125/2023-62166(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

10 сентября 2023 года Дело № А44-636/2021 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Кравченко Т.В., судей Бычковой Е.Н. и Зарочинцевой Е.В.,  

рассмотрев 24.08.2023 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу общества с ограниченной ответственностью «СтройТрансЛес» на  определение Арбитражного суда Новгородской области от 07.04.2023 и  постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023  по делу № А44-636/2021,  

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Новгородской области от 10.03.2021  принято к производству заявление Федеральной налоговой службы, адрес: 127381,  Москва, Неглинная ул., д. 23, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ФНС),  о признании общества с ограниченной ответственностью «Стройтранс», адрес:  173520, Новгородская обл., д. Пятница, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>  (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).  

Определением от 17.03.2022 в отношении Общества введена процедура  наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1.  

Решением суда от 09.08.2023 Общество признано несостоятельным  (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, исполнение  обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО1  

Общество с ограниченной ответственностью «СтройТрансЛес», адрес:  173020, Великий Новгород, ул. Обороны, д. 26, блок 4, кааб. 4, ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), обратилось в суд с  заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника (далее –  реестр) требования в размере 20 643 277,96 руб.  

Определением от 07.04.2023, оставленным без изменения постановлением  Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023, признано  обоснованным требование Компании в размере 20 643 277,96 руб. основного долга  и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте  4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в очередности, предшествующей  распределению ликвидационной квоты. В остальной части заявленных требований  отказано.  

В кассационной жалобе Компания просит отменить определение от  07.04.2023 и постановление от 06.06.2023 и принять новый судебный акт о  включении требования в третью очередь реестра.  

Податель кассационной жалобы считает ошибочным применение к  требованию Компании положений пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве,  отрицает аффилированность с должником, указывает на реальный характер  

взаимоотношений и не согласен с выводом о наличии у должника имущественного  кризиса в период предоставления займов.  

В отзыве, поступившем в суд в электронном виде, ФНС возражает против  удовлетворения кассационной жалобы.  

Участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и  времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в  судебном заседании не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является  препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.  

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке  исходя из доводов кассационной жалобы.  

Компания в обоснование рассматриваемого требования в размере 

20 643 277,96 руб. указала на задолженность Общества, возникшую из следующих  правоотношений.  

Компания (поставщик) и Общество (покупатель) 20.12.2018 заключили  договор поставки лесоматериалов № 12118-02, в соответствии с которым в адрес  покупателя поставлен товар на общую сумму 7 497 400 руб.  

В подтверждение исполнения договора представлен универсальный  передаточный документ от 17.06.2019 на сумму 7 497 400 руб., акт сверки по  состоянию на 11.04.2011, платежные поручения, подтверждающие частичную  оплату на сумму 1 500 000 руб. (от 05.08.2019 № 417, 06.08.2019 № 419, 07.08.2019   № 436), выписки с лицевого счета.  

Компания и Общество произвели зачет взаимных обязательств на сумму  135 000 руб. по договорам аренды транспортного средства от 01.01.2019 № 01/0119  и № 02/0119 и по договору субаренды земельного участка от 01.07.2019  

 № 01/04/2019, что подтверждается актом сверки. 

В установленный договором срок оплата в полном объеме не поступила, в  адрес Общества была направлена претензия от 13.12.2020 исх. № 27;  задолженность по договору поставки составила 5 486 522,35 руб.  

Кроме того, Компания (займодавец) и Общество (заемщик) заключили  следующие договоры беспроцентного займа:  

- от 18.07.2019 № 12, заемщику перечислено 810 000 руб., срок возврата31.12.2019; заем погашен частично, размер задолженности – 605 000 руб.;  

- от 30.07.2019 № 13, заемщику перечислено 2 615 000 руб., срок возврата31.12.2019, заем не возвращен, размер задолженности – 2 615 000 руб.;  

- от 20.08.2019 № 14, заемщику перечислено 1 770 000 руб.; срок возврата31.03.2020, заем частично погашен, размер задолженности - 1 317 644,38 руб.;  

- от 04.09.2019 № 15, заемщику перечислено 3 100 000 руб., срок возврата31.03.2020, заем не возвращен, размер задолженности - 3 100 000 руб.;  

- от 26.08.2019 № 16, заемщику перечислен 1 000 000 руб., срок возврата31.05.2020, заем не возвращен, размер задолженности - 1 000 000 руб.  

- от 31.03.2020 № 17, заемщику перечислено 5 395 699,73 руб., срок возврата  - 31.12.2020, заем не возвращен, размер задолженности - 5 395 699,73 руб.;  

- от 30.06.2020 № 18, заемщику перечислен 1 002 442,24 руб., срок возврата31.12.2021, заем не возвращен, размер задолженности - 1 002 442,24 руб.;  

- от 30.09.2020 № 19, заемщику перечислено 55 815,90 руб., срок возврата31.12.2021, заем не возвращен, размер задолженности – 55 815,90 руб.  

В обоснование рассматриваемого требования Компания также указала на  оплату за должника по письмам от 22.03.2022 и 21.01.2022 на общую сумму  6 515 336 руб.  

При проверке обоснованности требования Компании возражения против  размера требования заявлены не были. Вместе с тем ФНС и другие кредиторы  

полагали, что требование Компании подлежит субординированию.  

Суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, пришел  выводу об аффилированности Общества и Компании, а также указал, что  рассматриваемое требование направлено на возврат компенсационного  финансирования.  

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационной жалобы, суд  округа пришел к следующему.  

Вывод судов об аффилированности Общества и Компании соответствует  представленным в дело доказательствам.  

Так, единственный участник должника ФИО2 с 02.10.2014  является генеральным директором Общества. При этом ФИО2 в период с  21.03.2018 по 10.12.2020 являлся руководителем Компании, а в период с  21.03.2018 по 01.07.2020 – ее участником.  

Судами также установлено, что представленные Компанией в материалы  дела договоры заключены в период (2018-2019), когда ФИО2 являлся  руководителем Общества и Компании.  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений,  согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является  самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований  кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения  требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским  обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем, из указанного  правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной  практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах  банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц,  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020  (далее – Обзор), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о  наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации)  требования аффилированного с должником лица.  

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из  обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в  трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему  надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.  

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество,  пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной  предпринимательской деятельности посредством предоставления данному  обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в  частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель  поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя  все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного  финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут  перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса  Российской Федерации, далее - ГК РФ).  

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось  реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет  на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования  независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности  удовлетворения требования аффилированного лица. Не устраненные  контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли  предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу  независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).  

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного  

финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит  удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142  Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц,  получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о  банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.  

Кроме того, согласно пункту 3.3 Обзора разновидностью финансирования по  смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим  лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа  подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т. д.  по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара  непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ).  

При этом под имущественным кризисом понимается не только  непосредственное наступление обстоятельств, указанных в пункт 1 статьи 9 Закона  о банкротстве, но и ситуация, при которой их возникновение стало неизбежно.  

При вынесении обжалуемых судебных актов суды обоснованно учли, что  Компания предъявила должнику требование только в процедуре наблюдения,  возбужденной по истечении продолжительного времени после образования  задолженности и что до процедуры банкротства кредитор не предъявлял должнику  требований о взыскании задолженности.  

Компания не представила никаких приемлемых объяснений причин, в силу  которых в условиях отсутствия оплаты по договору поставки Компания  предоставляла займы, не требуя своевременного возврата, в том числе в судебном  порядке.  

Такое поведение кредитора обоснованно признано судом не согласующимся  с разумным поведением лиц в гражданском обороте и целью заявителя,  являющегося юридическим лицом, на извлечение прибыли.  

Судами также верно принято во внимание, что займы предоставлены без  уплаты процентов за их пользование; не предусматривали какого-либо  обеспечения; заключены на условиях, недоступных для обычных участников  гражданского оборота; по истечении срока возврата денежных средств до  возбуждения дела о банкротстве должника действий по возврату займа, в том  числе в судебном порядке не предпринималось; мотивы заключения договоров  займа на нетипичных условиях (без процентов) не раскрыты.  

Изложенное обусловило мотивированный вывод судов о том, что указанные  действия Компании свидетельствуют о финансировании, осуществляемом  кредитором посредством отказа от принятия мер по истребованию задолженности.  Такого рода финансирование, позволяющее должнику продолжать  предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9  Закона о банкротстве стандарта поведения, также может быть признано  компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе  риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.  

С учетом указанного вывод судов о наличии оснований для  субординирования требования Компании соответствует установленным по делу  обстоятельствам и представленным доказательствам.  

Ввиду изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Новгородской области от 07.04.2023 и  постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2023  по делу № А44-636/2021 оставить без изменения, а кассационную жалобу  

общества с ограниченной ответственностью «СтройТрансЛес» – без удовлетворения. 

Председательствующий Т.В. Кравченко Судьи Е.Н. Бычкова 

Е.В. Зарочинцева