ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А17-1060/2014

г. Киров

22 марта 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 марта 2019 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Сандалова В.Г.,

судейКормщиковой Н.А., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии в судебном заседании:

представителя должника ФИО3, действующей на основании доверенности от 15.01.2019,

представителя арбитражного управляющего – ФИО4, действующей на основании доверенности от 09.10.2017,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО5 

на определение Арбитражного суда Ивановской области от 09.01.2019 по делу № А17-1060/2014, принятое судом в составе судьи Толстова Р.В.,

по заявлению конкурсного управляющего закрытым акционерным обществом «Ивановский проектный институт по градостроительству промышленности и изысканиям № 6» ФИО6

о признании ненадлежащими действий арбитражного управляющего ФИО5 и взыскании с него убытков,

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований: общества с ограниченной ответственностью «МСК-Строй» (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Архстиль» (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «ЦСО» (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсенал» (ОГРН 

<

***>),

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Ивановский проектный институт по градостроительству промышленности и изысканиям № 6» (ОГРН 

<

***>),

установил:

конкурсный управляющий закрытым акционерным обществом «Ивановский проектный институт по градостроительству промышленности и изысканиям № 6» (далее – должник, ЗАО «Ивпроект ГПИ-6», общество) ФИО6 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в Арбитражный суд Ивановской области в рамках дела о банкротстве должника с жалобой на действия бывшего конкурсного управляющего должником ФИО5 (далее – ответчик, арбитражный управляющий, заявитель жалобы) о признании необоснованными расходов на привлечение им общества с ограниченной ответственностью «МСК-Строй» (далее – ООО «МСК-Строй») и о взыскании с ФИО5 убытков в сумме 1 830 000 руб.

К участию в деле привлечены Ассоциация «МСРО АУ», Управление Росреестра по Ивановской области, ООО «МСК-Строй», ООО «Архстиль», ООО «ЦСО», ООО «Страховая компания «Арсенал».

Определением Арбитражного суда Ивановской области от 09.01.2019 признаны незаконными действия арбитражного управляющего ФИО5, допущенные в ходе исполнения обязанностей конкурсного управляющего ЗАО «Ивпроект ГПИ-6», по привлечению ООО «МСК-Строй» для выполнения проектных работ по договору от 12.05.2016; признаны необоснованными расходы по договору на выполнение проектных работ от 12.05.2016, произведенные арбитражным управляющим ФИО5 за счет имущества ЗАО «Ивпроект ГПИ-6», в размере 1 686 000 руб.; взыскано с ФИО5 в пользу ЗАО «Ивпроект ГПИ-6» 1 686 000 руб., 3000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 34 500 руб. расходов на проведение экспертизы по делу; в удовлетворении остальной части требований отказано.

Арбитражный управляющий ФИО5 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

По мнению заявителя жалобы, для выполнения работ по договору ООО «МСК-Строй» была получена лицензия № МКРФ 03731 от 06.09.2016 на осуществление деятельности по сохранению объектов культурного наследия народов РФ. Оплата работ осуществлялась после получения ООО «МСК-Строй» лицензии. Выполнение проектных работ являлось необходимым мероприятием, без которого невозможна была регистрация права собственности на указанный объект. Поскольку выполнение работ по проектированию требовало специальных познаний, которыми арбитражный управляющий ФИО5 не обладал, выполнение арбитражным управляющим проектных работ самостоятельно являлось невозможным. Таким образом, привлечение привлеченного лица в рассматриваемой ситуации было необходимым и направленным на достижение целей процедур банкротства. В целях заключения договора на выполнение проектных работ им были сделаны запросы в различные проектные организации, в том числе расположенные в г.Иваново о стоимости проектных работ и получены ответы, согласно которым стоимость научно-проектной документации составила от 1 980 000 руб. до 10 000 000 руб. Поскольку предложение ООО «РАО-Девелопмент» о стоимости проектных работ было существенно ниже коммерческих предложений, предлагаемых иными организациями, в том числе расположенными в г.Иваново, конкурсный управляющий исходя из принципов добросовестности и разумности, а также в целях минимизации расходов заключил договор на оказание проектных работ с ООО «РАО-Девелопмент», предложившим самую выгодную цену. На момент заключения договора на выполнение работ ООО «РАО-Девелопмент» не обладало лицензией на осуществление необходимого вида работ. Осведомленность об указанном обстоятельстве ФИО5 не отрицает. Однако на момент заключения с ООО «РАО-Девелопмент» договора, последнее уже обратилось в Министерство культуры РФ для выдачи лицензии, о чем был поставлен в известность ФИО5 при заключении договора. Учитывая изложенное, факт подачи ООО «РАО-Девелопмент» заявления на выдачу лицензии, а также ее последующее получение указывают на то, что ООО «РАО-Девелопмент» являлось организацией, обладающей специальными познаниями, необходимыми для проектных работ в отношении объектов культурного наследия. Отсутствие на момент заключения договора лицензии не свидетельствует о недобросовестности ФИО5, поскольку, во-первых, действующим гражданским законодательством не запрещено заключение договора с условием получения одной из сторон разрешения или лицензии, необходимых для выполнения договора, уже в ходе действия договора; во-вторых, выбор проектной организации обусловлен наиболее приемлемым ценовым предложением. Работы ООО «РАО-Девелопмент» (впоследствии ООО «МСК-Строй») выполнялись после получения им лицензии, а, значит, ни ФИО5, ни ООО «МСК-Строй» действующее федеральное законодательство нарушено не было. Заключение договора на срок, превышающий срок проведения процедуры конкурсного производства, не свидетельствует о недобросовестном выполнении им обязанностей. Продление конкурсного производства должника было обусловлено не только необходимостью регистрации права собственности на недвижимое имущество - «Фабрика и рабочий поселок ФИО7 (Товарищества мануфактур «Иван Гарелин с сыновьями», фабрика им. Ф.Зиновьева): Западная казарма» (

<

...>), но и необходимостью выполнения иных мероприятий. Заключение договора имело место 12.05.2016, то есть за несколько дней до рассмотрения судом очередного отчета конкурсного управляющего (30.05.2016). В условиях невыполненности в полном объеме всех мероприятий конкурсного производства конкурсный управляющий не имел оснований полагать, что 30.05.2016 срок процедуры банкротства продлен не будет. Законодательство не ставит осуществление конкурсным управляющим тех или иных мероприятий, выполнение которых является необходимым, в зависимость от даты судебного заседания по рассмотрению отчета конкурсного управляющего о ходе процедуры, поскольку срок процедуры банкротства, изначально установленный судом, может неоднократно продлеваться до завершения всех мероприятий конкурсного производства. На текущий момент срок конкурсного производства продлен до 27.05.2019, что указывает на то, что мероприятия конкурсного производства будут выполняться как минимум до 27.05.2019. Заключение ФИО5 договора от 12.05.2016 на срок, выходящий за пределы даты рассмотрения Арбитражным судом отчета конкурсного управляющего, не свидетельствует о недобросовестности и неразумности его действий, в том числе о затягивании им срока конкурсного производства. Из судебного акта не усматривается, что указанным действием ФИО5 причинил вред должнику и его кредиторам. Комплекс мероприятий по регистрации права собственности происходил параллельно с исполнением конкурсным управляющим ФИО5 иных мероприятий конкурсного производства, в частности по реализации на торгах иного выявленного имущества должника. Вывод суда о том, что договор с ООО «МСК-Строй» был заключен на срок до 01.02.2017, тогда как реальный срок выполнения проектных работ составлял 2 месяца, также носит необоснованный характер, поскольку конкурсный управляющий, не обладая специальными познаниями в области проектных работ, не мог спрогнозировать реальный срок действия договора. Определять срок выполнения работ с привязкой к сроку, в течение которого работы выполнялись ООО «Архстиль» является неразумным, поскольку выполнение работ ООО «Архстиль» - это частный случай. ФИО5 была проведена достаточная работа по поиску проектной организации, в том числе в Ивановской области, с наиболее приемлемым в части цены коммерческим предложением. ФИО5, не являясь профессиональным участником рынка проектных работ, не знал, и не должен был знать о существовании ООО «Архстиль» и обо всех неновых предложениях на проектные работы в Ивановской и других областях РФ. С момента заключения договора на выполнение проектных работ с ООО «PAО-Девелопмент» и до получения результата работ но указанному договору он не имел информации о том, что между ООО «PAО-Девелопмент» и ООО «Архстиль» заключен субподрядный договор на выполнение именно тех объемов работ, которые определены в договоре с ООО «PAО-Девелопмент». Информация о стоимости оказываемых ЗАО «Ивановореставрация» проектных услуг в отношении интересуемого объекта им была получена от ЗАО «Ивановореставрация» по телефону задолго до получения официального письма по электронной почте от указанной организации. Письмо от ООО «АКС-Проект» было получено ФИО5 посредством информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», что в условиях непрерывного развития технического прогресса (в частности средств передачи информации) является допустимым. В связи с тем, что оснований полагать, что сведения о коммерческом предложении, содержащиеся в письме ООО «АКС-Проект», являются недостоверными, у ФИО5 не имелось, он совершенно обоснованно учитывал их при выборе проектной организации. Отсутствие даты в письме ООО «АКС-Проект» на достоверность информации не влияет, как и не подтверждает выводы суда о том, что указанное письмо было получено после заключения договора с ООО «МСК-Строй». То обстоятельство, что в тексте письма ООО «АКС-Проект» говорится о выполнении проекта технического перевооружения, а не о производстве проектных работ, не ставит под сомнение относимость письма ООО «АКС-Проект» к рассматриваемому спору, поскольку в рамках процедуры конкурсного производства в отношении ЗАО «Ивпроект ГПИ-6» каких-либо иных, помимо проектных работ, не производилось. Аналогичные выводы можно сделать относительно письма ООО «Эксперт-Оценка». В случае обращения ФИО5 в Министерство культуры РФ или в орган государственной власти Ивановской области, указанные организации представили бы всего лишь список организаций, осуществляющих соответствующие виды проектных работ, без предоставления информации о стоимости оказываемых указанными организациями услуг (не исключено, что в представленных Министерством культуры РФ или органом государственной власти Ивановской области списках значились бы организации, в которые ФИО5 уже направлял запросы. Взаимосвязь между информацией, указанной в отзыве ФИО5., и объемом работ, выполненным ООО «АрхСтиль», отсутствует. В тексте отзыва ФИО5 в части объема работ допущена опечатка, которую суд предпочел трактовать не в пользу ФИО5 Суд указывает на то, что ФИО5 необходимо было привлечь эксперта для определения рыночной стоимости выполнения необходимых проектных работ, однако, Закон о банкротстве обязательность такого привлечения не предусматривает, а напротив, ставит под сомнение. ФИО5 при выборе организации, оказывающей проектные услуги, действовал в условиях имеющейся у него информации о ценовых предложениях, а, следовательно, его действия признать недобросовестными нельзя. Суд в нарушение статьи 15 ГК РФ не доказал совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО5 к ответственности в виде взыскания убытков, в том числе вины ФИО5, наличия причинно-следственной связи между его действиями и причиненными должнику убытками, а также противоправности его действий. ФИО5 относительно проведения экспертизы по вопросам, поставленным перед экспертом, возражал, отмечая, что проведение экспертизы предметом которой является оценка рыночной стоимости уже выполненных ООО «Архстиль» проектных работ осуществлена быть не может, так как сама по себе экспертиза и поставленные ей вопросы носят по своей сути нелогичный характер, поскольку стоимость произведенных ООО «Архстиль» проектных работ уже оценена самим исполнителем ООО «Архстиль» с учетом норм ГК РФ о свободе договора. ФИО5 предлагалось провести экспертизу о стоимости работ без привязки к работам, уже выполненным ООО «Архстиль», что позволило бы получить более независимые от позиций сторон результаты по стоимости работ. Однако доводы ФИО5 в части вопросов, поставленных перед экспертом, судом первой инстанции были необоснованно не приняты во внимание. Заключение эксперта от 31.08.2018 № 05/18 не могло быть признано обоснованным и допустимым доказательством, поскольку было подготовлено с существенным нарушением федерального законодательства об экспертной и оценочной деятельности, а также процессуальных прав участников судебного разбирательства, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов эксперта. Учитывая изложенные факты и доказательства, заключение эксперта от 31.08.2018 JN» 05/18 не могло быть использовано судом при принятии решения.

Конкурсный управляющий должника в отзыве на апелляционную жалобу указала, что доводы жалобы являются необоснованными, жалоба удовлетворению не подлежит.

В судебном заседании представители заявителя жалобы и должника поддержали доводы и возражения, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей указанных лиц по имеющимся материалам.

Законность определения Арбитражного суда Ивановской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, и, заслушав представителей заявителя жалобы и должника, суд апелляционной инстанции не нашел правовых оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Ивановской области (резолютивная часть оглашена 03.06.2015) ЗАО «Ивпроект ГПИ-6» признано банкротом, в отношении его имущества открыто конкурсное производство. Определением Арбитражного суда Ивановской области (резолютивная часть оглашена 17.05.2017) конкурсным управляющим утверждена ФИО6.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при привлечении привлеченных лиц арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, в том числе привлекать их лишь тогда, когда это является обоснованным, и предусматривать оплату их услуг по обоснованной цене.

В соответствии с пунктом 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве привлечение арбитражным управляющим лиц для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, оплата услуг таких лиц или определенный настоящей статьей размер оплаты таких услуг могут быть признаны арбитражным судом необоснованными по заявлению лиц, участвующих в деле о банкротстве, в случаях, если услуги не связаны с целями проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возложенными на арбитражного управляющего обязанностями в деле о банкротстве либо размер оплаты стоимости таких услуг явно несоразмерен ожидаемому результату. Указанное требование предъявляется в суд, рассматривающий дело о банкротстве, и рассматривается судьей единолично в порядке, предусмотренном статьей 60 Закона о банкротстве

При этом суд может снизить размер оплаты услуг привлеченного лица, если будет доказано, что размер оплаты является необоснованным (явно несоразмерен ожидаемому результату или значительно превышает рыночную стоимость подобных услуг), также суд может снизить размер взыскиваемой оплаты услуг привлеченного лица или полностью отказать во взыскании их оплаты, если будет доказано, что привлечение этого лица было необоснованным в целом или в части (как в общем, исходя из потребности в услугах такого привлеченного лица, так и применительно к конкретному привлеченному лицу), а также что привлеченное лицо знало или должно было знать об этом обстоятельстве (было недобросовестным).

В силу пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан принимать меры по защите имущества должника, анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности, разумно и обоснованно осуществлять расходы, связанные с исполнением возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Конкурсный управляющий ФИО6 В ходе анализа документов, предоставленных предыдущим конкурсным управляющим должника – ФИО5, выявила расходование ФИО5 денежных средств за счет конкурсной массы должника. Проанализировав выписку по счету должника, открытому в ПАО Банк «Кузнецкий», конкурсный управляющий установила наличие договора на выполнение проектных работ от 12.05.2016 с ООО «МСК-Строй». При этом проектная документация, имевшаяся в распоряжении конкурсного управляющего, была подготовлена ООО «Архстиль» (ИНН 

<

***>).

От ФИО5 в адрес конкурсного управляющего поступила посылка, в составе которой находился подлинник договора на выполнение проектных работ от 12.05.2016 (далее – договор № 1) (Т.1, л.д.-9-11), заключенного должником в лице ФИО5 и ООО «РАО-Девелопмент» (ИНН 

<

***>), цена договора составляет 1 980 000 руб.

ООО «РАО-Девелопмент» в дальнейшем переименовано в ООО «МСК-Строй».

В ответ на запрос конкурсного управляющего от 10.11.2017 ООО «Архстиль» предоставило копию договора № 60/16-1 на выполнение проектных работ от 10.10.2016 (далее – договор № 2) (Т.1, л.д.-26-28), заключенного ООО «МСК-Строй» и ООО «АрхСтиль», стоимость проектных работ по указанному договору, составляет 150 000 руб.

Из договоров, заключенных должником с ООО «РАО-Девелопмент», ООО «МСК-Строй» с ООО «АрхСтиль», усматривается, что работы, выполненные по договору № 1 аналогичны работам по договору № 2 и фактически выполнены не ООО «МСК-Строй» (г.Пенза), а ООО «Архстиль» (г.Иваново).

Иное из материалов дела не следует.

Как усматривается из договора № 1, ФИО5 привлек ООО «МСК-Строй» для выполнения проектных работ в целях государственной регистрации прав должника на недвижимое имущество: «Фабрика и рабочий поселок ФИО7 (Товарищества мануфактур «Иван Гарелин с сыновьями», фабрика им. Ф.Зиновьева): Задняя казарма» (расположен по адресу: 

<

...>). При этом данный объект недвижимости относится к выявленным объектам культурного наследия.

Согласно пункту 6 статьи 45 Федерального закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ) к проведению работ по сохранению объекта культурного наследия, включенного в реестр, или выявленного объекта культурного наследия допускаются юридические лица и индивидуальные предприниматели, имеющие лицензию на осуществление деятельности по сохранению объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации о лицензировании отдельных видов деятельности.

Исходя из перечня работ, составляющих деятельность по сохранению объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, утвержденному Постановлением Правительства Российской Федерации от 19.04.2012 № 349 «О лицензировании деятельности по сохранению объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации», к данным работам относятся в том числе:

- разработка проектной документации по консервации, реставрации и воссозданию объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации;

- разработка проектной документации по ремонту и приспособлению объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации.

Из автоматизированной выписки из ЕГРЮЛ, сформированной на сайте Федеральной налоговой службы России, следует, что у ООО «МСК-Строй» отсутствовала лицензия на осуществление деятельности по сохранению объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации.

Данный факт ФИО5 по существу не оспаривается.

Следовательно, ООО «МСК-Строй» не имело права на осуществление работ по договору № 1.

ФИО5, действуя разумно и добросовестно, должен был при заключении договора проверить наличие у привлекаемого им лица соответствующих навыков для производства подобного вида работ, а также наличие действующей лицензии, необходимой в соответствии с нормами действующего законодательства до заключения договора.

При этом, как пояснил представитель заявителя жалобы в судебном заседании апелляционной инстанции, указанная организация до заключения договора не осуществляла названных видов работ.

Таким образом, недобросовестность действий арбитражного управляющего по привлечению ООО «МСК-Строй» выразилась в подписании договора с организацией, не имеющей соответствующей лицензии, не осуществляющей ранее таких видов работ, при наличии иных организаций с соответствующими разрешениями, лицензиями и т.п.

Само по себе получение лицензии указанной организацией в последующем, не свидетельствует о том, что заключив договор с организацией, не имеющей необходимой лицензии, арбитражный управляющий действовал разумно и добросовестно.

Кроме того, суд принимает во внимание, что договор заключен без учета сроков проведения процедуры конкурсного производства.

Из материалов дела усматривается, что требуемая лицензия на осуществление деятельности по сохранению объектов культурного наследия народов Российской Федерации получена ООО «МСК-Строй» только 06.09.2016 (Т.1, л.д.-52, 53).

09.09.2015 опубликованы сведения об инвентаризации имущества должника, таким образом, ФИО5 уже в сентябре 2015 года знал об отсутствии регистрации права собственности на здание.

Задание на проведение работ по сохранению объекта культурного наследия, утверждено 14.04.2016.

Договор с ООО «МСК-Строй» заключен 12.05.2016.

Вместе с тем, поскольку у ООО «МСК-Строй» отсутствовала лицензия, то к работам оно могло приступить только после ее получения, а именно с сентября 2016 года.

ФИО5, при этом, являясь профессиональным арбитражным управляющим, не мог не осознавать, что отсутствие лицензии на осуществление определенных видов работ препятствует их осуществлению, регистрации права собственности на здание и его скорейшей реализации, минимизации расходов должника в процедуре конкурсного производства.

В то же время срок (с учетом новогодних выходных), за который ООО «Архстиль» выполнило требуемые проектные работы, составил два месяца, что подтверждается актом приемки-сдачи проектной документации (Т.1, л.д.-30).

Доказательств того, что объем работ, выполненных ООО «Архстиль», по договору № 2 меньше объема, установленного договором № 1, в материалы дела не представлено.

Таким образом, действительный срок выполнения спорных проектных работ, необходимых для осуществления государственной регистрации права собственности на здание, составил два месяца, на что верно указано судом первой инстанции.

Данный факт документально заявителем жалобы не опровергнут.

В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Вместе с тем, договор с ООО «МСК-Строй» заключен арбитражным управляющим на срок до 01.02.2017.

Исходя из изложенного, действия арбитражного управляющего по привлечению ООО «МСК-Строй» для выполнения спорных проектных работ по договору на выполнение проектных работ от 12.05.2016 не могут быть признаны добросовестными.

Кроме того, в рассматриваемом случае, не может быть не учтена обязанность арбитражного управляющего по анализу стоимости аналогичных услуг в регионе, где находится должник, с тем, чтобы минимизировать расходы на процедуру конкурсного производства.

Как следует из условий договора № 2, ООО «Архстиль» выполнило спорные проектные работы за 150 000 руб.

Суд первой инстанции также установил, что ООО «Архстиль» выполнило больший объем работ за меньшую стоимость, в частности в материалы дела представлена смета на проектные работы (Т.1, л.д.-81), составленная ООО «Архстиль», с указанием модели ценообразования на основании РНиП 4.05.01-93. Обоснованность стоимости работ, по мнению арбитражного управляющего, может быть установлена при соответствии выполненного объема работ РНиП 4.05.01-93. Однако, указанная в смете стоимость (с учетом коэффициента научного руководства - 306 650,88 руб.) существенно ниже той, что уплачена ООО «МСК-Строй». При этом согласно смете ООО «Архстиль» объем памятника составляет 15,435 тыс. куб.м, в то время как в отзыве арбитражным управляющим указывается на объем здания - 14,5 тыс. куб.м.

Арбитражный управляющий при наличии на рынке услуг в городе местонахождения должника лиц, обладающих необходимой компетенцией, подтвержденной лицензиями, и готовых выполнить соответствующие работы существенно дешевле (в итоге), привлек организацию, не обладающую необходимой лицензией из иного субъекта Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда о том, что сама по себе представленная в материалы дела переписка, в том числе ответы ЗАО «Ивановореставрация», ООО «АКС-Проект», ООО «Модуль», ООО «Эксперт-Оценка» не свидетельствует однозначно о принятии арбитражным управляющим всех необходимых мер, в том числе направление запроса в специализированный государственный орган – Министерство культуры Российской Федерации, в орган государственной власти Ивановской области по государственной охране объектов культурного наследия с тем, чтобы получить список лицензированных организаций, выполняющих необходимые виды работ.

Доводы о затягивании процедуры заключения договора, в случае обращения в указанные Министерство и иные специализированные органы, носит предположительный характер и документально не подтвержден.

Надлежащих доказательств того, что ответчиком были предприняты все возможные средства для установления наименьшей цены на спорные работы по месту нахождения должника, в дело не представлены.

Указанные действия ответчика привели к необоснованному расходованию денежных средств должника.

Следовательно, привлечение арбитражным управляющим ООО «МСК-Строй» для выполнения проектных работ также не может быть признано обоснованным.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» (далее – Постановление № 91), если должник по требованию арбитражного управляющего оплатил услуги привлеченного лица за счет имущества должника, то лицо, участвующее в деле о банкротстве, на основании пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве вправе потребовать от управляющего возмещения необоснованных расходов путем взыскания с управляющего в пользу должника всей или части истраченной суммы, если докажет, что привлечение этого привлеченного лица и (или) размер стоимости его услуг являются необоснованными.

По пункту 1 статьи 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены указанным Федеральным законом.

Фигура конкурсного управляющего должника в процедуре конкурсного производства равноценна фигуре единоличного исполнительного органа общества в нормальных условиях хозяйствования, поэтому в соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) содержащиеся в данном постановлении разъяснения подлежат применению также при рассмотрении арбитражными судами дел о взыскании убытков с внешнего или конкурсного управляющих, если иное не предусмотрено законом или не вытекает из существа отношений.

В силу разъяснений подпункта 5 пункта 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

В данном случае, с учетом введения в отношении предприятия процедуры конкурсного производства действия конкурсного управляющего должны оцениваться с точки зрения их целесообразности относительно осуществления процедуры, а также должны приниматься во внимание интересы не только самого предприятия, но и его кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

По пункту 2 указанной нормы права под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 2 указанной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Из анализа статей 15, 1064 ГК РФ следует, что для наступления ответственности за причинение вреда необходимо наличие совокупности следующих элементов: наступление вреда, причинная связь между наступлением вреда и противоправным поведением причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Удовлетворение исковых требований возможно при доказанности всей совокупности вышеуказанных элементов.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что противоправность бездействия и действий арбитражного управляющего ФИО5 выразилась в том, что являясь профессиональным участником правоотношений в рамках проведения процедур банкротства, имея профессиональное образование в данной сфере, в нарушение статей 20.3, 129 Закона о банкротстве, а также злоупотребляя предоставленными ему правами на осуществление руководства предприятием, арбитражный управляющий не предпринял достаточных мер по анализу рынка услуг по проведению проектных работ, не предпринял необходимых и достаточных мер по поиску проектной организации, стоимость услуг которой отвечает целям и принципам процедуры банкротства должника и интересам кредиторов, а также в том, что, действуя недобросовестно и неразумно, без учета интересов должника и кредиторов привлек ООО «МСК-Строй» по необоснованно завышенной цене. В результате бездействия ФИО5 не удалось самостоятельно найти проектную организацию, готовую выполнить работы по разумной, соответствующей рыночной цене, в результате действий арбитражного управляющего по привлечению ООО «МСК-Строй» возросли расходы должника на привлеченных лиц первой очереди, из конкурсной массы должника выбыли денежные средства, а также были увеличены сроки конкурсного производства (поскольку привлеченная организация не смогла приступить к выполнению договора до получения необходимой лицензии).

Оснований не согласиться с данным выводом апелляционный суд из материалов дела не усматривает.

Для определения рыночной стоимости произведенных проектных работ по ходатайству заявителя судом была назначена судебная экспертиза, которая поручена эксперту Союза «Торгово-Промышленная Палата Ивановской области» (153022, 

<

...>) ФИО8.

Перед экспертом был поставлен следующий вопрос: «Какова по состоянию на май 2016 года рыночная стоимость выполненных ООО «Архстиль» согласно представленной документации проектных работ по внутренней перепланировке помещений объекта культурного наследия «Фабрика и рабочий поселок ФИО7 (Товарищества мануфактур «Иван Гарелин с сыновьями», фабрика им. Ф.Зиновьева): Западная казарма» (

<

...>)».

В материалы дела представлено заключение эксперта от 31.08.2018 № 05/18 (Т.4, л.д.-6-22), согласно которому рыночная стоимость данных проектных работ по состоянию на май 2016 года составила 295 000 руб.

Арбитражный управляющий с результатами экспертизы не согласился, представил возражения, считает, что экспертиза проведена с существенными процессуальными и содержательными нарушениями, что ставит под сомнение полученный результат, ходатайствовал о проведении повторной экспертизы.

Согласно статье 86 АПК РФ для дачи пояснений эксперт ФИО8 дважды вызывалась в судебное заседание суда первой инстанции (27.11.2018 и 25.12.2018), кроме того, ею были представлены суду пояснения к заключению эксперта от 11.12.2018, также исследованные в ходе судебного разбирательства.

Эксперт указала, что сравнительный метод не мог быть применен при проведении рассматриваемой экспертизы в силу следующего.

Сравнительный подход - это совокупность методов оценки, основанных на получении стоимости объекта оценки путем сравнения оцениваемого объекта с объектами-аналогами. Данный подход рекомендуется применять, когда доступна достоверная и достаточная для анализа информация о ценах и характеристиках объектов-аналогов. В рамках сравнительного подхода применяются различные методы, основанные как на прямом сопоставлении оцениваемого объекта и объектов-аналогов, так и методы, основанные на анализе статистических данных и информации о рынке объекта оценки. Оценить рыночную стоимость сравнительным подходом можно только при наличии развитого и активного рынка объектов-аналогов, позволяющего получить необходимый для оценки объем данных о ценах и характеристиках объектов-аналогов. В рассматриваемом случае объект оценки - это конкретные проектные работы по внутренней перепланировке помещений в конкретном здании. Причем здание является не типовым, а объектом культурного наследия.

В силу абзаца 1 пункта 1 Закона № 73-ФЗ к объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации (далее – объекты культурного наследия) в целях настоящего Федерального закона относятся объекты недвижимого имущества (включая объекты археологического наследия) и иные объекты с исторически связанными с ними территориями, произведениями живописи, скульптуры, декоративно-прикладного искусства, объектами науки и техники и иными предметами материальной культуры, возникшие в результате исторических событий, представляющие собой ценность с точки зрения истории, археологии, архитектуры, градостроительства, искусства, науки и техники, эстетики, этнологии или антропологии, социальной культуры и являющиеся свидетельством эпох и цивилизаций, подлинными источниками информации о зарождении и развитии культуры.

Каждый такой объект по своему определению является уникальным, несхожим с остальными, аналогов, тем более располагающихся в одном регионе, найти практически невозможно.

Перед экспертом в рамках рассматриваемой экспертизы ставился вопрос не определения рыночной стоимости самого здания - объекта культурного наследия, а конкретных работ, произведенных в части указанного объекта.

Экспертом правомерно не использованы ответы, полученные ФИО5 и ФИО6 от проектных организаций.

Цель проведения экспертизы - не установление организации, которая предложит произвести работы по наиболее низкой или высокой цене и установить среднюю стоимость по региону, а установить реальную рыночную стоимость конкретных выполненных работ с учетом специфики объекта, по отношению к которому были выполнены работы.

Надлежащих доказательств, опровергающих сведения, указанные в данном заключении, заявителем жалобы не представлено.

Ссылка на наличие недостатков в заключении судебной экспертизы, проведенной по делу, сама по себе не является основанием для отмены или изменения судебного акта.

Каких-либо сомнений в обоснованности выводов заключения эксперта, а также противоречий не усматривается.

Представленное в материалы дела экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ и не имеет недостатков, которые бы позволили суду признать его ненадлежащим доказательством по делу.

Само по себе несогласие ответчика с выводами эксперта, а также наличие у ответчика сомнений в обоснованности заключения, не являются достаточными основаниями для признания экспертного заключения ненадлежащим доказательством по делу.

Соответствующие доводы заявителя не подтверждены иными доказательствами, которые могли бы поставить под сомнение достоверность выводов судебного эксперта.

Экспертом суду даны пояснения по описанию объекта оценки, по порядку проведенных расчетов, по выбору тех или иных коэффициентов при проведении расчетов, а также о необходимости корректировки одного из коэффициентов, что незначительным образом должно изменить конечный результат исследования.

В соответствии со статьей 16 Закона о государственной судебно-экспертной деятельности, эксперт при производстве судебной экспертизы, не вправе вступать в личные контакты с участниками процесса, разглашать сведения, которые стали ему известны в связи с производством судебной экспертизы, в том числе сведения, которые могут ограничить конституционные права граждан. При этом, указывая на запрет эксперту вступать в личные контакты с участниками процесса, закон четко определяет случай, для которого он необходим, а именно, если это ставит под сомнение его незаинтересованность в исходе дела.

Положениями части 4 указанной нормы права к эксперту предъявляется требование о защите охраняемой законом тайны, аналогичное требованиям к руководителю экспертного учреждения. В предпоследней части статьи эта обязанность конкретизируется запретом на личные контакты с участниками процесса, если это может поставить под сомнение его объективность и непредвзятость, и запретом на сообщение посторонним результатов исследований.

Как указывает заявитель жалобы, результаты экспертизы были направлены обеим сторонам единовременно, следовательно, оснований для сомнений в заинтересованности эксперта в данном случае не имеется.

Документального подтверждения того, что экспертом в суд направлено заключение, отличное от того, что было направлено участникам процесса, ответчиком также не представлено.

Таким образом, со стороны эксперта отсутствуют действия по изменению результатов экспертизы в пользу любой из сторон спора, которые могли бы стать объективными доказательствами заинтересованности эксперта.

Иное из материалов дела не следует.

Само по себе присутствие ФИО9 при осмотре здания, не свидетельствует о том, что указанное лицо участвовало в составлении заключения эксперта.

Эксперт пояснила, что ФИО9 в ходе осмотра помещений оказывал исключительно техническую помощь (держал рулетку для замера, записи и т.д.), непосредственно сами замеры проводила эксперт.

Документально данный факт ответчиком не опровергнут.

Оценив представленное заключение судебной экспертизы по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности с иными доказательствами, апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции обоснованно принято в качестве надлежащего доказательства по делу экспертное заключение № 05/18.

Установленная экспертизой рыночная стоимость проектных работ по состоянию на май 2016 года в размере 294 000 руб. документально не опровергнута.

При таких обстоятельствах размер ущерба, причиненного должнику неправомерными действиями арбитражного управляющего, составил 1 686 000 руб. (1 980 000 руб. - 294 000 руб.).

Данный ущерб является убытками для должника, которые должны быть возмещены арбитражным управляющим ФИО5

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Из вышеизложенных норм права следует, что с ФИО5 в пользу общества подлежат взысканию судебные расходы в сумме 3000 руб. - государственная пошлина, оплаченная в связи с подачей заявления о принятии обеспечительных мер, 34 500 руб. - стоимости проведенной по делу судебной экспертизы.

Само по себе несогласие с проведенной экспертизой, не освобождает ФИО5, как проигравшей стороны, от обязанности возместить данные судебные расходы.

Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о нарушении судом норм права, не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, а по существу сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных обстоятельств по делу.

Обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм права, отмене по доводам не подлежит.

Конкурсный управляющий должника указала, что арбитражным управляющим пропущен срок на подачу апелляционной жалобы.

Определение о признании ненадлежащими действий арбитражного управляющего обжалуется в апелляционную инстанцию в течение 10 дней.

Согласно части 3 статьи 113 АПК РФ процессуальные сроки исчисляются годами, месяцами и днями. В сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни.

Обжалуемое определение вынесено судом 09.01.2019.

С апелляционной жалобой арбитражный управляющий обратился в Арбитражный суд Ивановской области 23.01.2019, что подтверждается штемпелем на почтовом конверте.

Таким образом, апелляционная жалоба подана в течение установленного законом срока.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ивановской области от 09.01.2019 по делу № А17-1060/2014 оставить без изменения, а апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО5 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ивановской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

В.Г. Сандалов

Судьи 

ФИО10

ФИО1