ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

11.04.2023Дело № А40-236217/16

Резолютивная часть постановления оглашена 6 апреля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 апреля 2023 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Зеньковой Е.Л., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от Акционерного коммерческого банка «Пересвет» (публичное акционерное общество) - ФИО1 по доверенности от 13.05.2022, ФИО2 по доверенности от 29.12.2022, ФИО3 по доверенности от 29.11.2022;

от Управления Федеральной налоговой службы по г. Москве – ФИО4 по доверенности от 20.12.2022;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СК «Управление строительства-620» – принял участие в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) Шах Э.С. по доверенности от 06.02.2023;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СК «Управление строительства-620»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2023

об изменении определения Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2021 в виде исключения ряда выводов из судебного акта

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «СК «Управление строительства-620»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 25.09.2020 общество с ограниченной ответственностью «СК «Управление строительства-620» (далее - должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделками договоров поручительства от 25.09.2018 № 44-18/П-2, от 06.04.2018 № 27-18/11-2, от 29.03.2018 № 10-18/П-2, и от 03.05.2018 № 15-17/П-2, заключенных между должником и Акционерным коммерческим банком «Пересвет» (далее – банком) на общую сумму 1 731 365 579,69 руб. в обеспечение обязательств общества с ограниченной ответственностью «Проектное бюро инженер» (далее – заемщика) по кредитным договорам от 10.07.2018 № 44-18/КЛ, от 06.04.2018 № 27-18/КЛ, от 05.03.2018 № 10-18/КЛ и от 28.11.2017 № 15-17/КЛ, которое определением Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2022 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.04.2022 было удовлетворено.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2022 постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2022 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.04.2022 были отменены, обособленный спор был направлен на новое рассмотрение в Девятый арбитражный апелляционный суд.

По результатам нового рассмотрения спора обжалуемым постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2023, определение Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2021 было изменено путем исключения из мотивировочной части судебного акта ряда выводов суда в отношении банка.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение.

В судебном заседании представители конкурного управляющего должника и Управления Федеральной налоговой службы по г. Москве (далее – уполномоченного органа) доводы кассационной жалобы поддержали, а представители банка просили суд обжалуемое постановление оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судом апелляционной инстанции, между должником и банком были заключены договоры поручительства на общую сумму 1 731 365 579,69 руб. в целях обеспечения исполнения обязательств заемщика по кредитным договорам.

Полагая, что договоры поручительства обладают признаками подозрительных сделок и сделок с предпочтением, конкурсный управляющий должника обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Разрешая спор, суды сослались на положения статей 61.1, 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также на статью 167 ГК РФ и исходили из того, что оспариваемые сделки были заключены после возбуждения дела о банкротстве должника (02.12.2016), на момент совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, которые впоследствии были включены в реестр, должник отвечал признакам неплатежеспособности.

В результате заключения сделок кредиторы, обязательства перед которыми возникли ранее, не получили удовлетворение своих требований.

Суды также отметили, что, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) в отношении должника по состоянию на 04.10.2021, банк являлся его участником, о чем 20.08.2015 внесена соответствующая запись.

На основании этого суды пришли к выводу о том, что на момент совершения сделок должник и банк являлись аффилированными лицами.

Кроме того, как указал суд округа, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 08.08.2016 по делу № А40-216102/15 было установлено, что банк являлся участником должника, то есть аффилированным с ним лицом.

С учетом изложенного, суды признали сделки недействительными как по мотиву оказания кредитору предпочтения, так и причинения вреда иным кредиторам.

Отменяя судебные акты апелляционного и окружного судов и направляя обособленный спор на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, Верховный Суд Российской Федерации указал следующее.

Не оспаривая выводы суда первой инстанции о наличии признаков предпочтения в связи с заключением договоров поручительства после возбуждения дела о банкротстве, банк просил исключить из мотивировочной части судебного акта указание на свой статус как участника должника, аффилированность по отношению к нему, вытекающую из этого осведомленность о цели причинения вреда и т. д.

В обоснование своей позиции банк ссылался на то, что исходя из имеющейся в материалах дела выписки из ЕГРЮЛ, он был залогодержателем в отношении доли, принадлежащей участнику должника ФИО6 (99,8 %), однако, суды ошибочно вменили банку статус участника.

Кроме того, договор залога доли решением Арбитражного суда города Москвы от 08.08.2016 по делу № А40-216102/15 был признан недействительной сделкой, то есть банк на момент заключения оспариваемых договоров поручительства уже не являлся залогодержателем.

Вынося обжалуемое постановление при новом рассмотрении спора, суд апелляционной инстанции принят во внимание выводы высшей судебной инстанции, а также указал следующее.

В соответствии с пунктом 11 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор судебной практики), наличие залога доли, в том числе предоставляющего залогодержателю возможность осуществления корпоративных прав участника, не является основанием для вывода об аффилированности банка и должника, а также для наделения банка статусом контролирующего лица.

Залог является лишь механизмом обеспечения гражданско-правовых обязательств должника перед банком и не влечет возникновения аффилированности между банком и должником.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что банк являлся участником должника, не соответствует обстоятельствам дела и не подтвержден относимыми и допустимыми доказательствами.

Следовательно, вывод суда первой инстанции об аффилированности банка и должника, а также предположения о возможности банка оказывать влияние на должника также являются необоснованными.

Также, констатировал суд апелляционной инстанции, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренными пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, согласно диспозиции которого, для признания оспариваемой сделки недействительной как сделки, совершенной с целью причинения вреда кредиторам, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда, а также осведомленность другой стороны сделки об этой цели, предполагается, если другая сторона сделки является заинтересованным (аффилированным) лицом должника.

Ошибочные выводы суда первой инстанции об участии банка в уставном капитале должника и, как следствие, об аффилированности банка и должника, повлекли за собой необоснованное применение к банку указанной презумпции.

Однако, в отсутствие обстоятельств аффилированности банка и должника, выводы суда первой инстанции о наличии у оспариваемых сделок цели причинения вреда и об осведомленности банка о такой цели также являются необоснованными.

Следовательно, отсутствует совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как сделки, совершенной с целью причинения вреда кредиторам.

Договор поручительства является одним из стандартных механизмов обеспечения обязательств перед кредитными организациями, предусмотренных главой 23 ГК РФ, широко применяемым банковской деятельности.

Договоры поручительства были заключены с должником в обеспечение исполнение кредитных договоров, задолженность по которым к настоящему времени составляет 1 731 365 579,69 руб.

Предоставление кредитных средств не оспаривалось сторонами спора.

Заключение договора поручительства само по себе не может быть квалифицировано как причинение вреда, поскольку заключение договоров поручительства является нормальной практикой гражданского оборота и не может быть само по себе признано неразумным либо недобросовестным поведением.

При этом, при принятии поручительства должником за заемщика, у банка имелся обоснованный экономический интерес, поскольку при получении обеспечения в виде поручительств должника, банк вправе был рассчитывать на создание дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств.

Кроме того, как указал суд апелляционной инстанции, в настоящем случае в заявлении о признании сделок недействительными конкурсный управляющий должника не привел каких-либо относимых и допустимых доказательств наличия цели причинения вреда кредиторам, поскольку в обоснование своих доводов о наличии указанной цели конкурсный управляющий ссылается лишь на то, что в условиях кредитных договоров не содержится указания на заключение договоров поручительства.

Однако, само по себе данное обстоятельство не свидетельствует о наличии цели причинения вреда, поскольку ни действующее законодательство, ни общие требования добросовестного и разумного поведения сторон не содержат запрета на принятие банком дополнительных обеспечений, прямо не указанных в тексте кредитных договоров.

В качестве доказательства осведомленности банка о противоправной цели конкурсный управляющий в своем заявлении ссылался на то, что к моменту совершения оспариваемых сделок уже было возбуждено дело о банкротстве должника.

Однако, на момент совершения оспариваемой сделки у должника не существовало задолженности, подтвержденной судебными актами, о которой было или могло быть известно банку; процедура банкротства не была введена; с момента возбуждения дела о банкротстве прошло более 1 года и 5 месяцев; было вынесено несколько судебных актов, свидетельствующих о необоснованности поданных заявлений о признании должника банкротом.

Так, определением Арбитражного суда города Москвы от 18.04.2017 по настоящему делу (то есть до даты заключения спорных сделок), был принят отказ общества с ограниченной ответственностью «Энжэ строй» от заявления о признании должника банкротом, а определением Арбитражного суда города Москвы от 31.01.2017 по настоявшему делу (то есть также до даты заключения спорных сделок), было отказано в принятии заявления общества с ограниченной ответственностью «Уралстройсервис» о признании должника банкротом.

Помимо этого, определением Арбитражного суда города Москвы от 17.03.2017 по настоящему делу (то есть до даты заключения спорных сделок), было возвращено заявление ФИО7 о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

Процедура наблюдения в отношении должника была введена 25.03.2019, то есть после даты заключения спорных сделок.

Принимая во внимание то, что дело о банкротстве должника было возбуждено 02.12.2016, а процедура наблюдения была введена 25.03.2019, вопрос о введении процедуры рассматривался 2 года и 4 месяца.

Все это время должник вел хозяйственную деятельность, вступал в правоотношения с контрагентами и принимал на себя обязательства: в ходе процедуры наблюдения судебными актами по настоящему делу о банкротстве прекращено производство по требованиям текущих кредиторов, возникших после возбуждения дела о банкротстве, в общем размере на сумму 839 180 152 руб. (без учета требований банка, основанных на оспариваемых сделках).

При указанных обстоятельствах, констатировал суд апелляционной инстанции, само по себе возбуждение дела о банкротстве не может являться доказательством осведомленности иных лиц о неплатежеспособности должника.

Напротив, ход рассмотрения дела о банкротстве свидетельствовал о том, что должник имеет ресурсы и возможности для преодоления временных финансовых трудностей; ведет хозяйственную деятельность и имеет возможность рассчитываться с кредиторами.

В связи с указанным, констатировал суд апелляционной инстанции, банк не знал и не мог знать о том, что должник находился в предбанкротном состоянии, а относимые и допустимые доказательства осведомленности банка о противоправной цели оспариваемых сделок в деле отсутствуют.

Более того, сама по себе цель причинения вреда отсутствовала, поскольку оспариваемые договоры поручительства были заключены в процессе обычной хозяйственной деятельности банка как кредитной организации.

Изложенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют об отсутствии оснований для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Выводы суда первой инстанции о погашении оспариваемыми сделками требований банка, также не соответствуют обстоятельствам дела, поскольку доказательства погашения требований банка по договорам поручительства также отсутствуют в материалах дела.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции обоснованно исключил из мотивировочной части определения Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2021 выводы: об аффилированности банка по отношению к должнику; об участии банка в уставном капитале должника; об извлечении банком преимуществ из своего незаконного и недобросовестного поведения; о погашении требований банка в результате перечисления денежных средств по договорам поручительства; об осведомленности банка о цели причинения вреда кредиторам; о наличии оснований для признания договоров поручительства недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судом правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Кроме того, по мнению судебной коллегии, доводы кассационной жалобы направлены на преодоление вступивших в законную силу судебных актов, а именно определения Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2022 № 305-ЭС22-12874(1) и постановления Арбитражного суда Московского округа от 27.12.2022, что не допускается положениями статей 16 и 69  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2023 по делу № А40-236217/16 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Е.Л. Зенькова

В.З. Уддина