СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-170/2017 (17)-АК

Дело №А60-27763/2016

06 мая 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 мая 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 06 мая 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Голубцова В.Г.,

судей          Плаховой Т.Ю., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Чадовой М.Ф., 

при участии:

от ФИО1: ФИО2, предъявлено удостоверение, доверенность от 27.09.2022,

от ФИО3: ФИО2, предъявлено удостоверение, доверенность от 28.09.2022,

иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО4

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 31 января 2024 года о завершении процедуры реализации имущества ФИО1 и освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств в соответствии с пунктами 3, 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»,

вынесенное в рамках дела №А60-27763/2016 

о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом), 

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 06.06.2016 поступило заявление ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1, которое определением от 09.06.2016 принято судом к производству.

Решением Арбитражный суд Свердловской области от 02.08.2016 (резолютивная часть от 01.08.2016) ФИО1 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО5.

Срок процедуры реализации имущества гражданина неоднократно продлялся судом.

15.01.2024 в арбитражный суд от финансового управляющего поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, неприменении в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами с приложением отчета арбитражного управляющего о своей деятельности, отчета об использовании денежных средств должника, анализа финансового состояния, реестра требований кредиторов и иных документов (т. 4 л.д. 117-120).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.01.2024 (резолютивная часть от 24.01.2024) процедура реализации имущества должника ФИО1 завершена; должник в соответствии с пунктами 3, 4 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) освобожден от дальнейшего исполнения обязательств. 

Кредитор ФИО4, не согласившись с принятым судебным актом, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение о завершении процедуры реализации имущества гражданина и освобождении от исполнения обязательств отменить в части, принять новый судебный акт, в соответствии с которым не применять в отношении должника положения об освобождении от исполнения обязательств.

Доводы апелляционной жалобы кредитора сводятся к необоснованности выводов суда об освобождении должника от обязательств, поскольку имеет место недобросовестное поведение должника, злоупотребление правом, выразившееся в сокрытии ФИО1 с 2016 г. своих доходов от сдачи в аренду своего имущества, переданного управляющему только 25.03.2020. При этом должник, не устроившись на работу, запросил и получил прожиточный минимум и алименты. В подтверждение эксплуатации должником помещений и получения скрытого дохода ссылается на акт сверки с управляющей компанией от 28.02.2022, в соответствии с которым 24.12.2019 должник произвел платеж за коммунальные услуги в сумме 27 000 руб., а также на зарегистрированный 27.04.2022 в КУСП ОП №7 УМВД России по г. Екатеринбургу за №8333 рапорт начальника следственного отдела ФИО6 об обнаружении признаков состава преступления по ч. 1 ст. 195 УК РФ, акты осмотра помещений, доказывающие присутствие торговых организаций в помещениях должника в период, предшествующий передаче помещений управляющему. Указанные доказательства, представленные кредитором в материалы дела, не получили оценки суда.  

Должник представил письменный отзыв на жалобу, в котором против ее удовлетворения возражает, определение суда считает законным и обоснованным, не подлежащим отмене. 

Представитель должника ФИО1, ФИО3 в судебном заседании апелляционного суда против удовлетворения жалобы возражал, поддерживал доводы отзыва.

Иные лица, участвующие в деле, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие. 

Законность и обоснованность определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции оснований для отмены обжалуемого определения не установил, руководствуясь следующим.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что реализация имущества гражданина - это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи, согласно которому из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Пунктом 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве установлено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (п. 2 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из приведенных положений Закона о банкротстве, арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проверить совершение финансовым управляющим действий по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, установить исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника. Сведения, содержащиеся в отчете финансового управляющего и в прилагаемых к нему документах, должны подтверждать указанные обстоятельства.

Разрешая вопрос о завершении процедуры реализации имущества и освобождении должника от исполнения обязательств, суд, приняв во внимание что все мероприятия процедуры реализации имущества гражданина-должника, предусмотренные Законом о банкротстве, финансовым управляющим выполнены, конкурсная масса сформирована за счет реализации имущества должника с направлением денежных средств на погашение требований кредиторов, которые в части основного долга и штрафов погашены в полном объеме, мораторные проценты погашены на 13,77%, отсутствие у должника иного имущества и невозможности перехода на процедуру реструктуризации долгов гражданина, руководствуясь положениями ст. 213.28 Закона о банкротстве, в отсутствии обстоятельств, препятствующих завершению процедуры реализации имущества должника, завершил процедуру банкротства должника.

В ходе рассмотрения ходатайства финансового управляющего должника о завершении процедуры реализации имущества, сам управляющий в своем ходатайстве, а также кредитор ФИО4 настаивали на неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств в отношении ФИО1, мотивируя свою позицию недобросовестностью должника, который в ходе всей процедуры банкротства не работал и попыток к трудоустройству не предпринимал, а также длительное время не передавал объекты недвижимости финансовому управляющему, сдавая их в аренду и получая доход, который не был передан в конкурсную массу.

Не установив по результатам оценки и исследования материалов дела о банкротстве фактов недобросовестного поведения должника,  иного незаконного поведения, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Судебный акт в части завершения процедуры реализации имущества должника лицами, участвующими в деле, не обжалуются.

Обращаясь с жалобой, кредитор ФИО4 продолжает настаивать на неправомерном освобождении должника от исполнения обязательств, указывая на недобросовестность его поведения по вышеприведенным основаниям.

При повторной оценке представленных в дело доказательств и установления юридически значимых обстоятельств, апелляционный суд оснований для принятия и удовлетворения доводов апелляционной жалобы не установил.

В силу п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением требований, предусмотренных п.п. 4, 5 ст. 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4-6 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

В п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. 

В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина (абз. 2);

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина (абз. 3);

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество (абз. 4).

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Из разъяснений, данных в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации №45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №45 от 13.10.2015),  следует, что согласно абзацу 4 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абз. 5 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, п. 45 Постановления Пленума ВС РФ №45 от 13.10.2015).

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст.ст. 138, 139 АПК РФ, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений Постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 №45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

С учетом изложенного, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе дать пояснения и представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). Данная позиция также отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 по делу №304-ЭС17-76.

Как следует из материалов дела, установлено судом, в реестр требований кредиторов включены требования следующих кредиторов: ФИО4 в сумме 28 345 009,18 руб. долга, ООО Управляющая компания «ПАНОРАМА» - 2 781 940,49 руб. в том числе 2 763 252,09 руб. основного долга, 18 688,40 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, Межрайонной ИФНС России №31 по Свердловской области – 58 953 руб., 46,74 руб. - пени. 

Требования кредитора ФИО4 в сумме 635 901,78 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

Признаков преднамеренного или фиктивного банкротства должника финансовым управляющим установлено не было. 

Проведенный финансовым управляющим анализ показал, что сделки, не соответствующие законодательству, не выявлены.

Трудовую, предпринимательскую деятельность должник не осуществляет, находится на содержании у третьих лиц.

Результаты анализа финансового состояния должника показали невозможность восстановления платежеспособности должника и перехода на процедуру реструктуризации долгов.

В ходе процедуры в собственности должника было обнаружено недвижимое имущество (нежилые помещения), общая сумма денежных средств, вырученных за счет реализации которого составила 36 838 177,77 руб.

Указанные денежные средства были направлены на погашение требований кредиторов, которые в части основного долга и штрафов погашены на 100%; мораторные проценты погашены на 13,77%.

Иного имущества, в том числе движимого, в распоряжении должника выявлено не было; доли в уставном капитале хозяйственных обществ за должником не зарегистрированы; ценные бумаги отсутствуют; дебиторская задолженность отсутствует.

Доказательств того, что финансовым управляющим не совершены еще какие-либо действия, направленные на поиск имущества должника с целью погашения требований кредиторов, в материалы дела не представлено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, суд обоснованно пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных статьей 213.28 Закона о банкротстве, для завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Судом первой инстанции предусмотренных законом оснований для не освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств не установлено.

Обращаясь с апелляционной жалобой, кредитор ФИО4 считает необоснованным применение к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, ссылаясь на то, что ФИО1, будучи нетрудоустроенным и не предпринимая попыток к трудоустройству на протяжении процедуры банкротства, действуя недобросовестно, на протяжении с 2016 г. скрывал свои доходы от сдачи в аренду собственного недвижимого имущества, переданного финансовому управляющему только 25.03.2020, запросил и получил прожиточный минимум и алименты.

Указанные доводы аналогичны приводимым суду первой инстанции, которым дана надлежащая правовая оценка. 

Оценив возражения заявителя апелляционной жалобы, аналогично приводимые суду первой инстанции относительно применения в отношении должника правил об освобождении от долгов, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для признания их обоснованными, способными повлиять на существо принятого судебного акта.

Апелляционный суд соглашается с данной судом первой инстанции оценкой на предмет того, что реализация должником конституционно  закрепленного за каждым гражданином права на труд находится в прямой зависимости от доброй воли ФИО1 и неосуществление им трудовой деятельности о каком-либо злоупотреблении должником своими правами, действии исключительно с намерением причинить вред своим кредиторам, не свидетельствует. 

Кроме того, судом из представленного с ходатайством о завершении процедуры анализа финансового состояния должника, вопреки доводам жалобы о бездействии на протяжении всей процедуры, установлено, что в период с 11.03.2021 по 10.06.2021 ФИО1 был зарегистрирован в центре занятости в целях поиска работы, общая сумма выплат составила 5 193,55 руб.

В отношении нежилых помещений, принадлежащих должнику на праве собственности, с сокрытием дохода от сдачи в аренду которых на протяжении с 2016 г. по дату их передачи финансовому управляющему – 25.03.2020, кредитор и финансовый управляющий, в том числе связывали отсутствие оснований для освобождения должника от исполнения обязательств ввиду недобросовестности действий ФИО1 и злоупотреблении им своими правами, при рассмотрении спора судами первой и апелляционной инстанций установлены следующие фактические обстоятельства. 

В рамках мероприятий, проводимых в настоящей процедуре банкротства, финансовым управляющим было установлено наличие у гражданина ФИО1 права на нежилые помещения №№17-21, 32-33, 52-57 – 1 этаж, общая площадь 112,2 кв.м.; №№7-11, 33, 46, 50-55 – 2 этаж, общая площадь 265 кв.м.; №№25-27, 31-32, 47-61 – 3 этаж, общая площадь 248,6 кв.м., расположенные по адресу: г. Екатеринбург, ул. Малышева, д. 71 литер А.

Постановлением следователя по ОВД отдела №2 следственной части ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области капитаном юстиции ФИО7 от 14.02.2012 указанное имущество было признано вещественным доказательством по уголовному делу №111021909, возбужденному в отношении ФИО1 28.01.2011, ответственным хранителем назначен ФИО1

На основании постановления Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 08.02.2012 был наложен арест и запрет на совершение регистрационных действий на объекты недвижимости.

Как указывает в отчете о своей деятельности финансовый управляющий, 09.12.2016 финансовым управляющим в Росреестр был направлен запрос о предоставлении информации о результатах проведенных органом государственной регистрации мер по проверке актуальности наложенных ареста и запрета совершения регистрационных действий, а 16.12.2016 – заявление о снятии всех арестов.

06.02.2017 согласно выпискам из ЕГРН, имеющимся в материалах банкротного дела, право собственности на вышеуказанные объекты недвижимости было зарегистрировано за ФИО1 

Арест, наложенный постановлением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 08.02.2012, регистрирующим органом снят не был.

12.08.2016 финансовым управляющим были предприняты меры по приему и осмотру данных объектов, однако представителем ФИО1, явившимся на встречу, возможность осмотра и приема помещений предоставлена не была со ссылкой на нормы УПК РФ.

В дальнейшем финансовым управляющим принимались меры, направленные на снятие ареста, а также замену ответственного хранителя с предоставлением возможности сдачи объектов в аренду финансовым управляющим путем направления соответствующих заявлений в адрес следователя, которые были оставлены без удовлетворения.

Установив по результатам осмотра спорных нежилых помещений должника, проведенного в присутствии инженера управляющей компании «Панорама» (акты осмотра от 22.08.2018 – представлены в электронном виде 28.10.2019 с ходатайством об истребовании, т. 4 л.д. 59-72), их фактическое использование, полагая, что имеет место факт извлечения дохода от сдачи в аренду иным лицам названных помещений, переданных должнику ФИО1 на ответственное хранение, который в конкурсную массу не поступает, при этом формируется и наращивается текущая задолженность по коммунальным услугам, чем причиняется ущерб конкурсной массе, 02.10.2018 финансовый управляющий ФИО1 подал в ГУ МВД России по Свердловской области заявление о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 195 УК РФ. 

28.10.2019 финансовый управляющий в целях исполнения возложенных на него обязанностей по обеспечению сохранности имущества, наиболее полного формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов, обратился в суд с ходатайством об истребовании у ФИО1 спорных объектов недвижимости, в том числе ключей для доступа в них.

Вступившим в законную силу определением суда по настоящему делу от 09.12.2019 (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2020) ходатайство финансового управляющего ФИО5 удовлетворено: на ФИО1 возложена обязанность передать финансовому управляющему ФИО5 вышеуказанные объекты недвижимости по адресу: 

<

...>, литер А, в том числе ключи для доступа в них.

25.03.2020 по акту приема-передачи №1 должник ФИО1 обеспечил передачу финансовому управляющему ФИО5 спорных нежилых помещений и ключей для доступа в них (т. 4 л.д. 79).

Как указывалось ранее, разрешение вопроса о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, зависит от добросовестности должника.

Каких-либо доказательств наличия предусмотренных законом обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, в том числе наличия в его действиях признаков злостного уклонения от погашения кредиторской задолженности, которая, к тому же, будучи значительной (более 30 млн. руб.), погашена на 100% (непогашенными в полном объеме, как указывалось выше, остались мораторные проценты), суды первой и апелляционной инстанций не усмотрели.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2018 №310-ЭС17-14013).

В частности, не допускается освобождение гражданина от обязательств в случае привлечения гражданина к уголовной или административной ответственности вступившим в законную силу судебным актом за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство в данном деле о банкротстве гражданина; непредоставления гражданином необходимых сведений (заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему или суду, что установлено соответствующим судебным актом. Доказано, что при возникновении или исполнении обязательства гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Кроме того, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Проанализировав доводы кредитора в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не нашел оснований для удовлетворения жалобы, не установив в действиях (бездействии) должника, на которых акцентирует внимание кредитор ФИО4, недобросовестного поведения, злоупотребления правом.

Суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что спорное имущество передано ФИО1 финансовому управляющему после вступления в законную силу определения суда от 09.12.2019 об истребовании имущества.

При этом обстоятельства, установленные в рамках обособленного спора по истребованию указанного имущества, не позволяют апелляционному суду прийти к выводу о противоправности бездействия ФИО1, наличии у него умысла на причинение вреда кредиторам должника в связи с необеспечением передачи спорных помещений финансовому управляющему.

Как усматривается из судебных актов по спору об истребовании имущества, необеспечение ФИО1 указанной обязанности связывалось последним исключительно с наделением его органами следствия ответственным хранителем арестованного имущества на основании постановления следователя по ОВД отдела №2 следственной части ГСУ ГУ МВД России по Свердловской области капитана юстиции ФИО7 от 14.02.2012 в рамках уголовного дела №111021909.

Учитывая, что вопрос о необходимости передачи помещений финансовому управляющему в ситуации, когда ответственным хранителем имущества определен должник, а не финансовый управляющий, при том, что управляющий, исходя из отчета о своей деятельности, принимал меры по замене ответственного хранителя путем направления соответствующего ходатайства в адрес следователя, которое было оставлено без удовлетворения, по сути, являлся спорным, передача должником помещений лишь после вступления в законную силу судебного акта, разрешившего названный спор, не может являться очевидным свидетельством злоупотребления ФИО1 своими правами, действии исключительно во вред кредиторам и в целях извлечения собственной выгоды. 

Получение должником дохода от сдачи принадлежащего ему на праве собственности недвижимого имущества с его удержанием и необеспечением передачи в конкурсную массу не нашло подтверждение материалами дела. Соответствующие доказательства, лицами, приводящими указанные доводы, не представлены, тогда как должник в своих пояснениях суду первой инстанции указанный факт отрицал, как не соответствующий действительности.

Приводимые кредитором в обоснование своей позиции в жалобе обстоятельства фактического нахождения ряда организаций в помещениях, принадлежащих должнику, осуществляющих хозяйственную деятельность, основывающиеся на данных осмотра финансового управляющего от 22.08.2018, а также доказательства (акты осмотра от 22.08.2018, акт сверки с управляющей компанией от 28.02.2022, в соответствии с которым 24.12.2019 должник произвел платеж за коммунальные услуги в сумме 27 000 руб., зарегистрированный 27.04.2022 в КУСП ОП №7 УМВД России по г. Екатеринбургу за №8333 рапорт начальника следственного отдела ФИО6 об обнаружении признаков состава преступления по ч. 1 ст. 195 УК РФ), получение должником реального дохода в виде арендной платы не подтверждают. 

Из материалов дела не следует, чтобы финансовый управляющий устанавливал наличие конкретных арендных правоотношений между третьими лицами и должником, равно как и возмездность данных отношений, предполагаемый доход от которых в обход конкурсной массы расценивается в качестве злоупотребления должником правом, свидетельствующим о невозможности применения к нему правил об освобождении от обязательств. 

Представленный в материалы дела ответ отдела полиции №7 УМВД России по г. Екатеринбургу от 27.04.2022 о зарегистрированном 27.04.2022 в КУСП ОП №7 УМВД России по г. Екатеринбургу за №8333 рапорте начальника следственного отдела ФИО6 об обнаружении признаков состава преступления по ч. 1 ст. 195 УК РФ, проводимой по данному факту проверке (т. 4 л.д. 73), вопреки позиции заявителя жалобы, факт того, что должник был уличен в получении денежных средств от сдачи в аренду своего имущества, не подтверждает. Результаты проверки по рапорту, равно как и сам рапорт, из которых можно было бы сделать соответствующие выводы, не представлены; данных о привлечении должника к уголовной ответственности в связи с указанным в материалах дела нет.

Тем самым, признаки недобросовестного поведения должника по приводимым в жалобе мотивам, судами первой и апелляционной инстанций не установлены.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела о банкротстве установленные судом первой инстанции факты не свидетельствуют об очевидном и явном отклонении действий должника как участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Наличие предусмотренных законом обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, а также свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредитора, из материалов дела не усматривается.

Более того, требования кредиторов в части основного долга и штрафов погашены на 100%, мораторные проценты погашены на 13,77%. Требования погашены за счет средств от реализации спорного недвижимого имущества должника. 

В ходе процедуры банкротства ФИО1 не был привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве. Расследуемое в ходе процедуры уголовное дело, возбужденное в отношении должника еще в 2011 г., постановлением Ленинского районного суда от 19.01.2021 было прекращено в связи с истечением сроков исковой давности.

С учетом изложенного, при недоказанности наличия совокупности условий для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления им заведомо ложных сведений, исходя из социально-реабилитационных начал института потребительского банкротства, суд первой инстанции обоснованно применил в отношении должника положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств.

Иных доводов, свидетельствующих об отсутствии у суда оснований для освобождения должника от обязательств, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе кредитором не приведено.

При этом, апелляционный суд обращает внимание на то, что если обстоятельства, указанные в п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества гражданина, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающем дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы существенное значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, а фактически направлены на переоценку выводов суда в отсутствие на то достаточных оснований, свидетельствуют о несогласии с принятым судебным актом, что само по себе основанием для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта являться не может.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. 

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу ст. 270 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения определения суда первой инстанции. 

В удовлетворении апелляционной жалобы кредитора ФИО4 следует отказать. 

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за подачу настоящей апелляционной жалобы не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 31 января 2024 года по делу №А60-27763/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

В.Г. Голубцов 

 

Судьи

 

Т.Ю. Плахова 

 

О.Н. Чепурченко