ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-26736/2021

г. Красноярск

20 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена «13» апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен         «20» апреля 2022 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Морозовой Н.А.,

судей: Белоглазовой Е.В., Дамбарова С.Д.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии: от истца (общества с ограниченной ответственностью «Фортуна») -  ФИО2, представителя по доверенности от 10.02.2022, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Фортуна» на решение Арбитражного суда Красноярского края от 01 февраля 2022 года по делу № А33-26736/2021,

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «01» февраля 2022 года по делу № А33-26736/2021,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Фортуна» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – ООО «Фортуна», истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – СПАО «Ингосстрах», ответчик) о взыскании страхового возмещения в размере 61 052 рубля, неустойки в размере 20 973 рубля 96 копеек, расходов в размере 10 078 рублей (5000 рублей – составление претензии, 5000 рублей – составление обращения к финансовому уполномоченному, 78 рублей – почтовые расходы), расходов по оплате государственной пошлины в размере 3684 рубля.

Определением от 19.10.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3 и ФИО4

Решением суда от 01.02.2022 в иске отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт, по следующим основаниям.

- Судом первой инстанции неверно применены нормы материального права. Поскольку в Законе об ОСАГО отсутствует специальная норма о последствиях неисполнения страховщиком обязательства организовать и оплатить ремонт транспортного средства в натуре, то в силу общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах потерпевший вправе в этом случае по своему усмотрению требовать возмещения необходимых на проведение такого ремонта расходов и других убытков на основании статьи 397 Гражданского кодекса Российской Федерации.

- Истец вправе обращаться к любым юридическим и экспертным услугам, и тот факт, что у него сложились давние партнерские отношения с перечисленными в судебном решении лицами не может свидетельствовать о каком-либо злоупотреблении с их стороны, поскольку данная связь находится в области правового поля, и является законным выбором истца способа и средств защиты своего главного интереса, выражающемся в получении прибыли.

Определением от 15.03.2022 апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение апелляционной жалобы назначено на 13.04.2022.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, просил судебный акт суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт.

Ответчик, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»), явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает жалобу в отсутствие их представителей.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

21.02.2020 произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) по адресу:

<

...>, с участием автомобилей Toyota Raum (регистрационный знак 

<

***>), находившегося под управлением ФИО4 (собственник), и Nissan Serena (1997 года выпуска, регистрационный знак 

<

***>), находившегося под управлением ФИО3 (собственник – ФИО5, потерпевший).

25.02.2020 по договору купли-продажи автомобиль Nissan Serena был продан ФИО3 за 100 000 рублей.

Виновником ДТП являлась ФИО4, автогражданская ответственность была застрахована в СПАО «Ингосстрах» (полис ХХХ № 0111218249), а ответственность ФИО3 на момент ДТП не была застрахована.

04.03.2020 ФИО3 обратился к ответчику с заявлением о страховом возмещении.

Заявление рассмотрено страховщиком, организованы осмотр поврежденного автомобиля и экспертиза, в результате чего потерпевшему 19.03.2020 выплачено страховое возмещение в размере 2800 рублей.

Не согласившись с решением страховщика, потерпевший организовал собственную экспертизу, обратившись в ООО «Точная Оценка».

Экспертом ФИО6 было подготовлено заключение от 16.04.2021 № 202004/06, согласно которому стоимость ремонта без учета составила 129 458 рублей, а с учетом износа – 69 028 рублей.

Руководствуясь подготовленным заключением, потерпевший 27.04.2020 предъявил ответчику претензию с требованием доплатить страховое возмещение в размере 66 228 рублей, выплатить неустойку в размере 16 557 рублей, возместить расходы на экспертизу в размере 10 000 рублей и расходы на юридические услуги в размере 5000 рублей.

Письмом от 06.05.2020 претензия не была удовлетворена, после чего 20.08.2020 потерпевший обратился к финансовому уполномоченному, требуя взыскать страховое возмещение в размере 66 228 рублей, неустойку в размере 88 745 рублей 52 копеек, расходы на экспертизу в размере 10 000 рублей и расходы на юридические услуги в размере 10 000 рублей, расходы на услуги связи в размере 82 рублей.

Однако его решением от 29.09.2020 № У-20- 120900/5010-012 также отказано в удовлетворении требований.

В последующем потерпевший обратился в Железнодорожный районный судг. Красноярска (дело № 2-773/2021). В ходе рассмотрения дела была проведена судебная экспертиза (исполнитель – ООО ЦНЭ «Профи»), согласно результатам которой стоимость ремонта без учета износа составил 132 084 рубля, а с учетом износа – 71 032 рубля.

Решением от 21.06.2021 (мотивированное составлено 25.06.2021) с СПАО «Ингосстрах» в пользу потерпевшего взыскано страховое возмещение в размере68 232 рублей, неустойка в размере 30 000 рублей (за период с 28.03.2020 по 24.11.2020 с учетом снижения её размера на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации), моральный вреда, штраф за нарушение прав потребителя, судебные расходы.

Размер страхового возмещения был определен с учетом износа на основании результатов судебной экспертизы (71 032 рублей) и произведенной ранее выплатой (в размере 2 800 рублей).

Решение вступило в законную силу 26.07.2021.

Решение суда исполнено 13.07.2021 согласно платежным поручениям № 729250 (платеж на сумму 135 314 рублей), № 729399 (платеж на сумму 38 232 рублей).

В последующем потерпевший обратился к ответчику с претензией от 30.06.2021 о выплате страхового возмещения без учета износа в размере 126 658 рублей, неустойки в размере 400 000 рублей, финансовой санкции, расходов.

Письмами от 13.07.2021, от 28.07.2021 ответчик сообщил об отказе в удовлетворении претензии, после чего потерпевший обратился (обращение от 28.07.2021) за разрешением разногласий к финансовому уполномоченному, требуя взыскания страхового возмещения в размере 126 658 рублей, неустойки в размере 400 000 рублей, расходов в размере 20 157 рублей.

Решением от 17.08.2021 № У-21-110638/2010-003 требование о взыскании страхового возмещения оставлено без рассмотрения по причине тождественности заявленного требования – ранее спор был рассмотрен решением финансового уполномоченного от 29.09.2020.

Требования о возмещении расходов на экспертизу и взыскании финансовой санкции также оставлены без рассмотрения. В удовлетворении требований о взыскании неустойки, почтовых расходов и расходов на представителя отказано.

Между потерпевшим и истцом заключен договор цессии от 30.09.2021, по которому истцу уступлены права, возникшие у него в связи с наступившим страховым случаем и застрахованной автогражданской ответственностью водителя, виновного в ДТП от 21.02.2020.

Истец полностью заменил потерпевшего в правоотношениях с ответчиком по договору автострахования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. По условиям договора цессии, уступленные права перешли к цессионарию в момент его подписания.

Переход уступленных прав и неудовлетворение требований потерпевшего по результатам рассмотрения обращения финансового уполномоченного послужили основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности ненадлежащего исполнения страховщиком своих обязательств, следовательно, отсутствия оснований для применения ответственности в силу статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Спор вытекает из отношений по страхованию транспортных средств, применимые нормы – глава 48 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральный закон от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Действующая редакция Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» устанавливает приоритет натурного возмещения вреда путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего.

При этом обращение к страховщику с заявлением о страховом возмещении в виде организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания является реализацией права потерпевшего на выбор способа возмещения вреда, обеспечиваемого, в том числе, правом потерпевшего обратиться в суд с иском о понуждении страховщика к совершению требуемых действий, в том числе выдаче направления на ремонт при нарушении требований об организации восстановительного ремонта (пункты 52-53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». По ходатайству истца судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу потерпевшего (судебная неустойка).

В пункте 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 отмечается, что произвольно по желанию потерпевшего не может быть изменена форма страхового возмещения с натуральной на денежную. Перечень случаев, когда страховое возмещение вместо организации и оплаты страховщиком восстановительного ремонта по соглашению сторон, по выбору потерпевшего, по соглашению сторон или в силу объективных обстоятельств производится в форме страховой выплаты, установлен пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО.

При этом при проведении восстановительного ремонта в соответствии с пунктами 15.2 и 15.3 статьи 12 Закона об ОСАГО не допускается использование бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), если в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства требуется замена комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов). Иное может быть определено соглашением страховщика и потерпевшего (пункт 15.1).

В тех случаях, когда страховое возмещение вреда осуществляется в форме страховой выплаты, ее размер определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене (пункт 19 статьи 12 Закона об ОСАГО).

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 2021, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021, сформулирован подход, согласно которому в отсутствие оснований, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате ремонта транспортного средства в натуре с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и (или) в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме. В случае нарушения данного запрета потерпевший вправе требовать полного возмещения убытков в виде стоимости такого ремонта без учета износа транспортного средства.

Поскольку в Законе об ОСАГО отсутствует специальная норма о последствиях неисполнения страховщиком обязательства организовать и оплатить ремонт транспортного средства в натуре, то в силу общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах потерпевший вправе в этом случае по своему усмотрению требовать возмещения необходимых на проведение такого ремонта расходов и других убытков.

В упомянутом пункте Обзора судебной практики, а также в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2021№ 86-КГ20-8-К2, 2-2373/2019 обращается внимание на то, что правовым основанием для защиты интересов потерпевшего в таком случае служат положения статей 393 и 397 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обязательственных правоотношениях должник должен возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 397 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения должником обязательства изготовить и передать вещь в собственность, в хозяйственное ведение или в оперативное управление, либо передать вещь в пользование кредитору, либо выполнить для него определенную работу или оказать ему услугу кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства, и потребовать от должника возмещения понесенных необходимых расходов и других убытков. В рассматриваемом случае при первоначально возникших разногласиях потерпевший добился защиты своих интересов в суде общей юрисдикции, решением которого спор относительно наличия и объёма обязательств страховщика по осуществлению страхового возмещения был окончательно разрешен. Исходя из хронологии событий, предшествовавших судебному разбирательству, разногласия между потерпевшим и страховщиком имелись относительно надлежащего размера страхового возмещения. Он был определен в ходе судебного разбирательства на основе результатов судебной экспертизы, до вынесения решения по делу потерпевший уточнил размер взыскиваемого страхового возмещения в соответствии с результатами судебной экспертизы. При чем размер возмещения установлен был с учетом износа по правилам для выплаты страхового возмещения в денежной форме. Решение вступило в законную силу, с выводами суда потерпевший согласился.

Как справедливо указывает суд первой инстанции, из вышеизложенных разъяснений следует, что возможность взыскания в судебном порядке разницы между страховой выплатой, осуществленной в денежной форме с учетом износа, и её размером, определенным без учета износа, основано на факте ненадлежащего исполнения (неисполнения) страховщиком обязательства по организации и оплате ремонта. Указанная разница не составляет часть неисполненного денежного обязательства по выплате страхового возмещения, а является мерой ответственности в виде убытков. Но размер ответственности определяется упомянутой разницей сумм.

В связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что спор, рассмотренный финансовым уполномоченным (по решению от 17.08.2021 № У-21- 110638/2010-003), не являлся тождественным ранее рассмотренному спору судом общей юрисдикции (а до этого финансовым уполномоченным), поскольку настоящем случае речь идет о применении к ответчику меры ответственности в виде убытков, которые потерпевший (поскольку право истца обусловлено правовым положением цедента до заключения договора цессии) связывал с лишением его возможности отремонтировать автомобиль за счет страховщика.

Исходя из пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации правомерность заявленного иска, в первую очередь зависит от того, действительно ли ответчик допустил нарушение прав потерпевшего, повлекшее возникновение у него права на взыскание убытков по правилам статей 15, 393, 397 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В случае, если такое право не возникло, то обращение истца в суд с заявленным иском по существу является беспредметным ввиду отсутствия защищаемого права.

При этом, в складывающейся судебной практике обращается внимание на то, что в подобных спорах должно устанавливаться явное уклонение страховщика от исполнения обязательства по организации и оплате ремонта и (или) одностороннее изменение формы страхового возмещения (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2021 № 304-ЭС21-17126 по делу № А03-23728/2018, от 15.06.2021 № 304-ЭС21-8212 по делу № А70-4574/2020, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 17.01.2022 № Ф04-6630/2021 по делу № А70-4317/2021, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 14.12.2021 № Ф09-7465/21 по делу № А76-28273/2020, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.12.2021 № Ф04-1846/2020 по делу № А03-10106/2018).

Данные выводы опровергают довод заявителя жалобы о том, что  поскольку в Законе об ОСАГО отсутствует специальная норма о последствиях неисполнения страховщиком обязательства организовать и оплатить ремонт транспортного средства в натуре, то в силу общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах потерпевший вправе в этом случае по своему усмотрению требовать возмещения необходимых на проведение такого ремонта расходов и других убытков на основании статьи 397 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Иными словами, реакция суда на недобросовестное поведение стороны по общему правилу заключается в недопущении наступления последствий, на достижение которых направлено злоупотребление правом, отказ в защите такого права.

В этой связи суд первой инстанции обоснованно обращает внимание на то, что за весь период тяжб (потерпевший дважды обращался к финансовому уполномоченному, получил защиту в суде общей юрисдикции) потерпевший ни разу не продемонстрировал интерес в проведении ремонта.

Как верно установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, изначально, как только интересы потерпевшего начали представлять индивидуальный предприниматель ФИО7, общество с ограниченной ответственностью «КЛГРУП», весь интерес был устремлен только к получению от страховщика денежных средств.

В силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Несоблюдение требований к форме договора при достижении сторонами соглашения по всем существенным условиям (пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации) не свидетельствует о том, что договор не был заключен. В этом случае последствия несоблюдения формы договора определяются в соответствии со специальными правилами о последствиях несоблюдения формы отдельных видов договоров, а при их отсутствии - общими правилами о последствиях несоблюдения формы договора и формы сделки (статья 162, пункт 3 статьи 163, статья 165 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

В соответствии с пунктом 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

По смыслу пункта 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации для целей квалификации конклюдентных действий в качестве акцепта достаточно того, что лицо, которому была направлена оферта, приступило к исполнению предложенного договора на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок. При этом не требуется выполнения всех условий оферты в полном объеме (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

В этом же пункте Постановления Пленума отмечается, что в этом случае договор считается заключенным с момента, когда оферент узнал о совершении соответствующих действий, если иной момент заключения договора не указан в оферте и не установлен обычаем или практикой взаимоотношений сторон (пункт 1 статьи 433, пункт 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из пункта 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» следует, что, если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, то между сторонами возникают соответствующие обязательства и к отношениям сторон подлежат применению правила, регулирующие соответствующие обязательства.

Из Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.07.1997 № 1719/97, а также правовой позиции, изложенной в пункте 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.05.1997 № 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров», следует, что совершение конклюдентных действий может рассматриваться при определенных условиях как согласие на внесение изменений в договор, заключенный в письменной форме.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что совместное поведение потерпевшего и страховщика свидетельствует о том, что по существу они обоюдно согласились с тем, что страховое возмещение будет осуществлено именно в денежной форме. Согласно подпункту «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО по общему правилу изменение формы страхового возмещения с натуральной на денежную возможен по письменному соглашению между страховщиком и потерпевшим. Однако законодатель не устанавливает в случае нарушения письменной формы негативные последствия, препятствующие такому соглашению реализоваться в отношениях между страховщиком и потерпевшим, например, в виде ничтожности.

Значимым является также то, что потерпевший не только не заявлял претензий относительно неисполнения обязательства по организации и оплате ремонта, но и при рассмотрении дела суде общей юрисдикции, сам потерпевший исходил из того, что ему полагается страховое возмещение, рассчитанное с учетом износа – потерпевший уточнил исковые требование в соответствии с результатами судебной экспертизы. При имеющихся на тот момент данных о стоимости ремонта без учета износа, потерпевший тем не менее требовал взыскания возмещения, определенного с учетом износа. Решение вступило в законную силу и потерпевший с выводами суда не спорил.

Сложившаяся ситуация свидетельствовала для страховщика об окончательности урегулирования спора относительно его обязательств по выплате страхового возмещения.

Изложенное, во-первых, означает, что у потерпевшего не возникло право на взыскание убытков. Факт неисполнения (ненадлежащего исполнения) страховщиком обязательства по организации и оплате ремонта не был установлен ни в суде общей юрисдикции, ни в настоящем деле. Вместе с тем, совместное поведение страховщика и потерпевшего свидетельствовали о том, что они договорились о возмещении в денежной форме, в связи с чем объём обязательств страховщика подлежал определению с учетом свойственных правил для такой формы возмещения. Поскольку право на возмещение убытков не возникло у потерпевшего, у истца как цессионария также такое право не могло возникнуть.

Более того, исходя из принципа «эстоппель», выражающегося в предъявляемых законодателем требованиях разумного, добросовестного поведения, последующее предъявление претензий, доведенных в данном случае вновь до суда, противоречит предшествующему поведению, по меньшей мере, потерпевшего.

Таким образом, довод заявителя о необходимости возмещения расходов на ремонт и других убытков на основании статьи 397 Гражданского кодекса Российской Федерации отклоняется судом апелляционной инстанции как противоречащий материалам дела и указанным нормам материального права.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что истец вправе обращаться к любым юридическим и экспертным услугам, и тот факт, что у него сложились давние партнерские отношения именно с данными лицами не может свидетельствовать о каком-либо злоупотреблении с их стороны, поскольку данная связь находится в области правового поля, и является законным выбором истца способа и средств защиты своего главного интереса, выражающемся в получении прибыли.

Между тем суд первой инстанции справедливо указывает, что тот же представитель ФИО7 осуществлял юридическое сопровождение потерпевшего при рассмотрении спора в суде общей юрисдикции, который и осуществлял распорядительные действия от имени потерпевшего при определении размера исковых требований.

Заключение истцом договора цессии после принятого решения суда общей юрисдикции и достижения окончательности разрешения спора, с целью индуцирования новых разбирательств, явно свидетельствует об отклонении истца от критерия добросовестности.

Суд первой инстанции верно указывает, что истец, как и общество с ограниченной ответственностью «КЛГРУП», индивидуальный предприниматель ФИО7, является профессиональным участником отношений.

Скупка у потерпевших прав-требований к страховщикам по договору цессии, с последующим возбуждением судебных разбирательств по взысканию денежных средств является предметом деятельности истца при юридическом сопровождении со стороны общества с ограниченной ответственностью «КЛГРУП», индивидуального предпринимателя ФИО7, а также содействии индивидуального предпринимателя ФИО6 при проведении независимой экспертизы самостоятельно либо как в настоящему случае в качестве эксперта ООО «Точная Оценка». Об этом свидетельствуют сведения о рассматриваемых в Арбитражном суде Красноярского края аналогичных дел с участием истца против различных страховых компаний (например,№№  А33-11374/2021, А33-11376/2021, А33-23303/2021, А33-23527/2021, А33-25036/2021, А33-25814/2021, А33-26208/2021, А33-26736/2021, А33-28240/2021, А33-28896/2021, А33-29495/2021, А33-30063/2021, А33-30411/2021, А33- 33115/2021, А33-33258/2021), и других однотипных споров с участием общества с ограниченной ответственностью «Фортуна» в качестве истца по искам о взыскании со страховых компаний страхового возмещения, неустойки, различных расходов.

На стадии проведения независимой экспертизы, направления претензии и направления обращения финансовому уполномоченному юридические услуги оказывались потерпевшему обществом с ограниченной ответственностью «КЛГРУП» и индивидуальным предпринимателем ФИО7 Согласно сведениям единого государственного реестра юридических лиц ФИО7 одновременно является директором и единственным участником общества с ограниченной ответственностью «КЛГРУП». В последующем после рассмотрения обращения финансовым уполномоченным праватребования в связи с понесенными расходами, выкуплены истцом по договору цессии, а при возбуждении производства по настоящему делу интересы истца представляет также ФИО7

Заявитель жалобы подчеркивает, что между перечисленными лицами существуют партнерские отношения, соответствующие закону; хорошее знание соответствующего законодательства и умение его использовать не может расцениваться как противоправное поведение. Апелляционный суд соглашается с данным доводом. Вместе с тем, данный факт сам по себе исключает независимость и беспристрастность указанных лиц по отношению друг другу. Следовательно, их действия подлежат совместной оценке, с учетом предшествующего поведения каждого из участников правоотношения.

Коллегия судей апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в данном случае как следует из хронологии произошедших событий именно недобросовестное поведение истца имело своей целью изменить порядок осуществления страхового возмещения с натурального на денежный, то есть получение страховой выплаты в обход закона, ссылаясь на правовую позицию, изложенную в Обзоре судебной практики.

Требование, приобретенное по договору цессии, после окончательного разрешения спора в судебном порядке и при отсутствии свидетельств неправомерности поведения страховщика в части организации и оплаты ремонта, не подлежит удовлетворению.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

Решение суда является законным и обоснованным.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «01» февраля 2022 года по делу № А33-26736/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

 

 

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи:

Е.В. Белоглазова

 

С.Д. Дамбаров