ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

19.06.2020Дело № А40-180752/18

Резолютивная часть постановления оглашена 15 июня 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 июня 2020 года.

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Кручининой Н.А., Холодковой Ю.Е.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 - ФИО2 по доверенности от 26.04.2019;

от конкурсного управляющего саморегулируемой организации Ассоциация проектировщиков «Проектировочный альянс Монолит» ФИО3 - ФИО4 по доверенности от 25.04.2019,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2019,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2020

о взыскании убытков в размере 314 332 421,61 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) саморегулируемой организации Ассоциация проектировщиков «Проектировочный альянс Монолит»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2019 саморегулируемая организация Ассоциация проектировщиков «Проектировочный альянс Монолит» (далее – должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее открыто конкурсное производство, конкурным управляющим должника утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о взыскании с ФИО1 и ФИО5 убытков в размере 314 332 421,61 руб., которое определением Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2020, было удовлетворено путем взыскания солидарно с ФИО1 и ФИО5 в пользу должника убытков в заявленном размере.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель конкурсного управляющего должника просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив, в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, конкурсным управляющим должника были выявлены многочисленные сделки – купли-продажи ценных бумаг, заключенные должником (покупателем) с различными юридическими лицами, повлекшие убытки для должника на общую сумму 314 332 421,61 руб.

В свою очередь, после заключения указанных сделок и перечисления продавцам денежных средств, часть указанных обществ прекратила деятельность юридического лица в связи с ликвидацией, остальные прекратили деятельность юридического лица в связи с исключением из Единого государственного реестра юридических лиц.

При этом, в период с 03.07.2013 по 29.05.2017 должник относился к саморегулируемым организациям в области инженерных изысканий, архитектурно-строительного проектирования, строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства и осуществляло деятельность, как саморегулируемая организация, основанная на членстве лиц, осуществляющих подготовку проектной документации объектов капитального строительства.

Согласно пункту 1 статьи 55.16 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее – ГРК РФ), саморегулируемая организация в целях обеспечения имущественной ответственности членов саморегулируемой организации по обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда личности или имуществу гражданина, имуществу юридического лица вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, формирует компенсационный фонд возмещения вреда.

Саморегулируемая организация в пределах средств компенсационного фонда возмещения вреда несет солидарную ответственность по обязательствам своих членов, возникшим вследствие причинения вреда, в случаях, предусмотренных статьей 60 ГРК РФ.

Согласно части 14 статьи 55.16 ГРК РФ, в случае исключения сведений о саморегулируемой организации из государственного реестра саморегулируемых организаций средства компенсационного фонда возмещения вреда и компенсационного фонда обеспечения договорных обязательств саморегулируемой организации в недельный срок с даты исключения таких сведений подлежат зачислению на специальный банковский счет Национального объединения саморегулируемых организаций, членом которого являлась такая саморегулируемая организация, и могут быть использованы только для осуществления выплат в связи с наступлением солидарной или субсидиарной ответственности саморегулируемой организации по обязательствам членов такой организации, возникшим в случаях, предусмотренных соответственно статьями 60 и 60.1 ГРК РФ.

Однако, как установлено судами, обязанность должника по перечислению средств компенсационного фонда исполнена не была, в связи чем, решением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-190777/17 с должника были взысканы денежные средства компенсационного фонда в размере 789 017 046 руб., что, в свою очередь, послужило основанием для обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Согласно пункту 5 статьи 13 Федерального закона от 01.12.2007 № 35-ФЗ «О саморегулируемых организациях» (далее - Закон о СРО), размещение средств компенсационного фонда в целях их сохранения и прироста и инвестирование таких средств осуществляются через управляющие компании, если иное не установлено федеральным законом.

Пунктами 7, 8 статьи 13 Закона о СРО определено, что доход, полученный от размещения и инвестирования средств компенсационного фонда, направляется на пополнение компенсационного фонда и покрытие расходов, связанных с обеспечением надлежащих условий инвестирования средств компенсационного фонда.

Саморегулируемая организация вправе заключать договоры только с управляющими компаниями и специализированным депозитарием, которые отобраны по результатам конкурса, проведенного в порядке, установленном внутренними документами саморегулируемой организации.

Абзацем 3 пункта 20 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53) определено, что, в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданскоправовой ответственности единоличном исполнительном органе (постановление Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.04.2011 № 15201/10).

Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ установлено, что единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно.

Исходя из разъяснений высшей судебной инстанции, приведенных в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62  «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление от 30.07.2013 № 62), добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директоров обязанностей заключается в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе, в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Между тем, как установлено судами, руководителем должника не исполнено требование статьи 64 Закона о банкротстве и определением арбитражного суда от 25.02.2019 о передаче временному управляющему перечня имущества должника, в том числе, имущественных прав, а также бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

При этом, согласно данным бухгалтерского баланса за последний отчетный период, предшествующий обращению заявителя в суд с заявлением о признании должника банкротом, у должника на балансе за 2017 год числятся финансовые вложения в размере 787 258 тыс. руб.

В связи с этим, отсутствуют подтверждающие доказательства того, что должником реально приобретались ценные бумаги с целью сохранения и прироста компенсационного фонда, а также его инвестирования в соответствии со статьей 13 Закона о СРО.

С учетом того, что временному управляющего документы по сделкам не передавались, а контрагенты по вышеуказанным сделкам в настоящее время исключены из ЕГРЮЛ как недействующие юридические лица, временный управляющий лишен объективной возможности оспорить обозначенные сделки по купле-продаже ценных бумаг с целью пополнения конкурсной массы.

Заключение обозначенных сделок купли-продажи ценных бумаг не соответствует принципам добросовестности и разумности, так как отсутствуют доказательства, подтверждающие реальность и законность их совершения.

Более того, указанные сделки привели к нецелесообразному размещению компенсационного фонда на сумму 314 332 421,61 руб., что стало основанием для возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника.

В связи с изложенным, денежные средства в размере 314 332 421,61 руб. подлежат взысканию с руководителей (бывших руководителей) должника как убытки.

В период с 28.10.2013 по 09.11.2016 руководителем (президентом) постоянно действующего исполнительного органа должника являлся ФИО5, с 09.11.2016 по настоящее время - ФИО1

Привлечение к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом.

При этом, принимая во внимание положения части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, требующее возмещения убытков, обязано доказать факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица.

В свою очередь, лицо, привлекаемое к ответственности, должно доказать отсутствие вины в причинении убытков.

Согласно п. 2 постановления от 30.07.2013 № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица,например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Факт уменьшения размера имущества должника при неисполненных обязательствах по размещению денежных средств компенсационного фонда на специализированных счетах и передаче их доверительное управление управляющим компаниям подтверждается материалами дела.

ФИО1 и ФИО5 не представили в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств, опровергающих доводы заявителя, также ими не представлено доказательств того, что контролирующие должника лица действовали добросовестно и разумно в интересах должника.

Заявитель представил убедительные, доказательства и привел достаточные аргументы в пользу того, что действия бывших руководителей должника ФИО1 и ФИО5 по перечислению денежных средств по договорам купли-продажи являются недобросовестными, в связи с чем, последние обязаны возместить должнику убытки в размере 37 853 150,37 руб.

Как отмечено судами, ФИО1 прямо сообщает о том, что платежи за покупку ценный бумаг являлись его личной инициативой, что прямо противоречит нормам действующего законодательства и устава организации, действия по перечислению денежных средств носят противоправный характер, в результате чего должнику были причинены убытки.

ФИО1 в обоснование отсутствия противоправности действий указывал на то, что покупка ценных бумаг производилась с целью дальнейшей их передачи в управление УК «Первоинвест-Управление активами», однако, руководителем последнего - ФИО6 - было произведено хищение приобретенных должником ценных бумаг.

Как указывал конкурсный управляющий, ФИО1 не представил акт передачи средств компенсационного фонда управляющей компании, а также иные документы, подтверждающие перечисление (передачу) в управляющую компанию средств компенсационного фонда, равно как и не представил доказательств сформированности компенсационного фонда и его размещения в порядке, предусмотренном законодательством.

Одновременно с этим, инвестирование компенсационного фонда допускается только через управляющие компании, отобранные по результатам конкурса (пункт 8 статьи 13 Закона о СРО).

Кроме того, в силу пункта 2 статьи 13 Закона о СРО, компенсационный фонд формируется в денежной форме. При определенных условиях он может быть передан в доверительное управление управляющей компании, которая действует на основании лицензии профессионального участника рынка ценных бумаг. И уже в целях сохранения и прироста средств компенсационного фонда такая управляющая компания вправе покупать ценные бумаги.

Однако, отметили суды, ФИО1 не представлено доказательств того, что его действия соответствовали указанным требованиям законодательства, что, в свою очередь, свидетельствует об умышленном характере действий, осознанной противоправности в целях причинения вреда должнику и его кредиторам.

Аналогичная позиция изложена в пункте 5 постановления от 30.07.2013 № 62, в соответствии с которым, в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Более того, конкурсный управляющий также не располагает соответствующими документами, поскольку первичные документы по деятельности должника (в том числе и договоры) арбитражному управляющему бывшим руководителем должника не переданы, требования пункта 3.2 статьи 64, пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, определение арбитражного суда от 05.04.2019 об истребовании документов до настоящего момента не исполнено, в связи с чем, установить фактическое приобретение ценных бумаг не представляется возможным.

ФИО1 в материалы дела таких доказательств также не представил.

Обосновывая добросовестность действий, ФИО1 ссылается на некое уголовное дело, возбужденное в отношении руководителя УК «Первоинвест - Управление активами», а также на то, что многие документы были переданы в рамках проведения проверки.

При этом, материалам дела также не подтверждены доводы о том, что ценные бумаги или денежные средства были переданы в адрес УК «Первоинвест-Управление активами» (ИНН 

<

***>) или иным лицам на законном основании.

Из объяснений управляющего должника следует, что сделки по покупке ценных бумаг, аналогичные тем, которые обозначены в заявлении конкурсного управляющего носили массовый характер, они совершались в период обоих ответчиков и фактически представляют собой цепочку сделок, объединенных единой целью - вывод активов должника.

Взысканные убытки определялись только в отношении сделок с теми контрагентами, которые на дату подачи заявления уже были исключены из ЕГРЮЛ как недействующие юридические лица.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному  выводу об удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника и о взыскании убытков с руководителей должника.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержат указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Приведенный в кассационной жалобе довод о наличии безусловного основания для отмены обжалуемых судебных актов – указание в мотивировочной части определения суда первой инстанции иного размера убытков, подлежащих взысканию в пользу должника, чем указан во вводной и резолютивной частях судебного акта, судебной коллегией отклоняется, поскольку возникшие у заявителя кассационной жалобы неясности в тексте судебного акта подлежат разрешению в порядке, предусмотренном статьей 179  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 06.11.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2020по делу № А40-180752/18 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Н.А. Кручинина

Ю.Е. Холодкова