ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

11.11.2022Дело № А40-26345/21

Резолютивная часть постановления оглашена 3 ноября 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 ноября 2022 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Уддиной В.З., Холодковой Ю.Е.,

при участии в судебном заседании:

от акционерного общества «Завод гвоздильно-проволочных изделий Орлан» - ФИО1 по доверенности от 04.06.2020;

от временного управляющего акционерного общества «Мультифлекс» - ФИО2 по доверенности от 06.07.2022;

от акционерного общества «Мультифлекс» - ФИО3 по доверенности от 07.10.2022;

от общества с ограниченной ответственностью «Дмитровский опытный завод алюминиевой и комбинированной ленты» - ФИО4 по доверенности от 01.09.2022, ФИО5 по доверенности от 01.09.2022;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

акционерного общества «Завод гвоздильно-проволочных изделий Орлан»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 02.06.2022,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022

в части включения требований общества с ограниченной ответственностью «Дмитровский опытный завод алюминиевой и комбинированной ленты» в реестр требований кредиторов должника

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Мультифлекс»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 12.02.2021 было принято к производству заявление акционерного общества «Россельхозбанк» (далее – банка) о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Мультифлекс» (далее – должника), возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.11.2021 в порядке процессуального правопреемства была произведена кредитора-заявителя по делу с банка на его правопреемника – общество с ограниченной ответственностью «Дмитровский опытный завод алюминиевой и комбинированной ленты» (далее – общество).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.06.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022, заявление общества было признано обоснованным, в отношении должника была введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6, в третью очередь реестра требований кредиторов должника были включены требования общества в общем размере 470 495 375,60 руб.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, акционерное общество «Завод гвоздильно-проволочных изделий Орлан» (далее – завод «Орлан») обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить в части включения в реестр требований кредиторов должника требований общества, обособленный спор в указанной части направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представитель завода «Орлан» доводы кассационной жалобы поддержал, а представители должника, временного управляющего и общества просили суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При этом, необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление от 22.06.2012 № 35), в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Как усматривается из материалов дела, заявление банка о признании должника банкротом основано на неисполнении должником (заемщиком) обязательств по кредитному договору от 14.04.2012 № 126300/0037 с дополнительными соглашениями, по договору № 126300/0037-3 о залоге товаров в обороте от 14.04.2012 с дополнительными соглашениями, по кредитному договору от 24.10.2012 № 126300/0049 с дополнительными соглашениями, по договору от 24.10.2012 № 126300/0049-5/1 о залоге оборудования с дополнительными соглашениями, по кредитному договору от 15.11.2012 № 126300/0054 с дополнительными соглашениями, по договору от 15.11.2012 № 126300/0054-5/1 о залоге оборудования с дополнительными соглашениями, по договору от 12.05.2014 № 126300/0054-5/3 о залоге оборудования с дополнительными соглашениями, по кредитному договоруот 16.11.2012 № 126300/0055 с дополнительными соглашениями, по договоруот 16.11.2012 № 126300/0055-5/1 о залоге оборудования с дополнительными соглашениями, по договору от 16.11.2012 № 126300/0055-5/3 о залоге оборудования с дополнительными соглашениями, по кредитному договоруот 21.11.2012 № 126300/0056 с дополнительными соглашениями, по договору от 21.11.2012 № 126300/056-3 о залоге товаров в обороте с дополнительными соглашениями, по договору от 21.11.2012 № 126300/0056-5/1 о залоге оборудования с дополнительными соглашениями, по договору от 21.11.2012 № 126300/0056-5/4 о залоге оборудования с дополнительными соглашениями, по договору от 21.11.2012 № 126300/0056-5/7 о залоге оборудования с дополни тельными соглашениями, по кредитному договору от 27.12.2012 № 126300/0070 с дополнительными соглашениями, по договору от 27.12.2012 № 126300/0070-3 о залоге товаров в обороте с дополнительными соглашениями, по договору от 21.11.2013 № 126300/0070-4 о залоге транспортных средств с дополнительными соглашениями, по договору от 13.06.2013 № 126300/0070-5/1 о залоге оборудования с дополнительными соглашениями, а также по договору от 21.11.2013 № 126300/0070-5/2 о залоге оборудования с дополнительными соглашениями.

Впоследствии между банком (цедентом) и обществом (цессионарием) был заключен договор от 21.11.2021 № UP217900/0002 уступки прав требований (цессии), в соответствии с которым банк уступил новому кредитору (обществу) все права требования к должнику по кредитным договорам, а также договорам залога с учетом всех дополнительных соглашений.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.11.2021 в порядке процессуального правопреемства была произведена кредитора-заявителя по делу с банка на его правопреемника – общество.

Включая требования кредитора в реестр, суд первой инстанции исходил из того, что они являются обоснованными и документально подтвержденными.

Приведенные кредитором – заводом «Орлан» возражения, сводящиеся к наличию аффилированности между должником и обществом, и, как следствие, на необходимость понижения очередности удовлетворения требования кредитора и изменения порядка выбора кандидатуры временного управляющего, судом оценены критически и отклонены исходя из следующего.

По общему правилу, основания для субординации устанавливаются на момент возникновения обязательства по возврату компенсационного финансирования.

Следовательно, для понижения очередности требований кредитора-заявителя, конкурирующий кредитор должен доказать, что на момент заключения договора цессии с банком кредитор-заявитель являлся аффилированным с должником лицом, а также является таким лицом в настоящее время.

Однако, указал суд первой инстанции, каких-либо относимых и допустимых доказательств вхождения кредитора-заявителя в группу компаний «Русал» на момент приобретения задолженности должника у банка или на текущий момент заводом «Орлан» представлено не было.

Законодательство не содержит положений, на основании которых можно было бы прийти к выводу о переходе от присоединяемого лица внутригрупповых связей, имевшихся до реорганизации, или иных признаков аффилированности присоединенного лица.

Действительно, отметил суд, при присоединении общества к обществу с ограниченной ответственностью «Эн+Рециклинг» (далее – обществу «Эн+Рециклинг») к последнему на основании передаточного акта перешли права и обязанности общества.

Однако, передача имущества, а также имущественных прав и обязанностей к обществу «Эн+ Рециклинг» не свидетельствует о сохранении признаков аффилированности общества и общества «Эн+ Рециклинг».

Приведенные в возражениях признаки аффилированности и вхождения общества в группу компаний «Русал» приводятся кредитором в период до 2019 года.

После присоединения общества к обществу «Эн+ Рециклинг», а также после переименования общества «Эн+ Рециклинг» непосредственно в общество, признаки вхождения последнего в группу компаний, подконтрольную «Русал», или иные признаки аффилированности с группой компаний «Русал» отсутствуют.

На наличие в материалах обособленного спора относимых и допустимых доказательств обратного,  не получивших какой-либо правовой оценки со стороны судов, заявитель кассационной жалобы не указывает.

Завод «Оргал» также указывает на то, что в должности единоличного исполнительного органа должника и залогодателей в период с 22.01.2021 по настоящий момент одновременно занимали одни и те же лица.

Однако, доказательств аффилированности залогодателей и кредитора-заявителя завод «Орлан» не приводит.

Как следует из представленных в материалы дела документов, ФИО7 являлся генеральным директором кредитора-заявителя в период с 18.12.2019 по 24.12.2020.

Также ФИО7 являлся генеральным директором должника в период с 25.12.2020 по 07.09.2021.

Сведения о смене генерального директора в информационном ресурсе «Спарк» не соответствуют действительности (дата смены директора отражена там с запозданием), противоречат документам кадрового учета, имеющимся в материалах дела.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2010 № ВАС6657/10, момент возникновения или прекращения полномочий единоличного исполнительного органа общества не зависит от внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр юридических лиц, возникновение прав и обязанностей единоличного исполнительного органа связано с решением уполномоченного органа управления данного юридического лица.

Между тем, судами установлено, что с 24.12.2020 ФИО7 не исполнял обязанности генерального директора общества по причине расторжения трудового договора с ним по собственной инициативе.

Кроме того, на момент заключения договора уступки прав требования с банком, ФИО7 не являлся руководителем ни должника ни кредитора.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзоре судебной практики), одним из основных критериев, определяющих подлежит ли требование кредитора субординации, является факт нарушения таким финансированием прав и законных интересов иных лиц - других кредиторов должника.

Как указано в пункте 2 Обзора судебной практики, если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц – других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

В пункте 3 Обзора судебной практики также указано на то, что контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов.

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В пункте 6.2 Обзора судебной практики указано, что требование контролирующего должника лица подлежит понижению, если, приобретая у независимого кредитора требование к должнику в такой ситуации, контролирующее лицо тем самым создавало условия для отсрочки погашения долга по кредитному договору, то есть фактически профинансировало должника, предоставив ему возможность осуществлять предпринимательскую деятельность, не исполняя обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Также в пункте 6.3 Обзора судебной практики разъясняется, что очередность удовлетворения требования подлежит понижению, если погашение долга контролирующим лицом имеет целью блокирование возможности независимого кредитора инициировать возбуждение дела о банкротстве должника и создание тем самым условий для продолжения предпринимательской деятельности в ситуации имущественного кризиса, маскируя его вопреки требованиям пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Подобного рода финансирование признается компенсационным.

Данная позиция также нашла свое отражение и в пункте 17 Обзора судебной практики № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020, где указано на то, что если приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, то в такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности.

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

Между тем, отметили суды, в настоящем случае дело о банкротстве должника было возбуждено на основании заявления банка.

В связи с указанным обстоятельством, отсутствует признак сокрытия неблагополучного финансового положения должника, так как возбужденная процедура банкротства является публичной, открытой и гласной.

Об осведомленности иных кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и факт предъявления ими требований для включения в реестр (в настоящий момент с заявлениями о вступлении в дело о банкротстве обратились завод «Орлан», АО «Ротофлекс» и ООО «Полимер»).

При таких обстоятельствах, в настоящем случае выкуп обществом задолженности у банка не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Учитывая, что на момент приобретения обществом права требования к должнику на основании договора уступки прав (требований), в отношении последнего уже было возбуждено дело о банкротстве, иные кредиторы должника не могли быть введены в заблуждение относительно реального финансового положения должника.

Таким образом, как обоснованно констатировали суды, в рассматриваемом случае отсутствуют правовые основания для понижения очередности удовлетворения требований кредитора-заявителя.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства, в достаточной степени мотивированы, соответствуют правовым позициям высшей судебной инстанции, приведенным, в том числе, в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве, одним из оснований, по которому арбитражный управляющий не может быть утвержден временным управляющим, является заинтересованность арбитражного управляющего по отношению к должнику, кредитору.

Вопреки доводам кассатора об обратном, каких-либо относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о заинтересованности арбитражного управляющего ФИО6 по отношению к должнику или кредитору-заявителю по делу в материалы дела представлено не было.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 02.06.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2022 по делу № А40-26345/21 в обжалуемой части – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:В.З. Уддина

Ю.Е. Холодкова