АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-26731/2022

Дело № А55-11972/2018

г. Казань

02 февраля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 января 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 февраля 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,

судей Богдановой Е.В., Егоровой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Палеевой С.Г. (протоколирование ведется с использованием систем веб-конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу),

при участии в судебном заседании представителей (до перерыва): 

ФНС России – ФИО1, доверенность от 11.01.2023, ФИО2, доверенность от 11.01.2023,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 10.03.2022,

при участии после перерыва посредством веб-конференции представителя ФНС России – ФИО2, доверенность от 11.01.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы Федеральной налоговой службы, ФИО5

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022

по делу № А55-11972/2018

по заявлениям арбитражного управляющего ФИО6, ФНС России о привлечении к субсидиарной ответственности солидарно контролирующих должника лиц в рамках дела №А55-11972/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Металлист»,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью (ООО) "Металлист" обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) в связи с недостаточностью денежных средств для удовлетворения требований кредиторов, размер требований составляет в сумме 16 689 498,55 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 04.07.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО "Металлист".

Определением Арбитражного суда Самарской области от 10.08.2018 в отношении ООО "Металлист" введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 16.01.2019 ООО "Металлист" признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

Конкурсный управляющий ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением (вх. 257921 от 01.12.2020), о признании доказанным наличия оснований для привлечения бывших руководителей ООО "Металлист" ФИО8 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Металлист", и приостановлении рассмотрения заявления к ФИО8 и ФИО5 о привлечении  их к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Управление Федеральной налоговой службы России по Самарской области в суд с заявлением (вх. 159091 от 11.06.2021) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании доказанным наличия оснований для привлечения бывших руководителей ООО "Металлист" ФИО3 и ФИО5 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Металлист" в размере 31 467 206,28 руб., взыскании солидарно с ФИО3 и ФИО5 в пользу ООО "Металлист" 31 467 206,28 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.06.2021 заявление арбитражного управляющего ФИО6 (вх. 257921 от 01.12.2020) и заявление УФНС России по Самарской области (вх. 159091 от 11.06.2021) объединены для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 10.03.2022 признаны доказанными наличия оснований для привлечения бывших руководителей ООО "Металлист" ФИО5, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Металлист"; с ФИО3, ФИО5 солидарно в пользу ООО "Металлист" взыскано 31 468 006 руб. 43 коп. В остальной части требований отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 определение Арбитражного суда Самарской области от 10.03.2022 в части признания доказанным наличия оснований для привлечения бывшего руководителя ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Металлист» и определения размера субсидиарной ответственности, отменено.

Принят новый судебный акт о признании доказанными оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Металлист». Приостановлено производство по заявлениям о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО5 до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО5 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Самарской области от 10.03.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 в части привлечения его к субсидиарной ответственности отменить.

В жалобе ФИО5 указывает, что прекратил свои полномочия директора общества 26.05.2017; на момент осуществления своих полномочий директора отсутствовали основания для обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом); отсутствуют основания для оспаривания сделки.

Управление ФНС России по Самарской области обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 отменить в части изменения определения Арбитражного суда Самарской области от 10.03.2022 и оставить в силе определение Арбитражного суда Самарской области от 10.03.2022.

Согласно доводов кассационной жалобы, судами не принято во внимание, что действия ответчиков, в первую очередь ФИО3, привели к негативным последствиям для должника – неплатежеспособности общества, отсутствии возможности финансового восстановления за счет продолжения хозяйственной деятельности, что привело к банкротству должника.

В судебном заседании представители заявителей кассационных жалоб поддержали доводы, изложенные в жалобах.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в судебном заседании 19.01.2023 был объявлен перерыв до 9 часов 50 минут 26.01.2023, судебное заседание возобновлено и продолжено в режиме веб-конференции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы, содержащиеся в кассационных жалобах, отзывах на них, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, Арбитражный суд Поволжского округа считает, что указанные выше судебные акты подлежат оставлению без изменения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в рамках настоящего дела о  несостоятельности (банкротстве) ООО «Металлист», в реестр требований кредиторов включены требования ООО "Пром-Снаб" с суммой задолженности 12 390 308,25 руб. (определение Арбитражного суда Самарской области от 26.12.2018); ООО "МетПром" с суммой задолженности 32 860 548,51 руб. (определение Арбитражного суда Самарской области от 26.12.2018); ФНС России в суммой 132 860,28 руб., из которых 120 385,99 руб. - основной долг, 11 974,29 руб. - пени, 500 руб. - штраф (определение Арбитражного суда Самарской области от 12.11.2018); ФНС России в суммой 30 793 227 руб., из которых 21 518 503 руб. - основной долг, 4 873 024 руб. - пени, 4 401 700 руб. - штраф (определение Арбитражного суда Самарской области от 03.07.2020).

Задолженность ООО "Металлист" по обязательным платежам в размере 30 793 227 руб. выявлена ФНС России в результате выездной налоговой проверки за период 01.01.2014 по 31.12.2016, проведенной Межрайонной ИФНС России N 18 по Самарской области с 25.05.2017 по 18.05.2018.

Решением налогового органа от 13.11.2018 N 19-33/74/7, вступившим в силу на основании решения Арбитражного суда Самарской области от 27.12.2019 по делу N А5510007/2019, оставленного без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2020, о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, доначислено 30 793 227 руб., в том числе: налог - 21 518 503 руб., пени - 4 873 024 руб., штраф - 4 401 700 рублей.

Предметом заявления ФНС России является требование о привлечении ФИО3, ФИО5 контролирующих ООО "Металлист" лиц, к субсидиарной ответственности в обоснование которого уполномоченный орган указывал, что отсутствует полное погашение требований кредиторов, как следствие действий указанных лиц, выразившихся в совершении должником налогового правонарушения, повлекшего требования уполномоченного органа по основной сумме задолженности, превышающей 50% общего размера требований кредиторов 3-й очереди, подлежащих включению в реестр требований кредиторов должника, с учетом того, что в отношении ООО "МетПром", ООО "Пром-Снаб" внесены сведения об исключении из ЕГРЮЛ, а именно: - безосновательное перечисление денежных средств ООО "Металлист" в адрес фиктивного контрагента ООО "Строй-С" по договору N П-31/12-15 от 31.12.2015 за период с 04.04.2016 по 24.08.2017 в размере 124 067 468 руб.; - искусственное прекращение деятельности должника с последующим переводом финансово-хозяйственной деятельности на другое лицо, фактически ответчиками реализована бизнес-модель с разделением на рисковую часть "центр убытков" (должник) и безрисковую "центр прибылей" (ООО ТД "Опора-пром-ойл" ИНН 

<

***>), позволяющие, не уплачивая обязательные платежи в бюджет в законно установленном размере и не утрачивая активы, продолжать ведение деятельности, а также предусматривающей периодическую смену корпоративных оболочек юридических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность в сфере обработки металлопродукции, перевод бизнеса на новые лица, не обремененные долгами (до апреля 2016 г. - ООО "СТБ", с апреля 2016 г. до мая 2017 г. - должник, с мая 2017 г. - ООО "Микрон").

Предметом заявления конкурсного управляющего ФИО6 являются требования о привлечении ФИО8, ФИО5, контролирующих ООО "Металлист" лиц, к субсидиарной ответственности в обоснование которого указано на установленное решением Межрайонной ИФНС России N 18 по Самарской области от 13.11.2018 наличие вины контролирующих должника лиц в совершении налогового правонарушения, вступившим в силу на основании решения Арбитражного суда Самарской области от 27.12.2019 по делу N А55-10007/2019, оставленного без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2020, в связи с которыми ФИО8, ФИО5 в период с 04.05.2016 по 17.05.2017 не исполнили обязанность по подаче заявления о банкротстве должника в соответствии со ст. 9 ФЗ от 26.10.2006 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве), при наличии признаков недостаточности имущества, при этом указывал на наличие оснований, предусмотренных п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, в том числе перечисленных в требованиях уполномоченного органа, указал на возможность приостановления заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Арбитражный суд Самарской области, частично удовлетворяя требование ФНС России, конкурсного управляющего ФИО6, исходил из наличия оснований для привлечения ФИО5, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям ст. 61.11 Закона о банкротстве, в заявленном ФНС России размере 31 486 006 руб. 43 коп., наличии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по ст. 61.12 Закона о банкротстве, и отсутствия доказательств, исключающих субсидиарную ответственность указанных лиц, как контролирующих должника лиц, и отсутствия оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд пришел к иным выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО3 являлся руководителем ООО "Металлист" в период с 12.12.2014 по 08.10.2015, и учредителем в период с 02.12.2014 по 11.01.2016.

ФИО8 являлся руководителем ООО "Металлист" в период с 09.10.2015 по 31.01.2016.

ФИО5 являлся руководителем ООО "Металлист" в период с 01.02.2016 по 25.05.2017, и учредителем в период с 12.01.2016 по 03.05.2017.

ФНС России, а также конкурсный управляющий должником, приводили доводы о том, что ФИО3, ФИО8, ФИО5 являлись контролирующими должника лицами в заявленный уполномоченным органом период.

Заявляя требование о привлечении ФИО3, ФИО5 к субсидиарной ответственности уполномоченный орган указывал на то обстоятельство, что в результате совершенной сделки между ООО "Металлист" и ООО "Строй-С" от по договору N П-31/12-15 от 31.12.2015 за период с 04.04.2016 по 24.08.2017 привело к безосновательному выводу денежных средств должника в размере 124 067 468 руб., что подтверждается проведенными мероприятиями налогового контроля, а решением N 19-33/74/7 от 13.11.2018.

Межрайонной ИФНС России N 18 по Самарской области в период с 25.05.2017 по 18.05.2018 была проведена выездная налоговая проверка ООО "Металлист" по вопросам правильности исчисления, уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 31.12.2016, в ходе проведения которой налоговым органом было установлено неправомерное применение налогового вычета по налогу на добавленную стоимость со стоимости услуг и товаров фактически не оказанных и не поставленных, документально не подтвержденных.

По результатам указанной проверки налоговым органом принято решение N 1933/74/7 от 13.11.2018 о привлечении ООО "Металлист" к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренный п. 1 ст. 122 НК РФ, в соответствии с которым был доначислен НДС за период с 1 кв. 2016 по 4 кв. 2016 года в размере 21 518 503 руб. и пени в размере 4 873 024 руб., а также штраф в размере 4 401 700 руб.

Решением N 19-33/74/7 от 13.11.2018, вступившим в силу на основании решения Арбитражного суда Самарской области от 27.12.2019 по делу N А55-10007/2019, оставленного без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2020, установлено, что ООО "Металлист" заключен договор N П-31/12-15 от 31.12.2015 на поставку товарно-материальных ценностей с ООО "Строй-С" (трубы стальные прямошовные, обсадные и т.д.).

В ходе выездной налоговой проверки и в материалы дела ООО "Металлист" представлены документы товарные накладные, товарно-транспортные накладные, счета-фактуры. Однако спецификации, содержащие наименование, количество, ассортимент, цену, являющиеся неотъемлемой частью договора, в материалы дела и в ходе проверки не представлены.

Опрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО9, начальник отдела МТС ООО "Металлист", в должностные функции которого входило заключение договоров, в т.ч. и с данным контрагентом, не подтвердил факт наличия и подписания спецификаций.

Кроме того, как следует из материалов дела ООО "Строй-С" зарегистрировано в качестве юридического лица 24.11.2015, договор поставки с данным контрагентом заключен 31.12.2015, т.е. спустя чуть больше месяца с даты регистрации. Основным видом деятельности является строительство автомобильных дорог и автомагистралей.

В ходе налоговой проверки установлено, что представленные в качестве подтверждения права на налоговый вычет первичные документы не отражают реальных операций. Согласно сертификатам качества на полученную продукцию (трубы) от ООО "Строй-С" производителем поставленной продукции является ОАО "Газпромтрубинвест".

В ответе ОАО "Газпромтрубинвест" указало, что является производителем трубной продукции.

Договоры на поставку товаров с 01.01.2014 по 31.12.2016 с ООО "Строй-С" не заключались.

ОАО "Газпромтрубинвест" подтвердило заключение договора с ООО ТД "Опора-пром-ойл" (являлся поставщиком трубной продукции в 2016 г. для ООО "Металлист"), ООО ТД "Костроматрубинвест" (заключал договор поставки с тем же ООО ТД "Опора-пром-ойл"). ООО ТД "Костроматрубинвест" заключение договоров на поставку продукции с ООО "СтройС" не подтверждено.

Согласно документов ООО "Металлист", ООО Торговый дом "Опора-пром-ойл" являлся поставщиком продукции ООО "Металлист" в рамках заключенных договоров поставки N П-No914/5, N 1169/5, N 1224/5, на полученную продукцию (трубы) от ООО "Строй-С" установлено, что поставка осуществлялась также поставщиком ООО "Интерпайп-М" через грузоотправителя ООО "Лесстройторг".

Производителем поставленной продукции является ООО "Интерпайп Нижнеднепровский трубопрокатный завод" (Украина).

В ходе проверки инспекцией истребованы документы у ООО "Интерпайп- М".

Согласно полученных документов (вх. N 01-28/07714 от 14.03.2018) установлено, что поставщик ООО "Интерпайп-М" подтверждает заключение договора поставки от 07.07.2016 N М/182516.21 с ООО "Удмуртская промышленная компания" (ИНН1831178919).

Товарные накладные, счета-фактуры, транспортные железнодорожные накладные подтверждают поставку ООО "Интерпайп-М" в адрес ООО "Удмуртская промышленная компания" в августе, октябре, ноябре 2016 года через грузоотправителя ООО "Лесстройторг". Договорные отношения с ООО "Строй-С" отсутствуют.

Таким образом, производитель трубной продукции ОАО "Газпромтрубинвест" и поставщики ООО "Интерпайп-М", ООО ТД "Костроматрубинвест" подтверждают заключение договоров на поставку продукции (труб) с ООО ТД "Опора-пром-ойл" и ООО "Удмуртская промышленная компания".

В проверяемый период поставка в адрес ООО "Металлист" осуществлялась железнодорожным транспортом на ж/д станцию Безымянка. Куйбышевской ж/д, грузополучателем являлся ООО "Техноспектр".

Как показал анализ расчетного счета ООО "Строй-С", у данной организации отсутствовали договорные отношения с ООО "Техноспектр".

Согласно договора N 18/123А от 23.01.2012, заключенного между ООО "Техноспектр" и ООО "Гермес Логистик Групп", ООО "Техноспектр" выполняет услуги, связанные с перевозкой грузов и погрузочно-разгрузочных работ за счет ООО "Гермес Логистик Групп" (экспедиторские услуги и аренда площадки на ж/д станции Безымянка). Объем выполняемых услуг определяется на основании Заявки ООО "Гермес Логистик Групп". Доставка груза с ж/д станции Безымянка осуществлялась на адрес: 

<

...> (фактическое местонахождение производства ООО "Металлист").

Перевозчиком являлся ИП ФИО3 ИНН 

<

***>, водитель ФИО10 на а/м МАЗ, гос.номер У 137 РА 163 прицеп KRONE ВА 700263.

Однако, как установлено налоговым органом в рамках выездной проверки, о контрагенте ООО "Строй-С" ни ИП ФИО3, ни водителю ФИО10 не известно.

Погрузочно-разгрузочные работы, крановые услуги осуществлялись ООО "Гермес Логистик Групп" в рамках заключенного договора от 21.01.2016 об организации услуг по транспортно-экспедиционному обслуживанию на основании полученных заявок от ООО "Металлист".

Документы, представленные экспедитором (при перевозке груза железнодорожным транспортом) ООО "Гермес Логистик Групп" на основании заявок ООО "Металлист", подтверждают оказание услуг (подача/уборка вагона, пользование подъездным путем, выгрузка из полувагона с последующей погрузкой в транспортные средства) в периоды, определенные (указанные) в транспортных железнодорожных накладных, что подтверждается актами оказанных услуг от 28.01.2016, 03.02.2016, 15.02.2016, 25.08.2016, 07.11.2016, 08.11.2016, 21.11.2016.

Полученные от перевозчика ОАО "РЖД" документы подтверждали факт поставки в проверяемый период грузоотправителями ОАО "Газпромтрубинвест", ООО ТД "Костроматрубинвест" в адрес грузополучателя ООО "Техноспектр" вагонов с грузом труб металлических.

Однако поступившая трубная продукцию была получена ООО "Металлист", что подтверждается документами, представленными экспедитором (при перевозке груза железнодорожным транспортом) ООО "Гермес Логистик Групп" на основании заявок ООО "Металлист".

Таким образом, в ходе проверки с достоверностью установлен факт отгрузки труб железнодорожным транспортом в адрес грузополучателя ООО "Техноспектр" и в дальнейшем на основании заявки ООО "Металлист" груз на ж/д станции Безымянка выгружался из вагона ООО "Гермес Логистик Групп" и передавался ООО "Металлист".

Ни в ходе налоговой проверки, ни в ходе рассмотрения дела судами заявителем не представлено доказательств реальной передачи в адрес ООО "Спектр-С" продукции, которая одномоментно, на основании заявки ООО "Металлист", была выгружена на ж/д станции Безымянка из вагонов, поступивших в адрес ООО "Техноспектр", и передана ООО "Металлист".

Нереальность осуществления ООО "Строй-С" поставки труб в заявленном размере подтверждается также тем, что в ходе проверки установлен факт отсутствия у этой организации имущества, транспорта, земельных участков, иных производственных ресурсов.

Сумма, перечисленная в адрес ООО "Строй-С" в 2016 году, составила 97 914 568 руб., что превышает стоимость активов должника по бухгалтерскому балансу за 2015 год (748 000 руб.), более чем в 130 раз.

С учетом вышеизложенного, судом было установлено, что данная сделка является существенно убыточной, так как сумма неправомерно перечисленных денежных средств составляет более 25% балансовой стоимости активов должника, при этом, указанные действия были осуществлены явно не в интересах должника и его кредиторов, и, в случае если бы указанные сделки не осуществлялись, у должника было бы достаточно денежных средств для своевременной уплаты обязательных платежей в законно установленном размере и расчетов с кредиторами.

Руководителем должника в период с 01.02.2016 по 25.05.2017, а также его учредителем в период с 12.01.2016 по 03.05.2017 являлся ФИО5 ИНН 

<

***> (согласно сведениям ЕГРЮЛ), при этом ФИО5 также являлся руководителем в период с 27.11.2013 по 26.01.2016 и учредителем в период с 17.04.2015 по 11.01.2016 в организации ООО "СТБ" ИНН 

<

***>, которая занималась аналогичной деятельностью на той же территории, что и должник, в период до начала деятельности должника (апрель 2016 года).

ООО "СТБ" создано 02.05.2007, юридический адрес с 08.05.2015 - 

<

...>; дело о банкротстве ООО "СТБ" N А55-13525/2017 возбуждено 06.06.2017 по заявлению ООО "ПК "Опора-пром-ойл", после окончания выездной налоговой проверки в отношении ООО "СТБ" (проводилась с 10.05.2016 по 28.04.2017), по результатам выездной налоговой проверки решением N 16-11/20848/36 от 27.09.2017 было доначислено 21 103 140 руб. (законность решения налогового органа подтверждена в рамках дела N А55-4432/2018).

Конкурсное производство в отношении ООО "СТБ" открыто 02.11.2017, кредиторы - уполномоченный орган, ООО "ПК "Опора-пром-ойл", ООО ТД "Опора-пром-ойл".

Определением суда от 09.10.2020 производство по делу о банкротстве ООО "СТБ" прекращено, в связи с утверждением мирового соглашения. В 2017 - 2018 г.г. ФИО5 получал денежные средства от ООО "Микрон" ИНН 

<

***> (в размере 2 743 000 руб. за аренду оборудования), указанная организация "продолжила" деятельность должника с апреля - мая 2017 года и по июнь 2018.

В отношении ООО "Микрон" выездная налоговая проверка проводилась с 28.05.2018 по 18.01.2019 (решение о привлечении к налоговой ответственности от 30.09.2020 N 11-12/.

Дело о банкротстве ООО "Микрон" N А55-26731/2019 возбуждено 21.08.2019 по заявлению ИП ФИО3, конкурсное производство завершено 07.09.2020.

Между тем, апелляционный суд указал, что доказательств проявления ФИО5 должной осмотрительности при выборе ООО "Строй-С" в качестве контрагента, и перечислению денежных средств во исполнения договора поставки по договору N П-31/12-15 от 31.12.2015, в материалы дела не представлено; перечисления производились в период руководства ООО "Металлист" ФИО5

В результате совершения сделок обществом именно под руководством ФИО5 привело к выводу активов должника в размере 124 067 468 руб., доначислению налогов в размере 21 518 503 руб., что впоследствии привело к возникновению кризисной ситуации и переходу в стадию объективного банкротства (критический момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов), что и явилось основанием для обращения ООО "Металлист" 28.04.2018 с заявлением о возбуждении дела о несостоятельности (банкротстве).

Исходя из указанных обстоятельств, арбитражный суд первой инстанции сделал вывод о том, что ФИО5 своими действиями фактически способствовал уходу ООО "Металлист" от исполнения обязательств перед ФНС России, что в свою очередь послужило основанием для признания должника банкротом, и включению требований кредиторов в реестр требований.

Каких-либо доказательств принятия всех мер для надлежащего исполнения обязательств по осуществлению хозяйственной деятельности Общества при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации), ФИО5 не представлено.

Отклоняя доводы ФИО5 о том, что он не может отвечать по обязательствам должника, поскольку на момент проведения проверки не являлся руководителем должника, суд первой инстанции исходил из того, что  в результате действий последнего образовалась задолженность перед ФНС России, возникших вследствие налогового правонарушения ООО "Металлист", а контролирующие его лица - нести субсидиарную ответственность при наличии законодательно установленных оснований.

Признавая необоснованными доводы ФИО5 о том, что до момента вынесения инспекцией соответствующего решения N 19-33/74/7 от 13.11.2018 ООО "Металлист" являлись платежеспособными предприятиями и не подпадали под признаки банкротства, апелляционным судом принято во внимание, что поскольку из материалов дела следует, что наличие у кредитора должника в размере 30 793 227 руб. - задолженность перед бюджетом, в том числе доначисленной в результате деятельности ФИО5 в ООО "Металлист", послужило основанием для включения уполномоченного органа указанной задолженности в реестр требований кредиторов должника, в отсутствие доказательств наличия имущества, достаточного для удовлетворения требований кредиторов.

При этом доказательств добросовестности действий ФИО5 материалы дела не содержат, в связи с чем, суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Металлист", признал обоснованными.

Вместе с тем, апелляционный суд признал ошибочными выводы суда первой инстанции о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, поскольку не представлено в материалы дела доказательств, свидетельствующих о том, что несостоятельность (банкротство) должника наступила по вине ФИО3, являющегося учредителям должника в период с 02.12.2014 по 12.01.2016, руководителем в период с 12.12.2014 по 09.10.2015, в результате указаний данного лица, прямо или косвенно направленных на доведение ООО "Металлист" до банкротства; а также отсутствуют доказательства того, что ФИО3 каким-либо образом влиял на принятие руководителем ФИО8 решений по заключению сделок с контрагентом ООО "Строй-С", и перечислению ФИО5 денежных средств по сделкам ООО "Строй-С" в отсутствие встречного предоставления.

Уполномоченный орган приводил доводы о том, что ФИО3 принимал непосредственное участие в управлении делами Общества, ссылаясь на то, что ФИО3 являлся руководителем ООО "СТБ" (с 07.07.2011 по 27.03.2013) и ООО "Микрон" (с 12.12.2014 по 25.04.2017), а его жена - ФИО11 являлась учредителем ООО "СТБ" (с 07.07.2011 по 16.04.2015) и ООО "Микрон" (с 02.12.2014 по 01.05.2017), производственные площади, на которых осуществляли деятельность указанные организации, принадлежат ФИО3, также ФИО3 принимал непосредственное участие в цепочке технологического процесса по производству продукции должника. Правообладателем патентов, на основании которых производится продукция должника и его "двойников", является ФИО3 ФИО12 ИНН 

<

***> приходится братом ФИО3, является с 21.10.2011 совладельцем и руководителем ООО ТД "Опора-пром-ойл" ИНН 

<

***>. При этом ООО ТД "Опора-пром-ойл", как установлено в ходе выездной налоговой проверки в отношении должника, являлось фактическим поставщиком труб, которые использовались в производственной деятельности должника. ООО ТД "Опора-промойл" также реализовывало в адрес заказчиков продукцию должника, закупая ее у Должника через ООО "ПК "Опора-пром-ойл". ООО ТД "Опора-пром-ойл" и братья С-вы являются выгодоприобретателями от использования схемы разделения бизнеса (не прибегая к этой схеме у ООО ТД "Опора-пром-ойл" увеличилась бы налоговая нагрузка.

Отклоняя довод уполномоченного органа, апелляционный суд установил, что  ФИО3 не входил в состав исполнительного органа управления должником во вменяемый период, не являлся лицом, уполномоченным на подписание сделок должника по перечислению денежных средств, а также не входил в круг лиц, которые непосредственно могли влиять на принятие соответствующих решений корпоративного характера; доказательств того, что ФИО3 знал о совершении Обществом в лице его ФИО5 сделок по перечислению денежных средств, уполномоченным органом в материалы дела не представлено. Также не представлено доказательств того, что ФИО3 получил от указанных сделок какие-либо денежные средства, действовал в ущерб Обществу.

По мнению апелляционного суда, соответственно сделки с неблагонадежным контрагентом ООО "Строй-С" ФИО3 не одобрялись, об их заключении он не знал и не должен был знать, доступа к финансовым документам и бухгалтерии в работе не имел, управленческие решения о заключении сделок и их исполнении не принимал.

По мнению апелляционного суда, отсутствуют мероприятия налогового контроля, устанавливающие, что ФИО3 передавал неисключительные лицензии на использование патента на изобретение организации ООО "Металлист"; также не установлено, что продукция ООО "Металлист" изготавливалась на основании договоров неисключительной лицензии, действующих в проверяемый период, в подтверждение данному факту говорит отсутствие оплаты в виде 2,5% ФИО3 от продажной стоимости продукции по лицензии.

При этом материалами дела подтверждается, что ФИО3 осуществлял перевозку грузов согласно договора от 01.02.2015, условия сделки носили в себе обстоятельства обычного делового оборота. Указанная предпринимательская деятельность ИП ФИО3 в части грузоперевозок оказывалась не одному контрагенту ООО "СТБ", ИП ФИО3 оказывал услуги перевозок и другим контрагентам.

Отклоняя довод уполномоченного органа о наличии оснований для признания выгодоприобретателями ООО ТД "Опора-пром-ойл" и ФИО3, апелляционный суд исходил из того, что поскльку в отношении ООО ТД "Опора-пром-ойл" и ФИО3 не проводились налоговые проверки, по результату которых можно обвинять в использовании данными лицами схемы разделения бизнеса для уменьшения налоговой нагрузки; основания, которые однозначно бы говорили, что именно ФИО3 или ООО ТД "Опора-пром-ойл" принимали решение о заключении сделки между ООО "Металлист" и организацией ООО "Строй-С", материалами дела не подтверждаются, что свидетельствует  об отсутствии подконтрольности сделки и влиянии на нее со стороны ФИО3

В отношении утверждения уполномоченного органа об использовании одних телефонных номеров и одного EXTip-адреса, как свидетельства фактического управления деятельностью участников корпоративной группы одними лицами, апелляционный суд указал, что данное обстоятельство, помимо того, что лица подключались к одной системе Wi-Fi и указывали в отчетности одни телефонные номера, больше не подтверждает ничего, в том числе, указанное не подтверждает и фактического управления деятельностью участников корпоративной группы одними лицами.

Указание ФНС России на то, что участники корпоративной группы осуществляют аналогичный вид экономической деятельности, в связи с чем подлежат к привлечению к субсидиарной ответственности, отклонен апелляционным судом, поскольку указанное не свидетельствует о подконтрольности должника ФИО3

Ссылка ФНС России на то, что в 2016 году из 28 сотрудников ООО "СТБ" 20 были уволены и трудоустроены в ООО "Металлист", в 2017 году 17 из них были уволены из ООО "Металлист" и трудоустроены в ООО "Микрон", что по мнению уполномоченного органа подтверждает подконтрольность Обществ ФИО3, признана апелляционным судом несостоятельной, поскольку обстоятельств, подтверждающих, что данные решения принимались непосредственно ФИО3, также не установлено, что данные сотрудники выполняли одинаковые трудовые функции в разных предприятиях, что у них был один и тот же административно-управленческий персонал, что данных сотрудников трудоустраивали одни и те же лица и выплату производили на одних и тех же условиях во всех организациях, материалами дела не подтверждено.

Вместе с тем, апелляционным судом было установлено отсутствие в материалах дела  доказательств совершения ФИО3 от имени ООО "Металлист" юридически значимых действий, как то, подписание бухгалтерских, финансовых и иных документов должника, принятие решений, связанных с деятельностью Общества в период с 31.12.2015 по 24.08.2017.

По мнению апелляционного суда, поскольку отсутствуют юридически значимые обстоятельства, необходимые для привлечения ФИО3 к ответственности, предусмотренные пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, оснований для удовлетворения требований уполномоченного органа, конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, у суда первой инстанции не имелось.

Установив, что в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии противоправного характера поведения лица, о привлечении к ответственности которого заявлено, наличии вины, наличии вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии достаточных и безусловных оснований, которые позволили бы установить признаки и основания для возложения субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве. 

Таким образом, заявителями не подтверждено надлежащими доказательствами то, что именно в результате действий ФИО3 у Общества возникли признаки несостоятельности (банкротства); об  отсутствии причинно-следственной связи между действиями ФИО3 и банкротством должника и отсутствии оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Между тем, апелляционный суд  признал обоснованными доводы ФИО5 в части  необоснованного  удовлетворения судом первой инстанции  требования конкурсного управляющего должника, основанного на положениях статьи 9 Закона о банкротстве, указавшего, что ФИО5 должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника в период с 04.05.2016 по 17.05.2017.

При этом суд принял во внимание, что согласно данным бухгалтерской отчетности ООО "Металлист" за 12 месяцев 2015 года стоимость активов должника составила 748 тыс.руб. в том числе: основные средства - 0 тыс.руб.. запасы - 10 тыс.руб.. дебиторская задолженность - 693 тыс.руб., денежные средства и денежные эквиваленты - 45 тыс. руб., оборотные активы- 748 тыс. рублей;  должником осуществлялась деятельность, заключались и исполнялись договоры поставки, заключенные от 28.04.2016 с ООО "МетПром" (последняя частичная оплата должником по договору совершена 13.09.2017, 12.10.2017 заключено соглашение об отступном, 26.12.2017 задолженность частично погашена векселем, в соответствии с дополнительным соглашением к договору от 26.12.2017), от 09.01.2017 с ООО "Пром-Снаб" (последняя частичная оплата должником по договору совершена 20.07.2017).

Дело о банкротстве ООО "Металист" возбуждено 04.07.2018 по заявлению должника, после окончания выездной проверки ФНС России (период с 25.05.2017 по 18.05.2018), по результатам которой и было принято решение от 13.11.2018 N 19-33/74/7 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения доначислено - 30 793 227 руб., в том числе: налог - 21 518 503 руб., пени - 4 873 024 руб., штраф - 4 401 700 рублей.

Таким образом, с учетом положений пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, апелляционный суд пришел к выводу, что  у ФИО5 в период с 04.05.2016 по 17.05.2017 отсутствовала обязанность обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в порядке ст. 9 Закона о банкротстве.

При этом апелляционный суд, признав ошибочными выводы суда первой в этой части, указал, что данные выводы суда первой инстанции  не привели к принятию неправильных по существу решений, поскольку судом первой инстанции признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по другим основаниям, предполагающим размер ответственности равным совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац 10 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в прежней редакции, пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции).

Руководствуясь положениями статьи 61.12 Закона о банкротстве, с учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.01.2018 N 305-ЭС15-17320, учитывая соответствие выводов суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве фактическим обстоятельствам, оснований для отмены обжалуемого судебного акта в указанной части апелляционный суд не усмотрел.

В части определения судом первой инстанции размера субсидиарной ответственности, суд первой инстанции указывал на отсутствие необходимости приостановления производства по заявлению для определения размера ответственности, поскольку все мероприятии в рамках (несостоятельности) банкротстве ООО "Металлист" завершены, при этом размер непогашенных требований кредиторов, включенных в реестр, в соответствии с отчетом конкурсного управляющего о своей деятельности от 07.11.2019 составляет - 76 176 944,04 руб., в том числе: 1-я очередь отсутствует, 2-я очередь отсутствует, 3-я очередь в сумме 76 176 944,04 руб. Полагая, что на момент вынесения настоящего определения, согласно представленным сведениям ФНС России кредиторы: ООО "Метпром" и ООО "ПромСнаб" ликвидированы из единого реестра юридических лиц, размер субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным ст. 61.11 и 61.12 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", составит 31 468 006 руб. 43 коп.

Признавая данные выводы суда первой инстанции ошибочными, апелляционный суд обоснованно исходил из данных реестра требований кредиторов должника, согласно которого размер требований составляет 76 176 944,04 руб. (кредиторы: ФНС России размер требований 21 638 888,99 - основной долг, 9 287 198,29 - пени, штраф; ООО "Пром-Снаб" размер требований - 12 390 308,25 руб. - основной долг; ООО "МетПром" - 32 860 548,51 руб. - основной долг).

Поскольку на момент рассмотрения заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности общий размер требований кредиторов, включенных в реестр, не определен, мероприятия по формированию конкурсной массы не завершены, отсутствует возможность определения размера субсидиарной ответственности, с учетом абз. 6 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, апелляционный суд указал, что вопрос о возможности формирования конкурсной массы и возможности расчетов с кредиторами остается открытым, в части установления размера субсидиарной ответственности по кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, производство подлежит приостановлению.

С учетом вышеизложенного, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, апелляционный суд пришел к выводу об отмене определения суда первой инстанции в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности и определения размера субсидиарной ответственности, с принятием в указанной части нового судебного акта об отказе в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Металлист" и определения размера субсидиарной ответственности.

Суд округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте в указанной части, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266) признана утратившей силу статья 10 Закона о банкротстве "Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве"; Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266.

Поскольку заявления о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд после 07.06.2017, а обстоятельства, в связи с которыми заявлены настоящие требования имели место до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, при рассмотрении настоящего спора подлежат применению нормы статьи 10 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в прежней редакции по содержанию мало чем отличаются от предусмотренных действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве оснований ответственности, что означает возможность применения к статье 10 Закона о банкротстве значительного объема разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения ответчиками действий, являющихся основанием привлечения к субсидиарной ответственности по настоящему делу, также была предусмотрена солидарная субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц за доведение должника до банкротства в размере требований, оставшихся непогашенными из-за недостаточности имущества должника.

В соответствии с абзацем 34 статьи 2 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения ответчиками действий, являющихся основанием привлечения к субсидиарной ответственности по настоящему делу, действовал следующий порядок определения круга контролирующих должника лиц для целей Закона о банкротстве: контролирующими должника лицами признавались, в частности, лица, являвшиеся единственным участником должника, руководителем должника в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом. То есть в период два года и более до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом руководитель должника и его единственный участник не признаются контролирующими должника лицами для целей Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона (в редакции, действовавшей после вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям") о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если, в частности, причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта ненадлежащего исполнения обязанностей, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве ответственность соотносится с нормами об ответственности по обязательствам юридического лица, установленной в пункте 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовавшем в спорный период, по правилам которого в случае, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В связи с этим субсидиарная ответственность лиц по названным основаниям наступает в зависимости от того, привели ли их действия или указания к несостоятельности (банкротству) должника.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено: при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные юридическому лицу.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в постановлении N 62.

В пункте 16 Постановления N 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Судебная коллегия считает, что апелляционным судом правильно применены нормы материального права.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, установив совершение ФИО5 сделок с аффилированными лицами, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, принимая во внимание, что доказательства добросовестности и разумности своих действий в интересах должника ФИО5 не представлены, апелляционный суд пришел к правомерному выводу о доказанности обстоятельств, являющихся основанием для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Довод ФИО5 о том, что на момент осуществления своих полномочий директора должника отсутствовали основания для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом, подлежит отклонению, поскольку апелляционный суд выводы суда первой инстанции в данной части признал ошибочными, указав на наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве на всю сумму включенных в реестр требований кредиторов должника, в связи с чем, размер субсидиарной ответственности за неисполнение руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом на общий размер субсидиарной ответственности не влияет.

Довод уполномоченного органа, полагающего выводы апелляционного суда об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности ошибочными, подлежит отклонению, поскольку апелляционным судом установлено, что доказательства совершения ФИО3 от имени ООО «Металлист» каких-либо юридически значимых действий: подписание бухгалтерских, финансовых и иных документов должника, принятие решений, связанных с деятельностью общества в период с 31.12.2015 по 24.08.2017, в материалах дела отсутствуют, в связи с чем, отсутствуют юридически значимые обстоятельства, необходимые для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, предусмотренные пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Иные доводы, изложенные в кассационных жалобах уполномоченного органа и ФИО5, подлежат отклонению, поскольку являлись предметом исследования и оценки апелляционного суда, правомерно им отклонены с подробным изложением мотивов отклонения; указанные доводы направлены исключительно на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судом, по причине несогласия заявителей жалоб с результатами указанной оценки суда, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного  акта.

Нарушений норм процессуального права, в том числе, влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.10.2022 по делу № А55-11972/2018 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяЕ.П. Герасимова

СудьиЕ.В. Богданова

М.В. Егорова