Арбитражный суд Московской области

   107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А41-23019/22

06 февраля 2023 года

г.Москва

 

Резолютивная часть решения объявлена 25 января 2023 года 

Полный текст решения изготовлен 06 февраля 2023 года.

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Дубровской Е.В., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Панацея», ФИО3 о взыскании солидарно денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами,

при участии в судебном заседании: согласно протоколу судебного заседания от 25.01.2023,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Панацея» (ООО «Панацея», Общество, ответчик 1), ФИО3 (ответчик 2) о взыскании с ООО «Панацея» и генерального Директора ФИО3 в солидарном порядке в пользу участника ООО «Панацея» ФИО2 согласно п.4.1.1. Предварительного Корпоративного Договора денежных средств, подлежащих ежеквартальной выплате, за период с 05.08.2019г. по 15.11.2022г., процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст.395 ГК РФ (с учетом принятых судом в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнений). Также истец в ходе рассмотрения дела ходатайствовал о назначении судебной экспертизы по финансовым и балансовым документам Общества за период с 05.08.2019г. по 15.11.2022г. и об обязании ответчика представить балансовые документы за оспариваемый период времени.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении заявленных исковых требований по основаниям, изложенным в исковом заявлении, с учетом уточнений.

Представитель ответчиков возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве и письменных пояснениях, просил оставить иск без удовлетворения.

В ходе рассмотрения дела истцом было заявлено ходатайство о назначении по делу в целях установления размера денежных сумм, которые подлежат выплате ФИО2 по условиям Корпоративного Договора, заключенного между учредителями ООО «Панацея» - ФИО2 и ФИО3 в 2019 году до регистрации ООО «Панацея» в ЕГРЮЛ.

Согласно части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Назначение экспертизы является правом суда, а не его обязанностью. Необходимость разъяснения вопросов, возникающих при рассмотрении дела и требующих специальных познаний, определяется судом, разрешающим данный вопрос.

Определяя необходимость назначения той или иной экспертизы, суд исходит из предмета заявленных исковых требований и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках этих требований.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем Постановлении от 09 марта 2011 г. № 13765/10 разъяснил, что судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

Если необходимость или возможность проведения экспертизы отсутствует, суд отказывает в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

Исследовав материалы дела, исходя из предмета доказывания по настоящему спору, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, арбитражный суд не находит оснований, предусмотренных статьей 82 АПК РФ, для удовлетворения заявленного истцом ходатайства о назначении экспертизы.

В рассматриваемом случае основания для назначения судебной экспертизы, установленные статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют, поскольку для правильного, полного и всестороннего рассмотрения настоящего дела не требуется разрешение вопросов, требующих специальных знаний. Дело может быть рассмотрено по имеющимся доказательствам.

Отказывая в удовлетворении ходатайства истца о назначении экспертизы, суд также исходит из того, что указанное ходатайство не соответствует требованиям статьи 82 АПК РФ. Истцом не указаны вид подлежащей назначению экспертизы, вопросы, которые следует поставить перед экспертом. Также не представлены доказательства возможности проведения экспертизы конкретной экспертной организацией, сведения об экспертам, которым может быть поручено проведение экспертизы в случае ее назначения. Также истцом не обеспечено внесение денежных средств на депозитный счет суда в целях оплаты стоимости судебной экспертизы.

Представителем ответчиком в ходе рассмотрения дела было заявлено о фальсификации представленного истцом в материалы дела Предварительного Корпоративного договора от 05.08.2019г., копия которого представлена в материалы дела истцом в части проставленной даты, остальные условия договора не оспорены.

При этом ответчики не оспаривали факт заключения вышеуказанного договора, однако указали, что в реквизитах представленной истцом копии договора содержится «дописка» («2019»), которая в действительности в договоре отсутствует.

Согласно ч. 1 ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

Под фальсификацией доказательств по рассматриваемому арбитражным судом делу понимается подделка либо фабрикация вещественных доказательств и (или) письменных доказательств (документов).

Как указано в п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", в  порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста). В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе)

Между тем, изучив заявление истца о фальсификации, суд пришел к выводу, что приведенные в обоснование заявления доводы и доказательства не позволяют сделать вывод о том, что доказательство, оспариваемое истцом, является сфальсифицированным по смыслу статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Правовые последствия несоответствия представленных в материалы дела копий одного и того же документа установлены ч. 6 ст. 71 АПК РФ. Такое несоответствие не может безусловно свидетельствовать о фальсификации представленной одной из сторон копии соответствующего документа.

Учитывая изложенное, заявление о фальсификации доказательств не подлежит разрешению судом в порядке, установленном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев материалы дела и представленные доказательства, исследовав их, выслушав доводы представителей сторон, арбитражный суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «Панацея» зарегистрировано в ЕГРЮЛ в качестве юридического лица 05.08.2019. 

ФИО2 является участником Общества, которому принадлежит доля в его уставном капитале в размере 20% номинальной стоимостью 2000 рублей.

Другим участником Общества с долей в уставном капитале в размере 80% является ФИО3 Кроме того, ФИО3 также является генеральным директором Общества. 

При учреждении Общества между ФИО3 (участник 1) и ФИО2 (участник 2) был заключен Предварительный Корпоративный договор от 05 августа 2019 года. Истцом в материалы дела представлена копия указанного договора. При этом, как пояснила ФИО2, оригинал указанного договора у нее отсутствует и находится в Обществе.

Как следует из доводов истца, общая площадь помещений, арендуемых Обществом, составляет 186,2 кв.м. С целью получения лицензии для осуществления уставной деятельности в арендуемых помещениях №1, №3, №20, №21, (по месту нахождения Общества), были проведены ремонтные и перепланировочные работы в период с сентября по октябрь 2019 года. 

Истец пояснила, что в указанный период у Общества отсутствовали денежные средства, необходимые для оплаты работ. ФИО2 указала, что все работы были выполнены за счет самого истца.

ФИО2 также ссылается на уведомление, подписанное генеральным директором ООО «Панацея» ФИО3, от 01.05.2020г. исх. № 29/04-2020, в котором Общество указывает на необходимость внесения денежной суммы на расчетный счет организации в срок до 10.05.2020г. и ссылается на установление в Корпоративном договоре процента участия в расходах Общества в размере 35% и права на получение прибыли от определенных видов деятельности Общества в размере 35% (п. 4.1.1 Корпоративного договора).

Истец пояснила, что от участия в дополнительном финансировании ООО «Панацея» в денежном выражении она отказалась, поскольку ей не была возвращена денежная сумма в размере 1 112 000 рублей по Претензии от 12.04.2020г. по расходам, (за период с июля 2019 года до января 2020 года), не были возвращены денежные средства, в размере 2 590 000 рублей по заявлению от 14.03.2020г, (израсходованные на ремонт арендуемых помещений по адресу: 

<

...> Д.24-А) и не были выплачены ежеквартальные отчисления в размере 35% прибыли от определенных в Корпоративном Договоре видов деятельности. 

Пунктом 3.4. Предварительного корпоративного Договора предусмотрено, что ФИО2 обязана нести бремя расходов в размере 35% в виде арендных платежей, заработной платы сотрудником, работающих по трудовому договору с установлением оклада в соответствии со штатным расписанием, периодических платежей за оборудование, приобретенное в рассрочку/кредит, иных текущих платежей. Указанная обязанность наступает при условии недостатка финансирования ООО «Панацея». Участник ФИО2 ставится об этом в известность посредством письменного уведомления, либо иным путем (электронная переписка, телефонограмма и т.д.), позволяющим определить адресата уведомления. 

В соответствии с п. 4.1.1. Предварительного Корпоративного Договора Участник 2 – ФИО2 имеет право на распределение прибыли в ее пользу исключительно в следующем размере: ежеквартально в размере 35% прибыли от видов деятельности Общества, перечисленных в указанном пункте. Пунктом 4.1.2 Договора предусмотрено, что все иные доходы Общества, в том числе всех его структурных подразделений, распределяются в пользу ФИО3

Как указывает истец, несмотря на то, что Общество получило лицензию и стало осуществлять прием пациентов в полном объёме, ответчики не исполняют обязанности по выплате истцу части прибыли Общества в размере, определенном Предварительным корпоративным договором. При этом истец отмечает, что ответчики отказывают в предоставлении истцу информации о денежных средствах, поступивших в кассу и на расчетный счет ООО «Панацея» за период с 05 августа 2019 года по настоящее время.

Также истица ссылается на то, что неоднократно обращалась к ответчикам с требованием о возмещении затрат, понесенных ею на ремонтные работы в сумме 2 590 000 рублей, а также о выплате причитающейся ей в соответствии с условиями Предварительного корпоративного договора части прибыли Общества. Между тем, согласно доводам истца, в удовлетворении данных требований ответчиками было необоснованно отказано.

Полагая, что отказ ответчиком в выплате ФИО2, ежеквартальных платежей является незаконным и необоснованным, нарушает ее права как участника Общества и противоречит условиями п. 4.1.1 Предварительного корпоративного договора, ФИО2 обратилась в суд с рассматриваемыми в рамках настоящего дела исковыми требованиями.

В соответствии с абз. 1-2 п. 1 ст. 67 ГК РФ участник хозяйственного товарищества или общества наряду с правами, предусмотренными для участников корпораций пунктом 1 статьи 65.2 настоящего Кодекса, также вправе принимать участие в распределении прибыли товарищества или общества, участником которого он является.

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 28 Федерального закона №14-ФЗ от 08.02.1998г. «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении чистой прибыли между участниками общества. Решение об определении части прибыли общества, распределяемой между участниками общества, принимается общим собранием участников общества. Часть прибыли общества, предназначенная для распределения между его участниками, распределяется пропорционально их долям в уставном капитале общества.

Срок и порядок выплаты части распределенной прибыли общества определяются уставом общества или решением общего собрания участников общества о распределении прибыли между ними. Срок выплаты части распределенной прибыли общества не должен превышать шестьдесят дней со дня принятия решения о распределении прибыли между участниками общества.

В случае, если срок выплаты части распределенной прибыли общества уставом или решением общего собрания участников общества о распределении прибыли между ними не определен, указанный срок считается равным шестидесяти дням со дня принятия решения о распределении прибыли между участниками общества (пункт 3 статьи 28 Закона №14-ФЗ).

Как следует из условий Предварительного корпоративного договора, копия которого представлена в материалы дела, пунктом 4.1.1 указанного договора установлено право ФИО2 на распределение в ее пользу прибыли в размере 35% от определенных видов деятельности Общества.  

В то же время, исходя из вышеприведенных положений Закона № 14-ФЗ, распределение прибыли Общества производится в случае, если общим собранием его участников принято решение о распределении прибыли.

Вместе с тем, как установлено судом и не опровергнуто истцом, общими собраниями участников ООО «Панацея» не принимались решения о распределении прибыли Общества.

Согласно представленным в материалы дела данным бухгалтерской отчетности Общества, в спорный период ООО «Панацея» имело следующие финансовые показатели прибыли и убытка: за 2019- 0 рублей, за 2020 - прибыль 8 000 рублей, за 2021-убыток в размере 1 997 000 рублей.

Согласно абз. пятому п. 1 ст. 29 Закона №14-ФЗ общество не вправе принимать решение о распределении своей прибыли между участниками общества, если на момент принятия такого решения стоимость чистых активов общества меньше его уставного капитала и резервного фонда или станет меньше их размера в результате принятия такого решения.

В пункте 15 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Постановление Пленума №90/14) разъяснено, что при рассмотрении исков участников общества о выплате им (взыскании с общества) части прибыли, распределяемой между участниками, необходимо учитывать условия и порядок ее распределения и выплаты, а также ограничения на распределение и выплату прибыли, предусмотренные ст. 28 и 29 Закона №14-ФЗ и уставом общества.

Если судом будет установлено, что общим собранием участников общества принято решение о распределении части прибыли общества между его участниками в соответствии с п. 2 ст. 28 Закона №14-ФЗ, однако общество не производит соответствующие выплаты либо произвело их в меньшем размере, чем предусмотрено решением, суд вправе взыскать причитающиеся суммы в пользу истца.

В случае, когда решение общего собрания о распределении прибыли принято при наличии обстоятельств, ограничивающих возможность принятия такого решения (п. 1 ст. 29 Закона №14-ФЗ), либо после его принятия возникли обстоятельства, исключающие возможность выплаты части прибыли (п. 2 ст. 29 Закона №14-ФЗ), суд не вправе удовлетворять требования истца.

Учитывая вышеприведенные правовые нормы и разъяснения, ООО «Панацея» не было вправе выплачивать прибыль участникам Общества за 2020 год.

При этом из условий спорного Предварительного корпоративного договора прямо не следует, что Общество обязано принимать решения о распределении прибыли, полученной по итогам деятельности Общества в каждом квартале календарного года.

Представитель Общества пояснил, что таких решений не принималось, прибыль не распределялась, исходя из финансово-экономических показателей Общества.

Более того, суд учитывает, что в обоснование заявленных требований истец ссылается на копию документа, поименованную как предварительный корпоративный договор общества с ограниченной ответственностью «Панацея».

В соответствии с п.1 ст.67 ГК РФ участники хозяйственного общества или некоторые из них вправе заключить между собой корпоративный договор об осуществлении своих корпоративных прав (договор об осуществлении прав участников общества с ограниченной ответственностью, акционерное соглашение), в соответствии с которым они обязуются осуществлять эти права определенным образом или воздерживаться (отказаться) от их осуществления, в том числе голосовать определенным образом на общем собрании участников общества, согласованно осуществлять иные действия по управлению обществом, приобретать или отчуждать доли в его уставном капитале (акции) по определенной цене или при наступлении определенных обстоятельств либо воздерживаться от отчуждения долей (акций) до наступления определенных обстоятельств.

В соответствии п. 4 ст. 429 Гражданского Кодекса Российской Федерации если срок заключения сторонами основного договора в предварительном договоре не определен, основной договор подлежит заключению в течение года с момента заключения предварительного договора.

В данном случае условиями Предварительного корпоративного договора не определен срок заключения основного договора, при этом в течение года с момента заключения Предварительного корпоративного договора основной договор заключен не был. Обратного из материалов дела не следует. Доказательств направления сторонами Предварительного корпоративного договора взаимных предложений о заключении основного договора также не представлено (ст. 65 АПК РФ).

В соответствии с п. 6 ст. 429 Гражданского Кодекса Российской Федерации обязательства, предусмотренные предварительным договором, прекращаются, если до окончания срока, в который стороны должны заключить основной договор, он не будет заключен либо одна из сторон не направит другой стороне предложение заключить этот договор.

Истец не представил суду доказательства направления ФИО3 предложения заключить основной договор или продлить срок действия предварительного.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу, что срок действия предварительного корпоративного договора, на который ссылается истец, истек 05 мая 2020 года. 

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что ФИО3 не может быть признана надлежащим ответчиком по заявленным в рамках настоящего дела требованиям о взыскании денежных средств, составляющих прибыль Общества, поскольку нормами действующего законодательства не предусмотрена возможность выплаты одним участником Общества в пользу другого части прибыли соответствующего Общества.

Ссылки истца на то, что Общество не исполняет обязанности по представлению ФИО2 как участнику ООО «Панацея» финансовых и иных документов Общества, не подтверждено документально и не может быть признано обоснованным.

В то же время суд полагает необходимым указать на то, что согласно п. 2 ст. 50 Закона № 14-ФЗ общество по требованию участника общества обязано обеспечить ему доступ документам, перечень которых приведен в данной норме. 

В случае если ФИО2 считает ее право на предоставление документов Общества нарушенным, она не лишена возможности обращения в суд с самостоятельным иском о предоставлении доступа к соответствующим документам ООО «Панацея». В рамках настоящего дела истцом такого требования не заявлено, а предмет настоящего спора о  распределении прибыли не может быть подменен действиями по сбору в рамках данного дела необходимых истцу документов о финансово-хозяйственной деятельности Общества.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Принимая во внимание изложенное, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, установленном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании в солидарном порядке в пользу участника ООО «Панацея» ФИО2 согласно п.4.1.1. Предварительного Корпоративного Договора денежных средств, подлежащих ежеквартальной выплате, за период с 05.08.2019г. по 15.11.2022г., а также об отсутствии оснований для удовлетворения акцессорных требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст.395 ГК РФ.

Расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца в соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать. 

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца со дня принятия.

 

Судья                                                                                                            Е.В. Дубровская