ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-5253/2023

г. Челябинск

06 июня 2023 года

Дело № А47-629/2023

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Бояршиновой Е.В., рассмотрел без вызова апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Зима» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 15.03.2023 (мотивированное решение от 22.03.2023) по делу № А47-629/2023 рассмотренному в порядке упрощенного производства,

 

Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК (New Balance Athletics, INC) (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области к обществу с ограниченной ответственностью «Зима» (далее – ответчик, ООО «Зима») с исковым заявлением о взыскании 200 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045, а также 1 275 руб. расходов на приобретение спорного товара, 324 руб. почтовых расходов, 4 000 руб. расходов на оплату госпошлины (с учетом уточнений требования, принятых судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением от 25.01.2023 по настоящему делу Арбитражный суд Оренбургской области, принимая заявление к производству, в соответствии со статьей 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть дело в порядке упрощенного производства.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано: 40 000 руб. 00 коп., в том числе:

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак N 92006;

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак 92109;

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак 1000194;

- 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак 949045;

а также, 1 275 руб. расходы на приобретение спорного товара, 324 руб. почтовые расходы, 4 000 руб. расходы на оплату госпошлины

ООО «Зима», не согласившись с решением суда первой инстанции, обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, либо снизить размер компенсации ниже пределов, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ, Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на наличие основания для рассмотрения дела об общим правилам искового производства, поскольку является необходимым выяснить дополнительные обстоятельства, заслушать свидетельские показания для полного и всестороннего разрешения дела. Полагает, что права ФИО1 на представление интересов истца не подтверждены надлежащим образом. Доверенность должна быть переведена и заверена консулом Российской Федерации. Введенные ответчиком в оборот товары не являются контрафактными, а приобретены у иного лица, сертификаты на товар имеются. Истцом не подтверждено, что на спорном товаре имелись все схожие до степени смешения знаки, указанные представителем (в частности,  №№ 100194, 92109, 949045). Специальная оценка схожести обозначений с товарными знаками истца не проводилась. Считает необходимым сравнение приобретенного у ответчика товара с подлинным товаром истца. Представленный истцом кассовый чек не содержит необходимую информацию для подтверждения факта заключения договора купли-продажи. Считает невозможным оценить видеосъемку в качестве относимого и допустимого доказательства. Ссылается на положения статьи 10 ГК РФ. Размер компенсации не был снижен судом первой инстанции ниже низшего предела.

Отзыв на апелляционную жалобу не представлен.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассмотрел апелляционную жалобу без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам. Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о принятии апелляционной жалобы к производству суда апелляционной инстанции.

Законность и обоснованность решения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 268, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и с учетом пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.04.2017 N 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве».

Как следует из материалов дела, Компания Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК (New Balance Athletics, INC) является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных в том числе в отношении товаров 18, 25 классов МКТУ - в т.ч. сумки спортивные, дорожные, хозяйственные, рюкзаки; одежда, в том числе спортивная и для отдыха, обувь, включая спортивную, головные уборы (далее - «Товарные знаки»):

- зарегистрированный в Роспатенте под N 92006 ;

- зарегистрированный в Роспатенте под N 92109 ;

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 1000194 ;

- зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности под N 949045 .

Истцу стало известно, что в торговой точке «Kingroup», расположенной по адресу: 

<

...> лет ВЛКСМ д. 7/1, предлагается к продаже и реализуется продукция, незаконно индивидуализированная товарными знаками, а именно обувь спортивная (кроссовки).

В указанной торговой точке истцом осуществлена проверочная закупка товара, незаконно индивидуализированного товарными знаками, что подтверждается кассовым чеком от 11.11.2022, время покупки 11:13, в подтверждение сделки продавцом выдан чек с реквизитами ответчика.

Процесс заключения договора купли-продажи в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях самозащиты гражданских прав, фиксировался истцом посредством ведения видеозаписи.

В исковом заявлении истец указывает на то, что не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащего ему исключительного права.

Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца.

Предложением к продаже и реализацией товара ответчик нарушил исключительные права истца на товарные знаки N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045.

Истец направил в адрес ответчика претензию от 23.11.2022 N 23112022-23-ЧЕР о выплате компенсации за нарушение исключительных прав.

Неисполнение ответчиком требований, содержащихся в претензии, послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с исковыми требованиями по настоящему делу.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности истцом факта нарушения его исключительных прав, однако, снизил сумму компенсации.

Исследовав и оценив повторно в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации  на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 ГК РФ установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Статьей 1479 ГК РФ установлено, что на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Кодекса.

Пунктом 2 названной статьи 1484 ГК РФ предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Материалами дела подтверждается факт наличия у истца исключительных прав на товарные знаки N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045.

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно статье 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление N 10), согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

В соответствии с пунктом 43 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков (утверждены приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482; далее - Правила) изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

1) внешняя форма;

2) наличие или отсутствие симметрии;

3) смысловое значение;

4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное);

5) сочетание цветов и тонов.

Вопреки доводам апеллянт, специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется, следовательно, экспертиза по таким вопросам не проводится.

Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров.

Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров. При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака.

При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

На спорном товаре размещены товарные знаки, принадлежащие истцу: так, на задней части кроссовка вдоль подошвы имеется указание «new balance» (сходны до степени смешения с товарным знаком № 92006), при этом написание на товаре данного обозначение строчными буквами, в то время как в товарном знаке обозначение приведено прописными, не отменяет факта возникновения у рядового потребителя смешения обозначения с товарным знаком истца, учитывая, что товары являются однородными.

Обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками N 92109, N 1000194, N 949045 размещены на «язычке» товаров, а также на стельке под пяткой.

Степень известности и узнаваемости товара также указывает на возникновение вероятности смешения обозначений, использованных ответчиком, и товарных знаков истца.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Иными словами, сходными признаются обозначения, производящие в целом сходное впечатление, несмотря на некоторые отличия составляющих их элементов.

Обозначения, использованные ответчиком, несмотря на незначительные отличия, ассоциируются у рядового потребителя с товарными знаками истца.

Доводы о необходимости сравнения товара истца с товарами, приобретенными у ответчика (вещественным доказательством) судом также не принимаются, поскольку предметом сопоставления является спорный товар и товарные знаки истца.

Доводы подателя апелляционной жалобы о правомерности использования объектов исключительных прав истца при реализации продукции ввиду наличия сертификатов соответствия не подтверждены документально.

Согласно части 2 статьи 25 Федерального закона от 27.12.2002 N 184-ФЗ «О техническом регулировании» сертификат соответствия подтверждает соответствие продукции требованиям технических регламентов. Данный сертификат не подтверждает лицензионный характер продукции, в сертификате отсутствуют сведения о том, что продукция была произведена и ввезена в страну с согласия правообладателя.

Доказательства того, что использование спорных товарных знаков, рисунков осуществлялось ответчиком при продаже товаров с разрешения истца в деле отсутствуют, как и доказательства правомерности спорного использования ответчиком товарных знаков истца по иным основаниям (исчерпание прав, свободное использование).

Доводы апеллянта о приобретении спорного товара как обоснование легальности у третьих лиц не принимаются.

Так, в подпункте 3 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ предписано, что требование о возмещении убытков может быть предъявлено к лицу (в том числе, изготовитель или лицо, реализующие данную продукцию), неправомерно использовавшему результаты интеллектуальной деятельности без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав.

При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

В соответствии со статьей 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

В материалы дела представлен кассовый чек от 11.11.2022, в соответствии с которым истцом приобретен товар «обувь» стоимостью 1275 руб., где  указано место продажи – г. Оренбург, ул.70-летия ВЛКСМ, д. 7/1, место расчетов «Kingroup», ИНН продавца 569196165.

Отсутствие в чеке наименования товара не может свидетельствовать об отсутствии акта реализации контрафактного товара, поскольку относится к настройкам кассовой аппаратуры и не может быть переложено на покупателя.

Судом апелляционной инстанции при исследовании видеозаписи розничной продажи ответчиком спорного товара 11.11.2022 по адресу г. Оренбург, ул.70-летия ВЛКСМ, д. 7/1, установлено следующее,  с 01.40 мин. по 20.18 мин. осуществляется выбор товара, с 20.19 мин. по 20.23 мин. покупателем взять товар, представленный в материалы настоящего дела в качестве вещественного доказательства, с 20.24 мин. по 21.12 мин. осуществляется оплата товара, с 21.13 мин. по 22.00 мин продавец складывает в пакет товар и чек, на 23.51 мин. видно пакет с логотипом магазина «Kingroup», с 24.22 мин по 24.36 мин. покупателем открыт пакет и показан товар с чеком, тождественному, представленному в материалы дела истцом. 

Таким образом, факт реализации спорного товара ответчиком доказан, покупка осуществлялась в его торговой точке с использованием технических средств расчетов, принадлежащих ответчику.

Чек содержит сведения, позволяющие идентифицировать ответчика как продавца в договоре розничной продажи, дату совершения сделки, цену. 

Ответчиком доказательства правомерности использования товарных знаков N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045 не представлены.

При таких обстоятельствах, следует считать доказанным нарушение ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045, в результате 11.11.2022 по адресу г. Оренбург, ул.70-летия ВЛКСМ, д. 7/1, розничной продажи контрафактного товара, имеющего обозначения, сходные до степени смешения с указанными товарными знаками истца.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ другие лица не могут использовать результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности (в том числе использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом, другими законами.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в пункте 3 статьи 1252 ГК РФ указано, что в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Как установлено подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. 

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ, размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных ГК РФ, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Компенсация была рассчитана истцом в размере 200 000 рублей за незаконное использование каждого из 4-х спорных объектов интеллектуальных прав. 

Судом первой инстанции размер компенсации определён в размере 40 000 руб. (по 10 000 рублей за нарушения исключительных прав истца за каждый товарный знак).

Истец просил взыскать компенсацию за незаконное использование товарных знаков в размере 200 000 рублей за 4 товарных знака.

 В обоснование размера компенсации истец в части, превышающей ее минимальный размер, равный 10 000 руб., сослался на следующие обстоятельства: известность продукции истца на рынке; высокой степени общественной опасности; объема реализуемой ответчиком продукции, индивидуализированной товарными знаками; нарушение действиями ответчика исключительных прав истца на несколько товарных знаков; высокая степень репутационного ущерба истца в результате продажи контрафактной низкокачественной продукции, маркированной спорными обозначениями; степень вины ответчика в форме прямого умысла.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для вывода о возможности принятия доводов истца о соразмерности компенсации 200 000 за нарушение исключительных прав на 4 товарных знака

Штрафной характер компенсации наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 N 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Какое-либо существенное обоснование наличия у истца убытков в заявленном для компенсации размере в материалы дела не представлено.

Так, сама по себе известность публике товарного знака подлежит оценке наряду с обстоятельствами нарушения.

Апеллянт указывает на необходимость снижения компенсации ниже низшего предела с учетом поданного в суде первой инстанции ходатайства.

Суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Суд первой инстанции, сославшись на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, принял во внимание,  что одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности, учитывает степень вины нарушителя, отсутствие доказательств причинения каких-либо крупных (реальных) убытков правообладателю, а также то, что ответчиком реализован контрафактный товар стоимостью 1 275 руб. и нарушение не носило грубый характер,  указал на  возможность снижения компенсации за нарушение исключительных прав до размера 40 000 руб., (по 10 000 руб. за каждое нарушение).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях от 13.12.2016 N 28-П, от 13.02.2018 N 8-П, от 24.07.2020 N 40-П отметил, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность совершенному правонарушению, а также соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

правонарушение совершено впервые;

использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер.

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Таким образом, применение правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлениях от 13.12.2016 N 28-П, от 24.07.2020 N 40-П, является основанием к снижению компенсации ниже установленного минимального размера – то есть ниже 10 000 руб. с возможностью снижения ниже 5 000 рублей.

Вопреки позиции апеллянта, основания для применения правовой позиции, изложенной в постановлении от 24.07.2020 N 40-П, отсутствуют, поскольку, как усматривается из видеозаписи, реализация контрафактного товара является существенной частью деятельности ответчика (с учетом количества товаров, расположенных на полках, и отсутствия доказательств правомерности использования товарных знаков).

В соответствии с абзацем 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, руководствуясь абзацем 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ по своей инициативе, для этого необходимо заявление стороны с представлением доказательств в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о необходимости применения судом данной меры.

В данном случае ответчиком не представлено доказательства наличия возможности применения указанной нормы с учетом характера и последствий нарушения, учитывая, что, как уже указывалось, из видеозаписи розничной продажи спорного товара в магазине ответчика усматривается, что  представлено большое количество  товаров с изображениями, сходными до степени смешения с товарными знаками истца, разрешение на использование которых он ответчику не предоставлял.

Следовательно, основания для снижения размера компенсации за допущенные нарушения исключительных прав истца на четыре спорных товарных знаков ниже низшего предела по вышеприведенным основаниям отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь принципами разумности, справедливости и соразмерности меры ответственности допущенному ответчиком нарушению исключительных прав истца на товарные знаки N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045, вину нарушителя (неосторожность), отсутствие доказательств наступления для истца каких-либо негативных последствий незаконного использования ответчиком спорных товарных знаков истца  и вероятных убытков (в том числе упущенной выгоды), а также доказательств негативного влияния хозяйственной деятельности ответчика на деловую репутацию истца, приходит к выводу об определении размере компенсации по 10 000 рублей за нарушение исключительных прав истца на каждый товарный знак N 92006, N 92109, N 1000194, N 949045, всего – 40 000 рублей.

Относительно доводов ответчика об отсутствии у истца (его представителя) полномочий на подачу искового заявления суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В материалы дела истцом в отношении иностранной организации представлено свидетельство о регистрации иностранной компании, в котором указан регистрационный номер организации (3295944), дата регистрации 29/9/2000, текущий статус – надлежащий статус. Перевод свидетельства выполнен переводчиком ФИО2, подлинность подписи переводчика засвидетельствована нотариусом.

В материалы дела также представлена доверенность от компании «Нью Бэлэнс Атлетикс,ИНК», составленная 21.09.2021.

В соответствии с указанной доверенностью «Нью Бэлэнс Атлетикс,ИНК» уполномочивает АО «МФК «Джамилько» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), учрежденное в соответствии с законодательством Российской Федерации, представлять доверителя в арбитражных судах Российской Федерации и осуществлять все процессуальные права, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, в частности, подписывать и подавать исковые заявления, срок действия доверенности – 2 года с даты выдачи.

Указанная доверенность подписана в присутствии свидетеля ФИО3, старшим юристом компании «Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК». Также приложено нотариальное заверение, о том, что ФИО3 подтвердила, что, предоставив достаточные доказательства идентификации личности, она является лицом, чьим именем подписан прилагаемый документ и которое поклялось или подтвердило, что содержание документа является верным и точным насколько ей известно. Представленная доверенность апостилирована.

Согласно пункту 2 статьи 1202 ГК РФ на основе личного закона юридического лица определяются, в частности: статус организации в качестве юридического лица; организационно-правовая форма юридического лица; требования к наименованию юридического лица; вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства; содержание правоспособности юридического лица; порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей; внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками; способность юридического лица отвечать по своим обязательствам; вопросы ответственности учредителей (участников) юридического лица по его обязательствам.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 N 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом» (далее - Постановление N 23), арбитражный суд принимает меры к установлению юридического статуса участвующих в деле иностранных лиц и их права на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 254 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 20 Постановления N 23, при проверке полномочий представителей иностранных лиц в арбитражном процессе судам надлежит учитывать, что лица, имеющие полномочия действовать от имени юридического лица без доверенности, а также полномочия на подписание доверенности от имени юридического лица, определяются по личному закону иностранного юридического лица (подпункт 6 пункта 2 статьи 1202 ГК РФ).

Таким образом, на основании личного закона суд устанавливает информацию о существовании конкретного юридического лица в соответствующей юрисдикции, его организационно-правовой форме, его правоспособности, в том числе вопрос о том, кто от имени юридического лица обладает правомочиями на приобретение гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей.

Такая информация устанавливается судом на основании официальных документов, исходящих от государственных властей государства национальности юридического лица.

С учетом того, что к полномочиям представителя иностранного лица для ведения дела в государственном суде в силу пункта 4 статьи 1217.1 ГК РФ применяется право страны, где проводится судебное разбирательство, объем полномочий представителя на ведение дела в арбитражном суде Российской Федерации, исходя из подпункта 1 пункта 5 статьи 1217.1 ГК РФ, определяется на основании статьи 62 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Форма доверенности на участие представителя иностранного лица в арбитражном суде Российской Федерации подчиняется праву страны, применимому к самой доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ), то есть праву Российской Федерации (пункт 4 статьи 1217.1 ГК РФ). Однако доверенность не может быть признана недействительной вследствие несоблюдения формы, если не нарушены требования права страны выдачи доверенности (пункт 1 статьи 1209 ГК РФ) и требования статьи 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Право подачи настоящего иска подтверждено представленными в материалы дела доказательствами: свидетельством о правовом статусе юридического лица New Balance Athletics, INC, в соответствии с которым организация имеет статус действующей. Полномочия подтверждены доверенностями.

Так, в соответствии с доверенностью от 12.09.2022 №  НБ-ЧЕР-220912 АО «МФК ДжамильКо» в порядке передоверия уполномочивает ФИО1 представлять интересы Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК, в том числе, в арбитражных судах Российской Федерации и осуществлять все процессуальные права, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, в частности, подписывать и подавать исковые заявления.

Суд не находит оснований для принятия доводов о различном написании АО «МФК ДжамильКо», поскольку как в доверенности, выданной правообладателем, так и в доверенности, выданной в порядке передоверия, верно указаны ИНН общества – 

<

***>.

Таким образом, вопреки доводам ответчика, юридический статус истца на момент обращения с иском в суд и полномочия лица на выдачу удостоверяющих документов документально подтверждены. Полномочия представителя истца также проверены судом в предусмотренном законом порядке.

Доводы о наличии в действиях истца признаков злоупотребления также не принимаются.

Пунктом 3 статьи 1 ГК РФ предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Доводов, очевидно свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны истца, ответчиком не приведено, в то время как само по себе обращение за защитой исключительного права не является злоупотреблением права.

Аргументы ответчика о том, что истцу надлежит отказать в защите прав на товарные знаки, поскольку он зарегистрирован и ведет свою деятельность на территории Соединенных Штатов Америки - страны, которая признана недружественной по отношению к Российской Федерации, подлежат отклонению, поскольку указанное обстоятельство не может нивелировать установленное судами нарушение прав истца действиями ответчика и являться основанием для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности за нарушение исключительных прав правообладателя, предусмотренной гражданским законодательством Российской Федерации.

Относительно доводов о перечислении денежных средств иностранным юридическим лицам суд отмечает следующее.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 27.05.2022 N 322 «О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями» в целях исполнения обязательств перед правообладателями должник, уплачивает вознаграждение, платежи, связанные с осуществлением и защитой исключительных прав, принадлежащих правообладателю, и другие платежи, путем перечисления средств на специальный рублевый счет типа «О», открытый должником в уполномоченном банке на имя правообладателя и предназначенный для проведения расчетов по обязательствам.

С учетом приведенных нормативных положений специальный счет типа «О» должен открываться не правообладателем, а должником.

Доводы о нарушении норм процессуального права, выразившиеся в отказе суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, подлежат отклонению.

В соответствии с частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд выносит определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства или по правилам административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица о вступлении в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам, установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе, по ходатайству одной из сторон, пришел к выводу о том, что: порядок упрощенного производства может привести к разглашению государственной тайны; необходимо выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства, а также провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения, назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания; заявленное требование связано с иными требованиями, в том числе к другим лицам, или судебным актом, принятым по данному делу, могут быть нарушены права и законные интересы других лиц;

Апелляционный суд считает, что дело правомерно рассмотрено в порядке упрощенного производства, поскольку основания для перехода к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, установленные частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют.

Доказательств наличия конкретных обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в порядке упрощенного производства в рассматриваемом случае, судом апелляционной инстанции не установлено.

Между тем, судом первой инстанции неправильно определен размер государственной пошлины по иску и распределены судебные расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если Федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Стоимость приобретенного истцом контрафактного товара подтверждается представленным в материалы дела кассовым чеком, в связи с чем также подлежат распределению.

В силу статьи 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу арбитражным судом разрешаются вопросы распределения судебных расходов.

Истец просил взыскать компенсацию, превышающую ее минимальный размер (то есть более 10 000 руб. за допущенные нарушения), соответственно пропорциональное распределение расходов, с учетом указанных выше разъяснений Конституционного Суда РФ, подлежит определению в части требований, превышающих 10 000 рублей за каждое нарушение

Согласно подп. 1 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при цене иска 200 000 руб. (с учетом принятого решением суда первой инстанции уточнения) размер государственной пошлины составляет 7 000 рублей.

Соответственно, с учетом частичного удовлетворения требований с истца надлежит взыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 1 600 руб. (только 4 000 рублей уплачены при подаче искового заявления).

С ответчика в пользу истца надлежит взыскать судебные расходы по уплате в федеральный бюджет истцом государственной пошлины в размере  1 400 рублей.

Расходы на приобретение спорного товара, а также почтовые расходы также подлежат пропорциональному распределению: 20%/80%, в связи с чем на ответчика относятся 255 руб. (приобретение вещественных доказательств), 64,80 руб. (почтовые расходы).

Поскольку иные доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с судебным актом, однако не влияют на его обоснованность и законность и не опровергают выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

При таких обстоятельствах, решение суда первой инстанции подлежит изменению определения размера государственной пошлины по иску и распределения судебных расходов.

Руководствуясь статьями 176, 268-271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 15.03.2023 (мотивированное решение от 22.03.2023) изменить, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции:

«Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Зима» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК (New Balance Athletics, INC) 40 000 рублей, в том числе:

- 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак N 92006;

- 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак 92109;

- 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак 1000194;

- 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак 949045;

а также, 255 рублей расходы на приобретение спорного товара, 64 рубля 80 копеек почтовые расходы, 1 400 рублей расходы по уплате государственной пошлины по исковому заявлению.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК (New Balance Athletics, INC) в доход федерального бюджета государственную пошлину по иску в размере 1 600 рублей.».

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции только по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

           Судья                                                                          Е.В. Бояршинова