АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-29179/2023

г. Краснодар

23 сентября 2024 года

Резолютивная  часть постановления объявлена 17 сентября 2024 года

       Постановление изготовлено в полном объеме    23 сентября 2024 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Черных Л.А., судей Герасименко А.Н. и Гиданкиной А.В., при участии в судебном заседании от заинтересованного лица – Ростовской таможни – ФИО1 (доверенность от 22.01.2024), ФИО2 (доверенность от 25.03.2024), в отсутствие в судебном заседании заявителя  – общества с ограниченной ответственностью «Южная Экспортная Компания» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), извещенного о месте и времени судебного разбирательства, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Южная Экспортная Компания» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 08.02.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2024 по делу № А53-29179/2023, установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Южная Экспортная Компания» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области к Ростовской таможне (далее – таможня) с заявлением о признании действий (бездействия) по разрешению вывоза товара, задекларированного по ВТД № 10317120/030523/3079593, выразившихся в том числе в проставлении отметки «вывоз разрешен» 12.05.2023 в манифесте судового груза/грузовом манифесте (CARGO MANIFEST) № 2, являющегося подтверждением принятого к перевозке груза на теплоходе «АСТРОЛ-2» (m/v «ASTROL-2») и задекларированного по ВТД № 10317120/030523/3079593, не соответствующими действующему таможенному законодательству Российской Федерации и ЕАЭС (с учетом уточнений в порядке 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс)).  

Решением суда первой инстанции от 08.02.2024, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 23.04.2024, в удовлетворении  требований отказано. Суд отметил, что на декларанта возложена обязанность по декларированию товара, заявленного в ВТД. Невнимательность таможни на этапе убытия товара, ненадлежащее проведение таможенного контроля не исключает обязанность декларанта заявлять при декларировании убывающих товаров достоверные сведения.

В Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой обратилось общество, просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты и удовлетворить его требования. Ссылается на неправильное применение статьи 201 Кодекса, норм материального права (в том числе Решения Коллегии Евразийской экономической комиссии от 07.02.2018 № 25 «О порядке подтверждения таможенными органами государств – членов Евразийского экономического союза фактического вывоза товаров с таможенной территории Союза»). 

В судебном заседании представитель   общества поддержал доводы кассационной жалобы.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, оценив доводы кассационной жалобы, выслушав представителя общества,  считает, что жалоба удовлетворению  не подлежит по следующим основаниям. 

При рассмотрении дела суд установил и материалами дела подтверждается, что общество произвело таможенное оформление товара  семян сафлора (carthamus tinctorius) для переработки на продовольственные цели, урожая 2022 года, не дробленых, качество которых определяется по  ГОСТу 12096-76, не предназначенных для использования в корм животным, не предназначенных для посева, погрузка навалом в морской транспорт, по временной таможенной декларации № 10317120/030523/3079593 (далее – ВДТ). В  графе 30 ВДТ местом нахождения товаров указан т/п Речной порт Ростов-на-Дону (код таможни органа 10313110), органом выезда (графа 29 ВДТ) – он же. Количеством товара в графе 35  ВДТ указано 3 025 000 тыс. кг, в графе 38 ВДТ –  3 025 000 тыс. кг. По информации в графах «С» и «D» ВДТ, выпуск товаров разрешен таможней  03.05.2023,  12.05.2023 таможня проставила отметку «вывоз разрешен» в грузовом манифесте № 2, принятого при перевозке груза на теплоходе «АСТРОЛ-2». В регионе деятельности таможенного поста Речной порт Ростов-на-Дону семена сафлора для переработки на продовольственные цели, урожай 2022 года, не дробленые, не предназначенные для посева, погрузка навалом» по спорной ВДТ вывезены с указанием веса брутто/нетто  3 025 000 тыс. кг. Четвертого мая 2023 года экспедитор ООО «Карго Лайн» подал на таможенный пост Речной порт Ростов-на-Дону поручения на погрузку № 1 и № 2 экспортных товаров по ВТД № 10317120/030523/3079937 и спорной ДТ на судно «Астрал-2», таможня  разрешила погрузку, в поручении на погрузку № 2 в отношении экспортного товара по ВДТ весом  указано 3 025 000 тыс. кг. Направленное перевозчиком сообщение об убытии № 10313110/120523/0000849 в электронном виде зарегистрировано 12.05.2023 в КПС таможни «совершение операций» в автоматическом режиме, в его составе подана Генеральная декларация от 12.05.2023, которая  зарегистрирована как таможенная декларация на транспортное средство международной перевозки (ТДТС) № 10313110/120523/105001645, где перевозчик ООО «СК Астрол» (капитан судна ФИО3) в графе 13 «краткое описание груза» указал: «коносамент № 1 семена российского сафлора 2897,769 мт (метрическая тонна равна тонне),  коносамент № 2 семена российского сафлора 3134,278 мт. Тотал 6032,047 мт», грузовая (карго) декларация от 12.05.2023. 

Суд отметил, что на экспорт вывозимого товара установлены количественные ограничения, в ВТД  отражен его максимальный объем, допустимый к вывозу  3 025 тыс. кг, в дальнейшем фактически на судно погружено больше семян  (3 134,278 тн), общество на товарную партию и фактический вес представило  сопроводительные документы, в том числе фитосанитарный сертификат от 11.05.2023 с указанием веса 3134,278 мт. Следовательно, общество знало и могло знать о превышении веса, указанного в ВДТ. 

Суд проверил и отклонил доводы о незаконных действиях таможни в связи с неполным таможенным контролем, при надлежащем проведении которого  таможня могла выявить в документах общества противоречия  и несоответствия в объеме товара в ВДТ, манифесте с учетом ограничений на вывоз товара, что она не сделала в нарушение части 12 статьи 102 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 289-ФЗ), запрещающей вывоз товаров в количестве, превышающем заявленное в ВДТ общее количество товаров (кроме несливаемых остатков в порядке подпункта 1 пункта 3 статьи 94 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – Таможенный кодекс). Указание обществом недостоверных весовых характеристик вывозимого товара связано не с отсутствие должного контроля таможни, а его действиями и находилось в пределах его контроля. Указание обществом не соответствующих действительности сведений означает непринятие им самим мер к  документальному и фактическому контролю своих документов, что привело к нарушению им самим закона, а никак не  законных прав и интересов общества, для защиты которых оно обратилось в арбитражный суд. Общество в силу  части 1 статьи 102 Закона № 289-ФЗ при вывозе с таможенной территории Союза товаров Союза, в отношении которых не могут быть представлены точные сведения об их количестве и (или) таможенной стоимости, вправе временно периодически  декларировать вывозимые им товары путем подачи ВДТ, где допускается заявление информации  исходя из намерений о вывозе ориентировочного количества товаров, условной таможенной стоимости (оценки), определяемой в соответствии с планируемым к перемещению через таможенную границу Союза количеством товаров, а также предусмотренных условиями внешнеэкономической сделки потребительских свойств товаров и порядка определения их цены на день подачи временной декларации на товары (временной таможенной декларации) (части 10 статьи 102 Закона № 289-ФЗ).  Однако такое правовое регулирование никак не отменяет ответственность декларанта за достоверность заявляемых им требований и правовой режим ВДТ как юридического факта, до внесения в который в установленном Таможенным кодексом порядке, имеющего юридическое значение наравне с декларацией о товарах. Иной подход  нивелировал бы саму процедуру временного декларирования под таможенным контролем. 

После фактического вывоза товаров с таможенной территории Союза и (или) из Российской Федерации декларант обязан подать одну или несколько полных деклараций на товары (полных таможенных деклараций), вывезенные за пределы таможенной территории Союза и (или) из Российской Федерации (части 15 статьи 102 Закона № 289-ФЗ). Полные декларации на товары (полные таможенные декларации) должны содержать точные сведения о количестве и (или) таможенной стоимости вывезенных товаров, а также о коде товаров в соответствии с Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности (части 17 статьи 102 Закона № 289-ФЗ). При подаче полной декларации на товары (полной таможенной декларации), заявленные во временной декларации на товары (временной таможенной декларации) в соответствии с частью 13 статьи 102 Таможенного кодекса, количество наименований товаров в подаваемых полных декларациях на товары (полных таможенных декларациях) должно соответствовать количеству наименований товаров, фактически вывезенных за пределы таможенной территории Союза и (или) из Российской Федерации (части 18 статьи 102 Закона № 289-ФЗ). 

В силу пунктов 1, 2 статьи 104 Таможенного кодекса товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру либо в случаях, предусмотренных пунктом 4 статьи 258, пунктом 4 статьи 272 и пунктом 2 статьи 281 Кодекса. Таможенное декларирование осуществляется декларантом либо таможенным представителем, если иное не установлено Кодексом. 

Декларант обязан, в частности, произвести таможенное декларирование товаров; представить таможенному органу в случаях, предусмотренных Таможенным кодексом,  документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации; предъявить декларируемые товары в случаях, предусмотренных Кодексом, либо по требованию таможенного органа (подпункты 1 – 3 пункта 2 статьи 84 Кодекса). 

Пунктом 3 статьи 84 Кодексаустановлено, что декларант несет ответственность в соответствии с законодательством государств-членов за неисполнение обязанностей, предусмотренных пунктом 2 этой статьи, за заявление в таможенной декларации недостоверных сведений, а также за представление таможенному представителю недействительных документов, в том числе поддельных и (или) содержащих заведомо недостоверные (ложные) сведения. 

Согласно пункту 7 статьи 310 Таможенного кодекса  таможенный контроль проводится в период нахождения товаров под таможенным контролем, определяемый в соответствии со статьей 14 Кодекса. При предварительном таможенном декларировании и периодическом таможенном декларировании таможенный контроль в отношении объектов таможенного контроля, указанных в абзаце пятом статьи 311 Кодекса, проводится с момента регистрации таможенной декларации. После наступления обстоятельств, указанных в пунктах 7 – 15 статьи 14 Кодекса, таможенный контроль может проводиться до истечения 3 лет со дня наступления таких обстоятельств. Законодательством государств-членов о таможенном регулировании может быть установлено, что таможенный контроль после наступления указанных обстоятельств может проводиться до истечения 5 лет со дня наступления таких обстоятельств. 

В соответствии с пунктом 9 статьи 92 Таможенного кодекса убытие товаров с таможенной территории Союза допускается с разрешения таможенного органа. Разрешение таможенного органа на убытие товаров с таможенной территории Союза оформляется с использованием информационной системы таможенного органа и путем проставления соответствующих отметок таможенного органа на таможенной декларации, либо на ее копии, либо на ином документе, допускающем вывоз товаров с таможенной территории Союза, и на транспортных (перевозочных) документах. 

В соответствии с пунктом 23 приказа Федеральной таможенной службы России от 01.04.2019 № 541 «Об утверждении технологии совершения таможенных операций в отношении судов, используемых в целях торгового мореплавания, а также товаров и транспортных средств, перемещаемых через таможенную границу Евразийского экономического союза этими судами, с использованием Единой автоматизированной информационной системы таможенных органов и признании не подлежащим применению приказа ГТК России от 12 сентября 2001 г. № 892 "Об утверждении Положения о таможенном оформлении и таможенном контроле судов, используемых в целях торгового мореплавания, а также товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации этими судами"» (далее – Приказ № 541) для убытия товаров и судов с таможенной территории ЕАЭС перевозчик направляет в таможенный орган места убытия в электронном виде документы и сведения, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 92 Таможенного Кодекса. Документы и сведения, предусмотренные пунктом 2 статьи 92   Союза, могут представить декларант или экспедитор. Исходя из пункта 26 Приказа № 541  по результатам проверки представленных в электронном виде документов и сведений должностное лицо таможенного органа, используя систему управления рисками, принимает следующие решения: «Вывоз разрешен»; «Вывоз запрещен в связи с ___» (с указанием причин запрета вывоза). Должностное лицо таможенного органа убытия не позднее следующего рабочего дня со дня регистрации сообщения об убытии осуществляет контроль за вывозимыми товарами и транспортными средствами посредством КПС «портал Морской порт», в том числе путем внесения сведений об объемах фактически вывезенных товаров, и закрывает сообщение об убытии (пункт 27 Приказа № 541).

Суд указал, что действия таможни не нарушают и не затрагивают прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, поскольку неприменение должностными лицами таможенных органов на этапе убытия товара всех предусмотренных действующим таможенным законодательством форм таможенного контроля не исключает обязанность декларанта предоставлять необходимые для декларирования достоверные сведения.

Более того, заявленные по настоящему делу требования и избранный обществом способ защиты  к компетенции  органов судебного контроля  процессуальным законодательством не отнесены. Общество, по сути, требует  признания бездействия таможни нарушающими закон, обязывающий ее при осуществлении таможенного контроля обеспечить в том числе его полноту, эффективность и результативность (устранить ошибку в деятельности сотрудников, повлекшую избежание ответственности правонарушителя), проведения мер к выявлению и пресечению уже совершенного  участником таможенных отношений правонарушения, а также его привлечения к ответственности (в случае совершения противоправных действий).   Однако невозможно восстановить уже совершенные ошибочные (с точки зрения общества) действия таможни,  их повторение в данном случае означает появление новых таможенных операций, а не восстановление ранее существовавшего положения (до предполагаемого нарушения).

Признание судом незаконными действий  контролирующих органов только по мотиву непринятия ими исчерпывающих комплексных мер к выявлению и пресечению нарушений или их неэффективности, неполноты  означало бы вмешательство органов правосудия в деятельность органов, обладающих публичными полномочиями, в том числе с учетом установленных соответствующими федеральными законами правилами подчиненности, устройства и субординации. 

Иными словами, суд в порядке главы 24 Кодекса не вправе заставить работать государственные и муниципальные органы эффективно (с точки зрения заявителей по делам, вытекающим из публичных отношений) и результативно (исходя при этом еще и из требуемой такими заявителями редакции и избранных ими на свое усмотрение способов защиты, заявление которых никак не повлечет восстановление их предполагаемых прав).

Судебные органы не могут  понудить не нарушать закон, такие меры принуждения регулируются не процессуальным законодательством, которым суд руководствуется при рассмотрении  заявлений  в порядке главы 24 Кодекса, соответствующими законами, устанавливающими ответственность за совершение правонарушений (например, уголовное или об административных правонарушениях). Такие судебные акты обладают признаками неисполнимости именно в связи с отсутствием у суда полномочий привлечь к ответственности за совершение преступлений или правонарушений (кроме  оговоренных главой 25 Кодекса и иных,  не рассматриваемых случаев, возбуждение которых инициируется не судом).  

Более того, восстановление  предлагаемых обществом к рассмотрению суда прав и интересов невозможно в силу совершения таможней  разрешительных действий (как раз по инициативе самого общества), и возложение на таможню совершить требуемые обществом действия не только не соответствует закону, но и абсурдно (нельзя поправить уже совершенное действие), вывоз товаров состоялся и проведение в отношении них мероприятий таможенного контроля невозможно.  Соответственно и суд не вправе  возложить обязанности по выполнению каких-то действий, находящихся вне пределов контроля и компетенции таможни (таможенный контроль в рассматриваемом случае завершен и сроки его проведения истекли). 

Сокрытие обществом достоверного веса экспортируемых семян от таможни, что пропустила таможня при разрешении его выпуска, не среагировав при выпуске товара на экспорт (завершении таможенной процедуры),   и не приняв меры к пресечению такого деяния общества, также никак не обладает признаками охраняемых законом прав и интересов общества, а, скорее, требует (при подтверждении факта  заявления при декларировании недостоверных сведений) инициирования вопроса о привлечении к ответственности за совершение таких деяний декларантом.  

Процессуальное законодательство   также не относит к числу требований,  рассматриваемых судами, заявления хозяйствующих субъектов о возложении обязанности по надлежащему выполнению возложенных на государственные  и иные, обладающие властно-распорядительными функциями, органы, функций.  Соблюдения законности, полноты, эффективности и результативности при работе таких органов вправе требовать прокурор, он же вправе принимать соответствующие акты прокурорского реагирования в  случае нарушения требований законности в деятельности таких публичных органов. Не исключает закон и проверку  надлежащего исполнения возложенных на них функций вышестоящими органами в порядке ведомственной подчиненности.     

Сходные правовые подходы изложены в том числе в определениях  Конституционного Суда Российской Федерации от   29.09.2022 № 2657-О, Верховного Суда Российской Федерации 16.12.2020 № 5-КАД20-37-К2, пунктах 17 –  22 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  28.06.2022 № 21. 

Частью 2 статьи 201 Кодекса установлено,  что  арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными. По общему правилу, установленному частью 7 статьи 201 Кодекса, решения арбитражного суда по делам об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц подлежат немедленному исполнению.  Со дня принятия решения арбитражного суда о признании недействительным ненормативного правового акта полностью или в части указанный акт или отдельные его положения не подлежат применению (часть 8 статьи 201 Кодекса).

Предметом иска является то конкретное материально-правовое требование, которое истец предъявляет к ответчику и относительно которого суд должен вынести решение по делу, право определения предмета иска и способа защиты гражданских прав принадлежит заявителю, а суд исходя из принципа диспозитивности принимает решение по заявленным исковым требованиям.  Отсутствие предмета иска может быть выражено в утрате интереса к механизмам судебной защиты в ходе рассмотрения дела (до начала его рассмотрения), восстановлении прав лица либо совершении таких действий, которыми эти права и законные интересы не нарушаются.  Последствия отсутствия предмета спора могут быть выражены в виде  прекращения производства по делу в связи с отказом от иска или в отказе в удовлетворении заявленных требований в связи с отсутствием нарушения прав и интересов истца.     

Статьями 2, 4 Кодекса к задачам судопроизводства в арбитражных судах относит защиту нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность. Заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов (статья 4 Кодекса). 

Изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику (пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции».

Если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам (часть 1 статьи 168 Кодекса), он не связан правовой квалификацией заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать их исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 14.04.2015 по делу № 304-ЭС14-5668).

При этом арбитражный суд не может и не должен подменять собой орган таможенного контроля и выполнять  функции его вышестоящего органа (или прокурора) по принуждению к полному и безупречному (исключающему ошибки) таможенному контролю. Действующим законодательством не предусмотрено право субъектов предпринимательской деятельности  на обращение в суд с заявлением об обязании «хорошо работать», без ошибок в деятельности. Такой механизм воздействия предусмотрел законодатель для обязания в порядке статьи  201 Кодекса, возможность принудительного исполнения в судебном порядке требуемого обществом действия не предусмотрена.  Отказывая в удовлетворении требования, суд исходил из неправильного избрания обществом способа защиты нарушенного права. Действующим законодательством предусмотрен иной механизм воздействовать на таможенные органы с целью их эффективной работы, они самостоятельно в порядке подчиненности контролируют  исполнение нижестоящими территориальными органами установленных правил и реализуют при необходимости  в том числе  механизм привлечения к ответственности за их неисполнение или надлежащее функционирование своих подразделений. Возложение таких функций на органы судебной власти означает попытку переложения на суд выстроенной структуры таможенных органов, их обязанностей и полномочий, а также подмены последних судом.

Рассмотрение заявленных по делу требований обязанности по исполнению требований закона, о чем, по сути, просит администрация как орган публичной власти, к компетенции судов (как общей юрисдикции, так и арбитражных) не входит. Заявленные по делу требования не вытекают и из публичных отношений, при рассмотрении которых по правилам главы 24 Кодекса подлежат судебной проверке заявления о признании незаконными действий и решений органов публичной власти. В порядке главы 24 Кодекса  рассматриваются дела с участием органов государственной власти (местного самоуправления), чьи действия (ненормативные акты) обжалуются участниками хозяйственного оборота. При этом обязанность принятия таких актов и действий у этих органов возникает в силу установления федеральными законами и иными подзаконными актами публичных обязанностей, невыполнение которых влечет восстановление судом нарушенных прав обращающихся за судебной защитой лиц. Понудить участвующих в деле лиц  фактически – обязать соблюдать закон в судебном порядке, существующее правовое регулирование не предусматривает. Таможня при выявлении нарушений вправе реализовать установленный законом правовой механизм пресечения противоправных действий и привлечения виновных лиц к ответственности (в том числе гражданско-правовой). В рассматриваемом случае только наличие у таможни статуса органа публичной власти не означает возможность предъявления к ней административного требования, понудить устранить закон в порядке статьи 201 Кодекса. Истребуемые обществом действия фактически направлены на вмешательство судебных органов в полномочия таможенного органа, подмену его функций, что в компетенцию суда не входит.  

 

Всем доводам участвующих в деле лиц суд дал надлежащую правовую оценку, исследовал и оценил все представленные в материалы дела доказательства с соблюдением правил оценки.  Выводы суда об установленных им обстоятельствах соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам. Поскольку  обжалуемые судебные акты содержал правильные выводы, а  отмена законных и обоснованных судебных с последующим прекращением производства по делу не отвечает задачам правосудия и принципу правовой определенности и стабильности гражданского оборота, основания для отмены или изменения обжалуемых судебных актов не установлены.

Руководствуясь статьями 286 ? 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 08.02.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2024 по делу № А53-29179/2023 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Верховный Суд Российской Федерации в порядке статьи 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                 Л.А. Черных

Судьи                                                                                                               А.Н. Герасименко

                                                                                                                          А.В. Гиданкина