АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН 

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107 

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru http://www.tatarstan.arbitr.ru тел. (843) 533-50-00 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

 

г. Казань Дело № А65-9552/2024  

Дата принятия решения – 20 июня 2024 года. Дата объявления резолютивной части – 05 июня 2024 года. 

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи  Ивановой И.В.,  

при составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  Морозовой С.А.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной  ответственностью "Строительная компания "Инкор", г. Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>) к ФИО1, г.Казань, о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по долгам исключенного Общества с ограниченной  ответственностью "СтройХаус", г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и  взыскании с ФИО1 суммы убытков в размере 693 871 руб. 09 коп.,  

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований  относительно предмета спора, Межрайонной инспекции ФНС № 18 по РТ,  

с участием: 

от истца – конкурсный управляющий ФИО2 лично по паспорту,  от ответчика – не явился, извещен;  

от третьего лица – не явился, извещен; 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Строительная компания "Инкор", г.  Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – истец) обратилось в арбитражный  суд с исковым заявлением к ФИО1, г.Казань, (далее –  ответчик) о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по долгам  Общества с ограниченной ответственностью "СтройХаус", г.Казань (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) и взыскании с ФИО1 денежных средств в размере 693 871 руб.  09 коп.  

К участию в деле в порядке ст. 51 АПК РФ привлечено третье лиц, не заявляющее  самостоятельных требований относительно предмета спора, Межрайонная инспекция ФНС   № 18 по РТ.  

Все стороны судебного разбирательства о времени и месте судебного заседания  извещены в порядке ст. 123 АПК РФ.  

Ответчик и третье лицо, надлежащим образом извещенные о времени и месте  судебного разбирательства, в судебное заседание не явились.  

В соответствии ст. 156 АПК РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствии  представителей сторон.  

Представитель истца иск поддержал. 

В материалы дела поступили материалы регистрационного дела Общества с  ограниченной ответственностью "СтройХаус", г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН  

<

***>).  

Как следует из материалов дела, Общество с ограниченной ответственностью  "СтройХаус", г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) зарегистрировано в Едином  государственном реестре юридических лиц 17 февраля 2017 года.  

Участником общества и директором являлся ФИО1. 

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.06.2022 г. по делу № А6510869/2022 с ООО «СтройХаус» в пользу ООО «СК Инкор» взыскано 693 871,09 рублей  неосновательного обогащения.  

В добровольном порядке ООО «СтройХаус» решение суда не исполнило. 

Общество с ограниченной ответственностью «СтройХаус» прекратило свою  деятельность 21.02.2020.  

Учитывая изложенное, истец полагает, что участник ООО «СтройХаус» подлежат  привлечению к субсидиарной ответственности на основании части 3.1 Федерального закона  от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон   № 14-ФЗ).  

Исследовав материалы дела, суд пришел к следующим выводам. 

Согласно статье 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)  ответственность субсидиарного должника является дополнительной и наступает тогда, когда  к ответственности может быть привлечен основной должник, за которого он несет  ответственность в субсидиарном порядке.  

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного  правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать  от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица  добросовестно и разумно.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного  правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать  от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического  лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки,  причиненные по его вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа  юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если  будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно  действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не  соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному  предпринимательскому риску.  

Как следует из пункта 3 статьи 64.2 ГК РФ, исключение недействующего  юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует  привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.  

В соответствии с пунктом 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ исключение общества из  ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации  юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия,  предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В  данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие  причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ,  действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может  быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.  

Данное законоположение направлено, в том числе на защиту имущественных прав и  интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица,  уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов  юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении  вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.  

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является  вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя  необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные  процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками  организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией  обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования  кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в  исполнительное производство.  

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК  РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их  активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной  ответственности и самостоятельной правосубъектности.  

В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна  использоваться его участниками (учредителями) и иными контролирующими лицами для  причинения вреда независимым участникам оборота (пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ,  пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53  "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве", далее - постановление Пленума N 53).  

Соответственно, в исключительных случаях участники корпорации и иные  контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Федерального закона от  26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", далее - Закон о банкротстве)  могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного  юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о  банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована  реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям  добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными  факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.  

При этом исключение юридического лица из реестра как недействующего в связи с  тем, что оно в течение длительного периода времени не представляло документы отчетности,  предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не  осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (пункт 1 статьи 64.2 ГК РФ),  не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред,  причиненный кредиторам, хотя и не является прямым основанием наступления указанной  ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного  Суда Российской Федерации от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865, от 03.01.2023 N 305-ЭС21- 18249(2,3), от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671 и др.).  

Процесс доказывания того, что погашение требований кредиторов стало  невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощен законодателем для  истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи  61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины  ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований  кредиторов.  

В силу презумпции, закрепленной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве, предполагается, что отсутствие к моменту введения первой процедуры  банкротства документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с  законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие,  непредставление арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве),  связано с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими противоправными  деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника,  причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы  содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника  (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).  

Таким образом, кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной  ответственности контролирующего должника лица, не раскрывающего документы  хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в  соответствующую презумпцию, в частности: наличие и размер непогашенных требований к  должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению  документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов.  

Презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом,  привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно обосновать, почему  доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв  свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле  осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника,  каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10  статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления Пленума N  53).  

Предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  презумпция применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к  субсидиарной ответственности подается кредитором вне рамок дела о банкротстве - в случае  исключения юридического лица из реестра как недействующего ("брошенный бизнес"). Иное  создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих  лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в  силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц.  

Во всяком случае, при рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной  ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2  статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом  необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых  обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации  о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив,  обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.  

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие)  контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором,  если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например,  при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих  хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной  неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление  Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).  

При рассмотрении настоящего дела истец указывает, что общество "Стройхаус",  впоследствии исключенное регистрирующим органом из ЕГРЮЛ, имеет непогашенную  задолженность перед истцом, которая носит бесспорный характер, поскольку подтверждена  судебным актом.  

Несмотря на это ФИО1 не принял никаких мер для погашения  задолженности.  

ФИО1 явку в судебное заседание не обеспечил, отзыв не представил. 

Такое поведение ответчика, обязанного действовать в интересах контролируемого  юридического лица и кредиторов, в том числе формировать и сохранять информацию о  хозяйственной деятельности должника, раскрывать ее при предъявлении в суд требований о  возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства,  давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и  прекращения обществом хозяйственной деятельности, является недобросовестным  процессуальным поведением, препятствующим осуществлению права кредитора на  судебную защиту.  

Именно процессуальное поведение ФИО1 привело к невозможности  полноценной проверки доводов истца о причинах, по которым общество ООО «СтройХаус»  не произвело расчеты с истцом, в связи с чем в силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11  

Закона о банкротстве невозможность осуществления расчетов с кредитором по  вине контролирующего лица презюмируется.  

Возложение обязанности на кредитора обратиться в регистрирующий орган с  возражением о ликвидации ответчика не отвечает критерию разумности, поскольку  применение такого подхода означает, что на кредитора будут возлагаться неблагоприятные  имущественные последствия того, что он не смог помешать контролирующим должника  лицам в доведении до завершения их намерений по исключению юридического лица из  ЕГРЮЛ без проведения ликвидационных процедур и осуществления расчетов.  

Непринятие кредитором мер против исключения юридического лица - должника из  реестра не образует оснований для освобождения лица от ответственности или уменьшения  ее размера (пункт 1 статьи 404 и пункт 2 статьи 1083 ГК РФ, пункт 11 статьи 61.11 Закона о  банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может  требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не  предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

При этом, согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы,  которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для  восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный  ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных  условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный  имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом,  причинившим вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).  

Учитывая изложенное, установив наличие совокупности обстоятельств, необходимых  для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам  ликвидированного Общества «Стройхаус», доказанность истцом того, что неисполнение  Обществом обязательств по погашению задолженности явилось результатом неправомерных  действий (бездействия) бывшего руководителя (участника) недействующего юридического  лица, принимая во внимание, что ответчик, достоверно зная о наличии задолженности перед  истцом, не предпринял мер ни к погашению задолженности, ни к возможности  урегулирования спора иным путем, суд приходит к выводу о правомерности заявленных  требований.  

В этой связи, исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме. 

Данная позиция суда согласуется с правовой позицией, изложенной в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2024 г. N 305-ЭС23-29091.  

Судебные расходов по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на  ответчика в соответствии со ст.110 АПК РФ.  

руководствуясь статьями 110, 167 – 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации,  

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить. 

Взыскать с ФИО1, (ИНН 

<

***>), г.Казань, в  пользу Общества с ограниченной ответственностью "Строительная компания "Инкор", г. Казань  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 693 871 руб. 09 коп. убытков в порядке привлечения к  субсидиарной ответственности по долгам исключенного Общества с ограниченной  ответственностью "СтройХаус", г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).  

Взыскать с ФИО1, г.Казань в доход бюджета 16 877руб.  государственной пошлины.  

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в  месячный срок.  

Судья И.В. Иванова