АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-9215/16 

Екатеринбург

29 февраля 2024 г.

 

Дело № А60-53971/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 февраля 2024 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Пирской О. Н.,

судей Калугина В. Ю., Тихоновского Ф. И.,

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Юмакс-Центр» ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «Айкон Шина» на определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2023 по делу № А60-53971/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа приняли участие конкурсный управляющий   общества с ограниченной ответственностью «Юмакс-Центр» (далее – общество «Юмакс-Центр», должник) ФИО1 (паспорт; далее – конкурсный управляющий, податель кассационной жалобы), а также представители: 

общества с ограниченной ответственностью «Айкон Шина» (далее – общество «Айкон Шина», податель кассационной жалобы) – ФИО2 (доверенность от 01.01.2024, паспорт); 

ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 19.01.2022, паспорт); 

ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 17.09.2022, удостоверение адвоката). 

 

 Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.02.2016 общество «Юмакс-Центр» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО7. 

Конкурсный управляющий ФИО7 15.11.2018 обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО5, ФИО3 

Общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Строймонтаж» (далее – общество «СК «Строймонтаж») 25.01.2019 обратилось в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5

Общество с ограниченной ответственностью «Нокиан Шина» 09.09.2019 обратилось в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9, ФИО10, ФИО11, Пауля Куссмауля, «ПОЙНТ Кей-Ви с.р.о.», ФИО12 и ФИО13.

Конкурсный управляющий ФИО7 30.12.2019 обратилась в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков с ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Альянстехснаб» (далее – общество «Альянстехснаб»), общества с ограниченной ответственностью «Сервис Плюс» (далее – общество «Сервис Плюс»).

Определениями Арбитражного суда Свердловской области от 05.02.2019 и 09.08.2020 указанные заявления объединены для совместного рассмотрения в порядке, предусмотренном статьей 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением арбитражного суда от 16.01.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО1 

Определениями Арбитражного суда Свердловской области от 05.07.2019 и 31.08.2020 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО14, общество с ограниченной ответственностью «Вектор» (далее – общество «Вектор»), общество с ограниченной ответственностью «Октант» (далее – «Октант»), общество с ограниченной ответственностью «Оптимальные решения» (далее – общество «Оптимальные решения»), ФИО9, ФИО15.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2023 в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 определение суда первой     инстанции оставлено без изменения. 

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный управляющий и общество «Айкон Шина» обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами. 

Конкурсный управляющий в кассационной жалобе просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований. Податель кассационной жалобы сылается на неправильное применение судами норм Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в части определения вины ФИО5 Конкурсный управляющий указывает, что им в отношении каждого из ответчиков были представлены достаточные доказательства, подтверждающие наличие оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности, что не было учтено и оценено судами. Конкурсным управляющим было доказано, что в результате сокрытия ответчиками информации, непередачи ими документации и товарно-материальных ценностей на сумму более 420 млн руб. оказалось невозможным пополнение конкурсной массы и проведение расчетов с кредиторами. Судами также не были приняты во внимание судебные акты о признании сделок должника недействительными и наличия у таких сделок цели вывода активов должника. Помимо этого, конкурсный управляющий отмечает, что, делая вывод об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, суды не установили причин объективного банкротства должника, ограничившись принятием доводов ответчика о наличии финансового кризиса, подтвержденными только статьей из Википедии. Кроме того, конкурсный управляющий также ссылается на нарушение судами бремени доказывания, выразившееся в возложении на него обязанности доказать обстоятельства, которые им уже были подтверждены с разумной степенью достоверности, в связи с чем бремя их опровержения должно было перейти на ответчиков. 

 Общество «Айкон Шина» в кассационной жалобе просит обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований. Податель кассационной жалобы указывает на нарушение судами норм материального права, выразившееся в неустановлении причин объективного банкротства должника и немотивированном отклонении доводов заявителей в данной части. Так, суды не исследовали причины объективного банкротства должника, приняли представленную ФИО5 статью из открытой энциклопедии, не соотнеся общие факторы экономического спада с деятельностью должника. Кроме того, суды неверно распределили бремя доказывания при определении причинно-следственной связи между действиями ответчиков и банкротством должника. Суды ошибочно возложили на заявителей обязанность установить, куда выбыло имущество должника, тогда как в данном случае бремя опровержения презумпции невозможности проведения расчетов с кредиторами вследствие действий контролирующих должника лиц должно было перейти на последних. Податель кассационной жалобы также отмечает, что суды неверно применили нормы Закона о банкротстве в части определения выгодоприобретателей в результате незаконных действий контролирующих должника лиц, ошибочно не установив статус выгодоприобретателей у Пауля Куссмауля и «ПОЙНТ Кей-Ви с.р.о.».

ФИО5, ФИО15, ФИО13, ФИО3 в отзывах на кассационные жалобы просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационных жалоб.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «Юмакс-Центр» зарегистрировано в качестве юридического лица 29.10.2002 и входило в группу компаний «Юмакс» наряду с иными юридическими лицами (общества «УТК «Юмакс-Центр», «Юмакс-ЗЭТРОН», «Юмакс-КП», «Юмакс-Север», «Юмакс-Тюмень», «Юмакс-Челябинск» и другие).

ФИО5 является учредителем общества «Юмакс-Центр», в настоящее время доля его участия составляет 90 % уставного капитала, с момента создания общества «Юмакс-Центр» и до введения процедуры конкурсного производства исполнял обязанности единоличного исполнительного органа должника, а в предбанкротный период – полномочия ликвидатора.

ФИО8 является участником общества «Юмакс-Центр» с долей в уставном капитале 10 % и приходится ФИО5 дочерью. 

ФИО3 в период с 2002 о 2015 год являлся исполнительным директором общества «Юмакс-Центр», на его имя был выдан ряд доверенностей, наделявших ФИО3 правом подписания от имени должника договоров поручительства, налоговых деклараций и отчетности, заключения сделок, открытия счетов, представления интересов общества в государственных органах, с правом давать  обязательные указания работникам должника относительно трудовых взаимоотношений. ФИО3 занимал значимые должности в иных компаниях группы «Юмакс», а также был  единственным участником и руководителем в обществах «Вектор» и «Сервис Плюс». 

ФИО9 в период с 30.04.2009 по 08.09.2015 занимала должность финансового директора должника на основании трудового договора от 30.04.2009.

ФИО5 02.07.2008 была учреждена компания «ПОЙНТ Кей-Ви с.р.о.» (г. Карловы Вары, Чешская Республика), доли в уставном капитале которой были распределены следующим образом: ФИО5 – 40 %, ФИО14 – 30 % (супруга ФИО5), ФИО8 – 15 % (дочь Юсина А.З)., ФИО16 – 15 %. Директором компании являлся ФИО5, а с 29.01.2009 дополнительными директорами стали ФИО14, ФИО8 и ФИО16 

Впоследствии принадлежащие ФИО8 и ФИО5 доли отчуждены П. Куссмаулю. Данная сделка была признана недействительной в рамках дела о банкротстве ФИО5 (№ А60-57/2016). 

Ссылаясь на непередачу ответчиками документов и товарно-материальных ценностей, причинение ими вреда имущественным интересам должника и его кредиторов посредством совершения сделок, вывод активов должника в пользу взаимозависимых лиц, конкурсный управляющий и общество «Айкон Шина» обратились в арбитражный суд с заявлениями о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности и взыскании с них убытков. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по приведенным конкурсным управляющим мотивам, а также из отсутствия оснований для взыскания с ФИО3, обществ «Альянстехснаб» и «Сервис Плюс» убытков. Суд апелляционной инстанции с данными выводами согласился, при этом суды руководствовались следующим.

Поскольку вменяемые ответчикам действия, приведенные конкурсным управляющим и обществом «Айкон Шина» в обоснование заявленных требований, произошли до 2017 года, суды правильно определили, что к рассматриваемым правоотношениям подлежат применению нормы Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ. 

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве  предусмотрена субсидиарная ответственность контролирующего должника лица в том случае, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие их действий и (или) бездействия.

К рассматриваемым правоотношениям применяется презумпция, согласно которой причиной несостоятельности (банкротства) должника считаются действия (бездействие) контролирующих должника лиц в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения, одобрения сделок должника или непередачи конкурсному управляющему документации бухгалтерского учета и (или) отчетности либо ее искажения, в результате которых проведение процедур банкротства, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, существенно затруднены. 

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И, напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон, проанализировав ситуацию на кредитном, валютном и инвестиционном рынке в относимые периоды, установив, что возрастание кредитной нагрузки, снижение объема продаж  в первом полугодии 2015 года привело к существенному снижению прибыли, что повлекло возникновение  первой просрочки по кредитным обязательствам (26.09.2015), а также принимая во внимание, что ни конкурсным управляющим, ни обществом «Айкон Шина» не доказано наличие причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и наступлением признаков объективного банкротства должника, суды сделали вывод, что причиной банкротства должника стали внешние обстоятельства, не связанные с действиями (бездействием) ответчиков.  

В обоснование требований к ФИО5 конкурсный управляющий ссылался на непередачу им документации, устанавливающей размер и состав дебиторской задолженности, а также товарно-материальных ценностей. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.07.2016 по данному делу на ФИО5 была возложена обязанность передать конкурсному управляющему инвентаризационные описи имущества, иные документы об имуществе, в том числе подтверждающие кредиторскую и дебиторскую задолженность, бухгалтерскую базу 1С, а также поквартальные балансы за 2013–2015 годы.

Установив, что в распоряжение конкурсного управляющего была передана документация, подтверждающая наличие дебиторской задолженности на сумму более 330 млн руб., и бухгалтерская база 1С, а из определений суда от 16.10.2018 по делу № А60-66140/2017, от 12.01.2017 по делу № А60-44/2016 и от 27.12.2016 по делу № А60-54/2016 следует, что документы, подтверждающие задолженность ФИО14, обществ «УТК «Юмакс» и «Юмакс-КП», имелись в распоряжении конкурсного управляющего, учитывая, что исполнительное производство, возбужденное на основании определения суда от 11.07.2016, окончено 11.09.2017 в связи с его исполнением, а также исходя из того, что после проведения инвентаризации конкурсный управляющий не обращался к ФИО17 с заявлением о передаче запасов, сделки, направленные на отчуждение запасов, в ходе процедуры конкурсного производства не были выявлены, учитывая сведения, отраженные в аудиторском заключении от 31.05.2015, финансовом анализе и инвентаризационной описи конкурного управляющего за соответствующие периоды, суды обеих инстанций обоснованно заключили, что факт уклонения ФИО17 от передачи конкурсному управляющему документации и товарно-материальных ценностей (запасов) должника не доказан, оснований для привлечения ФИО17 к субсидиарной ответственности по данному мотиву не имеется. 

Помимо этого, отклоняя доводы конкурсного управляющего о сокрытии ФИО5 товарно-материальных ценностей на сумму более 100 млн. руб., суды также исходили из того, что само по себе отражение в бухгалтерской документации (оборотно-сальдовых ведомостях) товара на сумму более 132 млн руб. факт вывода активов не подтверждает, а свидетельствует лишь о неправильном ведении бухгалтерского учета. Аудиторским заключением, проведенным по поручению общества «Айкон Шина», выявлено наличие на оптовых складах общества «Юмакс-Центр» товарных запасов на общую сумму 421 164 тыс. руб., при этом установлены незначительные отклонения от данных бухгалтерского учета. 

Судом апелляционной инстанции также учтены пояснения ФИО5, согласно которым при введении процедуры банкротства в отношении должника оставались товарные остатки на сумму более 130 млн руб., что отражено в инвентаризационной описи конкурсного управляющего от 25.07.2016, на дату введения процедуры несостоятельности (банкротства) стоимость основных средств и активов группы компаний «Юмакс» превышала 1 млдр руб.

Кроме того, как верно указано судами, на протяжении семи лет процедуры банкротства конкурсными управляющими не были выявлены сделки, которые могли бы быть направлены на вывод спорных товарно-материальных ценностей. При этом каких-либо пояснений относительно того, как могли быть выведены товарно-материальные ценности на столь значительную сумму, конкурсным управляющим и иными заявителями по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности не приведено. 

Таким образом, учитывая отсутствие доказательств, что товарно-материальные ценности на сумму, указанную конкурсным управляющим, в принципе имелись у должника, обстоятельств, свидетельствующих об их выводе, не приведено, суды правомерно отклонили доводы конкурсного управляющего о сокрытии и выводе ответчиками товарно-материальных ценностей в указанном управляющим размере. 

Вопреки доводам конкурсного управляющего обстоятельства, составляющие презумпцию причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче ими документов, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения, которое выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов. В рассматриваемом случае такое противоправное поведение ответчиков не доказано. 

Помимо этого, в обоснование требований к ФИО5 конкурсный управляющий также указывал на совершение им действий по преднамеренному (контролируемому) банкротству должника, ссылаясь на следующие судебные акты:

– определение от 27.03.2018 по данному делу о признании договора займа от 14.05.2013, заключенного между ФИО12 и ФИО8, и договора поручительства от 14.05.2013, обеспечивающего исполнения обязательства по указанному договору займа поручительством должника и ФИО5, недействительными сделками и исключении требований ФИО12 из реестра требований кредиторов должника; 

– определение от 19.12.2016 о признании недействительными сделками договоров поручительства и залога, заключенных между должником и ФИО13, исключении требований последнего из реестра требований кредиторов должника. 

Исходя из того, что указанные сделки фактически не причинили ущерб должнику, в связи с чем не могли повлиять на погашение требований кредиторов, а объективное банкротство должника возникло по иным причинам, не связанным с заключением названных сделок, суды отклонили доводы конкурсного управляющего в обозначенной части и правомерно заключили, что приведенные им мотивы не подтверждают наличие оснований для привлечения ФИО17, а равно и иных ответчиков, к субсидиарной ответственности по указанному эпизоду. 

Доводы конкурсного управляющего и общества «Айкон Шина», основанные на наличии судебных актов о признании сделок недействительными, подлежат отклонению, поскольку само по себе признание отдельной сделки должника недействительной не влечет автоматической констатации наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. 

Как разъяснено в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 5 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. В рассматриваемом же случае факт причинения существенного вреда кредиторам в результате указанных сделок судами установлен не был. 

Отклоняя доводы конкурсного управляющего об отчуждении ФИО5 своих активов (доли в уставном капитале «ПОЙНТ Кей-Ви с.р.о.») с целью сокращения своей конкурсной массы как поручителя по обязательствам должника, суды обоснованно учли, что для целей привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать, что противоправные действия были совершены за счет должника и (или) в отношении его активов. Вместе с тем в рассматриваемом случае судами не установлено и материалами дела не подтверждено, что активы в Республике Чехия приобретались за счет должника, доказательств обратного не представлено (квартиры приобретены на  ипотечные   средства). 

В обоснование привлечения к субсидиарной ответственности Ю-ных, компании «ПОЙНТ Кей-Ви с.р.о.» и П. Куссмауля конкурсный управляющий и общество «Айкон Шина» также указали, что через участие в компании «ПОЙНТ Кей-Ви с.р.о.» ФИО5 и ФИО8 владеют двумя квартирами, приобретенными в 2009 году на средства должника, а сама компания является лишь прикрытием в целях сокрытия активов должника. Тогда как П. Куссмауль и ФИО14 непосредственно участвуют в схеме вывода активов как учредители и директора компании. 

Признавая указанные доводы необоснованными, суды исходили из недоказанности того, что спорные квартиры были приобретены за счет должника либо им осуществлялось погашение ипотечного кредита, а также учли, что по состоянию на 23.04.2019 задолженность не была погашена и составляла более 2789 тыс. чешских крон. Из   обстоятельств дела следует, что погашение ипотечного обязательства осуществляется за счет средств самой компании путем сдачи квартир в аренду. При этом каких-либо доводов, подтверждающих возражения конкурсного управляющего в данной части, и которые не были бы учтены судами, в кассационных жалобах не приведено. 

Таким образом, учитывая изложенное и исходя из установленных фактических обстоятельств, суды пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 по вышеуказанным мотивам. При этом, поскольку совокупность обстоятельств, которыми конкурсный управляющий и общество «Айкон Шина» обосновывали привлечение к субсидиарной ответственности ФИО14, ФИО8, компании «ПОЙНТ Кей-Ви с.р.о.», Орла Д.А., П. Куссмауля, ФИО3, идентична рассмотренным выше, суды обоснованно не усмотрели оснований для удовлетворения требований и к остальным ответчикам. 

Отклоняя доводы конкурсного управляющего по взаимоотношениям должника, ФИО3 и общества «Вектор», суды исходили из того, что в период с 2016 по 2018 год общество «Вектор» производило погашение задолженности перед должником, и учли, что согласно судебным актам по делу № А60-53971/2015 обществом «Вектор» в пользу должника осуществлен возврат товара на сумму более 11 млн руб., а в рамках дела о банкротстве общества «Вектор» (№ А60-55582/2019) противоправное поведение ФИО3 установлено не было. 

Что касается требований к ФИО9 и обществу «Оптимальные решения», то в данной части суды правильно указали на недоказанность как наличия у данных ответчиков статуса контролирующего должника лица, так и причастности к заключению приведенных конкурсным управляющим сделок – договоров поручительства от 14.05.2013 перед ФИО12 и от 14.01.2013 перед ФИО13, перечислению денежных средств в пользу общества «Оптимальные решения». Помимо этого, как указано ранее, судами не было установлено, что данные сделки причинили существенный вред должнику и его кредиторам. 

Отказывая в удовлетворении требований к ФИО10, суды обоснованно исходили из недоказанности наличия у нее статуса контролирующего должника лица и какого-либо участия в совершении сделок по поручительству. 

В отношении требований к ФИО15 по взаимоотношениям с обществом «Октант», установив, что названное общество предпринимало действия по погашению задолженности по договору поставки от 01.04.2015 № 458/2015-осм, заключенному между ним и должником, при этом в рамках дела о банкротстве общества «Октант» (№ А60-58162/2019) до настоящего времени не было выявлено противоправных действий, направленных на вывод имущества, суды обеих инстанций сделали правильный вывод об отсутствии оснований для удовлетворения требований в данной части.

При таких обстоятельствах, установив, что факт уклонения ответчиков от передачи конкурсному управляющему документации и товарно-материальных ценностей (запасов) должника не доказан, учитывая, что доказательства, свидетельствующие о невозможности проведения процедур банкротства в отношении должника, расчетов с кредиторами вследствие виновных противоправных действий ответчиков, не представлены, а также принимая во внимание необоснованность привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с совершением вышеуказанных сделок ввиду отсутствия причинения данными сделками вреда должнику и его кредиторам, заключив, что причиной банкротства должника послужили внешние объективные обстоятельства, а не действия ответчиков,  создание какой-либо схемы по выводу активов судом не выявлено, суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу об отсутствии оснований для привлечения всех контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Руководствуясь статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации а также разъяснениями, изложенными в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», учитывая, что причинение вреда вследствие действий ответчиков не доказано, суды также не усмотрели оснований для взыскания с ответчиков убытков. 

Данные выводы судов являются правильными, сделаны в соответствии с верным применением норм материального и процессуального права, оснований не согласиться с ними суд округа не находит. 

Доводы кассационных жалоб судом округа отклоняются, так как они были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом податель кассационной жалобы фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное заявление по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами апелляционной инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 20.10.2023 по делу № А60-53971/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Пирская 

 

Судьи                                                                            В.Ю. Калугин 

 

                                                                                             Ф.И. Тихоновский