АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А45-21296/2019

г. Новосибирск

27 января 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 21 января 2020 года.

Решение изготовлено в полном объёме 27 января 2020 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи        Исаковой С.А., при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ТехноСибcервис» (ОГРН 

<

***>), г. Новосибирск, к акционерному обществу «Хлебообъединение «Восход» (ОГРН 

<

***>), г. Новосибирск, при участии в деле 3-го лица: общество с ограниченной ответственностью «Сибирское аутсорсинговое агентство» (ОГРН 

<

***>), о взыскании 3 713 367 руб. 04 коп.,

по объединённому делу:  о признании соглашения об уступке права требования (цессии) от 21.02.2017 и дополнительного соглашения от 24.02.2017 недействительными,

при участии в судебном заседании представителей:

истца: ФИО2, доверенность от 17.05.2019, паспорт,

ответчика: ФИО3 доверенность № 12-ЮР от 01.03.2017, паспорт; ФИО4, доверенность от 22.09.2019, паспорт; ФИО5, доверенность № 49-ЮР от 01.08.2019, паспорт,

третьего лица: ликвидирован,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ТехноСибсервис» (далее по тексту - истец) обратилось с исковым заявлением к акционерному обществу «Хлебообъединение «Восход» (далее по тексту - ответчик) о взыскании задолженности в размере 3 375 788 руб. 22 коп., пени в размере 337 578 руб. 82 коп.

Ответчик в рамках дела № А45-23661/2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании соглашения об уступке права требования (цессии) от 21.02.2017 и дополнительного соглашения от 24.02.2017 недействительными.

Определением от 05.08.2019 в одно производство для совместного рассмотрения объединены дела №А45-23661/2019 и №А45-21296/2019. Объединённому делу присвоен номер №А45-21296/2019.

Ответчик исковые требования не признал по доводам, изложенным в отзыве, дополнениях к отзыву, просил в удовлетворении исковых требований отказать. 

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения сторон, суд установил следующее.

В соответствии со статьёй 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - АПК РФ), каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Как следует из материалов дела, 25.12.2015 между обществом с ограниченной ответственностью «Сибирское аутсорсинговое агентство» (далее по тексту – 3-е лицо) (исполнитель, 15.02.2019 в ЕГРЮЛ в отношении него внесена запись о прекращении юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности) и ответчиком (заказчик) заключен договор №09-16 о возмездном оказании услуг (далее по тексту – договор) (в редакции протокола согласования разногласий), предметом которого является оказание услуг по погрузочным работам. Наименования услуги и их виды определены в соответствии с приложением № 1 к договору.

В соответствии с пунктом 4.1 договора, стоимость оказанных услуг за отчётный период (один календарный месяц), рассчитывается исходя из фактического объёма оказанной услуги, умноженного на цену (тариф) услуги, указанную в приложении №3 к договору, либо дополнительным соглашением к договору.

Оказанные услуги признаются принятыми заказчиком с момента подписания им акта сдачи-приёмки оказанных услуг (пункт 5.1 договора). По окончании каждого отчётного периода заказчик подписывает подготовленный и подписанный исполнителем акт сдачи-приёмки оказанных услуг, составленный исполнителем в двух экземплярах. Заказчик обязан подписать акт сдачи-приёмки оказанных услуг в течение пяти рабочих дней со дня его получения и выслать в адрес исполнителя один из подписанных экземпляров, либо направить в адрес исполнителя мотивированный отказ (пункт 5.2 договора).

Оплата за оказанные услуги осуществляется не позднее 5 банковских дней со дня подписания сторонами акта сдачи-приёмки оказанных услуг без замечаний и получения заказчиком счёта-фактуры (пункт 4.3 договора).

В соответствии с пунктом 6.2 договора, в случае несвоевременной оплаты оказанных услуг, исполнитель вправе требовать с заказчика уплаты пени в размере 1/360 учётной ставки банковского процента, установленной банком России, от несвоевременно оплаченной суммы за каждый день просрочки, но не более 10% от несвоевременно оплаченной суммы.

11.01.2016 стороны договора заключили дополнительное соглашение к договору, которым предусмотрели оказание исполнителем 12.01.2016 услуг по укладке продукции в 1 400 коробок. Стоимость услуг определена в размере 3,50 руб. за одну коробку.

11.02.2016 стороны договора заключили дополнительное соглашение к договору, которым предусмотрели оказание исполнителем услуг 12.02.2016 по укладке продукции в 3 500 коробок. Стоимость услуг определена в размере 3,50 руб. за одну коробку.

11.02.2016 стороны договора заключили дополнительное соглашение к договору, которым предусмотрели оказание исполнителем услуг в период с 14.02.2016 по 17.02.2016 по очистке территории (возле булочной экспедиции) площадью 396 кв.м. от льда и снега по адресу: ул. Широкая, 35. Стоимость услуг определена в размере 53,10 руб. за очистку 1 кв.м.

05.03.2016 стороны договора заключили дополнительное соглашение к договору, которым предусмотрели оказание исполнителем услуг в период с 12.03.2016 по 15.03.2016 по очистке территории производственной площадки по ул. Широкая, 35, площадью 765, 6 кв.м. от льда и снега и с 20.03.2016 по 21.03.2016 оказание услуг по очистке крыш зданий площадью 792 кв. м. на площадке по ул. Широкая, 35 от льда и снега. Стоимость услуг определена в размере 53,10 руб. за очистку 1 кв.м.

10.03.2016 стороны договора заключили дополнительное соглашение к договору, которым предусмотрели оказание исполнителем услуг 12.03.2016 по укладке продукции в 3 500 коробок. Стоимость услуг определена в размере 3,50 руб. за одну коробку.

31.03.2016 стороны договора заключили дополнительное соглашение к договору, которым предусмотрели изменения положений приложения №3 к договору.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением, истец представил в материалы дела акты от 31.01.2016 №4 на сумму 594 964 руб. 26 коп., от 29.02.2016 №8 на сумму 627 790 руб. 68 коп., от 31.03.2016 №14 на сумму 654 542 руб. 46 коп., от 30.04.2016 № 18 на сумму 617 043 руб.      24 коп., от 31.05.2016 №25 на сумму 556 881 руб. 01 коп., от 30.06.2016 №30 на сумму 559 569 руб. 20 коп., от 31.07.2016 №35 на сумму 544 497 руб.       79 коп.,  от 31.08.2016 №40 на сумму 506 648 руб. 82 коп., от 30.09.2016 №45 на сумму 506 413 руб. 50 коп., от 31.10.2016 №50 на сумму 600 570 руб.       90 коп., от 30.11.2016 №54 на сумму 576 856 руб. 10 коп., от 30.12.2016 №58 на сумму 630 010 руб. 26 коп., счета-фактуры к указанным актам.

Всего актов – на сумму 6 975 788 руб. 22 коп.

При этом, указанные акты подписаны исполнителем в одностороннем порядке, кроме акта №89 от 29.02.2016, доказательств направления указанных актов в адрес ответчика в материалы дела не представлено.

Определением от 10.07.2019 суд истребовал в ИФНС по Ленинскому району г. Новосибирска копии книг покупок АО «Хлебообъединение «Восход» за период с 1 по 4 кварталы 2016 года по контрагенту ООО «Сибирское аутсорсинговое агентство».

Истребованные документы были представлены в материалы дела, судом установлено, что представленные книги покупок содержат суммы, отображённые в представленных истцом в материалы дела актах. Более того, ответчик в судебном заседании пояснил, что поданные им в налоговую инспекцию декларации, ответчиком не уточнялись.

В отношении подписанного в двустороннем порядке акта №89 от 29.02.2016 ответчик заявил довод, что у подписавшего его лица – ФИО6 отсутствовали полномочия на его подписание, соответственно – оказанные по данному акту услуги ответчиком не приняты. 

Суд отклонил данный довод ответчика ввиду того факта, что на данном акте имеется оттиск печати ответчика.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) наличие у представителя полномочий действовать от имени юридического лица может явствовать из обстановки, в которой действует такой представитель.

К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, о потере которой или её подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 № 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 № 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 № 307-ЭС15-9787, от 28.04.2014 № ВАС-4971/14, определения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.02.2014 № ВАС329/14, от 15.01.2014 № ВАС-19047/13, от 09.12.2013 № ВАС-17772/13, от 06.12.2012 № ВАС-16170/12, от 09.07.2012 № ВАС-8557/12, от 17.06.2011 № ВАС-7136/11, от 18.02.2008 № 1186/08).

Содержание текста, изложенного на печати юридического лица, само по себе не является юридически значимым, поскольку таковое значение имеет сам факт проставления печати (штампа) юридического лица на документе, что может являться свидетельством наличия обстановки, в которой действует представитель для того, чтобы воспринимать его как уполномоченного представителя юридического лица.

В силу абзаца первого пункта 1 статьи 182 ГК РФ сделка, совершённая одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создаёт, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В отношении остальных актов, суд отмечает, что в судебное заседание 23.10.2019 для дачи пояснений в качестве свидетеля был вызван бывший руководитель 3-го лица – ФИО7, который пояснил, что акты и счёт-фактуры передавались ответчику (без отметок о принятии). Доказательств направления заказчиком письменного отказа от подписания односторонних актов ответчик суду не представил.

С учётом изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что спорные акты и счёт-фактуры передавались ответчику. При изложенных обстоятельствах, суд полагает доказанным факт оказания исполнителем заказчику услуг, поименованных в указанных выше актах. В каждом из актов указано, что услуги выполнены полностью и в срок, заказчик претензий по объёму, качеству и срокам оказания услуг не имеет. 

Суд отклонил возражения ответчика о невозможности оказания исполнителем услуг в тех объёмах, которые отражены в актах, в доказательство чего ответчиком в материалы дела представлена выписка из акта ревизии, поскольку данные возражения базируются только на доказательствах, составленных существенно позднее периода оказания услуг в ходе производства ревизии внутренней деятельности заказчика, и не в сроки, согласованные сторонами в пункте 5.3 договора. Претензия заказчика от 29.03.2017 исх. №149 о завышении исполнителем объёмов оказанных услуг не содержала ссылок на первичные документы, из которых бы следовало данное обстоятельство, не содержала расчётов и к ней не были приложены документы, обосновывающие утверждение заказчика о завышении исполнителем объёмов оказанных услуг. С 29.03.2017 ответчик не обращался к исполнителю или истцу с какими-либо требованиями, касающимися возмещения убытков или возвращения неосновательного обогащения, в том числе, в судебном порядке.

При изложенных обстоятельствах, суд полагает доказанным факт оказания исполнителем заказчику услуг, поименованных в указанных выше актах.

Исследуя обстоятельство оплаты оказанных услуг, суд установил, что данные услуги были оплачены частично:

в материалы дела представлен акты приёма-передачи векселей - всего на общую сумму 2 700 000 руб., платёжные поручения – всего на общую сумму 500 000 руб., содержащие отсылку на спорный договор. 

С учётом указанных оплат, у ответчика имеется неисполненное обязательство на сумму 3 775 788 руб. 22 коп. Доказательств оплаты указанной суммы ответчик суду не представил.

Ответчик в судебном заседании 09.07.2019 представил в материалы дела почтовую квитанцию от 29.03.2015 и письмо исх. №149 от 29.03.2017, которое ответчик направил в адрес 3-го лица, указав об изменении назначения платежа в платёжном поручении №352 от 01.02.2016 и актах приёма-передачи векселей (поименованы в указанном письме), которые были переданы в счёт оплаты по правоотношениям сторон, вытекающим из заключенного между ними ранее договора № 01/12 от 31.12.2012, и указал, что правильное назначение платежа - оплата за услуги по договору №9/16 от 25.12.2015 (спорного договора по настоящему делу). По данному доводу ответчик также считает, что задолженность по спорному договору отсутствует.

Суд отклоняет данный довод ответчика и отмечает, что представленная в материалы дела почтовая квитанция, первоначально приложенная к отзыву на исковое заявление (в электронном виде 28.05.2019), подтверждала только направление претензии №149 от 29.03.2017 в адрес 3-его лица. Позднее, в судебном же заседании ответчик пояснил, что данная квитанция подтверждает направление также и письма под таким же номером и от той же даты об изменении назначения платежа. Описи вложения в ценное письмо ответчиком не представлено. Суд отмечает, что ответчик не представил в материалы дела доказательств наличия с его стороны переплаты по договору №01/12 от 31.12.2012 и суд не имеет возможности проверить данные обстоятельства с учётом факта ликвидации организации 3-го лица.

21.02.2017 между третьим лицом (цедент) и истцом (цессионарий) заключено соглашение об уступки прав требования (цессия) (далее по тексту – соглашение), в соответствии с которым цедент передал, а цессионарий принял право требования к ответчику, возникшее из спорного договора, указав, что задолженность ответчика перед цедентом составляет сумму 2 544 377 руб. 17 коп.

24.02.2017 цедентом и цессионарием заключено дополнительное соглашение к вышеуказанному соглашению об уступке, которым изменили  сумму задолженности ответчика перед цедентом, установив её в размере 3 375 788 руб. 22 коп., указав также,  что к цессионарию переходят права требования задолженности в размере 3 375 788 руб. 22 коп.

Частью 1 статьи 382 ГК РФ предусмотрено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (часть 2 статьи 382 ГК РФ).

По общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2013 №64-КГ13-7).

Как следует из пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии со статьёй 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объёме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Исследуя наличие заявленных ответчиком по настоящему делу оснований к признанию оспариваемого соглашения и дополнительного соглашения недействительными и незаключёнными сделками, суд установил следующее.

Размер уступленного права на момент совершения уступки соответствовал размеру реально существовавшей задолженности заказчика перед исполнителем, что не требовало указания в соглашении об уступке и дополнительном соглашении всех первичных документов. Из соглашения и дополнительного соглашения следует основание возникновения обязательства – договор возмездного оказания услуг от 25.12.2015 №09/16. Приведённые ответчиком в обоснование отсутствия задолженности заказчика перед исполнителем доводы отклонены судом, как необоснованные. 

Правовые последствия отсутствия извещения должника об уступке установлены пунктом 3 статьи 382 ГК РФ (если должник не был уведомлён в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несёт риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведённым до получения уведомления о переходе права к другому лицу). Недействительность договора уступки в качестве правового последствия отсутствия уведомления должника о состоявшейся уступке нормативно не установлена.

Совокупно соглашение об уступке с дополнительным соглашением не являются взаимоисключающими, а дополняют друг друга.

Утверждение ответчика о том, что личность кредитора имеет для него существенное значение, не основано ни на фактических, ни на юридических обстоятельствах. 

Утверждая о притворности соглашения и дополнительного соглашения, ответчик необоснованно не принял во внимание представление исполнителем налоговой отчётности по исполнению договора возмездного оказания услуг от 25.12.2015 №09/16, а так же отсутствие в соглашении и дополнительном соглашении условий об их безвозмездности. 

Дополнительно суд отмечает, что хоть в предмет доказывания по настоящему делу не входит выяснение расчётов сторон соглашения об уступке, но истец представил суду платёжное поручение от 14.12.2016 №1 о выдаче истцом исполнителю займа в размере 300 000 руб. и копию заявления о зачёте от 24.02.2017 исх. № П01/17, из которого следует частичная оплата уступленных требований.

При наличии доказательств, подтверждающих фактическое исполнение сторонами договора возмездного оказания услуг от 25.12.2015 № 09/16, размер долга по оплате оказанных услуг, согласованности воли цедента и цессионария на заключение соглашения и дополнительного соглашения и порождения соответствующих данным соглашениям последствий, утверждение ответчика о незаключённости оспариваемых им соглашения и дополнительного соглашения отклонено судом, как необоснованное.

Все возражения ответчика, основанные на нарушении при заключении оспариваемого соглашения и дополнительного соглашения норм корпоративного законодательства (заинтересованность и аффилированность супругов С-ных) отклонены судом, поскольку по нормам корпоративного законодательства право на обжалование сделки принадлежит ограниченному кругу лиц, поименованному в специальных законах (в рассматриваемом случае – в Федеральном законе от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), в который ответчик не входит. 

Довод ответчика о недействительности спорного соглашения от 21.02.2017 и дополнительного соглашения от 24.02.2017 ввиду его подписания ФИО7 после принятия обществом решения о назначении руководителем ФИО8 отклонён судом. В обоснование недействительности ответчик сослался на статью 183 ГК РФ. При этом ответчик не учёл, что конструкция статьи 183 ГК РФ направлена на защиту прав второй стороны сделки, подписанной неуполномоченным лицом. Статья 183 ГК РФ регулирует взаимоотношения сторон такой сделки, к которым ответчик не относится.

Дополнительно суд отмечает, что в период с 24.02.2017 до внесения записи в ЕГРЮЛ о ликвидации исполнителя (3-его лица) исполнитель не совершал никаких действий, направленных на получение от ответчика оплаты оказанных услуг, что свидетельствует, по мнению суда, о заключённости спорного соглашения и дополнительного соглашения, и об отсутствии оснований считать его недействительным.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 №120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», суд, признав, что должник не доказал, каким образом оспариваемое соглашение об уступке права (требования) нарушает его права и законные интересы, отказывает в удовлетворении заявленного им требования о признании указанного соглашения недействительным. 

Суд полагает (с учётом толкования, данного в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»), что в рассматриваемом случае ответчиком не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о нарушении оспариваемым соглашением и дополнительным соглашением его прав и законных интересов. 

Само по себе заключение оспариваемого соглашения и дополнительного соглашения и замена кредитора не свидетельствуют о нарушении законных прав и интересов должника (ответчика). Оценка условий соглашения и дополнительного соглашения об уступке прав требования на предмет их соответствия действующему законодательству в отсутствие законного интереса истца противоречит положениям части 1 статьи 4 АПК РФ.

При изложенных обстоятельствах исковые требования объединённого дела о признании недействительными сделками соглашения об уступке прав (требований) от 21.02.2017 и дополнительного соглашения от 24.02.2017 удовлетворению не подлежат ввиду их необоснованности.

Суд отклонил возражения истца о прекращении производства по объединённому делу в порядке пункта 5 части 1 статьи 150 АПК РФ ввиду ликвидации одной из сторон оспариваемых сделок, так как ликвидированная сторона оспариваемых сделок стороной рассматриваемого дела не является. При этом судом учтено, что ликвидация одной из сторон соглашения и дополнительного соглашения не должна препятствовать реализации ответчиком своего права на оспаривание соглашения и дополнительного соглашения. Данный вывод суда соответствует правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2019 № 306- ЭС16-9687(3) по делу № А57-17295/2014.

Ответчиком в ходе рассмотрения дела заявлялось ходатайство о фальсификации соглашения от 21.02.2017 и дополнительного соглашения от 24.02.2017, обосновывая указанное ходатайство ответчик пояснил, что подписание соглашения и дополнительного соглашения к нему было произведено гораздо позже указанной в них даты.

Суд разъяснил сторонам уголовно – правовые последствия заявления о фальсификации доказательств. Истцом заявлены возражения против исключения из числа доказательств по делу оспариваемых ответчиком доказательств.

Суд отклонил данное ходатайство о фальсификации, учитывая тот факт, что в судебном заседании ФИО7 пояснил, что данные документы также как и спорные акты передавались лично руководителю ответчика и не были возвращены третьему лицу и не отрицал, что соглашение и дополнительное соглашение было восстановлено позднее с учётом его отсутствия по причине не передачи его ответчиком.

Ходатайство о назначении экспертизы по проверке документов ответчиком в последующем было снято.

Все возражения ответчика, основанные на нарушении при заключении оспариваемого соглашения и дополнительного соглашения норм корпоративного законодательства (заинтересованность и аффилированность супругов С-ных) отклонены судом, поскольку по нормам корпоративного законодательства право на обжалование сделки принадлежит ограниченному кругу лиц, поименованному в специальных законах (в рассматриваемом случае – в Федеральном законе от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), в который ответчик не входит.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями договора, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается. 

В соответствии со статьёй 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершать определённые действия или осуществлять определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг. 

Согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признаётся арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нём сведения соответствуют действительности.

С учётом вышеизложенного, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию задолженность в размере 3 375 788 руб. 22 коп.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности. 

В соответствии с положениями статей 196, 200 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В данной части суд отмечает, что исковые требования о взыскании задолженности предъявлены истцом по актам за период с января по декабрь 2016 года. Истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением 29.05.2019. Следовательно, требования об оплате услуг по актам за период с января-май 2016 года, в действительности,  выходят за пределы установленного законом 3-х летнего срока. 

Вместе с тем, частичная оплата по спорному договору, произведённая ответчиком, не содержит ссылок на конкретные акты, в связи с чем, суд расценивает данную оплату исходя из принципа первоочерёдности погашения ответчиком существующей задолженности. При таких обстоятельствах, оплаченные ответчиком суммы денежных средств покрывают вышеуказанные акты за период с января-июнь 2016 года.

Таким образом, оснований для применения срока исковой давности не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой.

Согласно части 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признаётся определённая законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В связи с несвоевременной оплатой задолженности, истцом начислена и предъявлена к взысканию неустойка, рассчитанная по состоянию на 21.01.2020 в соответствии с пунктом 6.2 договора в сумме 337 578 руб.       82 коп. (10% от суммы существующей задолженности). Расчёт неустойки судом проверен и признан правильным. 

Ввиду доказанности факта оказания спорных услуг и отсутствия своевременной оплаты со стороны ответчика, исковые требования в данной части также подлежат полному удовлетворению. Оснований для применения срока исковой давности не имеется.

Распределение судебных расходов производится по правилам статьи 110 АПК РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

по первоначальному иску: 

взыскать с акционерного общества «Хлебообъединение «Восход» (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ТехноСибcрвис» (ОГРН 

<

***>) задолженность в размере 3 375 788 руб. 22 коп., неустойку в размере 337 578 руб. 82 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 41 566 руб. 84 коп.

по объединённому делу:

в иске отказать.

Возвратить с депозитного счёта Арбитражного суда Новосибирской области акционерному обществу «Хлебообъединение «Восход» 100 000 руб., внесённые по платёжному поручению от 16.09.2019 № 7684.

Решение арбитражного суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск) в течение месяца после принятия.

Решение арбитражного суда, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) в течение двух месяцев с момента вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

         Судья                                                                                        С.А. Исакова