СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-15501/2017-АК

г. Пермь

20 ноября 2017 года

Дело № А50-15832/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 20 ноября 2017 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 ноября 2017 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Голубцова В.Г., 

судей  Борзенковой И.В., Бородулиной М.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Кривощековой С.В.,

при участии:

от заявителя ООО «Производственно - коммерческая фирма «Триумф» (ОГРН 1025901844363, ИНН 5916013575) – Щукина О.В., паспорт, доверенность от 22.05.2017;

от заинтересованного лица Межрайонной ИФНС России № 16 по Пермскому краю (ОГРН 1045901591020, ИНН 5916007050) – Трутнева Е.А., удостоверение, доверенность от 11.05.2017, Лыкова В.В., удостоверение, доверенность от 17.04.2017;

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

заявителя ООО «Производственно - коммерческая фирма «Триумф» 

на решение Арбитражного суда Пермского края от 28 августа 2017 года 

по делу № А50-15832/2017,

принятое судьей Торопициным С.В.

по заявлению ООО «Производственно - коммерческая фирма «Триумф»

к Межрайонной ИФНС России № 16 по Пермскому краю,

заинтересованное лицо УФНС России по Пермскому краю,

о признании недействительным решения,

установил:

ООО «Производственно-коммерческая фирма «Триумф» (далее - заявитель, налогоплательщик, общество) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением к Межрайонной ИФНС России № 16 по Пермскому краю (далее - заинтересованное лицо, инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения инспекции от 16.01.2017 № 52 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 28.08.2017 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, заявитель обратился с апелляционной жалобой, в соответствии с которой просит названное решение отменить, заявленные требования удовлетворить. По мнению заявителя, при принятии решения суд неверно применил нормы материального права, выводы суда, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела. Отмечает, что в подтверждение поставки товара по сделкам со спорными контрагентами и в обоснование применения налогового вычета по НДС обществом представлен полный пакет документов, при этом отмечает, что факт приобретения товара обществом налоговым органом не опровергнут, в рамках мероприятий налогового контроля инспекцией должным образом не доказано, что товар поставлен обществом не спорным контрагентом ООО «Прокси», а иными лицами; заявитель не обязан отвечать за действия контрагентов второго и третьего звена, за действия третьих лиц; находит неверными выводы суда о том, что спорный контрагент заявителя являлся «проблемной» организацией и выступал в качестве формального поставщика товара для увеличения налоговых вычетов с целью получения заявителем необоснованной налоговой выгоды. Полагает, что при заключении договора поставки со спорным контрагентом обществом проявлена должная степень осмотрительности.

Заинтересованное лицо представило письменный отзыв на апелляционную жалобу, в соответствии с которым просит решение суда оставить без изменения, доводы жалобы заявителя находит несостоятельными.

В заседании суда апелляционной инстанции представители заявителя и заинтересованного лица поддержали доводы жалобы и отзыва на нее соответственно.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 25.07.2016 налогоплательщиком представлена первичная налоговая декларация по налогу на добавленную стоимость за 2 квартал 2016 года, согласно которой сумма исчисленного налога определена в размере 505 087 руб., налоговые вычеты заявлены в сумме 438 140 руб., сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, составила 66 947 руб. (505 087  руб. - 438 140 руб.).

По результатам камеральной проверки названной налоговой декларации инспекцией составлен акт от 09.11.2016 № 1649, принято решение от 16.01.2017 № 52 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, согласно которому ему доначислен НДС за 2 квартал 2016 года в сумме 406 487,91 руб. по взаимоотношениям с обществом «Прокси» по приобретенному проводу МГ 16, начислены пени в сумме 19 619,56 руб., налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 81 297,58 руб.

Решением УФНС России по Пермскому краю от 28.04.2017 № 18-18/112 обжалуемое решение инспекции оставлено без изменения и утверждено.

Считая, что решение налогового органа от 16.01.2017 № 52 не соответствует Кодексу, общество «Производственно-коммерческая фирма «Триумф» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании его недействительным.

При разрешении спора суд первой инстанции пришел к выводу о правомерности доначисления налогоплательщику НДС, начисления пени, привлечения к ответственности по ст. 122 НК РФ по взаимоотношениям с обществом «Прокси», признав доказанным факт того, что указанный контрагент общества не является реальным участником предпринимательских отношений, и его деятельность не направлена на добросовестное участие в предпринимательской деятельности, а целью включения указанного лица в документооборот является незаконное увеличение налоговых вычетов по НДС.

Заявитель с указанными выводами суда не согласен по основаниям, приведенным в апелляционной жалобе, настаивает на том, что решение  принято с нарушением норм материального права, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее,  заслушав пояснения представителей заявителя и заинтересованного лица, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения и соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом обложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 173 НК РФ сумма налога на добавленную стоимость, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных ст. 171 НК РФ (за исключением налоговых вычетов, предусмотренных п. 3 ст. 172 НК РФ), общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со ст. 166 НК РФ и увеличенная на суммы налога, восстановленного в соответствии с настоящей главой.

В соответствии с п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные данной статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через таможенную границу Российской Федерации без таможенного контроля и таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных п. 2 ст. 170 НК РФ, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных п. 3, 6 - 8 ст. 171 НК РФ.

Вычетам подлежат, если иное не установлено указанной статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Основанием для применения налоговых вычетов в силу ст. 169 НК РФ являются счета-фактуры, выставленные поставщиками при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг) и оформленные в установленном порядке.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда РФ от 15.02.2005 № 93-О, буквальный смысл абз. 2 п. 1 ст. 172 НК РФ позволяет сделать однозначный вывод о том, что обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Каждый первичный учетный документ должен содержать реквизиты, установленные ч. 2 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете».

По правилам ст. 313 Кодекса для целей налогообложения принимаются те же первичные учетные документы, которые используются для целей бухгалтерского учета.

Пунктом 5 ст. 169 НК РФ определен перечень сведений, которые должны быть указаны в счете-фактуре, в том числе цена (тариф) за единицу товара, стоимость товара за все количество отгруженных по счету-фактуре товаров, сумма налога, предъявленная покупателю товаров исходя из примененных налоговых ставок.

В силу п. 6 ст. 169 НК РФ счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

В соответствии с п. 2 ст. 169 НК РФ счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п. п. 5, 6 ст. 169 НК РФ, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Из изложенных правовых норм следует, что для налогоплательщиков налога на добавленную стоимость право на применение налогового вычета по налогу возникает при соблюдении следующих условий: товары, работы и услуги должны быть приобретены для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации и поставлены на учет; у налогоплательщика имеются счета-фактуры, соответствующие требованиям статьи 169 Налогового кодекса, и первичные документы с выделенной в них отдельной строкой суммой на добавленную стоимость, оформленные в соответствии со статьей 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете».

Как установлено судами, между обществом «Прокси» (поставщик) и обществом «Триумф» (покупатель) заключен договор поставки от 15.01.2016 № 15/01/16, по условиям которого покупатель обязался поставить провод МГ 16. Согласно спецификациям от 24.05.2016, 09.06.2016, являющиеся приложениями к договору поставки, объем поставляемого провода в мае 2016 года составила 3,157 тонны, стоимость 574 600 руб., в том числе налог на добавленную стоимость, условия оплаты, - 100 процентная предоплата; объем поставляемого провода в июне 2016 года - 1,804 тонны, стоимость 328 428 руб., в том числе налог на добавленную стоимость, условия оплаты, - 100 процентная предоплата.

В качестве подтверждения факта поставки провод МГ 16 обществом представлены товарные накладные и счета-фактуры от 24.05.2016 на сумму 574 600 руб., от 05.06.2016 на сумму 929 454 руб., от 09.06.2016 на сумму 328 428 руб., от 15.06.2016 на сумму 832 272 руб. Общая сумма товара составила 2 664 754 руб., в том числе налог на добавленную стоимость 406 487,91 руб., который включен обществом «Триумф» в состав налоговых вычетов за 2 квартал 2016 года.

Основанием для отказа в применении указанного налогового вычета послужил вывод налогового органа о том, что представленные заявителем документы не отвечают требованиям достоверности; между обществом и спорным контрагентом создан формальный документооборот с исключительной целью извлечения заявителем налоговой выгоды, в связи с чем, по результатам налоговой проверки в обоснованности ее получения отказано.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований налогоплательщика и поддерживая выводы налогового органа, полученные в ходе КНП, суд первой инстанции исходил из того, что контрагент общества, по сделке с которым налогоплательщиком заявлены вычеты по НДС, является номинальной структурой, у обществ «Прокси» отсутствовала объективная возможность поставки товара в виду отсутствия трудовых ресурсов, основных средств, производственных активов, транспортных средств, иного имущества, необходимого для осуществления нормальной финансово-хозяйственной деятельности; согласно выпискам банков операции, связанные с несением расходов на обеспечение ведения хозяйственной деятельности (арендные, коммунальные платежи, выплата заработной платы, на привлечение персонала) контрагенты не осуществляют; ООО «Прокси» по юридическому адресу не находится, налоговые декларации по налогу на добавленную стоимость представлены либо с нулевыми показателями, либо при значительных оборотах, сумма НДС к уплате минимальна; руководитель спорного контрагента Литвинова Е.А. в ходе допроса пояснила. Что является «номинальным» руководителем, налоговые декларации по НДС за 2016 год не подписывала, доверенностей не выдавала, визуально подписи в протоколе допроса Литвиновой Е.А. и на счетах-фактурах, выставленных ООО «Прокси», а также в договоре поставки от 15.01.2016 № 15/01/16 отличаются друг от друга, анализ выписок по расчетным счетам проверяемого налогоплательщика и его контрагента показал, что оплата за приобретенный товар не произведена, документы, подтверждающие взаимоотношения с заявителем ООО «Прокси» по требованию налогового органа не представлены.

Указанные обстоятельства послужили основанием для отказа в применении налогового вычета, поскольку налоговый орган пришел к выводу о том, что представленные заявителем документы не отвечают требованиям достоверности; между обществом и спорным контрагентом создан формальный документооборот с исключительной целью извлечения заявителем налоговой выгоды, реальность исполнения сделки именно спорным контрагентом не подтверждена, в связи с чем, по результатам налоговой проверки в обоснованности ее получения отказано.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с данными выводами суда, находит их ошибочными по следующим основаниям.

В соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление № 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получения права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных ст. ст. 169, ст.ст.169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственных операций.

Из постановления Президиума ВАС РФ от 20.04.2010 № 18162/09 следует, что, делая вывод об обоснованности заявленных вычетов по НДС, необходимо исходить не только из формального представления налогоплательщиком всех необходимых документов, но и устанавливать реальность финансово-хозяйственных отношений налогоплательщика и его контрагента. Иными словами, при проверке обоснованности заявленных налоговых вычетов необходимо учитывать как достоверность, полноту и непротиворечивость сведений, содержащихся в первичных документах, представленных налогоплательщиком, так и реальность совершения хозяйственных операций.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 15658/09 разъяснено, что при недоказанности факта отсутствия реальности исполнения по сделке в применении налогового вычета по НДС может быть отказано при условии, если налоговым органом будет доказано, что общество действовало без должной осмотрительности и исходя из условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки оно знало или должно было знать об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания лицом, не являющимся руководителем контрагента, или о том, что в качестве контрагента по договору было указано лицо, не осуществляющее реальной предпринимательской деятельности и не декларирующее свои налоговые обязанности в связи со сделками, оформляемыми от ее имени.

При этом налогоплательщик в опровержение указанных утверждений вправе приводить доводы в обоснование выбора контрагента, имея в виду, что, по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но также деловая репутация и платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Налогоплательщик также вправе приводить доказательства, свидетельствующие о том, что исходя из условий заключения и исполнения договора, он не мог знать о том, что соответствующая сделка заключается от имени организации, не осуществляющей реальной предпринимательской деятельности и не исполняющей ввиду этого налоговых обязанностей в связи со сделками, оформляемыми от его имени.

Таким образом, применительно к НДС налоговая выгода может быть признана необоснованной либо при доказанности отсутствия реальности спорной хозяйственной операцией, либо неосмотрительности налогоплательщика в выборе проблемного контрагента, указывающего в подтверждающих документах недостоверные сведения и не осуществляющего реальной предпринимательской деятельности.

Пунктом 3 статьи 54.1 НК РФ установлено, что нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Такими основаниями, в соответствии с п. 2 указанной статьи являются: 1) основной целью совершения сделки (операции) является неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке не исполнено контрагентом налогоплательщика, то есть отсутствует реальность сделки.

Апелляционный суд полагает необходимым применить в настоящем деле нормы указанной статьи.

Следуя принципу единообразия в применении и толковании судами норм права, с учетом разъяснений, приведенных в письме Федеральной налоговой службы России от 23.03.2017 г. № ЕД-5-9/547 «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды» при осуществлении мероприятий налогового контроля для подтверждения факта получения проверяемым налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды налоговым органам при проведении налоговой проверки следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операции с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

Налоговым органом в акте налоговой проверки должны быть отражены все доказательства, свидетельствующие о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагента и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену). В этом случае в качестве самостоятельного основания для возложения негативных последствий на налогоплательщика не могут приводиться признаки недобросовестности контрагентов второго и последующих звеньев цепочки перечисления денежных средств по выпискам банков.

Данный вывод следует из пункта 31 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, в котором указано, что факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривая аналогичные споры, сделала общий вывод о том, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность движения товара от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и других звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров. Такие выводы содержатся в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КК16-10399 по делу № А40-71125/2015 (ООО «Центррегионуголь»), от 6 февраля 2017 г. № 305-КК16-14921 по делу № А40-120736/2015 (ПАО «СИТИ»).

В силу действия принципа презумпции добросовестности налогоплательщиков предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежаще оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В соответствии с п. 9 постановления установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

Согласно позиций Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении Президиума от 03.07.2012 № 2341/12, а также в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. 

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота (п.9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 №305-КГ16-4155).

Как установлено судом апелляционной инстанции, реальность выполнения хозяйственных операций подтверждается представленными в дело документами (договорами, счетами-фактурами, товарными накладными, регистрами бухгалтерского учета), оприходованием спорной продукции.

Товар в адрес общества фактически поставлен, материалы КНП доказательств обратного не содержат, факт приобретения обществом товара налоговым органом не опровергнут.

Доказательств того, что данный товар был поставлен иными лицами, а не обществом «Прокси», в ходе мероприятий налогового контроля не добыто.

Выводы о том, что поставки осуществлялись не обществом «Прокси», основаны исключительно на предположении, обусловленном наличием у контрагентов признаков номинальных структур. Такой подход противоречит правовым подходам, изложенным в вышеуказанных судебных актах Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного суда Российской Федерации. 

Доказательств того, что спорный товар не реализовывался в дальнейшем покупателям налогоплательщика (товарные балансы) в материалы дела не представлены, следовательно, налоговым органом не доказано также, что имело место «задвоение» расходом и соответствующих вычетов при приобретении спорного товара.

Кроме того, как установлено самим налоговым органом в ходе КНП спорная организация ООО «Прокси» не является фирмой, регистрация которой связана именно с заключением договора поставки с проверяемым налогоплательщиком.

ООО «Прокси» состоит на налоговом учете с 16.04.2013, при том, что договор поставки с заявителем заключен 15.01.2016.

Как установлено ранее, первичные документы, представленные налогоплательщиком на проверку, вызвали  у налогового органа сомнения в подлинности подписи руководителя спорного контрагента, однако их  почерковедческая экспертиза не проводилась.

Ссылки инспекции на то, что спорная организация является номинальной структурой в связи с отсутствием основных средств также не могут быть приняты с учетом посреднической деятельности указанного общества, при этом отсутствие у посредников складских помещений, основных средств, производственных активов и транспортных средств не являются теми обстоятельствами, с которыми закон связывает право на налоговый вычет.

Из письма ФНС России от 23.03.2017 № ЕД-5-9/547@ «О выявлении обстоятельств необоснованной налоговой выгоды» следует что, об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операции с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов, проверяемому налогоплательщику. При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам предписано исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагента.

В материалах дела не представлены доказательства согласованности действий заявителя и спорного контрагента, направленных на совершение сделки с целью неуплаты (неполной уплаты) и (или) зачета (возврата) суммы налога, отсутствует доказательства подконтрольности контрагентов, иные факты имитации хозяйственных связей и/или доказательства аффилированности сторон сделки.

Налоговым органом не представлено в материалы дела каких-либо доказательств того, что налогоплательщику было известно о нарушениях со стороны общества «Прокси», сопричастности налогоплательщика с данным контрагентом не выявлено.

Доказательств того, что цена приобретения товара у общества «Прокси» не соответствовала рыночному уровню, а налогоплательщик вступал в отношения с данным лицом на особых (не на обычных) условиях, инспекцией не представлено.

Доводы о том, что оплата приобретенного товара осуществлена наличным путем, однако первичные документы, подтверждающие указанный факт не представлены, отклоняются как не имеющие принципиального значения для определения НДС с учетом того, что соответствующие счета-фактуры. По которым заявлен к вычету НДС, в ходе проверки налогоплательщиком представлены.

Как указано в вышеназванных постановлениях Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, при недоказанности факта отсутствия реальности исполнения по сделке в применении налогового вычета по НДС может быть отказано при условии, если налоговым органом будет доказано, что общество действовало без должной осмотрительности и, исходя из условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки оно знало или должно было знать об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания лицом, не являющимся руководителем контрагента, или о том, что в качестве контрагента по договору было указано лицо, не осуществляющее реальной предпринимательской деятельности и не декларирующее свои налоговые обязанности в связи со сделками, оформляемыми от его имени.

В соответствии с п. 10 постановления факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

В целях постановки такого вывода следует устанавливать также, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

По смыслу правовых подходов, выработанных судебной практикой,  целесообразно рассматривать вопрос о степени осмотрительности применительно к конкретной сделке (чем значимее, дороже сделка для предпринимательской деятельности налогоплательщика, тем выше должна быть степень осмотрительности последнего в соответствующем выборе).

Данным правилом руководствовался Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в постановлении Президиума №12210/07 от 12.02.2008 при оценке степени осмотрительности налогоплательщика в выборе контрагента. Если сделка в общем хозяйственном обороте налогоплательщика незначительна, то возможно признать осмотрительным налогоплательщика, который ограничился проверкой сведений о контрагенте в ЕГРЮЛ. Вывод о том, что налогоплательщик знал или должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом  в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент).

Ориентиры, которыми следует руководствоваться при постановке выводов об осмотрительности (неосмотрительности) налогоплательщика в выборе контрагентов, определены в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 №15658/09, а именно - анализу подлежат условия и обстоятельства совершения и исполнения соответствующей сделки, обоснование выбора контрагента с учетом того, что по условиям делового оборота при осуществлении выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставления обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Наряду с приведенными обстоятельствами инспекция вменила обществу непроявление должной степени осмотрительности при выборе спорного контрагента.

Суд первой инстанции с указанным выводом инспекции согласился.

При этом суд ограничился фактом выбора налогоплательщиком в качестве поставщика юридического лица с признаками номинальной структуры.

Между тем в силу вышеуказанных правовых позиций Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации нарушение контрагентом своих налоговых обязательств может влечь негативные последствия для налогоплательщика только в случае, когда сам налогоплательщик мог и должен был знать о том, что вступает в правоотношения с хозяйствующим субъектом, не исполняющим налоговых обязательств.

Данный факт доказывается налоговым органом с учетом оценки условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки.

В свою очередь, налогоплательщик, чьи оправдательные документы со стороны поставщиков подписаны неустановленными лицами либо данные поставщики не исполняют своих налоговых обязанностей, вправе приводить доказательства, свидетельствующие о том, что исходя из условий заключения и исполнения договора, он не мог и не должен был знать о заключении сделки с организацией, не осуществляющей реальной предпринимательской деятельности.

Апелляционный суд полагает, что заявитель проявил необходимую осмотрительность при заключении  договора со спорным контрагентом, а именно: до заключения договора контрагент проверен по информационным базам Контур и официальному сайту ФНС. При этом сведений о сомнительности организации, о том, что она имеет признаки «фирмы-однодневки» указанные ресурсы не содержали.

Как установлено ранее, спорный контрагент зарегистрирован задолго до заключения договора поставки с обществом.

Общество запросило у контрагента пакет документов, подтверждающий их правоспособность, а именно: Устав, свидетельство о государственной регистрации, свидетельство о постановке на учет в налоговый орган.

Как установлено судом апелляционной инстанции, спорный контрагент не является компанией, имеющей признаки недобросовестности. Организация не находилась в процессе реорганизации или ликвидации, полномочия директора были подтверждены документально, директор не числится в списке дисквалифицированных лиц. Виды деятельности контрагента соответствуют предмету заключенного с обществом договора. У общества «Прокси» отсутствуют объективные признаки «фирмы-однодневки», проверка которых была доступна для заявителя.

Возможности и обязанности проверять контрагентов 2-го и 3-го звена у общества отсутствует.

Более того, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Пунктом 1 статьи 82 НК РФ установлено, что налоговым контролем признается деятельность уполномоченных органов по контролю за соблюдением налогоплательщиками, налоговыми агентами и плательщиками сборов законодательства о налогах и сборах в порядке, установленном Налоговым кодексом РФ. Формы осуществления налогового контроля, основание к его осуществлению, полномочия органов по контролю за соблюдением налогового законодательства установлены главой 14 НК РФ.

Статья 87 НК РФ предусматривает два вида проверок, осуществляемых с целью контроля за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах: камеральные налоговые проверки и выездные налоговые проверки.

Согласно пункту 1 статьи 93 НК РФ должностное лицо налогового органа, проводящее налоговую проверку, вправе истребовать у проверяемого лица необходимые для проверки документы.

Положения указанной статьи являются. Специальной нормой, регламентирующей порядок проведения, сроки, а также полномочия должностных лиц при осуществлении камеральной налоговой проверки, является статья 88 НК РФ. Положения указанной статьи предусматривают случаи, когда налоговый орган вправе запрашивать сведения и/или документы у проверяемого лица.

В силу пункта 1 статьи 88 НК РФ камеральная налоговая проверка проводится по месту нахождения налогового органа на основе налоговых деклараций (расчетов) и документов, представленных налогоплательщиком, а также других документов о деятельности налогоплательщика, имеющихся у налогового органа.

Пункт 3 статьи 88 НК РФ предусматривает, что, если камеральной налоговой проверкой выявлены ошибки в налоговой декларации (расчете) и (или) противоречия между сведениями, содержащимися в представленных документах, либо выявлены несоответствия сведений, представленных налогоплательщиком, сведениям, содержащимся в документах, имеющихся у налогового органа, и полученным им в ходе налогового контроля, об этом сообщается налогоплательщику с требованием представить в течение пяти дней необходимые пояснения или внести соответствующие исправления в установленный срок.

В соответствии с п. 4 ст. 88 Кодекса налогоплательщик, представляющий в налоговый орган пояснения относительно выявленных ошибок в налоговой декларации (расчете) и (или) противоречий между сведениями, содержащимися в представленных документах, вправе дополнительно представить в налоговый орган выписки из регистров налогового и (или) бухгалтерского учета и (или) иные документы, подтверждающие достоверность данных, внесенных в налоговую декларацию.

На основании пункта 7 статьи 88 НК РФ при проведении камеральной налоговой проверки налоговый орган не вправе истребовать у налогоплательщика дополнительные сведения и документы, если иное не предусмотрено данной статьей или если представление таких документов вместе с декларацией не установлено НК РФ.

Основания истребования документов определены пунктом 8 статьи 88 НК РФ.

Так, статьей 88 НК РФ предусмотрен исчерпывающий перечень случаев для истребования в ходе камеральной проверки у налогоплательщика дополнительных документов, которые не подлежат расширительному толкованию. В числе прочих к таким случаям отнесена подача налоговой декларации по НДС, в которой заявлено право на возмещение налога (пункт 8 ст. 88).

В настоящем деле установлено, что налоговая декларация за 2 квартал 2016 года подана обществом к уплате в бюджет.

Таким образом, затребованные дополнительно налоговым органом документы, в том числе по спорному контрагенту, могли быть истребованы налоговым органом в ходе камеральной проверки в случае выявления им ошибок или противоречий в документах налогоплательщика или их несоответствия сведениям, имеющимся у налогового органа (пункт 3 статьи 88 НК РФ); в случае обнаружения несоответствий сведений об операциях, содержащихся в декларации общества, сведениям об указанных операциях, содержащимся в декларации по НДС, представленной в налоговый орган другим налогоплательщиком, или в представленном им журнале учета полученных и выставленных счетов-фактур (пункт 8.1 статьи 88 НК РФ).

Между тем на наличие таких ошибок, противоречий или несоответствий ни в требовании о представлении документов, ни в акте КНП, ни в оспариваемом решении не указано.

Фактически, как усматривается из материалов дела, налоговым органом проведена проверка по объему соответствующая выездному мероприятию налогового контроля (несмотря на отсутствие ряда исследований и запросов), что противоречит положениям НК РФ, а также правовой позиции, изложенной в пункте 2.1 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2006 № 266-0, согласно которой превышение налоговыми органами (их должностными лицами) своих полномочий несовместимо с принципами правового государства.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что перечисленные действия налогового органа не соответствуют требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и нарушают права и законные интересы общества.

Представленные обществом счета-фактуры и иные документы, необходимые для подтверждения права на применение вычета по НДС, содержат все обязательные реквизиты, позволяют определить содержание и участников хозяйственных операций.

Довод заинтересованного лица о том, что документы, в частности, спорные счета-фактуры, сам договор поставки за директора подписаны неустановленным лицом, поскольку Литвинова Е.А. отрицает подписание документов, отклоняются судом апелляционной инстанции, так как почерковедческая экспертиза в рамках налоговой проверки не проводилась.

Из системного толкования ч. 1 ст. 198, ч. 2 ст. 201 АПК РФ следует, что для признания недействительным ненормативного правового акта необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение данным актом прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической деятельности.

Бремя доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту в силу ч. 5 ст. 200 АПК РФ возложено на орган или лицо, принявший данный акт.

При этом суд отмечает, что законность и обоснованность принятого инспекцией решения от 16.01.2017 № 52 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения заинтересованным лицом в нарушение ч. 5 ст. 200 АПК РФ не доказана.

На основании изложенного решение суда первой инстанции подлежит отмене, заявленные требования - удовлетворению.

В силу пункта 3 ч.4 ст.201 АПК РФ на инспекцию возлагается обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

В соответствии со ст.110 АПК РФ расходы, понесенные заявителем по уплате государственной пошлины по заявлению и апелляционной жалобе, относятся на налоговый орган. Излишне уплаченная государственная пошлина в размере 1500 руб. подлежит возврату обществу из федерального бюджета в силу статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 104, 110, 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 28 августа 2017 года по делу № А50-15832/2017 отменить. Заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным как несоответствующее НК РФ решение Межрайонной ИФНС России № 16 по Пермскому краю от 16.01.2017 № 52 и обязать налоговый орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов налогоплательщика.

Взыскать с Межрайонной ИФНС России № 16 по Пермскому краю (ОГРН 1045901591020, ИНН 5916007050) в пользу ООО «Производственно-коммерческая фирма «Триумф» (ОГРН 1025901844363, ИНН 5916013575) судебные расходы в виде госпошлины по заявлению и апелляционной жалобе в сумме 4 500 (Четыре тысячи пятьсот) руб.

Возвратить ООО «Производственно-коммерческая фирма «Триумф» (ОГРН 1025901844363, ИНН 5916013575) из федерального бюджета госпошлину по апелляционной жалобе в размере 1 500 (Одна тысяча пятьсот) руб., излишне уплаченную по платежному поручению от 26.09.2017 № 121. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Судьи

В.Г.Голубцов

 

И.В.Борзенкова

 

М.В.Бородулина