АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-5028/2023

г. Петропавловск-Камчатский

26 января 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 16 января 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 26 января 2024 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Решетько В.И. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску

общества с ограниченной ответственностью «Марлин»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к

публичному акционерному обществу энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третье лицо:

Региональная служба по тарифам и ценам Камчатского края

о взыскании  21 485 624, 53 руб.,

при участии:

от истца:

ФИО2 – представитель по доверенности от 08.08.2022 (сроком на пять лет);

Нам Н.З. – представитель по доверенности от 08.08.2022 (сроком на пять лет);

от ответчика:

ФИО3 – представитель по доверенности от 01.01.2024 (сроком по 31.12.2026); 

от третьего лица:

ФИО4 – представитель по доверенности от 20.11.2023 (сроком до 31.12.2024);

ФИО5 – представитель по доверенности от 16.11.2023 (сроком до 31.12.2024), 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Марлин»  (далее – истец, ООО «Марлин») обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с иском к публичному акционерному обществу энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» (далее – ответчик, ПАО «Камчатскэнерго») о взыскании 20 634 249, 73 руб. неосновательного обогащения и 851 374, 80 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 19.05.2023 по 19.10.2023, всего – 21 485 624, 53 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечена Региональная служба по тарифам и ценам Камчатского края (далее – Служба).

До начала судебного заседания от истца поступили дополнительные пояснения к исковому заявлению, от третьего лица – мнение на исковое заявление.

В судебном заседании представители истца поддержали исковые требования в полном объеме по основаниям и доводам, изложенным в исковом заявлении, а также в дополнениях к нему.

Представитель ответчика требования не признал по основаниям и доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Представители третьего лица поддержали правовую позицию, изложенную в письменном мнении на иск, полагая иск не подлежащим удовлетворению. 

Заслушав доводы сторон, исследовав материалы дела в их совокупности в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд не находит правовых оснований для его удовлетворения по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ПАО «Камчатскэнерго» является сетевой организацией, оказывающей услуги по передаче электрической энергии потребителям услуг посредством своих электрических сетей и сетей смежных сетевых организаций. Являясь «котлодержателем» на территории Камчатского края, ПАО «Камчатскэнерго» получает плату за оказываемые услуги по передаче электрической энергии на основании утвержденных постановлением тарифного органа единых (котловых) тарифов и осуществляет расчеты с территориальными сетевыми организациями посредством использования индивидуальных тарифов.

Единые (котловые) тарифы на услуги по передаче электрической энергии на территории Камчатского края на 2020-2022 годы установлены и введены в действие постановлением Региональной службы по тарифам и ценам Камчатского края от 27.12.2019 № 468 «Об утверждении цен (тарифов) на электрическую энергию, поставляемую ПАО «Камчатскэнерго» потребителям Камчатского края на 2020–2022 годы».

С 2019 года на основании договоров аренды от 01.11.2019 № 961/19 и от 31.10.2019 № 963/19 ПАО «Океанрыбфлот» переданы во временное пользование ООО «Марлин» объекты электросетевого хозяйства (далее – объекты), через которые в период с декабря 2019 года по декабрь 2020 года осуществлялся переток электрической энергии потребителям ПАО «Камчатскэнерго».

С целью установления тарифа на услуги по передаче электрической энергии на 2020–2022 годы истец обратился в тарифный орган с заявлениями от 23.12.2019 № 31 и от 30.12.2019 № 32.

В связи с представлением документов не в полном объеме, письмом от 15.01.2020 № 90.01-07/65 заявление с представленными обществом документами возвращено заявителю. 

Таким образом, тариф на услуги по передаче электрической энергии по сетям ООО «Марлин» на 2020 год Службой не устанавливался.

Как указано в исковом заявлении, обеспечивая беспрепятственный переток электрической энергии потребителям ответчика через свои объекты электросетевого хозяйства, истец понес существенные финансовые затраты (расходы) по содержанию вышеуказанных объектов.

Полагая, что на стороне ответчика как «котлодержателя» возникло неосновательное обогащение, истец претензией от 19.05.2023 обратился к нему с требованием перечислить денежную сумму в размере понесенных финансовых расходов по содержанию объектов электрического хозяйства.

Письмом от 01.06.2023 № 02/3820 ответчик направил ответ на претензию, согласно которому считал претензию истца не подлежащей удовлетворению.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим иском. 

Одним из общих принципов организации экономических отношений и основами государственной политики в сфере электроэнергетики согласно абзацу шестому части 1 статьи 6 Федерального закона от 26.03.2003 №35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее - Закон об электроэнергетике) является соблюдение баланса экономических интересов поставщиков и потребителей электрической энергии.

Законодательство, регулирующее правоотношения по передаче электроэнергии, исходит из того, что в силу естественно-монопольной деятельности электросетевых организаций цена услуг по передаче электроэнергии (тарифы) устанавливается государством путем принятия органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов решения об установлении тарифа. Тарифы устанавливаются по инициативе регулируемой организации и при ее непосредственном участии, что позволяет ей своевременно отстаивать свои права, знать о принятом решении и, как следствие, планировать свою деятельность (пункты 12, 25 Постановления Правительства РФ от 29.12.2011 № 1178 «О ценообразовании в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике» (далее – Правила № 1178)).

Тарифным решением по существу утверждается план экономической деятельности электросетевого хозяйства региона, с учетом как котлового, так и индивидуальных тарифов устанавливается баланс интересов всех электросетевых организаций, входящих в «котел», а также учитываются все объекты электросетевого хозяйства, которые планируются к использованию сетевыми организациями региона в течение периода регулирования. Разумные ожидания сетевых организаций в условиях добросовестного исполнения ими своей деятельности сводятся к получению той необходимой валовой выручки и тем способом, которые запланированы при утверждении тарифа. Именно эти интересы подлежат судебной защите.

Закон не запрещает сетевым организациям передавать друг другу сетевые объекты в течение периода регулирования, однако как профессиональные участники рынка электроэнергетики они должны соотносить экономические последствия своих действий с установленной моделью взаиморасчетов, так как свобода их деятельности ограничена государственным регулированием.

В соответствии с пунктом 8 Правил № 1178 установление тарифов производится регулирующими органами путем рассмотрения соответствующих дел, а согласно пункту 35 этих же Правил тарифы применяются в соответствии с решениями регулирующих органов. 

Отсюда следует, что сетевая организация вправе претендовать на получение платы за услуги, оказанные посредством объектов электросетевого хозяйства, затраты на содержание и эксплуатацию которых учтены при утверждении тарифного решения. Сведения о таких объектах должны содержаться в материалах тарифного дела.

Прочие объекты эксплуатируются по правилам, установленным для владельцев объектов электросетевого хозяйства.

Так, в силу пункта 6 Правил № 861 до установления тарифа владельцы объектов электросетевого хозяйства не вправе препятствовать перетоку через их объекты электроэнергии для потребителя, не вправе требовать за это оплату, не вправе оказывать услуги по передаче электроэнергии. Во исполнение закрепленных законодателем принципов государственного регулирования в субъектах Российской Федерации реализована котловая экономическая модель взаиморасчетов за услуги по передаче электроэнергии.

В условиях котловой модели взаиморасчетов все потребители, относящиеся к одной группе, оплачивают котлодержателю услуги по передаче электроэнергии по единому (котловому) тарифу. За счет этого котлодержатель собирает необходимую валовую выручку сетевых организаций, входящих в «котел», и распределяет ее между смежными сетевыми организациями посредством использования индивидуальных тарифов, обеспечивая тем самым необходимую валовую выручку каждой из сетевых организаций (в том числе собственную) для покрытия их производственных издержек и формирования прибыли (пункт 3 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178, пункты 49, 52 Методических указаний по расчету тарифов на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2).

Таким образом, решение органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов об установлении тарифа, включающее как «котловой», так и индивидуальные тарифы, учитывает экономически обоснованные потребности всех электросетевых организаций, входящих в «котел».

В обоснование исковых требований истец указывает, что в отсутствие утвержденного тарифа на услуги по передаче электрической энергии ООО «Марлин» вправе требовать возмещения стоимости своих затрат на передачу электрической энергии по правилам главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По спорам о возврате неосновательного обогащения следует учитывать, что из диспозиции статей 1102, 1103, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в предмет доказывания при распределении его бремени по делам о взыскании неосновательного обогащения (неосновательного сбережения) входят следующие обстоятельства, которые должен доказать истец: приобретение или сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя (ответчика); уменьшение имущества на стороне потерпевшего (обогащение за счет потерпевшего); отсутствие надлежащего правового основания для наступления вышеуказанных имущественных последствий; размер неосновательного обогащения.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные доказательства, арбитражный суд, установив недоказанность принятия истцом всех необходимых мер для своевременного получения тарифа на услуги по передаче электрической энергии и отсутствие оснований для установления тарифа на 2020 год, проанализировав пояснения органа тарифного регулирования, учитывая, что затраты на содержание электросетевого имущества, владельцем которого является ООО «Марлин», не были учтены при утверждении котлового тарифа для ПАО «Камчатскэнерго», пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Истец, являясь субъектом предпринимательской деятельности, приобретая права на объекты электроэнергетики, действует в обороте на рисковых началах. К его деятельности применим повышенный стандарт поведения в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации) и стандарт ожидаемого добросовестного поведения при ведении деятельности предпринимателями (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400).

Представляя в тарифный орган для утверждения тарифов на услуги по передаче электрической энергии на 2020 год в отношении объектов сетевого хозяйства, заявления, только 23.12.2019 и 30.12.2019 (тарифы на услуги по передаче электрической энергии на территории Камчатского края на 2020 год установлены постановлением Службы от 27.12.2019 № 468), истец не мог не осознавать экономические последствия своих действий, относящихся к его рискам, которые не должны перекладываться на иных участников гражданского оборота.

Кроме того, постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2019 № 1892 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации по вопросам государственного регулирования цен (тарифов)» (далее – Постановление № 1892) в Правила государственного регулирования (пункты 7, 12, 18) внесены изменения, касающиеся периода установления тарифов на услуги по передаче электрической энергии для организаций, в отношении которых ранее не осуществлялось государственное регулирование, предусмотрено установление индивидуальных тарифов на услуги по передаче электрической энергии только с начала очередного расчетного периода. На основании пункта 3 Постановления № 1892 оно вступает в силу со дня его официального опубликования (официально опубликовано 30.12.2019). Данное постановление не содержит оговорки о распространении его действия на ранее возникшие отношения, следовательно, Правила государственного регулирования в редакции Постановления № 1892 применяются к правоотношениям, возникшим после введения их в действие, что соответствует принципу действия закона во времени (статья 4 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Более того, учитывая положения статьи 3 Закона об электроэнергетике, пунктов 2, 6 Правил № 861, в связи с отсутствием утвержденного в установленном законом порядке тарифа на услуги по передаче электрической энергии истец не обладал статусом сетевой организации и был не вправе оказывать услуги по передаче электрической энергии и требовать за это оплату. 

Сам по себе факт владения истцом объектами электросетевого хозяйства не является основанием для возмещения ему расходов по содержанию электросетевого имущества, в связи с чем основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют.

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 26 Закона об электроэнергетике ООО «Марлин», являясь иным владельцем объектов электросетевого хозяйства, обязано по требованию гарантирующего поставщика (энергосбытовой, сетевой организации) оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности или ином законном владении объектах электросетевого хозяйства.

Таким образом, в связи с тем, что тариф на услуги по передаче электрической энергии по сетям ООО «Марлин» на 2020 год не установлен, затраты на содержание электросетевого имущества, владельцем которого является истец, не были учтены при утверждении котлового тарифа для ПАО «Камчатскэнерго» (с учетом проведенных органом тарифного регулирования корректировок), арбитражный суд приходит к выводу, что ПАО «Камчатскэнерго» получило денежные средства от гарантирующего поставщика в составе котлового тарифа, рассчитанного без учета затрат на содержание сетей истца.

Выводы суда в данной части соответствуют правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в определениях от 09.01.2020 № 305-ЭС17-22541, от 13.09.2021 № 302-ЭС21-14762 и от 07.12.2023 № 305-ЭС23-22310. 

Оценивая доводы ответчика в части истечения срока исковой давности суд учитывает, что в соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

По правилам пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, поскольку в настоящем случае речь идет о взыскании неосновательного обогащения, то применению подлежит общий срок исковой давности, составляющий три года.

Применение положений главы 12  Гражданского  кодекса Российской Федерации «Исковая давность» разъясняется в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце третьем пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином-индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

На основании изложенного, поскольку срок исковой давности на обращение в суд с заявленными требованиям за трехлетний период, предшествующий обращению в суд с иском, истек, основания для его восстановления отсутствуют, а сам срок не подлежит восстановлению в силу приведенных руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Данное обстоятельство является вторым и самостоятельным основанием для отказа в иске.

Таким образом, суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании неосновательного обогащения не подлежат удовлетворению.

Поскольку в удовлетворении требований о взыскании неосновательного обогащения отказано, производное от него требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неосновательного обогащения, удовлетворению также не подлежит.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в силу положений статьи 110 АПК РФ относятся на истца, однако взысканию с него не подлежат, поскольку были понесены им при обращении с иском в арбитражный суд.

Руководствуясь статьями 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения. 

Судья                                                  В.И. Решетько