Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-21795/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2024 года. 

Постановление изготовлено в полном объеме 05 июня 2024 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                            Мальцева С.Д.,

судей                                                                            Крюковой Л.А.,

ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СпецТехМонтаж» на постановление от 26.02.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Аюшев Д.Н., Смеречинская Я.А., Чикашова О.Н.) по делу № А45-21795/2023 по иску общества с ограниченной ответственностью «СпецТехМонтаж» (630083, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Билд» (450057, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «СпецТехМонтаж» (далее – общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Билд» (далее – компания, ответчик) о взыскании 5 555 060 руб. 92 коп. неустойки за несвоевременную оплату товара, начисленной за период с 01.07.2022 по 28.12.2022, 355 000 руб. неустойки за нарушение срока выборки товара по договору поставки от 24.03.2022 № 57 (далее – договор) за период с 20.10.2022 по 29.12.2022.

Решением от 05.12.2023 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Мартынова М.И.) иск удовлетворен частично: с компании в пользу общества взыскано 5 555 060 руб. 92 коп. неустойки за просрочку оплаты товара за период с 01.07.2022 по 28.12.2022, 35 500 руб. неустойки за просрочку выборки товара за период с 20.10.2022 по 29.12.2022, разрешен вопрос о судебных расходах; в остальной части иска отказано.

Постановлением от 26.02.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение суда от 05.12.2023 изменено, принят новый судебный акт о частичном удовлетворении иска, с компании в пользу общества взыскано 2 503 060 руб. 92 коп. неустойки за просрочку оплаты товара за период с 02.10.2022 по 28.12.2022, 35 500 руб. неустойки за просрочку выборки товара за период с 20.10.2022 по 29.12.2022, разрешен вопрос о судебных расходах; в остальной части иска отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, общество обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель полагает, что апелляционным судом неверно определен момент возникновения обязательств ответчика по внесению предварительной оплаты по договору; указывает, что заявленное требование верно квалифицировано судом первой инстанции как не попадающее под действие постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее - Постановление № 497); ссылается на то, что ответчик в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием введения моратория, продолжал осуществлять коммерческую деятельность; приводит доводы о неверном распределении судом апелляционной инстанции судебных расходов.

В возражениях на кассационную жалобу компания высказывает свое несогласие с правовой позицией общества, просит отказать в ее удовлетворении, обжалуемое постановление оставить без изменения.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Изучив кассационную жалобу в пределах ее доводов, выражающих не согласие с результатами рассмотрения требования о взыскании неустойки за нарушение сроков оплаты товара, а также распределением судебных расходов, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, между обществом (поставщик) и компанией (покупатель) заключен договор, по условиям пункта 1.2 которого поставщик обязался в соответствии с условиями договора разработать рабочую документацию, согласовать ее с обществом с ограниченной ответственностью Инжиниринговая компания «ДВ-Энерго» (лицензиар), изготовить на основе разработанной и согласованной с лицензиаром документации три котла КВ-Ф-5,23-115 (КВр-5,23-115) ВТКС в полной комплектации с комплектом вспомогательного оборудования и материалов (далее – оборудование), передать оборудование в собственность покупателя, а покупатель обязался оплатить и принять оборудование.

Согласно пункту 2.1 договора оборудование отгружается только после полной оплаты его стоимости. Покупатель обязался осуществить самовывоз оборудования со склада поставщика в течение десяти рабочих дней с даты получения письменного уведомления поставщика о готовности оборудования к отгрузке. Кроме того, указанным пунктом договора предусмотрена неустойка за просрочку выборки товара со склада поставщика в размере 5000 руб. за каждый день просрочки.

Пунктом 5.1 договора предусмотрена неустойка за просрочку оплаты товара (в том числе за нарушение сроков внесения предоплаты, согласованных в спецификации) в размере 0,1% от неуплаченной в срок суммы за каждый день просрочки.

В пункте 2 спецификации от 24.03.2022 № 1 (далее - спецификация) определены следующие условия оплаты: предварительная оплата в размере 20 000 000 руб. в течение пяти календарных дней с даты подписания договора, но не позднее 31.05.2022; 27 000 000 руб. - не позднее 30.06.2022; 19 000 000 руб. - не позднее пяти календарных дней с даты уведомления о готовности оборудования не менее 50% на складе поставщика, но не позднее 30.08.2022; 9 970 620 руб. - в течение десяти календарных дней с даты уведомления поставщиком покупателя об исполнении обязательства по изготовлению оборудования и подготовке его к отгрузке в полном объеме.

Пунктом 3 спецификации стороны согласовали, что срок готовности продукции отгрузки на складе общества составляет шестьдесят пять дней после выполнения условий договора и спецификации.

Посредством электронного документооборота поставщик направил покупателю уведомления о готовности товара в объеме 50% письмом от 21.07.2022 № 59, в объеме 100% письмом от 05.10.2022 № 76.

Предварительная оплата за товар осуществлена ответчиком с нарушением сроков, предусмотренных спецификацией.

Товар отгружен и получен компанией 23.11.2022, 29.12.2022 на основании универсальных передаточных документов.

Ссылаясь на нарушение компанией сроков оплаты по договору, равно как и сроков выборки товара, предварительно направив в ее адрес претензию, общество обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании неустоек.

Рассматривая спор, суд первой инстанции руководствовался статьями 1, 333, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктом 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), пунктом 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», условиями договора.

При этом суд исходил из доказанности поставки оборудования, нарушения компанией сроков оплаты, и выборки товара на условиях самовывоза, правомерности привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания неустойки за просрочку оплаты, ее соразмерности последствиям допущенного нарушения, а также неустойки за просрочку выборки товара, уменьшенной по правилам статьи 333 ГК РФ, сочтя исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Повторно рассматривая спор, апелляционная коллегия дополнительно руководствовалась статьями 190, 309, 310, 330, 401, 486 ГК РФ, статьей 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), положениями Постановления № 497, пунктами 7, 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 44), правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в определениях от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400, от 23.12.2021 № 305-ЭС21-12558.

Усмотрев факт согласования сторонами условия о начислении неустойки за нарушение сроков внесения промежуточных платежей, констатировав, что обязанность по внесению предварительной платы возникла у компании в момент заключения договора, до начала действий моратория, апелляционный суд счел его регулирующим спорные правоотношения, исключил из суммы пени за несвоевременное внесение предварительной оплаты за товар, период, приходящийся на действие Постановления № 497.

Рассматривая требование о взыскании неустойки за просрочку выборки товара, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для переоценки правомерных выводов суда первой инстанции в указанной части, указал на обоснованность применения положений статьи 333 ГК РФ.

Указанные обстоятельства позволили Седьмому арбитражному апелляционному суду отменить решение суда, принять новый судебный акт о частичном удовлетворении иска, распределив судебные расходы в том числе по апелляционной жалобе пропорционально заявленным требованиям.

Спор по существу разрешен судом апелляционной инстанции правильно.

На основании положений статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями и иными обычно предъявляемыми требованиями.

По договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием (статья 506 ГК РФ).

Положения статьи 516 ГК РФ предписывают покупателю оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

Общий порядок исполнения обязательства по оплате товара, предусмотренный гражданским законодательством, предписывает покупателю осуществить оплату товара непосредственно после его получения (положения пункта 5 статьи 454, пункта 1 статьи 486 ГК РФ, пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.1997 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением Положений Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки»), что не исключает право сторон согласовать иные сроки исполнения данного обязательства.

Рассматриваемое обязательство, возникающее на основании сделки, подчинено требованиям пункта 1 статьи 425 ГК РФ, вступает в силу с момента заключения договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

По смыслу закона неустойка является мерой ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, направленной на восстановление нарушенного права. Размер неустойки может быть установлен в твердой сумме (штраф) или в виде периодически начисляемого платежа (пени), о чем указано в абзаце первом пункта 60 Постановления № 7.

Приведенная в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2019 № 304-ЭС19-7209 позиция предписывает сторонам, определяющим содержание условия об ответственности за просрочку внесения авансовых платежей определенно указывать в нем на признаки состава правонарушения и не допускать двоякого толкования. В противном случае спорное условие должно толковаться в пользу лица, привлекаемого к ответственности, в том числе и потому, что противоположная сторона, как правило, является профессиональным участником рынка энергоснабжения и подготавливает проект договора (пункт 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Следовательно, начисление неустойки на промежуточные платежи допускается, если это явно выражено в соглашении сторон, толкование которого исключает любые сомнения в установлении подобной ответственности за допущенное нарушение срока внесения промежуточного платежа.

В рассматриваемом случае условие о начислении неустойки, в том числе на промежуточные платежи (пункт 2 спецификации к договору), определенно согласовано сторонами, в связи с чем апелляционный суд с учетом положений статьи 431 ГК РФ, пункта 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» пришел к обоснованному выводу о правомерном характере данного требования.

Статьей 5 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций» Закон о банкротстве дополнен статьей 9.1, предоставляющей Правительству Российской Федерации в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) право на введение временного моратория на возбуждение дел о банкротстве.

На основании подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 Законом о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 63 Законом о банкротстве к числу последствий вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения отнесено приостановление начисления неустойки (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей (абзац десятый).

На основании пункта 7 Постановления № 44 в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ), неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определениях от 22.02.2023 № 305-ЭС22-22860, от 16.10.2023 № 307-ЭС23-10295, введенный Постановлением № 497 мораторий носит всеобщий характер, распространяет свое действие на всех участников гражданско-правовых отношений, за редким исключением лиц, прямо указанных в пункте 2 данного постановления, под перечень которые ответчик не подпадает.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

Оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, правильно распределив между сторонами бремя доказывания обстоятельств, имеющих юридическое значение, установив несоразмерность предъявленной к взысканию санкции последствиям, возникшим в результате нарушения компанией условий договора о своевременной выборке товара, исходя из наличия оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ и снижения размера начисленной неустойки за нарушение указанного обязательства с 355 000 руб. до 35 500 руб., усмотрев, что в данном случае основное (обеспечиваемое неустойкой) обязательство по внесению предварительной платы возникло из договора (спецификации), заключенного 24.03.2022, согласованные сторонами даты лишь определяли срок его исполнения, после которого обязательство по внесению платы становилось нарушенным, резюмировав наличие оснований для применения к взыскиваемой неустойке за несвоевременное перечисление промежуточных (авансовых) платежей моратория на начисление финансовых санкций, введенного Постановлением № 497, указав, что для целей квалификации требований в качестве текущих или реестровых имеет значение дата возникновения обязанности должника по встречному представлению в своей части обменной сделки, апелляционный суд аргументированно удовлетворил иск частично.

Суд кассационной инстанции полагает, что подобная оценка соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, устанавливающим стандарт всестороннего и полного исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения какому бы то ни было из них (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308).

Сделанные судом апелляционной инстанции выводы соответствуют законодательству, находятся в пределах судейской дискреции и не нарушают прав лиц, участвующих в деле, поэтому суд кассационной инстанции соглашается с позицией апелляционной коллегии.

Отклоняя довод кассатора в части его несогласия с применением к взыскиваемой санкции требований Постановления № 497, суд округа исходит из следующего.

По смыслу абзаца четвертого статьи 2 и пункта 2 статьи 4 Закона о банкротстве финансовые санкции, подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств (в частности, неустойка), являются денежным обязательством, хотя и не учитываются при определении признаков банкротства (ответ на вопрос 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015)).

Введенный Постановлением № 497 мораторий на удовлетворение требований кредиторов как инструмент государственного регулирования экономики антикризисной направленности имеет цель минимизировать последствия санкционного режима в 2022 году, обеспечить стабильность экономики государства путем оказания поддержки хозяйствующим субъектам.

Последствия введения моратория установлены статьей 9.1 Закона о банкротстве, порядок применения которой также разъяснен в Постановлении № 44.

Определяя обязательства, попадающие под действие моратория, закон предусматривает в качестве признака, характеризующего возможность применения данного правового инструментария, момент возникновения обязательств, нарушение которых явилось основанием для начисления неустойки, что коррелирует с целями введения моратория в отношении обязательств, возникших до 01.04.2022, когда должник не знал о предстоящем ухудшении общей экономической ситуации, не мог предвосхищать очевидную затруднительность исполнения. Именно поэтому для правовых последствий нарушения такого обязательства в период действия моратория наступает правовой вакуум, исключающий применение установленной законом или договором формы ответственности.

Соответствующее толкование отвечает целям введения моратория, изложенным в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 22.02.2023 № 305-ЭС22-22860, от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845, определяющим его в качестве антикризисного инструмента, направленного на минимизацию последствий санкционного режима и обеспечение стабильности экономики государства, обеспечение таких элементов публичного порядка Российской Федерации как стабильность экономики (экономическая безопасность государства).

При этом возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения. Освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028).

Как неоднократно разъяснял Конституционный Суд Российской Федерации (Постановления от 13.04.2016 № 11-П, от 25.10.2016 № 21-П, от 23.11.2017 № 32-П и пр.), устанавливая соответствующее регулирование, законодатель должен руководствоваться конституционным принципом равенства, который носит универсальный характер, оказывает регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений и выступает конституционным критерием оценки законодательного регулирования не только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции Российской Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона. Соблюдение данного принципа, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (группе), которые не имеют объективного и разумного оправдания.

Принятие постановления Правительства № 497 с учетом положений статьи 9.1 Закона о банкротстве обусловлено необходимостью поддержки российской экономики и предполагает помощь всем субъектам экономического оборота. Иной подход нарушает принцип юридического равенства между активно участвующими в гражданском обороте муниципальными, государственными учреждениями, предприятиями и прочими участниками экономических отношений, которые окажутся в менее выгодном положении, нежели коммерческие организации и предприниматели, на которых распространяется освобождение от уплаты финансовых санкций в период введенного Постановлением № 497 моратория.

Мораторием предусмотрен запрет на начисление неустоек, иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей в период с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Применение правовых норм об ответственности к правонарушителю является вопросом права, что относится к исключительной компетенции суда (пункт 1 статьи 168 АПК РФ), пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»), с учетом чего разрешения судом вопроса о распространении на спорные правоотношения норм о моратории, носящих императивный характер, является его обязанностью.

Суд округа не усматривает оснований для переоценки выводов апелляционного суда в данной части как не противоречащие правовой позиции, изложенной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.

Аргумент кассатора о возникновении обязательств по внесению платежей 30.06.2022, 21.07.2022, 05.10.2022 отклоняется судом округа, поскольку соответствующими датами стороны определили не момент возникновения, а срок исполнения отдельных обязательств по внесению авансовых платежей, возникших в дату заключения договора с учетом приведенных положений статьи 425 ГК РФ.

Отклоняя довод кассатора об отсутствии оснований для применения к компании положений о моратории в силу ее благоприятного имущественного состояния, суд округа учитывает следующее.

Как указано в абзаце втором пункта 7 Постановления № 44, если при рассмотрении спора о взыскании неустойки или иных финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, будет доказано, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются проявлением заведомо недобросовестного поведения, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий поведения ответчика может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Сказанное согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2023 № 307-ЭС23-10295, а также пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2021), утвержденного 10.11.2021.

При этом доводы взыскателя о том, что должник не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, при непредставлении данных доказательств, а также доказательств, позволяющих сделать вывод об осуществлении должником гражданских прав исключительно с намерением причинить вред взыскателю, об ином заведомо недобросовестном осуществлении гражданских прав (злоупотреблении правом), равно как и сам по себе факт подтверждения платежеспособности должника, не могут служить основанием для принятия к последнему мер, предусмотренных статьей 10 ГК РФ.

С учетом вышеуказанного нормативного регулирования лица, на которые распространяется мораторий, не обязаны доказывать свое тяжелое материальное положение для освобождения от ответственности за нарушение обязательств в период действия моратория.

Опровержение презумпции освобождения от ответственности в силу действия моратория возможно лишь в исключительных случаях и при исчерпывающей доказанности соответствующих обстоятельств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.03.2024 № 301-ЭС23-23499).

Согласно пунктам 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. По общему правилу, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Возражая против применения моратория к ответчику, истец в доводах кассационной жалобы ссылается на обстоятельства осуществления компанией коммерческой деятельности.

При этом согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 01.06.2022, по смыслу статьи 10 ГК РФ для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Следовательно, сама по себе деятельность должника, являющегося коммерческой организацией, направленная на систематическое получение прибыли, не может служить основанием для отказа в применении моратория.

Учитывая изложенное, принимая во внимание общую экономическую направленность мер по поддержке российской экономики, непредставление истцом доказательств, свидетельствующих о том, что ответчиком допущено заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав, апелляционный суд правомерно применил положения Постановления № 497.

При пропорциональном распределении судебных расходов апелляционный суд руководствовался статьей 110 АПК РФ и исходил из результата рассмотрения дела и жалобы компании, рассчитавшего соответствующую пропорцию, учитывающую применение судами статьи 333 ГК РФ. Суждения кассатора относительно наличия арифметических неточностей с учетом указанной им суммы очевидно не соответствуют результатам рассмотрения спора, не нашли своего подтверждения в ходе кассационного производства.

С учетом изложенного и принимая во внимание установленные положениями статьи 286 АПК РФ пределы рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции, суд округа считает обжалуемый судебный акт принятым при правильном применении норм материального и процессуального права, а содержащиеся в нем выводы не противоречащими установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ, для отмены обжалуемого судебного акта в кассационном порядке не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на ее заявителя.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 26.02.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-21795/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                  С.Д. Мальцев

 

Судьи                                                                                                                 Л.А. Крюкова

 

ФИО1