смысле.  

Иными словами, установленную договором цену покупатель (заказчик, арендатор) обязан уплатить вне зависимости от того, как продавец (исполнитель, арендодатель) должен распорядиться полученными средствами, в том числе безотносительно того, какие именно налоговые платежи в бюджет продавец (исполнитель, арендодатель) должен произвести в соответствии с законодательством о налогах и сборах и в каком размере.  

Правило об исключении НДС из стоимости автомобилей, возвращенных по договорам лизинга, дискриминирует его и нарушает закон, соответственно пункт 12.9 общих правил лизинга является ничтожным, данная позиция полностью поддержана Определением Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС23-18327 от 13.02.2024 по делу № А40-57939/2021.  

Таким образом, поскольку публично-правовая обязанность по уплате налогов подлежит исполнению лично налогоплательщиком в соответствии с нормами налогового законодательства Российской Федерации, сумма НДС с продажи предмета лизинга не подлежит включению в состав убытков лизингодателя (статья 146 Налогового кодекса Российской Федерации, статья 669 ГК РФ, Постановление N 17, постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20.07.2011 N 20-П). При этом независимо от того, кто стал покупателем предмета лизинга (истец или третье лицо после расторжения договора лизинга), сумма НДС подлежала включению в цену такого имущества и компенсировалась покупателем при оплате цены данного имущества (статья 146 Налогового кодекса Российской Федерации), вследствие чего требование о повторном возмещении данной суммы истцом основано на неверном толковании ответчиком норм действующего законодательства.  

Условий о компенсации лизингополучателем расходов лизингодателя в связи с налоговыми издержками, возникшими вследствие расторжения договора лизинга и последующей реализацией предмета лизинга лизингодателем, договор лизинга не содержит. Следовательно, вопреки доводу жалобы ответчика, суд обоснованно не включил в расчет сальдо встречных предоставлений на стороне лизингополучателя стоимость предмета лизинга с учетом НДС.  

Ввиду изложенных норм материального права при определении взаимных сальдо расчетов стоимость реализованного предмета лизинга составляет 7 125 000 руб. (с НДС).  

Таким образом, проверив обоснованность заявленных сторонами сумм встречных представлений, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что сальдо сложилось в пользу ИП ФИО3 на сумму 1 686 091,24 руб.  

В остальной части исковых требований суд отказывает. 

В порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации между сторонами распределены судебные расходы по иску и за рассмотрение дела судом апелляционной инстанции. При расчете учтены уточнения исковых требований, отказ в части исковых требований, применение 333 статьи Гражданского кодекса Российской Федерации к сумме пени не подлежит учету.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 49, 110, 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

постановил:

Решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.01.2025 отменить.  

Принять по делу новый судебный акт. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 1 686 091,24 рублей неосновательного обогащения, 11 976,00 рублей в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины по иску и за рассмотрение дела судом апелляционной инстанции.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 27 838,00 рублей госпошлины по иску.  

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 61,00 рублей госпошлины по иску.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.  

Председательствующий Т.С. Сухаревская  

Судьи Н.А. Бугорская Н.С. Полубехина