ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности решения суда, 

не вступившего в законную силу 

03 июля 2024 года Дело № А65-21018/2023  

Резолютивная часть постановления оглашена 25 июня 2024 года  Полный текст постановления изготовлен 03 июля 2024 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего  судьи Сафаевой Н.Р., судей Кузнецова С.А., Котельникова А.Г.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания Андреевой С.С., 

с участием в судебном заседании от акционерного общества «Казанский научно-исследовательский институт авиационных технологий» - представителя ФИО1,  действующей по доверенности от 29.12.2023,  

от акционерного общества «Станкотех» - представителя ФИО2,  действующей по доверенности от 04.04.2024,  

рассмотрев в открытом судебном заседании 25.06.2024 апелляционную жалобу  акционерного общества «Станкотех» на решение арбитражного суда Республики  Татарстан от 28.02.2024 по иску акционерного общества «Станкотех» к акционерному  обществу «Казанский научно-исследовательский институт авиационных технологий» о  взыскании неустойки по договору подряда,  

и по встречному иску акционерного общества «Казанский научно-исследовательский институт авиационных технологий» к акционерному обществу  «Станкотех» о взыскании задолженности, и процентов за пользование чужими денежными  средствами по договору подряда,  

установил:

акционерное общество «Станкотех», с учетом уточнений, принятых в порядке  статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратилось в  арбитражный суд Республики Татарстан с иском к акционерному обществу «Казанский  научно-исследовательский институт авиационных технологий» о взыскании 23 377 000  рублей неустойки за нарушение сроков исполнения обязательств по договору № СТХ- КН/1807 от 18.07.2019.  

Определением от 22.08.2023 суд принял к производству встречное исковое  заявление акционерного общества «Казанский научно-исследовательский институт  авиационных технологий» к акционерному обществу «Станкотех» о взыскании 6 440 000  рублей основного долга по договору № СТХ-КН/1807 от 18.07.2019, 1 721 249 рублей 86  копеек процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанных по  состоянию на 16.08.2023, а также процентов за пользование чужими денежными  средствами, начисленных на сумму долга 6 440 000 рублей по день вынесения решения  суда.  

Решением арбитражного суда Республики Татарстан от 28.02.2024 исковые  требования по первоначальному иску удовлетворены частично: с акционерного общества  

«Казанский научно-исследовательский институт авиационных технологий» в пользу  акционерного общества «Станкотех» взыскано 2 337 700 рублей неустойки, в  удовлетворении остальной части исковых требований отказано; встречные исковые  требования удовлетворены частично: c акционерного общества «Станкотех» в пользу  акционерного общества «Казанский научно-исследовательский институт авиационных  технологий» взысканы 6 440 000 рублей основного долга, 1 348 615 рублей 29 копеек  процентов за пользование чужими денежными средствами, а также проценты за  пользование чужими денежными средствами на сумму долга 6 440 000 рублей, начиная с  16.08.2023 по день вынесения решения суда из расчета ставки Банка России, действующей  в соответствующий период, в удовлетворении остальной части встречных исковых  требований отказано. В результате произведенного зачета с акционерного общества  «Станкотех» в пользу акционерного общества «Казанский научно-исследовательский  институт авиационных технологий» взыскано 5 371 923 рублей 29 копеек и проценты за  пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга 6 440 000  рублей, начиная с 16.08.2023 по день вынесения решения суда из расчета ставки Банка  России, действующей в соответствующий период.  

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, акционерное общество  «Станкотех» обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с  апелляционной жалобой, в которой просило отменить решение суда и принять по делу  новый судебный акт об удовлетворении первоначального иска в полном объеме и об  отказе в удовлетворении встречного иска. Мотивы апелляционной жалобы сводились к  необоснованному снижению судом суммы неустойки за нарушение сроков выполнения  работ по договору ввиду ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства, а  также к ошибочному выводу суда о предъявлении встречного иска в пределах срока  исковой давности.  

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о  времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном  сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу:  www.llaas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Для рассмотрения дела в апелляционной инстанции был сформирован  коллегиальный состав суда в лице председательствующего судьи Сафаевой Н.Р., судей  Колодиной Т.И., Кузнецова С.А. В связи с нахождением судьи Колодиной Т.И. в день  проведения судебного заседания апелляционной инстанции в очередном отпуске, в  порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  произведена замена отсутствующего судьи на судью Котельникова А.Г.  

 Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, письменного  отзыва на жалобу, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом  первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов,  содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в  деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу  о наличии оснований для изменения судебного акта, принятого арбитражным судом  первой инстанции, в силу следующего.  

 Спорные взаимоотношения сторон обусловлены заключенным между ними  договором № СТХ-КН/1807 от 18.07.2019, на условиях которого акционерное общество  «Станкотех», являясь заказчиком, поручило, а акционерное общество «Казанский научно-исследовательский институт авиационных технологий», именуясь поставщиком, приняло  на себя обязательства по разработке, изготовлению, поставке, монтажу, пусконаладке и  сдаче в эксплуатацию профилегибочного растяжного станка с ЧПУ для гибки с  растяжением малогабаритных профилей на объекте капитального строительства  публичного акционерного общества «Туполев».  

Сроки выполнения работ стороны согласовали в разделе 6 договора, согласно  которому оборудование должно было быть поставлено на площадку конечного  пользователя 15.12.2019, а работы по сдаче его в эксплуатацию должны были быть  завершены до 31.03.2020.  

В качестве приложения № 1 к договору сторонами был утвержден план-график  разработки, изготовления, поставки и ввода в эксплуатацию оборудования на площадке  конечного пользователя, которым предусматривалось поэтапное выполнение работ.  Согласно указанному плану предполагалась совместная деятельность заказчика и  поставщика по изготовлению оборудования, которая должна была завершиться со  стороны поставщика обучением рабочего персонала работе на станке и оформлением акта  передачи станка в эксплуатацию, а со стороны заказчика – передачей станка конечному  пользователю.  

Обращаясь в суд с первоначальным иском, заказчик утверждал, что оборудование  было поставлено поставщиком на объект конечного пользователя в декабре 2020 года, что  подтверждается товарной накладной № 1103 от 18.12.2020, однако пуско-наладку  оборудования и ввод в эксплуатацию в нарушение условий договора поставщик произвел  лишь в апреле 2023 года.  

Пунктом 12.7.1 договора предусмотрена ответственность поставщика за нарушение  срока окончания выполнения полного комплекса работ по договору на 20 рабочих дней в  виде уплаты заказчику неустойки в размере 0,01% от цены договора за каждый рабочий  день просрочки, а свыше 20 рабочих дней - в размере 0,1% от цены договора за каждый  рабочий день просрочки.  

Исходя из указанного условия договора, заказчик начислил поставщику неустойку  за период просрочки завершения работ с 01.04.2020 по 06.04.2023 в сумме 23 377 200  рублей.  

Возражения ответчика против первоначального иска основывались на том, что  заказчик своим бездействием способствовал нарушению установленных договором сроков  выполнения работ, что выразилось в задержке разработки им конструкторской  документации на оборудование, а также просрочки поставки силовой части станка, без  которых выполнение работ поставщиком являлось невозможным; кроме того, заказчик не  оказал необходимого содействия в координации действий с конечным пользователем по  установке станка на его территории, что также значительно продлило срок завершения  работ по договору. Помимо указанных возражений поставщик также заявил о  несоразмерности начисленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства,  в связи с чем просил снизить ее размер на основании положений статьи 333 Гражданского  кодекса Российской Федерации.  

Анализ условий заключенного сторонами договора позволяет квалифицировать его  в качестве договора подряда, согласно которому одна сторона (подрядчик) обязуется  выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее  результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его (статья  702 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 708 Гражданского кодекса Российской  Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения  работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также  сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).  

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не  предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального  и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.  

По смыслу норм статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации  неустойка является способом обеспечения обязательства и мерой гражданско-правовой  ответственности за нарушение обязательства.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской  Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим  образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме  случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.  При этом отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.  

Отсутствие вины должника, как обязательного элемента ответственности,  исключает применение к нему предусмотренных соглашением санкций.  

Из условий заключенного сторонами договора следует, что изготовление и сборка  части оборудования, а именно: силового узла, были возложены на самого заказчика,  который обязался передать его подрядчику до 10.10.2019. Фактически силовая часть  станка, пригодная к использованию для дальнейшего производства оборудования  подрядчиком, была ему передана заказчиком лишь 22.06.2020, что подтверждается  товарной накладной № 001 от 22.06.2020. Таким образом, задержка в передаче  необходимой части оборудования для выполнения работ от заказчика к подрядчику  превысила 8 месяцев.  

Кроме того, ответчик по встречному иску утверждал, что в процессе отладочных  работ по изготовленному оборудованию 10.09.2020 произошла нештатная ситуация,  которая проявилась в заклинивании крыльев силовой части станка, что было связано со  скрытым производственным дефектом части оборудования, изготовленной заказчиком с  отступлениями от конструкторской документации подрядчика. О выявленном факте  подрядчик сообщил заказчику и приступил к устранению недостатка, который фактически  был устранен лишь к 17.11.2020. В этой связи задержка в пусконаладочных работах по  причине недостатков переданной заказчиком оборудования составила еще два месяца с  10.09.2020 по 17.11.2020.  

Письмом от 11.12.2020 подрядчик сообщил заказчику о готовности станка к  отгрузке на производственную площадку конечного пользователя и просил сообщить  отгрузочные реквизиты. Поскольку площадка ПАО «Туполев» не была готова к приемке и  установке станка, 18.12.2020 станок был отгружен на площадку временного хранения  оборудования на территории КАЗ им. С.П. Горбунова в филиале ПОА «Туполев».  

По утверждению ответчика, между сторонами было достигнуто соглашение  произвести окончательную приемку станка на временной площадке, что и было сделано с  составлением между сторонами акта сдачи-приемки оборудования от 18.12.2020 и  подписанием товарной накладной № 1103 от 18.12.2020.  

11.02.2022 подрядчик направил конечному пользователю письмо исх. № 62, в  котором предложил принять на ответственное хранение станок, размещенный на  площадке временного хранения оборудования, поскольку основная производственная  площадка подготовлена не была. Ответ на данное письмо подрядчиком получен не был.  

Конечный получатель спустя год после размещения станка на площадке  временного хранения оборудования письмом исх. № 926-3 от 21.01.2022 сообщил  подрядчику о необходимости освидетельствования фундаментов под станок на основной  производственной площадке, где предполагалась окончательная его установка и  эксплуатация.  

12.04.2022 заказчик письмом исх. № ДУП-565-2022 обратился к подрядчику за  содействием в перемещении оборудования с временной площадки на основную  производственную площадку.  

Станок был перемещен на основную производственную площадку 13.04.2022.  Таким образом, невозможность выполнения пусконаладочных работ и ввода объекта в  окончательную эксплуатацию в период с 18.12.2020 по 13.04.2022 никоим образом не  была связана с винновым бездействием подрядчика и полностью зависела от внешних  факторов, обусловленных неготовностью производственной площадки у конечного  пользователя.  

Ответчик по встречному иску утверждал, что с момента перемещения станка на  производственную площадку заказчик полностью устранился от согласования и  урегулирования с конечным пользователем процедуры ввода оборудования в  эксплуатацию, что вызвало необходимость для подрядчика налаживания контактов с  конечным пользователем в целях запуска оборудования в работу.  

Итоговый акт приемки выполненных работ и ввода оборудования в эксплуатацию  был подписан сторонами 07.04.2023.  

Условия заключенного сторонами договора, в частности его приложения № 1,  подтверждают, что между сторонами существовали взаимные обязательства по  совместному изготовлению оборудования, силовая часть которого должна была быть  выполнена заказчиком, а остальная часть – подрядчиком.  

Обязательства по разработке, изготовлению, поставке и вводу оборудования в  эксплуатацию стороны разделили на последовательные 15 позиций, среди которых  изготовление и сборка силовой части станка заказчиком занимала 3 позицию, что само по  себе исключало выполнение последующих этапов работ подрядчиком до передачи ему  части оборудования со стороны заказчика.  

Обязанность подрядчика по выполнению последующих этапов изготовления станка  является встречной по отношению к вышеуказанной обязанности заказчика по  изготовлению и передачи силовой части оборудования, поскольку в соответствии с  пунктом 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации встречным  признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением  другой стороной своих обязательств. Ни одна из сторон обязательства, по условиям  которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения,  не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне.  

Таким образом, права заказчика не могли считаться нарушенными в результате  невыполнения работ подрядчиком до тех пор, пока им самим не было исполнено  обязательство по передаче пригодной для производства работ части оборудования.  

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации,  содержащимся в пункте 59 постановления от 22.11.2016 N 54 «О некоторых вопросах  применения общих положений ГК РФ об обязательствах и их исполнении», если иное не  установлено законом, в случае, когда должник не может исполнить своего обязательства  до того, как кредитор совершит действия, предусмотренные законом, иными правовыми  актами или договором, либо вытекающие из обычаев или существа обязательства,  применению подлежат положения статей 405, 406 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

Из пункта 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что  должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено  вследствие просрочки кредитора.  

Согласно части 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации  кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником  надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными  правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из  существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего  обязательства.  

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их  совокупности и взаимосвязи, апелляционный суд установил, что нарушение срока  выполнения работ по договору допущено обществом в том числе в связи с ненадлежащим  (несвоевременным) исполнением обязательств заказчиком, несвоевременно  предоставившим подрядчику силовую часть оборудования, имевшего недостатки, которые  требовали их устранения.  

С учетом периода просрочки в передаче силовой части оборудования и устранения  выявленных в нем недостатков, который в общей сложности составил более 10 месяцев,  

просрочка в выполнении работ в течение указанного времени не может быть отнесена к  бездействию подрядчика.  

Также не может быть поставлена в вину подрядчика и неготовность  производственной площадки у конечного получателя, которая являлась причиной  задержки запуска оборудования в эксплуатацию на протяжении 16 месяцев, что в  совокупности с задержкой передачи силовой части оборудования составило 26 месяцев.  

Графиком производства работ было предусмотрено, что монтаж станка на  производственной площадке конченого пользователя, приемосдаточные испытания,  разработка и передача текстовой документации с последующей корректировкой после  отработки техпроцесса являются совместными обязательствами заказчика и подрядчика, а  сдача станка конченому пользователю полностью отнесена к обязанностям заказчика.  

Истец по первоначальному иску не подтвердил, что им предпринимались какие-либо действия по исполнению указанных обязанностей в период с 13.04.2022 по  06.04.2023, а просрочка в приемосдаточных испытаниях и запуске оборудования в  эксплуатацию в данный период полностью зависела от бездействий подрядчика.  

Пунктом 1 статьи 718 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных  договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы.  

При неисполнении заказчиком этой обязанности подрядчик вправе требовать  возмещения причиненных убытков, включая дополнительные издержки, вызванные  простоем, либо перенесения сроков исполнения работы, либо увеличения указанной в  договоре цены работы.  

Поскольку должное содействие подрядчику заказчиком не оказывалось, при том  что у подрядчика не имелось прямых договорных отношений с конечным пользователем,  отнесение рисков, связанных с задержками в запуске в работу оборудования на  территории конечного пользователя не может быть отнесено на подрядчика.  

Принимая во внимание вышеизложенное, апелляционный суд приходит к выводу о  том, что из общего периода просрочки в выполнении обязательств подрядчика, который  составил 745 рабочих дней (с 01.04.2020 по 06.04.2023) следует исключить периоды, в  течение которых подрядчик не мог исполнять обязательства вследствие просрочки самого  заказчика по поставке силовой части оборудования на протяжении 168 рабочих дней (с  10.10.2019 по 22.06.2020) и ремонта оборудования по причине производственного дефекта  силовой части оборудования на протяжении 47 рабочих дней (с 10.09.2020 по 17.11.2020);  кроме того исключению подлежит период нахождения станка на площадке временного  хранения оборудования у конечного пользователя на протяжении 313 рабочих дней (с  18.12.2020 по 12.04.2022).  

Также апелляционный суд считает подлежащим исключению из расчета неустойки  мораторный период с 01.04.2022 по 30.09.2022, в течение которого финансовые санкции  не подлежали применению к должникам на основании постановления Правительства  Российской Федерации от 28.03.2022 N 497 «О введении моратория на возбуждение дел о  банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», что составило 125 рабочих дней.  

Таким образом, общее количество дней просрочки исполнения обязательства  подрядчиком составило 92 рабочих дня (745 - 168 – 47 – 313 – 125), а сумма неустойки за  данный период составляет 2 944 000 рублей, из расчета: 32 000 000 х 0,1% х 92.  

Учитывая, что основная часть указанного периода пришлась на время нахождения  станка на производственной площадке конечного пользователя, когда заказчик не  оказывал необходимого содействия подрядчику в проведении соответствующих работ, а  также не исполнял совместной с подрядчиком обязанности по монтажу станка на  производственной площадке конченого пользователя, приемосдаточным испытаниям,  разработке и передаче текстовой документации с последующей корректировкой после  отработки техпроцесса (пункты 11, 12, 13 плана-графика выполнения работ),  

апелляционный суд полагает, что ответственность подрядчика должна быть снижена в  порядке статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Указанной нормой права предусмотрено, что если неисполнение или  ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд  соответственно уменьшает размер ответственности должника.  

В данном случае, учитывая степень и характер вины каждой стороны  обязательства, снижение неустойки за нарушение срока выполнения работ могло иметь  место вдвое, что составило бы 1 472 000 рублей, однако апелляционный суд не вправе  изменить судебный акт в той части, в которой он не является предметом обжалования.  

Предметом обжалования решения суда первой инстанции в части первоначальных  исковых требований явилось необоснованное снижение судом, с точки зрения  акционерного общества «Станкотех», суммы заявленной неустойки по мотиву ее  несоразмерности последствиям нарушения обязательства, то есть судебный акт истец  обжалует в той части неустойки, в которой ему было отказано судом.  

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражный суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного  акта в пределах, определяемых апелляционной жалобой. Выход за пределы рассмотрения  апелляционной жалобы, который может ухудшить положение лица по сравнению с тем,  чего оно добилось в суде первой инстанции, является недопустимым.  

Учитывая, что акционерное общество «Казанский научно-исследовательский  институт авиационных технологий» с апелляционной жалобой на принятое по делу  решение суда не обращалось, присужденный размер неустойки в сумме 2 337 700 рублей  не оспаривало, апелляционный суд не вправе уменьшать неустойку ниже указанного  размера.  

В этой связи оснований для изменения решения суда первой инстанции в  удовлетворенной части первоначальных исковых требований у суда апелляционной  инстанции не имеется.  

Пересматривая судебный акт в части встречных исковых требований,  апелляционный суд соглашается с утверждениями заявителя апелляционной жалобы о  том, что истцом по встречному иску был пропущен срок исковой давности в части  требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами.  

Так, подрядчик, обращаясь в суд со встречным иском, наряду с требованием о  взыскании с заказчика основного долга за выполненные работы заявил требование о  взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, которые были  начислены за нарушение сроков исполнения финансовых обязательств по договору,  включая платежи по первым трем этапам оплаты на сумму 6 000 000 рублей, 3 660 000  рублей и 16 100 000 рублей. Начисление процентов на общую сумму 1 721 249 рублей 86  копеек было произведено подрядчиком за период просрочки в оплате с 24.09.2019 по  16.08.2023.  

Ответчик по встречному иску, учитывая дату предъявления данного иска в суд  16.08.2023, просил применить срок исковой давности к части начисленных процентов,  ограничив их начисление на сумму просроченных обязательств по третьему платежу  16 100 000 рублей со сроком погашения 04.01.2021 и по четвертому платежу 6 400 000  рублей со сроком погашения 23.04.2023.  

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации  исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого  нарушено.  

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со  дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о  совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является  надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

Общий срок исковой давности устанавливается в три года согласно статье 196  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации  исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному  до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой  заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в  иске.  

По смыслу пункта 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации  проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются за каждый день  просрочки по день уплаты суммы этих средств кредитору. При этом обязательство по  уплате этих процентов считается возникшим не с момента просрочки исполнения  основного обязательства, а с истечением периода, за который эти проценты начисляются;  срок же исковой давности по требованиям об уплате процентов должен исчисляться  отдельно по каждому просроченному платежу за соответствующий период.  

Пунктом 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено,  что с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим  срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог,  поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока  исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в  том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному  требованию.  

Принимая во внимание указанные нормы права, апелляционный суд соглашается с  утверждением ответчика по встречному иску об истечении срока исковой давности по  требованию о взыскании процентов, начисленных на просроченные платежи в размере  6 000 000 рублей и 3 660 000 рублей.  

При этом апелляционный суд признает ошибочным вывод суда первой инстанции о  прерывании течения срока исковой давности признанием ответчиком суммы долга.  

Согласно статье 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока  исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий,  свидетельствующих о признании долга.  

Пункт 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О  некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской  Федерации об исковой давности» к действиям, свидетельствующим о признании долга в  целях перерыва течения срока исковой давности, относит: признание претензии;  изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает  наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об  отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный  уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание  долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.  

В качестве признания долга заказчиком судом было расценено его письмо  исх. № 01/К-714, полученное подрядчиком 03.08.2023, в котором заказчик просил  подрядчика проявить понимание и дать возможность использовать весь потенциал для  того, чтобы отношения сторон продолжились в позитивном и конструктивном  направлении, а также сообщал, что прилагает все усилия для разрешения сложившейся  ситуации, в связи с чем просил подрядчика отсрочить свои финансовые требования в  адрес заказчика, что позволило бы ускорить процесс выполнения договора.  

Однако из содержания письма не усматривается воля заказчика на признание долга,  в нем речь идет о просьбе к подрядчику отсрочить финансовые требования к заказчику.  

В пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3  (2023), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023, разъясняется, что действия  ответчика по признанию долга, которые прерывают течение срока исковой давности,  должны быть ясными и недвусмысленными. В данном случае такая ясность и  

недвусмысленность из содержания письма не следует, в связи с чем оно не может быть  расценено в качестве доказательства, свидетельствующего о признании долга заказчиком,  и, следовательно, оно не может прерывать течение срока исковой давности.  

Сумма процентов, начисленная в пределах срока исковой давности, за период  просрочки в оплате с 05.01.2021 по 16.08.2023 (за исключением мораторного периода с  01.04.2022 по 30.09.2022) составляет 1 281 306 рублей 33 копейки, которые и подлежали  судом к взысканию с подрядчика в пользу заказчика на основании норм статьи 395  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Пунктом 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что проценты за пользование чужими средствами взимаются по день  уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или  договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.  

Истцом по встречному иску, помимо требования о взыскании процентов за  фиксированный период просрочки в оплате по 16.08.2023 включительно, было заявлено  требование о взыскании процентов, подлежащих начислению с 17.08.2023 по день  принятия судом решения по делу.  

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О  применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации  об ответственности за нарушение обязательств» приведены разъяснения о том, что сумма  процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса  Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из  периодов, имевших место до указанного дня. Согласно данным разъяснениям суд должен  был рассчитать сумму присуждаемых процентов на день оглашения резолютивной части  решения, однако им этого сделано не было.  

Сумма процентов за период с 17.08.2023 по 20.02.2024, начисленная на сумму  долга в размере 6 440 000 рублей составляет 476 872 рубля 38 копеек, а общая сумма  процентов за весь заявленный истцом период, соответственно, - 1 758 178 рублей 71  копейка.  

Не произведя в установленном порядке расчет удовлетворенных исковых  требований по встречному иску на день вынесения решения, суд первой инстанции  допустил ошибки в расчете государственной пошлины по иску, подлежащей отнесению на  стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.  

Так, при цене встречного иска 8 638 121 рубль (6 440 000 рублей + 1 721 249  рублей + 476 872 рубля) и размере удовлетворенных судом требований 8 198 178 рублей  (6 440 000 рублей + 1 281 306 рублей + 476 872 рубля) на истца по встречному иску  относится госпошлина в сумме 3 369 рублей, а на ответчика – 62 821 рубль.  

Также неверно были рассчитаны судом судебные расходы по уплате  государственной пошлины по первоначальному иску, подлежащие возмещению  ответчиком истцу в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации. Суд присудил к возмещению расходы в сумме 139 885 рублей,  однако в данном случае не имелось оснований для применения разъяснений, изложенных  в пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении  издержек, связанных с рассмотрением дела», согласно которым положения  процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении)  судебных издержек не подлежат применению при разрешении требования о взыскании  неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям  нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Как было указано выше, в данном случае суд допустил ошибку при определении  размера ответственности подрядчика, не учел обстоятельств, исключающих его вину в  просрочке исполнения обязательства, в связи с чем возложение на него судебных  

расходов, исчисленных от размера необоснованно предъявленной заказчиком санкции в  сумме 23 377 000 рублей является неверным.  

Судебные расходы, подлежащие отнесению на ответчика по первоначальному  иску, подлежали исчислению по общим правилам их распределения пропорционально  удовлетворенным требованиям. На основании статьи 333.21 Налогового кодекса  Российской Федерации на истца следовало отнести госпошлину по иску в сумме 125 896  рублей, а на ответчика – 13 988 рублей.  

Допущенное судом неправильное применение норм процессуального права в части  распределения судебных расходов между сторонами спора, а также неотражение в  резолютивной части решения присужденной к взысканию суммы процентов за  пользование чужими денежными средствами, рассчитанной на день вынесения решения,  привели к принятию неправильного судебного акта, что является основанием для его  изменения в силу норм части 3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

В результате произведенного зачета удовлетворенных требований по  первоначальному и встречному искам, а также присужденных к возмещению судебных  расходов к взысканию с акционерного общества «Станкотех» в пользу акционерного  общества «Казанский научно-исследовательский институт авиационных технологий»  надлежит сумма 5 909 311 рублей 71 копейку.  

Излишне уплаченная в бюджет сторонами государственная пошлина по искам  возвращается ее плательщикам на основании норм статьи 333.40 Налогового кодекса  Российской Федерации.  

Руководствуясь статьями 266 - 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации,  

постановил:

решение арбитражного суда Республики Татарстан от 28.02.2024 по делу № А6521018/2023 изменить.  

Резолютивную часть решения изложить в следующей редакции: «Исковые требования по первоначальному иску удовлетворить частично. 

Взыскать с акционерного общества «Казанский научно-исследовательский  институт авиационных технологий», юридический адрес: 

<

...> (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной  регистрации 30.04.2003) в пользу акционерного общества «Станкотех», юридический  адрес: 

<

...> (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>,  дата государственной регистрации 02.03.2005) неустойку за нарушение сроков  исполнения обязательств по договору № СТХ-КН/1807 от 18.07.2019 в сумме 2 337 700  (два миллиона триста тридцать семь тысяч семьсот) рублей, а также в возмещение  судебных расходов по уплате госпошлины по иску 13 988 (тринадцать тысяч девятьсот  восемьдесят восемь) рублей.  

В удовлетворении остальной части первоначального иска отказать. Встречные исковые требования удовлетворить частично. 

Взыскать с акционерного общества «Станкотех», юридический адрес: 

<

...> (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной  регистрации 02.03.2005) в пользу акционерного общества «Казанский научно-исследовательский институт авиационных технологий», юридический адрес: 

<

...> (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата  государственной регистрации 30.04.2003) основной долг по договору № СТХ-КН/1807 от  18.07.2019 в сумме 6 440 000 (шесть миллионов четыреста сорок тысяч) рублей, проценты  за пользование чужими денежными средствами за период просрочки в оплате с 05.01.2021  по 31.03.2022 и с 01.10.2022 по 20.02.2024 в сумме 1 758 178 рублей (один миллион  

семьсот пятьдесят восемь тысяч сто семьдесят восемь) рублей 71 копейка, а также в  возмещение судебных расходов по уплате госпошлины по иску 62 821 (шестьдесят две  тысячи восемьсот двадцать один) рубль.  

В удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказать. 

Произвести зачет взаимных требований сторон по первоначальному и встречному  искам; в результате произведенного зачета взыскать с акционерного общества  «Станкотех», юридический адрес: 

<

...> (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации 02.03.2005) в пользу  акционерного общества «Казанский научно-исследовательский институт авиационных  технологий», юридический адрес: 

<

...>  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, дата государственной регистрации 30.04.2003)  5 909 311 (пять миллионов девятьсот девять тысяч триста одиннадцать) рублей 71  копейку.  

Выдать акционерному обществу «Станкотех», г.Москва; (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) справку на возврат из федерального бюджета госпошлины по иску в  размере 60 115 (шестьдесят тысяч сто пятнадцать) рублей, уплаченной по платежному  поручению № 913 от 24.03.2023.  

Выдать акционерному обществу «Казанский научно-исследовательский институт  авиационных технологий», г.Казань, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) справку на  возврат из федерального бюджета госпошлины по иску в размере 133 810 (сто тридцать  три тысячи восемьсот десять) рублей, уплаченной по платежному поручению № 992 от  11.08.2023».  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев, в Арбитражный суд Поволжского  округа через суд первой инстанции.  

Председательствующий Н.Р. Сафаева 

Судьи А.Г. Котельников 

 С.А. Кузнецов