Дело № А43-40896/2021

город Владимир

25 декабря 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2024 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Полушкиной К.В., 

судей Волгиной О.А., Кузьминой С.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Логвиной И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «155 Военпроект», ФИО1, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СУ 700» ФИО2

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 03.09.2024 по делу № А43-40896/2021,

принятое по заявлению конкурсного кредитора ООО «155 Военпроект» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) и конкурсного управляющего ООО «СУ 700» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) ФИО2 к ФИО1, ООО «Мост» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) о признании договора цессии от 14.09.2020, заключенного между должником и ФИО1, договора цессии от 01.03.2019, заключенного между ООО «Мост» и ФИО1, недействительными сделками, применении последствий недействительности сделок,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФГУП «Главное военно-строительное управление №14» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Сарко» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

при участии:

от конкурсного управляющего ООО «СУ 700» ФИО2 – ФИО2 (лично), на основании паспорта гражданина РФ; ФИО3, по доверенности от 25.09.2024 сроком действия три года;

от ООО «155 Военпроект» – ФИО4, по доверенности от 14.03.2023 сроком действия три года;

от ФИО1 – ФИО5, по доверенности от 05.09.2023 сроком действия три года;

от ФГУП «Главное военно-строительное управление № 14» – ФИО6, по доверенности от 16.10.2024 № 356/24-ДАПР сроком действия по 31.12.2025;

от ООО «Сарко» – ФИО7, по доверенности от 25.10.2022 № 3-22 сроком действия три года; ФИО8, по доверенности от 13.01.2023 № 1-53 сроком действия три года,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление 700» (далее – должник, ООО «СУ 700») в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании недействительными договора цессии от 14.09.2020, заключенного между должником и ФИО1, и договора цессии от 01.03.2019, заключенного между ООО «Мост» и ФИО1, применении последствий недействительности сделок, обратилось общество с ограниченной ответственностью «155 Военпроект» (далее – ООО «155 Военпроект»). Позднее с требованием о признании недействительным договора цессии от 14.09.2020, заключенного между ООО «СУ 700» и ФИО1 обратился конкурсный управляющий должником ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 03.09.2024 заявленные требования удовлетворил частично: признал недействительной сделку - договор уступки права требования от 14.09.2020, заключенный между ООО «СУ 700» и ФИО1, применил последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «СУ 700» к ФГУП «Главное военно-строительное управление ГВСУ №14» (далее – ФГУП «ГВСУ №14») в размере 311 876 165,35 руб. и взыскания с ФИО1 в пользу ООО «СУ 700» рыночной стоимости реализованной части требования в сумме 9 000 000 руб. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «155 Военпроект» и конкурсный управляющий ФИО2 обратились в Первый арбитражный апелляционный суд с жалобами, в которых просят отменить обжалуемое определение в части применения последствий недействительности сделки, и принять в указанной части новый судебный акт, восстановив право требования «СУ 700» к ФГУП «Главное военно-строительное управление ГВСУ №14» в размере 365 504 257,26 руб.

Подробно доводы кредитора и конкурсного управляющего изложены в апелляционных жалобах (вх. от 02.10.2024, от 03.10.2024).

ФИО1 в апелляционной жалобе (вх. от 17.09.2024) просит определение суда первой инстанции отменить в полном объеме, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявлений о признании сделки (договора цессии от 14.09.2020) недействительной. Ответчик ссылается на отсутствие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Определениями Первого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2024, от 30.10.2024, от 02.11.2024 апелляционные жалобы приняты к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В заседании суда апелляционной инстанции представители заявителей поддержали доводы, изложенные в апелляционных жалобах, настаивали на их удовлетворении.

ФГУП «ГВСУ №14» поддержало позиции ООО «155 Военпроект» и конкурсного управляющего ФИО2, просило отменить определение суда первой инстанции в части взыскания с ФИО1 в пользу ООО «СУ 700» 9 000 000 руб., и принять в указанной части новый судебный акт о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «СУ 700» 53 628 091,90 руб. (отзыв вх. от 22.11.2024).

Третье лицо, ООО «Сарко», просило определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «155 Военпроект» – без удовлетворения (отзыв вх. от 15.11.2024).

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 27.11.2024 был объявлен перерыв до 11.12.2024 до 14 час. 00 мин.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов обособленного спора, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.06.2019 по делу № А56-28868/2019 с ФГУП «Главное военно-строительное управление №14» в пользу ООО «СУ 700» взыскано 365 504 257,26 руб. задолженности по договорам субподряда № 1517187386362090942000000/ДС-5560-5/СД от 18.05.2016, № 1517187386362090942000000/ДС-5560-6\СД от 29.06.2016.

14.09.2020 между ООО «СУ 700» в лице генерального директора ФИО9 (цедентом) и гр. ФИО1 (цессионарием) заключен договор уступки права требования, согласно условиям которого, цедент уступает, а цессионарий принимает право требования денежных средств к должнику, - ФГУП «Главное военно-строительное управление №14», в размере 365 504 257,26 руб.

Согласно пункту 3.2 договора, в счет уступаемого права требования к должнику в размере 365 504 257,26 руб. цессионарий производит зачет задолженности цедента в размере 305 000 000 руб. по договору цессии б/н от 01.03.2019, по которому к цессионарию перешло право требования к цеденту от ООО «Мост» (ОГРН 

<

***>) в размере 305 000 000 руб.

В силу пункта 3.3 договора, в результате указанной уступки прав требования к цессионарию переходят права требования к должнику в размере 365 504 257,26 руб., а задолженность цедента перед цессионарием по договору цессии от 01.03.2019 в размере 305 000 000 руб. погашается зачетом.

В соответствии с условиями договора уступки права требования от 01.03.2019, заключенного между ООО «Мост» в лице директора ФИО9 (цедентом) и гр. ФИО1 (цессионарием), цедент уступил, а цессионарий принял право требования денежных средств к должнику ООО «СУ 700» в размере 305 000 000 руб. 

Согласно пункту 1.2 договора от 01.03.2019, право требования, принадлежащее цеденту, возникло в результате выполнения цедентом для должника работ и подтверждается следующими документами:

- договор подряда № 2260/СП/2 от 23.06.2016: акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.09.2017, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 № 4 от 25.09.2017 на сумму 31 037 516,32 руб.; акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.09.2017, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 № 5 от 25.09.2017 на сумму 22 098 968,92 руб.; акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.12.2017, акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 2 от 25.12.2017, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 № 4 от 25.12.2017 на сумму 255 755 928,88 руб. 

Задолженность должника перед цедентом на 01.03.2019 по договору подряда № 2260/СП/2 от 23.06.2016 составляет 280 905 493,26 руб.;

- договор подряда № 1СП/ДС-5560-6/СД от 01.08.2016: акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.11.2016 (сумма акта - 27 975 757 руб.), акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.11.2016 (сумма акта - 18 983 561 руб.), справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 № 3 от 25.11.2016 на сумму 55 411 995,24 руб.;

Задолженность должника перед цедентом на 01.03.2019 по договору подряда № 1СП/ДС-5560-6/СД от 01.08.2016 составляет 15 539 455,79 руб.;

- договор подряда № 2СП/ДС-5560-6/СД от 10.08.2016: акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.09.2016, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 № 1 от 25.09.2016 на сумму 14 969 767,92 руб.; акт о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.10.2016, справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 № 1 от 25.10.2016 на сумму 10 323 985,20 руб.;

Задолженность должника перед цедентом на 01.03.2019 по договору подряда № 2СП/ДС-5560-6/СД от 10.08.2016 составляет 22 293 753,12 руб.

По договору цессии от 01.03.2019 цедент передал часть прав требований, указанных в пункте 1.3 договора, в общем размере 305 000 000 руб.

По настоящему договору цессионарий выплачивает цеденту сумму в размере 900 000 руб. в день подписания договора. Цессионарий обязуется выплатить цеденту сумму в размере 50 % от суммы полученных от должника денежных средств по уступленным правам требования, в срок, не позднее пяти рабочих дней с даты их получения от должника (пункт 3.1 договора от 01.03.2019).

20.12.2021 ФГУП «Главное военно-строительное управление № 14» обратилось в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Строительное управление 700».

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 14.03.2022 ООО «СУ 700» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 07.09.2022 ООО «СУ 700» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

ООО «155 Военпроект», ссылаясь на положения статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, и указывая, что ООО «СУ 700», несмотря на наличие значительной задолженности перед кредиторами произвел отчуждение своего наиболее существенного актива - дебиторской задолженности в размере 365 504 257,26 руб., в отсутствие надлежащих доказательств предоставления ФИО1 равноценного встречного исполнения за уступленные права требования, что привело к фактической невозможности удовлетворения должником требований кредиторов за счет данной дебиторской задолженности, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора цессии от 14.09.2020, заключенного между ООО «СУ 700» и ФИО1, и договора цессии от 01.09.2019, заключенного между ФИО1 и ООО «Мост».

В свою очередь, конкурсный управляющий ФИО2, полагая, что договор уступки прав требований от 14.09.2020, заключенный между ФИО1 и должником, совершен с целью причинения вреда правам и интересам кредиторов, поскольку направлен на безвозмездное изъятие дебиторской задолженности должника, указывая, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами в силу статьи 19 Закона о банкротстве и в отношении ФИО1 действует презумпция осведомленности об обстоятельствах противоправного поведения и реализации цели причинения вреда кредиторам должника, обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании указанной сделки должника недействительной. 

В обоснование причинения вреда конкурсный управляющий указал на непогашенную задолженность перед ФГУП «ГВСУ № 14», существовавшую на момент заключения договора от 14.09.2020, факт аффилированности должника и ответчика, а также отсутствие реальности правоотношений по договорам подряда № 2260/СП/2 от 23.06.2016, № 1СП/ДС-5560-6/СД от 01.08.2016, № 2/СП/ДС-5560-6/СД от 10.08.2016,  долг по которым послужил основанием для зачета требований цедента и цессионария.

В качестве правового основания для оспаривания сделки должника конкурсный управляющий сослался на положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Определением арбитражного суда от 07.06.2023 конкурсный управляющий ФИО2 привлечен к участию в обособленном споре в качестве созаявителя.

По результатам рассмотрения спора суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности совокупности условий, необходимых для признания договора уступки права требования от 14.09.2020 недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротства. Применяя последствия признания договора цессии от 14.09.2020 недействительным в виде восстановления оставшихся у ФИО1 прав требования к ООО «СУ 700» в размере 311 876 165,35 руб. и взыскания с ФИО1 9 000 000 руб. в качестве компенсации за утрату части требования в размере 53 628 091,90 руб., судом принят во внимание договор уступки права требования от 02.09.2021, заключенный между ФИО1 и ООО «Сарко».

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, Первый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Право конкурсного управляющего на обращение в суд с соответствующим заявлением закреплено в статье 61.9, пункте 3 статьи 129 Закона о банкротстве. 

Согласно положению пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве с заявлением об оспаривании сделок должника вправе обратиться конкурсный кредитор или уполномоченный орган, если размер кредиторской задолженности перед ним. включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Исходя из пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

Постановление

 № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

По смыслу разъяснений, содержащихся в Постановлении № 63, приведенный перечень сделок, подлежащих оспариванию по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, не является исчерпывающим. 

Кроме того, необходимо учитывать правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в определениях от 18.12.2017 № 305-ЭС17- 12763 и от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17342, согласно которой фактически в деле о банкротстве в целях защиты кредиторов от недобросовестного поведения должника и части его контрагентов, а также в целях соблюдения принципов очередности и пропорциональности удовлетворения требований всех кредиторов потенциально могут оспариваться любые юридические факты, которые негативно влияют на имущественную массу должника.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 9 Постановления № 63, следует, что в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве указано понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов – уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу пункта 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. По правилам обозначенной нормы права недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, проверка соответствия правоотношений, складывающихся между должником и третьими лицами, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в Постановлении № 63, предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о неравноценности встречного предоставления по сделке; совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Обязательным условием недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является осведомленность лица, в отношении которого совершена сделка, о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

В силу требований части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции верно исходил из того, что дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «СУ 700» возбуждено 27.01.2022, договор уступки права требования между должником и ФИО1 заключен 14.09.2020, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами банкротного дела подтверждается, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, срок исполнения которых наступил, в частности, перед ФГУП «Главное военно-строительное управление №14», подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами.

Так, решением Арбитражного суда города Москвы от 31.07.2020 по делу № А40-73971/2020 с ООО «СУ 700» в пользу ФГУП «ГВСУ № 14» взыскана сумма неотработанного аванса по договору от 26.08.2017 № 1517187386362090942000000/ДС-5560-632.5 в размере 31 908 096,75 руб., проценты за пользование коммерческим кредитом за период с 17.05.2019 по 17.02.2020 в размере 2 161 545,49 руб., неустойка за период с 16.09.2019 по 17.02.2020 в размере 2 537 692,07 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами (неотработанный аванс) за период с 26.02.2020 по 30.06.2020 в размере 622 905,33 руб., задолженность по оплате генподрядных услуг в размере 18 138 723,65 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами (услуги генподряда) за период с 14.09.2017 по 30.06.2020 в размере 3 077 170,84 руб. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.09.2020 по делу № А40-46561/2020 с ООО «СУ 700» в пользу ФГУП «ГВСУ №14» взыскана сумма аванса в размере 3 492 185,64 руб., проценты за пользование коммерческим кредитом в размере 550 630,27 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 47 110,14 руб., неустойка в размере 266 830,75 руб., задолженность по оплате генподрядных услуг в размере 566 632,93 руб., гарантийный депозит в размере 1 153 261,62 руб. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.09.2020 по делу № А40-53811/2020 с ООО «СУ 700» в пользу ФГУП «ГВСУ №14» взыскана сумма неосновательного обогащения в размере 42 568 192,44 руб., 567 583,86 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 29 572 284,92 руб. неустойки.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.09.2020 по делу № А40-46764/2020 с ООО «СУ 700» в пользу ФГУП «ГВСУ №14» взыскана сумма неотработанного аванса по договору от 04.05.2018 № 1517187386362090942000000/ДС-5560-632.12 в размере 1 405 744,48 руб., проценты за пользование коммерческим кредитом за период с 20.08.2019 по 25.12.2019 в размере 40 719,73 руб., неустойка за период с 17.10.2019 по 25.12.2019 в размере 45 677,54 руб., проценты за пользование чужими денежными (неотработанный аванс) средствами за период с 26.12.2019 по 06.03.2020 в размере 17 038,04 руб., задолженность по оплате генподрядных услуг в размере 5 390 924,24 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами (услуги генподряда) за период с 01.07.2018 по 06.03.2020 в размере 569 416,35 руб. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.10.2021 по делу № А40-53770/2020 с ООО «СУ 700» в пользу ФГУП «ГВСУ №14» взыскана сумма неосновательного обогащения в сумме 23 323 385,99 руб., проценты за пользование коммерческим кредитом в сумме 11 003 884,30 руб., задолженность в сумме 1 572 554,14 руб., проценты в сумме 1 232 737,67 руб., неустойка в сумме 1 183 916 руб.

По смыслу правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), наличие у должника в спорный период неисполненных обязательств, требования из которых в настоящее время включены в реестр, подтверждают факт его неплатежеспособности в спорном периоде.

В рассматриваемом случае задолженность перед ФГУП «Главное военно-строительное управление № 14», имеющаяся на дату совершения спорной сделки, послужила основанием для инициирования процедуры банкротства в отношении должника, в связи с чем, доводы ФИО1 об отсутствии признаков неплатежеспособности должника суд апелляционной инстанции признает несостоятельными. 

Коллегия судей учитывает, что положительная структура баланса ООО «СУ 700» в 2019-2020 гг. сама по себе не свидетельствует о платежеспособности должника. Доказательств наличия у должника достаточного размера средств для расчетов с кредиторами в спорный период в материалы дела не представлено, и, напротив, опровергается имеющимися в материалах банкротного дела доказательствами.

Учитывая данные обстоятельства, суд первой инстанции верно установил, что на момент заключения оспариваемого договора должник обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Судом первой инстанции также установлены обстоятельства, свидетельствующие о заинтересованности ответчика по отношению к должнику.

На основании пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях данного закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются, в частности лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В статье 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» установлено, что группой лиц признается совокупность физических и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам, указанным в данной статье.

Аффилированные лица – физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (абзац третий статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов, по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Судом первой инстанции установлено, что ООО «Мост» и ФИО1 являются заинтересованными лицами по отношению к ООО «СУ 700», что подтверждается корпоративным участием одних и тех же лиц или их родственников в указанных Обществах.

В период с 14.01.2015 по 18.12.2019 участником ООО «СУ 700» являлась ФИО10.

Также ФИО10 являлась участником ООО «700-ая Строймехколонна» (ИНН 

<

***>) с долей в уставном капитале 50 %, доля в размере 50 % в период с 25.03.2014 по 30.06.2017 принадлежала ФИО1.

В период с 19.12.2019 по 08.07.2021 единственным участником и руководителем ООО «СУ 700» являлся ФИО9.

Также ФИО9 в период с 30.11.2016 по 07.07.2019 являлся участником ООО «Мост» (ОГРН 

<

***>) - 33,33 %, а также его руководителем в период с 24.06.2016 по 07.08.2019. 

Доля в уставном капитале ООО «Мост» в размере 66,67 % в период с 31.01.2013 по 25.03.2019 принадлежала ФИО1. Она же являлась руководителем ООО «Мост» с 31.01.2013 по 24.06.2016.

ФИО1 является матерью ФИО1.

Согласно сведениям с официального сайта «Контур.Фокус» в отношении ООО «СУ 700», в разделе «Ближайшие связи - Исторические» имеется запись о наличии близких связей с ООО «Мост», ООО «700-ая Строймехколонна».

Конкурсным управляющим указано на совпадение адреса местонахождения (регистрации) участников рассматриваемых правоотношений. 

Должник, ООО «СУ 700», с 18.07.2017 до 14.11.2019 был зарегистрирован по адресу: 603089, 

<

...>. По тому же адресу с 10.01.2018 по 28.05.2020 располагалось ООО «Мост»: 603089, 

<

...>.

До 10.01.2018 ООО «Мост» было зарегистрировано по адресу: 603006, 

<

...>. Этот же адрес значится в выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «700-ая Строймехколонна». В материалы дела представлены платежные поручения об оплате ФИО1 в пользу ФИО11 денежных средств, в графе «плательщик» которых указано: «ФИО1 // 603006, 

<

...> //».

Ссылаясь на совпадение IP-адресов ООО «Мост» и ООО «СУ 700», конкурсный управляющий отметил следующее.

ООО «СУ 700» работало со следующих IP-адресов: 95.79.106.125, 83.149.45.160, 176.59.97.251, 83.149.44.68; 

ООО «Мост» использовало следующие IP-адреса: 95.79.106.125, 83.149.45.168, 83.149.45.163, 83.149.45.166, 83.149.45.161, 176.59.144.251, 83.149.44.66.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации» сетевой адрес (IP-адрес) – это идентификатор в сети передачи данных, определяющий при оказании телематических услуг связи абонентский терминал или иные средства связи, входящие в информационную систему. Иными словами, IP-адрес - это набор символов, позволяющий определять в сети Интернет компьютер или иное устройство. Он состоит из четырех десятичных чисел. Первые два числа адреса определяют номер сети, последние два - номер узла (компьютера). Частое совпадение первых цифр в IP-адресе указывает на то, что компания и ее контрагенты имеют территориально близкие друг к другу точки доступа, совпадение же всех четырех чисел позволяет утверждать, что все лица использовали одну точку доступа.

Разумных объяснений тому, почему независимые друг от друга коммерческие организации работали с одного и того же IP-адреса (95.79.106.125) или с похожими IP-адресами, не представлено.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что электронное взаимодействие с банками относится к сфере коммерческой тайны предприятия и маловероятно, что один и тот же IP-адрес мог использоваться реально независимыми субъектами.

Судебная практика включает многочисленные примеры того, что именно аффилированные лица часто используют одни и те же адреса помещений, IP-адреса для электронного взаимодействия, телефоны, сайты и пр.

Опровержение таких обстоятельств лежит на лицах, в отношении которых демонстрируются разумные подозрения в аффилированности и приводятся соответствующие доказательства. Между тем, указанные конкурсным управляющим обстоятельства аффилированности с достаточной степенью убедительности не опровергнуты.

Кредитором ООО «155 Военпроект» также обращено внимание на то обстоятельство, что интересы ООО «СУ 700», ООО «Мост», ФИО1  представлял один и тот же представитель ФИО11 (по доверенностямот 25.12.2020, от 09.08.2020, от 13.11.2020, соответственно).

Согласно сведениям, представленным МИФНС № 20 Нижегородской области, ФИО11 с января 2019 года по июнь 2020 года была трудоустроена в ООО «СУ 700»; с сентября 2020 года по декабрь 2022 года – в ООО «Связьград» (ИНН 

<

***>), генеральным директором которого в период с 15.07.2019 по 07.09.2022 являлся ФИО1

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ООО «СУ 700» фактически аффилировано с ФИО1 Оснований для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют. 

Утверждение ФИО1 об отсутствии негативных последствий для должника и его кредиторов от совершения оспариваемой сделки не нашло своего подтверждения.

В обоснование того, что в результате совершения оспариваемой сделки (договора уступки от 14.09.2020) был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий сослался на то, что по спорной сделке должник безвозмездно произвел уступку ликвидной дебиторской задолженности в значительном размере (более 365 млн. руб.) в пользу аффилированного лица. В рассматриваемом случае имеет место факт уменьшения размера и стоимости имущества должника.

Ссылаясь на возмездность оспариваемого договора цессии от 14.09.2020, ФИО1 указал, что договор уступки заключен с целью прекращения обязательств должника перед ООО «Мост» (первоначальным кредитором). В счет уступаемого права требования к ФГУП «ГВСУ № 14» в размере 365 504 257,26 руб. ФИО1 произвел зачет задолженности ООО «СУ 700» в размере 305 000 000 руб. по договору цессии б/н от 01.03.2019, по которому к ФИО1 перешло право требования к ООО «СУ 700» от ООО «Мост» в размере 305 000 000 руб.

В свою очередь, конкурсный управляющий и кредитор ООО «155 Военпроект» считают, что ФИО1 по договору цессии б/н от 01.03.2019 приобрел у ООО «Мост» несуществующие права требования к ООО «СУ 700», ссылаясь при этом на отсутствие надлежащих первичных документов, подтверждающих наличие долга ООО «СУ 700» перед ООО «Мост» в указанном размере. 

Как следует из материалов дела, ООО «СУ 700» являлось подрядчиком, привлеченным ФГУП «ГВСУ № 14» для исполнения государственного контракта от 27.03.2015 № 1517187386362090942000000/ДС-5560 по выполнению работ по устройству буроопускных и буронабивных свай на объекте «Техническая позиция объектов 5560 и 4097» в районе г. Воркута Республики Коми».

Для выполнения работ ООО «СУ 700» привлекло в качестве субподрядчиков ООО «Мост» и ООО «ЭСР». 

Из пояснений ФИО1 следует, что между должником и ООО «Мост» в рамках государственного контракта от 27.03.2015 заключены договоры подряда № 2260/СП/2 от 23.06.2016, № 1СП/ДС-5560-6/СД от 01.08.2016, № 2/СП/ДС-5560-6/СД от 10.08.2016.

В настоящем случае довод ФИО1 (правопреемника ООО «Мост») о наличии задолженности по договорам подряда № 2260/СП/2 от 23.06.2016, № 1СП/ДС-5560-6/СД от 01.08.2016, № 2/СП/ДС-5560-6/СД от 10.08.2016 основан на актах о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.09.2017, акте о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.10.2016, акте о приемке выполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.11.2016, акте о приемкевыполненных работ по форме КС-2 № 1 от 25.09.2016, актах о приемке выполненных работ по форме КС-2 №№ 1, 2 от 25.12.2017, справках о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 № 4 от 25.09.2017, № 5 от 25.09.2017, № 1 от 25.10.2016, № 4 от 25.12.2017, № 3 от 25.11.2016, № 1 от 25.09.2016.

Возражая в отношении довода ФИО1 о наличии долга ООО «СУ 700» перед ООО «Мост», кредитор ООО «155 Военпроект» указал, что акты выполненных работ по форме КС-3: от 25.10.2016 № 1 (по сооружению 124), от 25.11.2016 № 3 (по сооружению 127), от 25.09.2016 № 1 (по сооружению 124) подписаны в отсутствие реальной передачи результата работ. 

Работы, вошедшие в указанные акты, выполнены ООО «ЭСР» по договору, заключенному с ООО «СУ 700», что следует из определения Арбитражного суда Нижегородской области от 19.03.2024 по настоящему делу. 

В рамках названного обособленного спора установлено, что между ООО «СУ 700» и ООО «ЭСР» 01.07.2016 был заключен договор субподряда №1517187386362090942000000-2016-124,127, по условиям которого ООО «ЭСР» обязалось выполнить комплекс работ по устройству свайного основания на сооружениях 5560,4097/ТЗ-124Д27 на объекте строительства Министерства обороны РФ «Строительство технической позиции изделия 77Я6-ВП и 77Я6-СМ в районе города Воркуты Республики Коми» на сооружении 5560,4097/ТЗ-124,127» (шифр 5560,4097), а ООО «СУ 700» – принять и оплатить выполненные работы. 

ООО «ЭСР» выполнило, а ООО «СУ 700» фактически приняло 602,566 м3 буронабивных свай на сооружениях 124 и 127 объекта «Строительство технической позиции изделия 77Я6-ВП и А43-40896/20213 77Я6-СМ в районе города Воркуты Республики Коми» на сооружении 5560,4097/ТЗ-124,127», которые далее по подрядной цепочке передало заказчику строительства.

Обстоятельства заключения и выполнения государственного контракта; передача заказчиком в работу субсубподрядчику проектно-сметной документации по объекту строительства, предусматривающей выполнение буроопускных/буронабивных свай на всех сооружениях объекта; доказательства выполнения буроопускных/буронабивных свай в масштабах всего строительства «Техническая позиция объектов 5560 и 4097» в районе г. Воркута Республика Коми» силами ООО «ЭСР»; правомерность определения стоимости буроопускных/буронабивных свай по государственным сметным расценкам ФЕР 05-01-075-05 установлены вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области от 09.07.2020 по делу № А43-25453/2019 между теми же лицами в отношении того же предмета спора - буроопускных/буронабивных свай на объекте «Техническая позиция объектов 5560 и 4097» в районе г. Воркута республика Коми».

ООО «155 Военпроект» также указало, что работы по устройству буронабивных свай на сооружениях 101 и 101-1 ООО «Мост» не выполнялись, в связи с чем, акт выполненных работ по форме КС-3 № 4 от 25.12.2017 подписан в отсутствие реальной передачи результата работ ООО «Мост». 

Вступившим в законную силу судебным актом Арбитражного суда Нижегородской области от 09.07.2020 по делу № А43-25453/2019 установлено, что ООО «ЭСР» во исполнение принятых на себя обязательств по договорам субподряда № 2СП/ЭСР/ДС-5560-5 от 01.07.2016 и № 1СП/ЭСР/ДС-5560-6/СД от 01.08.2016, заключенным с ООО «Мост», фактически выполнило работы по устройству буроопускных свай: 181,17957 м3 скважины диаметром 600 мм по сооружению 101-1 и 1 796,125532 м3 скважины диаметров 700 мм по сооружению 101. 

Таким образом, приняв от ООО «ЭСР» работы по устройству буроопускных свай, ООО «Мост» не могло передать должнику работы по устройству свай буронабивных. 

Указанные доводы кредитора в ходе настоящего судебного разбирательства ответчиком не опровергнуты. При наличии аргументированных возражений со стороны ООО «155 Военпроект» ФИО1 доказательств, безусловно подтверждающих наличие и размер долга ООО «СУ 700» перед ООО «Мост» не представил, заявляя в ходе судебного разбирательства лишь о принципиальном несогласии с доводами кредитора, что указывает на ничем необоснованное игнорирование вступивших в законную силу судебных актов арбитражных судов.

Вопреки позиции ответчика, книги покупок и продаж не являются первичными документами, на основании которых может устанавливаться факт наличия и отсутствия хозяйственных операций. Отражение бухгалтерских операций в книге покупок и продаж само по себе не подтверждает факта существования подрядных отношений сторон и не исключает обязанности их подтверждения документальными доказательствами. Факт признания задолженности и ее размера должником в отсутствии полной информации о выполненных ООО «Мост» работах также не может служить достоверным доказательством наличия задолженности, так как стороны являются аффилированными лицами.

Принимая во внимание возражения конкурсного управляющего, коллегия судей учитывает, что в деле не имеется доказательств отражения дебиторской задолженности в спорном размере (305 млн. руб.) в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности ООО «Мост» в соответствующие отчетные периоды. Показатели дебиторской задолженности ООО «Мост» с 2016 года не превышали 156 634 тыс. руб., в 2017 и 2018 гг. дебиторская задолженность Общества составляла 66 650 тыс. руб., в 2019 г. – 110 тыс. руб.

Судом также учтено, что ООО «Мост», прекратившее свою деятельность 11.10.2021, свои требования к должнику по неоплате выполненных в 2016, 2017 гг. работ не заявляло. 

Представляется сомнительным, что кредитор, действительно выполнивший работы на значительные суммы (более 300 млн. руб.), и имеющий право без промедления требовать уплаты долга, не предпринимал попыток принудительного взыскания задолженности. Подобное бездействие ООО «Мост» не соответствует обычному поведению хозяйствующего субъекта, осуществляющего предпринимательскую деятельность. Доказательствами ведения ООО «Мост» претензионной работы, переговоров, иных попыток урегулирования сложившейся ситуации с ООО «СУ 700», конкурсный управляющий должника не располагает, такие доказательства в материалах дела отсутствуют.

С учетом вышеизложенного, принимая во внимание отсутствие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего наличие долга ООО «СУ 700» перед ООО «Мост» по договорам подряда № 2260/СП/2 от 23.06.2016, № 1СП/ДС-5560-6/СД от 01.08.2016, № 2/СП/ДС-5560-6/СД от 10.08.2016, равно как и отсутствие бесспорных доказательств, свидетельствующих о выполнении ООО «Мост» указанных в вышепоименованных актах работ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что требование ООО «Мост» к должнику носит спорный характер. 

Конкурсным управляющим, помимо прочего, указано на наличие недочетов и ошибок при составлении документов между ООО «СУ 700» и ООО «Мост» в рамках рассматриваемых правоотношений, что, по мнению управляющего, свидетельствуют о формальном характере документооборота, единственной целью которого было создание видимости реальных правоотношений. В данном случае речь идет не о подделке документов, а о подготовке сторонами документов для создания видимости наличия долга у должника. 

Так, в частности, 18.07.2017 ООО «СУ 700» изменило юридический адрес с «603009, 

<

...>» на «603089, 

<

...>». В справке о стоимости выполненных работ № 4 от 25.09.2017 указан адрес: «603089, 

<

...>», тогда как в справке № 4 от 25.12.2017. составленной позднее, значится прежний (старый) адрес должника: «603009, 

<

...>».

В написании КПП ООО «Мост» в договоре уступки от 01.03.2019 также допущена ошибка: вместо «526201001» указано «526001001».

В отношении данного довода ФИО1 какие-либо объяснения не даны. Ответчик лишь пояснил, что стороной указанных правоотношений не являлся и не может отвечать за ведение документооборота между сторонами.

Указанное поведение расценено судом апелляционной инстанции как подозрительное, не соответствующее обычному поведению участника хозяйственного оборота.

ФИО1, приобретая «непросуженное» (а потому, возможно, спорное) требование к должнику за 900 000 руб., по сути, не осуществил даже минимальной проверки требования на предмет наличия мнимости, не предпринял попыток собрать доказательства реальности долга, не выяснил вопрос относительно реальности взыскания дебиторской задолженности с должника с учетом срока исковой давности и пр.

Суд первой инстанции, применив повышенные стандарты доказывания при установлении юридически значимого обстоятельства по оплате уступленного права требования, с учетом разъяснений в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пришел к выводу об отсутствии в деле достаточных и достоверных доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО1 финансовой возможности произвести оплату уступленного права требования.

В качестве доказательств, подтверждающих наличие у ФИО1 финансовой возможности для приобретения права требования к должнику, ответчик сослался на выписку по счету клиента в филиале «Поволжский» АО «Райффайзенбанк» в г. Нижнем Новгороде за период с 01.11.2012 по 31.12.2012, согласно которой у ответчика за указанный период обороты по счету составили 151 226 769,30 руб.

Между тем, происхождение данных денежных средств ФИО1 не раскрыто и не пояснено. Само по себе наличие у ответчика некой суммы дохода не исключает необходимости подтверждения наличия такой финансовой возможности через представление в суд сведений о конкретных операциях (сделках, платежах, операций по снятию с банковского счета наличных средств и т.д.).

Доказательств того, что денежные средства не использовались для целей предпринимательской деятельности, не имеется. ФИО1 в период с 17.03.1997 по 24.10.2012 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя (ОГРНИП 

<

***>).

Учитывая активную экономическую деятельность ответчика распространять на него обыкновения потребительского поведения, в частности, хранение денежных средств дома в течение многих лет, у суда нет оснований.

Документы, однозначно свидетельствующие о наличии у ФИО1 в рассматриваемый период (или близкий к нему) в свободном доступе аккумулированных наличных денежных средств в размере, достаточном для исполнения обязательств в общем размере 900 000 руб., не представлены; не подтверждено и снятие значительных денежных сумм с банковских счетов ФИО1 в рассматриваемый период времени.

Согласно данным, содержащимся в справке о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ за 2019 год, ФИО1 до ноября 2019 года трудоустроен не был, официального дохода не имел.

Таким образом, вопреки доводам ФИО1, имеющиеся в материалах дела документы не подтверждают финансовую возможность ответчика произвести расчет по договору от 01.03.2019.

При изложенных обстоятельствах у суда апелляционной инстанции имеются основания критически оценить и квитанцию к приходному кассовому ордеру от 01.03.2019 на сумму 900 000 руб., принимая, вместе с тем, во внимание, что иных относимых и допустимых доказательств внесения ответчиком денежных средств в кассу ООО «Мост», кроме как указанной квитанции, составленной заинтересованным лицом, не имеется.

Помимо прочего, коллегия судей находит заслуживающим внимание довод конкурсного управляющего о неравноценности встречного исполнения по договору от 01.03.2019 со стороны ФИО1 

Как было указано ранее, по договору цессии от 01.03.2019 ООО «Мост» передал ФИО1 часть прав требований к ООО «СУ 700» в общем размере 305 000 000 руб.

ФИО1, согласно условиям договора, обязался выплатить ООО «Мост» сумму в размере 900 000 руб. в день подписания договора, а также сумму в размере 50 % от суммы полученных от должника денежных средств по уступленным правам требования, в срок, не позднее пяти рабочих дней с даты их получения от должника.

По мнению суда, в договоре уступки от 01.03.2019 стороны предусмотрели условие о сроке оплаты за уступленное право требование, не отвечающее интересам ООО «Мост». 

Предоставление отсрочки платежа на неопределенный срок не может быть обосновано какими-либо разумными мотивами, поскольку указанное обстоятельство, по сути, лишает договор уступки экономической целесообразности. Установленный сторонами срок оплаты, предусматривающий отсрочку оплаты по договору на неопределенный срок, может привести к невозможности исполнения ООО «Мост» своих обязательств.

При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что 11.10.2021 ООО «Мост» было исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.До указанного момента (то есть в течение двух лет с момента заключения договора от 01.03.2019) ООО «Мост» требований к ФИО1 о выплате последним денежных средств, полученных от ООО «СУ 700» не предъявляло. Доказательств того, что ООО «Мост» проявляло какой-либо интерес в получении причитающегося ему денежных средств (более 152 млн. руб.), в материалах дела не имеется. 

Указанные обстоятельства, а именно нестандартный характер правоотношений сторон договора от 01.03.2019, совершенного на условиях, недоступных независимым участникам оборота, дополнительно ставят под сомнение независимость участников рассматриваемых правоотношений и действительную цель заключения данной сделки.

Действия сторон договора уступки от 01.03.2019, по мнению суда, не были направлены на создание соответствующих правовых последствий, характерных для сделок данного вида. Целью сторон являлось создание фиктивного обязательства, которое использовано ими при оплате по договору уступки от 14.09.2020 путем проведения зачета встречных обязательств.

Поскольку ответчик не опроверг доводов об отсутствии реальности задолженности должника перед ООО «Мост», он достоверно знал, что в результате уступки фактически избавляет себя от долга по оплате договора цессии зачетом несуществующего права требования, при этом приобретая реальную задолженность дебитора ФГУП «ГВСУ № 14».

Заключение договора цессии от 14.09.2020 не носило экономической выгоды для должника, что должно быть квалифицировано как причинение вреда кредиторам.

В результате совершения оспариваемой сделки из конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество - право требования к ФГУП «ГВСУ № 14» в размере 365 млн. руб. При этом должник встречного денежного исполнения со стороны ФИО1 не получил, поскольку оплата уступленных прав была произведена зачетом.

Коллегия судей принимает во внимание, что в реестр требований кредиторов должника (по состоянию на 12.09.2024) включены требования трех кредиторов в общей сумме 386 846,262 тыс. руб.:

- МИФНС № 18 по Нижегородской области (требование в размере 35,500 тыс. руб.);

- ООО «155 Военпроект» (требование в размере 63 102,131 тыс. руб.),

- ФГУП «ГВСУ № 14» (требование в размере 323 708,631 тыс. руб.).

Таким образом, между ООО «СУ 700» и ФГУП «ГВСУ № 14» имелись взаимные обязательства в относительно равном размере (обязательство ФГУП «ГВСУ № 14» перед ООО «СУ 700» в размере 365 млн.руб., обязательство ООО «СУ 700» перед ФГУП «ГВСУ № 14» в размере 323 млн.руб.). Обязательства сторон подтверждены вступившими в законную силу судебными актами.

В сложившейся ситуации не усматривается экономическая целесообразность для должника заключить договор уступки именно с ФИО12

При этом, как справедливо указано конкурсным управляющим, размер отчужденного права требования фактически равен реестру требований кредиторов должника. 

В результате совершения сделки (договора уступки от 14.09.2020) произошло выбытие единственного ликвидного актива должника, что привело к полной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований за счет этого имущества.

Довод ФИО12 о том, что целесообразность и экономическая выгода заключенного должником договора цессии заключается в прекращении взаимных встречных обязательств с ООО «Мост» (правопредшественником ФИО12), коллегия судей находит неубедительным. 

С учетом установленных обстоятельств, требование ООО «Мост» к ООО «СУ 700» является спорным. 

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что должник указанную задолженность не оспорил, не заявил о пропуске срока исковой давности и т.п. (что было бы целесообразно в целях уменьшения собственных обязательств перед кредиторами), безоговорочно признав наличие долга перед ООО «Мост», что нельзя признать разумным и эффективным поведением хозяйствующего субъекта. При этом коллегия судей отмечает иное поведение ООО «СУ 700», возражавшего по существу заявленных к нему требований со стороны ООО «155 Военпроект» и ФГУП «ГВСУ № 14». В судебных заседаниях должник исковые требования не признавал, занимал активную защитительную позицию.

Оценивая поведение должника при заключении сделки с ФИО12, обстоятельства совершения сделки, принимая во внимание факт наличия признаков фактической аффилированности между сторонами, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что действительной целью сторон договора от 14.09.2020 являлись вывод имущества должника и недопущение возможности обращения на него взыскания.

При таком положении, установив, что оспариваемый договор уступки права требования от 14.09.2020 имел под собой явно недобросовестную, направленную на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника цель, а его заключение способствовало достижению таковой - ликвидное имущество (дебиторская задолженность) безвозмездно выбыло в пользу аффилированного лица, что сделало невозможным удовлетворение за его счет требований кредиторов, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недействительности оспариваемого договора применительно к основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

ФИО1 ни в суде первой инстанции, ни при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции не подтвердил наличие у него статуса добросовестного и независимого приобретателя имущества, не вовлеченного в противоправные цели должника по сокрытию имущества от обращения взыскания кредиторов. 

Апелляционный суд предлагал представителю ФИО1 раскрыть обстоятельства совершения договора цессии от 14.09.2020: от кого ответчик узнал о возможности приобретения актива (дебиторской задолженности ФГУП «ГВСУ № 14), в чем заключается экономическая целесообразность в приобретении неликвидного (со слов представителя) актива. Однако ответчик не дал удовлетворительных объяснений целесообразности совершения спорной сделки, а равно того, что при ее совершении им были приняты исчерпывающие меры к установлению разумности и добросовестности своего поведения с тем, чтобы исключить нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, о наличии которых ответчику было известно, что, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не опровергнуто.

Признав сделку недействительной, арбитражный суд применяет последствия ее недействительности.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как указано в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В качестве применения последствий недействительности сделки арбитражный суд первой инстанции восстановил права требования ООО «СУ 700» к ФГУП «Главное военно-строительное управление ГВСУ №14» в размере 311 876 165,35 руб. и взыскал с ФИО1 в пользу ООО «СУ 700» рыночную стоимость реализованной части требования в сумме 9 000 000 руб., приняв во внимание договор уступки права требования от 02.09.2021, заключенный между ФИО1 и ООО «Сарко».

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов обособленного спора, 02.09.2021 ФИО1 (цедент) и ООО «Сарко» (цессионарий) заключили договор уступки права требования, согласно пункту 1.1 которого, цедент уступил, а цессионарий принимал право требования денежных средств к должнику - ФГУП «ГВСУ № 14» в размере 53 628 091,90 руб.

Право требования, принадлежащее цеденту и передаваемой по настоящему договору, возникло в результате выполнения ООО «СУ 700» для должника работ, что подтверждается, в том числе, решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.06.2019 по делу № А56-28868/2019.

В силу пункта 3.1 договора, цедент уступил цессионарию право требования к должнику в размере 53 628 091,90 руб. за 9 000 000 руб.

В материалы дела представлена копия платежного поручения от 10.09.2021 № 285, подтверждающего перечисление ООО «Сарко» в пользу ФИО1 денежных средств в размере 9 000 000 руб., с назначением платежа: «... по договору уступки права требования от 02.09.2021...».

Факт оплаты договора уступки от 02.09.2021 лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Рыночная стоимость права требования дебиторской задолженности в сумме 53 628 091,90 руб. по состоянию на 02.09.2021 определена сторонами на основании отчета об оценке от 20.06.2024 № 163-24, составленного ООО «Время оценки».

Таким образом, ФИО1 передал ООО «Сарко» часть права требования к ФГУП «ГВСУ № 14» в размере 53 628 091,90 руб., оставшаяся часть права требования в размере 311 876 165,35 руб. осталась за ФИО1

Применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции пришел к выводу о возможности восстановления права требования ООО «СУ 700» к ФГУП «ГВСУ № 14» в размере 311 876 165,35 руб., а в оставшейся части (53 628 091,90 руб.), полагая ее утраченной, взыскал с ФИО13 рыночную стоимость реализованной части требования в сумме 9 000 000 руб.  

Между тем, суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами суда первой инстанции.

Указывая на применение последствий недействительности в виде восстановления 311 876 165,35 руб. оставшихся у ФИО1 прав требования и взыскания с ответчика 9 000 000 руб. в остальной части судом первой инстанции не учтено, что решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.06.2019 по делу № А56-28868/2019 с ФГУП «ГВСУ № 14» в пользу ООО «СУ 700» взыскано 365 504 257,26 руб., что и является подтверждением права требования к ФГУП «ГВСУ № 14». Данный судебный акт не отменен, не изменен. 

В рассматриваемом случае «дробное» применение последствий недействительности оспоренной сделки является ошибочным.

Судебная коллегия отмечает, что не получив соответствующие права от должника, ФИО1 тем самым не мог их передать (уступить) иным лицам. 

При этом коллегия судей соглашается с позицией кредитора ООО «155 Военпроект» о том, что, поскольку в данном случае ФИО1 уступлены не принадлежащие ему права, ООО «Сарко» не лишено возможности предъявить к нему требование в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, договор цессии от 02.09.2021, заключенный между ФИО1 и ООО «Сарко», не имеет правового значения в рамках настоящего обособленного спора.

С учетом установленных по делу обстоятельств коллегия судей приходит к выводу о необходимости изменения определения Арбитражного суда Нижегородской области от 03.09.2024 по делу № А43-40896/2021 в части применения последствий недействительности сделки на основании пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В остальной части обжалуемое определение Арбитражного суда Нижегородской области от 03.09.2024 является законным и обоснованным и подлежит оставлению без изменения.

Частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другой стороны.

Поскольку при принятии апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО2 заявителю была предоставлена отсрочка уплаты госпошлины, государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы подлежат взысканию с ФИО12 в доход федерального бюджета. Расходы, понесенные ООО «155 Военпроект» в связи с уплатой государственной пошлины при подаче его апелляционной жалобы, возлагаются на ответчика и подлежат взысканию с последнего в пользу кредитора.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269 (пункт 2), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 03.09.2024по делу № А43-40896/2021 изменить в части применения последствий недействительности сделки, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «155 Военпроект», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СУ 700» ФИО2 – удовлетворить.

Применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования общества с ограниченной ответственностью «СУ 700» к ФГУП «Главное военно-строительное управление №14» в размере 365 504 257,26 руб.

В остальной части определение Арбитражного суда Нижегородской области от 03.09.2024 по делу № А43-40896/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «155 Военпроект» 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

К.В. Полушкина

Судьи

О.А. Волгина

С.Г. Кузьмина