АРБИТРАЖНЫЙ СУД ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА 

ФИО1 ул., д. 45, 

<

...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3359/2025

07 ноября 2025 года

г. Хабаровск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2025 года. 

Полный текст постановления изготовлен 07 ноября 2025 года. 

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе: председательствующего судьи Ефановой А.В.  

судей Никитина Е.О., Чумакова Е.С., при участии: 

конкурсного управляющего ФИО2 (онлайн);  

представителя ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 11.12.2024 № 25АА 4020473 (онлайн),  

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Мульти-Фрахт» - ФИО2   

на определение Арбитражного суда Приморского края от 03.06.2025, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2025  

по делу № А51-10300/2023 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Мульти-Фрахт» - ФИО2  

о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Мульти-Фрахт»,  

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Приморского края от 25.09.2023 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Запсибгазпром- Газификация» (далее - ООО «Запсибгазпром-Газификация») возбуждено  

производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Мульти-Фрахт» (далее – ООО «Мульти-Фрахт», общество, должник).  

Определением суда от 02.02.2024 заявление ООО «Запсибгазпром- Газификация» признано обоснованным, в отношении ООО «Мульти-Фрахт» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.  

Решением от 06.06.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).  

В рамках настоящего дела о банкротстве конкурсный управляющий 31.10.2024 обратился в суд с заявлением об установлении наличия оснований для привлечения ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника с ходатайством о приостановлении производства по рассмотрению заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до завершения расчетов с кредиторами.  

Определением от 03.06.2025, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2025, в удовлетворении заявления отказано.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Мульти-Фрахт» обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит доводы о нарушении судами норм материального и процессуального права, о неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения спора. Указывает на то, что судами не дана оценка действиям ответчика по расходованию денежных средств, поступивших в качестве аванса, не на цели выполнения государственного оборонного заказа при наличии обязанности их депонирования, по непринятию мер, направленных на взыскание дебиторской задолженности (в том числе с обществ с ограниченной ответственностью «Танира» и «ФескоИТ»), в результате чего утрачена возможность ее взыскания за истечением срока исковой давности, действиям по выводу из оборота грузовых контейнеров, приведшим к утрате возможности продолжать осуществление хозяйственной деятельности, приносившей ранее весомый доход. Настаивает на том, что выводы судов об отсутствии фактов искажения бухгалтерской отчетности должника в период  

руководства ФИО3 не соответствуют имеющимся в деле доказательствам.  

К судебному заседанию ФИО3 представлен письменный отзыв, в котором выражено несогласие с доводами кассационной жалобы, указано на ошибочность позиции конкурсного управляющего об обязанности депонировать денежные средства, поступившие от контрагента в рамках исполнения обязательств перед ООО «Запсибгазпром-Газификация», отмечено, что поступивший аванс израсходован на нужды общества. Подчеркнуто, что передача имевшейся у бывшего руководителя документации конкурсному управляющему подтверждена вступившим в законную силу судебным актом об отказе в ее истребовании, тогда как отражение в бухгалтерском учете иной дебиторской задолженности являлось следствием допущенной технической ошибки, что следует из заключения специалиста-аудитора. Обращено внимание на то, что предоставление в пользование грузовых контейнеров не является основным видом деятельности должника, при этом какой-либо расчет в обоснование довода конкурсного управляющего об утрате источника весомого дохода не представлен. К отзыву приложены нотисы об изъятии судна от 13.01.2020, 11.01.2021, в приобщении которых к материалам дела судом кассационной инстанции отказано со ссылкой на разъяснения пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».  

В судебном заседании окружного суда, проведенном с использованием системы веб-конференции по правилам статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), конкурсный управляющий ФИО2 настаивал на доводах, изложенных в кассационной жалобе, просил принятые по делу судебные акты отменить с направлением спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

Представитель ФИО3 против удовлетворения кассационной жалобы возражал по основаниям, приведенным в отзыве.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом, в том числе путем размещения судебных актов на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку представителей в судебное заседание окружного арбитражного суда не обеспечили, в связи с чем кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие (часть 3 статьи 284 АПК РФ).  

Проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность определения суда первой инстанции от 03.06.2025 и постановления  

апелляционного суда от 08.08.2025, с учетом доводов кассационной жалобы и отзыва на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа не усмотрел оснований для их отмены, исходя из следующего.  

Как установлено судами и соответствует материалам дела, должник зарегистрирован в Едином государственном реестре юридических лиц 22.04.2013, основным видом деятельности ООО «Мульти-Фрахт» является деятельность морского пассажирского транспорта, единственным участником (учредителем) общества и генеральным директором должника с 22.04.2013 по 06.06.2024 являлся ФИО3  

По данным бухгалтерского баланса ООО «Мульти-Фрахт», размещенного на официальном сайте Федеральной налоговой службы (https://bo.nalog.gov.ru/), по состоянию на 31.12.2023 финансовые и другие оборотные активы общества составили 54 217 000 руб. Размер дебиторской задолженности 1 075,290 тыс.руб.  

Согласно акту инвентаризации от 31.12.2023 руководителем общества ФИО3 фактически обнаружено два ноутбука (ноутбук Acer 13.3 R7-372T-73FW, ноутбук Sony VAIO), иное имущество по результатам инвентаризации не выявлено.  

Из представленного в материалы дела заключения специалиста-аудитора ФИО5 от 28.12.2024 усматривается, что отраженная в бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2023 года дебиторская и кредиторская задолженность является результатом технической ошибки при работе с программным обеспечением, проводки выполнены некорректно, в связи с чем в бухгалтерской отчетности отражена дебиторская задолженность, которая фактически не существовала.  

При исполнении обязанностей временного управляющего ФИО2 в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного банкротства от 08.05.2024 (страница 4 заключения) указал на заключение должником договора купли-продажи контейнеров от 19.01.2021 № 19/02-2021 на сумму 2 110 000 руб. с обществом с ограниченной ответственностью «Камчатское морское пароходство» (далее – ООО «КМП»). Из выписок по расчетным счетам должника управляющий установил поступление 26.02.2021 от ООО «КМП» денежных средств на сумму 1 000 000 руб. с назначением платежа: «оплата по счету № 69 от 25.02.2021 года контейнер 40 фут. б/у». По иным контейнерам оплата поступила в полном объеме на сумму 5 747 000 руб. (платежные поручения от 28.05.2021 № 1344; от 13.04.2021 № 1195; от 07.04.2021 № 1180; от 10.03.2021 № 2395; от 26.02.2021 № 1936 и № 101; от 05.02.2021 № 120; от 28.04.2021 № 284; от 09.04.2021 № 217; от 01.03.2021 № 111).  

Наряду с изложенным, по результатам анализа выписок по счету должника конкурсный управляющий установил, что сумма аванса, перечисленная кредитором ООО «Запсибгазпром-Газификация» в счет оказания услуг по перевозке в будущем, потрачена ООО «Мульти-Фрахт» на расчеты с иными контрагентами, а также на выплату заработной платы работникам должника.  

Ссылаясь на неисполнение ФИО3 как бывшим руководителем ООО «Мульти-Фрахт» обязанности по передаче конкурсному управляющему документации бухгалтерского учета и иной документации должника, на ее искажение, а также на совершение ответчиком недобросовестных действий по нецелевому расходованию денежных средств, полученных от ООО «Запсибгазпром-Газификация», и по принятию в мае 2023 года мер по присоединению к иному юридическому лицу - обществу с ограниченной ответственностью МВЛ (ИНН 

<

***>), имеющему отрицательные финансовые результаты, конкурсный управляющий обратился в суд с требованием о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Также в заявлении приведена ссылка на положения статьи 61.12 Закона о банкротстве. В ходе рассмотрения спора конкурсным управляющим приведены дополнительные доводы о наличии оснований для взыскания с ответчика убытков, причиненных должнику в результате утраты (списания) 29 грузовых контейнеров.  

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суд первой инстанции, с выводами которого согласилась коллегия апелляционного суда, руководствовался положениями подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Закона о банкротстве, разъяснениями, приведенными в пунктах 1, 16, 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), и исходил из фактического исполнения бывшим руководителем должника обязанности по передаче арбитражному управляющему имевшейся у него документации должника, из отсутствия доказательств неразумности и (или) недобросовестности действий (бездействий) ФИО3, которые бы привели к невозможности исполнения ООО «Мульти-Фрахт» обязательств перед кредиторами, недоказанности оснований для привлечения ответчика к ответственности за неподачу заявления о банкротстве общества.  

Оснований не согласиться с принятыми по делу судебными актами у суда округа не имеется в силу следующего.  

Из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что вред причиняется при совершении контролирующим должника лицом деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица.  

В пункте 2 названной статьи содержится ряд опровержимых презумпций, при доказанности которых предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства должника. Среди таких презумпций упомянуты: причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1); непередача арбитражному управляющему к моменту введения соответствующей процедуры банкротства документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, или отсутствие в таких документах необходимой информации либо ее искажение, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2).  

Наличие обстоятельств, указанных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, это презумпции, облегчающие процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора, однако они не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, и момент наступления признаков презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.  

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что инициатор субсидиарного иска (конкурсный управляющий или кредитор), как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и могут его ограничить по своему усмотрению (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2024 № 303-ЭС24-372).  

В ситуации, когда заявитель с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к  

ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления Пленума № 53).  

Таким образом, привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо может опровергнуть презумпцию и доказать иное, представив свои документы и объяснения о выстроенном механизме осуществления хозяйственной деятельности, о мотивах принятых им деловых решений и совершения сделок, о том, чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов, насколько они уважительны и т.п.  

В соответствии с пунктом 23 постановления Пленума № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и т.д.).  

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.  

В настоящем споре ответчиком раскрыты соответствующие обстоятельства выбытия грузовых контейнеров, представлены исчерпывающие пояснения и документы, обобщенные сведения о реализации  

имущества должника, о его местонахождении и об имеющихся судебных спорах. Данные документы и пояснения оценены судами обеих инстанций по правилам статьи 71 АПК РФ. Так, суды приняли во внимание информацию, размещенную в информационной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) о наличии ряда судебных споров в отношении спорных контейнеров, в рамках которых общество с ограниченной ответственностью «Моана» (далее – ООО «Моана») заявляло об удержании контейнеров (дело № А51-1293/2021), а также принимались обеспечительные меры в виде запрета ООО «Моана» и всем иным лицам перемещать, отчуждать либо передавать контейнеры третьим лицам (определение Арбитражного суда Приморского края от 19.03.2021 по делу № А51-4267/2021). Пояснения бывшего руководителя должника ФИО3 соотнесены судами с показателями бухгалтерского баланса за 2023 год (https://bo.nalog.gov.ru), согласно которым материальные и внеоборотные активы равны 0,0 руб., нематериальные, финансовые и другие внеоборотные активы - 964,0 тыс. руб.; денежные средства - 59,0 тыс. руб., финансовые и другие оборотные активы - 55 217,0 тыс. руб.  

Доводы конкурсного управляющего относительно отсутствия оценки обстоятельств отчуждения контейнеров и их идентификации не принимаются судом кассационной инстанции, поскольку выводы судов основаны на представленных в дело доказательствах, которым дана надлежащая оценка, тогда как их переоценка не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 АПК РФ.  

В свою очередь, исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), при установлении того, повлекло ли поведение ответчика банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.  

В данном конкретном случае очевидных свидетельств того, что именно в результате виновных действий ФИО3 из общества выбыли грузовые контейнеры в количестве 28 штук, в деле не имеется. Само по себе отчуждение части контейнеров по возмездным сделкам не может быть положено в основу вывода о доведении должника до банкротства при отсутствии убедительных доказательств того, что сделки совершены на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторон, либо в результате их совершения должник полностью утратил возможность продолжать хозяйственную деятельность. Равным образом, не достаточен факт совершения сделки для квалификации действий бывшего  

руководителя как убытков, в отсутствие доказательств причинения существенного вреда кредиторам.  

По тем же мотивам верными признаются выводы судов о несостоятельности аргументов заявителя в части эпизодов, связанных с расходованием авансовых средств, полученных должником от ООО «Запсибгазпром-Газификация», и с несостоявшейся попыткой реорганизации ООО «Мульти-Фрахт». В отношении спорных авансов судами констатировано, что поступившие денежные средства были израсходованы на нужды общества (в том числе на оплату труда работников), а не к противоправной выгоде ФИО3; по обстоятельствам реорганизации – судом апелляционной инстанции справедливо отмечено, что даже в случае исключения ООО «Мульти-Фрахт» из ЕГРЮЛ сам факт принятия руководителем мер по присоединению к иному юридическому лицу не являлся бы достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, коль скоро материалы дела не содержат доказательств неразумности или недобросовестности в действиях ФИО3 и наличия причинно-следственной связи с невозможностью расчетов по обязательствам контролируемого им юридического лица.  

Смысл презумпции отсутствия (неполноты, искажения) обязательных документов должника-банкрота состоит в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.  

Таким образом, правонарушение контролирующего должника лица выражается не в том, что он не передал документацию должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов. Соответствующий правовой подход сформулирован в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020.  

На основании вышеизложенного коллегия суда кассационной инстанции поддерживает подход судов к распределению бремени  

доказывания в той части, которая предполагает, что сам по себе довод о непередаче документов и (или) об искажении бухгалтерской отчетности на основании аналитики бухгалтерских балансов не освобождает конкурсного управляющего от обязанности доказывания необходимой для привлечения к субсидиарной ответственности совокупности условий, в том числе негативного влияния заявленных эпизодов на проведение процедур банкротства (пункт 24 постановления Пленума № 53).  

В рассматриваемом деле суды на основании пояснений ответчика и имеющихся в деле доказательств установили, что ФИО3 фактически исполнена возложенная на него пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность по передаче документации, печати должника, а также передан флэш-носитель с данными базы 1С. Относительно отсутствия оригиналов ответчик пояснил, что у директора они отсутствуют, так как деловая и договорная практика взаимодействия должника и контрагентов в целом формировалась путем обмена электронными образами документов. Приведенные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением от 25.03.2025 по настоящему делу. Опровергая аргументы конкурсного управляющего, ответчик ссылался на то, что все сведения и подтверждающие документы (в том числе спорные универсальные передаточные документы по реализации контейнеров, а также данные по дебиторской задолженности общества с ограниченной ответственностью «Танира») направлялись в адрес управляющего - первично в период процедуры наблюдения, повторно - в бумажной форме почтовыми отправлениями с описью вложения.  

Доводы конкурсного управляющего об искажении данных бухгалтерской отчетности оценены судами с учетом имеющихся в деле доказательств, в том числе заключения специалиста-аудитора, из которого усматривается, что отражение в бухгалтерской (финансовой) отчетности дебиторской и кредиторской задолженности является результатам технической ошибки при работе с программным обеспечением. Наряду с этим суды обоснованно констатировали, что в материалах дела отсутствуют доказательства намеренного искажения ответчиком сведений бухгалтерского учета. Суждение конкурсного управляющего о непринятии бывшим руководителем должника самостоятельных мер по взысканию задолженности получил оценку судов с учетом обстоятельств, установленных в рамках иных судебных споров (дела № А51-9851/2025, № А40-118783/25-112-1000), убедительно не свидетельствующих о бесперспективности взыскания дебиторской задолженности, исходя из чего сделан вывод о недоказанности  

наличия недобросовестности в действиях (бездействии) ответчика и об отсутствии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности.  

Довод об отсутствии в обжалуемых судебных актах оценки обстоятельств утраты возможности взыскания задолженности в отношении отдельных дебиторов не может служить основанием к их отмене, поскольку не опровергает установленных по спору обстоятельств. Самим конкурсным управляющим представлены пояснения о передаче бывшим руководителем актов сверки взаимных расчетов с ООО «ФескоИТ» и книги продаж за 2022 год. Наряду с изложенным, материалы настоящего дела не содержат доказательств, позволяющих заключить, что при принятии бывшим руководителем мер по представлению доказательств в подтверждение дебиторской задолженности общества-банкрота в полном объеме в рамках дела о его банкротстве имелась высокая вероятность погашения требования должника за счет имущества дебитора, то есть имелась реальная возможность поступления истребуемых денежных средств в конкурсную массу должника с учетом введенной в отношении дебитора процедуры банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.08.2025 № 305-ЭС25-8).  

Резюмируя изложенное, суд округа констатирует, что доводы кассационной жалобы не могут быть приняты как основания для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не опровергают выводов судов и установленных фактических обстоятельств спора, являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и им дана правильная оценка.  

Нарушений норм процессуального права, повлекших принятие незаконных судебных актов, либо являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для их отмены, судами не допущено.  

С учетом изложенного основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.  

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы и с учетом предоставленной отсрочки ее уплаты подлежат взысканию в доход федерального бюджета (статья 110 АПК РФ).  

Руководствуясь статьями 110, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 03.06.2025, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2025 по делу № А51-10300/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мульти- Фрахт» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 50 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы.  

Арбитражному суду Приморского края выдать исполнительный лист. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья А.В. Ефанова 

Судьи Е.О. Никитин 

 Е.С. Чумаков