ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А01-3966/2020

город Ростов-на-Дону

25 января 2025 года

15АП-16022/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 января 2025 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сулименко Н.В.,

судей Димитриева М.А., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Рымарь С.А.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 17.12.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 25.07.2024 по делу № А01-3966/2020 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательства должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Редут»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Редут» (далее - должник, ООО «ЧОО «Редут») в Арбитражный суд Республики Адыгея обратился конкурсный управляющий должника ФИО3 (далее - конкурсный управляющий должника ФИО3) с заявлением о привлечении ФИО1 (далее - ответчик, ФИО1) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В Арбитражный суд Республики Адыгея обратилось Управление Федеральной налоговой службы по Республике Адыгея (далее - уполномоченный орган) с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 02.05.2023 заявление конкурсного управляющего должника ФИО3 и заявление уполномоченного органа о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 25.07.2024 по делу№ А01-3966/2020 признано доказанным наличие оснований для привлеченияФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, сФИО1 в пользу Управления Федеральной налоговой службы по Республике Адыгея взыскано в порядке субсидиарной ответственности 1 094 443 руб. 63 коп.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 25.07.2024 по делу № А01-3966/2020, ФИО1 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела. Податель жалобы указал, что дело о банкротство должника прекращено, а потому производство по заявлению о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежало прекращению. Апеллянт указал, что ответчик не был надлежащим образом извещен судом первой инстанции о времени и месте судебного разбирательства.

В отзыве на апелляционную жалобу УФНС России по Республике Адыгея просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, определение суда оставить без изменения. 

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

Судебная коллегия на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрела апелляционную жалобу без участия не явившихся лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Республики Адыгея от 25.07.2024 по делу № А01-3966/2020 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что обжалуемое определение суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, уполномоченный орган обратился в Арбитражный суд Республики Адыгея с заявлением о признании ООО «ЧОО «Редут» несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника.

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 27.09.2021 ООО «ЧОО «Редут» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре как отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В Арбитражный суд Республики Адыгея обратились конкурсный управляющий должника ФИО3 и уполномоченный орган с заявлениями о привлеченииФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявления, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО1 в период с 12.02.2015 по 27.09.2021 являлся единоличным исполнительным органом (руководителем) ООО «ЧОО «Редут».

Таким образом, в период, предшествующий банкротству должника,ФИО1 являлся контролирующим должника лицом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Как следует из положений пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве осуществляется в случае, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Закона.

Согласно правовому подходу, изложенному в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2019 № 305-ЭС18-15765, завершение конкурсного производства не является основанием для прекращения производства по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, которое было подано и принято судом к производству до завершения дела о банкротстве.

Названная правовая позиция применяется в целях защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, не получивших удовлетворение требований в процедуре конкурсного производства ввиду недостаточности конкурсной массы или вследствие прекращения производства по делу о банкротстве должника на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве (отсутствие средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющем).

Обращаясь с апелляционной жалобой, ФИО1 заявил довод о том, что дело о банкротство должника прекращено, а потому производство по заявлению о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника подлежало прекращению. Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 13.03.2024 производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием кандидатуры конкурсного управляющего должника. Данное определение никем из лиц, участвующих в деле, не обжаловано. ФИО1 полагает, что по смыслу статьей 56, 57 Закона о банкротстве прекращение производства по делу о банкротстве исключает возможность рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в связи с этим считает, что спор о привлечении к субсидиарной ответственности не может быть рассмотрен в соответствии с частью 1 пункта 12 статьи 61.12 Закона о банкротстве, так как указанная норма позволяет привлечь контролирующее должника лицо только в случае, когда производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием денежных средств, достаточных для возмещения расходов по делу о банкротстве, а в данном случае дело о банкротстве прекращено в связи с отсутствием арбитражного управляющего и пункт 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве предусматривает лишь право правомочного лица обратиться в суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Давая правовую оценку указанному доводу апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

По смыслу положений статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прекращение производства по арбитражному делу допускается лишь в случаях, исключающих возможность его рассмотрения по существу.

В силу пункта 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеются основания, предусмотренные пунктом 1 части 1 статьи 127.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 127.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судья отказывает в принятии искового заявления, заявления, если исковое заявление, заявление подлежат рассмотрению в порядке конституционного или уголовного судопроизводства либо не подлежат рассмотрению в судах.

Из пункта 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации также следует, что прекращение производства по делу возможно в связи с ликвидацией организации, являющейся стороной в деле.

Согласно законодательному регулированию конкурсные кредиторы вправе обратиться с заявлением о привлечении лица к субсидиарной ответственности в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, а также вне рамок дела о банкротстве в порядке искового производства (статьи 61.14, 61.19, 61.20 Закона о банкротстве).

Заявление рассматривается арбитражным судом, рассматривавшим дело о банкротстве. При рассмотрении заявления применяются правила пункта 2 статьи 61.15, пунктов 4 и 5 статьи 61.16 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.9 Закона).

Таким образом, заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в любом случае рассматривается арбитражным судом.

Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве осуществляется в случае, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 данного Федерального закона (пункт 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

Вместе с тем, в рассматриваемом случае заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности поданы конкурсным управляющим должника и уполномоченным органом до прекращения производства по делу о банкротстве должника (заявления поданы 18.03.2022 и 31.08.2022; производство по делу прекращено 13.03.2024). Рассмотрение обособленного спора неоднократно откладывалось судом первой инстанции, в том числе в целях надлежащего извещения ответчика о дате и времени судебного разбирательства.

Само по себе прекращение производства по делу о банкротстве не препятствует рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам, учитывая, что и заявитель (уполномоченный орган), и ответчик сохранили правоспособность.

Данное положение носит универсальный характер и применимо к спорам о привлечении лиц, способствовавших должнику в причинении ущерба кредиторам, к мерам гражданско-правовой ответственности.

При этом, само по себе наличие у заинтересованного лица права на обращение с требованием вне рамок дела о банкротстве не создает препятствий для принятия судом итогового судебного акта по имеющемуся в производстве спору.

Указанная правовая позиция приведена Верховным Судом Российской Федерации в определении от 12.09.2019 № 305-ЭС18-15765.

Таким образом, судебная коллегия пришла к выводу, что само по себе прекращение производства по делу о банкротстве должника не является основанием для прекращения производства по возбужденному в рамках него обособленному спору и не препятствует его рассмотрению обособленного спора по существу. В рассматриваемом случае должник и контролирующее его лицо свою правоспособность сохранили, единственный кредитор (уполномоченный орган) от привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не отказался, напротив, поддерживает требование, занимает активную позицию в споре; по данному спору собрано значительное число доказательств, проведено большое количество заседаний.

Прекращение производства по рассмотрению заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в такой ситуации влечет ограничение права на судебную защиту (статья 46 Конституции Российской Федерации), поскольку требует подачи новых исков, направленных на достижение тех же целей, что и рассматриваемый обособленный спор, при том, что именно в этом споре, как уже было указано выше, участвуют все лица, участвующие в деле о банкротстве, собраны доказательства.

Продолжение рассмотрение обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности не нарушает ничьих прав, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 названного закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 указанного закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 53), и учитывая цели законодательного регулирования и общеправового принципа равенства, к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, вправе присоединиться кредиторы должника, обладающие правом на обращение с таким же заявлением (пункты 1 - 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве), а также иные кредиторы, требования которых к должнику подтверждены вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

Для этого, как следует из пункта 53 постановления Пленума ВС РФ № 53, заявитель, обратившийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, должен предложить другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию (части 2 и 4 статьи 225.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что производство по спору было возбуждено на основании заявлений конкурсного управляющего должника и уполномоченного органа, а рассмотрение по существу этого спора состоялось по требованию уполномоченного органа, являющегося единственным кредитором должника. Иные кредиторы у должника отсутствуют (с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника не обращались, требования не включены в реестр).

При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции, продолжившего рассматривать требование о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о банкротстве, отсутствовали основания предлагать другим конкурсным кредиторам присоединиться к требованию уполномоченного органа ввиду отсутствия таковых.

Более того, судебная коллегия учитывает, что дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЧОО «Редут» возбуждено судом по упрощенной процедуре отсутствующего должника.

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 27.09.2021 ООО «ЧОО «Редут» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре как отсутствующего должника.

Из решения Арбитражного суда Республики Адыгея от 27.09.2021 следует, что в силу статьи 230 Закона о банкротстве положения, предусмотренные параграфом 2 главы 11 данного Закона (банкротство отсутствующего должника), применяются также в случае, если имущество должника - юридического лица заведомо не позволяет покрыть судебные расходы в связи с делом о банкротстве или если в течение последних двенадцати месяцев до даты подачи заявления о признании должника банкротом не проводились операции по банковским счетам должника, а также при наличии иных признаков, свидетельствующих об отсутствии предпринимательской или иной деятельности должника Таким образом, при обращении с заявлением о признании должника банкротом по упрощенной процедуре как отсутствующего должника уполномоченный орган должен представить доказательства, подтверждающие факт отсутствия должника применительно к пункту 1 статьи 227 Закона о банкротстве либо наличие иных оснований, позволяющих в соответствии со статьей 230 этого же Закона рассмотреть дело о банкротстве по правилам для отсутствующего должника.

Обратившись в суд с заявлением о признании должника банкротом по упрощенной процедуре, уполномоченный орган ссылается на дополнительные условия, предусмотренные статьей 230 Закона о банкротстве (имущество должника - юридического лица заведомо не позволяет покрыть судебные расходы в связи с делом о банкротстве). В подтверждение доводов об отсутствии у должника имущества, необходимого для покрытия расходов по делу о банкротстве, уполномоченный орган указал, что согласно учетных данных инспекции и регистрирующих органов за должником движимого (недвижимого) имущества не зарегистрировано.

Оценив в совокупности представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что у должника имеются признаки банкротства отсутствующего должника, предусмотренные статьей 230 Закона о банкротстве, что является основанием для признания его банкротом и введения конкурсного производства

Таким образом, признавая должника несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, суд исходил из отсутствия у должника имущества, необходимого для покрытия расходов по делу о банкротстве.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии основания для прекращения производства по заявлению о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Довод заявителя жалобы о том, что суд необоснованно рассмотрел заявление о привлечении к субсидиарной ответственности спор в рамках дела о банкротстве должника, производство по которому прекращено на основании пункта 9 статьи 45 Закона о банкротстве, отклоняется судом, поскольку соответствующе заявление было принято к рассмотрению суда до прекращения производства по делу о банкротстве должника. При этом доказательств погашения кредиторской задолженности перед единственным кредитором - уполномоченным органом материалы дела не содержат.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, уполномоченный орган указал, чтоФИО1, являясь руководителем должника, не исполнил обязанность, предусмотренную статьей 9 Закона о банкротстве, по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Признавая доводы уполномоченного органа обоснованными, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с частью 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Как следует из заявления уполномоченного органа и подтверждается материалами дела, в связи с несвоевременной уплатой должником обязательных платежей руководителем Межрайонной инспекции ФНС России № 1 по Республике Адыгея в порядке статьи 47 Налогового кодекса Российской Федерации приняты решения № 5982, № 6275, № 7323 о взыскании налогов, сборов, страховых взносов, пеней и штрафов за счет имущества налогоплательщика.

Постановления уполномоченного органа № 5704 от 18.04.2017, № 5939 от 16.05.2017, № 7766 от 14.07.2017 о взыскании с ООО «ЧОО «Редут» задолженности по обязательным платежам на сумму 365 455 руб. 29 коп. направлены для принудительного исполнения в органы Управления ФССП по Республике Адыгея.

ООО «ЧОО «Редут» имело расчетный счет № 

<

***>, открытый 11.07.2014 в Банке ВТБ (ПАО) и закрытый 21.04.2021. При этом в период с 01.01.2017  по 21.04.2021 какие-либо денежные операции по указанному расчетному счету не осуществлялись.

По состоянию на 14.07.2017 задолженность ООО «ЧОО «Редут» по налогам составила более 300 000 руб., при этом должник не осуществлял какую-либо хозяйственную деятельность.

По состоянию на 23.11.2020 задолженность ООО «ЧОО «Редут» по налогам составила 1 041 075 руб. 87 коп., в том числе основной долг - 713 217 руб. 03 коп., пени - 324 658 руб. 84 коп., штрафы - 3 200 руб., что послужило основанием для обращения уполномоченного органа в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 27.09.2021 требования уполномоченного органа по обязательным платежам в бюджет включены в реестр требований кредиторов должника для удовлетворения в третью очередь в размере1 041 075 руб. 87 коп., в том числе: основной долг - 713 217 руб. 03 коп., пени - 324 658 руб. 84 коп., штрафы - 3 200 руб., при этом пени и штрафы в размере 327 858 руб. 84 коп. учтены в реестре требований кредиторов отдельно.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 14.06.2022 в реестр требований кредиторов включено требование уполномоченного органа в размере 53 117,76 руб.

Общий размер задолженности ООО «ЧОО «Редут» составляет 1 094 443,63 руб. При этом ООО «ЧОО «Редут» не имеет имущества в собственности, за счет которого могла быть сформирована конкурсная масса и удовлетворены требования кредиторов.

Поскольку с момента возникновения указанных обязательств задолженность по налогам не была погашена, суд пришел к выводу о том, что по состоянию на 14.07.2017 ООО «ЧОО «Редут» обладало признаками неплатежеспособности.

Таким образом, при наличии признаков неплатежеспособности, руководитель, не обращаясь в суд с заявлением о собственном банкротстве, причинил убытки бюджету путем наращивания задолженности по обязательным платежам. При этом, из сведений, представленных налоговом органом по состоянию на 14.07.2017 и 23.11.2020, следует, что задолженность перед бюджетом не погашалась, таким образом, у руководителя не было оснований предполагать, что финансовые затруднения носят временный характер.

Наличие оснований для подачи в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) подтверждается также постановлением УФНС по РА № 100 от 07.03.2018 о назначении административного наказания ФИО1 по части 5 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Указанные сведения подтверждаются материалами дела, лицами, участвующими в деле, не оспариваются, доказательства иного в деле отсутствуют.

Для ФИО1, как для руководителя должника, являлось очевидным то обстоятельство, что должник не имел возможности рассчитаться в полном объеме с уполномоченным органом.

Таким образом, ООО «ЧОО «Редут» соответствовало признакам неплатежеспособности. Поскольку задолженность должника по обязательным платежам (по основному долгу) превышала 300 000 руб., руководитель ООО «ЧОО «Редут», которым в рассматриваемый период являлся ФИО1, в силу требований статьи 9 Закона о банкротстве был обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 9, 12 постановления Пленума ВС РФ № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Доказательства обращения ФИО1 в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) ООО «ЧОО «Редут» в материалах дела отсутствуют. Доказательства наличия обстоятельств, препятствующих обращению ФИО1 в арбитражный суд с указанным заявлением, в материалах дела также отсутствуют.

ФИО1 не передал конкурсному управляющему документы, относящиеся к деятельности должника, что обусловило невозможность достоверного установления даты возникновения у должника признаков объективного банкротства и даты, когда должник обязан был обратиться с заявлением о собственном банкротстве.

При этом, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что при наличии у должника признаков банкротства, должник обязан обратиться с заявлением о собственном банкротстве независимо от размера долга перед кредиторами и наличия (отсутствия) денежных средств для финансирования процедуры банкротства.

Как следует из материалов дела, 27.11.2020 уполномоченный орган обратился в Арбитражный суд Республики Адыгея с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ЧОО «Редут».

ФИО1 являлся единственным лицом, контролировавшим деятельность ООО «ЧОО «Редут».

При принятии настоящего судебного акта суд апелляционной инстанции учитывает позицию, изложенную в пункте 18 постановления Пленума ВС РФ № 53, согласно которой, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности.

Применительно к настоящему делу указанное означает, что руководитель должен представить разумные обоснования принятого делового решения по необращению в суд с заявлением о признании общества банкротом при том, что должник не имел возможности исполнять обязательства, в частности, перед уполномоченным органом.

Между тем какие-либо разумные пояснения податель апелляционной жалобы ни при рассмотрении спора в суде первой инстанции, ни при обращении в суд апелляционной инстанции не представил.

Исходя из указанных обстоятельств, судебная коллегия пришла к выводу о том, что ФИО1, являясь руководителем и учредителем должника, обладая сведениями о финансовом состоянии должника, не принял меры по организации мероприятий по выводу подконтрольной ему организации из состояния имущественного кризиса, а, напротив, прекратил осуществление какой-либо деятельности, за счет прибыли от которой могла быть погашена задолженность. ФИО1 не предпринимал меры по внесению дополнительных капиталовложений, не совершал иных действий для погашения обязательств перед бюджетом. Ответчик не осуществил каких-либо действий по выводу общества из состояния имущественного кризиса, фактически бросив предприятие с налоговой задолженностью, что повлекло банкротство организации и невозможность погашения требований перед бюджетом. В связи с этим ответственность по обязательствам должника несет контролирующее эту организацию лицо - ФИО1

Следовательно, вывод суда первой инстанции о нарушении ФИО1 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании ООО «ЧОО «Редут» банкротом, является законным и обоснованным, а возражения заявителя жалобы не состоятельны.

Кроме этого, в обоснование своих доводов о необходимости привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности уполномоченный орган также указал в качестве основания статью 61.11 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, оценивая данный довод, исходит из того, что такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», предусмотренное пунктом 4 статьи 10 Законом о банкротстве, по существу, мало чем отличается от основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве, и что значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим, в связи с чем применению подлежат разъяснения, изложенные в постановлении Пленума ВС РФ № 53.

Согласно пункту 16 постановления Пленума ВС РФ № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В рассматриваемом случае, из материалов дела усматривается, что контролирующее должника лицо - ФИО1 фактически бросил предприятие с долгами, прекратив выполнять обязанности учредителя и руководителя организации по осуществлению хозяйственной деятельности, направленной на получение прибыли и на погашение накопленных налоговых обязательств, что не соответствует критериям разумности и добросовестности в хозяйственном обороте. Более того, ответчик не передал конкурсному управляющему документацию в отношении деятельности должника.

Ответчик заявил довод о том, что заявитель не доказал, а также не представил доказательства, указывающие на совершение ФИО1 каких-либо конкретных действий, ставших причиной непогашения долга.

Давая правовую оценку указанному доводу, судебная коллегия учитывает правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.05.2024, согласно которой при рассмотрении заявления кредитора о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности после прекращения производства по делу о банкротстве суд должен оценить возможности такого кредитора на получение доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности по организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника, а также ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П (далее - постановление КС РФ № 6-П), если кредитор, обратившийся после прекращения судом производства по делу о банкротстве с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

В определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637, от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091 указано, при рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление КС РФ № 6-П).

Таким образом, при решении вопроса о распределении бремени доказывания наличия или отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в указанных случаях необходимо принимать во внимание как добросовестность лица, контролирующего должника, включая исполнение таким лицом своей обязанности по учету интересов кредитора, в том числе при рассмотрении дела в суде, так и процессуальную добросовестность кредитора.

Вышеуказанная правовая позиция, изложенная в постановлении Конституционного Суда РФ № 6-П, применима и к настоящему делу.

Руководитель должника не представил в материалы дела документы, позволяющие определить причины банкротства должника и неисполнения ООО «ЧОО «Редут» обязательств перед бюджетом. Недобросовестность поведения уполномоченного органа в процессе не была установлена. Уполномоченный орган объективно не имел возможности представить документы, объясняющие конкретные причины неисполнения должником обязательств перед уполномоченным органом, а также мотивы прекращения должником хозяйственной деятельности, учитывая, что конкурсному управляющему должника не переданы документы, отражающие финансово-хозяйственную деятельность должника. При этом, ответчик соответствующие пояснения и доказательства не представил.

Отсутствие документации должника не позволяет установить данные об имуществе и обязательствах, которые находились в распоряжении предприятия и использовались  для осуществления деятельности, исследовать полученные доходы и понесенные убытки за определенный период, сравнить изменения доходов и расходов, оценить структуру, состав и динамику размера прибыли, дохода от продаж, чистой прибыли; не позволяет установить дебиторов должника и т.д., а также иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках.

ФИО1 обязан был обеспечить надлежащее ведение бухгалтерского учета, отчетности, безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их передачу конкурсному управляющему. Между тем данная обязанность им не исполнена, презумпция возникновения неплатежеспособности должника вследствие действий руководителя им не опровергнута, и в поведении бывшего руководителя, не передавшего документацию должника, усматривается направленность на сокрытие фактов совершения контролирующим должника лицом неправомерных действий, повлекших банкротство подконтрольного им общества.

Отсутствие документации, связанной с хозяйственной деятельностью должника, существенно затруднило проведение процедуры банкротства, а именно: препятствовало формированию конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов.

Указанные обстоятельства подтверждают обоснованность требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При рассмотрении вопроса о распределении бремени доказывания, имея в виду неравные - в силу объективных причин - процессуальные возможности истца и ответчика, неосведомленность кредитора о конкретных доказательствах, необходимых для подтверждения оснований привлечения к субсидиарной ответственности, апелляционная коллегия учитывает, что в рассматриваемом случае отсутствует недобросовестность поведения уполномоченного органа в процессе судебного разбирательства дела.

В свою очередь, ФИО1 свой статус контролирующего лица (как единственный участник и директор) не оспорил, не раскрыл доказательства, отражающие реальное положение дел и действительный оборот в обществе, не представил доказательства, характеризующие хозяйственную деятельность должника, а также не указал причины неисполнения должником обязательств перед бюджетом.

Проявляя процессуальное бездействие в ходе судебного разбирательства, ответчик не привел никаких разумных объяснений объективной невозможности исполнения подконтрольным ему обществом обязательств перед бюджетом, не привел  аргументированных доводов о невозможности исполнить обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества, а также не раскрыл причины такого поведения.

Таким образом, уклонение ответчика от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений свидетельствует о недобросовестном процессуальном поведении и о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

В этой связи бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается судом на привлекаемое к ней лицо.

Однако ответчик такие доказательства в материалы дела не представил, в связи с чем вина контролирующего лица предполагается ввиду наличия совокупности следующих  обстоятельств: уполномоченный орган действует добросовестно; у кредитора нет доступа к сведениям и документации о хозяйственной деятельности должника ввиду непередачи ФИО1 документов конкурсному управляющему; контролирующее лицо не дает пояснений об управлении компанией-должником, о причинах неисполнения обязательств перед уполномоченным органом и прекращения хозяйственной деятельности; контролирующее лицо не представило доказательства правомерности своего поведения.

Поскольку ответчик не доказал, что он действовал с той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота, и что он принял все меры для исполнения обществом обязательств перед уполномоченным органом, и исходя из того, что виновные действия (бездействие) контролирующего лица повлекли невозможность исполнения обязательств перед кредитором, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Оценив представленные доказательства в совокупности, судебная коллегия пришла к выводу, что ответчик помимо бездействия, выразившегося в неисполнении обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), не передал конкурсному управляющему документы, касающиеся хозяйственной деятельности общества, отсутствие которых явилось препятствием для установления причин банкротства должника и формирования конкурсным управляющим конкурсной массы для соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

В указанной части определение суда от 25.07.2024 является законным и обоснованным.

Довод апеллянта о том, что ответчик не был надлежащим образом извещен судом первой инстанции о времени и месте судебного разбирательства, отклоняется судом апелляционной инстанции, как необоснованный, ввиду наличия в материалах дела уведомления о получении ФИО1 судебной корреспонденции (л.д. 179).

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что адрес, по которому суд первой инстанции извещал ФИО1, также указан последним в апелляционной жалобе.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о надлежащем извещении ФИО1 о времени и месте судебного разбирательства.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

Определяя размер субсидиарной ответственности ответчика, суд первой инстанции фактически исходил из того, что в реестр требований кредиторов должника включены требования уполномоченного органа в размере 1 094 443 руб. 63 коп., которые не погашены.

Таким образом, размер ущерба, взыскиваемого в порядке субсидиарной ответственности, определен судом в сумме 1 094 443 руб. 63 коп.

Вместе с тем, определяя размер субсидиарной ответственности ответчика, суд первой инстанции не учел следующее.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. При этом в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие лицу, привлекаемому к субсидиарной ответственности, а также заинтересованным по отношению к нему лицам.

Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц является по своей природе деликтной. Привлечение к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица при невозможности полного погашения требований кредиторов предусматривает учет вины контролирующего лица в признании должника банкротом и предполагает проверку наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) этого лица и фактически наступившим банкротством. Контролирующее лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения должником обязательств перед кредиторами.

При привлечении лица к субсидиарной ответственности в связи с неуплатой налогов должником, являющимся банкротом, это лицо компенсирует ущерб, причиненный должнику (кредиторам), а не несет ответственность за налоговые правонарушения должника, то есть имеет место трансформация налоговых отношений в гражданско-правовые.

Так, в налоговом праве (статья 114 Налогового кодекса Российской Федерации) штраф - это налоговая санкция, являющаяся мерой финансовой ответственности за совершение налогового правонарушения. Штраф, будучи формой денежного взыскания, означает дополнительное имущественное обременение правонарушителя карательного характера для обеспечения охраны установленного порядка исполнения обязанностей. В связи с этим любые штрафы за налоговые правонарушения подлежат включению - наряду с налогами, сборами и пенями - в реестр требований кредиторов.

Однако с учетом частноправовой природы субсидиарной ответственности пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не может использоваться для взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенных на организацию-налогоплательщика.

Объем ответственности субсидиарного должника совпадает с объемом ответственности основного должника, а вред, причиняемый налоговыми правонарушениями, заключается в непоступлении в бюджет соответствующего уровня неуплаченных налогов (недоимки) и пеней. Взыскание штрафов по своему существу выходит за рамки налогового обязательства, носит не восстановительный, а карательный характер и является наказанием за налоговое правонарушение (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 30.10.2023 № 50-П «По делу о проверке конституционности пунктов 9 и 11 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданки ФИО4»).

Конституционный Суд РФ пришел к выводу о том, что пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не противоречит Конституции РФ, поскольку не может использоваться для взыскания с лица, контролирующего должника, в составе субсидиарной ответственности суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенные на организацию-налогоплательщика.

В связи с изложенным толкованием пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что при определении размера субсидиарной ответственности лиц, контролирующих деятельность должника, не подлежат учету требования уполномоченного органа в части штрафных санкций.

Суд установил, что решением Арбитражного суда Республики Адыгея от 27.09.2021 ООО «ЧОО «Редут» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре как отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3; требования уполномоченного органа в размере 1 041 075 руб. 87 коп., в том числе: основной долг - 713 217 руб. 03 коп., пени - 324 658 руб. 84 коп., штрафы - 3 200 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника; при этом пени и штрафы в размере 327 858 руб. 84 коп. учтены в реестре требований кредиторов отдельно.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 14.06.2022 требования уполномоченного органа в размере 53 367 руб. 76 коп., в том числе: пени - 53 117 руб. 76 коп., штрафы - 250 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника; при этом пени и штрафы учтены в реестре требований кредиторов отдельно.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что при определении размера субсидиарной ответственности не подлежат учету требования уполномоченного органа в части штрафных санкций в общем размере 3 450 руб. (3 200 руб. + 250 руб.).

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что с ФИО1 в пользу Управления Федеральной налоговой службы по Республике Адыгея надлежит взыскать денежные средства в размере 1 090 993,63 руб. В удовлетворении остальной части заявления надлежит отказать.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 25.07.2024 по делу  № А01-3966/2020 подлежит изменению, с ФИО1 в пользу Управления Федеральной налоговой службы по Республике Адыгея надлежит взыскать денежные средства в размере 1 090 993,63 руб. В удовлетворении остальной части заявление не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционную жалобу удовлетворить в части.

Определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 25.07.2024 по делу № А01-3966/2020 изменить, изложить резолютивную часть судебного акта в следующей редакции:

«Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Редут».

Взыскать с ФИО1 в пользу Управления Федеральной налоговой службы Республики Адыгея в порядке субсидиарной ответственности 1 090 993,63 руб.

В удовлетворении заявления в остальной части отказать.»

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                               Н.В. Сулименко

Судьи                                                                                             М.А. Димитриев

Д.В. Николаев