ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

11.09.2023

Дело № А41-15369/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 06.09.2023 

Полный текст постановления изготовлен 11.09.2023

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Морхата П.М.,

судей Зверевой Е.А., Мысака Н.Я.

при участии в судебном заседании:

от ООО «Интеллект» представитель ФИО1 доверенность от 09.01.2023 сроком до 31.12.2023, паспорт;

от ООО «Тетрис» представитель ФИО2 доверенность от 01.09.2023 на три года, паспорт, 

ФИО3 лично, паспорт;

иные лица извещены надлежащим образом, представители не явились

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ООО «Интеллект» 

на определение Арбитражного суда Московской области от 23 марта 2023 года

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 июня 2023 года 

об отказе в привлечении ООО «Тетрис» к субсидиарной ответственности,

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Тетрис-Логистика»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 04.02.2021 ООО «ТетрисЛогистика» (далее – должник; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4.

Определением суда от 21.10.2021 новым конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

Определением суда от 13.07.2022г. требования ООО «Интеллект» в размере 16 864, 69 руб. включены в реестр требований кредиторов должника как требования, подлежащие удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований должника.

Общество с ограниченной ответственностью «Интеллект» обратилось в суд с заявлением, в котором просило привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Общество с ограниченной ответственностью «Тетрис», а также просило приостановить производство по спору в части размера субсидиарной ответственности ответчика до произведения расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Московской области от 23 марта 2023 года в удовлетворении заявленного кредитором требования отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ООО «Интеллект» подало апелляционную жалобу, в которой просит его отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, а также неполное выяснение обстоятельств дела.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 июня 2023 года определение Арбитражного суда Московской области от 23 марта 2023 года по делу № А41-15369/20 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ООО «Интеллект» обратилось с кассационной жалобой, в соответствии с которой просило отменить указанные выше судебные акты и принять новый судебный акт, которым заявленные требования о привлечении ООО «Тетрис» к субсидиарной ответственности удовлетворить.

В обоснование кассационной жалобы ее заявитель ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, и просит привлечь ООО «Тетрис» к субсидиарной ответственности за совершение сделок (пп. 1,  п. 2 ст. 61.11, Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»): договора об оказании комплекса услуг по хранению, техническому обслуживанию и ремонту контейнеров № 25/2017/Х от 01.08.2017 и платежей по нему на сумму 14 321 240,2 рублей; договора №27/2017/Х от 31.08.2017 и платежей по нему на сумму 3 870 919,21 рублей; договора на оказание услуг по приемке, отправке, хранению и перевозке контейнеров № TTL 1/17 от 10.10.2017; договора аренды транспортных средств № 01/17ТС от 29.07.2017 и платежей по нему на сумму 4 297 000 рублей; договора аренды седельного тягача с экипажем № 02/17ТС от 01.09.2017 и платежей по нему на сумму 2 063 000 рублей; договора аренды №ТС 01/19-А от 09.01.2019 и платежей по нему на сумму 3 596 000 рублей; платежей, совершенных в период с 20.03.2019г. по 01.10.2019г. на сумму 3 269 615,86 рублей.

По утверждению заявителя, договоры оказания услуг являются ничтожными сделками, направленными на вывод денежных средств должника, которые в последствии также использовались для создания фиктивной кредиторской задолженности, указанные договоры являются притворными сделками, прикрывающими собой вывод денежных средств в пользу аффилированного лица – ООО «Тетрис».

По мнению заявителя жалобы судами не были приняты во внимание фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о наличии у ООО «Тетрис» статуса контролирующего должника лица, а именно:

- наличие у ООО «Тетрис» неосновательного обогащения из договора № 25/2017/Х от 01.08.2017 на сумму более 3 млн. рублей;

- доказательства притворности договоров и их ничтожности по смыслу ст. 170 ГК РФ, а также совершения сделок с целью причинения вреда кредиторам;

- отсутствие первичной документации в отношении 6 договоров и более чем 40 платежных поручений на общую сумму 31 417 775,27 рублей;

- отсутствие со стороны ООО «Тетрис» возражений по существу заявленных доводов, раскрытия обстоятельств совершения сделок, их реальности и экономической целесообразности;

- отказ давать пояснения о судьбе хранимого Ответчиком имущества в виде 89 контейнеров.

До начала судебного заседания в материалы дела поступил письменный отзыв на кассационную жалобу от ООО «Тетрис» с просьбой отказать в удовлетворении кассационной жалобы, который приобщен к материалам дела.

В судебном заседании представитель ООО «Интеллект» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней, представители ООО «Тетрис» и бывшего руководителя должника против удовлетворения кассационной жалобы возражали. 

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ   информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением от 13.11.2020г. было отказано во включении в реестр требований кредиторов должника требований ООО «Тетрис» (ИНН 

<

***>) в размере 14 470 864,79 руб.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2021г. указанное определение было отменено, заявленные требования в полном объеме включены в третью очередь реестра требований кредиторов.

Определением суда от 13.07.2022 в реестр требований должника как требования, подлежащие удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований должника, были включены требования ООО «Интеллект» в размере 16 864, 69 руб.

В обоснование требований заявитель указал, что при рассмотрении требований о включении ООО «Тетрис» в реестр требований должника судами была установлена аффилированность ООО «ТетрисЛогистика» и ООО «ТЕТРИС» в т.ч. через участника должника ФИО6 (ИНН 

<

***>, доля участия 50%) и единственного участника и генерального директора ООО «Тетрис» ФИО7 (ИНН 

<

***>).

Конкурсный кредитор ООО «Интеллект» полагает, что договоры оказания услуг являются ничтожными сделками, направленными на вывод денежных средств должника, которые в последствии также использовались для создания фиктивной кредиторской задолженности, указанные договоры являются притворными сделками, прикрывающими собой вывод денежных средств в пользу аффилированного лица – ООО «Тетрис».

Как следует из заявления в результате прямых и непосредственных действий ООО «Тетрис» должнику и его кредиторам причинен ущерб, что по мнению заявителя, является причиной несостоятельности должника по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении заявления ООО «Интеллект», суд первой инстанции исходил из того, в материалы дела ни Заявителем, ни другими лицами участвующими в деле не представлено каких-либо надлежащих доказательств, позволяющих установить возможность Ответчика влиять на принятие существенных деловых решений относительно деятельности Должника, в том числе: приказы, указания, распоряжения, договоры, документы по сделкам, подписанные Ответчиком в качестве представителя Должника, а также какую-либо иную переписку и т.д.

Само по себе заключение и исполнение сделок, указанных Заявителем, совершенных в процессе обычной хозяйственной деятельности как Ответчика (ОКВЭД - 52.10 Деятельность по складированию и хранению, 33.11 Ремонт металлоизделий и т.д.), так и Должника ОКВЭД - 52.24 Транспортная обработка грузов и т.д.) не может подтверждать возможность Ответчика принимать существенные деловые решения за Должника или еще как-то влиять на условие и исполнение данных сделок.

Суду не представлено доказательств того, что данные сделки существенно отличаются от аналогичных сделок, заключенных Должником и Ответчиком с третьими лицами.

Суд первой инстанции отметил что, в рамках настоящего дела о банкротстве заявитель не обращался в суд с заявлениями о признании указанных сделок недействительными договоры об оказании комплекса услуг по хранению, техническому обслуживанию и ремонту контейнеров №25/2017/Х от 01.08.2017, №27/2017/Х от 31.08.2017, на оказание услуг по приемке, отправке, хранению и перевозке контейнеров № TTL 1/17 от 10.10.2017,6 1300000080_13691437 аренды транспортных средств № 01/17ТС от 29.07.2017, аренды седельного тягача с экипажем № 02/17ТС от 01.09.2017, аренды №ТС 01/19-А от 09.01.2019.

Доказательств неравноценности встречного исполнения, отсутствия реальности хозяйственных отношений между Должником и ответчиком в материалы дела не представлено, факт наличия аффилированности не является самостоятельным основанием для признания сделок недействительными, становления недобросовестности контрагентов, а также для привлечения к субсидиарной ответственности.

С данными выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

Апелляционный суд отметил, сделки, на которые ссылается заявитель (договор об оказании комплекса услуг по хранению, техническому обслуживанию и ремонту контейнеров № 25/2017/Х от 01.08.2017; договор №27/2017/Х от 31.08.2017; договор на оказание услуг по приемке, отправке, хранению и перевозке контейнеров № TTL 1/17 от 10.10.2017; договор аренды транспортных средств № 01/17ТС от 29.07.2017; договор аренды седельного тягача с экипажем № 02/17ТС от 01.09.2017; договор аренды №ТС 01/19-А от 09.01.2019), не были и не могли стать объективно причиной банкротства ООО «Тетрис-Логистика».

На момент совершения сделок ООО «Тетрис» не располагало и не могло располагать сведениями об ухудшении финансового положения должника.

Сделки совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности ответчика и должника, они являлись реальными, их условия не отличаются от обычно заключаемых должником сделок.

Сделки (договоры) не имеют пороков, в том числе пороков воли на их заключение и исполнение.

ООО «Тетрис» не являлось единоличным исполнительным органом должника и/или его учредителем (участником), членом органов управления должника.

Ответчик также не являлся контролирующим должника лицом на основании положений ст.61.10 Закона о банкротстве, поскольку не является лицом, имевшим не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Действия ответчика не являлись причиной банкротства должника.

Судом сделан вывод о том, что, несмотря на наличие аффилированности ООО «ТетрисЛогистика» и ООО «Тетрис», на ООО «Тетрис» не может быть распределен риск банкротства ООО «Тетрис-Логистика» путем субординации его требований по отношению к требованиям иных кредиторов, поскольку между указанными лицами сложились гражданско-правовые отношения, предоставление займа и заключение договоров оказания услуг не прикрывало собой увеличение уставного капитала должника, факт предоставления ООО «Тетрис» компенсационного финансирования (в том числе путем непринятия мер по истребованию задолженности) не установлен.

Между тем, судами не учтено следующее.

В соответствии с частью 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, установленным Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из перечисленных в норме условий.

В силу п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. При этом характерной особенностью является то, что, совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Аффилированность - это отношения связанности лиц между собой. Аффилированные лица - это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Аффилированность устанавливается в целях соблюдения гражданского, антимонопольного, налогового законодательства и наличие такой предполагает общий интерес у лиц, являющихся аффилированными, направленный на достижение общих целей, иными словами, интересы таких лиц совпадают, усматривается скоординированность их действий.

Стандарты доказывания и распределение бремени доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса.

О применении вышеуказанных правил в деле о банкротстве также указано и в п. 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, где сказано, что к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

Арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу оспариваемой сделки хозяйственных отношений, проверять действительность и объем совершенного по такой сделке экономического предоставления должнику, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

При этом, само по себе формальное подписание договоров, актов оказанных услуг не может являться достоверным доказательством реальности оказанных услуг при отсутствии иных первичных документов, подтверждающих оказание услуг по договору.

Согласно п. 1 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). 

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Суды установили, что ответчик и должник являются аффилированными лицами, через участника должника – ФИО8, о чем указано в определении суда от 13.11.202 по настоящему делу и в обжалуемом постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 июня 2023 года по делу № А41-15369/2020. 

В связи с чем, должник и ответчик являются по отношению друг к другу заинтересованными лицами, в понятии придаваемого такому значению статей 19 ФЗ «О банкротстве» и статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», поэтому ответчик должен был знать о неплатежеспособности должника.

Судами не учтено, что о факте ничтожности представленных договоров хранения свидетельствует отсутствие какой-либо документации на 89 контейнеров, а также об их фактической судьбе и месте  нахождения.

Судами не исследован вопрос о мнимости, притворности договоров хранения и аренды, о противоправном поведении ответчика и его вине, о наличии вреда, о размере убытков, о причинно-следственной связи между причиненными убытками и банкротством должника.

Суды не учли, что ООО «Тетрис» не представило объяснений об экономической целесообразности заключения договоров с должником, не обосновало факт их исполнения и не доказало возможность исполнения своих обязательств по договорам. 

Заявителем заявлялось ходатайство об истребовании документов первичной отчетности по договорам с обязанием представления первичной документации – договоры. Явившиеся основанием оплаты по счетам-фактурам на сумму 3 269 615 руб. 86 коп., совершенными в период с 20.03.2019 по 01.10.2019 (т. 2, л.д .75-76). Данное ходатайство судами осталось без внимания. 

Правопорядок допускает доказывание общности экономических интересов не только через подтверждение аффилированности юридической (например, через корпоративное участие), но и фактической, то есть когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения ими обеспечительных сделок. При реализации последних в пользу группы взаимосвязанных лиц, ее участник зачастую может заключить невыгодную для себя сделку, заведомо пренебрегая своими личными интересами. При наличии подобных сомнений в правомерности требований суду необходимо проводить более тщательную проверку их обоснованности (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве"). Данная правовая позиция закреплена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2023 № 307-ЭС22-15103(2,5).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов, по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Сложившейся судебной практикой выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированность, заинтересованность) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) при заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность по раскрытию разумных экономических мотивов совершения сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6).

Согласно позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013 сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива по существенно заниженной цене (безвозмездно) и аффилированность стороны сделки - в своей совокупности являлись обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения сделки.

В данном случае, ответчиком по сделкам и привлекаемое к субсидиарной ответственности не были представлены документы, подтверждающие реальность сделок и соответствующие пояснения экономической целесообразности сделок.

По мнению кассационной коллегии, судами двух инстанций надлежащим образом не исследована и не оценена вся совокупность представленных участвующими в деле лицами доказательств с учетом их доводов и возражений по спору.

Поскольку устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон, суд кассационной инстанции лишен возможности принять новый судебный акт.

С учетом того, что для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы..

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, исходя из подлежащих применению норм материального права, дать оценку всем доводам сторон обособленного спора, рассмотреть заявление с учетом всех заявленных конкурсным управляющим оснований, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 23 марта 2023 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20 июня 2023 года по делу № А41-15369/2020 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья     Морхат П.М.

Судьи:Зверева Е.А.

Мысак Н.Я.