ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

Дело № А09-1235/2021

20АП-1758/2023, 20АП-2221/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 декабря  2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18  декабря  2023 года.

            Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волошиной Н.А., судей Волковой Ю.А. и Тучковой О.Г., при ведении протокола судебного заседания  ФИО1, в отсутствие в судебном заседании лиц, участвующих в настоящем обособленном споре, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3, ФИО4 на определение Арбитражного суда Брянской области от 17.02.2023 по делу № А09-1235/2021 (судья Мишина Н.В.), вынесенное по заявлению финансового управляющего должника (ФИО3) - ФИО5, г. Брянск к ФИО2, г.Брянск; ФИО4, г. Брянск; ФИО6, г.Брянск; ФИО7, г. Брянск; заинтересованные лица: Управление Росреестра по Брянской области; ФИО3, г. Брянск о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности в рамках производства по делу по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО8, г. Брянск о признании индивидуального предпринимателя ФИО3, г. Брянск, несостоятельным должником (банкротом), 

 

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО8 (далее – кредитор, ИП ФИО8) обратилась в Арбитражный суд Брянской области с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – должник, ИП ФИО3) несостоятельным должником (банкротом). Заявитель также просил суд ввести в отношении процедуру реструктуризации долгов гражданина и включить в реестр требований кредиторов должника задолженность в сумме 39 890 600 руб., в том числе 19 600 000 руб. – основной долг, 20 230 600 руб. – неустойка, 60 000 руб. – судебные расходы по уплате государственной пошлины.

 Определением суда от 05.04.2021 заявлено было принято к производству арбитражного суда, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности. 

Определением Арбитражного суда Брянской области от 21.06.2021 заявление ИП ФИО8 о признании ИП ФИО3 несостоятельным должником (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура банкротства – реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5, в реестр требований должника включена задолженность перед ИП ФИО8 в общем размере 39 890 600 руб. 

Решением суда от 04.02.2022 процедура реструктуризации долгов ИП ФИО3 прекращена. ФИО3 признан несостоятельным должником (банкротом), введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим должника утверждена ФИО5 

10.06.2022 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО5 о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности, согласно которого, заявитель просит:

- признать недействительным договор дарения от 24.03.2020, заключенный между

ФИО2 и ФИО4;

- признать недействительным договор купли-продажи недвижимости от 21.03.2022,

заключенный между ФИО4 и ФИО6;

- признать недействительным договор дарения от 24.03.2022, заключенный между

ФИО6 и ФИО7;

              - применить последствия недействительности сделки: возвратить в конкурсную массу ФИО3 нежилое помещение, общей площадью 163,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129; 

             - применить последствия недействительности сделки: погасить в Едином государственном реестре недвижимости запись о переходе права собственности на нежилое помещение общей площадью 163,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129 к ФИО4, номер регистрации 32:28:0031608:129-32/001/2020-6 от 26.03.2020;

               - применить последствия недействительности сделки: погасить в Едином государственном реестре недвижимости запись о переходе права собственности на нежилое помещение общей площадью 163,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129 к ФИО6, номер регистрации 32:28:0031608:129-32/074/2022-11 от 23.03.2022; 

              - применить последствия недействительности сделки: погасить в Едином государственном реестре недвижимости запись о переходе права собственности на нежилое помещение общей площадью 163,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер :32:28:0031608:129 к ФИО7, номер регистрации 32:28:0031608:129-32/074/2022-13 от 29.03.2022; 

              - применить последствия недействительности сделки: восстановить в Едином государственном реестре недвижимости запись о права собственности ФИО2 на нежилое помещение общей площадью 163,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129, номер регистрации 32-32-28/009/2005-818 от 28.04.2005г.

Определением суда от 14.06.2022 заявление финансового управляющего о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности

принято к производству.

Определением суда от 14.12.2022 было удовлетворено ходатайство финансового управляющего ФИО5 о назначении в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора судебной экспертизы с целью определения рыночной стоимости недвижимого имущества.

По делу была назначена судебная экспертиза, проведение экспертизы поручено эксперту - частнопрактикующему оценщику эксперту ООО «Городской центр оценки и консалтинга» ФИО9(143007, 

<

...>).

На разрешение эксперта поставлен вопрос: определить рыночную стоимость нежилого помещения общей площадью 163,8 кв. м, расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129 по состоянию на дату 21.03.2022. 

Заключение эксперта № 3222-177-ЭЗ от 17.01.2023 поступило в суд 19.01.2023 (т.д. 3 л.л.д. 61-114). 

Судом заключение эксперта было оглашено в судебном заседании 26.01.2023. 

На экспертное заключение № 3222-177-ЭЗ от 17.01.2023 представителем ответчиков ФИО6 и ФИО7 была представлена рецензия от 06.02.2023, составленная экспертом-оценщиком ФИО10, а также заявлено ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы.

Обжалуемым судебным актом суд отказал в удовлетворении заявленного ходатайства.

Определением Арбитражного суда Брянской области от 17.02.2023 заявление финансового управляющего ФИО3 – ФИО5 удовлетворено частично.

Признана недействительной сделкой договор дарения от 24.03.2020, заключенный

между ФИО2 и ФИО4 в отношении

нежилого помещения, общей площадью 163,8 кв.м., расположенного по адресу: г. Брянск,

ул. 9 Января, д.48, пом. 005, кадастровый номер: 32:28:0031608:129. Применены последствия недействительности сделки, а именно: суд определил взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО4 в пользу ФИО3 4 450 000 руб.

           В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО5 в оставшейся части судом отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 и ФИО3, ФИО4  обратились с апелляционными жалобами в Двадцатый арбитражный апелляционный суд об отмене обжалуемого определения в части признания недействительной сделки – договора дарения от 24.03.2020 года и применения последствий недействительности сделки (с учетом уточнений от 13.12.2023).  

Мотивируя позицию, заявитель указывает на  нарушение судом области норм материального и процессуального  права, несоответствие выводов суда материалам дела.

Считают, что в материалах дела отсутствуют достаточные доказательства, позволяющие признать оспариваемую сделку недействительной по указанным основаниям.

ФИО2 обращает внимание на то, что в связи с ухудшением состояния здоровья, связанного с разрушением суставов, начавшимся еще в 2016 году, что также подтверждается документально (21.11.2022 экстренно прооперирована), у ФИО2 возникли объективные причины прекратить предпринимательскую деятельность.

Настаивают на том, что оспариваемая сделка совершалась в процессе реструктуризации и оптимизации ведения бизнеса, не была обусловлена противоправной целью вывода активов из имущественной массы должника в ущерб его кредиторам, учитывая особенности реализации имущества должника, находящегося в залоге у Фонда, в соответствии с требованиями ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

 

Определением суда от 29.03.2023 апелляционная жалоба ФИО2 и ФИО3 была принята к производству, назначено судебное разбирательство на 23.05.2023.

Определением суда от 21.04.2023 апелляционная жалоба ФИО4 была принята к производству, назначено судебное разбирательство на 23.05.2023.

В адрес суда от ФИО7 и ФИО6 поступила письменная позиция по апелляционным жалобам, в которой полагает, что выводы суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении требований финансового управляющего о признании недействительными сделки купли-продажи недвижимого имущества от 21.03.2022г., заключенной между ФИО6 и ФИО4 и дарения недвижимого имущества, заключенной между ФИО6 и ФИО7 24.03.2022, отказа в применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу недвижимого имущества, погашения и восстановления в Едином государственном реестре недвижимости соответствующих записей о переходе права собственности на имущество являются законными и обоснованными.

В соответствии с пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ или Кодекса).          Возражений относительно проверки судебного акта в оспариваемой части не заявлено.

От ФИО2 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства.

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного разбирательства, суд не находит оснований для его удовлетворения в силу следующего.

Согласно части 5 статьи 158 АПК РФ арбитражный суд может отложить судебное разбирательство при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований АПК РФ.

Заявляя ходатайство об отложении рассмотрения дела, лицо, участвующее в деле, должно указать и обосновать, для совершения каких процессуальных действий необходимо отложение судебного разбирательства. Заявитель ходатайства должен также обосновать невозможность разрешения спора без совершения таких процессуальных действий.

При этом возможность отложить судебное заседание является правом суда, которое осуществляется с учетом обстоятельств конкретного дела, за исключением случаев, когда рассмотрение дела в отсутствие представителя лица, участвующего в деле, невозможно в силу положений АПК РФ и отложение судебного заседания является обязанностью суда.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что рассмотрение апелляционных жалоб уже неоднократно откладывалось, в том числе по ходатайству заявителей жалоб. 

Лица, участвующие в обособленном споре, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов жалобы.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Двадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам. 

Как следует из материалов дела установлено судом области, 24.03.2020 ФИО2 (Даритель) и ФИО4 (Одаряемый) заключили договор дарения, в соответствии с которым Даритель безвозмездно передает в собственность Одаряемого принадлежащее ей на праве собственности нежилое помещение: этаж №01, общей площадью 163,8 кв. м, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129 (п. 1 договора).

Указанный договор дарения объекта недвижимого имущества от 24.03.2020 был зарегистрирован в Управлении Росреестра по Брянской области 26.03.2020 номер регистрации 32:28:0031608:129-32/001/2020-6.

В свою очередь ФИО4, в лице действующей от его имени ФИО2, (Продавец) и ФИО6 (Покупатель) (Покупатель) 21.03.2022 подписали договор купли-продажи, в соответствии с условиями которого продавец обязался передать в собственность принадлежащее ему на праве собственности: нежилое помещение: общей площадью 163,8 кв.м., этаж первый, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129, а покупатель обязался принять вышеуказанную недвижимость и оплатить согласованную сторонами цену (п. 1 договора).

В соответствии с п. 2 стороны определили согласованную цену отчуждаемого помещения в сумме 4 000 000 руб.

В подтверждение произведенной оплаты по указанному договору ответчиком ФИО6 в материалы дела представлены две расписки в передаче наличных денежных средств от ФИО6 ФИО2, действующей от имени ФИО4 (т.д. 1 л.л.д. 208-209), в совокупном размере 8 900 000 руб., во исполнение указанного договора купли-продажи, из них:

-    4 000 000 руб. - за проданное нежилое помещение;

-    4 900 000 руб. - за неотделимые улучшения в продаваемом нежилом помещении.

Договор купли-продажи помещения от 21.03.2022 был зарегистрирован в

Управлении Росреестра по Брянской области 23.03.2022 номер регистрации 32:2860031608:129-32/074/2022-11.

24.03.2022   между ФИО6 (Даритель) и ФИО7 (Одаряемый) был заключен договор дарения, в соответствии с которым Даритель безвозмездно передал в собственность Одаряемому принадлежащее ей на праве собственности нежилое помещение: назначение нежилое, общей площадью 163,8 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129, а Одаряемый принял дар (п. 1 договора).

Указанный договор дарения также был зарегистрирован в Управлении Росреестра по Брянской области 29.03.2022 номер регистрации 32:2860031608:129-32/074/2022-13.

Ссылаясь на то, что первая сделка между матерью и сыном Величко совершена в течение трех лет до принятия судом заявления о признании ФИО3 банкротом, а последующие сделки купли-продажи и дарения совершены в ходе проведения процедуры банкротства должника без получения на то согласия финансового управляющего, безвозмездно, первая - между заинтересованными лицами, в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, с целью сокрытия имущества от кредиторов, сам должник на момент совершения сделок отвечал признаку неплатежеспособности, в результате совершения оспариваемых сделок из конкурсной массы должника выбыло дорогостоящее, ликвидное имущество, в связи с чем причинен вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий ФИО5 обратилась в суд с рассматриваемым заявлением о признании вышеперечисленных сделок недействительными по специальным основаниям, установленным в пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также на основании статей 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд области руководствовался следующим. 

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения.

Статьёй 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Оспариваемый договор дарения от 24.03.2020, заключенный между ФИО2 и ФИО4 носит односторонний характер, поскольку никакого встречного исполнения по сделке супруга должника не получала.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Финансовый управляющий оспаривает сделку по признаку причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Оспариваемая сделка по договору дарения совершена в течение трёх лет до принятия арбитражным судом заявления ИП ФИО8 о признании ИП ФИО3 несостоятельным должником (банкротом) (05.04.2021).

Следовательно, оспариваемая сделка подпадает под период регулирования пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)  сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б)  в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в)  другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а)  на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б)  имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве (пункт 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано

иное.

Как следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемой сделки должник перестал исполнять денежные обязательства, в результате чего у него сложилась задолженность перед кредитором ИП ФИО8, а именно: 15.03.2012 между ФИО8 (займодавец) и ФИО3 (заёмщик) заключен договор беспроцентного займа №Б/Н, по условиям которого займодавец передаёт заёмщику 20 200 000 руб., а заёмщик обязуется вернуть сумму займа в срок не позднее 16.09.2016 (п.п. 1.1, 2.2 договора). В п. 3.1. договора стороны согласовали условие о том, что в случае невозвращения суммы займа в срок, заёмщик уплачивает пеню в размере 0,5% от суммы займа за каждый день просрочки. Денежные средства в размере 20 200 000 руб. переданы заёмщику по акту получения денежных средств от 15.03.2012.

01.02.2016 и 16.09.2018 ИП ФИО3 по приходным кассовым ордерам в счёт погашения займа по договору от 15.03.2012 перечислил ИП ФИО8 денежные средства в размере 600 000 руб.

Оспариваемый договор дарения был подписан сторонами 24.03.2020 .

Письмом от 08.02.2019 ИП ФИО8 направила в адрес ИП ФИО3 досудебную претензию, содержащую требование в срок до 07.03.2019 погасить задолженность по договору займа от 15.03.2012.

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ИП ФИО3 обязанности по возврату суммы займа по договору от 15.03.2012, ИП ФИО8 16.05.2019 обратилась в Арбитражный суд Брянской области с иском о взыскании 39 830 600 руб., в том числе

19     600 000 руб. - основной долг, 20 230 600 руб. - неустойка за просрочку возврата суммы займа с 17.09.2016 по 04.07.2019.

Указанное исковое заявление 11.06.2019 было принято судом к производству по делу №А09-4632/2019.

Решением Арбитражного суда Брянской области от 18.02.2020 по делу № А09- 4632/2019 требования ИП ФИО8 удовлетворены: с ИП ФИО3 взыскана задолженность в сумме 39 830 600 руб., в том числе 19 600 000 руб. основного долга и

20    230 600 руб. неустойки, а также 60 000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины, встречный иск ИП ФИО3 к ИП ФИО8 оставлен без удовлетворения.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2020 решение Арбитражного суда Брянской области от 18.02.2020 по делу № А09-4632/2019 отменено, отказано в удовлетворении первоначального иска и удовлетворен встречный иск, договор займа от 15.03.2012 признан незаключенным.

Постановлением от 26.10.2020 Арбитражного суда Центрального округа Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2020 по делу №

А09-4632/2019 отменено, решение Арбитражного суда Брянской области от 18.02.2020 оставлено в силе.

Таким образом, решение Арбитражного суда Брянской области от 18.02.2020 по делу № А09-4632/2019 вступило в законную силу.

24.02.2021 ИП ФИО8 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании ИП ФИО3 несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 05.04.2021 принято к производству.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд пришел  к выводу, что сделка по дарению спорного объекта недвижимости совершена при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредитором в значительном размере по договору займа, которые должны были быть исполнены не позднее 16.09.2016, в связи с чем ФИО8 было произведено начисление неустойки, начиная с 17.09.2016 на сумму долга, которая была впоследствии взыскана судом.

Наличие указанной непогашенной задолженности послужило основанием для обращения кредитора в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Таким образом, указанная сделка дарения была совершена при наличии имеющейся непогашенной задолженности перед кредитором, и при наличии условия неплатежеспособности должника.

ФИО3 (должник) и ФИО11 (ранее - ФИО12) Ирина Васильевна (ответчик) состоят в браке с 28.06.1985 по настоящее время

Право собственности ФИО2 на спорный объект недвижимого имущества возникло на основании договора долевого участия (путем инвестирования) в строительстве от 31.12.2004, то есть возникло в период брака и соответственно объект данного недвижимого имущества являлся совместной собственностью супругов, доказательств обратного ответчиками и иными лицами, участвующими в деле не представлено.

Характер совместно нажитого в отношении спорного объекта недвижимого имущества подтверждает также нотариально заверенное согласие ФИО3 на совершение распоряжения данным помещением (т.д. 1 л.д. 28), где прямо указано, что указанное имущество является совместно нажитым.

Договор дарения, являющийся безвозмездной сделкой, был заключен между супругой должника и их сыном - ФИО4.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве ответчики - ФИО2 и ФИО4 являются заинтересованными лицами по отношению друг к другу и к должнику - ФИО3.

Презюмируется, что заинтересованные лица знали о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Более того, указанная сделка не имела разовый характер: наряду с данным объектом недвижимого имущества матерью были подарены ряд иных нежилых помещений дочери и сыну, что свидетельствует о выводе ликвидного имущества в условиях неплатежеспособности должника на основании безвозмездных сделок.

Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись признаки неплатежеспособности, о чем ответчики знали или должны были знать, доказательств обратного ответчиками суду не представлено.

 На основании  вышеизложенного, суд области пришел к выводу, что совершение оспариваемой в рамках настоящего обособленного спора безвозмездной сделки - дарения объекта недвижимого имущества: назначение нежилое, общей площадью 163,8 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129, заключенного 24.03.2020 между ФИО2 и ФИО4, при наличии признаков неплатежеспособности, в отношении заинтересованного лица, привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов должника, повлекло нарушение прав и законных интересов кредиторов должника на соразмерное удовлетворение их требований за счет конкурсной массы.

Таким образом, в случае сохранения объекта недвижимости в собственности за ФИО2, указанное имущество подлежало включению в конкурсную массу, а кредиторы должника имели право претендовать на 1/2 стоимости указанного объекта недвижимости при его реализации.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями пункта 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

Притворная сделка - это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку.

Признаком притворности сделки является несовпадение волеизъявления сторон с их внутренней волей при совершении сделки. Она совершается лишь для вида, с целью создать у окружающих искаженное представление о действительных целях, последствиях и взаимоотношениях сторон по сделке. В данной симулирующей сделке имеет место подмена цели. Вовне заявляется одна цель, тогда как стороны имеют в виду совершенно другую цель.

Условием признания сделки притворной является установление иной природы сделки, направленности воли сторон на достижение иного правового результата, чем кажется из внешнего содержания сделки, или того же правового результата, но на других условиях.

Притворные сделки не обладают очевидной недействительностью, поскольку стороны тщательно скрывают свою действительную волю. Притворная сделка, в отличие от мнимой, как правило, исполняется реально, но это исполнение отличается по своему содержанию от того, что внешне прописано ее условиями: сделка либо имеет иную природу, либо условия сделки на самом деле другие.

Формально одаряемый действовал, используя принадлежащие ему по закону правовые возможности - право стать собственником имущества и в дальнейшем перепродать его другому лицу. Вместе с тем при совершении данной сделки, то есть при осуществлении названных правовых возможностей, и Даритель и Одаряемый вышли за установленные пределы их осуществления, поскольку совершили действия, направленные на причинение вреда иным участникам гражданского оборота (в частности кредиторам). Заключение договора было продиктовано интересами сокрытия ликвидного имущества от обращения на него взыскания кредиторов.

Данная сделка привела к тому, что ее юридические последствия были использованы в интересах одних лиц и в ущерб законным интересам других участников гражданского оборота.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о совершении лишь одной прикрываемой сделки по прямому отчуждению должником своего имущества конечному приобретателю имущества, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на стороны цепочки последовательных договоров купли-продажи, ссылающихся на самостоятельный характер отношений по каждой из сделок (указанная правовая позиция согласуется с Определением ВС РФ №301-ЭС17-19678 от 19.06.2020г. по делу № А11 -7472/2015).

Обстоятельства, изложенные ответчиками и должником в письменных отзывах, и представленные указанными лицами доказательства не опровергают изложенные выше обстоятельства.

Напротив, при заключении договора купли-продажи 21.03.2022 от имени продавца фактически действует ФИО2, она же указана в качестве лица, непосредственно лично получившего деньги по распискам от ФИО6 в совокупном размере 8 900 000 руб.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО2 совершила и распоряжение указанными денежными средствами: только 6 500 000 руб. из всей полученной денежной суммы были перечислены ею на расчетный счет ФИО4 (т.д. 3 л.л.д. 9-10), при этом ни в приходном кассовом ордере №9393386 от 21.03.2022, ни в платежном поручении №6600878 от 28.03.2022 нет какой- либо ссылки на договор купли-продажи на 21.03.2022, что также свидетельствует о том, что вся оплата по данному договору была получена от ФИО6 ФИО2, которая продолжала оставаться фактическим собственником данного помещения, в том числе осуществлять правомочия по распоряжению указанным имуществом.

На сайтах продажи недвижимости был указан контактный телефон именно ФИО2, а не ФИО4 (т.д.2 л.д. 17).

Из совокупности изложенных обстоятельств суд области пришел к выводу, что ФИО4 являлся номинальным собственником, в том числе, указанным в договорах по предоставлению коммунальных услуг, заключенных с ресурсоснабжающими организациями в отношении данного помещения.

При таких обстоятельствах суд указал,  что сделка дарения носит мнимый характер и была направлена на сокрытие ликвидного имущества должника, в связи с чем подлежит признанию недействительной (ничтожной), а требования финансового управляющего в данной части подлежащими удовлетворению.

В свою очередь спорный объект недвижимости был отчужден 21.03.2022 в пользу ФИО6 на основании договора купли-продажи, зарегистрированного в Управлении Росреестра по Брянской области 23.03.2022 (номер регистрации 32:28:0031608:129-32/074/2022-11), которая впоследствии подарила данное недвижимое имущество своему сыну - ФИО7 по договору от 24.03.2022, государственная регистрация которого осуществлена 29.03.2022.

Данные сделки подпадают, в свою очередь, под период регулирования пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст.61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно абзацу 3 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом, сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве с даты признания гражданина банкротом регистрация перехода или обременения прав гражданина на имущество, в том числе на недвижимое имущество и бездокументарные ценный бумаги, осуществляется только на основании заявления финансового управляющего. Поданные до этой даты заявления гражданина не подлежат исполнению.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия данного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота); неравноценное встречное исполнение обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (пункт 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63).

Судом установлено, что ФИО6 и ФИО7 не являются лицами, аффилированными по отношению к должнику (ФИО3) либо к иным ответчикам (ФИО2 ФИО4), доказательств обратного суду не представлено.

Указанное недвижимое имущество продавалось ФИО11 посредством публичного предложения путем размещения объявлений на сайтах продажи недвижимости, где его и увидели Э-ны.

Как указали ответчики ФИО6 и ФИО7 в совместном письменном отзыве, спорное нежилое помещение было фактически приобретено по цене 8 900 000 руб., что подтверждается представленными в материалы дела расписками.

Как пояснил представитель ответчиков, стоимость помещения, указанная в договоре купли-продажи от 21.03.2022 в сумме 4 000 000 руб., указана без учета стоимости неотделимых улучшений, произведенных в помещении на момент его реализации, а также с целью уменьшения налогового бремени.

На основании части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Финансовым управляющим было заявлено ходатайство о назначении в рамках настоящего обособленного пора по делу № А09-2135/2021 судебной экспертизы по вопросу определения рыночной стоимости спорного объекта недвижимого имущества по состоянию на 21.03.2022 (дату заключения договора купли-продажи).

Определением суда от 14.12.2022 ходатайство финансового управляющего было удовлетворено, производство экспертизы поручено эксперту ООО «Городской центр оценки и консалтинга» - ФИО9.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: определить рыночную стоимость нежилого помещения, общей площадью 163,8 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129, по состоянию на 21.03.2022?

19.01.2023 в материалы обособленного спора от эксперта ООО «Городской центр оценки и консалтинга» ФИО9 поступило заключение эксперта № 3222-177-ЭЗ от 17.01.2023, согласно которого экспертом был сделан вывод, что рыночная стоимость указанного нежилого помещения на дату его реализации составила 6 056 000 руб.

Таким образом, с учетом выводов, к которым пришел эксперт по итогам судебной экспертизы, суд пришел  к выводу о том, что размер стоимости, уплаченной ФИО6 за спорное помещение, не является заниженным по отношению к её рыночной

стоимости.

Доказательств иного в материалы дела ни ответчиками, ни финансовым управляющим не представлено.

Суд мог бы критически отнестись к реальности оплаты по спорной сделке с учетом наличного характера расчетов, но с учетом совокупности иных доказательств, представленных в материалы обособленного спора, суд пришел к выводу о реальном характере совершения сделки, основываясь на следующем.

Сам по себе наличный порядок расчетов между физическими лицами не запрещен законодательством Российской Федерации, являясь распространенным обычаем делового оборота.

Лицами, участвующими в деле не заявлялось о недостоверности представленных в материалы дела расписок о передаче наличных денежных средств, фальсификации данных доказательств, назначении экспертизы по вопросу проверки их подлинности.

В материалы дела представлены доказательства наличия у семьи Э-ных достаточного дохода для приобретения спорного нежилого помещения, что подтверждается выписками о движении денежных средств по счетам (т.д. 2 л.л.д. 25-47), также у супругов Э-ных имелись денежные накопления за 2019-2022 в размере, достаточном для приобретения данной недвижимости.

Кроме того денежные средства были получены супругом ФИО13 от продажи двух квартир 31.01.2022 и 25.02.2022 в совокупном размере 7 040 000 руб.

Из представленных ответчиками доказательств также усматривается, что супруги Э-ны (ФИО6 и ФИО13) систематически приобретали объекты недвижимого имущества, затем переоформляя их в собственность своего сына - ФИО7, что было обычным видом деятельности семьи (т.д. 2 л.л.д. 48-66).

После оформления права собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129, использовалось ответчиком в целях извлечения прибыли от сдачи его в аренду АО «НПК «ВТ и СС» (т.д. 2 л.д. 24), поступление денежных средств в виде ежемесячной арендной платы на счет ФИО7 в ПАО Сбербанк России подтверждается выпиской со счета (т.д. 2 л.д. 25).

Сдача иного недвижимого имущества в аренду является одним из видов деятельности ФИО7, от которой он получает систематический доход, являясь индивидуальным предпринимателем, одним из видов деятельности которого является «аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом».

Таким образом, совокупностью вышеперечисленных доказательств, представленных в материалы настоящего обособленного спора, подтверждается реальный, действительный характер сделки по приобретению указанного недвижимого имущества ФИО6 на основании договора купли-продажи от 21.03.2022 и последующее его дарение ФИО7, а также реальное использование данного имущества ФИО7

Доказательствами, представленными в материалы дела, подтверждено, что оплата ФИО6 за приобретенный объект недвижимого имущества произведена в размере, не ниже его рыночной стоимости на дату совершения сделки.

При таких обстоятельствах наличие совокупности условий для признания сделок купли-продажи и дарения недействительными финансовым управляющим не доказано.

Приведенные арбитражным управляющим доводы и доказательства, имеющиеся в материалах дела, не свидетельствуют о наличии у данных сделок купли-продажи и дарения иных пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, в связи с чем у суда отсутствуют основания для применения положений статей 10 и 168 ГК РФ о злоупотреблении правом (Определение Верховного Суда РФ от 12.03.2019 № 305-ЭС17- 11710 (4)) к данным сделкам.

Соответственно ФИО6, являясь добросовестным приобретателем отчужденного имущества, обладала предоставленными ей законом правомочиями по дальнейшему распоряжению указанным имуществом, в том числе в виде его дарения любому лицу.

В связи с изложенным, суд пришел к выводу, что требования финансового управляющего в части признания недействительными договора купли-продажи недвижимости от 21.03.2022, заключенного между ФИО4 и ФИО6, а также договора дарения от 24.03.2022, заключенного между ФИО6 и ФИО7, удовлетворению не подлежат.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 61.6 Закона о банкротстве.

Пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротства предусматривает, что в случае признания сделки недействительной в соответствии с настоящей главой, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Необходимым условием применения последствий недействительности сделки в виде возврата полученного по ней имущества в натуре является правовая и фактическая возможность такого возврата, определяемая нахождением объекта сделки на момент применения реституции в имущественной сфере одной из сторон по такой сделке.

В настоящее время нежилое помещение, общей площадью 163,8 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>, кадастровый номер: 32:28:0031608:129 находится в собственности ФИО7, который является его добросовестным приобретателем, что делает невозможным применение реституции в имущественной сфере от указанного лица.

Таким образом, требования финансового управляющего ФИО5 в части применения последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО3 указанного нежилого помещения, а также в части погашения и восстановления в Едином государственном реестре недвижимости соответствующих записей о переходе права собственности на данное имущество, удовлетворению не подлежат.

Поскольку судом признана недействительной сделка дарения от 24.03.2020, суд пришел к выводу о возможности, с учетом мнимого характера данной сделки, применить последствия недействительности оспариваемой сделки в виде взыскания солидарно с ответчиков ФИО2 и ФИО4 фактически полученной при отчуждении действительной стоимости отчужденного имущества, которая составила 8 900 000 руб.

 Одновременно суд учел тот факт, что данное недвижимое имущество являлось совместно нажитым имуществом должника и его супруги, при этом доли супругов не выделялись и соответственно считаются равными.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что в качестве применения последствий недействительности оспариваемой сделки в конкурсную массу ФИО3 подлежит взысканию солидарно с ФИО2 и ФИО4 4 450 000 руб. (50% суммы, полученной от ФИО6).

При этом судом учтен  согласованный характер недобросовестных действий обоих ответчиков, направленных на выведение имущества из конкурсной массы должника, отсутствие у них намерений достигнуть реальной цели совершенной сделки дарения.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда области  ввиду следующего. 

Как следует из условий  договора дарения от 24.03.2020, в соответствии с пунктом 4 договора  отчуждаемый объект недвижимости обременен ипотекой в пользу Фонда поддержки малого и среднего предпринимательства «Брянская микрокредитная компания» на основании договора об ипотеке от 19.04.219 №2002/Ц/ЮЛ-И1, 19.04.2016 №1423/Ц/ИП-И21, от 14.04.2015   №1010/Ц/Ю/ТИ1.

Из указанных договоров  об ипотеке следует, что спорный объект недвижимости обеспечивал надлежащее  исполнение  обязательств, в том числе ФИО3 на сумму  3 500 000 руб., 2 000 000 руб., 1 000 000 руб. соответственно. Всего размер обеспечиваемых обязательств составлял 6 500 000 рублей основного долга. 

Кроме того, данный объект недвижимости также  был предметом ипотеки и по иным обязательствам, в том числе должника, его супруги, а также ФИО4 

Право собственности ФИО2 на спорный объект недвижимого имущества возникло на основании договора инвестирования                                                                                                  от 31.12.2004  и в течение длительного времени в период осуществления ФИО2 предпринимательской деятельности данный объект неоднократно являлся предметом залога по обязательствам ИП ФИО2, поручителем по которым выступал ФИО3

Действительно, должник утратил право собственности на спорное имущество в результате сделки дарения, не предусматривающей оплаты. Однако, проверку сделки на предмет наличия или отсутствия равноценного встречного исполнения нельзя в рассматриваемом случае сделать без учета всех приведенных участниками спора ссылок на обстоятельства, связанные с созданием отчужденного объекта, наличием у него залоговых обременений, условий снятия этих обременений, последующего поведения сторон и залогодержателей, совокупного экономического эффекта от всех совершенных сделок для должника и его кредиторов.

После продажи ФИО4  недвижимого имущества из вырученных средств было произведено погашения задолженности по залоговым обязательствами перед Фондом, что подтверждается тем, что отчуждая спорный объект недвижимости третьим лицам – ФИО6, в договоре купли-продажи  указано на отсутствие  обременений  в отношении данного помещения, что подтверждает факт погашения задолженности перед Фоном и снятие обретения. 

 Именно погашение  задолженности являлось условием снятия Фондом залогового обременения и выдачи им разрешения на продажу имущества, что прямо следует из текста соглашения с Банком. Истцом и финансовым управляющим указанные обстоятельства не оспаривались. 

Вместе с тем, в случае непогашения задолженности при изложенных обстоятельствах, Фондом  были бы реализованы права залогового кредитора, в том числе и в деле о банкротстве ФИО3 путем обращения взыскания на спорный объект. 

В качестве основания для признания сделки недействительной кредитор ФИО8 указала также на то, что целью совершения сделки дарения ФИО2 в пользу ФИО14 является неправомерное получение налоговой выгоды. Однако, по мнению судебной коллегии, действия по минимизации налоговых платежей ФИО2 не могут оказать негативное влияние на права кредиторов ФИО3 и конкурсную массу должника по настоящему делу о банкротстве.

Следует учесть, что, согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.05.2020 N 307-ЭС19-25735 по делу N А56-66442/2016, правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица-залогодателя, изложены в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которому восемьдесят процентов, вырученных от продажи заложенного имущества средств, подлежат направлению залоговому кредитору.

В силу абзаца третьего приведенного пункта десять процентов от вырученных средств направляются на погашение требований кредиторов должника первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований.

При отсутствии кредиторов первой и второй очереди (или при достаточности иного имущества для расчетов с ними) и при условии, что первоначальные восемьдесят процентов не покрыли полностью обеспеченное залогом требование, указанные десять процентов по смыслу абзацев пятого и шестого пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве направляются на расчеты с залоговым кредитором.

Аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской от 24.12.2018 N 304-ЭС18-13615 и 305-ЭС18-15086(1,2).

Финансовым управляющим  представлен отчет об оценке рыночной стоимости спорного объекта  недвижимости на дату совершения договора дарения – 24.03.2020, согласно которой рыночная стоимость имущества составляет 5 500 000 рублей. 

Таким образом, ФИО4, приобретая   по договору  дарения спорное помещение, фактически погасил задолженность, в  том числе ФИО3 перед Фондом на сумму,  превышающую   рыночную стоимость  спорного  помещения (в данном случае  на 1 000 000 рублей).

Таким образом,  судебная коллегия считает, что финансовым управляющим не представлены доказательства наличия совокупного экономического эффекта для конкурсной массы должника в результате совершения оспариваемой сделки с учетом обременения предмета договора залогом. 

Судебная коллегия также  считает недостаточно обоснованным применение к спорным правоотношениям положений пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Притворная сделка - это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку.

Признаком притворности сделки является несовпадение волеизъявления сторон с их внутренней волей при совершении сделки. Она совершается лишь для вида, с целью создать у окружающих искаженное представление о действительных целях, последствиях и взаимоотношениях сторон по сделке.

Суд области  пришел  к выводу о том, что целью сделок было отчуждение должником своего имущества конечному приобретателю имущества. 

Однако, учитывая последующее погашение ФИО4 за счет выручки от продажи спорного имущества кредитных обязательств, обеспеченных залогом данного имущества, применение последствий недействительности в виде взыскания в порядке реституции денежных средств с ФИО4 не имеет правового обоснования.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии  оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего в части признания договора дарения от 24.03.2020, заключенного ФИО2 с ФИО4  в отношении нежилого помещения общей площадью 163,8 кв.м., расположенного по адресу 

<

...>, кадастровый номер 32:28:0031608:129 недействительной сделкой.

В связи с чем,  определение Арбитражного суда Брянской области от 17.02.2023 по делу № А09-1235/2021 в обжалуемой части подлежит отмене. 

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального/Ц/ИП кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд от.. 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Брянской области от 17.02.2023 по делу № А09-1235/2021 в обжалуемой части отменить.

        Заявление финансового управляющего ФИО15 –ФИО5 о признании недействительным договора  дарения от 24.03.2020, заключенного ФИО2 с ФИО4  в отношении нежилого помещения общей площадью 163,8 кв.м., расположенного по адресу 

<

...>, кадастровый номер 32:28:0031608:129, оставить без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба на постановление подается через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий

Н.А. Волошина 

 

Судьи

 

                          Ю.А. Волкова

                          О.Г. Тучкова