Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                          Дело № А45-36215/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 января 2024 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Крюковой Л.А.,

судей                                                                  Сергеевой Т.А.,

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Тяжстанкогидропресс» на решение от 23.06.2023 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Суворова О.В.) и постановление от 31.10.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Смеречинская Я.А., Аюшев Д.Н., ФИО2) по делу № А45-36215/2022 по иску общества с ограниченной ответственностью «ТСГП Поковка» (630024, 

<

...>, кабинет 1, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к публичному акционерному обществу «Тяжстанкогидропресс» (630024, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств, по встречному иску публичного акционерного общества «Тяжстанкогидропресс» к обществу с ограниченной ответственностью «ТСГП Поковка» о взыскании денежных средств.

В судебном заседании принял участие представитель публичного акционерного общества «Тяжстанкогидропресс» ФИО3 по доверенности от 26.12.2023, удостоверение адвоката.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «ТСГП Поковка» (далее – общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), к публичному акционерному обществу «Тяжстанкогидропресс» (далее - компания, ответчик) о взыскании 10 903 468,41 руб. задолженности, 3 510 916,82 руб. неустойки и 855 268,05 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за нарушение срока оплаты за период с 14.01.2021 по 26.05.2023.

В порядке статьи 132 АПК РФ компанией предъявлен встречный иск, уточненный по правилам статьи 49 АПК РФ, о взыскании с общества 17 071 532,58 руб. основного долга, 12 506 718,76 руб. неустойки и 111 943,57 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных по состоянию на 25.05.2023 за нарушение сроков оплаты.

Решением от 23.06.2023 (с учетом определения от 23.06.2023 об исправлении опечатки) Арбитражного суда Новосибирской области первоначальный иск удовлетворен частично, с компании в пользу общества взыскано 10 903 468,41 руб. задолженности, 3 020 260,75 руб. неустойки, 1 029 511,46 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 97 289 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, в удовлетворении остальной части первоначального иска отказано. Встречные исковые требования удовлетворены частично, с общества в пользу компании взыскано 1 898 046,41 руб. основного долга, 1 351 408,92 руб. неустойки, в удовлетворении остальной части встречного иска отказано. В результате судебного зачета с компании в пользу общества взыскано 10 903 468,41 руб. задолженности, 800 317,08 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 97 289 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Постановлением от 31.10.2023 (с учетом определения от 27.12.2023 об исправлении арифметической ошибки) Седьмого арбитражного апелляционного суда решение суда первой инстанции отменено, принят новый судебный акт. С компании в пользу общества взыскано 10 903 46,41 руб. задолженности, 2 675 724,55 руб. неустойки, 294 751,81 руб. мораторных процентов, 470 411,98 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, распределены судебные расходы по уплате государственной пошлины, в удовлетворении остальной части первоначального иска отказано. С общества в пользу компании взыскано 1 243 812,97 руб. задолженности, распределены судебные расходы по уплате государственной пошлины, в удовлетворении остальной части встречных требований отказано. По результатам проведенного судебного зачета с компании в пользу общества взыскано 9 659 655,44 руб. задолженности, 2 675 724,55 руб. неустойки, 294 751,81 руб. мораторных процентов, 470 411,98 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, распределены расходы по уплате государственной пошлины.

Не согласившись с решением и постановлением, компания обратилась в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об отказе в первоначальных требованиях и удовлетворении встречного иска либо направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней заявитель, указывая на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, приводит следующие доводы: судами не учтено, что обязанность по оплате выставленных компании третьими лицами счетов на общество не возлагалась, какие-либо письменные соглашения о последующей компенсации ответчиком понесенных обществом расходов между сторонами не заключались, неосновательное обогащение на стороне компании не возникло, в связи с чем оснований для зачета встречных требований к истцу не имелось; факт передачи товара по договору поставки от 09.01.2020 № 017/2020 (далее - договор поставки № 17) документально не подтвержден, поскольку вместо предусмотренных им накладных по форме ТОРГ-12 в дело представлены универсальные передаточные документы (далее - УПД), а книга покупок за 2, 3 кварталы 2020 года и акт сверки доказательствами передачи товара не являются; отказ судов во взыскании санкций с истца неправомерен, поскольку обязательства сторон прекращаются зачетом с даты направления компанией заявления об этом; вывод судов о необоснованности требования о взыскании неустойки, начисленной на задолженность за потребленные энергоресурсы, в связи с прекращением основного обязательства зачетом, неверен, так как зачет истцом в данной части не заявлен; задолженность за потребленные в декабре 2020 года энергоресурсы по договору аренды необоснованно ограничена апелляционным судом периодом до 23.12.2023, дополнительные доказательства приняты коллегией с нарушением требований части 2 статьи 268 АПК РФ, приобщенные к материалам дела документы не отвечают принципу достоверности, так как составлены истцом в одностороннем порядке; судами допущена арифметическая ошибка в расчетах.

Отзыв на кассационную жалобу в суд округа не поступил.

Представитель компании в судебном заседании поддержал правовую позицию, изложенную в кассационной жалобе.

Учитывая надлежащее извещение сторон о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие представителя общества в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив в соответствии со статьями 284, 286 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов в пределах доводов, заявленных в кассационной жалобе (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа не находит оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции как итогового судебного акта.

Судами установлено и следует из материалов дела, что общество и компания являются аффилированными лицами, имеют единый адрес местонахождения (

<

...>, далее - нежилое здание), заместитель генерального директора компании ФИО4 (с 01.02.2017 по 02.09.2020) является единственным участником и директором общества с момента его создания.

Нежилое здание площадью 6 850,2 кв. м, собственником которого является компания, передано обществу в аренду по договору аренды от 13.01.2020 № 01/2020 (далее - договор аренды) на период с 13.01.2020 по 30.11.2020 с условием внесения арендной платы за пользование объектом, состоящей из постоянной (240 руб. за 1 кв. м в месяц) и переменной (расходы, связанные с содержанием и эксплуатацией объекта, в том числе электрических, газовых, водопроводных и канализационных сетей, а также платы за поставленные ресурсы - электрическая энергия, газ, водоснабжение, водоотведение) частей, не позднее 10 числа каждого месяца за текущий расчетный период, с уплатой неустойки в размере 0,1% от стоимости неисполненного или просроченного обязательства за каждый день просрочки (пункты 3.1.1, 3.1.2, 3.2, 3.2.1, 4.1 договора аренды).

Между обществом (поставщик) и компанией (покупатель) заключен договор поставки № 17, согласно пунктам 1.1, 5.1 которого поставщик обязался передать покупателю металлопродукцию, наименование, количество, ассортимент, цена, срок, порядок поставки и оплаты которой согласовываются сторонами в счетах-фактурах и устанавливаются в товарных накладных, а покупатель - принять ее и оплатить, а также уплатить неустойку в размере 0,1% от стоимости неисполненного или просроченного обязательства за каждый день просрочки.

Также между сторонами заключен договор подряда от 09.01.2020 № 033/2020 (далее - договор подряда), по которому компания (подрядчик) обязалась выполнить на своем оборудовании работы, наименование, содержание, объем и срок которых согласованы в спецификации и/или ином документе, являющемся неотъемлемой частью договора, а общество (заказчик) - принять выполненные работы (результат работ) и оплатить их; каждая из сторон вправе требовать уплаты неустойки в размере 0,1% от стоимости неисполненного или просроченного обязательства за каждый день просрочки до момента исполнения обязательства (пункты 1.1, 1.2, 1.3, 3.1.1, 3.1, 6.1 договора подряда).

Общество поставило компании металлопродукцию по договору поставки № 17 на общую сумму 25 214 563,76 руб., что подтверждено представленными в дело УПД, подписанными сторонами, а также в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) произвело за компанию оплату поставленных ей товаров, выполненных для нее работ и оказанных услуг (приобретение топлива, смазочных и расходных материалов, сырья, энергоресурсов, услуги регистратора, осуществляющего ведение реестра акционеров) в пользу третьих лиц на сумму 15 740 038,77 руб., что подтверждено представленными платежными поручениями.

В свою очередь компания за период пользования обществом нежилым зданием в рамках согласованного в договоре аренды срока (с января по ноябрь 2020 года) произвела начисление ему арендной платы в размере 27 015 704,43 руб., в связи с пользованием помещением в декабре 2020 года по истечении срока действия договора аренды  предъявила к оплате постоянную часть арендной платы в размере 1 644 048 руб. и переменную часть за энергоресурсы (тепловая энергия, природный газ, холодное водоснабжение и водоотведение, услуги по содержанию электрических сетей, водопровода, канализации и газопровода) на сумму 2 323 581,67 руб.; выполнила для него работы по договору подряда на сумму 3 547 931,80 руб. Также компания (поставщик) поставила обществу (покупатель) товар - металлопродукцию на сумму 795 976,69 руб., что подтверждено универсальными передаточными документами, в которых содержится ссылка на договор поставки от 09.01.2020 № 032/2020 (далее - договор поставки № 32).

Арендная плата внесена обществом денежными средствами на сумму 2 800 800 руб., а также в адрес компании направлены заявления от 19.11.2020 и 22.12.2020 о зачете обязательств по договорам аренды и поставки № 17 на общую сумму 13 582 606,23 руб. (11 938 558,23 руб. + 1 644 048 руб.); понудило в судебном порядке в рамках дела № А45-68/2021 произвести перерасчет задолженности по договору аренды на сумму произведенного зачета 11 938 558,23 руб. путем внесения соответствующих изменений в регистры бухгалтерского учета; в рамках дела № А45-115/2021 судом подтверждена правомерность произведенного арендатором зачета арендной платы за ноябрь 2020 года на сумму 1 644 048 руб.

Неисполнение сторонами взаимных денежных обязательств в полном объеме послужило основанием для обращения в арбитражный суд с первоначальным и встречным исками.

В ходе производства по делу общество 25.05.2023 дополнительно заявило о зачете взаимных требований сторон на сумму 6 007 754,54 руб., из которых: 1 219 777,50 руб. - постоянная часть арендной платы за декабрь 2020 года, 425 535,43 руб. - переменная часть арендной платы за декабрь 2020 года, 74 904,05 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами за несвоевременную оплату по договору аренды, 3 547 931,80 руб. - задолженность по договору подряда, 739 605,67 руб. - задолженность по договору поставки № 32.

Рассматривая спор, суд первой инстанции руководствовался статьями 10, 154, 156, 313, 329, 330, 333, 395, 410, 486, 516, 779, 809 ГК РФ, статьями 4, 5, 16, 63, 71, 100, 134, 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктах 68, 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее - Постановление № 6), пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пунктах 1, 4, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 № 88 «О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве», правовой позицией, приведенной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, учел, что в отношении компании определением от 18.10.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-14575/2021 вводилась процедура наблюдения, оконченная в связи с прекращением производства по делу о банкротстве определением от 01.09.2022 Арбитражного суда Новосибирской области.

Признав доказанным наличие у сторон взаимной задолженности на заявленные суммы по договорам поставки № 17, 32, подряда и аренды, а также вследствие неосновательного обогащения ответчика за счет истца, производящего за него платежи третьим лицам, соотнеся даты возникновения денежных обязательств сторон в целях определения периода просрочки их исполнения, констатировав частичное прекращение обязательств оплатой и зачетом по правилам статьи 410 ГК РФ, определив после этого размер оставшейся задолженности, учтя введение в отношении компании процедуры банкротства и ее прекращение, суд удовлетворил требования сторон частично и после судебного зачета сформировал итоговую сумму взыскания с ответчика в пользу истца.

Повторно рассмотрев спор, апелляционная коллегия дополнительно руководствовалась статьей 4 Закона Российской Советской Федеративной Социалистической Республики от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», статьей 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции», разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», пункте 38 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой», правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, приведенными в Определении от 20.12.2018 № 3182-О, Верховного Суда Российской Федерации, отраженными в пункте 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.05.2015, пункте 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020, определениях от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 20.02.2018 № 305-ЭС17-17952, от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652(3), от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837, от 16.06.2023 № 305-ЭС22-29647.

Отметив наличие у сторон аффилированности и корпоративного конфликта, недостаточности у компании денежных средств для оплаты текущей задолженности, учтя преюдициально установленные в рамках дела № А45-68/2021 обстоятельства, не опровергнутые ответчиком надлежащими доказательствами, апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции о наличии у сторон взаимных обязательств друг перед другом на заявленные суммы, кроме правопритязаний ответчика, касающихся их величины по арендной плате за декабрь 2020 года.

Придя к выводу о невозможности использования обществом переданного по договору аренды нежилого здания с 23.12.2020 по независящим от него причинам, констатировав недопустимость возложения на арендатора обязанности по оплате поставленной тепловой энергии и газа, а также расходов по содержанию инженерных сетей нежилого здания в условиях, исключающих его функционирование в обычном режиме с указанной даты, суд апелляционной инстанции произвел перерасчет арендных платежей, в связи с чем исчислил размер задолженности истца перед ответчиком в меньшем размере, пересчитал величину взаимных обязательств сторон, в том числе в части санкций, включая неустойки, мораторные проценты и проценты за пользование чужими денежными средствами, учтя все заявления общества о зачете, изменил решение суда первой инстанции.

Спор по существу разрешен апелляционным судом правильно.

В пункте 1 статьи 2 ГК РФ закреплено, что гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (пункт 1 статьи 307 ГК РФ).

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в ГК РФ (пункт 2 статьи 307 ГК РФ).

Сделками   признаются   действия   граждан   и   юридических    лиц,    направленные

на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ).

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

По договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование (пункт 1 статьи 606 ГК РФ).

Арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды (пункт 1 статьи 614 ГК РФ).

В статье 702 ГК РФ предусмотрено, что по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности (статья 8 ГК РФ).

По смыслу положений главы 60 ГК РФ институт неосновательного обогащения, состоящий в возложении на лицо, неосновательно получившее или сберегшее имущество за счет другого лица, обязанность по возврату последнему такого имущества, призван обеспечить защиту имущественных прав участников гражданского оборота.

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором (статья 407 ГК РФ), к числу которых, в частности, относятся надлежащее исполнение (статья 408 ГК РФ) и зачет встречного однородного требования (статья 410 ГК РФ).

Исследовав по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела письменные доказательства, установив, что между обществом и компанией сложились договорные отношения, связанные с арендой имущества, поставкой товаров, выполнением работ, в которых каждый выступал как кредитором, так и должником, у сторон существовала взаимная задолженность друг перед другом по указанным правоотношениям, кроме того, истец в порядке статьи 313 ГК РФ выполнил ряд данных ему ответчиком поручений, исходя из которых последний сберег денежные средства за счет общества; определив величину обязательств каждой стороны, констатировав их частичное прекращение путем оплаты и зачета в порядке статьи 410 ГК РФ, апелляционный суд признал частично обоснованными требования по первоначальному и встречному искам, удовлетворил их в указанной части, произведя итоговый судебный зачет, сформировал итоговую сумму взыскания с ответчика в пользу истца.

Отказывая ответчику в удовлетворении требований о взыскании с истца санкций за нарушение денежного обязательства по договорам аренды, подряда и поставки № 32 суды исходили из отсутствия оснований для привлечения общества к гражданско-правовой ответственности с учетом имеющегося у компании однородного обязательства перед ним, срок исполнения которого наступил ранее.

Подобная оценка доказательств находится в пределах установленной законом судейской  дискреции,  принадлежащей исключительно судам факта, к каковым относится суд апелляционной инстанции.

Стандарт исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения какому бы то ни было из них апелляционным судами соблюден (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308).

Признавая необоснованными доводы заявителя о неправомерном возложении на него обязанности по погашению задолженности перед обществом по договору поставки № 17, а также возмещению уплаченных истцом за ответчика в порядке статьи 313 ГК РФ денежных средств, суд округа поддерживает выводы апелляционной инстанции в данной части в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

В общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019  № 305-ЭС16-18600(5-8)).

Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска. В этом случае состав доказательств, достаточных для подтверждения оснований иска (как и для их опровержения), должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при типичном развитии, которыми должна располагать его сторона.

В частности, наличие задолженности по оплате товара, как правило, связано с фактом передачи товара, который подтверждается подписанными сторонами товарными и/или товарно-транспортными накладными, УПД. Именно такие документы являются наиболее распространенными в гражданском обороте (хотя и не единственными) юридическими актами, фиксирующими передачу поставщиком товара, поэтому наряду с другими доказательствами признаются надлежащим средством доказывания соответствующих обстоятельств.

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, нескомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом  достаточным  для  вывода  о  соответствии  действительности доказываемого факта

для целей принятия судебного акта по существу спора.

При этом опровергающее лицо вправе передать суду доказательства состоявшегося встречного имущественного предоставления, уменьшившего задолженность или вовсе прекратившего его обязательства.

По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального оппонента.

Необходимо учитывать, что бремя доказывания стороной своих требований и возражений должно быть потенциально реализуемым, исходя из объективно существующих возможностей в собирании тех или иных доказательств с учетом характера правоотношения и положения в нем соответствующего субъекта, а также добросовестной реализации процессуальных прав. Недопустимо возлагать на сторону обязанность доказывания определенных обстоятельств в ситуации невозможности получения ею доказательств по причине нахождения их у другой стороны спора, недобросовестно их не раскрывающей.

В данном случае, заявляя о наличии у ответчика задолженности за поставленный по договору поставки № 17 товар, истец представил в материалы дела УПД за период с 03.02.2020 по 17.12.2020 на сумму 25 214 563,76 руб., подписанные покупателем и скрепленные его печатью, а также сослался на обстоятельства, установленные в рамках дела № А45-68/2021, в ходе рассмотрения которого для проверки заявления компании о фальсификации УПД по договору поставки № 17 судом исследованы книги покупок и продаж сторон, декларации по налогу на добавленную стоимость за спорный период, регистры бухгалтерского учета компании, констатировано, что спорные поставки отражены в бухгалтерских и налоговых документах сторон сделки.

Учитывая, что способ фиксации хозяйственных операций по передаче товара посредством оформления УПД является обычной практикой взаимоотношений субъектов предпринимательской деятельности, их отражение в бухгалтерской и налоговой отчетностях опосредует легальный и законный оборот товаров, то применительно к приведенным выше правилам распределения обязанности подтверждения значимых для дела обстоятельств именно к ответчику перешло бремя доказывания того, что поставка товара на сумму 25 214 563,76 руб. фактически не состоялась.

Вопреки требованиям статей 9, 65 АПК РФ такая процессуальная обязанность компанией не реализована, ее возражения относительно неполучения товара по договору поставки № 17 не подтверждены какими-либо доказательствами, сводятся лишь к доводам об оформлении хозяйственной операции посредством учетного документа иной формы (УПД), нежели предусмотрено договором (товарная накладная формы ТОРГ-12).

На основании изложенного суд апелляционной инстанции при формировании итогового сальдо обязательств сторон аргументированно пришел к выводу о фактической передаче ответчику товара на сумму 25 214 563,76 руб., обязанности последнего его оплатить.

Как верно указала апелляционная коллегия, в силу правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.12.2009 № 20-П, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2017 № 51-КГ17-12, из анализа положений статьи 313 ГК РФ вытекает, что гражданское законодательство исходит из презумпции допустимости исполнения обязательства третьим лицом, которое действует как самостоятельный субъект, от собственного имени, такое исполнение является недопустимым только в случае, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

Возложение исполнения обязательства на третье лицо может опираться на различные юридические факты, лежащие в основе взаимоотношений между самостоятельными субъектами гражданского оборота и подлежащие оценке исходя из предусмотренных гражданским законодательством оснований возникновения прав и обязанностей.

При этом в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 ГК РФ).

Проанализировав представленные в дело доказательства и констатировав, что общество и компания являются аффилированными лицами по составу участников, верно резюмировав, что указанное обстоятельство создает презумпцию формализации сторонами своей деятельности как осуществляемой от имени «единого хозяйствующего субъекта», допускающей заключение ими между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам оборота, установив на основании представленных в дело документов прокурорского реагирования (представления) и налоговой документации компании, что у ответчика в 2019 и 2020 годах сформировалась значительная текущая задолженность по выплате заработной платы, налогам и сборам, то есть имелись признаки финансовой недостаточности, что обусловило необходимость исполнения его обязательств истцом в порядке статьи 313 ГК РФ по оплате счетов за товары, работы и услуги в целях обеспечения ведения текущей хозяйственной деятельности компанией, выгодное для участников группы в целом.

Заключив, что после возникновения и развития конфликта между сторонами, сконцентрированное на стороне истца бремя оплаты приобретаемых в интересах ответчика товарно-материальных ценностей и услуг привело к образованию неосновательного обогащения последнего, суд апелляционной инстанции мотивировано счел компанию обязанной компенсировать обществу 15 740 038,77 руб.

В отсутствие разумных объяснений причин осведомленности истца о конкретных хозяйственных правоотношениях ответчика, требующих участия общества в финансировании операций в порядке статьи 313 ГК РФ, оснований для вывода о проведеннии обществом оплаты в отсутствие соответствующего поручения компании, у суда кассационной инстанции не имеется.

Ограничивая обязательства истца перед ответчиком по оплате потребленных в декабре 2020 года энергоресурсов в арендованном здании, апелляционная коллегия правомерно учла, что с 23.12.2020 компания как арендодатель создала условия, препятствующие использованию имущества арендатором, прекратив подачу газа в кузнечно-прессовый цех, что привело к размораживанию водопровода и его порыву, снижению температуры теплоносителя в системе отопления до уровня, не обеспечивающего теплоотдачу. Данные обстоятельства (невозможность использования арендованного имущества с 23.12.2020) установлены также вступившими в законную силу судебными актами по делу № А45-35220/2021.

Из содержания норм главы 34 ГК РФ (аренда) в их взаимной связи следует, что правоотношения участников гражданского оборота строятся на принципах эквивалентности обмена материальными благами, поэтому совершение арендодателем действий, приведших к невозможности использования арендатором энергоресурсов надлежащего качества, привело к освобождению последнего от их оплаты (компенсации) применительно к положениям пункта 2 статьи 542 ГК РФ.

Не усматривает окружной суд и нарушений статьи 410 ГК РФ со стороны апелляционного суда, отказавшего ответчику в удовлетворении встречных требований к истцу о взыскании неустойки и процентов за пользование чужими денежными средствами за нарушение срока внесения переменной части арендной платы (энергоресурсы), а также денежных средств по договорам поставки № 32 и подряда.

Согласно пункту 15 Постановления № 6 обязательства считаются прекращенными зачетом в размере наименьшего из них не с момента получения заявления о зачете соответствующей стороной, а с момента, в который обязательства стали способными к зачету (статья 410 ГК РФ). Например, если срок исполнения активного и пассивного требований наступил до заявления о зачете, то обязательства считаются прекращенными зачетом с момента наступления срока исполнения обязательства (или возможности досрочного исполнения пассивного обязательства), который наступил позднее, независимо от дня получения заявления о зачете.

Если лицо находилось в просрочке исполнения зачитываемого обязательства, срок исполнения по которому наступил ранее, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) и (или) неустойка (статья 330 ГК РФ) начисляются до момента прекращения обязательств зачетом. Если проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) и (или) неустойка (статья 330 ГК РФ) были уплачены за период с момента, когда зачет считается состоявшимся, до момента волеизъявления о зачете, они подлежат возврату.

Поскольку апелляционным судом установлено, что к моменту возникновения у общества денежного обязательства перед компанией по договорам аренды, подряда и поставки № 32 (пассивное требование), у последней имелось неисполненное однородное обязательство перед истцом в большем размере (активное требование), оснований для начисления и взыскания санкций с истца правомерно не имелось. Доводы заявителя в данной части основаны на неправильном понимании норм материального права.

Таким образом, оснований для вывода о неправильном применении апелляционным судом норм материального права не имеется, арифметическая ошибка, допущенная в постановлении суда апелляционной инстанции при расчете размера удовлетворенных встречных требований, судебном зачете и распределении судебных расходов, исправлена коллегией в порядке статьи 179 АПК РФ определением от 27.12.2023.

По существу доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке установленных апелляционным судом обстоятельств, исследованных доказательств и подлежат отклонению, поскольку из полномочий суда кассационной инстанции исключены действия по установлению обстоятельств, которые не установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом, по предрешению вопросов достоверности или недостоверности доказательств, преимущества одних доказательств перед другими, а также по переоценке доказательств, которым уже была дана оценка судом апелляционной инстанции (статьи 286, 287 АПК РФ, постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.03.2013 № 13031/2012).

Основания для отмены обжалуемого постановления в соответствии со статьей 288 АПК РФ судом округа не установлены. При указанных обстоятельствах кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 31.10.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-36215/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                   Л.А. Крюкова

 

Судьи                                                                                                                  Т.А. Сергеева

 

ФИО1