ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-11388/2020

г. Челябинск

11 ноября 2020 года

Дело № А76-8779/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 05 ноября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 ноября 2020 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Карпусенко С.А.,

судей Баканова В.В., Тарасовой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 13.08.2020 по делу № А76-8779/2020.

В судебном заседании приняли участие представители:

акционерного общества «Челябинский цинковый завод» - ФИО3 (доверенность от 21.09.2020 №2061);

индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО4 (доверенность от 29.09.2017 б/н).

Публичное акционерное общество «Челябинский цинковый завод» (далее – общество «ЧЦЗ», истец) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2, ответчик, податель жалобы) о взыскании 162 037 руб. убытков.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 13.08.2020 исковые требования общества «ЧЦЗ» удовлетворены.

Судебным актом также распределены судебные расходы по уплате государственной пошлины.

В апелляционной жалобе ИП ФИО2 просит решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт.

С позиции ответчика, суд первой инстанции сделал неправильный вывод о смешанной правовой природе заключенного договора, наличии в правоотношениях сторон договора хранения и возможности применения правил о договоре хранения. По мнению стороны ответчика, как в договоре, так и в актах приема-передачи текстиля отсутствуют такие условия.

Отмечает, что в актах приема - передачи текстиля отсутствует обязательство конкретного лица хранить вещи и возвратить их, не содержится информации, кому передан текстиль, кем принят текстиль, или какие-либо другие условия, позволяющие предположить принятие исполнителем обязательств по хранению вещей заказчика. Акты приема-передачи текстиля по своему содержанию являются актами ревизии товарно-материальных ценностей истца. Сотрудник исполнителя присутствовал при подстчете вещей, поименованных в актах приема-передачи, с целью осмотреть качество текстиля, обработку которого необходимо будет производить в будущем, после загрязнения. 

Указывает, что ответчик в рабочее время осуществлял деятельность по уборке помещений истца, стирке и глажке постельного белья по договору возмездного оказания услуг на территории оздоровительного комплекса, где временно проживали отдыхающие. Перечисленные в актах приема-передачи текстиля вещи на протяжении всего срока действия договора оставались на территории заказчика и регулярно передавались заказчиком в пользование (аренду) третьим лицам - отдыхающим оздоровительного комплекса. После подписания актов приема-передачи текстиля имущество заказчика из владения заказчика не выбывало, ответчику не передавалось, ключи от склада на протяжении всего срока действия договора находились у кладовщика заказчика. Комплекты постельного белья в необходимом для смены количестве, выдавались заказчиком, при этом какие-либо акты сторонами не составлялись. Исходя из условий договора исполнитель осуществлял стирку и обработку только грязного белья, ввиду чего не было необходимости передавать исполнителю целый склад чистого белья. В связи с изложенным ответчик считает, что на него не может возлагаться ответственность за сохранность вещей истца.

Апеллянт ссылается на то, что условия договора возмездного оказания услуг об ответственности исполнителя за порчу имущества заказчика (пункты 4.9, 5.5, 8.1, 8.5, 8.12 договора) не могут толковаться как элементы договора хранения, поскольку являются распределением рисков случайного повреждения имущества между сторонами. По результатам ревизии истцом обнаружена не порча имущества исполнителем, а недостача (хищение) ТМЦ. При этом отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика и недостачей. Штрафы за вынос ТМЦ с территории заказчика без разрешительных документов заказчиком исполнителю не выставлялись.

Акт выполненных работ от 31.12.2019 №1233/Ц3 подтверждает, что заказчик принял работы исполнителя за декабрь 2019 года, когда производил ревизию, и претензий по объему и качеству не имеет. 

От общества «ЧЦЗ» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором истец просил отклонить изложенные в ней доводы, полагая их несостоятельными. Отзыв приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В судебном заседании представители сторон поддержали позиции, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на апелляционную жалобу.

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между обществом «ЧЦЗ» (заказчик) и ИП ФИО2 (исполнитель) заключен договор возмездного оказания услуг от 01.11.2018 № 1002-2018 (далее также – договор; л.д. 6-11), в соответствии с пунктом 1.1 которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по комплексной уборке территории и помещений, а также выполнение работ по стирке, глажке, барабанной сушке, химчистке и дез. обработке постельного белья, специальной одежды сотрудников и текстильных изделий столовой оздоровительного комплекса «Лесная Застава» (далее - ОК «Лесная Застава»), расположенной по адресу: Челябинская область, Сосновский район, д. Ключевка (л.д. 6-11).

Территория, подлежащая комплексной уборке по настоящему договору, имеет ориентировочную общую площадь 19 595 кв. м. (приложение № 1).

Помещения, подлежащие комплексной уборке по настоящему договору, имеют ориентировочную общую площадь 8 919,1 кв. м. (приложение № 1).

Ориентировочный общий объем работ по стирке, глажке, барабанной сушке, химчистке и дез. обработке постельного белья, специальной одежды сотрудников и текстильных изделий столовой ОК «Лесная Застава» указан в приложении № 1.

Понятие комплексной уборки включает в себя перечень и объем работ (услуг), осуществляемых исполнителем на объекте.

Согласно пункту 1.2 договора перечень работ, выполняемых при комплексной уборке территории и помещений, а также выполнение работ по стирке, глажке, барабанной сушке, химчистке и дез. обработке постельного белья, специальной одежды сотрудников и текстильных изделий столовой ОК «Лесная Застава», указан в приложении №2 к настоящему договору.

В соответствии с пунктом 1.3 договора график проведения работ на объекте и численный состав персонала указан в приложении №1 к настоящему договору.

Пунктом 1.4 договора предусмотрено, что заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по выполнению дополнительных специализированных работ. Перечень и стоимость, дополнительных специализированных работ, указаны в приложении № 3 к настоящему договору.

Сторонами подписаны приложения к договору (л.д. 12-17).

В целях исполнения договора заказчик передал исполнителю товарно-материальные ценности, что подтверждается актами приема-передачи текстиля от 01.11.2018, от 15.05.2019 (л.д. 18-19).

Сторонами 21.10.2019 и 31.12.2019 проведены ревизии товарно-материальный ценностей, по результатам которых выявлена недостача.

Результаты ревизий отражены в актах от 21.10.2019 (л.д. 20-21), от 31.12.2019 (л.д. 22-23)  Указанные акты подписан сторонами без замечаний.

Истец 15.01.2020 направил в адрес ответчика претензию с требованием в течение десяти дней со дня получения настоящей претензии возместить убытки в размере 162 037 руб. (л.д. 29-30, 40). Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что явилось основанием для обращения в суд с настоящим требованием.

Удовлетворяя требования истца, суд первой инстанции исходил из того, что материалами дела подтверждено наличие юридического состава, необходимого для взыскания с ответчика убытков в заявленной сумме.

Суд первой инстанции установил возникновение между сторонами правоотношений по возмездному оказанию услуг, а также по хранению товарно-материальных ценностей (ТМЦ).

Выводы суда первой инстанции являются верными, а доводы апелляционной жалобы признаются судом подлежащими отклонению по следующим основаниям.

Как следует из положений статей 15, 393, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 5 данного постановления по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии с подпунктом 1, 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, проанализировав условия договора возмездного оказания услуг от 01.11.2018 № 1002-2018 в совокупности с подписанными сторонами актами приема-передачи текстиля от 01.11.2018, от 15.05.2019, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, возникшие на основании данного договора правоотношения касаются как оказания исполнителем комплексных услуг по уборке территорий и помещений, так и затрагивают отношения сторон, связанные с принятием исполнителей товарно-материальных ценностей на хранение, что свидетельствует о смешанной правовой природе данного договора, содержащего в себе  элементы договора оказания услуг и договора хранения.

В соответствии со статьей 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункту 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Пункты 1, 2 статьи 900 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, если договором не предусмотрено хранение с обезличением. Вещь должна быть возвращена хранителем в том состоянии, в каком она была принята на хранение, с учетом ее естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения вследствие ее естественных свойств.

В пункте 1 статьи 901 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, принятых на хранение, по основаниям, предусмотренным статьей 401 данным Кодексом.

Хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи. Если хранение осуществляется безвозмездно, хранитель обязан заботиться о принятой на хранение вещи не менее, чем о своих вещах (пункты 1, 3 статьи 891 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Материалами дела подтверждено, что во исполнение условий договора в части выполнения работ по комплексной уборке помещений, осуществлению  работ по стирке, глажке, хим.чистке и дез.обработке постельного белья, специальной одежды сотрудников и текстильных изделий столовой заказчик передал исполнителю товарно-материальные ценности, что подтверждается актами приема-передачи текстиля от 01.11.2018,  от 15.05.2019 (л.д. 18-19).

В названных актах сторонами согласованы наименование, размер и  количество передаваемого исполнителю имущества.

Сторонами 21.10.2019 и 31.12.2019 проведены ревизии товарно-материальный ценностей, по результатам которой выявлена недостача.

Результаты ревизий отражены в актах от 21.10.2019 (л.д. 20-21), от 31.12.2019 (л.д. 22-23). Указанные акты подписаны сторонами без замечаний и возражений, в присутствии представителя исполнителя ФИО5, действующей на основании доверенности № 3 от 30.01.2019.

О фальсификации указанных актов ответчиком не заявлено.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно установил факт ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по обеспечению сохранности переданного по договору имущества.

Расчет стоимости утраченных товарно-материальных ценностей произведен истцом на основании представленных в материалы дела товарных накладных  №328 от 04.07.2018, №233 от 24.05.2017, №289 от 20.06.2018 (л.д.26-28).

Согласно расчету истца размер убытков составил 162 037 руб. Ответчиком указанный расчет не опровергнут.

В связи с изложенным суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о возникновении на стороне ответчика обязанности по возмещению  ущерба в заявленном истцом размере.

Доводы ответчика о том, что суд первой инстанции сделал неправильный вывод о смешанной правовой природе заключенного договора, подлежат отклонению, поскольку из условий договора в совокупности с представленными актами приема-передачи текстиля следует, что истцом ответчику переданы товарно-материальные ценности для исполнения обязательств по договору, в частности, для исполнения предусмотренных Приложением № 2 к договору (л.д. 13-16) обязанностей по замене грязного постельного белья на чистое постельное белье.

Ответчик, принявший ТМЦ для исполнения договора, не мог не иметь сведений о том, что им получено имущество истца.

При этом следует отметить, что согласно статье 783 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о подряде (статьи 702 - 729) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Исходя из статьи 714 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик несет ответственность за несохранность предоставленных заказчиком материала, оборудования, переданной для переработки (обработки) вещи или иного имущества, оказавшегося во владении подрядчика в связи с исполнением договора подряда.

В заключенном между сторонами договоре возмездного оказания услуг от 01.11.2018 № 1002-2018 не имеется условий об отсутствии ответственности ИП ФИО2 за переданные ему ТМЦ.

Подписание сторонами акта выполненных работ от 31.12.2019 № 1233/ЦЗ не лишает общество «ЧЦЗ» права требования взыскания с ответчика убытков, понесенных в связи с неполным возвратом переданных ТМЦ.

В связи с этим суд первой инстанции обоснованно возложил на ответчика обязанность по возмещению истцу 162 037 руб. убытков в размере стоимости переданного ИП ФИО2 имущества, но впоследствии утраченного.

С учетом изложенного решение суда является правильным, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, имеющимся в деле доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены вынесенного судебного акта, не установлено.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы ответчика по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы относятся на его счет. 

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 13.08.2020 по делу № А76-8779/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судьяС.А. Карпусенко

Судьи:В.В. Баканов

С.В. Тарасова