ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А74-8809/2020

г. Красноярск

12 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена «05» октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен          «12» октября 2023 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Радзиховская В.В., 

судей: Инхиреевой М.Н., Морозовой Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

конкурсного управляющего должником ФИО2, паспорт,

при участии в Арбитражном суде Республики Хакасия путем использования системы видеоконференц-связи: ФИО3, паспорт;

от ФИО3 - ФИО4, представителя по доверенности от  11.08.2021 серии 19 АА № 0706966, удостоверение адвоката;

от ФИО5 - ФИО6, представителя по доверенности от 20.05.2021, паспорт,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО2, ФИО5 на определение Арбитражного суда Республики Хакасия  от 13 марта 2023 года по делу № А74-8809/2020,

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Абакан» (далее – должник) в арбитражный суд поступили заявления конкурсного кредитора  - ФИО5 и конкурсного управляющего  должником ФИО2 о привлечении бывшего директора и участника должника - ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Определением суда от 14.10.2021 заявления конкурсного управляющего ФИО2 и ФИО5 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 13 марта 2023 в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего ФИО2 и конкурсного кредитора ФИО5 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности отказано, отменены обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 23.07.2021 по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности по делу № А74-8809/2020, по вступлению настоящего определения в законную силу.

Не согласившись с данным судебным актом, кредитор и конкурсный управляющий обратились с апелляционными жалобами, в которых просит определение отменить и принять новый судебный акт.

По мнению ФИО5, кредитором доказано, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, следовательно, должна применяться презумпция установленная в п. 1, 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве. Кредитор считает, что отчуждение автокрана повлекло фактическое прекращение деятельности должником, повлекло невозможность полного удовлетворения требования  кредитора ФИО5

Конкурсный управляющий ФИО2 считает, что судом первой инстанции сделан неверный вывод о недоказанности утраты должником возможности продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход, вследствие отчуждения автокрана. По мнению конкурсного управляющего, без докапитализации должник не имел возможности после 12.02.2019 приобрести какой-либо товар для его дальнейшей продажи, в связи с чем, должник после 12.02.2019 не имел возможности продолжить хозяйственную деятельность, которой должник занимался ранее; суд первой инстанции не дал никакой оценки основанному на выписках по банковским счетам должника доводу управляющего о том, что все поступления на счета должника от всех контрагентов по всем сделкам, совершенным должником после 19.02.2019 даже без учета принятых на себя должником обязательств по этим сделкам, платежеспособность должника не восстанавлена, так как поступления от этих сделок даже в сумме более чем на 300 000 рублей меньше, чем признанная к тому времени судом задолженность должника перед ФИО5 Конкурсный управляющий ФИО2 считает, что заявителями представлены доказательства того, что деятельность общества в 2018, 2019 годах была убыточной или стала убыточной в результате отчуждения крана.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 10.04.2023 апелляционные жалобы приняты к производству.

От ФИО3 поступили  возражения на апелляционные жалобы, в которых отклонены доводы апелляционных жалоб.

От ФИО5  и  конкурсного управляющего должником ФИО2  поступили дополнительные пояснения к апелляционной жалобе и  возражения  на  отзыв  ФИО3

От ФИО3 поступили возражения на дополнительные пояснения по апелляционным жалобам.

От конкурсного управляющего поступило ходатайство о приобщении к материалам дела копии искового заявления в Абакнский городской суд о взыскании убытков и копию извещения портала ГАС «Правосудие» о передаче материала судье.

В  судебном  заседании  конкурсный управляющий должником ФИО2   и  представитель  ФИО5  поддержали доводы  апелляционных  жалоб.

Представитель ФИО3 отклонил  доводы  жалоб  по  основаниям  указанным  в  отзыве  и дополнении к  нему.

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК  РФ) (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти"), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 АПК РФ дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Обратившись с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности, уточненными в порядке статьи 49 АПК РФ (уточнения приняты арбитражным судом), конкурсный управляющий ФИО2 и кредитор ФИО5

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, ответчик – ФИО3 являлся генеральным директором должника, а также его участником с 50% долей в уставном капитале общества в период с 11.07.2014 по 05.04.2019 (дата заключения договора купли-продажи доли).  Вторым участником общества являлся Ли Бяо (ФИО12) также с долей 50% в уставном капитале. Данное обстоятельство не оспаривается.

16.10.2015 между ИП ФИО8 и обществом «ТД «Абакан» заключен беспроцентный договор займа. По договору ФИО8 перечислила в адрес общества «ТД «Абакан» денежные средства в размере 2 000 000 руб. Денежные средства необходимо было вернуть в срок до 31.03.2016.

ИП ФИО8 уступила право требования к должнику (обществу «ТД «Абакан») новому кредитору  ФИО5 по договору уступки права требования от 20.02.2019.

12.02.2019 между обществом «ТД «Абакан» и ФИО9 заключено соглашение об отступном автокрана в счет погашения задолженности общества по договору займа 20.07.2016.

Решением Абаканского городского суда Республики Хакасия от 05.04.2019 по делу           № 2-1887/2019, вступившим в законную силу 14.05.2019, с должника в пользу кредитора взыскана задолженность по договору займа от 16.10.2015 № 2 в размере 2 000 000 руб., проценты за пользование займом за период с 01.04.2016 по 31.03.2019 в размере 506 911 руб. 66 коп., а также расходы по оплате государственной  пошлины в сумме 7 540 руб.

Исполнительный лист находился на исполнении в АО «Россельхозбанк» с 27.05.2019 по 22.07.2020, был частично исполнен 28.05.2019 в сумме 1 950 руб. 97 коп.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Хакасия от 20.02.2020 по делу № 33-381/2020 соглашение об отступном от 12.02.2019, заключенное между обществом «ТД «Абакан» и ФИО9, признано ничтожным (мнимым). Применены последствия недействительности сделки путем возврата сторон в первоначальное положение. Суд возложил на ФИО9 обязанность возвратить обществу «ТД «Абакан» автомобильный кран МАЗ 6303А3-347.

Заявители, полагая, что в результате действий ФИО3 по отчуждению автокрана  наступило банкротство должника, а также в связи с неисполнением им обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве, просили привлечь его к субсидиарной ответственности.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине контролирующих должника лиц о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такое лицо субсидиарной ответственности по гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Статья 10 Закона о банкротстве, ранее регулирующая вопросы привлечения к субсидиарной ответственности, утратила силу в связи с принятием Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона).

В части применения норм материального и процессуального права при рассмотрении настоящего заявления суд полагает возможным применить разъяснения пункта 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которому процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления в силу Закона независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. При этом дела о привлечении к субсидиарной ответственности, возбужденные вне рамок дела о банкротства до дня вступления в силу Закона, и после этой даты подлежат рассмотрению в соответствии с процессуальными нормами законодательства о банкротстве, действовавшими до этой даты.

Положения Закона о банкротстве в новой редакции о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу изменений. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу соответствующих изменений, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности поступили 22.07.2021 и 16.08.2021, действия, которые вменяются в вину ответчику, совершены в 2019 году, то есть заявления подлежат рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона  от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве судом первой инстанции сделан верный вывод о подаче заявлений о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности уполномоченными лицами.

На момент предъявления заявлений о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности (22.07.2021 и 16.08.2021) сроки на обращение с таким заявлением не истекли, поскольку дело о банкротстве должника возбуждено 11.09.2020.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе, по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника, имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Судом  первой  инстанции установлено, что ФИО3 в период с 11.07.2014 по 05.04.2019 (дата заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале общества) являлся директором и участником должника с долей 50% в уставном капитале общества «ТД «Абакан». Изменения в ЕГРЮЛ о единственном участнике общества ФИО10 внесены 24.04.2019, о директоре ФИО10 изменения внесены в реестр 08.05.2019.

Заявители полагают, что имеются основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по статье 61.11 Закона о настоятельности (банкротстве) (за невозможность погашения требований кредиторов в результате действий контролирующего должника лица).

В пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

По общему правилу предполагается, что ситуация невозможности исполнения должником имеющихся обязательств обусловлена в первую очередь причинами экономического характера, а не наличием умысла со стороны руководителя должника, действия которого признаются не выходящими за пределы обычного разумного делового риска даже при наличии негативных последствий принятия им управленческих решений, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

В пункте 23 постановления Пленума № 53 разъяснено следующее. Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 3 пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если в удовлетворении иска о признании сделки недействительной ранее было отказано по мотиву равноценности полученного должником встречного денежного предоставления, то заявитель впоследствии не вправе ссылаться на нерыночный характер цены этой же сделки в целях применения презумпции доведения до банкротства.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 содержится оценочное понятие - существенный вред. Существенность вреда имеет место, когда выведено имущество, отсутствие которого осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника.

Заявители полагают, что действия ФИО3 по заключению соглашения об  отступном автокрана с ФИО9 12.02.2019 привели к объективному банкротству общества «ТД «Абакан».  С момента совершения указанной сделки (12.02.2019) у общества не осталось имущества, за счет которого возможно было бы осуществлять предпринимательскую деятельность и получать прибыль. Указанная сделка являлась для должника заведомо убыточной. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Хакасия от 20.02.2020 соглашение об отступном от 12.02.2019 признано ничтожным (мнимым). Применены последствия недействительности сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение. На ФИО9 возложена обязанность по возврату обществу «ТД «Абакан» автомобильного крана МАЗ 6303А3-347. Судебный акт вступил в законную силу.

Судебная коллегия пришла к выводу о том, что соглашение об отступном совершено без намерения создать соответствующие правовые последствия, с целью сокрытия обществом  «ТД «Абакан»  своего имущества во избежание обращения на него взыскания в рамках исполнительного производства. Мер по исполнению обязательств по возврату займа перед ФИО8 обществом не предпринималось. Зная о наличии задолженности, обществом совершены действия по отчуждению имущества путем заключения соглашения об отступном, что свидетельствует о мнимости сделки.

Проверив доводы заявителей, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Заявителями не доказано, что в результате заключения сделки об отступном автокрана от 12.02.2019 должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Также не нашел подтверждения довод о том, что объективное банкротство общества «ТД «Абакан»  наступило именно 12.02.2019 в результате совершения указанной сделки.

Вывод арбитражного суда основан на следующем.

В материалы дела представлен бухгалтерский баланс по состоянию по последнюю отчетную дату перед заключением соглашения от 12.02.2019. По состоянию на 31.12.2018 баланс общества «ТД «Абакан» составлял 4 795 000 руб. По соглашению от 12.02.2019 в качестве отступного предоставлен автокран, оцененный в 875 000 руб., что составляет 18% балансовой стоимости активов должника.

Заявители указали на то, что действительная стоимость автокрана составляет 2 000 000 руб. Сделка по отчуждению имущества 875 000 руб. являлась для должника убыточной. Иное имущество у должника отсутствовало.

По данным бухгалтерского баланса за последующий период (на 31.12.2019) стоимость  активов общества «ТД «Абакан» составила 738 000 руб. Таким образом, заявителям не представлены доказательства того, что деятельность общества в 2018, 2019 годах была убыточной или стала убыточной в результате отчуждения крана.

Арбитражным судом первой  инстанции   правомерно  отклонен довод заявителей о том, что общество не могло осуществлять предпринимательскую деятельность после передачи автокрана.

В судебном заседании 28.02.2023 ФИО3 пояснил, что общество «ТД «Абакан» в период его руководства занималось реализацией кирпича третьим лицам, получало доход.

Данный довод заявителями не оспорен и не опровергнут.

Обстоятельства приобретения должником кирпича в 2017, 2018 годах в целях его дальнейшей реализации третьим лицам были предметом судебного исследования в рамках обособленного спора по делу № А74-8809/2020 по оспариванию перечислений денежных средств со счета общества «ТД «Абакан» на счет общества «Кирпичный завод «Хакасский элемент» (определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 23.09.2022).  Судебный акт вступил в законную силу.

В подтверждение реализации должником кирпича в пользу третьих лиц в рассмотренный обособленный спор представлены:

ежеквартальные налоговые декларации должника по НДС со сведениями из книги продаж об операциях, отражаемых за истекший налоговый период (2017, 2018 годы). В сведениях из книги продаж указаны даты и номера счетов-фактур, наименования контрагентов и стоимость продаж,

письмо ООО «Сельстрой» от 27.04.2022 № 7, из которого следует, что обществом приобретался у должника кирпич в 2017 году на сумму 200 000 руб., в 2018 году на сумму 1 831 950 руб.;

письмо ООО СК «Панорама», из которого следует, что обществом приобретался у должника кирпич в 2017, 2018 годах на сумму 4 584 360 руб. Кирпич отгружался по адресу: 

<

...> км + 200 м автодороги Абакан – Саяногорск, территория кирпичного завода,

договор купли-продажи от 16.05.2017 № 1К между должником (поставщиком) и ИП ФИО11 (покупателем), по которому должник принял на себя обязательства передать в собственность покупателю товар – кирпич (производственный, строительный). Доставка товара осуществляется силами покупателя (пункт 2.1.3 договора).

Как следует из отзыва общества СК «Панорама» от 17.08.2022, между должником (поставщиком) и обществом СК «Панорама» заключен договор купли-продажи кирпича от 25.07.2017 № 2К.

За период с 25.07.2017 по 21.08.2018 приобретен кирпич на общую сумму 4 584 360 руб., что подтверждается следующими товарными накладными: ТН № 10 от 29.07.2017; ТН № 11 от 02.08.2017; ТН № 13 от 04.08.2017; ТН № 15 от 11.08.2017; ТН № 16 от 16.08.2017; ТН № 17 от 21.08.2017; ТН № 21 от 25.08.2017; ТН № 22 от 28.08.2017; ТН № 23 от 30.08.2017; ТН № 25 от 09.09.2017; ТН № 29 от 22.09.2017; ТН № 30 от 06.10.2017; ТН № 31 от 13.10.2017; ТН № 33 от 03.11.2017; ТН № 46 от 21.08.2018.

Полученный товар оплачен в полном объеме, что подтверждается следующими платежными поручениями: № 636 от 25.07.2017, № 639 от 28.07.2017, № 644 от 31.07.2017, № 712 от 04.08.2017, № 733 от 16.08.2017, № 742 от 17.08.2017, № 825 от 25.08.2017, № 846 от 29.08.2017, № 926 от 08.09.2017, № 1010 от 18.09.2017, № 1169 от 05.10.2017, № 1254 от 11.10.2017.

При таких обстоятельствах, суд  первой   инстанции   сделал  обоснованный  вывод о том, что заключение ФИО3 от имени общества «ТД «Абакан» соглашения об отступном от 12.02.2019 не повлекло банкротство должника. Достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что именно совершение должником указанной сделки повлекло неплатежеспособность общества, в материалах обособленного спора также не имеется.

Общество «ТД «Абакан» осуществляло и иную хозяйственную деятельность (торговлю кирпичом), на которую отчуждение автокрана не повлияло.

Арбитражным судом принято во внимание, что после продажи ФИО3 и ФИО12 долей ФИО10 (то есть после 05.04.2019) общество «ТД «Абакан» также продолжало осуществлять предпринимательскую деятельность, а именно, заключало договоры и рассчитывалось с контрагентами, выполняло работы.

Так, в рамках обособленного спора по делу № А74-8809/2020 по спору об оспаривании сделки с обществом «Саянские магистрали» арбитражным судом установлено, что 20.10.2020 со счета общества «ТД «Абакан» № 40702810404000062773, открытого в ПАО «Промсвязьбанк» перечислены денежные средства в сумме 500 000 руб., в том числе НДС 20% 83333-33, пользу общества «Саянские магистрали». В назначении платежа указано: «оплата по договору аренды № 16072020/01 от 16.07.2020 за аренду техники». Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 14.06.2022 в удовлетворении заявления об оспаривании сделки отказано, судебный акт вступил в законную силу.

В настоящее время в производстве арбитражного суда имеются споры об оспаривании сделок должника (перечислений денежных средств) в отношении ИП ФИО13, общества «Лес Бизнес».

С учетом изложенного доводы заявителей о том, что общество «ТД «Абакан» прекратило свою деятельность после передачи автокрана ФИО9 в феврале 2019 года опровергаются указанными выше фактическими обстоятельствами. В 2017, 2018 годах (в период деятельности ФИО3) и в 2020 году (после ухода ФИО3 с должности директора и продажи доли) общество «ТД «Абакан» было фактически действующим, у должника имелись обороты денежных средств по счетам (1 889 784,44 руб. только в 2020 году). Должник производил расчеты с кредиторами, заключал договоры.

Анализ бухгалтерской отчетности, иных сделок должника, хозяйственной деятельности общества «ТД «Абакан» как до заключения соглашения об отступном, так и после него, не позволяет сделать вывод о доведении общества до банкротства в результате исполнения сделки от 12.02.2019.

Следовательно, отсутствуют основания, по которым ФИО3 может быть привлечен к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.11 Закона о несостоятельности (банкротстве).

Конкурсный управляющий и кредитор ФИО5 в соответствии со статьей 65 АПК РФ не представили доказательства того, что именно в результате действий ФИО3 наступило банкротство должника, то есть финансовая неплатежеспособность, которая не позволила должнику удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам. Таким образом, судом не установлена причинно-следственная связь между невозможностью формирования конкурсной массы, банкротством должника с одной стороны и действиями его бывшего руководителя.

Оснований для квалификации рассматриваемых действий в качестве причинивших обществу «ТД «Абакан» убытки арбитражный суд не усматривает.

В судебном порядке сделка от 12.02.2019 признана недействительной, применены последствия ее недействительности путем возврата сторон в первоначальное положение. Суд обязал ФИО9 вернуть автокран обществу «ТД «Абакан».

Как следует из материалов дела и не оспаривается заявителями, в настоящее время автокран возвращен должнику, проинвентаризирован конкурсным управляющим и включен в конкурсную массу должника. Рыночная стоимость автокрана по состоянию на 26.10.2022 определена по отчету об оценке, подготовленному обществом «Бизнес Центр Оценки» от 27.10.2022 № 10, и составила 2 011 886 рублей. Как пояснил конкурсный управляющий ФИО2 в судебном заседании суда  первой  инстанции  06.03.2023, по данной цене управляющий панирует реализовать автокран с торгов в процедуре конкурсного производства. 

Таким образом, негативные последствия недействительности сделки, положенной конкурсным управляющим и кредитором в основание требования о привлечении ответчика к ответственности, устранены путем возврата отчужденного по ней имущества в конкурсную массу.

С учетом данных бухгалтерской отчетности, наличия у должника источника дохода от деятельности по продаже кирпича, учитывая возвращение автокрана должнику, суд первой  инстанции   сделал   правомерный  вывод о том, что сделка от 12.02.2019 не явилась катализатором (причиной) банкротства «ТД «Абакан». В материалы дела не представлены доказательства того, что за счет использования в производственной деятельности автокрана общество «ТД «Абакан» получало более высокий доход, чем от реализации кирпича.

Дело о несостоятельности (банкротстве) возбуждено по заявлению кредитора ФИО5, требование которого подтверждено судебным актом – решением Абаканского городского суда Республики Хакасия от 05.04.2019 по делу № 2-1887/2019.

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 16.10.2020 указано, что орган следствия не установил в действиях ФИО3 признаков преступления, предусмотренного статьей 196 УК РФ, устанавливающей уголовную ответственность за преднамеренное банкротство, то есть совершение действий, заведомо влекущих неспособность юридического лица в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, если эти действия причинили крупный ущерб.

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 22.08.2020 указано, что орган следствия признаков преднамеренного банкротства общества «ТД «Абакан» не выявил.

Конкурсный управляющий и кредитор ФИО5 в заявлениях указали на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 по статье 61.12 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве., влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, в том числе если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Таким образом, привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий:

-неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве;

-возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

-неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

-возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Соответственно, для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявители, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязаны доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

При установлении и исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Однако сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Вместе с тем, возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами, убыточность деятельности не свидетельствует безусловно о том, что должник «автоматически» стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Надлежащие доказательства недостаточности имущества и неплатежеспособности должника по состоянию на указанные им даты конкурсным кредитором не представлены. Возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения его руководителей к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании 06.03.2023 конкурсный управляющий ФИО2 и представитель кредитора ФИО5 указали на то, что ФИО3, как директор и участник общества, обязан был обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника не позднее 12.03.2019, то есть спустя месяц после заключения сделки с ФИО9 по отчуждению автокрана от 12.02.2019. В письменных пояснениях указана дата 25.03.2019 (наступление обязанности по обращению с заявлением о банкротстве).

В материалы дела представлены сведения об открытых банковских счетах общества «ТД «Абакан», из которых следует, что 10.01.2020 открыт расчетный счет в АО «Альфа-Банк», 24.07.2020 открыто два расчетных счета в ПАО «Промсвязьбанк».

Счета в ПАО «Промсвязьбанк» закрыты 21.07.2021 и 30.07.2021 соответственно.

Перечисленные расчетные счета были открыты последующими руководителями общества «ТД «Абакан» ФИО10 и ФИО14 По сведениям, предоставленным конкурсным управляющим ФИО2, по указанным счетам осуществлялось следующее движение денежных средств:

04.02.2020 - 489 760 руб. поступление  от ООО «ПСМУ» на счет в «Альфа-банке», 24.44 коп. проценты, выплаченные «Альфа-банк»,

05.08.2020 200 000  руб. поступление от ООО «Лес-бизнес»  на счет в «Промсвязьбанке»,

13.08.2020 -  200 000 руб. поступление от ООО «Лес-бизнес»  на счет в «Промсвязьбанке»,

24.08.2020 -  200 000 руб. поступление от ООО «Лес-бизнес»  на счет в «Промсвязьбанке»,

21.08.2020 - 200 000 руб. поступление от ООО «Лес-бизнес»  на счет в «Промсвязьбанке»,

19.10.2020 - 600 000  руб. поступление от ООО «Лес-бизнес»  на счет в «Промсвязьбанке»,

Всего 1 889 784,44 руб.

В период руководства обществом «ТД «Абакан» ФИО10 и ФИО14 были заключены договоры с контрагентами: с обществом «Лес-бизнес», обществом «Саянские магистрали».

При таких фактических обстоятельствах арбитражный суд  первой  инстанции   сделал  правильный  вывод, что уже в период после продажи долей ФИО3 и ФИО12 общество «ТД «Абакан» вело реальную активную хозяйственную деятельность, последующими руководителями заключались  договоры с контрагентами, осуществлялись расчеты с ними и движение денежных средств по расчетным счетам.

Конкурсным управляющим в материалы дела представлены выписки по счету должника, открытому  в АО «Россельхозбанк», согласно которым по состоянию на 12.03.2019 исходящий остаток пассив составил 5 322,97 руб., по состоянию на 05.04.2019 исходящий остаток пассив на счете составил 4 672,97 руб. Обороты составили 0 руб.

По данным бухгалтерского баланса на 31.12.2017 у общества «ТД «Абакан» материальные вне оборотные активы составили 1 627 000 руб., запасы – 2 193 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты – 624 000 руб., финансовые и другие оборотные активы – 488 000 руб., капитал и резервы – 641 000 руб., краткосрочные заемные денежные средства 2 000 000 руб., кредиторская задолженность 2 291 000 руб., баланс – 4 932 000 руб.

По состоянию на 31.12.2018: материальные вне оборотные активы составили 749 000 руб., запасы – 3 305 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты – 80 000 руб., финансовые и другие оборотные активы – 661 000 руб., капитал и резервы – 693 000 руб., краткосрочные заемные денежные средства 2 000 000 руб., кредиторская задолженность 2 102 000 руб., баланс – 4 795 000 руб.

По состоянию на 31.12.2019: материальные вне оборотные активы составили 0 руб., запасы – 0 руб., денежные средства и денежные эквиваленты – 0 руб., финансовые и другие оборотные активы – 738 000 руб., капитал и резервы – 738 000 руб., краткосрочные заемные денежные средства 0 руб., кредиторская задолженность 0 руб., баланс – 738 000 руб.

В отчете о финансовых результатах указано, что на 31.12.2018 выручка у общества «ТД «Абакан» составила 4 099 000 руб., расходы по обычной деятельности 4 034 000 руб., налоги и прибыль 13 000 руб., чистая прибыль 52 000 руб.

На 31.12.2019 выручка составила 625 000 руб., расходы по обычной деятельности 569 000 руб., налоги и прибыль 11 000 руб., чистая прибыль 45 000 руб.

Таким образом, на последнюю отчетную дату перед продажей доли в уставном капитале (31.12.2018) деятельность общества «ТД «Абакан» не являлась убыточной, равно как и по итогам 2019 года. В бухгалтерском балансе на 31.12.2018 указано на наличие краткосрочных заемных средств в размере 2 000 000 руб. В балансе на 31.12.2019 наличие краткосрочных заемных средств не отражено (0 руб.). Вместе с тем, данное обстоятельство не может вменяться в вину ответчику, поскольку доля в уставном капитале общества была отчуждена 05.04.2019 и ФИО3 бухгалтерскую отчетность по итогам 2019 года не сдавал. Доказательства обратного не представлены.

Кроме того, в пункте 14 договора купли-продажи доли от 05.04.2019 указано, что ФИО3, ФИО12 гарантируют, что предоставили ФИО10 всю необходимую документацию и информацию о финансовой и хозяйственной деятельности общества. ФИО10, от имени которого действует ФИО15, подтверждает и гарантирует, что ему известна вся информация, относящаяся к отчуждаемой доле в уставном капитале общества, а именно: основания приобретения, бухгалтерская отчетность и иная необходимая информация. Финансовое состояние, данные бухгалтерского учета и материально-техническое оснащение общества ФИО10, от имени которого действует ФИО15, известны.

Как следует из акта приема-передачи дел при смене директора от 23.04.2019, ответчик передал, а третье лицо - ФИО10 принял следующие документы и имущество должника:  устав;  список участников; протоколы общих собраний участников;   свидетельство о государственной регистрации; информационное письмо о присвоении кодов статистики;  извещение страхователю из ПФ;  извещение страхователю из ФСС;  кадровая документация в полном объеме;  бухгалтерская документация в полном объеме;  договоры с контрагентами;  результаты последней инвентаризации ТМЦ;  круглая печать, штампы и ключи от банка.

Печать и документация общества находятся в удовлетворительном состоянии. Претензии к полноте и правильности оформления документации отсутствуют.

Акт приема-передачи от 23.04.2019 подписан сторонами – ФИО3 и ФИО10

Подлинность представленного в материалы дела акта приема-передачи от 23.04.2019 лицами, участвующими в деле, не оспаривается, о фальсификации данного документа не заявлено.

В судебном заседании 28.02.2023 ФИО3 подтвердил, что ФИО10 предоставлена исчерпывающая информация о деятельности общества и в полном объеме передана бухгалтерская документация. Доводы ФИО3 документально никем из лиц, участвующих в деле, не опровергнуты. 

В материалы дела представлены налоговые декларации. В частности, из налоговой декларации по налогу на прибыль организации за 3 месяца 2019 года, которую сдал ФИО3 25.04.2019, следует, что общество «ТД «Абакан» получило доходы от реализации (выручка от реализации прочего имущества) в размере 625 000 руб. Расходы, уменьшающие сумму доходов от реализации, составили 568 641 руб., итого прибыль составила 56 359 руб.

Налоговые декларации по налогу на прибыль за последующие периоды: за 6 месяцев, 9 месяцев 2019 года сдавал уже ФИО10

Из анализа финансового состояния общества «ТД «Абакан», подготовленного временным управляющим ФИО2, следует, что предпосылок банкротства на конец 2018 года у общества не имелось.

Доли в уставном капитале общества «ТД «Абакан» проданы ФИО3 и ФИО12 05.04.2019. Общество «ТД «Абакан» в 2020 году было не номинально, а фактически действующим юридическим лицом, производило расчеты с кредиторами (кроме ФИО5), заключало договоры, то есть являлось полноценным участником гражданских правоотношений. В связи с этим довод заявителей о том, что по состоянию на 12.03.2019, 25.03.2019 у ответчика возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве общества «ТД «Абакан» не нашел подтверждения в материалах дела. При таких обстоятельствах арбитражный суд не установил, что на 12.03.2019, 25.03.2019 у должника возникли признаки объективного банкротства. Суд не установил, что должник после указанной даты не мог вести деятельность и рассчитываться с кредиторами. В последующие периоды (после 05.04.2019) ФИО3 уже не являлся участником общества, а значит, не мог влиять на деятельность должника. Дело о банкротстве общества «ТД «Абакан» возбуждено по заявлению кредитора ФИО5, требования которого подтверждены судебным актом.

За период с 12.03.2019 по дату возбуждения дела о банкротстве (11.09.2020) у общества «ТД «Абакан», согласно пояснениям конкурсного управляющего, неисполненных денежных обязательств перед иными кредиторами не возникло, кроме требования ФНС в размере 1 000 руб.

06.03.2023 конкурсный управляющий пояснил, что в конкурсную массу должника включен автокран на сумму 2 011 000 руб., а также дебиторская задолженность ФИО10 в размере 484 000 руб.

В материалы дела представлено экспертное заключение от 27.09.2022 № 1750р/22, выполненное обществом «Абакан-оценка». Эксперт-техник пришел к выводу о том, что полная стоимость восстановительного ремонта составит 1 047 580,71 руб. по состоянию на 27.09.2022.

Согласно отчету общества «Бизнес Центр Оценки» от 27.10.2022 № 10 итоговая величина рыночной стоимости спецтехники - автокрана марки КС-45717А-1 нашасси МАЗ 6303А3-347, 2011 года выпуска, по состоянию на дату оценки 26.10.2022,составляет 2 011 886 (два миллиона одиннадцать тысяч восемьсот восемьдесят шесть) рублей.

Конкурсный управляющий в судебном заседании 06.03.2023 пояснил, что в настоящее время проводятся подготовительные мероприятия к проведению торгов, автокран будет выставлен на торги по оценочной стоимости 2 011 886 руб. 

С учетом изложенного, кредитором не утрачена возможность на получение удовлетворения своих денежных требований к должнику. 

Наличие просроченной более трех месяцев задолженности перед одним кредитором должника не является в силу статьи 9 Закона о банкротстве тем обстоятельством, при котором у руководителя должника возникает обязанность обратиться с заявлением о банкротстве в суд. Иными словами, сам по себе факт наличия у общества «ТД «Абакан» задолженности перед ФИО5 не свидетельствует о неплатежеспособности должника. Иных доводов и подтверждающих их документов в этой части конкурсный управляющий и кредитор в заявлениях не приводят и не представляют.

Первоначальный займодавец по договору от 16.10.2015 ФИО8 по истечении срока возврата займа 31.03.2016 ни разу не обратилась к ФИО3 лично, к обществу «ТД «Абакан» с требованиями, с претензиями о возврате займа на протяжении 2016, 2017, 2018 г. Только 20.02.2019   ФИО8 уступила право требования к должнику новому кредитору ФИО5

Суд первой  инстанции   сделал  правомерный  вывод, что превышение суммы кредиторской задолженности над суммой активов должника не доказывает обстоятельство, указанное в статьей 9 Закона о банкротстве (обязанность обратиться с заявлением о банкротстве, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приведет к невозможности исполнения должником обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами), поскольку кредитор не представил доказательства наличия у должника неисполненных обязательств перед другими кредиторами на указанную дату - 12.03.2019, а также на 25.03.2019 (как было изначально указано в заявлении).

Само по себе наличие у должника длящейся задолженности перед одним кредитором не является основанием для вывода о банкротстве должника и противоправном действии (бездействии) ответчика.

С учетом движения денежных средств по счетам должника, открытым последующими руководителями общества в АО «Альфа-Банк» и ПАО «Промвзяьбанке» (всего на сумму 1 889 784,44 руб.) в 2020 году, арбитражный суд первой  инстанции не установил наличие признаков неплатежеспособности у общества «ТД «Абакан» после продажи долей ФИО10

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, а также приведенным нормам права заявители не представили доказательств того, что у ФИО3 имелась обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Предпринимательская деятельность имеет рисковый характер и в процессе ее осуществления могут возникать обязательства, исполнение которых невозможно в силу тех или иных обстоятельств, финансовых сложностей.

Законодательство о банкротстве не связывает увеличение и уменьшение кредиторской задолженности у организации с наличием признаков неплатежеспособности организации, поэтому ссылка конкурсного управляющего должника на наличие одного неисполненного обязательства перед кредитором не является основанием для подачи контролирующими должника лицами заявления в суд о банкротстве.

Следовательно, из совокупности указанных правовых позиций следует, что сам по себе факт наличия кредиторской задолженности не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, пока не доказано что какие-либо действия или бездействия контролирующих должника лиц причинили вред кредиторам.

Руководствуясь статьей 65 АПК РФ, суд первой инстанции правомерно отказ в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего ФИО2 и кредитора ФИО5  На основании части 5 статьи 96 АПК РФ суд первой инстанции правомерно отменил обеспечительные меры, принятые определением от 23.07.2021.

Доводы апелляционных жалоб подлежат отклонению в силу следующего.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Хакасия от 20.02.2020 по делу № 33-381/2020 соглашение об отступном от 12.02.2019, заключенное между обществом «ТД «Абакан» и ФИО9, признано ничтожным (мнимым). Применены последствия недействительности сделки путем возврата сторон в первоначальное положение. Суд возложил на ФИО9 обязанность возвратить обществу «ТД «Абакан» автомобильный кран МАЗ 6303АЗ-347. В настоящее время указанное определение суда исполнено, кран передан конкурсному управляющему.

Таким образом, негативные последствия недействительности сделки, положенной конкурсным управляющим и кредитором в основание требования о привлечении ответчика к ответственности, устранены путем возврата отчужденного по ней имущества в конкурсную массу.

Апеллянтами не доказано, что в результате заключения сделки об отступном автокрана от 12.02.2019 должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход, как и то обстоятельство, что объективное банкротство ООО «ТД «Абакан» наступило именно 12.02.2019 в результате совершения указанной сделки.

Из материалов дела следует, что должник осуществлял хозяйственную деятельность в 2018 г., 2019г., что подтверждается бухгалтерскими балансами, где отражены активы общества, не имеющего убытков.

Как следует из материалов дела, в 2017, 2018 годах (в период деятельности ФИО3) и в 2020 году (после ухода ФИО3 с должности директора и продажи доли) общество «ТД «Абакан» было фактически действующим, у должника имелись обороты денежных средств по счетам (1 889 784,44 руб. в 2020 г.).

Кроме того, анализ бухгалтерской отчетности, иных сделок должника, хозяйственной деятельности общества «ТД «Абакан» как до заключения соглашения об отступном, так и после него, произведенный судом, не позволяет сделать вывод о доведении общества до банкротства в результате исполнения сделки от 12.02.2019.

Следовательно, в настоящее время отсутствуют основания, по которым ФИО3 может быть привлечен к субсидиарной ответственности в соответствии со статьей 61.11 Закона о несостоятельности (банкротстве).

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о противоправном поведении ФИО3, продажа автокрана является обычной хозяйственной деятельностью, сопряженной с предпринимательскими рисками.

Как следует из материалов дела, в настоящее время автокран возвращен должнику, проинвентаризирован конкурсным управляющим и включен в конкурсную массу должника. Рыночная стоимость автокрана по состоянию на 26.10.2022 определена по отчету об оценке, подготовленному обществом «Бизнес Центр Оценки» от 27.10.2022 № 10, и составила 2 011 886 рублей. По данной цене конкурсный управляющий ФИО2 (протокол судебного заседания 06.03.2023), планирует реализовать автокран с торгов в процедуре конкурсного производства.

Следовательно, даже с учетом повреждений на сумму 1 047 580,71 руб., в настоящее время рыночная стоимость автокрана соответствует его стоимости в период осуществления оспоренной сделки купли-продажи, негативные последствия недействительности сделки, устранены путем возврата отчужденного по ней имущества в конкурсную массу, что достаточно для расчетов с кредиторами.

По поводу утраты имущества на сумму не менее 2354504.8 руб. в период руководства ФИО3, можем пояснить следующее:

по данным бухгалтерского баланса на 31.12.2017 у общества материальные вне оборотные активы составили 1 627 000 руб., запасы -2 193  000  руб., денежные средства и денежные эквиваленты - 624  000  руб., финансовые и другие оборотные активы - 488  000 руб., капитал и резервы - 641  000  руб., краткосрочные заемные денежные средства 2  000  000 руб.. кредиторская задолженность 2 291  000  руб., баланс - 4 932  000  руб.,

по состоянию на 31.12.2018: материальные вне оборотные активы составили 749  000  руб., запасы - 3 305  000  руб., денежные средства и денежные эквиваленты - 80 000 руб., финансовые и другие оборотные активы - 661 000 руб., капитал и резервы -693 000 руб., краткосрочные заемные денежные средства 2 000 000 руб.. кредиторская задолженность 2 102 000 руб., баланс - 4 795 000 руб.',

по состоянию на 31.12.2019: материальные вне оборотные активы составили 0 руб., запасы - 0 руб., денежные средства и денежные эквиваленты - 0 руб., финансовые и другие оборотные активы - 738 000 руб., капитал и резервы - 738 000 руб., краткосрочные заемные денежные средства 0 руб., кредиторская задолженность 0 руб., баланс - 738 000 руб.

Приведенные обстоятельства были учтены судом при принятии оспариваемого определения,  и судом сделан вывод о том, что  на последнюю отчетную дату перед продажей доли в уставном капитале (31.12.2018) деятельность общества «ТД «Абакан» не являлась убыточной, равно как и по итогам 2019 года.

Утверждение апеллянтов об утрате имущества на сумму не менее 2354504.8 руб. в период руководства ФИО3, не подтверждается анализом бухгалтерских балансов общества, имеющихся в материалах дела.

По результатам рассмотрения апелляционных жалоб, судом апелляционной инстанции установлено, что доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, основаны на неверном толковании норм процессуального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела и дал им правильную оценку и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах, Третий арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены оспариваемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно положениям АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса РФ, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Хакасия от 13 марта 2023 годапо делу № А74-8809/2020 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

М.Н. Инхиреева

 

Н.А. Морозова