ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-16737/2019

Дело № А41-28073/19

25 сентября 2019 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 сентября 2019 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ивановой Л.Н.,

судей Игнахиной М.В., Ханашевича С.К.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу АО «Гриндекс» на решение Арбитражного суда Московской области от 02 июля 2019 года, принятое судьей Минаевой Н.В. по делу № А41-28073/19 по исковому заявлению АО «Гриндекс» к АО «Фармстандарт» о признании сделки прекратившейся, 

при участии в заседании:

от АО «Гриндекс» – представитель ФИО2 по доверенности от 22.04.2019, представитель ФИО3 по доверенности от 16.01.2019;

от АО «Фармстандарт» – представитель ФИО4 по доверенности от 26.08.2019, представитель ФИО5 по доверенности от 26.08.2019, представитель ФИО6 по доверенности от 08.04.2019, представитель ФИО7 по доверенности от 08.04.2019,

УСТАНОВИЛ:

АО «Гриндекс» (Akciju sabiedriba «Grindeks», Латвия) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к АО «Фармстандарт» о признании генерального соглашения о сотрудничестве в отношении производства, продвижения и продажи лекарственного препарата «Милдронат» от 25.04.2014 прекратившимся с 16.09.2016.

Решением Арбитражного суда Московской области от 02 июля 2019 года в удовлетворении требований отказано.

Законность и обоснованность указанного судебного акта проверяются по апелляционной жалобе истца, в которой заявитель просит судебный акт суда первой инстанции отменить, заявленные требования – удовлетворить.

Представитель АО «Гриндекс» в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в полном объеме, просил обжалуемый судебный акт суда первой инстанции отменить.

Представитель АО «Фармстандарт» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 25.04.2014 между АО «Гриндекс» (Akciju sabiedriba «Grindeks», Латвия) и АО «Фармстандарт» заключено генеральное соглашение о сотрудничестве в отношении производства, продвижения и продажи лекарственного препарата «Милдронат».

Срок действия генерального соглашения до 31.12.2017 (пункт 17.1 соглашения).

Предъявляя настоящий иск, истец ссылается на то, что невыполнение ответчиком плана закупки на 2014 года послужило причиной, по которой АО «Гриндекс» приняло решение инициировать обсуждение изменения условий сотрудничества с АО «Фармстандарт» касательно Милдроната.

С учетом того, что переговоры о заключении нового соглашения зашли в тупик в связи с невозможностью согласования с АО «Фармстандарт» условий будущего взаимодействия, АО «Гриндекс» приняло решение о расторжении генерального соглашения в одностороннем порядке с учетом прав, предоставленных ему статьей 16 соглашения.

Как указано в иске, поскольку расторжение генерального соглашения в соответствии с пунктом 16.5 соглашения было связано с выкупом лекарственного препарата и компенсацией затрат АО «Фармстандарт», для реализации указанного права АО «Гриндекс» было необходимо содействие АО «Фармстандарт», а именно: предоставление последним данных об остатках на складе АО «Фармстандарт» Милдроната, затратах, понесенных АО «Фармстандарт» в связи с таким лекарственным препаратом, а также согласования прочих условий выкупа.

Однако, несмотря на неоднократные запросы общества с просьбой предоставить недостающую информацию, данные об остатке Милдроната и понесенных АО «Фармстандарт» затратах в связи с этим товаром обществу так и не были предоставлены. По мнению истца, АО «Фармстандарт» тем самым в одностороннем порядке прекратило обсуждение вопроса, связанного с расторжением генерального соглашения, по сути намереваясь лишить АО «Гриндекс» возможности реализовать свое право, предусмотренное пунктом 16.5 генерального соглашения.

Вместе с тем, 31.08.2016 письмом исх.№ 1624 АО «Гриндекс» направило АО «Фармстандарт» уведомление о расторжении Генерального соглашения.

АО «Гриндекс» указало, что генеральное соглашение будет считаться расторгнутым по истечении 10 дней с момента получения АО «Фармстандарт» данного уведомления.

По мнению истца, АО «Фармстандарт» всячески препятствовало реализации АО «Гриндекс» предусмотренного пунктом 16.5 соглашения права на отказ от него.

Учитывая, что АО «Фармстандарт» не предоставило всех сведений, известных только ему и необходимых для выкупа Милдроната, АО «Гриндекс» полагает, что указанный в уведомлении от 31.08.2016 отказ от генерального соглашения является действительным и генеральное соглашение прекратило свое действие с 16.09.2016, то есть спустя 10 дней после получения АО «Фармстандарт» данного письма.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с исковым заявлением в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 16.5 генерального соглашения АО «Гриндекс» вправе в любой момент в одностороннем порядке отказаться от настоящего соглашения без каких-либо штрафных санкций и/или ограничений, при условии предварительного выкупа АО «Фармстандарт» всего объема товарного запаса лекарственного препарата на складе АО «Фармстандарт» по цене закупки АО «Фармстандарт» с добавлением расходов на таможенное оформление и хранение, вычитая все финансовые скидки, кредитные ноты и т.д., предоставленные АО «Гриндекс» в адрес АО «Фармстандарт» за поставленный лекарственный препарат, за исключением кредитных нот, которые предоставлены (должны быть предоставлены) в соответствии с Планом маркетинговых мероприятий и пунктом 1.2. Плана выставления кредитных нот на момент расторжения соглашения.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, выкуп лекарственного препарата на складе АО «Фармстандарт», как это предписывается пунктом 16.5 генерального соглашения, до настоящего времени не произведен.

Стороны, предусмотрев и включив в пункт 16.5 генерального соглашения условие о выкупе товарного остатка препарата, сочли его существенным для своих отношений в рамках генерального соглашения, без выполнения которого его нельзя расторгнуть по ранее приведенному основанию.

В условиях, когда выкуп товарного остатка препарата не произведен, требования истца о том, что генеральное соглашение расторгнуто с 16.09.2016, является несостоятельным.

Ссылка истца на положения статьи 157 ГК РФ, согласно которой, если наступлению условия недобросовестно воспрепятствовала сторона, которой наступление условия невыгодно, то условие признается наступившим, подлежит отклонению.

Истцом в материалы дела не представлено надлежащих и неопровержимых доказательств недобросовестного воспрепятствования ответчиком выкупу товарного остатка, в связи с чем условие не может быть признано наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ).

Представленная в материалы дела переписка сторон не свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика.

Напротив, материалами дела подтверждается, что ответчик не уклонялся и не препятствовал в предоставлении сведений об остатках препарата.

Доводы истца о неоднократных нарушениях условий генерального соглашения не могут являться основанием для удовлетворения иска в рамках заявленных требований на основании статьи 450.1 ГК РФ.

Таким образом, истцом не доказано наличие оснований для признания генерального соглашения о сотрудничестве в отношении производства, продвижения и продажи лекарственного препарата «Милдронат» от 25.04.2014 прекратившимся с 16.09.2016.

При указанных обстоятельствах судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении требований истца.

Истец в апелляционной жалобе ссылается на то, что представленная им переписка сторон свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика.

Согласно пункту 16.5 генерального соглашения АО «Гриндекс» вправе в любой момент в одностороннем порядке отказаться от данного соглашения без каких-либо штрафных санкций и/или ограничений, при условии предварительного выкупа у АО «Фармстандарт» всего объема товарного запаса лекарственного препарата на складе ПАО «Фармстандарт» по цене закупки АО «Фармстандарт».

В соответствии со статьей 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Таким образом, первоначальным условием для реализации истцом вышеизложенного договорного права на одностороннее расторжение генерального соглашения является выкуп у ответчика всего объема товарного запаса лекарственного препарата на складе ответчика по цене закупки ответчика.

Иными словами, речь идет о заключении сделки – договора кули-продажи между АО «Фармстандарт» и АО «Гриндекс».

Не заключение этого договора купли-продажи (не совершение «предварительного выкупа») не является основанием для расторжения генерального соглашения в одностороннем порядке.

Судом была рассмотрена переписка сторон в целом, в том числе, письма, представленные в материалы дела ответчиком. Из данной переписки в ее совокупности вытекает нижеследующее.

Товарный остаток не мог быть выкуплен на предлагаемых истцом условиях, так как они противоречили условиям выкупа, предусмотренным генеральным соглашением.

Как указывал ответчик в отзыве на исковое заявление, истец неоднократно предлагал условия выкупа, предполагавшие занижение стоимости выкупаемого препарата и значительную рассрочку (письма АО «Гриндекс» от 23.10.2015 и от 23.11.2015). Ответчиком данные предложения были отклонены как противоречащие предусмотренному пунктом 16.5 соглашения порядку выкупа. Тем не менее, ответчик демонстрировал волю на достижение компромисса и учет интересов истца, находившегося в трудном финансовом положении. В частности, ответчик согласился предоставить истцу рассрочку сроком на 1,5 года при условии предоставления банковской гарантии или раскрытия источников финансирования оплаты выкупа (письмо АО «Фармстандарт от 27.1 1.2015).

Как указывает истец в своей апелляционной жалобе, АО «Фармстандарт» всячески уклонялось, препятствовало согласованию условии выкупа товарного запаса лекарственного препарата в соответствии с пунктом 16.5. соглашения, и вело переговоры по условиям выкупа недобросовестно,.

Между тем, 04.12.2015 ответчик по электронной почте направил в адрес ответчика проект договора поставки о выкупе остатков товарного запаса лекарственного препарата, а также предлагал провести аудит своих складов для уточнения размера товарного остатка, однако истец фактически уклонился от его проведения.

Направленный ответчиком проект договора являлся стандартной формой договора поставки, используемой ответчиком со всеми своими дистрибьюторами на протяжении последних лет.

От истца 11.12.15 поступил проект договора поставки с внесенными изменениями.

Ответчик при этом принял значительную часть изменений, предложенных истца, направив 23.12.2015 письмо с проектом договора поставки со своими комментариями, на которое истец так и не ответил.

Принимая во внимание факты (включение в договор поставки со стороны истца положений, не относящихся к поставке товара, либо, по сути, представляющих собой вопросы юридической техники, а также условий, которые явно ухудшают положение ответчика по сравнению с обычными условиями договоров поставки, заключаемых ответчика со своими дистрибьюторами), недобросовестное ведение переговоров о заключении договора имело место со стороны истца.

Соответственно, истцом не было выполнено не только непосредственное условие расторжения генерального соглашения (выкуп товарного остатка), но и предварительное условие для этого (направление предложения, соответствующего требованиям пункта 16.5 соглашения). Воля истца изначально не была направлена на соблюдение порядка, предусмотренного соглашением. Исходя из этого, ответчик сделал обоснованный вывод о недобросовестности поведения истца, затягивавшего переговоры, ожидая снижения товарных запасов для уменьшения затрат на их выкуп.

Кроме того, информация об остатке товарном запаса лекарственного препарата на стаде истца предоставлялась ответчику неоднократно:

в письме АО «Фармстандарт» (исх. № 554/1) от 15.09.2016, в котором ответчик заявлял о готовности со своей стороны проведения совместного аудита данного товарного запаса лекарственного препарата на складе АО «Фармстандарт» с участием представителей Сторон; а также рассмотрения вопроса о продаже данного товара АО «Гриндекс»;

в письме АО «Фармстандарт» (исх. № 585) от 07.10.2016 в ответ на письмо истца (исх. № 1782) от 30.09.2016, в котором повторно истец предложил приведенные выше мероприятия, а также заявил о невыполнении истцом по состоянию на 07.10.2016 действий, предусмотренных пунктом 16.5 генерального соглашения, позволяющих АО «Гриндекс» расторгнуть генеральное соглашение в одностороннем порядке.

Также ответчик в письмах (исх. № 132) от 01.03.2016 и (исх. № 163) от 17.03.2016, сообщал истцу о том, что у АО «Гриндекс» имеется вся необходимая информация о собственных расходах АО «Фармстандарт» на таможенное оформление и хранение лекарственного препарата, а также о предоставленных АО «Гриндекс» финансовых скидках/выданных кредитных нотах в отношении конкретных партий (серий) лекарственного препарата, хранящихся на складе АО «Фармстандарт».

Вопреки доводам истца отсутствует юридический факт, на основании которого генеральное соглашение могло быть признано расторгнутым.

Несмотря на утверждения истца о недобросовестном поведении ответчика, истец, тем не менее, в уведомлении о расторжении генерального соглашения от 31.08.2016 не ссылался на недобросовестность ответчика и на положения статьи 157 ГК РФ.

Единственным обстоятельством, с которым АО «Гриндекс» связывало выполнение условий пункта 16.5 соглашения, было его предположение об отсутствии у АО «Фармстандарт» товарного запаса препарата, которое не соответствовало действительности.

Из данного факта следует, что истец в действительности не считал поведение ответчика недобросовестным.

Апелляционный суд отмечает, что в уведомлении от 31.08.2016 исх.№ 1624 указано буквально следующее: «ввиду отсутствия у ПАО «Фармастандарт» товарного запаса лекарственного препарата, обязанность АО «Гриндекс» по предварительному выкупу также отсутствуют» (т. 3 л.д. 53).

При этом со своей стороны истец недобросовестно затягивал переговоры, чтобы избежать затрат на выкуп препарата.

На момент заявленного истцом расторжения отсутствовала воля истца на применение статьи 157 ГК РФ.

Из изложенного следует невозможность связать с какими-либо фактом и конкретной датой наступление условия о выкупе товарного запаса, в связи с чем оно не могло быть признано выполненным.

Отменительиое условие, предусмотренное уведомлением о расторжении, было выполнено.

В указанном уведомлении истец не выразил безусловной воли на расторжение генерального соглашения. Он намеревался расторгнуть соглашение только в случае неполучения от АО «Фармстандарт» запрошенной информации в 10-дневный срок с момента получения последним уведомления.

Как установлено ранее судом, ответчиком данная информация была предоставлена. При этом, довод истца о пропуске данного срока противоречит статье 191 ГК РФ, в силу которой срок направления ответа начал течение с 07.09.2016, и пункту 2 статьи 194 ГК РФ, в силу которого сообщение ответчика считается сделанным в срок, так как было отправлено до 24 часов последнего дня срока.

Истец в апелляционной жалобе ссылается на то, что ответчиком была предоставлена неполная информация, а именно: не были указаны предлагаемые условия выкупа.

Данное утверждение противоречит материалам дела.

В указанном уведомлении истец не запрашивал у ответчика предложений об условиях выкупа.

Односторонний отказ АО «Гриндекс» от соглашения не мог состояться ввиду наступления отменительного условия – направления ответчиком запрошенной информации. У истца не имелось препятствий к последующему выкупу товарного остатка и расторжению генерального соглашения, дальнейшие необходимые действия полностью зависели от него. Однако, истец никаких действий не предпринял, что подтверждает отсутствие у него реального намерения по выкупу препарата.

Суд первой инстанции, надлежащим образом оценив представленные истцом доказательства, пришел к правильному выводу о том, что, с учетом всей совокупности доказательств по делу, они являются недостаточными для признания доказанным недобросовестного поведении ответчика.

Истец просит признать генеральное соглашение о сотрудничестве от 25.04.2014 прекратившимся с 16.09.2016 (при этом исковое заявление подано в суд 01.04.2019). 

Но общему правилу, – право на односторонний отказ от договора может быть осуществлено управомоченной стороной путём уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора).

Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором (часть 1 статьи 450.1 ГК РФ). 

В пункте 16.5 генерального соглашения стороны не предусмотрели момент, с которого договор считался бы прекращенным в случае одностороннего отказа от договора.

Между тем, стороны оговорили необходимое условие, при наличии которого у АО «Гриндекс» возникает право на односторонний отказ – предварительный выкуп у ПАО «Фармстандарт» всего объема товарного запаса лекарственного препарата на складе. 

Учитывая, что такое условие не наступило, требование истца о признании генерального соглашения прекращенным, и именно с даты 16.09.2016 – не основано ни на условиях договора, ни на нормах права. 

Довод истца о том, что ответчик никак не обосновывал возможные причины, по которым уклонение от предоставления информации, необходимой истцу для выкупа препарата, было бы разумным и целесообразным со стороны ответчика», несостоятелен по следующим основаниям.

Предложения истца о выкупе были направлены на ущемление интересов ответчика по сравнению с согласованным сторонами в генеральном соглашении порядком. Ответчик не имел обязанности рассматривать данные предложения, так как они не являлись юридически значимыми в рамках соглашения. Соответственно, нельзя говорить и о его обязанности содействовать выкупу в предложенной форме. Если стороной опровергнуто наличие у нее обязанности, необходимость доказывать разумность мнимого невыполнения такой обязанности очевидно отсутствует.

Как сказано выше, ответчиком опровергнуты доводы истца о непредоставлении необходимой информации.

Более того, заявляя о непредоставлении информации, истец, однако, не доказал, что ему было необходимо предоставление какой-либо дополнительной информации ответчиком. Помимо писем, указанных выше, ответчик сообщил истцу размер товарного остатка (письмо АО «Фармстандарт» № 1674 от 27.10.2015) и обусловленную пунктом 16.5 соглашения стоимость выкупа, определенную с учетом расходов на таможенное оформление и хранение за вычетом кредитных нот (письмо АО «Фармстандарт» № 766/1 от 22.10.2015). Истец не выразил несогласия относительно сообщенной ему оценки и уклонился от проведения аудита склада. Направленные АО «Гриндекс» предложения о цене выкупа не свидетельствуют об оспаривании им данных ответчика, так как основаны на не предусмотренных генеральным соглашением дисконтах и иных условиях оплаты.

Кроме того, предложения АО «Фармстандарт» предполагали корректировку цены по договору поставки с учетом фактически оставшегося на складе Препарата на момент выкупа (письмо АО «Фармстандарт» № 1674 от 27.10.2015), тем самым защищая интересы АО «Гриндекс».

Таким образом, из доказательств, представленных самим же истцом, следует, что у него имелась вся необходимая информация. Каких-либо доказательств и доводов, опровергающих данный вывод, истец не представил.

Соответственно, бремя доказывания недобросовестности ответчика истцом не было реализовано.

Истец основывает доводы о злоупотреблении правом со стороны АО «Фармстандарт» на том обстоятельстве, что якобы в результате действий ответчика он был лишен права на продажу препарата на территории России.

Позиция истца не соответствует обстоятельствам дела и применимому праву в силу следующего.

Из невозможности реализации истцом права не следует факт злоупотребления правом со стороны ответчика.

Как следует из положений пункта 1 статьи 10 ГК РФ, злоупотребление правом является недобросовестным осуществлением гражданских прав.

Иными словами, недобросовестность является конституирующим элементом злоупотребления правом. Сама по себе невозможность лица реализовать свои права для установления злоупотребления правом недостаточна.

Следовательно, в подтверждение злоупотребления ответчика истец должен был представить доказательства того, что АО «Фармстандарт» осуществлял свои права в рамках генерального соглашения именно недобросовестно.

Таких доказательств АО «Гриндекс» представлено не было. Напротив, из преамбулы генерального соглашения следует, что целью его подписания являлось уменьшение сверхзапаса препарата на складе ответчика. Кроме того, стороны не согласовали прогноз закупок на 2015 год. Ответчик, таким образом, действовал в соответствии с обоюдным интересом сторон, отраженным в соглашении.

Поскольку невозможность самостоятельной реализации истцом препарата на территории России следовала непосредственно из условий генерального соглашения, то есть являлась результатом взаимной воли сторон, закрепленной в соглашении, в силу принципа свободы договора это не может квалифицироваться в качестве злоупотребления ответчиком своим правом.

Кроме того, истец обладал возможностью расторгнуть генеральное соглашение, освободившись от обязательств, предусмотренных пунктом 2.4 соглашения.

Как было установлено, данной возможностью истец не воспользовался.

Поскольку АО «Гриндекс» никогда не выражало юридически значимого намерения выкупить препарат, последующее предъявление исков о признании соглашения расторгнутым представляет собой противоречивое поведение.

В соответствии с пунктом 5 статьи 450.1 ГК РФ в случаях, если при наличии оснований для отказа от договора (исполнения договора) сторона, имеющая право на такой отказ, подтверждает действие договора, в том числе путем принятия от другой стороны предложенного последней исполнения обязательства, последующий отказ по тем же основаниям не допускается.

Следовательно, в силу принципа эстоппель требования истца не подлежали удовлетворению.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, поскольку не подтверждают правомерность позиции заявителя, противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам, данные доводы сделаны при неправильном и неверном применении и толковании норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, имеющиеся в материалах дела доказательства, оцененные судом по правилам статей 64, 67, 68, 71 АПК РФ, не подтверждают законности и обоснованности позиции заявителя.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с положениями части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

На основании вышеизложенного апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 176, 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 02 июля 2019 года по делу № А41-28073/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в порядке кассационного производства в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу.

Председательствующий

Л.Н. Иванова

Судьи

М.В. Игнахина

С.К. Ханашевич